Семья вдребезги
Глава 1
Дом полон гостей, аниматоры развлекают детвору. Я сбежала от всех буквально на пару минут, чтобы принести дополнительные десертные тарелки. Скоро будет торт.
Со стопкой тарелок я и остановилась у кабинета мужа. Из-за праздничных хлопот я даже не заметила что Данил тоже оставил гостей одних. Разговаривает с кем-то, голос жесткий, неужели муж и в такой день работой занят?
Хотела войти в кабинет и оторвать любимого от работы, но застыла, услышав:
– Дань, да не злись ты. Я просто подумала что нашего сына должны растить мы оба.
– Нашего? – выплюнул мой муж.
– А чьего еще? Я – мама, ты – папа. Классный у нас малыш получился. Да, всё у нас с тобой неправильно началось, но…
– Заткнись! – оборвал Данил мою… сестру.
Руки задрожали, а в них и стопка тарелок. Там, в кабинете, Данил и Виталина обсуждают ИХ ребёнка. Общего. Мой муж и моя сестра.
Даня продолжил что-то выговаривать Вите, зло отчитывал её, а я слышала лишь тихое дребезжание фарфора и лишь чудом не уронила тарелки.
Не боль а растерянность – вот, что я почувствовала.
Растерянность, беззащитность и понимание что мир рушится на моих глазах на осколки.
– Дашут, давай помогу, ты совсем замоталась с этим праздником, – окликнула меня подруга от лестницы.
Я дернулась, отступила от кабинета. Приятельница забрала тарелки из моих рук и мы пошли вниз. Соня что-то говорила мне, судя по выражению её лица, это просто дружеский треп. А я ни слова не слышала, в своём непонимании потерялась.
Разговор Дани и Виты мне точно не послышался. У них есть общий ребёнок, и это… бред.
Ну бред же!
У моего мужа есть два лучших друга, и совсем недавно я узнала что в их семьях были измены. Своего Даню я никогда не подозревала в неверности, но после того что узнала про его друзей, мужа я проверила. Просто чтобы успокоиться.
И я успокоилась. Данил не разгуливал по ресторанам с красивыми женщинами, не флиртовал с коллегами. Не было никаких отлучек на ночь или сомнительных командировок. С работы Данил сразу шел домой, чтобы провести время со мной и нашим сыном.
А Виталина, моя сестра-близнец… да она вообще только что в страну вернулась! Ребёнок у неё был, но произошла трагедия, а больше детей у неё нет. Я бы знала.
И Виталина с Данилом не виделись несколько лет, за границу он без меня не летал. А у Виты был муж…
Бред! То, что я услышала нереально.
Но, тем не менее, я слышала то, что слышала: «я – мама, ты – папа… у нас классный малыш… всё у нас неправильно началось…»
Господи!
– Давай, я помогу, – сначала почувствовала знакомое тепло ладони мужа на своей спине, а затем услышала его голос. – Гостей много. Стоило официантов нанять.
Данил как ни в чем не бывало принялся нарезать торт и раскладывать десерт по тарелкам. А я обернулась в поисках своей сестрички, которая только сегодня вернулась на родину, явилась ко мне в гости, и сломала мой мир.
– А где Виталина?
– Не знаю. По нашему дому гуляла, вроде, – бросил муж, и пошел разносить десерт гостям.
– Дань, – задержала я его тихим окликом.
– М?
– Я только что была наверху. И слышала вас, – выдавила через силу.
Молчать о том, что болит я не умею. И плевать что гости, дети, праздник. Я не понимаю что происходит и как это возможно – то, что Даня и Вита обсуждали их ребёнка, тогда как я точно знаю что этого не может быть.
– Что ты слышала? – нахмурился муж.
– Тебя. Виталину. Вы говорили про вашего ребёнка, – прошептала я, холодея от ужаса.
– Даш, – Данил шагнул ко мне, голос у него заботливый и встревоженный, – ты переутомилась. Ну какая Виталина? Какой ребёнок? Присядь, отдохни, с подругами поболтай. А я сам гостями займусь.
– Я на слух не жалуюсь. Гостей проводим и поговорим.
– Хорошо, а пока присядь и расслабься. Я и Виталина, надо же, – хмыкнул Данил.
Он ведёт себя убедительно, и я бы поверила мужу, если бы плохо расслышала их с сестрой разговор. Но нужные фразы я услышала так четко, что они до сих пор в моей голове звучат!
Боже, какой кошмар.
Подруг я нашла у большого окна с видом на сад. Подошла к ним, чтобы отвлечься от мужа, сестры, их ребёнка, непонятно откуда взявшегося.
– Так красиво, – с улыбкой кивнула Соня за окно. – Альпийская горка… я тоже хотела такой сад, чтобы и горка, и аллея с бересклетами.
– Могу дать контакт ландшафтного дизайнера, – пробормотала я.
Соня тихо рассмеялась, приобняла меня, и сказала:
– Что, замучили тебя сегодня? Гости, маленький ребёнок – я буквально себя узнаю. Или что-то случилось? – встревожилась она.
И муж, и подруга говорят мне что я не в себе. Да, я дико устала, но я ведь не сумасшедшая, и тот разговор я не придумала!
– Всё, как ты и говоришь: гости, Илюшка, вот и устала. Ничего не случилось, Сонь, – улыбнулась приятельнице.
Мы обернулись, взглянули на моего сынишку. Илья весело хохочет в компании других детей, они бедолагу-аниматора до ручки доведут. Нужно будет ему щедрые чаевые дать, чтобы он после этого праздника из профессии не ушел.
– Хороший у вас мальчишка. И вы с Данилом молодцы. Не всякий решится взять ребёнка из детского дома. Особенно у мужчин с этим проблемы, они своих-то не всегда принимают, не то что чужих, – в этот момент муж как раз подхватил Илью, подкинул его под общий детский визг и поставил на пол. – Но, вижу, у Дани с принятием проблем нет.
– Он сам и предложил взять малыша из детдома, – тихо поделилась я с подругами. – Я всё никак забеременеть не могла, даже не думала про усыновление. А Дане надоело видеть мои мучения. Подошел ко мне как-то, и предложил такой вариант. Говорил что еще часто бывает так: берет пара ребёнка из детского дома, расслабляется, учится любить этого малыша, а затем и родить выходит несмотря на диагнозы. Я, ой, это кошмар, но я не сразу согласилась. Боялась что не смогу полюбить чужого ребёнка как своего.
– Но полюбила.
– Полюбила, – с улыбкой взглянула на Илюшку. – И он сразу ко мне потянулся. Это была магия, девочки. Мы с Данилом сразу приняли Илью, и он нас – тоже. Любовь с первого взгляда существует, – шутливо добавила, и мы втроем рассмеялись.
