Божественная комедия
![Божественная комедия](/uploads/cover/large/48776.jpg)
Dante Alighieri
LA DIVINA COMMEDIA
Перевод с итальянского и комментарии Дмитрия Минаева
Сопроводительная статья подготовлена SMART-библиотекой имени Анны Ахматовой
Оформление серии «Большие буквы» Натальи Ярусовой
В коллаже на обложке использованы репродукции работ художника Джозефа Антона Коха
© SMART-библиотека имени Анны Ахматовой, сопроводительная статья, 2020
© Издание на русском языке, ООО «Издательство «Эксмо», 2020
Ад
Песня первая
Поэт рассказывает, что, заблудившись в темном, дремучем лесу и встречая разные препятствия для достижения вершины горы, он настигнут был Вергилием. Последний обещался показать ему муки грешников в Аду и Чистилище и сказал, что потом Беатриче покажет поэту Райскую обитель. Поэт последовал за Вергилием.
- 1 Когда-то я в годину зрелых лет
- В дремучий лес зашел и заблудился.
- Потерян был прямой и верный след…
- 4 Нет слов таких, чтоб ими я решился
- Лес мрачный и угрюмый описать,
- Где стыл мой мозг и ужас тайный длился:
- 7 Так даже смерть не может устрашать…
- Но в том лесу, зловещей тьмой одетом,
- Средь ужасов обрел я благодать.
- 10 Попал я в чащу дикую; нигде там
- Я не нашел, объят каким-то сном,
- Знакомого пути по всем приметам.
- 13 Пустыня предо мной была кругом,
- Где ужасом невольным сердце сжалось.
- Я увидал перед собой потом
- 16 Подножие горы. Она являлась
- В лучах светила радостного дня
- И светом солнца сверху позлащалась,
- 19 Прогнавшим страх невольный от меня.
- В душе моей изгладилось смущенье,
- Как гибнет тьма от яркого огня.
- 22 Как выброшенный на берег в крушенье
- В борьбе с волной измученный пловец
- Глядит назад, где море в исступленье
- 25 Ему сулит мучительный конец;
- Так точно озирался я пугливо,
- Как робкий, утомившийся беглец,
- 28 Чтоб еще раз на страшный путь тоскливо,
- Переводя дыхание, взглянуть:
- Доныне умирало все, что живо,
- 31 Свершая тот непроходимый путь.
- Лишившись сил, как труп, в изнеможенье
- Я опустился тихо отдохнуть,
- 34 Но снова, переселив утомленье,
- Направил шаг вперед по крутизне,
- Все выше, выше каждое мгновенье.
- 37 Я шел вперед, и вдруг навстречу мне
- Явился барс, покрытый пестрой кожей
- И с пятнами на выгнутой спине.
- 40 Я, как врасплох застигнутый прохожий,
- Смотрю: с меня он не спускает глаз
- С решимостью, на вызов мне похожей,
- 43 И заграждает путь, на нем ложась,
- Так что я думать стал об отступленье.
- На небе утро было в этот час.
- 46 Земля очнулась после пробужденья,
- И плыло солнце в небе голубом,
- То солнце, что во дни миротворенья
- 49 Зажглось впервые, встречено кругом
- Сияньем звезд, с их ясным, кротким светом…
- Ободренный веселым, светлым днем,
- 52 Румяным и торжественным рассветом,
- Я выносил без страха барса гнев,
- Но новый ужас ждал меня при этом:
- 55 Передо мной вдруг очутился лев.
- Назад закинув голову, он гордо
- Шел на меня: стоял я, присмирев.
- 58 Смотрел в глаза так алчно он и твердо,
- Что я как лист затрепетал тогда;
- Гляжу: за ним видна волчицы морда.
- 61 Она была до ужаса худа:
- Ненасытимой жадностью, казалось,
- Волчица подавляема всегда.
- 64 Уже не раз перед людьми являлась
- Она, как гибель их… В меня она
- Чудовищными взглядами впивалась,
- 67 И стала вновь отчаянья полна
- Моя душа. Исчезла та отвага,
- Которая вести была должна
- 70 Меня на верх горы. Как жадный скряга
- Рыдает, потерявши капитал,
- В котором видел счастье, жизни благо,
- 73 Так перед диким зверем я рыдал,
- Путь пройденный теряя шаг за шагом,
- И снова вниз по крутизне сбегал
- 76 К тем безднам и зияющим оврагам,
- Где блеска солнца видеть уж нельзя
- И ночь темна под вечным, черным флагом.
- 79 С стремнины на стремнину вниз скользя,
- Я человека встретил той порою.
- Безмолвие собой изобразя,
- 82 Он словно так был приучен судьбою
- К молчанию, что голос потерял,
- Увидя незнакомца пред собою.
- 85 В пустыне мертвой громко я воззвал:
- «Кто б ни был ты – живой иль привиденье,
- Спаси меня!» И призрак отвечал:
- 88 «Когда-то был живое я творенье;
- Теперь перед тобой стоит мертвец.
- Я в Мантуе рожден в одном селенье;
- 91 В Ломбардии жил прежде мой отец.
- Жизнь начал я при Юлии и в Риме
- В век Августа жил долго, наконец,
- 94 Когда богами ложными своими
- Считали люди идолов. Тогда
- Я был поэт, писал стихи, и ими
- 97 Энея воспевал и те года,
- Когда распались стены Илиона…
- А ты зачем стремишься вниз сюда,
- 100 В обитель скорби, скрежета и стона?
- Зачем с пути к жилищу вечных благ
- Под благодатным блеском небосклона
- 103 Стремишься к тьме неудержимо так?
- Иди вперед и не щади усилий!»
- И, покраснев, ему я сделал знак
- 106 И вопросил: «Ужели ты Вергилий,
- Поэтов всех величие и свет?
- Пусть о моем восторге и о силе
- 109 Моей любви к тебе, святой поэт,
- Расскажет слабый труд мой и творенья
- И то, что изучал я много лет
- 112 Великие твои произведенья[1].
- Смотри: я перед зверем трепещу,
- Все жилы напряглись. Ищу спасенья,
- 115 Певец, твоей я помощи ищу».
- «Ты должен поискать пути иного,
- И этот путь я указать хочу».
- 118 Услышал я из уст поэта слово:
- «Знай, страшный зверь-чудовище давно
- Путь этот заграждает всем сурово
- 121 И губит, и терзает всех равно.
- Чудовище так жадно и жестоко,
- Что вечно не насытится оно
- 124 И жертвы рвет в одно мгновенье ока.
- К нему на смерть несчетное число
- Творений жалких сходит издалёка, –
- 127 И долго будет жить такое зло,
- Пока Пес Ловчий[2] с зверем не сразится,
- Чтобы вредить уж больше не могло
- 130 Чудовище. Пес Ловчий возгордится
- Не жалким властолюбием, но в нем
- И мудрость, и величье отразится,
- 133 И родиной его мы назовем
- Страну от Фельтро и до Фельтро[3]. Силы
- Италии он посвятит; мы ждем,
- 136 Что с ним опять воспрянет из могилы
- Италия, где прежде кровь лилась,
- Кровь девственной, воинственной Камиллы,
- 139 Где Турн и Низ нашли свой смертный час[4].
- Преследовать от града и до града
- Волчицу эту будет он не раз,
- 142 Пока ее не свергнет в кратер Ада,
- Была откуда изгнана она
- Лишь завистью… Спасти тебя мне надо
- 145 От этих мест, где гибель так верна;
- Иди за мной, – тебе не будет худо,
- Я выведу – на то мне власть дана –
- 148 Тебя чрез область вечности отсюда,
- Чрез область, где услышишь ты во мгле
- Стенания и вопли, где, как чуда,
- 151 Видения умерших на земле
- Вторичной смерти ждут и не дождутся[5]
- И от мольбы бросаются к хуле.
- 154 Потом перед тобою пронесутся
- Ликующие призраки в огне,
- В надежде, что пред ними распахнутся,
- 157 Быть может, двери в райской стороне
- И их грехи искупятся страданьем.
- Но если обратишься ты ко мне
- 160 С желанием в Раю быть – тем желаньем
- Давно уже полна душа моя –
- То есть душа другая: по деяньям
- 163 Она меня достойнее, и я
- Ей передам тебя у райской двери
- И удалюсь, печаль свою тая.
