Институт рас. Некромантки предпочитают брюнетов
© Косухина Н. В., 2017
© ООО «Издательство АСТ», 2017
* * *
Пролог
Ирина Вознесенская
Сегодня день моего триумфа, когда все встанет на свои места и обретет смысл. Сегодня я раздам все долги!
Я медленно шла по дороге и тащила за собой мужчину в мешке.
О! Он был очень тяжелый, но ради благого дела стоило потрудиться. Скоро мечта исполнится, и я все-таки зарою его, как давно хотела. Одна эта мысль приводила меня в восторг, заставляя двигаться дальше. Еще несколько метров, знакомый склеп – и я на месте.
Бросив мешок на землю, я улыбнулась. Наконец-то!
Взяв лопату, я принялась копать. Могилка нужна поглубже, а то вдруг выберется. Что тогда делать? Вряд ли подвернется возможность снова его зарыть!
Луна светила ярко как никогда, благословляя на столь полезное для мира дело, как упрятать в недра земли этого проклятого мага! Время шло, работа спорилась – и вскоре яма была готова. Сил стащить тело не осталось, а мне еще его закапывать.
Определив мужчину туда, где ему самое место, я, несмотря на ужасную усталость, вновь заработала лопатой. Надеюсь, декан простит мне этого предателя: после всего случившегося я не могла поступить иначе. Просто не могла.
Когда над могилой вырос холмик, я в изнеможении опустилась на траву. Мысленно, против воли, вернулась назад, в то время, когда все только начиналось, когда я еще не была втянута хитрым обманом в самую большую авантюру моей жизни.
Светлые и легкие деньки, как же я скучаю по вас, хотя в моей жизни случалось и много такого, от чего отказаться я не смогу, уже не смогу.
Бросив взгляд на могилу, я вспомнила, как начиналась эта история.
Глава 1. Первый контакт
Ирина Вознесенская
В один из теплых летних дней окружающий мир сошел с ума, а жизнь стала напоминать День сурка в сумасшедшем доме. Так, стоп! Все по порядку…
Нельзя сказать, что с обычной девушкой произошла необычная история, это было бы неправдой. С самого детства, буквально как научилась ходить, я выделялась среди сверстников. В песочнице, в детском саду, в школе я сторонилась детей и взрослых и была крайне замкнутым и самодостаточным ребенком.
Родители старались мне помочь в общении с окружающими, таская по всевозможным кружкам, факультативам и творческим группам, но, когда мне исполнилось шестнадцать, подростковый врач заявил маме, что у меня асоциальное развитие. И конечно, все списали на переходный возраст.
К этому времени я уже не пыталась что-то исправить в своем мировоззрении. В конце концов, почему я должна меняться, если меня все устраивает и я не мешаю жить другим? Неужели обязательно постоянно общаться с людьми и быть активисткой?
В день, когда началась эта история, у меня случился выпускной.
Я не хотела идти – большое скопление народа раздражало, мешало и, можно сказать, сводило с ума. Тем более с одноклассниками у меня, несмотря на годы учебы, не было никаких взаимоотношений, кроме «привет-пока», а тут еще и привлекли к общественной деятельности…
Несмотря на все старания избежать посещения крайне неприятного мероприятия, мама одела меня в пышное платье, затащила в парикмахерскую, где мне сделали прическу с завитушками, и я отправилась на истязание.
Я очень, очень надеялась, что все, как обычно, не будут обращать на меня внимания и я спокойно отсижусь в уголочке, вдали от всех. Однако не повезло – ко мне подсела Юля Смирнова, наша староста и душа класса. Очень ответственный человек. Ну просто очень!
Она считала своим долгом помогать мне налаживать контакты с окружающими, ведь это так ужасно, что я некоммуникабельна, флегматична и оторвана от общества. Ах я бедненькая! И именно Юлю я боялась больше всех в школе, потому как от нее еще никому не удалось скрыться.
Вот и сейчас она нашла меня в моем укромном месте и, присев рядом, сочувственно спросила:
– Ирина, почему ты не танцуешь со всеми? Может, мне попросить мальчиков, чтобы тебя пригласили?
Покосившись на танцпол, я заметила, как наши ребята и девушки прыгают под веселую музыку, и даже мимолетного взгляда было достаточно, чтобы сказать, что им очень хорошо. А из моей памяти еще не изгладился случай на последнем звонке, когда полкласса замывалось в туалете, потому что Колю Виватова вырвало фонтаном на своих одноклассников.
– Нет, спасибо, обойдусь, – поспешно отказалась я.
– Тебе неприятно находиться среди людей? – сочувствуя, продолжила лезть мне в душу староста.
О моей особенности знали все, и это сильно отравляло мне жизнь.
– Да, – призналась я. – Но совсем не потому, что я испытываю физически неприятные ощущения. Просто, находясь в обществе, постоянно требуется напрягаться, идти на компромиссы и уступки, люди добавляют в жизнь сложностей и постоянно создают ближним проблемы.
Вот как ты, например. Тебя не звали, а ты пришла, да еще начала расспросы.
– Хм… Мне сложно понять, как можно без подруг?
Легко!
– Мы вот с Людой не разлей вода, и я не представляю, что бы делала порой без ее совета.
Люда – это еще одна активистка класса. И, будь моя воля, я предложила бы массу вариантов, что Юля могла бы делать без своей подружки. Например, ходить без рогов, так как Люда уже третий месяц крутит роман с парнем Юли. Живой пример, почему можно не любить людей.
– Ну… конечно, ты права, я постараюсь исправиться, – я сочла за благо согласиться.
– Сейчас будет выступление цыган, – заговорщически прошептала староста и ушла, оставив меня наедине с собой.
Я поначалу думала, что она пошутила, однако, когда на сцену небольшого кафе вышли настоящие цыгане и запели, я в полном шоке так и осталась сидеть в своем углу.
Креативность Юли, кажется, перешла все границы.
Но, оказалось, это еще полбеды. После выступления нам было предложено погадать, и весь класс по очереди отправился в подсобное помещение, чтобы узнать свою судьбу.
Чушь полная, по-моему, но грозный взгляд классного руководителя не позволил мне оторваться от коллектива, да и повода сбежать не было. Через полчаса из всех непросвещенными остались только я и Люда. И пока Юля искала свою подругу, я отправилась к гадалке.
Едвая вошла, как все мое внимание сконцентрировалось на пожилой женщине со смуглой кожей и темными пронзительными глазами, одетой в несуразную пеструю одежду и яркой банданой на голове.
– Ну, что встала? Проходи, садись. Я уж начала волноваться, что ты не придешь.
Удивившись такому нестандартному началу, я опустилась на стул напротив нее и ляпнула:
– Не думала, что цыгане заставляют работать пожилых.
Я закрыла рот, но было поздно. Как говорится, слово не воробей: вылетит – не поймаешь.
– Правильно думала. Я сама пошла, очень уж ты меня заинтересовала.
Тут я немного расслабилась. Вот оно, логичное продолжение. Ты особенная и все такое.
– Что застыла? Давай руку.
Я протянула правую руку и тут же услышала:
– Не эту. От тебя левая нужна.
Я удивилась, но подала левую.
– Так и думала. Вот что… Ждет тебя решение важное, весть официальная, дорога дальняя, испытание непростое. Чтобы выдержать все, слушайся своего сердца и внемли советам других. Знающие люди направят тебя, и судьба сложится.
Угу. А теперь про любовь…
– И сложится с черноволосым мужчиной, который бросит тебя умирать, заставит себя спасать и будет единственной твоей опорой и любовью. Он – счастье твое!