Я даже про Виталину на минуту смогла забыть. Но вспомнила, услышав радостный крик Илюши:
– Мамочка!
Обернулась автоматически. С улыбкой. Сын зовёт.
Но улыбка растаяла, едва я увидела как Илья подбежал к Виталине и обнял её.
Холод обжег меня изнутри.
– Вы на одно лицо с ней, – прокомментировала Соня.
Я не ответила, не смогла.
– Ты не мама, – обиженно заявил Илья, отстранившись от Виталины, и слова сына все гости поддержали смехом.
– Это сестра твоей мамы, – сказал кто-то.
Илья нашел меня глазами, помчался ко мне. Виталина смотрела ему вслед с улыбкой, а Данил – с тревогой и будто бы с гневом.
Я поймала в объятия сына.
– Вот мама. Насёл, – довольно пролепетал Илюшка.
Обняла сына. Руки подрагивают. Заключила его лицо в обхват своих ладоней, разглядывая словно впервые.
– Я думал ты там, а ты здесь. Ну, мам, – Илья со смехом вырвался из моего захвата и я выпустила, выпрямилась и встретилась глазами с мужем.
Глава 2
– Ты мне изменял?
– Никогда, – уверенно ответил Данил.
– Врешь!
Он прижал к стене и губами коснулся шеи. По-хозяйски сдернул лямку платья, и начал целовать плечо.
Я поговорить хотела, а не близости.
Что он делает…
Нежно, неторопливо.
Мой муж.
Вчера был моим, а сегодня… Каких-то полчаса назад, пока я не услышала его разговор с моей сестрой.
Небо разбилось – так бывает. Надо мной все черное, хотя светлый день.
Он целует.
Я ждала, ждала его слов – и оттолкнула.
– Даша, – мрачно выдохнул Данил. Его ладони под платье забрались, крепко сжали бедра. Он поднял меня и заставил врезаться в кирпичную стену спиной.
Ногами машинально обвила его бедра, как раньше.
Там, за углом…
Наш участок, и весело кричат аниматоры. Смешно повизгивают дети. И тосты родителей звучат издалека, от плетеной беседки, где накрыт стол и готовится шашлык.
– Хватит! – рыкнула в рот мужу в попытке слезть с него.
Он не отпустил, лишь крепче сжал меня, сильнее вдавил спиной в кирпичную кладку. И выдохнул мне в шею:
– Никогда тебе не изменял. И не буду. Даш, никто не видит. Хочу тебя здесь. Пофиг на всех. Даша…
Его горячие пальцы заползли под кружево белья – и я взбрыкнула. Так сильно, что муж поморщился, отстранился на секунду.
Врёт, врёт, врёт!
– Выпусти! – ударила его по груди и спрыгнула с его бедер, каблуками стукнула по гравийной дорожке.
И мелкие камешки брызнули в разные стороны.
Это как мое сердце, на осколки разбитое, потоптали, и вот летит оно, во всех крошевом. А муж словно не понимает. Смотрит так, будто не орал на мою сестру в своем кабинете полчаса назад.
Их ребенок…
Он меня только что уверял, что не изменял и не будет.
Мне дурно.
– В чем дело? – Данил уперся ладонями в стену по обеим сторонам от моей головы. – Музыка играет. Нас не услышат.
– Зато я слышала, – отпихнула его руки и вырвалась из его объятий. Дрожащими пальцами поправила белье и одернула платье. – Виталина на днях прилетела в страну. Почему она так говорила с тобой? Про вашего общего ребенка?
– У меня и твоей сестры? – переспросил Данил. И засмеялся, чуть запрокинув голову. – Даша, у нас семейный праздник. Здесь все нетрезвые. Кто там что ляпнул…
– Ты и она были в кабинете, а я стояла за дверью с сервизом, – в упор на него смотрю. – Я все слышала.
– Что ты слышала? – Данил чуть склонил голову набок, всем своим видом показывая, что он честный, настоящий, самый лучший в мире муж. – Дословно повтори?
– Мама!
От этого слова вздрогнула.
Это наш сын кричит, ищет меня.
– Мама! – и снова, какое приятное слово, оно на мою душу ложится сладко, греет меня.
– Мама! – закричал Илюша, когда мы с Даней впервые пришли в детский дом.
Этот малыш бросился ко мне, в колени уткнулся и заплакал. А я поняла – к черту сомнения, страх, неуверенность, которые меня терзали до этого.
Мы заберем Илюшу. Ведь он вцепился в меня и не отпускал.
– Папа и мама где-то спрятались, Илья, ищи! – раздался смех.
Музыка и голоса, и крик моего ребенка.
– Потом, – оттолкнула мужа, который начал оттеснять меня обратно к стене, опять задрал платье, взглядом в меня уперся – черным, нечитаемым.
– Не смей трогать!
Вырвалась и встряхнулась, одернула одежду и вышла из-за угла.
По сочной зелёной лужайке носятся дети, их догоняет белый и пушистый пёс. Они визжат, но скачут к нему, зовут и отталкивают. Знаю – не укусит, моей подруге бывший муж подарил щенка – ласкового добряка.
Темнеет…
Сколько же мы с Данилом проторчали там, за углом.
Горячее дыхание, губы, что скользят по шее, руки, что нагло лезут под одежду – это мой муж.
Был моим.
Пора рассчитаться с аниматорами, мы договаривались до десяти – но лучше отпустить их пораньше, от нас доберутся до города не скоро…
– Мамочка! – Илюша кинулся ко мне.
– Что, мой сладкий? – подхватила его на руки.
– Взрослые зовут. Я тебя искал. Нас выгнали играть, хотят сидеть за столом. И тебя зовут, и папу.
– Папа идет, – с Илюшей на руках, не оборачиваясь, по тропинке двинулась к плетеной веранде.
Иду и его запах вдыхаю – детский, сладкий. У меня есть сын. Маленький мальчик, который не может без меня. Это главное.
А Данил и Виталина…
Не ошибка, я не глухая. Но муж не признался, он хотел меня взять там, у стены.
О чем он думал? Почему не сказал правду? Хотел отвлечь с помощью заигрываний?
Оглянулась – Данил там. Стоит и ждёт, когда я вернусь.
– Илюш, я за стол, – поставила сына в траву и махнула рукой на аниматоров. – Они здесь ещё полчаса, и уедут. Точно не хочешь поиграть?
Сын тут же бросился к Шреку и Фионе – героям его любимого мультика.
Я шагнула на веранду.
– Ты где пропадаешь? – обняла меня за плечи Соня и потянула к плетёной лавочке. – Я тебе шашлык положила, он уже остыл.
– Сонь, – отмахнулась. – Не хочу.
– Ты в порядке? – она волнуется.