- 166 Я был рожден в иной и темной вере,
- К прозрению не приведен никем,
- И места нет теперь мне в райской сфере,
- 169 И я пути не укажу в эдем.
- Кому подвластны солнце, звезды эти,
- Кто царствует в веках над миром всем,
- 172 Того обитель – Рай… На этом свете
- Блаженны все, им взысканные!» Стал
- Тогда искать опоры я в поэте:
- 175 «Спаси меня, поэт! – я умолял. –
- Спаси меня от бедствий ты ужасных
- И в область смерти выведи, чтоб знал
- 178 Я скорбь теней томящихся, несчастных,
- И приведи к священным тем вратам,
- Где Петр Святой обитель душ прекрасных
- 181 Век стережет. Я быть желаю там».
- Мой проводник вперед шаги направил,
- И следовал я по его пятам.
Песня вторая
Во второй песне поэт, после обычного вступления, начинает сомневаться в своих силах для предстоящего пути и думает, что не в состоянии будет сойти в Ад вместе с Вергилием. Ободренный Вергилием, он решается наконец следовать за ним как за своим наставником и путеводителем.
- 1 День потухал. На землю сумрак лег,
- Людей труда к покою призывая.
- Лишь я один покойным быть не мог,
- 4 Путь трудный, утомительный свершая.
- Все то, что предстояло мне вперед –
- Страдания и обаянье Рая, –
- 7 То в памяти навеки не умрет…
- О, музы, о святое вдохновенье!
- Теперь вы мой единственный оплот!
- 10 Запомни, память, каждое явленье,
- Которое заметил только взгляд!
- «Скажи, поэт! – воскликнул я в волненье. –
- 13 Мой путь тяжел, в пути препятствий ряд…
- По силам ли мне подвиг предстоящий?
- Ты описал, как раз спускался в Ад
- 16 Герой Эней[6], тогда еще носящий
- Людскую плоть, и вышел невредим:
- Сам вечный Бог, на свете зло разящий,
- 19 Всегда стоял защитником над ним
- И чтил родоначальника в нем Рима;
- И знаем мы – на этот славный Рим
- 22 Сошло благословение незримо…
- Святынею, источником добра
- Да будет град, где власть неутомима
- 25 Наместников святителя Петра!..
- Спустился в Ад Эней, тобой воспетый,
- В нем не нашедший смертного одра,
- 28 Но знаньем и прозрением согретый,
- Величье пап из Ада вынес он.
- Позднее же с земли печальной этой
- 31 Сам Павел был на Небо вознесен,
- Где стал опорой нашего спасенья.
- Но я – тяжелым подвигом смущен,
- 34 Я трепещу за дерзкие стремленья.
- Я не апостол Павел, не Эней, –
- Избрать их путь кто дал мне позволенье?
- 37 Вот почему являться в мир теней
- Боюсь с тобой. Уж не безумен я ли?
- Но ты меня мудрее и сильней:
- 40 Покорствую тебе в моей печали».
- Как человек, лишенный воли вдруг,
- В котором мысли новые сменяли
- 43 Ряд прошлых дум и помыслов и мук,
- Так точно я в пути стал колебаться
- И озирался с трепетом вокруг,
- 46 И быстро стала робостью сменяться
- Моя решимость. Призрак мне сказал:
- «Ты начал низкой трусостью слушаться.
- 49 Подобный страх нередко отвращал
- От славных дел. Так тени зверь боится.
- Но я рассею страх твой. Я блуждал
- 52 Средь призраков, и ждал, когда решится
- Над участью моею приговор,
- Вдруг слышу, – я не мог не удивиться, –
- 55 Святая Дева в тихий разговор
- Со мной вступила. Счастья не скрывая,
- Я Деве покорился с этих пор.
- 58 Как звезды неба нежили, сверкая,
- Ее глаза и голос так звучал,
- Как пенье херувимов в царстве Рая:
- 61 «О, ты поэт, чей гений засиял
- И будет жить до разрушенья света,
- Иди! На крутизне пустынных скал
- 64 Мой друг ждет и опоры, и совета,
- Препятствиями страшными смущен.
- Иль для него погибло все? Ответа
- 67 Я буду ждать: он будет ли спасен?
- Иди к нему и силой строгой речи
- Да будет от беды избавлен он.
- 70 Мне имя – Беатриче; издалече
- Явилась я. Меня любовь вела,
- Моя любовь с тобой искала встречи:
- 73 Я помощи твоей с мольбой ждала.
- В обитель Бога скоро я предстану
- И там, где гибнет всякая хула,
- 76 Тебя я славословить громко стану…»
- И Беатриче смолкла. Я сказал:
- «Клянусь, тебе служить я не устану!
- 79 Ты святости высокой идеал,
- Ты образ добродетели чудесной!
- Все радости земли, что Бог нам дал,
- 82 Доводишь ты до радости Небесной!
- Тебе легко повиноваться мне…
- И если бы, о призрак бестелесный,
- 85 Твою я волю выполнил вполне,
- То все бы постоянно мне казалось,
- Что действовал я вяло, как во сне,
- 88 Что дело слишком медленно свершалось.
- Твои желанья мог я оценить,
- Но отвечай: как ты не побоялась
- 91 В жилище преисподнее сходить
- Из той святой обители надзвездной,
- Которую не можешь ты забыть?..»
- 94 «Без страха я скольжу над этой бездной, –
- Сказала Беатриче, – и, поэт,
- Могу тебе совет я дать полезный:
- 97 Поверь – когда злых помыслов в нас нет,
- Нам ничего не следует бояться.
- Зло ближнему – вот где источник бед,
- 100 И только зла нам нужно всем пугаться.
- Благое Небо крепость мне дает,
- Чтоб не могла страданьем я терзаться
- 103 И даже пламя ног моих не жжет.
- Там в Небесах есть Дева Всеблагая[7],
- И ей-то, Всеблагой, стал жалок тот,
- 106 Кого спасти ты должен, сберегая.
- И к Лючии[8] пришла с мольбой она:
- «Спеши помочь тому ты, дорогая,
- 109 Которому рука твоя нужна».
- И Лючия то место посетила,
- Любви и сострадания полна,
- 112 Где я с Рахилью старой говорила,
- И молвила: «Настал ужасный миг!
- Что, Беатриче, ты не поспешила
- 115 Спасти того, кто в мире стал велик,
- Любив тебя? Иль ты не слышишь, что ли,
- Знакомый вопль и о спасенье крик?
- 118 Не видишь, как жилец земной юдоли
- В борьбе со смертью грозной изнемог,
- Которая страшна в безумной воле,
- 121 Как океана бешеный поток…»
- Никто быстрей не мчался для добычи,
- Никто от бед бежать скорей не мог,
- 124 Как бросилась сюда я, Беатриче,
- Покинувши приют святых теней,
- И одного тебя на помощь клича.
- 127 Ты даром слова в мире всех сильней,
- И я в твоих словах ищу опоры…»
- Тогда на мне безмолвно, без речей,
- 130 Она в слезах остановила взоры,
- И я к тебе на помощь поспешил
- Не медля, – мне страшны ее укоры;
- 133 Волчицу я к тебе не допустил
- И на гору открыл тебе дорогу…
- Что ж медлишь ты? Иль в сердце не смирил
- 136 Ты робости напрасную тревогу?
- Когда три девы в вечных Небесах
- За жизнь твою мольбы возносят к Богу,
- 139 Когда во мне, во всех моих словах
- Находишь ты привет и поощренье,
- Ужель в тебе не утихает страх?»
- 142 Как от холодных ветров дуновенья,
- От стужи наклоняются цветы
- И утром вновь встают в одно мгновенье
- 145 Под блеском солнца, полны красоты,
- Так точно я от страха вдруг очнулся,
- Воскликнув: «Будь благословенна ты,
- 148 В чьем состраданье я не обманулся,
- Ты, бодрость заронившая мне в грудь,
- Когда мой стан от ужаса согнулся…
- 151 И ты, поэт, благословенным будь,
- Исполнив повеленье Девы Рая.
- С тобой готов начать я смело путь,
- 154 Желаньем трудных подвигов сгорая.
- С тобой мне не страшна пучина зол…
- Веди ж меня, путей не разбирая…»
- 157 Так я сказал и за певцом пошел.