– А не хочет ли такое счастье отправиться в пеший тур с эротическим уклоном? – выпалила я, совершенно позабыв, что все это неправда.
– Впрочем, выпадет тебе и другой вариант, но будешь дурой, если выберешь не черноволосого.
Ага, это у меня – асоциальной личности, которая только с одним парнем встречалась и то всего две недели, – сразу два кавалера? Ну-ну…
– Все, с тобой я закончила. Когда наведаешься в этот город вновь, помни, что я не отказалась бы от какого-нибудь презента. Например, от оздоровительной настойки.
У женщины явно ехала крыша.
– Чего сидишь? Иди уже. Мне домой пора.
– Но ведь у вас еще Люда не была, – пролепетала я, направляясь к двери.
– Больше я сегодня никому гадать не буду. Ты последняя, поверь мне.
Покачав головой, я вышла из подсобки и сразу услышала крики на улице. Весь класс отправился смотреть, что же случилось.
А прямо перед кафе сцепились две подружки – Юля и Люда. Рядом стоял Витя, молодой человек Юли, и растерянно смотрел на них. По выкрикам Смирновой я поняла, что наша староста застала парочку целующимися и все открылось.
Девушек разняли, отчитали. Люду мне не было жалко, в отличие от Юли. Староста хоть и навязчивая немного, но хороший человек и не заслужила подобного отношения. Впрочем, ей повезло – она вовремя избавилась от такого сокровища, как Витя. Некоторые за подобных парней еще и замуж выходят. Вот где ужас!
Юлька была совершенно подавлена, и классный руководитель не знала, что делать с обеими. В кои-то веки я проявила инициативу:
– Тамара Анатольевна, давайте я отведу Юлю домой, мы живем совсем рядом.
– Да, – пробормотала классная. – Спасибо, Ирина. Она такая несчастная, лучше ей отправиться домой. Думаю, все сейчас разойдутся, вечер совершенно испорчен.
Может, она и права, но я не собиралась упускать шанс ретироваться с праздника. Подхватив Юльку под руку, поволокла ее прочь.
– Куда мы идем? – вытирала Юлька слезы.
– Домой.
Кажется, староста уже жалела о своем поведении. Ну да ничего, когда она еще с классом-то увидится? Школу мы закончили.
– Знаешь, Ира, я сейчас очень рада тому, что ты не любишь общаться.
Первый раз за десять лет у нас было полное взаимопонимание.
Так же молча мы с Юлькой расстались около дома, и я поднялась к себе на пятый этаж, где меня уже поджидали родители.
– Привет, хорошая моя! – расцеловала меня около порога мама. – Как прошел вечер?
– Просто прекрасно – пробормотала я, входя на кухню, чтобы попить воды. – Было вино, еда, цыгане и танцы. А в конце драка на почве ревности. Можно сказать, вечер получился запоминающимся.
– Что случилось?! – ахнула родительница, и мне пришлось в двух словах объяснить случившееся.
Мама принялась мыть посуду и рассуждать о произошедшем, а я улизнула в свою комнату. Завтра предстоят походы по институтам, и надо хорошо выспаться, чтобы пораньше встать.
– Ирина, мы же еще не поговорили по поводу учебы! – крикнула мама.
– Потом!
Закрывшись, я облегченно выдохнула.
Родители хотели, чтобы я поступила в университет недалеко от дома, на химико-биологический факультет. Обе науки давались мне легко, но мне было все равно куда поступать: ни к одной специальности я не испытывала особого пиетета. Поэтому решила подать документы куда только можно.
Пусть судьба определит, кем мне дальше быть по жизни. Успокоенная таким решением, я спокойно заснула.
* * *
Восседая на скамье недалеко от кабинета, где принимали заявления на поступление в вуз, я смотрела, как туда-сюда снуют абитуриенты. Это был уже пятый университет за первую половину дня, и везде я слышала одно и то же: «Займите очередь для подачи документов».
Будущие экономисты суетливо проходили мимо меня: одни не замечали никого вокруг, погруженные в свои заботы, другие, наоборот, смеялись и шутили с друзьями. А были и такие, кто недоуменно смотрел по сторонам, словно не понимая, зачем он здесь.
Видимо, в будущем мне предстоит присоединиться к последним.
Вздохнув, я достала из сумки смартфон и погрузилась в глобальную сеть Интернет. Первым делом зашла на сайт «ВКонтакте». Сообщения, сообщения, любимые группы… А вот и группа «Книгоман». Книги, акции, ага… голосование.
Сегодня тема – фэнтези, и несколько опросов, как раз по наболевшей теме. «Поступили бы вы в Институт магии?» И мой ответ – да. Почему бы и нет? Я сегодня везде поступаю. Что там у них дальше? «На какой факультет хотели бы попасть?» Алхимики, боевые маги, некроманты, ментальные маги, артефакторы, прорицатели, дознаватели. Хм… Нажимаю на поле «комментарий» и пишу ответ: «На какой возьмут». И последний вопрос: «При поступлении вас ждет испытание, согласны ли вы на него?» Отвечаю «да». А дальше снова книги, картинки, скидки…
– Ирина Вознесенская?
Поднявшись со скамьи, я отправилась подавать документы в очередной университет, нечего терять время.
Уже вечером, еле живая от усталости, я вошла в квартиру, а дома никого. Пятница, вечер, родители уехали на дачу – красота!
Поев и приняв душ, я упала на кровать, широко раскинув ноги, и постаралась вспомнить, какие еще вузы есть в нашем городе. От перегрузки информацией голова отказывалась думать, и я потянулась за списком. Но на столе вместо него лежал странный конверт с интересным штампом: «Ин-т рас».
Что это? Впервые за день во мне проснулось любопытство. Распечатав конверт, я развернула письмо, написанное на дорогой бумаге, и прочитала. Замерла. Тряхнула головой и снова прочла, на сей раз вслух:
Добрый день, Вознесенская Ирина Георгиевна. Мы рады получить ваше согласие на обучение в Институте рас. Сообщаем, что распределение на факультеты будет проводиться пятнадцатого июня, с собой брать ничего не нужно, все необходимое вам выдадут на месте. Желательно к моменту испытания хотя бы приблизительно определиться, на каком магическом факультете вы хотели бы обучаться. Представительство института на Земле находится по следующему адресу… Всего наилучшего.
Секретарь ректора Унила Добракович
Перечитав написанное еще раз, я не могла поверить, что это лежит у меня на столе. И тут озарение…
Это же бывшие одноклассники шутят! Никак нашли мои сегодняшние ответы в Интернете? Вот же… Нигде от них покоя нет. А родители берут подсунутое в ящик и не смотрят.
Скомкав письмо, я выкинула его в мусорное ведро. Неужели они думают, что я поеду на испытание, купившись на этот розыгрыш? Угу, уже бегу.
Немного посмотрев телевизор, я незаметно задремала.
А на следующий день, убираясь, снова обнаружила на столе письмо, то же самое, в надорванном конверте. Но ведь я же его выбросила!
Ничего не понимая, я бросила взгляд в зеркало: слегка растрепанные золотистые волосы стянуты в хвост, лицо немного полновато, серые глаза смотрят прямо и чуточку устало. Кожа белая, фигура полная. Сейчас на мне майка в обтяжку и шаровары, на ногах – тапки с мордами пушистых котов.
Внешний вид кричал мне, что мой разум в порядке и я сегодня никуда не выходила. Тогда вопрос: кто же был в квартире и вернул письмо на стол?