А я глазами шарю по веранде и выискиваю свою копию, свою близняшку.
Нет ее здесь.
Она никогда не интересовалась семейными посиделками.
– Летом мы тут, с вами побудем, – вещают родители, стоя, с поднятыми бокалами. – А в конце июля у нас поход в горы.
– А август? – спросила вяло, чтобы беседу поддержать. – Опять нас бросите?
– Доча, ты бы видела этот снег, эти вершины, – с восторгом ответил папа. – Когда поедешь в горы – захочешь там остаться.
– Это вряд ли, – подруга хмыкнула.
Я ее поддержала.
Родители понятия не имеют, как жить здесь, когда возле нашей веранды дети бегают, играет музыка, и все, что захочешь – доступно на столе.
Они знают другое – как в палатках выживать в горах, как по снегу лететь на лыжах и кричать от восторга и в трепете, что на их крик с гор сойдёт лавина.
И оставлять детей няням.
Мы чужие, мы видимся раз в год. А сегодня важный повод – моя сестра вернулась в Россию.
Виталина…
Где дьявол носит мою близняшку?
Что у нее с моим мужем?
Какого черта она не за столом?
Когда я уже хотела подняться и пойти искать ее в доме – рядом подсел Данил. Муж обнял меня за плечи, притянул к себе. На ухо шепнул:
– Ещё злишься?
– Отпусти, – шепнула в ответ.
– Мы с тобой все обсудим, – Данил прикусил мочку уха, по телу запустил мурашки. – Но не здесь. Не при родителях. Прекрати меня отталкивать, – шепот закончился.
И появилась хватка – уверенная, твердая. Муж не дал дернуться, и мы так и остались сидеть бедром к бедру.
Он горячий.
Мне тоже жарко.
И надо выяснить правду.
– Ух, как хорошо поймал! – раздался голос с площадки – мой и не мой одновременно. Те же ноты, тембр, но интонация – никогда я с сыном не говорила так виновато, заискивающе.
Виталина.
Сощурилась на фигурку на площадке. Она кидает мяч моему мальчику и хвалит его, неумело, словно мамой никогда не была.
А ведь у нее ребенок погиб…
Поднялась резко, сбросила с себя руки Дани. К сестре двинулась. Столько лет прошло, а мы с Виталиной похожи, не отличить – обе никогда не красили волосы, не перекраивали лицо.
Большие серые глаза, полные губы, светлая кожа и русоволосая грива – это у нас от природы и мамы с папой, они наградили приятной внешностью.
Они же и бросили нас, пропадая в бесконечных походах.
Родителей я давно простила.
– А ты мне что скажешь? – остановилась перед сестрой.
И словно в зеркало смотрю – мы синхронно хлопнули ресницами.
Она моя, родная, не могла она с моим мужем…
Какой ребенок, это бред, я во все что она скажет поверить готова, чтобы из мыслей прогнать разговор, который услышала.
– Наш малыш не перенес болезнь и погиб, – Вита, отдуваясь после игры, смахнула со лба влажную прядь волос. – Муж со мной развелся после этого. Смерть сына не пережил. А я отдыхала. Восстанавливалась. В стольких странах была… я бы работала, Даш. Если бы мне повезло, как тебе. Если бы бабушка отписала на меня квартиру. Ну, раз уж поговорить решили с тобой. Вот, говорю.
– Я каждый день к ней приходила, ухаживала за ней, – оправдываться начала на автомате, мне до сих пор стыдно.
Бабушка завещала квартиру мне. А я не поделилась с сестрой, продала квартиру и открыла свой бизнес.
А затем я помогла Дане с первоначальным капиталом. И теперь мой муж – крутой адвокат, к которому очереди клиентов выстраиваются.
– Вита. Бабушка просила, чтобы я не общалась с тобой. Вообще. Она чувствовала что-то…
– И поэтому ты решила кинуть самое родное, что есть у тебя – свою копию, сестру-близнеца.
Она в который раз обвинила, а я снова подавленно замолчала. Но я помню бабушку и ее глаза, ее сухую тонкую руку с выступающими синими венами и длинные узловатые пальцы. Она хваталась за меня и молила, чтобы я не подходила к Вите, она клялась, если разделю квартиру с сестрой – она на том свете мне не простит. Моя близняшка – ведьма, зло в ангельской плоти.
Может, это глупость. Но сейчас важно другое.
Сама схватила сестру за руку, когда она потянулась в траву за мячом. Сестра выпрямилась. И в ее глазах вызов, но в моих тоже, это просто как отражение.
– Ты спала с моим мужем? – спросила в лицо. – Спала, и у вас есть ребенок? Где он?
Глава 3
Виталина даже не удивилась моему вопросу. Изогнула губы в намеке на улыбку и пожала плечами.
Меня это взорвало – она в игры со мной решила поиграть?!
– Ответить не хочешь?
– Может и хочу, но… – сестра кивнула мне за спину. – Данил, мы успели соскучиться.
Муж приобнял меня со спины.
– Дети устали, все собираются по домам. Вита, были рады визиту.
– Намёк поняла, – Вита взглянула мне за спину, на Даню, а затем и на меня. – Я тоже домой. Дом у вас красивый, и сад – сказка. Ребёнок, наверное, в восторге. Надо же, мамой меня назвал. Мамой, – повторила Даша, издеваясь из-за моего вопроса.
– Илья маленький, ошибся. Были рады встрече, – надавил Данил голосом. – Даш, вручи мелким подарки, гости расходятся.
Я кивнула. Пока мне нечего сказать Данилу, в горле спазмы, кажется если заговорю – расплачусь. На автомате я раздала детям небольшие подарки и сладости, и даже выдавила из себя улыбки на прощание, но это всего лишь маска. Чувствую, как она идёт трещинами, готовая рассыпаться прямо на моём лице.
Не понимаю что происходит.
Когда подслушиваешь – есть риск неправильно понять то, что не предназначено для твоих ушей. Фразы, вырванные из контекста, пугают, путают, и всё можно извратить. Но разговор Дани и Виталины однозначен, пусть я и слышала лишь часть его. Они про отношения говорили, про ребёнка, про ИХ ребёнка…
Но я бы знала, если бы сестра родила!
Виталина часто выкладывала видео в соцсети, мы общались, пусть и редко. Я бы заметила растущий живот. И отлучки Данила к их ребёнку я не смогла бы пропустить.
– Не понимаю, – прошептала, вспоминая, анализируя прошлое, и не находя в нём зацепок.
– Всё, наконец-то мы одни. Устала, маленький? – Данил такой заботливый, но сейчас меня это не радует, а еще сильнее настораживает. – Не вздумай приниматься за уборку, завтра клининг-менеджеры этим займутся. Ты у меня такая молодец, отличный праздник устроила.