Песня третья
Данте, следуя за Вергилием, достигает дверей Ада, куда оба входят, прочитавши у входа страшные слова. Вергилий, указывая поэту на мучения, которые заслужили трусы, ведет его далее. Они приходят к реке, называемой Ахерон, у которой находят Харона, перевозящего души на другой берег. Когда Данте переехал чрез Ахерон, то он заснул на берегу этой реки.
- 1 «За мной – мир слез, страданий и мучений,
- За мною – скорбь без грани, без конца,
- За мной – мир падших душ и привидений.
- 4 Я – правосудье высшего Творца,
- Могущества и мудрости созданье,
- Творение Небесного Отца,
- 7 Воздвигнутое раньше мирозданья.
- Передо мной – прошел столетий след,
- Удел мой – вечность, вечность наказанья,
- 10 За мной ни для кого надежды нет!»
- Над входом в Тартар надпись та чернела.
- Я страшные слова прочел. «Поэт,
- 13 Смысл этих слов, – воскликнул я несмело, –
- Наводит страх!» Вергилий угадал,
- Что сердце у меня оледенело.
- 16 «Здесь места страху нет, – он отвечал. –
- Мы подошли к обители печали
- Тех падших душ, – Вергилий продолжал, –
- 19 Что на земле безумцами блуждали»[9].
- И мне с улыбкой руку сжал певец;
- Я стал бодрей, и вот мы увидали
- 22 Обитель вечной тайны, наконец,
- Где в безрассветном мраке раздавались
- Вопль и стенанья из конца в конец;
- 25 Повсюду стоны, где мы ни являлись,
- И я заплакал, выдержать не мог…
- Мы ближе, – вопли грешников сливались
- 28 В смесь разных языков, в один поток.
- Хулы, проклятья, бешенства визжанье,
- Ужасные движенья рук и ног, –
- 31 Все в гул сливалось в общем завыванье.
- Так ураган крутит степей пески.
- Ревет и губит все, без состраданья.
- 34 В неведенье, исполненный тоски,
- Воскликнул я невольно: «О, учитель!
- Уже ль грехи теней так велики,
- 37 Теней, попавших в страшную обитель?
- И кто они?» «Ничтожество – они
- В толпе людей, – сказал путеводитель. –
- 40 При жизни на земле в иные дни
- Жалчайшими их тварями считали.
- Им на земле, – кругом себя взгляни, –
- 43 Хулы иль похвалы не воздавали;
- Теперь – они вступили в сонм духов,
- Которые Творцу не изменяли,
- 46 Но грех давил их тяжестью оков
- И не было в них веры в Провиденье.
- Великий Бог их свергнул с облаков,
- 49 Чтоб Небеса не знали оскверненья,
- И даже Ад впустить их не хотел:
- В Аду гнушалось даже преступленье
- 52 Ничтожеством и мерзостью их дел».
- «Какие же назначены им муки?
- Какой у них, наставник мой, удел?
- 55 Пронзительны их страшных воплей звуки…»
- И отвечал Вергилий: «Лишены
- Они надежды; скованы их руки.
- 58 В их настоящем скорби так сильны,
- Что худшей доле, большему мученью
- Они всегда завидовать должны.
- 61 Мир их забыл – и нет конца забвенью:
- Их не щадят, но также не казнят,
- Приговоривши к вечному презренью.
- 64 Но прочь от них и брось вперед свой взгляд,
- Иди теперь за мной неутомимо».
- Я сделал шаг, но отступил назад:
- 67 Передо мной промчалось знамя мимо,
- Так быстро, словно вихорь уносил
- Его вперед, вперед неудержимо.
- 70 За ним летели призраки могил
- Несчетной вереницей: страшно было,
- Что столько жизней в мире, столько сил
- 73 Смерть в призраки немые обратила.
- Один из них мне словно был знаком:
- Известный образ память сохранила.
- 76 Смотрю: да, это точно он, о ком
- Народ с презреньем часто отзывался,
- Кто, покривя душой и языком,
- 79 Высоким отреченьем запятнался[10].
- Тут понял я, что этот сонм теней
- Собраньем душ отверженных являлся,
- 82 Презренных для врагов и для друзей.
- Их жизнь была не жизнь, а прозябанье,
- И здесь теперь, при наготе своей,
- 85 Достались эти жалкие созданья
- На жертву насекомых – мух и ос –
- И терпят беспрерывные терзанья.
- 88 По лицам их, мешаясь с током слез,
- Струилась кровь и к их ногам стекала,
- Где множество червей в крови вилось,
- 91 И эту кровь мгновенно пожирало.
- От них я отвернулся. Вдалеке
- Немало новых призраков стояло
- 94 На голом берегу, столпясь к реке.
- «Учитель, – я спросил, – чьи тени эти,
- Что переправы словно ждут в тоске?
- 97 Их вижу я едва при тусклом свете».
- «Об этом ты узнаешь, – молвил он, –
- Когда, – я побледнел при том ответе, –
- 100 Откроется пред нами Ахерон».
- Мы дальше шли, и я хранил молчанье,
- Пока не увидал со всех сторон
- 103 Большой реки, бежавшей без журчанья.
- Вот подплыл к нам седой старик в челне.
- «О, горе вам, преступные созданья! –
- 106 Он закричал Вергилию и мне. –
- Надежды все вам нужно здесь оставить,
- Вам Неба не увидеть в вышине.
- 109 Я здесь, чтобы туда вас переправить,
- Где холод вечный царствует и ночь,
- Где пламя в состоянье все расплавить.
- 112 А ты, – он мне сказал, – отсюда прочь!
- Среди умерших места нет живому».
- Не в силах любопытства превозмочь,
- 115 Не двигался я с места. «По иному
- Пути ты поплывешь, – прибавил он, –
- И переправит к берегу другому
- 118 Тебя челн легкий…» «Знай же ты, Харон, –
- Ему сказал мой спутник хладнокровный, –
- Что ты напрасным гневом возмущен:
- 121 Тот, воля чья, закон есть безусловный,
- Так повелел, и должен ты молчать».
- И смолкнул разом лодочник огромный,
- 124 И перестали бешенством сверкать
- Его глаза в их огненных орбитах,
- Но призраки, успев слова поймать,
- 127 Проклятьем разразились; в ртах открытых
- Их зубы стали громко скрежетать;
- В их мертвых лицах, язвами изрытых,
- 130 Явилась бледность. Нагло изрыгать
- Они хулы на целый мир пустились,
- Творца и предков стали проклинать
- 133 И самый час, когда они родились.
- Потом, с рыданьем к берегу скользя,
- К ужасной переправе устремились:
- 136 Избегнуть общей кары им нельзя.
- Их гнал Харон, глазами вкруг сверкая,
- Веслом отставших призраков разя.
- 139 Как в осень листья падают, мелькая,
- Пока ветвей совсем не обнажат,
- В наряд поблекший землю облекая,
- 142 Так тени на пути в глубокий Ад
- На зов гребца в ладью его бросались,
- Теснилися и помещались в ряд.
- 145 Едва они через поток помчались,
- Как к перевозу страшному опять
- Уже другие призраки сбегались.
- 148 «Мой сын, – сказал поэт, – ты должен знать,
- Что души осужденных прилетают
- Отвсюду к Ахерону. Разгадать
- 151 Они свое грядущее желают,
- Спеша переплывать через поток,
- И вечно их желанья пожирают
- 154 Узнать ту казнь, что ждет их за порок.
- Еще никто с душой неразвращенной
- Здесь чрез реку переплывать не мог;
- 157 Вот почему отверг Харон бессонный
- Тебя, мой сын, и гневом запылал,
- Твоим явленьем сильно раздраженный».
- 160 Поэт умолк, и вдруг я услыхал
- Ужасный грохот, – почва задрожала…
- Холодный пот на теле выступал.
- 163 Над головою буря застонала,
- И полосой кровавой в Небесах
- Извилистая молния сверкала…
- 166 Меня сковал какой-то новый страх,
- И я в одну минуту чувств лишился,
- Не в силах удержаться на ногах,
- 169 И, как во сне, на землю опустился.
Песня четвертая
Поэт вслед за Вергилием спускается в первый круг Ада, где в особой светлой обители находит призраки знаменитых людей древности, которые приветствуют их и продолжают с ними путь. Ряд других знаменитых мужей. Вергилий ведет поэта дальше в Царство мрака.