В задумчивой растерянности, я вошла в ванную и, включив воду, собралась почистить сантехнику, когда по трубам прокатился гул. Федор Иванович снова засорил канализацию?
Гул нарастал и нарастал, а потом все резко стихло, и на моих глазах вода потекла в обратном направлении, исчезая в кране.
– Елки-палки!
В совершенном шоке я наблюдала за природной аномалией, а затем меня, словно магнитом, потянуло к ванне и, как по волшебству, засосало в кран.
Будто в воздушном пузыре, я полетела сквозь воду, а может, и пространство. Меня вертело, крутило и неожиданно выкинуло на пол.
Стоя на четвереньках, я всматривалась в камень, который был похож на лед, но более прозрачный, гладкий и не холодный.
– Вознесенская Ирина? Почему не приехали на испытание, как договаривались? Пришлось вытаскивать вас через временный телепорт, – прозвучал сверху недовольный голос.
Подняв глаза, я увидела с виду обыкновенную темноволосую женщину, говорящую странные вещи. Ее полноватая фигура была облачена в белоснежный костюм с юбкой-макси и длинной безрукавкой, чем-то напоминающей плащ.
– Не понимаю, что тут происходит? Где я и как сюда попала? – ответила я, шокированно рассматривая огромный, отделанный мрамором зал, стены которого поблескивали в свете свечей. Помещение имело круглую форму, и в стенах были сделаны арки, в которых клубилось разноцветное марево.
– Если бы вы прибыли вместе со всеми, то вам бы все объяснили, а раз вы такая недоверчивая, то теперь нам придется поспешить. Кстати, я Унила Добракович, секретарь ректора, по всем организационным вопросам обращаться ко мне.
Женщина направилась к одному из двух огромных проемов, расположенных напротив друг друга и, видимо, являющихся выходами, и я на автомате двинулась за ней.
– Где я все-таки?
– В Институте рас – одном из самых престижных учебных заведений всех миров. Каждый год мы выбираем лучших из лучших, которым предоставляем право поступить к нам. Это большая честь, между прочим.
– Но я не поступала! – воскликнула я, ничего не понимая.
Я бы посчитала эту женщину сумасшедшей, если бы не окружающая действительность. Впрочем, может это мой диагноз?
– Как это не поступали? А кто на вопрос: «Поступили бы вы в Институт магии?» ответил – «да», а при выборе факультета написал: «На какой возьмут» – и подтвердил свои ответы?
– Но это же просто опрос в Интернете!
– С чего вы решили, что просто опрос? – лукаво посмотрела на меня секретарь.
Совершенно шокированная и немного деморализованная, я шла за Добракович и не знала, что и думать. Это сон или явь? Впрочем, новые впечатления отвлекли меня от размышлений.
Мы шли по совершенно пустынным коридорам замка, который словно сошел со страниц сказок. Да что там сказок! Теперь я, кажется, догадывалась, какое место послужило прототипом учебного заведения Гарри Поттера.
В замке чувствовался неуловимый флер старины и роскоши. На его стенах, выложенных из крупного обработанного камня, висели портреты неизвестных мне людей, освещенные факелами с живым огнем. Таинственности этому месту придавала и драпировка из странного незнакомого материала, отдаленно напоминающего бархат. А в воздухе витал запах волшебства и… ванили. Или где-то недалеко находится столовая?
В общем, если обобщить впечатления, то Институт рас был именно тем заведением, куда мечтают попасть девушки, читающие книги фэнтези, и где мечтала побывать я. Не знаю, что будет дальше, но эти воспоминания останутся со мной до конца моих дней.
Миновав несколько коридоров, мы подошли к небольшой двери, и секретарь осторожно постучала. В ответ дверь исчезла. Добракович смело шагнула внутрь, а я несколько задержалась, ощупывая дверной косяк, чтобы распознать, в чем фокус.
– Ирина, ну давайте же быстрее! – нетерпеливо произнесла секретарь. – Время поджимает.
И я поспешила.
Преодолев очередной узкий коридорчик, мы подошли к массивной двухстворчатой двери из полированного дерева в железной окантовке, которая словно переливалась. Поверхность створок украшали необычные письмена и рисунки.
Я хотела дотронуться до них рукой, но была остановлена окриком Добракович:
– Осторожно! Вы еще не зачислены в институт, стихийная магия может причинить вам вред.
После чего секретарь, ухватившись за металлические ручки, распахнула створки.
– Унила, еще один студент? – донесся до меня удивленный голос.
Я сделала несколько шагов вперед и оказалась в небольшом зале. За широким полукруглым столом сидели, судя по всему, преподаватели. Перед ними стояли стол и стул, куда Добракович и предложила мне присесть.
– Да, прибыла буквально в последний момент, – произнесла она, обращаясь к преподавателям.
А я, стесняясь своих тапок с кошачьими мордами и домашней одежды, сконфуженно опустилась на стул.
– Ну, хорошо, что испытания не закончились, – заметил мужчина в центре, которого я приняла за ректора.
Ну… возможно, что это ректор. В идеале по сюжету между нами должно вспыхнуть чувство, однако, присмотревшись к нему, я поняла, что это совершенно не мой типаж. Помимо неземной красоты и острых ушей, что я в мужчинах, в общем-то, не любила, ректор являлся обладателем необычного глаза. Вместо радужки в нем мерцал синий рисунок, на котором, то приближаясь, то удаляясь, крутились иероглифы.
Скорее всего, эльф…
Ни преподаватели, ни ректор института не носили никакой униформы. Кто-то был облачен в шикарную рубашку, как у пиратов, кто-то – в дворянский сюртук. Но все без исключения поверх одежды носили длинные безрукавки в стиле фэнтези.
– Добрый день, Ирина Вознесенская, – улыбнулся мне ректор. – Откуда вы к нам прибыли?
Он разговаривал со мной как с душевнобольной. Еще один минус.
– С Земли, – хрипло выдохнула я и обвела взглядом остальных.
Справа от главы института сидел седой мужчина аристократического вида, с таким суровым выражением лица, словно только прожевал и проглотил ведро гвоздей. Ужас…
Место слева от ректора занимала немного полноватая светловолосая женщина миловидной внешности, но едва она мне улыбнулась, как я поняла, что все сказки про вампиров правда. Острые клыки и, если присмотреться, темно-вишневые глаза… Мама, куда я попала?
Рядом с вампиршей сидел самый колоритный персонаж в зале. На голове длинные светлые волосы и черные маленькие рожки, вокруг глаз черные круги, словно тушь потекла, и татуировки на лице. Он был одет в белую рубашку, распахнутую на груди, кожаные брюки и тяжелые ботинки, напоминающие гриндеры. Конечно, выглядел мужчина эпатажно, но должен же статус хоть немного его ограничивать… или нет?
Пока я изучала комиссию, преподаватели изучали меня.
– Светловолосая девушка с Земли… Давно у нас не было блондинок оттуда, – переглянулся с коллегами ректор.
– У нас вообще светловолосых очень и очень мало, – заметила единственная женщина в комнате. – А она золотистая блондинка.
Все снова посмотрели на меня.
– Думаю, стихийник, – пробормотал эпатажный мужчина. – У них такие редкость, но на моем факультете светловолосых вообще нет.
– Это не значит, что не может быть, – грудным, немного грубоватым голосом заметил аристократ, который, по моему убеждению, питался гвоздями.
Не хочу к нему! Хотя «стихийник» звучит неплохо.