– Дань, спасибо, но хватит. Рассказывай, – попросила, контролируя голос.
Кто бы знал, чего мне стоил спокойный тон! Но я справилась, ни руки, ни голос не дрожат. А то что ноги не держат – благо, диван есть, на него я и опустилась.
– Ты опять про меня и Виталину, про наш воображаемый роман? Даш, ты турецких сериалов пересмотрела. Пойдём лучше няню отпустим и сами Илюху искупаем, и спать уложим. Или… а хочешь массаж? – муж улыбнулся мне, искушая.
– Я хочу правду.
– Нет, ты хочешь меня обвинить непонятно в чем, – бросил он, начиная раздражаться. – Дашка, ну хватит. Я тебя бесконечно уважаю и не хотел бы смеяться над твоими претензиями, чтобы не обижать, но они и правда смешны. Какая к черту Виталина? Остановись, выключи драму.
Я жадно отслеживала каждую эмоцию мужа: усталость перетекла в игривость, затем появилось раздражение, перешедшее в недоумение – искреннее, чуть возмущенное. Данил уверен в себе, но я, увы, тоже. И дуру из себя делать не позволю.
– Я стояла у двери в кабинет, и слышала вас, – повторила настойчиво. – Виталина говорила что она – мама, ты – папа, у вас чудесный малыш, и ах как жаль что ваши отношения неправильно начались. Или не сложились, – поморщилась, воссоздавая то неприятное мгновение. – Я не придумала ваш разговор, не перепутала голоса. Это были вы с Витой.
Произнести это было больно. И ответа я страшусь, но лучше горькая правда, а затем… а что затем? Развод? Страшное слово, страшное событие. Особенно когда любишь. А Данил – он моё всё. Но и «проглотить» такое предательство я вряд ли смогу.
Задыхаюсь…
– Ничего подобного я с твоей сестрой не обсуждал. Это какой-то бред.
– То есть, я сумасшедшая и всё выдумала? – повысила ломающийся голос, и слезы не сдержала, не смогла, пусть и пыталась быть собранной.
– Ты мне дебильную проверку решила устроить, я прав? Наслушалась подружек, которым изменяли, и меня захотела на вшивость проверить? Даш, не было у меня разговора с Виталиной. И нет у нас с ней никакого ребёнка. Хватит.
– Вот именно! Хватит! – вскочила с дивана. – Я слышала вас!
– Ты не могла нас слышать, потому что не было у нас с твоей сестрой разговора, – рявкнул муж, тоже повысив голос. – Не знаю, проверка это с твоей стороны, или переутомление, но давай остановимся. Ты отдохнешь, выспишься, и завтра, когда вернется адекватность, мы поговорим еще раз. Хотя разговаривать здесь не о чем – это гребаная фантастика, сюр.
Всхлипнула, руками себя обхватила. Того и гляди я сама поверю что всё выдумала, сошла с ума, переутомилась, или еще что-то. Данил очень убедителен. Может, я действительно просто устала? Или мой муж надо мной издевается?
– Дашка, ты плачешь? Маленький, ну хватит. Тебе сестра наговорила гадостей? – муж подошел ко мне, потянулся чтобы обнять, но я отстранилась, спряталась за спинку дивана. – Родная, успокойся. Всё, не подхожу, – остановился Данил. – Только не плачь.
У меня вырвался истеричный смешок сквозь слезы. Не плакать, значит? А что делать – смеяться?
– Вы с Виталиной расстались?
– Мы и не встречались.
– Но вы спали!
– Нет, – получила я спокойный ответ. – Хватит.
– У вас общий ребёнок. Где он?
– У нас с ней нет детей.
– Это сын или дочь? – продолжила я бомбардировать мужа вопросами в надежде что расколется, выложит правду.
– У нас нет с ней детей, – также ровно повторил свой ответ Данил.
– Есть! Признайся!
– Не в чем признаваться.
– Зачем ты издеваешься надо мной? – закричала я. – Данил! Пожалуйста, расскажи мне правду!
Муж начал обходить диван, я попятилась от него. Мне не прикосновения нужны, а разговор. Я на грани уже! Может, узнаю правду и станет легче? Потому что сейчас я чувствую только боль, боль, боль…
– Няня, – нахмурился Данил, и я тоже услышала шаги. – Я провожу её. Родная, если хочешь я скажу то что ты просишь, пусть это и неправда. Только успокойся, не плачь.
Данил отступил, вышел навстречу няне. Я смотрела ему вслед, понимая что он не расколется. Няню я видеть не готова, не то у меня состояние. Дождалась её ухода, и вышла из гостиной, встретив встревоженного мужа.
– Родная, пойдём спать. Я наберу тебе ванну, расслабимся, поспим. И завтра ты повторишь свои вопросы, если продолжишь верить в то что слышала нас с Виталиной. Хорошо?
Не хочу с ним разговаривать. Я в самой себе начинаю сомневаться, в своем разуме.
– Я к Илье. С ним побуду.
– Дать тебе побыть без меня?
Кивнула, и поднялась наверх, слыша шаги за спиной. Я скрылась в детской, муж пошел дальше, в спальню.
Оказавшись в Илюшкиной комнате, прижала ладони ко рту, и опустилась перед кроваткой сына. Как назло в голове мысли мелькают: а вдруг Виталина чтобы поиздеваться подделала голос Данила с помощью нейросети, и слышала я не Даню, а фейк? Сестра горазда на жестокие розыгрыши.
– Нет, это был именно Данил, – тихо сказала самой себе.
Как вытащить из мужа признание? Или с Витой поговорить? Или…
Мои мысли оборвались, когда Илья повернулся на другой бок, лицом ко мне. В слабом свете ночника на долю секунды мне показалось, что…
– Нет, – выдохнула я, зажмурилась и снова взглянула на сынишку.
Мне просто кажется!
Сердце грохочет, дыхание у меня сбито, будто я марафон бежала. И потряхивает. А я все смотрю на Илью, и догадки одна ужаснее другой приходят в голову.
Днём сын – веселый подвижный ребёнок, по-детски пухлый и неуклюжий.
Но сейчас темно, тени от ночника падают на детское личико, и оно не кажется пухлым. Я вижу в Илье знакомые черты: мысок как у Дани, и нос той же формы, а изгиб губ – мой, словно я родила этого мальчика.
Или Виталина.
Глава 4
Я схожу с ума, наверное.
После того, что услышала в кабинете мужа.
Весь вечер была на нервах, и мне кажется Илюша наш с ним сын. Не может он быть от Виты. Ведь ее малыш погиб, ее тогда все жалели, все в ужасе были. И муж с ней развелся потому, что потерю не смог пережить.
Это Вита не уследила тогда за ребенком.
А Илья – он наш.