- 1 Раскатом грома был я пробужден
- И от его ударов содрогнулся.
- Развеялся тяжелый, смутный сон;
- 4 Раскрыв глаза, кругом я оглянулся,
- Желая знать, где я, куда попал,
- И над зиявшей бездною нагнулся:
- 7 Из бездны гул стенаний долетал
- До нашего внимательного слуха, –
- Внизу под нами вечный стон стоял,
- 10 То грозен был, то замирал он глухо,
- Была темна той бездны глубина,
- И если вопль мог долетать до уха,
- 13 То глаз не мог увидеть бездны дна,
- Хоть напрягал усиленно я зренье.
- «Пусть эта пропасть вечная мрачна, –
- 16 Сказал поэт и побледнел в мгновенье, –
- Мы в этот мрачный мир теперь сойдем;
- За мною смело следуй без смущенья».
- 19 В лице переменился он. О том
- Заметил я: «Уж если ты бледнеешь,
- В моих сомненьях ставши мне щитом,
- 22 Могу ль быть смел, когда ты сам робеешь?»
- Он отвечал: «В лице, в моих глазах
- Всех чувств моих читать ты не умеешь.
- 25 Я чувствую теперь не жалкий страх,
- Но ощущаю только состраданье
- К судьбе теней, томящихся впотьмах,
- 28 Под безысходной карой наказанья.
- Иди за мной. Наш путь еще далек,
- Нам медленность не принесет познанья…»
- 31 И за собой поэт меня увлек
- К ограде первой бездны непроглядной.
- Хоть вопль теней к нам долетать не мог,
- 34 Но самый воздух пропасти той смрадной,
- Казалось, словно вздохами стонал:
- То было Царство скорби безотрадной,
- 37 Отчаянья без боли, где блуждал
- Сонм призраков – мужчины, жены, дети.
- Тогда путеводитель мне сказал:
- 40 «Что же меня не спросишь ты, кто эти
- Несчастные? Ты должен все узнать,
- Чем были эти призраки на свете,
- 43 Пока вперед мы не пошли опять.
- Так знай: им неизвестно преступленье,
- Но недоступна Неба благодать
- 46 Лишь потому, что таинством крещенья
- Своих грехов омыть им не пришлось, –
- Они бродили в вечном заблужденье
- 49 В те дни, когда в мир не сходил Христос.
- Их вера до Небес не воспарила.
- Я сам в незнанье их когда-то рос:
- 52 Неведенье одно нас погубило,
- И за него мы все осуждены
- На вечное желанье за могилой,
- 55 Надежды, милый сын мой, лишены…»
- От этих слов тоска мне сердце сжала:
- Страдать все эти призраки должны,
- 58 Хоть их чело величием блистало.
- Кто скажет им, что в будущем их ждет?
- И я хотел, во что бы то ни стало,
- 61 Проникнуть в тайну Неба и вперед
- Узнать предел их горького страданья;
- И так сказал: «Меня желанье жжет,
- 64 Поэт. Скажи мне: в Царстве наказанья
- Ужель никто доныне не умел
- Спасенье заслужить и оправданье
- 67 За подвиги и славу прежних дел?
- Ужель никто спасти их не решался?»
- И отвечал учитель: «Мой удел
- 70 Еще мне нов был здесь, когда спускался
- Сюда во мрак Спаситель мира сам
- И лаврами победы увенчался.
- 73 Спасен был им наш праотец Адам,
- И Ной, и Моисей – законодатель,
- И царь Давид, и старый Авраам,
- 76 Рахиль, – и многих спас тогда Создатель,
- И в горние селенья перенес,
- Прощая их, Божественный Каратель.
- 79 До той поры до мира вечных слез
- Ни разу не коснулось искупленье…»
- Мы дальше шли. И скоро нам пришлось
- 82 Переходить пространство. Привиденья,
- Как лес густой, являлись впереди,
- Неуловимы, точно сновиденья.
- 85 Оставивши вход в бездну назади,
- Мерцавший свет во тьме я вдруг заметил,
- И сердце шевельнулося в груди.
- 88 Я угадал, что в сумраке был светел
- Душ избранных особый уголок.
- «Учитель мой! Я жду, чтоб ты ответил
- 91 И назвал тех, кому всесильный рок
- Дал светлую, особую обитель
- И в бездну тьмы с другими не увлек!»
- 94 «Их слава, – отвечал путеводитель, –
- Их пережив, живет до поздних дней,
- И им за то Небесный Вседержитель
- 97 Отличье дал в обители теней».
- И в тот же миг услышали мы слово:
- «Привет певцу! Привет его друзей!
- 100 В мир призраков он возвратился снова…»
- Тут голос стих. Четыре тени шли
- Навстречу к нам. Страдания немого,
- 103 Иль светлой, чистой радости земли,
- Иль затаенной на сердце печали –
- В их лицах прочитать мы не могли.
- 106 Тогда слова поэта прозвучали:
- «Смотри, с мечом[11] вот выступил вперед
- Певец Омир: царем его считали
- 109 Поэзии. Гораций с ним идет,
- А вот Лукан с Овидием. Привета,
- Такого же привета, как и тот,
- 112 Что я сейчас услышал от поэта,
- Они достойны все…» И я вошел
- В собрание певцов великих света,
- 115 В ту школу, где над всеми, как орел,
- Вознесся царь высоких песнопений…
- Кружок теней со мною речь завел,
- 118 Приветствуя мой восходящий гений;
- Вергилий тут не мог улыбки скрыть.
- Затем, вслед за приветствием видений,
- 121 Певцами был я приглашен вступить
- В их тесный круг, и был шестым меж ими.
- Мы стали меж собою говорить
- 124 В согласии, как братья. Вместе с ними
- Я шел туда, где бледный свет мерцал;
- И с спутниками, сердцу дорогими,
- 127 Величественный замок увидал,
- Кругом семью стенами обнесенный;
- Поток реки тот замок обвивал.
- 130 И чрез поток, певцами окруженный,
- Я перешел, как через сушу, вдруг;
- Чрез семь ворот вступил я, пораженный,
- 133 На длинный двор, где цвел зеленый луг.
- На том лугу иные тени были:
- На лицах их – спокойствие без мук
- 136 И словно думы строгие застыли.
- Величием запечатлен их вид;
- Они почти совсем не говорили,
- 139 Но мне казалось – голос их звучит,
- Как музыка. С холма смотреть мы стали
- Кругом себя, – с холма был нам открыт
- 142 Весь светлый луг, где призраки блуждали.
- На множество прославленных теней
- Мне спутники в то время указали
- 145 Среди поляны. Видел я на ней
- Электру[12] вместе с многими тенями:
- Вот Гектор, всем известный, вот Эней,
- 148 Вот Цезарь с ястребиными очами,
- С Камиллою[13] Пентесилея[14] вот,
- Вот царь Латин[15] с Лавинией пред нами;
- 151 Вот Брут, а вот Лукреция идет,
- Вот призрак одинокий Саладина[16],
- Тень Марции[17] и Юлии[18] встает
- 157 Сидел Платон, с ним рядом и Сократ.
- Вот тени Диогена, Демокрита[21];
- Вот призраки знакомые стоят
- 160 Фалеса, Эмпедокла, Гераклита.
- Вот и Зенон, и он, Диоскорид[22],
- В котором знанья много было скрыто;
- 163 Анаксагор и геометр Евклид,
- Вот призрак Цицерона и Орфея,
- Тит-Ливия, Сенеки; вот скользит
- 166 Тень Иппократа с тенью Птолемея;
- Вот Галиен, мудрец Аверроэс[23]…
- Не в силах передать теперь вполне я
- 169 Всех предо мной являвшихся чудес
- И слов не нахожу для выраженья.
- Перед мной круг спутников исчез.
- 172 Из светлого приюта в то мгновенье
- Мой проводник со мной спускаться стал
- В зловещий, мрачный мир грехопаденья,
- 175 Где даже воздух самый трепетал,
- Куда сквозь мрак, который там гнездился,
- Луч света никогда не западал.
- 178 И в этот мир с поэтом я спустился.