– Ладно, не будем гадать, тем более решать не нам. Мы дали абитуриентке достаточно времени к нам привыкнуть, пора ввести ее в курс дела, – начал ректор и, уже глядя на меня, продолжил: – Ирина, то место, куда вы попали, называется Междумирье – пространство, через которое можно попасть в любой мир. Подробнее о нем вы узнаете на лекциях. Я же скажу главное: вы поступили в Институт рас, где обучаются самые способные представители всех миров, и таких учреждений всего четыре.
– А для чего?.. – это единственное, что я смогла выдавить из себя от удивления.
– Мы готовим высококлассных магов-контрактников, которые будут посещать миры согласно заданиям, решать проблемы, а по возвращении получать награды. Междумирье – это лучшее место во времени и пространстве.
– А мне вполне нравилось и там, где я жила, – выпалила я.
– Но ты заключила с Междумирьем магический договор, и никто не в силах его разорвать, – порадовала меня вампирша.
– Когда? – выдохнула я, не помня такого.
– Когда в опросе в соцсети ответила «да» и подтвердила свой ответ, – напомнила Добракович.
– Но это же просто опрос! – возмутилась я.
– Это вопрос и ответ, – приподнял бровь ректор.
Рисунок в его глазу пришел в движение, при этом эльф смотрел прямо на меня – и я вздрогнула.
– Изор, ты пугаешь девочку, – укоризненно заметила вампирша. – Основное мы сказали, ситуацию объяснили. Думаю, пора начинать испытание.
Это называется «объяснили»?!
Но Добракович уже поманила меня за собой, и я, словно зомби, направилась следом, не чувствуя ног от волнения. А что, если меня не примут, потому что дара нет и я не подхожу?
А если примут? До сих пор я не могла понять: хочу быть магом или нет. Но ведь жизнь идет вперед, нужно учиться, получать профессию, становиться взрослым человеком – так говорили мне родители. А тут шанс стать магом!
А вдруг я буду боевым магом? И смогу швыряться огнем или молниями…
– Скажите, какие факультеты есть в институте? – не удержавшись, полюбопытствовала я.
Добракович хитро на меня посмотрела, вышла из зала и вскоре вернулась с плащом, который протянула мне со словами:
– Надевайте. Сейчас я провожу вас в другой зал, где находятся остальные абитуриенты. Там вы накинете капюшон и вместе со всеми направитесь к большим магическим вратам. Когда наступит ваша очередь, пройдете через них, а дальше все будет зависеть от вашего дара.
– Ага, – ошарашенно откликнулась я, облачаясь в плащ, который очень походил на те, что были у назгулов.
– Касательно вашего вопроса, – ответила Добракович, когда мы вышли из зала. – В институте существует несколько факультетов: стихийной магии, некромантии, общей магии и лекарский. У каждой своя специализация, свои плюсы и минусы. Профессор Изор, ректор, возглавляет факультет общей магии. Профессор Нилькор, мужчина с седыми волосами и строгим лицом, главенствует над стихийными магами. Профессор Изоль – глава лекарей, а профессор Дазар, тот светловолосый мужчина с рожками, – некромант.
– Но он же сказал, что у некромантов не бывает светлых волос…
– Да, на моей памяти такого не было, но у профессора Дазара они побелели во время одного из неудачных ритуалов. Впрочем, не уверена, что вправе делиться подробностями.
Ага, значит, темная история.
– Только они преподают в институте?
– Нет конечно. У всех профессоров есть несколько заместителей. Просто на каждом потоке главы факультетов выбирают группу, которую ведут именно они.
Когда мы прошли очередной коридор и спустились по лестнице, моему взору предстал длинный зал, где толпились абитуриенты. В дальней узорчатой стене зала имелся проход, в котором клубился разноцветный туман.
Накинув капюшон, я оглянулась на Добракович, которая осталась стоять на входе, и, вздохнув, влилась в поток черных плащей. Чем дальше я продвигалась, тем больше нервничала.
Около врат стоял высокий человек, который выбирал из толпы абитуриентов по одному и направлял их к магическому барьеру. Вот неизбежно и на мое плечо легла сильная рука и подтолкнула вперед.
Шаркая по полу вмиг одеревеневшими ногами, я дошла до магических врат, ненадолго притормозила, а потом, резко вдохнув и зажмурившись, шагнула вперед.
Глава 2. Попала…
Ирина Вознесенская
Я шла уже несколько минут, а вокруг – лишь много света и разноцветный туман. Может, я что-то делаю неправильно? Другие абитуриенты выходили довольно быстро.
Осмотревшись по сторонам, я повернула было назад, как увидела перед собой ярко-зеленый меховой помпон, у которого виднелись два глаза.
– А-а-а… – завопила я и бросилась бежать обратно, но передо мной оказался еще один зеленый помпон. Потом еще и еще один.
Я металась из стороны в сторону, не зная, куда деваться, а помпоны все множились и множились, пока нам не стало тесно и я не начала в них тонуть. Но, попробовав выбраться, я поняла, что плаваю уже не в помпонах, а в зеленом тумане, швырявшем меня из стороны в сторону. А потом запястье пронзила боль.
Вскрикнув, я обнаружила себя лежащей на полу. Все исчезло, остался только свет. Различив сбоку от себя магические врата, я вскочила и бросилась к ним. Уже через секунду выдохнула от облегчения, очутившись в знакомом длинном зале института.
Странно, мне казалось, я довольно долго пробыла в тумане, а высокий стражник только направился за следующим абитуриентом, будто прошла всего пара секунд.
Увидев Добракович, которая по-прежнему стояла на входе и направляла абитуриентов, я двинулась к ней.
– Уже познакомились со своей магией? – улыбнулась она мне.
– А это была моя магия? – вылупилась я на секретаря.
– Да. А что такое?
Я замотала головой. Ну уж нет, никому не расскажу про помпоны.
– Что-то личное, – понятливо кивнула Добракович, – так у многих бывает. – Покажите мне татуировку: она определяет вашу принадлежность к факультету.
– Татуировку?.. – не поняла я, а потом непроизвольно схватилась за руку.
Отодвинув рукав плаща, я показала внутреннюю часть запястья Добракович и увидела, как у нее расширяются глаза.
– Что такое? – заволновалась я, глядя на кинжал, объятый пламенем, на своей руке.
– Неожиданно, но раз такова твоя магия…
– А? – подняла я вопросительный взгляд на секретаря.
– Ирина, вам прямо по коридору, до лестницы и вниз. В общем зале вас будет ждать Аластер Тиг – невысокий старичок, наш завхоз, он же комендант общежития. Поторопитесь, вы будете первая. Только некромантов заселяют в первую очередь, и лишь потом они завершают регистрацию.
Кивнув, я направилась куда велено, и только на лестнице до меня в полной мере дошло сказанное.
Я? Некромант?!
Мамочки…
Вниз я спускалась словно в тумане. Мне не верилось, что теперь я буду учиться общаться с покойниками и бог знает с кем еще! Впрочем, мне же не нравилось контактировать с живыми людьми, а со своими желаниями нужно быть осторожнее.
Войдя в общий зал, я заметила пожилого мужчину и несмело зашагала к нему.
– Добрый день! Я по поводу поселения…
– Что, уже обошла остальных? – строго взглянул на меня комендант, и я заметила в его волосах прутики и листики. Кожа оказалась очень бледной, с немного зеленоватым оттенком. У меня была такая же, когда я отравилась колбасой. Какой же он расы?
– Я некромант, и сказали…
– Не может быть, – перебил меня старичок. – Покажи татуировку.
Я послушно отодвинула рукав.