И все же…
Это свет так падает. Или мне очень страшно, и я теперь буду ко всем детям приглядываться, выискивать в них черты моего мужа.
Они не похожи.
Тихонько поднялась. Приоткрыла дверь, прислушалась к тишине дома. Осторожно, не привлекая внимания, сбежала вниз, на первый этаж. Свернула в библиотеку. При свете ночника долго рылась на полках, выискивая альбомы с нашими детскими фотографиями.
У меня их нет почти, родители больше себя фоткали и походы, природу. А у Данила был пухлый синий альбомчик, помню его.
Так, так, так…
Нашла.
Достала альбом и села на пол. Начала с трепетом перелистывать шуршащие странички. Вот мужу год, два, три…
Пальцы замерли, остановилась. Пересела ближе к свету и внимательно всмотрелась в лицо четырехлетнего Данила. Пухлые щечки, взъерошенные волосы, улыбка до ушей – таким же был и Илюша в нашу с ним первую встречу.
Я хорошо помню то время, это была адская неделя, мне казалось, что моя жизнь кончилась, что я не женщина – бракованное существо, которому никогда не дано познать радость материнства.
Тогда Данил и начал разговоры про усыновление.
Тогда был тест на беременность. Сотый по счету.
Помню, был вторник. А я сжимала пластмассовую полоску и смотрела в окошечко, затаив дыхание. Должен был появиться плюсик, ведь мы так стараемся, я лечусь, я соблюдаю все советы врачей, следую им, как правилам.
Мучительные минуты ожидания. И в окошечке минус.
Опять.
Когда в очередной раз увидела этот приговор – не сдержала слез. Из ванной вышла такая разбитая, словно по мне танком проехались, даже сил не было ответить перепуганному моим состоянием мужу.
– Даш… Даш, что случилось? – Данил силой усадил меня на постель, присел передо мной на корточки и заглянул в лицо. – Что такое?
Ничего, ничего. Просто мой муж меня бросит, в конце концов. Зачем я ему такая?
Неполноценная.
Никогда у нас не будет детей.
Разрыдалась, и когда Данил встряхнул меня за плечи, заставляя ответить – швырнула в него зажатый в кулаке тест.
– Не беременна! Разводимся!
– Даша, – муж поднял тест, посмотрел на результат. Отбросил его в сторону и придвинулся, обнял мои ноги. – Успокойся. Какой развод?
– Может, ЭКО? – спросила с надеждой. – Может…
– У тебя пока нет показаний, – Данил поцеловал мои колени, погладил. Помолчал. И жёстко сказал. – Уймись, хватит. На тебя смотреть больно. Сколько можно из-за этого плакать?
– А что делать? – всхлипнула.
– Отпустить ситуацию. Я тоже не железный, Даша. Секс по графику, все эти календари, что по всему дому висят. Твои звонки, когда я на работе и занят, а ты требуешь приехать домой и трахнуть тебя, потому что овуляция. Черт. Любимая, все у нас будет. Со временем. Обязательно. Будет трое, четверо детей. А пока… – Даня выдержал паузу и другим, вкрадчивым тоном спросил. – Ты думала о том, что я тебе говорил? Усыновление.
Вздрогнула и сразу перестала плакать, посмотрела на мужа.
Даня эту тему поднял неделю назад. И я сразу отказалась, тогда у меня ещё была надежда, что смогу забеременеть. Но с каждым разом, с каждым тестом моя надежда гаснет.
Сегодня у меня на этой почве случился срыв. Почти истерика.
– Детский дом? – шепнула.
– Да, – муж кивнул. – Я смогу договориться, мы приедем в гости. Хоть завтра. Просто посмотрим, познакомимся с малышами. Никто не просит тебя сразу забирать ребенка домой.
– Да, – повторила завороженно.
Данил прав, просто съездить туда – это ведь не страшно, кого там бояться, одиноких мальчиков и девочек?
– Поедем, – ответила уверенно.
А потом всю ночь до утра промучилась в сомнениях. Не позавтракала даже, так волновалась. И когда после обеда мы поехали в гости к детям – была на грани обморока.
Я безумно хочу ребенка. Но всегда думала, что рожу сама. А тут…
Что если я себя переоцениваю. И не смогу полюбить чужого малыша.
Он ведь будет чужой.
Вдруг я не смогу его воспитать правильно, вырастить из него хорошего человека. Это такая огромная ответственность.
Так я думала, пока мы сидели в большой комнате, увешанной детскими рисунками, я нервно теребила край юбки и вспотевшей ладонью сжимала руку мужа.
А после открылась дверь. И директор завела в комнату мальчика. Он на секунду замер на пороге, уставился на меня. Не испугался. Миг – и он улыбнулся широко, счастливо.
Тогда я и поняла, что чужих детей не бывает. И что Илюша – мой.
Улыбнулась этому воспоминанию, заново через себя пропустила то чувство счастья от встречи с сыном.
Вытерла мокрые ресницы. И снова вгляделась в детскую фотографию мужа. Вроде бы похож. Но многие дети в этом возрасте похожи. Особенно, если специально пытаешься найти сходство.
А я его выискиваю, цепко, ревниво, каждую черточку лица рассматриваю и мысленно сравниваю с Ильёй.
Услышала шорох за дверью, негромкие шаги. Захлопнула альбом и торопливо сунула его на полку, задвинула за книги.
Руки трясутся.
Скрипнула дверь, и на пороге вырос муж, одетый в шёлковую пижаму. Босыми ногами он шагнул в библиотеку.
– Почитать на ночь решила? – спросил.
– Да.
– Успокоилась немного? Пойдем спать?
Поднялась. Шагнула ему навстречу и отвела руки, когда Даня попытался меня обнять.
– Маленький, что опять? – муж поморщился. – Я, честно, не знаю, как с тобой разговаривать. Но поверь мне. То, что ты думаешь – бред, не стоящий нервов. Ты веришь мне?
– Наверное.
Новая попытка обнять меня – и я не отстранилась, муж притянул к себе, поцеловал волосы.
Он так нежен со мной сегодня.
Поднялись в спальню. Забралась под одеяло, и Даня сразу перекинул руку через меня, прижал к себе.
– Надо раздеться, маленький, – шепнул он в темноте.
И начал помогать, ладонью скользнул мне на живот.
– Дань, – шлепнула его руку. – Я очень устала. Этот праздник. Давай просто поспим.
Он шумно вздохнул.
А я почти готова поверить, что все в порядке, не было никакого разговора между ним и моей сестрой.
Но поверить в такое – тоже самое, что расписаться в своем сумасшествии. А я не безумна и слышала то, что слышала.
У сестры не может быть детей от моего мужа. Всего один раз она была беременна, ее сын погиб.
Но если сложить даты – ребенку Виты сейчас было бы столько же лет, сколько Илье.