Песня пятая
Вергилий вводит Данте во второй, меньший круг Ада. Они видят свирепого Миноса, творящего суд и расправу с кающимися душами грешников и распределяющего их по разным отделам Ада. Казнь за преступную любовь. Франческа де Полента. Ее рассказ. Поэт лишается чувств и падает.
- 1 Круг первый Ада нами был пройден,
- И во второй – в круг меньший – мы спускались,
- Где жалобней звучали плач и стон
- 4 И муки бесконечнее казались.
- Там злобный Минос с скрежетом зубов
- Внимал, как тени, плача, признавались
- 7 В своих грехах, и, их казнить готов,
- Произносил свой суд неотразимый.
- Признания их слушая, без слов,
- 10 Своим хвостом, судья неумолимый,
- Всегда спешил обвиться столько крат
- Вокруг себя, лишь бешенством томимый,
- 13 На сколько ступеней пониже в Ад
- Им осужденный призрак повергался,
- И тем хвостом, свернувшимся в обхват,
- 16 Род казни их всегда определялся.
- Пред Миносом, покаявшись в грехах,
- Ряд призраков один другим сменялся
- 19 И падал в бездну с воплем и в слезах.
- Меня увидя, Минос суд ужасный
- Остановил с проклятьем на губах:
- 22 «Зачем ты здесь, скажи, пришлец несчастный?
- Здесь мир скорбей и ужаса приют.
- Сюда тебе ворота отопрут,
- 25 Но выйти вон отсюда очень трудно».
- «К чему грозишь? – сказал мой проводник. –
- Мы не поймем друг друга обоюдно:
- 28 Тот, кто своим могуществом велик,
- Сойти сюда ему дал позволенье.
- Впусти ж его и удержи язык».
- 31 И вопли я услышал в отдаленье,
- Когда вступил в тот мрачный, адский круг,
- Где раздавались стоны исступленья,
- 34 Где омертвел, казалось, свет вокруг,
- Где, словно вечный ропот океана,
- Носился гул неутихавших мук;
- 37 Где адские порывы урагана,
- Бичуя и терзая и кружа,
- За тенью тень несли среди тумана,
- 40 И души падших грешников, дрожа,
- Стеня, хулы на Бога изрыгали.
- За чувственность казнь эту заслужа,
- 43 Как я узнал, те души в Ад попали…
- Как стаи птиц в холодный день зимы
- В бессилии мятутся, так летали,
- 46 Вперед и взад метались в Царстве тьмы
- Страдальческие тени. В их страданье
- Надежды нет; должны смутиться мы –
- 49 Лишенные в грядущем упованья,
- Им отдыха в мучениях не знать.
- Как в небе журавли в ночном молчанье
- 52 Начнут, порою, жалобно кричать,
- Так тени, в общем плаче надрываясь,
- Неслись в Аду, не в силах устоять
- 55 В круженье вихря знойного. Теряясь,
- Про сонм тех душ поэта я спросил,
- Их адскому круженью ужасаясь.
- 58 «Вот первая, – Вергилий говорил, –
- Народов многих гордая царица.
- Пороком лишь – он ей законом был –
- 61 Жила сластолюбивая блудница,
- Открыто поощрявшая разврат.
- Звалась Семирамидой та срамница.
- 64 Она была, как хроники гласят,
- Женою и преемницею Нина,
- Владея краем, – край тот был богат,
- 67 Где властвует Судан теперь. Кручина
- Другую тень смущает: то жена –
- Самоубийца[24]. Горькая судьбина
- 70 Ее любви печальна и страшна.
- Вот призрак Клеопатры сладострастной…»
- Затем Елену видел я: она
- 73 Являлась на земле звездой несчастной;
- За нею шли – великий муж Ахилл,
- Погибший от любви своей напрасной,
- 76 Парис, Тристан[25]… Вергилий повторил
- Имен людей прославленных немало,
- Которых пыл их страсти погубил.
- 79 От состраданья к ним изнемогала
- Моя душа, и был я поражен,
- Когда близ нас собрание предстало
- 82 Известнейших мужей и славных жен.
- И я сказал: «Мне хочется, Вергилий,
- Речь повести с четой теней, как сон,
- 85 Скользящей и несущейся без крылий».
- «Пусть ближе налетят они, тогда, –
- Сказал поэт, – мы можем без усилий
- 88 Для той беседы вызвать их сюда,
- Любовью, их связавшей, заклиная».
- Вот дунул ветр. Как облаков гряда
- 91 Несется, воли собственной не зная,
- Приблизились к нам тени. Оживясь,
- Воскликнул я, к себе их призывая:
- 94 «О, страждущие тени! Если нас
- Беседой подарить вы в состоянье,
- Поговорите с нами!» Как подчас,
- 97 При радостном, веселом воркованье
- К родимым гнездам голуби летят,
- Так при моем невольном восклицанье
- 100 Чета теней, сквозь общий вихрь и смрад,
- Толпу тех душ покинув, где стояла
- Несчастная Дидона, – тихо, в ряд,
- 103 Порхнула к нам. Одна из них сказала:
- «Ты, ради нас сошедший в эту тьму,
- Ты, чья душа к нам жалость испытала,
- 106 Хотя преступны все мы, – твоему
- Величию не можем не дивиться,
- И если бы, в грехах своих, Ему,
- 109 Творцу миров, мы смели помолиться,
- Просили б мы, чтоб мир и благодать
- На голову твою могли спуститься
- 112 За то, что нам ты можешь сострадать.
- О, говори – тебя мы слушать станем,
- Расспрашивай – мы станем отвечать,
- 115 Пока в пучину бездны вновь не канем…
- Мой край родной – на берегу морском,
- Где волны По бегут, подобно ланям,
- 118 Теряясь в океане голубом.
- Любовь, души прекрасная подруга,
- В груди Паоло вспыхнула огнем.
- 121 Он был пленен той красотою юга,
- Которая была во мне и вдруг
- Исчезла от жестокости супруга.
- 124 Любовь – призыв души, как сладкий звук,
- Откликнулась в душе моей любовью,
- Которая не убоялась мук,
- 127 Не умерла, хоть истекала кровью.
- Любовь нас к ранней смерти привела, –
- Но казнь – братоубийце! К изголовью
- 130 Его, так много сделавшего зла,
- Должны спуститься адские страданья…»[26]
- Умолкла тень. Не поднимал чела
- 133 Я, слушая ее повествованье,
- И долго пересилить не умел
- Невольного, глубокого молчанья.
- 136 «Куда с своей ты думой залетел?» –
- Спросил поэт. «О, сколько наслаждений?
- И чудных грез им посулил удел,
- 139 Но вместо них дал вечный гнет мучений!» –
- Воскликнул я и тени молвил вновь:
- «Франческа, ты несчастней всех видений!
- 142 Волнует сострадание мне кровь…
- Поведай же: когда ты угадала
- В себе свою неясную любовь
- 145 И чувство непонятное узнала?»
- Франческа мне дала такой ответ:
- «Воспоминания язвят меня, как жало!..
- 148 Ужасней и сильнее скорби нет –
- О днях блаженства вспомнить в дни печали;
- О том тебе расскажет твой поэт,
- 151 С тобой идущий. Если о начале
- Моей любви ты хочешь правду знать,
- Так слушай же, как мы любовь узнали:
- 154 Рассказ мой слезы будут дополнять…
- Однажды Ланчелота[27] приключенья
- Мы с любопытством начали читать,
- 157 Где он любви испытывал волненья.
- Чувств собственных не ведая тогда,
- Одни мы оставались в те мгновенья.
- 160 От книги отрываясь иногда,
- Бледнели мы, и чтенье забывалось;
- Мы трепетали вместе, но когда
- 163 Одна страница в книге нам попалась,
- Решилась вдруг судьба обоих нас:
- Читали мы, как сладко улыбалась
- 166 Влюбленная красавица в тот час,
- Когда любовник пламенный и страстный
- Поцеловал в уста ее. Зардясь,
- 169 Тогда и он, Паоло мой прекрасный,
- Трепещущий, прильнул к моим устам.
- И книга та, как Галеот[28] опасный,
- 172 Служила искушеньем сладким нам.
- В тот день мы уже больше не читали».
- Умолкла тень. Внимая тем словам,
- 175 Другая тень, не в силах скрыть печали,
- Заплакала так горько, что терял
- Сознанье я… мне силы изменяли,
- 178 И я, как труп безжизненный, упал.