– Хм-м… Ну ладно, пойдем. Я уж подумал, обмануть меня решила: много вас таких, которые хотят заселиться вперед всех, – заворчал завхоз и еле-еле зашаркал к выходу.
А я стояла и недоуменно смотрела Тигу вслед, понимая, что мое заселение будет очень и очень долгим. Я сама не очень быстро двигаюсь, но если нас сравнивать, то это как таракан и улитка. К тому же я не совсем понимала, почему завхоз направился не к лестнице, а к неизвестной двери в конце зала.
Легко нагнав своего провожатого, я прислушалась к его бормотанию.
– Так… Куда же ее определить? Там занято, и здесь вроде бы тоже… Туда нельзя, там мужчины. А если?.. Ну да, как раз освободилась…
Достигнув наконец двери, Тиг взмахом руки начертал в воздухе какой-то знак, и дверь исчезла, а вместо нее появилось желтое сияние.
– Ну, что встала? Поторапливайся. Студенты такие медлительные… – проворчал он и шагнул прямо в сияние.
Ошарашенно осмотрев дверной проем, я, зажмурившись, отправилась следом.
Едва открыв глаза, почувствовала, как у меня отвисает челюсть. Передо мной раскинулась незнакомая комната. Под потолком прямо в воздухе висели свечи, освещая наполовину каменные, наполовину деревянные стены. Возле одной из стен находился большой камин, по обе стороны которого стояли два кресла. В центре комнаты расположился низкий резной стол в окружении дивана и еще пары кресел.
Это моя комната? А где я буду спать?
– Так, слушай сюда, повторять не буду. Видишь пять дверей?
Я повернула голову в указанном направлении. Действительно, на противоположной от камина полукруглой стене находились пять резных дверей с разными рисунками.
Кивнув, я услышала пояснения.
– Вот эта, – ткнул завхоз в крайнюю слева, – кухня и кладовка. Там хранятся вещи из твоего мира и там же можно подогреть воду, сделать отвар и все такое. Есть будешь в столовой три раза в день. Понятно?
Присмотревшись к двери, я увидела изображенный на ней котелок, из которого поднимался пар.
– Да-а…
– Вот тут, – показал Тиг на крайнюю правую дверь, – находится туалет.
Я даже боялась представить, почему на двери были изображены листики!
– Ванные комнаты на третьем этаже жилых корпусов и, имей в виду, строго разделяются на мужские и женские!
Уловив несправедливый намек, я с возмущением глянула на завхоза.
– А прямо посредине твоя комната. Справа и слева живут соседи, они поступили в прошлом году.
– А почему в эту комнату вы тогда никого не заселили?
– Заселил, но его уже отчислили.
Я сглотнула.
– Планировка в институте простая, поэтому объясняю, как для тупых. Большие металлические двери, выкованные в голубом пламени и напитанные магией, – это главный вход. На них изображен узор четырех факультетов. Проходя через эти двери, попадаешь в первый каменный зал, из которого в другие помещения ведут две большие лестницы по бокам и коридор в центре.
Лучше бы показал! Впрочем, с его скоростью экскурсия займет не менее года.
В центральном корпусе находились администрация, библиотека, канцелярия, залы перемещений, после начиналась главная башня. По бокам от центрального корпуса располагались учебные корпуса с лекторскими аудиториями и кабинетами для практических занятий, соединенные с жилыми башнями переливчатыми коридорами и полукругом огибающие институт сзади.
– А как мы попали сюда, если не поднимались?
– Двери могут быть порталами. Начертишь определенный магический символ в зависимости от места, в которое хочешь попасть, и, открыв, заходишь. Подробнее вам будут рассказывать на занятиях.
– Я заблужусь в этом огромном замке, – понуро заметила я.
– Что за глупости! На всех дверях изображены специальные значки, указывающие назначение места. Все, я пошел, и так задержался. После того как поселишься, тебе надо на второй этаж центрального корпуса – в канцелярию и библиотеку.
Проводив завхоза мрачным взглядом, я подошла к двери своей комнаты и уставилась на рисунок. Вот интересно, какое отношение ко мне имеет кинжал, обвитый цветком с шипами? Присмотревшись повнимательнее, я удивилась еще сильнее: кинжалом оказалась кость.
Дернув за ручку двери, я вошла в свою комнату и, осмотревшись, сразу поняла, что с радостью буду учиться здесь все последующие годы.
Комната была простой, скромно обставленной, но чем-то сразу пришлась мне по душе.
Главным ее достоинством были два больших окна напротив входа, из которых в помещение проникало очень много света. Слева от двери стояли книжные стеллажи, а вдоль стены располагалась кровать с зеленым балдахином – я впервые видела такую воочию. На противоположной стороне стояли широкий практичный коричневый диван и шкаф, возле окна – стол.
Бледно-зеленые с завитушками обои радовали глаз, не вызывая неприязни, а зеленый ковер дополнял уютную обстановку. Лишь маленькие белые черепушки на нем портили впечатление. Может, их удастся закрасить?
Я походила по комнате, прикоснулась к мебели и выглянула из окна. Увиденное меня испугало. Это на какой же высоте находится мое жилище? Если вы летали на самолете, то можете представить вид, который открылся мне: облака, солнце и снова облака.
Присев на широкий подоконник и взглянув на клонившееся к закату светило, я решила не придираться к мелочам и заняться делом – неразумно терять время. Скоро вечер, а у меня дел по горло.
Преисполненная решимости все завершить как можно быстрее, я вышла из комнаты и отправилась выполнять указания завхоза. Навстречу мне тут и там попадались студенты самого разного вида: одни с чешуей, другие с зеленью растений, торчащей из волос, или с клыками, третьи с длинными ушами, а некоторые точь в точь орки из книги Толкина – массивные чудища с длинными волосами и немного красноватой кожей, словно они обгорели на солнце.
Но более всего меня поразила девушка со змеями на голове. Я, помня античные легенды, даже зажмурилась и нечаянно врезалась в нее.
– Осторожнее! – воскликнула она, уронив свою сумку.
– Простите, – пробормотала я, непроизвольно открыв глаза и оставшись живой.
– Ты чего бредешь и не смотришь под ноги? – нахмурилась «горгона».
Змеи на ее голове недовольно зашипели на меня, и я непроизвольно отшатнулась.
– Спокойно, девочки, – погладила их хозяйка.
– Я смотрю по сторонам, – вздохнула я. – Кажется, заблудилась.
– Новенькая? – вскинув брови, посмотрела на меня девушка.
– Да.
– Все понятно. Преподаватели никогда не объясняют нормально, думают, мы ясновидящие. Сама в прошлом году так же мыкалась. Но тебе повезло, я уже закончила свои дела, пойдем, покажу все, что нужно.
– Буду очень признательна… – Я впервые обрадовалась, что кто-то полез ко мне со своими советами.
– Меня зовут Милана Ортего, – представилась девушка, пока мы шли в известном только ей направлении.
– А меня – Ирина Вознесенская.
– Интересное имя, похоже на земное. Ты с Земли?
– Именно.
– На факультет общей магии?
– Почему именно туда? – удивилась я предположению.
– У вас, конечно, интересный мир, но вы довольно прагматичные, и из-за этого земляне чаще всего попадают на факультет бытовиков.
– Нет, ты не угадала, я некромант.
– Блондинка?
– Угу. А много наших здесь?
– Сейчас не знаю, а в прошлом году на потоке было человека три.
– Негусто…
– А что ты хочешь? Сюда попадают избранные. Это зависит не только от дара, но и от психологических качеств. Тебе потом на лекциях расскажут.