Живому, родному. Моему. Нашему.
Мне нужно проверить, убедиться, что кошмарная мысль про Илью – не правда. А сделать это можно только с помощью теста.
Завтра…
Закрыла глаза. И уснуть не могла, всю ночь слушала ровное спокойное дыхание мужа и ощущала тепло его объятий. А утром, когда прозвенел будильник Дани приняла решение.
Да, я сделаю этот тест, иначе не будет мне жизни.
Притворялась, что сплю, пока Даня собирался на работу. Затаила дыхание, когда его шаги приблизились к постели. Муж наклонился. И я чувствовала, как он рассматривает меня, но выдержала. Не дрогнула от краткого ласкового поцелуя в губы.
Лежала и слышала, как он вышел из дома, как снаружи шумела его машина.
Даня уехал. И я поднялась с постели. В ванной аккуратно убрала в пакетик его зубную щётку и поставила новую. Туда же, в пакетик, добавила щётку Илюши. И все спрятала в сумочку.
Зашла в детскую к сыну и открыла жалюзи, впуская в комнату солнечный свет. Потянула одеяло со спящего Ильи и звонко чмокнула нежную щёчку.
– Родной, просыпайся, – сказала негромко. – Доброе утро, сыночек.
Глава 5
ДАША
Я спорила сама с собой, пока ехала в лабораторию. Трижды на светофорах успевала обозвать себя дурой, решить вернуться домой и передумать. Но в итоге до лаборатории я добралась.
В неё я вошла, чувствуя себя предательницей.
Моя догадка – она за гранью добра и зла, но тем не менее…
Боже, а что будет если вдруг Илюшка окажется родным сыном Данила? Подтвердится измена – да – но что я буду делать? Я вообще смогу дышать, жить?
– Как давно этими щетками пользуются? – отвлек меня вопросом лаборант. – Меньше месяца?
– Этой, – кивнула на щетку мужа, – полтора месяца. А этой, – указала на пакет со щеткой Илюши, – почти два месяца.
– Хорошо. Результат будет через пятнадцать рабочих дней, возможно раньше.
– Скажите, – торопливо добавила, – а если я сдам свой материал, можно ли определить еще и мою степень родства с… – снова кивнула на щетку сына.
Лаборант кивнул, взял мой материал со слизистой, и выдал мне квитанцию для доплаты.
– Результат исследования мы отправим вам на электронную почту. Если вам будет непонятен результат – можно позвонить и попросить его разъяснить. Но скорее всего вы всё поймёте. И, как я уже говорил, в судах результаты исследований нашей лаборатории не учитываются.
– Мне не для суда.
– Если представленные вами образцы для анализа окажутся негодными – мы с вами свяжемся.
Не верю что я это сделала!
– Это всё? – спросила, волнуясь всё сильнее.
– Не забудьте сделать доплату за еще одно исследование. Всего доброго.
– И вам, – кивнула и пошла к кассе.
Я будто пьяная.
И по-прежнему в душе горчит острое чувство предательства. Сдав образцы, я словно сына предала. Странные ощущения, неправильные, нелогичные, но я… я будто бы сделала шаг прочь от Ильи.
Села в машину.
Детально вспомнила вчерашний разговор мужа и сестры.
Я правильно поступила, – кивнула своим мыслям. – Иначе я бы свела себя с ума. Теперь нужно подождать всего-то, боже мой! 15 дней – это целая вечность!
А может, поговорить с Виталиной?
Достала из сумочки телефон, чтобы набрать сестру. Но в этот момент позвонил муж.
– Да, – ответила.
– Да? – на том конце провода Даня рассмеялся. – Такое сухое приветствие. А как же «привет, любимый»? Исправляйся, Дашунь. Ты как себя чувствуешь?
– Лучше всех. А ты?
Лжец!
– А у меня новый клиент, дело интересное и жирное по деньгам. Есть что отпраздновать, так что сегодня в ресторане. Ты и я. Столик я забронировал, – поделился муж воодушевленно.
Раньше я радовалась вместе с ним. Никогда не делала Данилу замечаний по поводу его работы, понимала что адвокат – это не праведник, а игрок с законом. Позавчера я бы визжала поздравления в трубку как самая преданная фанатка.
Сейчас же мне не до побед Данила.
Меня даже раздражает его воодушевление. После всего случившегося вчера – как он смеет?!
– Родная, ты здесь?
– Мы теперь каждый день праздники будем устраивать? Вчера тусовка была, мне хватило. Сегодня я планировала отдохнуть.
– На пенсии отдохнём. Маленький, соглашайся. Радость я хочу разделить только с тобой. Тем более, вчера у тебя был тяжелый день, я хочу тебя порадовать. Ресторан, подарок-сюрприз, только ты и я – заманчиво звучит?
Зря я на звонок ответила.
Данил такой уверенный в себе, довольный и… бессовестный. Я знала об особых отношениях мужа с моралью, его призвание наложило отпечаток на сущность. Но в семейной жизни Даня был не таким, как на работе. Теперь всё изменилось.
Но неужели муж так и не понял что не с дурой живёт?
Данил ведь всё про меня знает: я с шестнадцати лет работаю, получила высшее образование, постоянно прохожу курсы, открыла свой бизнес – муж в курсе всего, и должен понимать что я не дурочка, которая проглотит объяснение в духе «тебе всё послышалось»
– Даш, ты там? Пропадаешь.
Хотела отказаться от ресторана. Высказать мужу про неуместность его приглашения, но передумала – а вдруг Данил слишком насторожится, узнает про исследование, которое я затеяла и помешает мне?
Я должна вести себя как раньше. Должна быть любящей примерной женой.
Самое ужасное что я люблю Данила не меньше чем неделю назад, месяц, год… Любовь в принципе жестокое чувство, и по желанию не заканчивается.
– Давай сходим. Прости, Дань, я странно себя веду, да? Вчера перенервничала, сегодня последствия стресса ловлю.
– Да, вчера тот еще день был. Всё ведь нормально у нас? – поинтересовался муж вкрадчиво.
Нормально? А апокалипсис – это нормально?
– Всё хорошо.
– Отлично, – тихий вздох облегчения Данил всё же не сдержал. – Будь готова к семи тридцати, с няней я сам договорюсь, а ты отдыхай. Вчера у тебя был тяжелый день.
Я попрощалась с мужем, пару минут подумала, и все же набрала Виталину.
ВИТА
Я сбросила звонок от близняшки и продолжила смотреть на то как мечется Полина – наша старшая сестра. Из угла в угол ходит, руки заламывает.
– Поль, меня укачивает от тебя. Присядь.
– А? – она остановилась и посмотрела на меня так, будто только что заметила моё присутствие в своём доме.