Песня шестая
Поэт вслед за своим путеводителем спускается в третий круг Ада, где Вергилий усмиряет адского Цербера. Сластолюбцы и обжоры. Признание призрака Чиакко и его речь о будущей судьбе Флоренции. Грешники, ожидающие дня Страшного суда, и их слабая и смутная надежда на прощение.
- 1 Когда опять от тяжкого забвенья
- Очнулся я, о муках душ скорбя,
- Лишившись чувств своих из сожаленья,
- 4 Я снова увидал вокруг себя
- Ряд призраков и новых мук картины.
- То был круг третий Ада, где, губя
- 7 Все встречное, струился дождь на льдины;
- Проклятый, страшный дождь, и крупный град,
- И грязный снег слетали на вершины
- 10 Угрюмых скал. Зловоние и смрад…
- Там Цербер отвратительно ужасный,
- С тройною пастью, лаял, дикий взгляд
- 13 Бросая вкруг, и с жалобой напрасной
- Тонули тени, вспугнутые им.
- Цвет грозных глаз его – кроваво-красный.
- 16 Он отличался бешенством своим,
- Когтями лап и безобразным чревом.
- Неутомимой злобой одержим,
- 19 Он грешников царапал с адским гневом
- И на клочки их кожу разрывал…
- О, грешники! Достались муки все вам!
- 22 Пронзительный их дождик бичевал;
- Они, как псы, уныло завывали…
- То грудь, то спину призрак укрывал,
- 25 Где гнойных язв следы не заживали,
- То беспрерывно двигался, кружась,
- Чтоб хоть движенья муку облегчали.
- 28 Едва заметил только Цербер нас,
- Как у него раскрылась пасть тройная,
- Сверкнул огонь его кровавых глаз,
- 31 И задрожал от злобы он, не зная,
- Кто нас привел, как мы сюда зашли.
- Тогда рукой горсть праха поднимая,
- 34 В пасть гадины мой спутник ком земли
- Швырнул без слов. Как по добыче вывший
- Смолкает жадный пес, когда в пыли
- 37 Теребит тихо жертву, так, открывший
- Тройную пасть, умолкнул Цербер вдруг,
- Чудовищные челюсти смеживший.
- 40 Рев, в трепет повергавший все вокруг,
- В минуту стих. Мы дальше подвигались,
- Стонали всюду призраки от мук
- 43 И нашими ногами попирались,
- Склонясь к земле от адского дождя.
- Все тени распростертыми казались,
- 46 Когда я шел близ мудрого вождя;
- Лишь только тень одна с земли привстала,
- За нами очень пристально следя.
- 49 «О, ты, сошедший в Ад, – она сказала, –
- Узнай меня, коль это можешь ты.
- Ты был рожден, когда еще не знала
- 52 Я этих адских мук». «Твои черты, –
- Я отвечал, – быть может, изменились
- Среди страданий вечной темноты
- 55 И так под адским ливнем исказились,
- Что мне тебя припомнить средства нет.
- Кто ты? Иль Небеса так возмутились
- 58 Твоим грехом, что ты покинул свет
- Для этих отвратительных страданий?»
- «В том городе, – мне тень дала ответ, –
- 61 Где много так завистливых созданий,
- Я был, как ты, на этот свет рожден.
- И жил, не зная тяжких испытаний,
- 64 Мой грязный грех – обжорство, бог мамон.
- Известен я под именем Чиакко[29]
- И за порок обжорства осужден
- 67 Томиться под дождем в жилище мрака.
- На эту казнь, за тот же самый грех
- Не я один здесь осужден, однако:
- 70 Приговорили к казни этой всех
- Отверженных, что вкруг меня теснятся».
- И после слов и после жалоб тех
- 73 Умолкла тень. «Чиакко, удержаться
- Нельзя от слез, – я вновь проговорил, –
- Твои страданья видя… Может статься,
- 76 Ты будущность Флоренции открыл:
- Скажи, что с этим городом случится?
- Иль нет людей там праведных? Иль пыл,
- 79 Пыл мятежей в нем ввек не прекратится?»
- И призрак отвечал мне: «Вновь и вновь
- Мятеж за мятежом там разразится,
- 82 И долго будет литься граждан кровь.
- Сперва Лесные[30] сделают восстанье,
- С насилием изгнав своих врагов;
- 85 Продолжится три года ликованье, –
- Потом падут Лесные, наконец,
- И гордость Черных, после испытанья,
- 88 Поднимет, ими вызванный, пришлец[31].
- И долго над врагом своим кичиться
- Там станет победитель, как боец,
- 91 Который угнетенья не стыдится.
- Два праведника только там живут[32],
- Но их народ не знает, не боится.
- 94 Три страшных искры сердце граждан жгут:
- Гордыня, зависть и любостяжанье».
- Он замолчал, но я заметил тут:
- 97 «Тень бедная, прерви свое молчанье
- И отвечай, хоть речь тебе тяжка:
- Где Фарината? Местопребыванье
- 100 Где Рустикуччи, Арриго, Моска,
- Тегьяйо[33]? В мире добрыми делами
- Они известны были. Иль горька
- 103 В Аду их участь, или Небесами
- Дарована теперь им благодать
- И мир овладевает их сердцами?
- 106 Так где ж они? И как мне их узнать?»
- Чиакко мне сказал: «Искать их надо
- Не в Небесах, – там их не отыскать, –
- 109 Но ниже, в глубине подземной Ада, –
- Ты встретишь их, когда сойдешь туда,
- В числе теней: прощенье и пощада
- 112 Им неизвестны будут никогда.
- Прошу тебя: из этих мест унылых,
- Когда вернешься к людям ты, тогда
- 115 Им обо мне напомни… Я не в силах
- Вновь говорить. Дождь жжет сильней огня…»
- Его глаза, – темно в них, как в могилах, –
- 118 Перекосились вдруг; он на меня
- Взглянул и снова низко опустился
- В среду слепцов[34], чело свое склоня.
- 121 «Пока, трубя, архангел не явился,
- Пока Судья Небесный не сойдет», –
- Сказал поэт, – и сильно я смутился:
- 124 «Казня теней, дождь адский не пройдет.
- А в Судный день все тени возвратятся
- В свои могилы; быстро в свой черед
- 127 В свой прежний образ, в плоть преобразятся
- И будут ждать последнего Суда».
- Вперед мы стали тихо подвигаться
- 130 По мрачному пространству, и тогда
- Смесь грязи и Теней мы увидали;
- Про Страшный суд в грядущие года
- 133 Мы по дороге тихо толковали.
- «Учитель! – между прочим я спросил, –
- Усилятся ль их муки и печали,
- 136 Иль ослабеют кары адских сил,
- Когда суда последний день настанет?»
- «Знай, смертный, – спутник мой проговорил, –
- 139 Чем ближе к совершенству каждый станет,
- Тем ближе для него добро и зло.
- Хоть эту сволочь адскую не тянет
- 142 Достичь до совершенства, – не могло
- Родиться в них подобное стремленье, –
- Но осеняет грешников чело
- 145 Надежда, и пощады и прощенья
- Все ждут они в день Страшного суда».
- Мы шли. Не передам я в песнопенье
- 148 Всего, что говорили мы тогда.
- Но вот у спуска Плутуса[35] нашли мы,
- Который был врагом людей всегда:
- 151 Для Плутуса все люди нестерпимы.
Песня седьмая
Путники спускаются в четвертый круг Ада, где у входа встречают Плутуса. Вергилий его усмиряет, и он падает ниц. Круг, где страдают скупцы и расточители, раскрывается перед путниками. Рассуждение Вергилия о фортуне. Он ведет Данте в другой круг Ада, где тени караются за зверство.
- 1 «Papé Satán, papé Satán, aleppe!»[36] –
- Так грозно адский Плутус зарычал,
- Встречая криком нас в своем вертепе.
- 4 Но мне певец всеведущий сказал:
- «Не бойся неожиданной преграды…
- Вредить он нам не может… Прочь, шакал!»