От обилия информации в голове был сумбур, но так как мы уже подошли к библиотеке, я получила легкую передышку. Присмотревшись к стопке книг, изображенной на двери, я дернула ручку на себя… и пропала.
– Ты чего? – раздался сзади недоуменный голос.
Я застыла на месте и с восторгом рассматривала множество полок с книгами, которые были такими… такими… Да книги про Гарри Поттера и рядом не стояли!
Милана подтолкнула меня вперед и поволокла к стойке, за которой сидела женщина средних лет, с глазами, как у кошки, и благосклонно на меня взирала.
– Адара Нирковна, это новенькая, зовут Ирина.
– Добрый день, вы по поводу литературы? – грудным голосом поинтересовалась женщина, чуть заметно улыбаясь.
– Наверное, – пробормотала я.
– Вы не уверены? – вскинула дама брови.
– Она некромантка и уже поселилась, – намекнула Милана.
– Эх, вот подам я на Тига докладную, как есть подам! – проворчала Адара Нирковна и с интересом взглянула на меня, но от комментариев отказалась.
Ну да, блондины-некроманты – редкость, но на моего декана никто же так не смотрит. Или смотрит?
Как мало я еще знаю об этом мире… Или Междумирье – это не мир?
– Книги я отправлю в вашу комнату магической посылкой, – произнесла библиотекарь, закончив заполнять формуляр. – Сегодня вы уже не успеете туда вернуться. Абонемент заведен, теперь можете приходить и читать когда угодно. Я же вижу, библиотека вам понравилась.
Еще раз осмотрев высокие полки с потрясающими на вид книгами, я, причмокнув, заметила:
– Очень!
– Пойдем, – потянула меня на выход Милана. – Тебе еще нужно успеть в канцелярию – взять список всего необходимого.
Выйдя из библиотеки, мы направились дальше. В одном из коридоров прошли мимо витрины с вымпелами, красивыми кубками и дипломами.
– Что это? – удивилась я.
– Это награды, которые наши группы завоевали на соревнованиях факультетов. А чуть правее кубки нашей команды стихийного футбола.
– Стихийного чего? – поразилась я.
– Футбола. Это такая игра, где команда бежит на команду и с помощью силы стихий и ловкости сметает противника, чтобы завладеть мячом и добраться до нужного места.
По этому объяснению я поняла, что стихийный футбол что-то типа нашего регби, но посмотреть его все равно захотелось невероятно.
– А что за соревнования факультетов?
– На потоках собираются несколько команд и бьются за звание лучшей. Соревнования проходят как в виде дуэлей, так и в виде командных сражений. Но не каждый может попасть на них.
– А для чего это вообще нужно?
– Ты получаешь право первого выбора рабочего места по окончании института – такая своего рода льгота. Только игроки футбольных команд и участники соревнований обладают таким правом. Это очень престижно и считается большой удачей.
Я мало что поняла из объяснений Миланы, но времени разбираться не было. Добравшись до канцелярии, я попрощалась с новой знакомой и, войдя в кабинет, увидела Добракович.
– Наконец-то. Ирина, вы очень задержались. Вот список всего необходимого, и пойдемте к залу перемещений. Скоро настройки собьются и будет затруднительно вернуть вас домой, – порадовала меня секретарь.
Непроизвольно схватив пергамент, сунутый мне в руки, я поспешила за секретарем по коридорам института.
– А как мне вернуться обратно?
– Вы получите отдельное письмо, в котором будет все подробно описано. С собой можно взять только одну сумку с вещами, но такую, которую вы сможете сами донести.
– А какие вещи лучше взять?
– Это уж вам виднее, но должна предупредить: техника в Междумирье не работает.
– Ох… – Я представила весь ужас сказанного.
Теперь мне придется жить без телефона, компьютера и Интернета. Что же делать-то?
– Мы пришли, – сообщила Добракович, поворачиваясь ко мне. – Ну что, вы готовы отправиться домой?
Удивившись тому, что мы так быстро добрались до нужного места, я сняла черный плащ и, отдав его секретарю, кивнула.
– Тогда до встречи через два дня. – И она указала на одну из портальных арок.
– До свидания, – махнула я рукой и шагнула внутрь желтого сияния.
Обернувшись, я хотела еще раз посмотреть на институт, но увидела лишь ванную комнату. Опустив взгляд на зажатый в руке свиток, я поняла, что мои проблемы только начались.
«Е-мое! Как я скажу родителям про свое поступление? Они же не поверят. – И следом новая мысль: – А как сказать про татуировку?!»
Интересно, в Институте рас могут учиться зомби? Ибо меня непременно убьют!
* * *
В воскресенье я получила письмо с инструкциями насчет того, как буду добираться до института, и весь день бегала по магазинам со списком необходимых вещей. Поиск некоторых поставил меня в тупик.
Если, например, свечи, кубок, пестик, венчик и емкости различного объема не вызвали проблем, то приобретение набора ножей различной длины и конфигурации было сопряжено со сложностями. Кто мне в нашем мире продаст такой набор, который больше походит на охотничий? Про чугунный котелок объемом шесть литров я вообще молчу. Однако более всего меня испугал набор медицинских хирургических инструментов. Нет, купить их не было проблемой, но вот для чего они нужны?
Но старание и труд все перетрут. Ножи я приобрела на рынке, где даже не поинтересовались моим паспортом. Котелок утащила у Варвары Петровны, нашей соседки, прямо с балкона.
Не знаю, где она в свое время достала эту большую чугунную прелесть явно советского производства, но мне она была точно нужнее.
Далее мой путь лежал на Птичий рынок. Как же верещал бедный петух, когда после покупки я вырвала у него полхвоста. Народ смотрел на меня странно и осуждающе. А что делать?
Но самое важное решение было принято в магазине медицинской техники, где я рассматривала различные инструменты – сверлышки, щипчики, ножнички… пилу! Я решила остановить свой выбор на самом дорогом и самом лучшем, на мой взгляд, наборе. В нем было видимо-невидимо приспособлений, а самое главное – имелась инструкция!
Конечно, к магии она не имеет никакого отношения, но хоть буду знать, за какой конец что держать.
После последних покупок деньги у меня практически закончились, осталось разве что на такси. А ведь я собирала их четыре года – на поездку в Европу, как раз на каникулах после поступления…
Что ж, съездим, но не в Европу, а в Междумирье.
Вернувшись домой, я принялась собирать сумку, и это дело оказалось едва ли легче. Вот что бы вы взяли с собой в Институт магии?
Техника отпадала сразу, и в первую очередь я сложила предметы личной гигиены и самые удобные одежду и обувь. Плюс в сумку полетело вечернее платье, как раз с выпускного, и несколько украшений. Вдруг там бал, а я не при параде?
Обведя глазами комнату, я поняла, что больше и взять нечего. Остальное там мне точно не пригодится. Разве что… Поддавшись порыву, я бросила в сумку косметичку.
Вообще я редко пользовалась косметикой, уж очень сильной была аллергическая реакция на коже.
Но, говорят, женщина с макияжем способна преодолеть все трудности.
Последнее, что было упаковано, – это несколько шоколадок и удобная сумка, чтобы ходить на занятия. Все!
Если что-то и забыла, то заберу в следующий раз. Будут же нас отпускать домой?
Вечером, готовя поесть, я думала о том, как обо всем рассказать родителям. То, что мне не поверят, даже не обсуждалось, но и отступать я не собиралась. Ни маме, ни папе не понравится, что я уеду непонятно куда.