– Хватит бегать, – рассмеялась я. – Ну и дурдом! За несколько лет ты стала неврастеничкой, а Дашка – деловой колбасой. А раньше было наоборот: Даша сопли развешивала, психовала что залететь не может, а ты у нас карьеристкой была. Забавно.
– Обхохочешься, – скривилась сестра. – А Дашу при мне вообще не упоминай.
– Поссорились?
– Она мне вздумала нотации читать. Мозг вынесла весь. Ах, как ты могла от женатого родить? Ах, не лезь в чужую семью, – пропищала Поля. – Задолбала, идеалистка хренова. И это сестра, которая, чтоб её, на моей стороне должна быть. Теперь названивает, наверное извиниться хочет.
– А ты?
– А я не отвечаю. Помариную её, а потом прощу. Такая у меня тактика. С Дашей только так и можно, – бросила старшая сестра.
Да, схема рабочая.
Мы с Дашей внешне неразличимы. Хорошие родители бы научились определять кто из нас кто, но не наши, они по одежде ориентировались. Но тем не менее характеры у нас с Дашей разные. Сестра лет до пятнадцати была неуверенной в себе девочкой, молчаливой. Вечно музыку слушала и глупые фанфики писала вместо того чтобы учиться общаться.
А затем… наверное, она с меня пример взяла. Вдруг стала краситься, одеваться не как ребёнок, а как молодая девушка. И в компаниях перестала в уголке торчать, а знакомства принялась заводить. Я более чем уверена – она скопировала моё поведение, потому и перестала быть мышью.
Еще и, вот же хитрая, к бабушке начала подлизываться и в итоге заполучила её квартиру! А мне – шиш, хотя должна была половину денег мне отдать по справедливости!
Обокрала меня Даша. Как начала подростком воровать, так и продолжила.
– Поль, а что там твой женатик? Он уже твой?
– Почти. Вот этот дом он мне купил, – Полина похлопала по стене. – Еще немного, и я дожму Дениса. Я всегда своё получаю!
– Это точно, – хохотнула, вспомнив наши детские годы.
Полина умеет, да.
А вот я… черт, а никогда не целилась в женатиков. Они всегда казались мне ненадежными: вкладываешься в занятого мужика, тратишь на такого время и энергию, а он отказывается от жены уходить! Куда проще иметь дело с возрастными мужиками – с еще не совсем стариками, но уже и не молодыми мужчинами. Желательно, с разведенными, а не с теми кто холостым до полтинника ходил – таких сложно на свадьбу продавить.
Но сейчас… а почему нет?
Это раньше Данил казался мне просто красивым мужиком, но бесперспективным. А теперь у него есть репутация, бизнес, деньги.
А еще у нас с ним есть общий маленький секрет.
– Поль, а помоги мне, – загорелась я. – Не делом, а советом.
– А мне какой профит?
– Ты поможешь мне, а я, если тебе понадобится помощь – тебе помогу. Мне просто нужно твоё видение, как поступить и что предпринять. Советы, фишки, опыт. Поделишься, сеструнь?
– Мужика хочешь из семьи увести? – нахмурилась Полина.
– Ой, не делай такой возмущенный вид! А сама-то!
Сестра подмигнула и рассмеялась, растеряв всю напускную холодность.
Я, на свой страх и риск, рассказала Полине обо всём про меня и Данила. Сестра задумалась.
– Хм, неудобно как-то перед Дашей. Всё же, сестра, – пробормотала Поля.
– Сестра, которая меня ограбила на большие деньги! Сестра, которая моё поведение копировала! Сестра, которая ТЕБЯ, Полина, не поддержала. Нос задирает теперь, ты бы видела: и дом у неё с дизайнерским ремонтом, и прислуга, и муж крутой, молодой, любящий… звезда, мать её! Поль, ты же всегда Дашку терпеть не могла, вспомни, меня гулять звала и просила её с собой не брать. Ну?
Терпеть не могу когда Полина пытается строить из себя святошу. Ей не идёт. Стерва не должна притворяться ангелочком, а Полька – та еще зараза в хорошем смысле слова.
– С другой стороны, я же только дам совет. Просто слова, а не конкретные действия. А Даша, ты права, зазналась. Так, ладно, – Полина на полминуты задумалась и кивнула. – Говоришь, Данил не особо обрадовался тебе?
– Угу.
– Это ожидаемо, но ничего страшного. Мужики страшатся любых перемен. Их к переменам нужно подводить, подталкивать, и процесс это небыстрый. Но у тебя есть козырь – ребёнок. Только воспользоваться этим козырем нужно по-умному, а не размахивать им как шашкой. Для начала я бы на твоём месте устроилась на работу в то же здание, где работает Данил.
– Думаешь, мы будем вместе ходить на обед? – я скептически отнеслась к этой идее.
Да и не работала я давненько. И не планировала начинать. Накопления есть, бывший дал мне неплохие отступные.
– Ты будешь попадаться ему на глаза – это один. Будь легкой, жены душные, вечно недовольные, а ты будь совсем другой. Не дави на Данила, не угрожай – проси. Слёзно, мягко, чисто по-женски демонстрируя слабость. С Дашей не ссорься, но постарайся подпортить ей настроение. Просто чтобы она бесила Данила своей кислой миной. Ты на её фоне будешь выглядеть мечтой. И найди работу, Вита! – настойчиво повторила Полина. – А еще…
Она продолжила рассказывать, и я поняла – не зря попросила о совете.
Полька хоть и изменилась за то время, что мы не виделись. Стала нервной и видно что с хорошим приветом, но голова соображает. А на женатиках она собаку съела.
Я слушала, мотала на ус, пребывая в предвкушении.
Дашка у меня многое украла.
Теперь моя очередь!
Глава 6
ДАША
– Вон там, видишь? Белочка.
– Где? – во все глаза смотрит Илья.
Вскинула руку, показывая на дерево.
– О-о! – увидел сын и от восторга подпрыгнул. – А она полезла, мама!
Улыбаюсь.
Сын любит парк. И не аттракционы, а бор. Здесь пруд, и мы часто ходим на уток смотреть. Илья себе просит утку.
Не кошку, не собаку.
Данил смеётся на это и обещает, что в следующем месяце начнет копать пруд у нас в саду. И летом там всегда будут утки.
Мне сейчас очень хочется, чтобы все сбылось.
Сын держит меня за руку. Медленно двинулись по тропинке в сторону речки. Вокруг сосны, верхушками тянутся в небо.
Дышу полной грудью. И успокаиваюсь.
Илья рядом, мы гуляем, до результатов теста почти три недели – и тогда я буду знать точно. А пока у меня перед глазами нет проклятой бумажки, где написан приговор нашей семье. И можно верить в чудо, что все это какая-то ошибка, идиотская случайность.