- 7 Он говорил, остановивши взгляды
- На демоне: «Молчи и пожирай
- Ты сам себя от бешеной досады:
- 10 Спуститься должен смертный в адский край,
- Куда идет по воле Провиденья…
- Молчи и злобой внутренней сгорай…»
- 13 Как мачта корабельная в крушенье,
- В морскую бездну с парусом летит,
- Повергнута, изломана в мгновенье,
- 16 Пал Плутус ниц, приняв покорный вид,
- А мы все глубже в тартар углублялись,
- В вертеп, который грешникам открыт,
- 19 Которым все пороки поглощались.
- О, Боже мой! Могу ль я передать
- Ряд новых мук, что предо мной являлись?
- 22 Ужель за грех так можно пострадать?
- Как меж собой сшибаются в смятенье
- Харибды волны с ревом, чтоб опять
- 25 Бежать назад, так в вечном исступленье
- Должны сшибаться тени меж собой.
- Их много здесь, кричащих в озлобленье.
- 28 Двойной толпой они вступают в бой
- И, тяжести огромные бросая
- Друг в друга, поднимают дикий вой,
- 31 С упреками такими отступая:
- «Что бросил ты?» «А ты что не бросал?»
- И, двигаясь и вновь в борьбу вступая,
- 34 Ревут, бегут, как моря грозный шквал,
- И снова отступают и мятутся,
- И снова бой… Скорбеть о них я стал,
- 37 Успела жалость в сердце шевельнуться.
- «О, кто они? Поведай мне, поэт!
- Вон там, левей, – иль мог я обмануться?..
- 40 Толпа духовных лиц… Сомненья нет:
- На них я вижу знаки постриженья».
- «Знай, все они, – мудрец мне дал ответ, –
- 43 Свой разум довели до ослепленья,
- И грех их – расточительность. Взгляни
- На их толпу, на шумное движенье:
- 46 Здесь гранью полукруга все они
- Отделены от области другого
- Греха. Ты угадал – в иные дни
- 49 Тех призраков, чьи головы сурово
- Обнажены, – монахами мир звал.
- Здесь можешь встретить папу ты иного,
- 52 Здесь не один погибший кардинал».
- «Но как же между ними, мой учитель,
- Знакомых лиц пока я не узнал,
- 55 Которых грех смутил, как искуситель?»
- «Напрасно разглядеть их хочешь ты, –
- Мне отвечал тогда путеводитель, –
- 58 Грехи так исказили их черты,
- Что лиц их распознать нам невозможно;
- И вечно в этом Царстве темноты
- 61 Сшибаться будут призраки тревожно,
- Пока день воскресенья не придет.
- Тогда они восстанут осторожно
- 64 Из тьмы могил, иные сжавши рот
- И с сжатою рукою, а другие
- Лишенные волос своих. Как мот,
- 67 Так и скупец, все блага дорогие,
- Все радости земного существа
- Теряют навсегда. Грехи такие,
- 70 Как скупость и безумье мотовства,
- Приводят к мукам вечного боренья
- Без отдыха, без криков торжества.
- 73 Так гибельны фортуны искушенья,
- Хотя за них людской безумный род,
- Не ведая в раздорах пресыщенья,
- 76 Терзается и много крови льет.
- Все золото, и все богатство света
- Людей не избавляют от забот
- 79 И не внесут покой в жилище это,
- Где мук неотразим жестокий гнет».
- «Но объясни, – я спрашивал поэта, –
- 82 О, кто она, смущавшая народ,
- Богиня, что Фортуною зовется?
- Всех благ земных и всех земных щедрот
- 85 Из рук ее источник вечный льется».
- «Безумцы! Ваш рассудок омрачен,
- Вам в заблужденье правда не дается», –
- 88 Сказал мудрец и продолжал так он:
- «Так слушай же ты истинное слово:
- Мир видимый едва был сотворен,
- 91 Как власть уж для него была готова,
- Чтоб в мире свет равно распределять,
- И эта власть, как сам закон, сурова.
- 94 Над благами земными наблюдать
- Другая власть поставлена; власть эту
- Фортуною привыкли люди звать;
- 97 Богатства и сокровища по свету
- Дарит и отнимает вкруг она,
- Переходя от холода к привету,
- 100 Любя то те, то эти племена
- Иль возвышать, иль в грязь топтать бесстрастно.
- Фортуны той над миром власть сильна,
- 103 Сопротивляться стали б ей напрасно.
- Вот почему, порой, иной народ
- В падении страдает ежечасно,
- 106 Другой же процветает и живет
- В довольстве, не смущаемый бедами:
- Фортуна всех незримо стережет,
- 109 Как лютый змей, сокрытый под цветами.
- Ей ум людской – пути не преградит,
- И, властвуя над нашими умами,
- 112 Она провидит все, она царит
- В пределах власти, данной ей. Преграды
- Ни в чем ей нет. Вперед она спешит,
- 115 Как будто ждет там, впереди – награды.
- Вот вечная фортуна какова.
- Ее хулить нередко люди рады,
- 118 Ей вслед бросая гневные слова,
- Хоть к ней питать должны благоговенье.
- Она же под лучами Божества,
- 121 Не замечая общего хуленья,
- Живет среди созданий неземных,
- Рожденных в первый день миротворенья,
- 124 Блаженствует средь радостей иных,
- И катит шар свой… Далее иди же
- К другим теням, чтоб видеть муки их,
- 127 Которые ужаснее, чем ближе.
- Все звезды, освещавшие восток,
- Склоняются на западе все ниже.
- 130 Иди скорей! Нам дан недолгий срок».
- И мы границу круга миновали;
- Пред нами встал кипящийся поток.
- 133 Бесцветные и мутные бежали
- Потока волны; далее ручьем
- Они в болоте гнусном пропадали;
- 135 Болото это Стиксом мы зовем.
- И по пути неровному к нему-то
- Мы подошли. Бросая взгляд кругом,
- 139 Увидел я, – ужасная минута! –
- Толпы нагих и бешеных теней,
- В зловонии болота вывших люто.
- 142 Они кусались с яростью зверей,
- В клочки одна другую разрывали
- Зубами и при помощи когтей.
- 145 «Они за зверский нрав свой пострадали, –
- Сказал певец. – В воде и над водой,
- Куда бы взгляды мы ни обращали,
- 148 Они томятся вечною чредой».
- И в тине голоса их раздавались:
- «На свете, в блеске жизни молодой,
- 151 Мы преступленьем только упивались;
- От копоти душа у нас черна,
- И за порок в болота мы попались».
- 154 Их жалоба была едва слышна,
- Немел язык в их огненной гортани…
- Дорогой, что была едва видна,
- 157 По берегу скользили мы в тумане,
- Большую часть болота обошли
- И, наконец, в виду зловещей грани,
- 160 К подножью страшной башни подошли…
Песня восьмая
Пятый круг Ада. Флегиас перевозит чрез болото Стикса Вергилия и Данте. Отвратительные мучения Филиппа Ардженти. Путники приближаются к адскому укреплению Дитэ, где адская стража демонов преграждает им вход в проклятый город.
- 1 Когда к стенам мы башни приближались,
- То видели еще издалека,
- Что на ее вершине загорались,
- 4 Как звездочки средь тьмы, два огонька,
- И, по условью точно, засверкали
- Такие же два яркие значка
- 7 На дальней башне. Путь мы продолжали.
- И я сказал: «В всеведенье глубок,
- Как море, ты. Зачем же запылали
- 10 Те огоньки? Скажи, кто их зажег?
- Что означают огненные знаки?»
- Поэт ответил: «Если бы ты мог
- 13 Поверхность вод распознавать во мраке,
- То знал бы сам, что впереди нас ждет…»
- Неуловимы молнии зигзаги,
- 16 Неуловим и быстр стрелы полет,
- Но тот челнок, что нам навстречу мчался,
- Скользя под испареньями болот,
- 19 Быстрей стрелы и молнии казался.
- Один гребец сидел в нем и кричал:
- «Преступный дух! Ты наконец попался!
- 22 Ты уже здесь!» Мой спутник отвечал:
- «О, Флегиас[37]! Ты сердишься напрасно!
- Язык твоих угроз бессилен стал:
- 25 Пока ты можешь только безопасно
- Перевезти через болото нас».
- Как человек, которому ужасно
- 28 Скрывать бессильный гнев, так Флегиас
- Умолкнут вдруг. Учитель в челн спустился,
- Я вслед за ним, и челн на этот раз
- 31 Гораздо глубже в волны погрузился.