Размышления прервали родители, вернувшиеся с дачи. Послышались голоса, звук брошенных на пол сумок.
– Ирина, помоги разгрузить сумки! – крикнула мама, и мне ничего не оставалось, как подчиниться.
Нервничая и хмурясь, я перебирала на кухне овощи, когда ко мне присоединились родители.
– Ну, как прошли выходные, дочь? – присел папа на стул.
Настроение у обоих было прекрасное, и тем неприятнее было его портить.
– Подала документы? – поинтересовалась мама, заглядывая под крышку сковородки.
– Да, я рада сообщить, что поступила в институт.
Родители удивленно взглянули на меня.
– Что-то быстро, – приподняла брови мама, присаживаясь рядом с отцом. – И в какой институт, на кого?
– В Институт рас, на некроманта.
Несколько минут родители молчали.
– Что это за учебное заведение? – нахмурился отец.
– Ну, что-то вроде академии магии. Через четыре с половиной года, если я его закончу, буду магом-контрактником. – И, повернувшись к ним спиной, я начала накладывать еду себе в тарелку.
Через несколько минут тишины я услышала ожидаемое:
– А я тебе говорила, не нужно разрешать ей читать все эти книжки про магию, но ты меня не слушал. Сказки, сказки, а теперь ее наверняка прибрала к рукам какая-то секта.
– Это не секта, – возразила я. – Мне нечем вас убедить, но завтра я отправляюсь в институт.
– Никуда ты не поедешь! – воскликнула мама. – Я не отдам свою дочь сектантам!
Спор уже готов был перейти в скандал, когда посреди кухни появилось зеленое свечение и немного механический голос ректора сообщил родителям все то, что до него сообщила я. А также что магический договор расторгнуть невозможно.
Свечению они поверили больше. Прошла пара часов, прежде чем мама и папа смогли со мной связно общаться.
Весь оставшийся вечер родители ходили из угла в угол, но расспрашивать меня не пытались – магия запретила. В их понимании это выглядело так, я же знала, как на самом деле выглядел тот, кто с ними общался.
Утром пришла пора прощаться. Мама крепко меня обняла, в ее глазах стояли слезы.
Я утешающе заметила:
– В конце каждого года у меня будут каникулы и я буду приезжать в гости.
Она лишь кивнула. Даже я, не имея детей, понимала ее: отпускать дитё в неизвестность очень непросто.
– Ты обязательно сообщи нелюдям, которые будут тебя учить: если что-то случится с моим ребенком, я их Междумирье на клочки порву, как и того, кто тебя не уберег.
– О! – все, что смогла вымолвить я. – Постараюсь передать.
И мы с папой отправились, как мне было велено в инструкции, на городской автовокзал.
– Тебя кто-то будет встречать?
Я пожала плечами.
– Наверное, нет. Написали, что в девять подойдет транспорт.
Кивнув, папа замолчал, но я видела, как он нервничает.
– Что такое?
– Переживаю, что ты не вернешься к нам.
– Папа!
– Когда-то нам с мамой нагадала гадалка, что мы будем очень счастливы, но дочери с нами не будет.
Тут и мне вспомнилось предсказание, которое я получила на выпускном. Оно врезалось в память и предвещало много странного.
– Что бы ни случилось, я обещаю, что буду навещать вас.
– О большем не прошу.
В этот момент недалеко от нас остановился автомобиль «москвич» очень старой модели, но выглядел при этом как новенький. И это их конспирация?
Мы с папой переглянулись.
– Что-то мне подсказывает, что это за тобой, – ошарашенно заметил он.
Сверившись с номером в письме, я поняла, что действительно за мной. К машине начали стекаться парни и девушки моего возраста, и я, еще раз обняв папу и взяв сумку с вещами, поспешила к автомобилю.
Водитель очень напоминал Кису Воробьянинова из «Двенадцати стульев» – пушистые усы, пиджак девятнадцатого века и круглые очки. Неудивительно, что его рассматривала вся улица.
– Студенты, побыстрее рассаживаемся и отправляемся. Мы и так выбились из графика.
Он еще и шепелявит!
– Мы что, поедем в этом? – указал на «москвич» парень, стоявший рядом со мной.
– Да.
– Все? – уточнила еще одна девушка.
– Естественно. А что вас не устраивает? Хотите своим ходом? – приподнял одну бровь водитель.
После нескольких секунд тишины парень, стоявший рядом со мной, открыл дверь, и мы один за другим начали влезать в салон. Я была третья, и меня как раз впечатало лицом в стекло, а плечом в бугая, который сидел рядом со мной.
В такой ситуации сложно было даже вздохнуть, не говоря о том, чтобы почесаться. Когда я в школе сторонилась людей, то еще не понимала, что такое, когда тебе лезут в душу. Сейчас на нее еще и давили.
– Долго ехать? – прохрипела я, когда мотор заурчал.
– Часа два!
Два часа зажатой людьми в замкнутом пространстве. Кое-кто начал обсуждать нашу ситуацию и глупо подхихикивать.
Раньше я не знала, что такое ужас, зато теперь у меня было время проникнуться.
Глава 3. Новая жизнь
Ирина Вознесенская
Институт радушно встретил меня и других студентов, которые спешили в альма-матер, ведь завтра первый день занятий. Представители различных рас проходили мимо, не обращая на меня внимания. И только новичков сразу было видно: мы брели, рассматривая всех.
Все же то, что со мной случилось, – это невероятно.
Поднявшись по ступеням, я вошла в главный зал института и заметила Добракович, которая собирала около себя первокурсников. Эх, а так хотелось побыстрее попасть к себе в комнату. Спортивная сумка, которая непонятно как поместилась в багажник «москвича», оттягивала руку, и я давила в себе порыв забросить ее куда подальше. А ведь еще предстояло по карте добираться до своей комнаты.
Я уныло побрела вперед, стараясь пристроиться в самом конце.
– Первокурсники, сейчас вы должны пойти за мной. Вас ждет посвящение в магию и зачисление в институт.
Мне непроизвольно сразу вспомнились помпоны.
Добракович подошла к самой дальней двери зала, как ранее Тиг, начертала в воздухе знак, который засветился желтым цветом, и дверь отворилась в желтое марево.
– За мной.
Двигаясь в очереди к порталу, я отмечала и своих соотечественников с Земли. Шутники больше не выглядели такими оптимистами, скорее были взволнованы и не уверены в себе.
Пройдя через дверь, мы оказались в большом светлом зале со множеством скамеек со спинками, а впереди, на возвышении, стояли два длинных стола, перед которыми находилось настоящее произведение искусства – стеклянный цветок, самый прекрасный из всех, какие я только видела. Несмотря на то, что его внешний вид был мне незнаком, при взгляде на него я чувствовала тепло и спокойствие, словно цветок был частью меня.
– Сейчас все по очереди подходим и прикасаемся к артефакту силы, – произнесла Добракович. – Необходимо положить на него руки и не отнимать до тех пор, пока артефакт не погаснет. Ну, кто первый?
Все молчали и не двигались. Неожиданно для самой себя я вышла вперед и, несмело ступая, направилась к артефакту. Расположив руки как было сказано, я практически сразу почувствовала тепло, а потом цветок загорелся зеленым светом. Мне было сложно понять, то ли это магия артефакта, то ли моя.
Прошло несколько секунд, и все погасло.
Дальше дело пошло веселее. Остальные студенты последовали моему примеру, а я, пользуясь случаем, подошла поближе к Добракович, раздумывая, можно ли обратиться к ней с просьбой.