- Когда по темной, мертвой глубине
- Летели мы, вдруг грешник появился,
- 34 Весь тиною покрыт, и молвил мне:
- «Скажи, кто ты? Зачем ты раньше срока
- Блуждаешь в этой адской тишине?»
- 37 Я отвечал: «То время недалёко,
- Когда могу отсюда я уйти.
- Но кто ты сам, скажи мне, так жестоко
- 40 Истерзанный? Кто ты?» «В своем пути
- На вечный, вечный плач осуждена я», –
- Сказала тень. «Лети же ты, лети,
- 43 Проклятый дух, спокойствия не зная!
- Рыдания и скорби – твой удел.
- Твое лицо в грязи распознавая,
- 46 Тебя теперь припомнить я успел», –
- Ответил я… Тут грешник обе руки
- Простер к челну, как будто бы хотел
- 49 В нем отдохнуть от нестерпимой муки,
- Но спутник мой столкнул его назад:
- «Иди ты прочь, туда, где слышны звуки
- 52 Проклятий псов, как ты, попавших в Ад».
- Затем поэт, меня обняв, как брата,
- Поцеловал и молвил: «О, стократ
- 55 Блаженна мать, носившая когда-то
- Тебя во чреве! Чистая душа,
- Себя ты уберег среди разврата.
- 58 Знай: эта тень[38], всю жизнь свою греша,
- Всех презирала в собственной гордыне,
- Лишь злобой постоянною дыша.
- 61 Беснуется и здесь она доныне.
- И много гордых некогда владык
- В зловонье этой мерзостной пустыни,
- 64 Здесь пресмыкаться будут каждый миг,
- Как свиньи, в мире общее презренье
- Оставив за собою. Их постиг
- 67 Стыд и позор». «Могу ль без затрудненья,
- Учитель, – я сказал, – теперь взглянуть,
- Как будет это жалкое творенье
- 70 В грязи и тине медленно тонуть?..»
- И мне ответил мудрый мой учитель:
- «Еще в ладье мы не окончим путь,
- 73 Увидишь ты, как флорентийский житель
- Казним в Аду…» И видел я вблизи,
- Как грешника карает Вечный Мститель.
- 76 Его давили призраки в грязи;
- «Филипп Ардженти! – все они кричали. –
- Вот он! Сюда! Дави его, рази!»
- 79 И призрак флорентинца окружали,
- А он с себя зубами тело рвал…
- За эту казнь, не чувствуя печали,
- 82 Я Небеса тогда благословлял.
- Тут мы его оставили… Стенанья
- Вдруг поразили слух мой, и сказал
- 85 Вергилий мне: «Ты обрати вниманье
- На этот город: Дис[39] его зовут.
- Преступники в нем терпят наказанья,
- 88 В Аду их духи мрака стерегут».
- «Учитель, – я воскликнул, – на поляне,
- Мне кажется, я вижу, как встают
- 91 В багровом, в ярко-огненном тумане
- Вершины башен». «Да, – сказал поэт, –
- Горит огонь в них вечный, – знай заране,
- 94 Что он стенам дает багровый цвет.
- Печальный град был рвами опоясан,
- Где челн наш оставлял чуть видный след;
- 97 Ряд стен был из железа, и для нас он
- Казался неприступным. Наконец
- Мы к берегу пристали. В этот час он
- 100 Пустыней был. Тут закричал гребец:
- «Здесь вход. Идите!» И над воротáми
- Увидел я, бледнея, как мертвец,
- 103 Сонм демонов в тьму бездны Небесами
- Низвергнутый. Их крик достиг до нас:
- «Кто в Царстве мертвых бродит между нами?
- 106 Для вас еще не пробил смертный час!..»
- Мой спутник подал знак им, что желает
- Им молвить слово втайне, и, смутясь,
- 109 Они смирили гнев свой. Восклицает
- Один из них: «Лишь ты к нам подойди,
- А смертный, что с тобой в наш Ад вступает,
- 112 Пускай уйдет и путь свой назади
- Переследит без страха, если может,
- Тебя оставив здесь!..» В моей груди
- 115 Проснулся ужас: кто теперь поможет
- Мне выбраться когда-нибудь назад?
- Кто мне в пути преграды уничтожит?
- 118 «Наставник мой! Семь раз, спускаясь в Ад,
- Избавил от опасности меня ты
- И бодро вел сквозь этот адский смрад.
- 121 Не оставляй меня ты в тьме проклятой! –
- В отчаянии так я восклицал. –
- И если впереди нас ждут утраты
- 124 И путь в Аду нам недоступным стал,
- То поскорей вернемся мы обратно».
- Но мой путеводитель отвечал:
- 127 «Не бойся, говорю неоднократно,
- Никто дороги нам не заградит:
- Над нами Тот, чья сила необъятна.
- 130 Здесь жди меня; пусть страх не шевелит
- Твоей души; тебя я не покину
- В кромешной тьме. Прими спокойный вид».
- 133 Так нежно говорил он, словно сыну,
- И удалился. В страхе и смущен
- Остался я и ужаса причину
- 136 Напрасно позабыть хотел. Но он,
- Учитель мой, недолго был с бесами.
- Что говорил он с ними – посвящен
- 139 Я в это не был, только перед нами
- Метаться стали демоны, закрыв
- Ворота башни. Тихими шагами
- 142 Поэт вернулся, голову склонив.
- В его лице заметил я смущенье;
- Вздохнул он, тихо слово проронив:
- 145 «Кто вход мне преграждает?» В заключенье
- Он мне сказал одно: «Да не смутит
- Тебя мое невольное волненье.
- 148 Пусть нам сонм этих демонов грозит,
- Но все ж они должны мне покориться.
- Высокомерье их – не ново. Стыд
- 151 Их пораженья должен совершиться,
- Как некогда, у первых адских врат,
- Где думали преградою явиться
- 154 Те демоны; но вход в подземный Ад
- Остался без затворов[40]. Там, у входа,
- Заметил надпись страшную твой взгляд.
- 157 Но знай, мой сын: в глубь этого прохода
- Спускается один сюда с высот
- Защитник человеческого рода,
- 160 Сюда грядет могучий ангел тот,
- Перед которым бесы содрогнутся
- И двери недоступных нам ворот
- 163 Покорно перед нами распахнутся».
Песня девятая
Три адские фурии грозят, что они обратят в камни обоих странников. Сошествие ангела, который прикосновением своего жезла отворяет врата неприступного города. Демоны разбегаются. Шестой круг Ада, где находятся язычники.
- 1 Мое лицо в минуту бледно стало,
- Когда певец приблизился ко мне,
- Но вдруг его смущение пропало, –
- 4 Он скрыл его в сердечной глубине;
- Прислушиваясь, он остановился:
- Мрак был так густ в той адской стороне,
- 7 Что зоркий взгляд, куда б ни обратился,
- Не мог проникнуть тьмы. «Мы победим!
- Мы победим, лишь он бы к нам явился. –
- 10 Сказал мудрец. – Приди же, херувим!»
- Я понимал, что странными словами
- Меня он успокаивал; томим,
- 13 Однако, страхом, этими речами
- От робости я не избавлен был
- И вопросил, чуть шевеля губами:
- 16 «В глубь этой бездны кто-нибудь сходил
- От самой первой той ограды Ада,
- Где нет надежды?» Так я говорил,
- 19 И отвечал учитель: «Правду надо
- Тебе сказать: еще никто почти
- Не достигал до пламенного града,
- 22 Не шел сюда по нашему пути.
- Но некогда в ту бездну я спускался,
- Куда меня заставила сойти
- 25 Жестокая Эрикта[41]. Покорялся
- Ей дух людей умерших и порой
- В земное тело снова облекался.
- 28 Лежал недолго сам я под землей,
- Лишась души, когда мне повелела
- Сама Эрикта, жезл поднявши свой,
- 31 Спуститься в адский круг той бездны смело,
- Чтобы одну из падших душ спасти.
- Круг этот глубже всех; отяготела
- 34 Ночь вечная над ним, но ты идти
- Со мной без страха должен. Вот болото
- Зловонное пред нами на пути,
- 37 Весь город охватившее: в него-то
- Без боя невозможно нам шагнуть».
- Еще он говорить мне начал что-то,
- 40 Но головы не мог отвернуть
- От башни, мрачным светом озаренной.