– Вы что-то хотели, Ирина? – поинтересовалась секретарь, делая пометки на пергаменте.
– Скажите, а можно и мне научиться открывать порталы?
– Конечно. В свое время вам все расскажут на лекциях.
– А сейчас вы не могли бы показать рисунок моей комнаты? Она так высоко, что я не уверена, дотащу ли свои вещи, – жалостливо попросила я.
Добракович улыбнулась.
– Мне не жалко, но я не знаю, хватит ли у вас сил и концентрации открыть портал. Смотрите, тут главное запомнить рисунок. – И, нарисовав в воздухе закорюку, секретарь начала объяснять: – У мест, которые находятся рядом, основа похожа, но попасть в личные комнаты или частные владения нельзя, если хозяин не добавил вас в магическую защиту. Теперь рисунок вашей комнаты.
Добракович перевернула мою карту и взмахнула рукой – перед ней появилось перо.
– Ух… И я так смогу? – восторженно выдохнула я.
– Конечно, если будете хорошо учиться, – заметила секретарь. Нарисовав нужный мне рисунок на обороте карты, протянула ее мне со словами: – Не забудьте сконцентрироваться и использовать силы, которые таятся внутри вас.
– Спасибо, – поблагодарила я и мыслями унеслась в новое для меня занятие.
Интересно, а так можно открыть любую дверь?
– Кстати, вы можете идти, – порадовала меня Добракович. – Занятия начинаются завтра в девять утра, не опаздывайте. Вот ваше расписание и все, что нужно знать студенту. Советую ознакомиться с правилами института.
Она снова взмахнула рукой, и в воздухе появился пергамент. Секретарь передала его мне и повернулась к другому студенту. Я же, подойдя к двери, через которую мы входили в зал, открыла ее и осторожно выглянула. Никакого сияния, только коридор и снующие студенты.
Выйдя, я осмотрелась и отправилась искать себе дверь, желательно не запертую. Пройдя несколько метров, я обратила внимание на одну из них.
На ней был изображен какой-то горшок, который заставил меня задуматься:
«Если это химический сосуд, то, возможно, за дверью находится лаборатория, и, открыв дверь, я могу кому-то помешать. А вдруг сюда входить вообще нельзя?.. Но если это ночной горшок… Тогда эта дверь то, что мне нужно».
– Что ты так задумчиво уставилась на туалет?
Повернувшись, я увидела Милану, которая с улыбкой за мной наблюдала.
– Да вот думаю, можно ли воспользоваться дверью как порталом?
– Можно использовать любую, которая открыта. Но сумеешь ли ты его создать?
Перехватив тяжелую сумку другой рукой, я ответила:
– Вот сейчас и посмотрим.
Закрыв глаза, я попробовала сконцентрироваться и нарисовать рисунок своей комнаты. Ничего… Потом еще раз – и снова ничего.
– Сконцентрировалась? – послышался голос Миланы.
– Вроде да.
– Пожелала попасть в свою комнату?
– Не то слово!
– Эх, я же сказала, что это не так просто. Важна правильная мотивация.
Мотивация – это один из важнейших факторов и в том мире, в котором я родилась. Вновь прикрыв глаза, я представила расстояние до комнаты, вспомнила про свою сумку, и во мне родилось желание облегчить свою участь. Пока я мысленно чертила узор, дверь открылась…
– Ух ты! Получилось! – воскликнула моя знакомая.
А потом кто-то вышел из туалета и врезал мне дверью по лбу, рисунок пропал.
– Первокурсница открывает порталы? – раздался удивленный голос моего декана.
Потирая ушибленный лоб и глядя на распахнутую безрукавку и бугрящиеся под белой рубашкой мышцы, я почувствовала, что краснею.
– И самое интересное, что первокурсница – блондинка и на моем факультете. Занятно… Хорошо, что хоть в этом году будет, с чем работать.
– Добрый день, профессор, – пропищала Милана, стоявшая рядом со мной.
Однако декан, ничего не ответив, пошел прочь.
– Почему ты мне не сказала, что это мужской туалет? – зашипела я на Милану.
– Ты же хотела открыть портал. Так какая разница? – инфантильно ответила она.
Заскрипев зубами, я вспомнила свои ощущения, мотивацию и попробовала вновь. Теперь рисунок загорелся с первого раза. Я потянула ручку двери – и перед нами раскинулось желтое марево.
– Пошли? – спросила я у Миланы.
– Ты меня приглашаешь?
– Конечно. Чувствую, ты о многом можешь мне рассказать.
Мы очутились в гостиной, куда меня приводил Тиг.
– Ты уверена, что нам сюда? – спросила моя гостья.
– Ну да.
– Это же гостиная мальчиков.
Я недоуменно посмотрела на Милану:
– С чего ты взяла?
– На двери туалета изображен эльфийский лист.
Все-таки листики.
– И что?
– У девушек всегда изображены лианы друидов.
М-да… Теперь-то мне точно все понятно.
Решив с листьями разобраться позже, я вошла в свою комнату и, бросив наконец сумку на пол, устало опустилась на диван.
– Присаживайся, – пригласила я гостью.
– А где твои документы? – удивилась она, опускаясь рядом.
– Рефлекторно убрала в сумку. А что, там что-то интересное?
– Правила института и расписание, – сообщила Милана, когда одна из змеек на ее голове зашипела на меня.
Хозяйка, щелкнув по ней, заставила спрятаться.
– А ты… То есть они… – я старалась быть тактичной и не знала, как спросить.
– Я нага, – поняла мои метания гостья.
– Наги – это?.. – поинтересовалась я, напрягшись.
– Раса змей, но не стоит пугаться. Мы не ядовиты, а такие змейки на голове бывают только у женщин. И превращаем мы в камень только за смертельное оскорбление.
– Действительно, – пробормотала я, – совсем не стоит пугаться.
– Поверь, есть и более опасные расы, например ведьмаки и ведьмы. Сила их слова ужасающая и может сравниться лишь с непростым характером и мстительностью. К тому же они довольно высокомерны.
– Их можно как-то отличить от человека?
– Да, по глазам. Во время колдовства их заволакивает черная дымка.
– А те, у кого растения торчат из волос, это кто?
– Друиды – дети леса. У них бледно-зеленая кожа и вредный характер, хотя и не у всех. В них много магии жизни, и они часто бывают лекарями и врачевателями. В своем мире живут в лесах, которые занимают более половины их планеты.
– А с клыками – это вампиры?
– Да. Они приходят из самого жаркого мира, где всегда светит солнце. Их отличают красные глаза и клыки. Кровь могут пить у любого живого существа. Быстры, могут оборачиваться в летучую мышь, но их тяга к крови является и их слабостью.
– Мне как-то не по себе, – передернула я плечами.
– Тебе-то переживать не стоит: они плохо переносят кровь землян. Говорят, у вас в ней много холестерина и этих… концергенов.
– Канцерогенов?
– Точно. Им долгое время потом бывает плохо.
– Я видела еще людей с чешуей.
– О! Это высшие русалы и русалки. Самая компанейская раса. Открыты, дружелюбны, но обид не прощают, очень злопамятны. Впрочем, и конфликты у них бывают редко, в отличие от ведьмаков и орков.
– Орков?
– Это большие детины с красной кожей. В их мире много скал и камней, а еще тупого народа. Сюда поступают лучшие, и все равно они удивят тебя тугодумием.
– Ты очень строга, – недоверчиво заметила я.
– Вот увидишь.
– А наш ректор, о