Да.
Отпустила ладошку сына и сунула руку в сумку, вылавливая тренькнувший сотовый. Посмотрела на экран, на имя сестры. И закусила губу. Вчера Данил не дал мне поговорить с Витой, шустро выпроводил и ее, и гостей. Вот только ее звонки он контролировать не может.
– Дашуль, – прозвучал в динамике голос, безумно похожий на мой. – Не разбудила?
– В два часа дня? – хмыкнула. – Нет.
– Ну, вдруг ты устала после праздника. Отдыхаешь. Столько детей вчера было. Жаль, что племянника так и не увидели. Кстати, я сегодня была у Полины, – прочирикала Вита. – Видела ее новый дом.
– Поздравляю – ответила с сарказмом.
Наша старшая сестра – вторая неприятная тема для разговоров. Первая – тест ДНК, который я оплатила этим утром.
– Поля даже не обиделась, что ее не позвали к вам. Ей и не до этого сейчас, сама знаешь. Может, встретимся с тобой, в кафе посидим?
– Я с сыном гуляю, – посмотрела на Илью.
Он издалека заприметил пруд и уток. И теперь не идёт, а подпрыгивает, шею вытянул и с улыбкой до ушей скачет вперёд.
– А вечером? – предложила сестра.
– С Данилом идём в ресторан.
Вита замолчала. Прижимаю трубку к уху и слушаю, как она дышит. И самой себе дурой кажусь. Пытаюсь убедить свою близняшку, что в моей семье все по-прежнему гладко. Но мы обе помним вопрос, который я задала ей вчера.
Ты спала с моим мужем?
– Слушай, – виновато протянула на том конце Вита. – Мы с тобой – самые близкие люди друг для друга. Не просто сестры – близнецы. У нас одна на двоих внешность. Может, не будем ругаться?
– Я с тобой не ругалась.
– Да, но ты будто не рада мне. А у меня сложный период. Сначала сына потеряла, потом развод… Я разбита. И мне очень нужна твоя поддержка. Сестринская.
– Или финансовая? – усмехнулась. Остановилась на берегу рядом с Ильёй. Сын завороженно наблюдает за утками, я хочу бросить в пруд телефон, лишь бы не слышать этого голоса – высокого и звонкого, каждой ноткой будто бы моего.
Одна на двоих внешность.
А ещё сын. Муж. Так она думает?
– Нет, если займешь – не откажусь, – засмеялась Вита. – Я потратилась, пока путешествовала и приходила в себя. После того, как муж меня бросил, да. Но на родине я осела надолго. И хочу, чтобы ты мне помогла с работой. У тебя ведь свой бизнес, я могу стать твоим заместителем. Кому доверять, как не сестре?
На такую прямую ничем не прикрытую наглость лишь фыркнула.
– Вита, – улыбнулась. – Чтобы стать моим заместителем нужны определенные знания. Опыт. И заместитель у меня уже есть.
– Я всегда все схватываю на лету, – не унялась сестра.
– Нет.
– Нет? – не поверила Виталина, и я вздохнула.
Мы давно не виделись и общались мало, сестра будто в детстве застряла, там, где я ей всегда уступала, во всем покрывала, защищала перед бабушкой.
Я бы и сейчас нашла ей местечко, постаралась для нее, устроила к себе. Но не после того, что слышала.
Я – мама, ты – папа – эти ее слова, сказанные моему мужу – они намертво застряли в голове.
Если тест на родство будет отрицательным – я найду сестре работу, а пока…
– Не получится, дорогая, – качнула головой. – Поищи в другом месте.
– Ясно, – пропела Вита, не расстроившись отказом. И заявила. – А твой Данил? Может, он меня устроит к себе? А что? Ассистентом, к примеру. Я старательная. Услужливая. Для своего начальника готова не все. Грудью встану за него.
В ее словах мне даже не намек мнится – открытая издевка.
Чего ей надо, чего она добивается?
– Ладно, мне пора, – свернула разговор. – Я с Ильей.
– Илюша – классный малыш, – отозвалась Вита. – Смешно вчера получилось, да? Когда он бросился ко мне и назвал мамой.
Не выдержала – отключила вызов. Швырнула сотовый в сумку и двумя пальцами сдавила переносицу.
Черт, она же специально. Понимает, что я слышала их с мужем и давит на меня, словно точку болевую нащупала и тычет в нее, пока я не упаду.
Покачнулась от накатившей дурноты.
– Ох, осторожнее, девушка, – придержала меня милая, как из мультиков, бабулька. Круглые очки на носу, седые волосы в кудряшках, старомодный синий плащ. Она держит за руку девочку лет пяти. И улыбается. – От свежего воздуха голова закружилась? В городе-то все загазовано. А здесь хорошо, природа.
– Утки, – поддакнула. Полегчало, за плечи притянула к себе Илью. – Илюш, ещё постоим или пойдем?
– Постоим, – решил сын, смущённо покосившись на белокурую девочку.
Та с таким же смущением облизывает красного петушка на палочке.
– Внучка?
– Дочкина, младшая, – бабулька с гордостью посмотрела на девочку. Перевела взгляд на Илью и похвалила. – А у вас какой красавец-жених растет. Скоро отбоя не будет от невест.
– Не так скоро, – засмеялась. – Лет десять в запасе точно есть.
– Очень на вас похож, сразу видно – одна кровь, порода, – отвесила она комплимент, от которого у меня лицо вытянулось.
Господи.
Значит, не показалось, есть между нами сходство?
Пятнадцать рабочих дней. Как их пережить?
Рассеянно попрощалась с разговорчивой бабулькой и повела Илью в обратную сторону. Дома нас уже ждала няня – Данил, как и обещал, сам ее вызвонил.
Сварила Илюше кашу на вечер и сделала салат. Предупредила няню:
– Ужинайте как обычно. И если мы с Данилом задержимся – в девять вечера дайте Илье стакан молока. Или кефир. Илья, что будешь?
Сын смешно сморщил нос – не хочет. Но я уже выучила своего ребенка. Если перед сном не дать молока – Илья ночью проснется и будет просить есть.
– Нос морщит прямо как отец, – ухмыльнулась няня, а меня опять будто током ударило.
Нам ведь и раньше говорили про сходство, а мне так приятно было, что я внимания не обращала на эти слова.
Сейчас же каждое такое замечание по живому режет.
– Я переодеваться, – губами коснулась нежной щёчки сына.
Если… Дан его родной отец, то что будет? Мне придется уйти от своего ребенка?
Настроение мрачное, платье выбрала под него. Чёрное, строгое, узкое – Данил говорит, что в этом наряде я похожа на стерву-злодейку из сказок. Собрала волосы на затылке и накрасилась непривычно ярко. Взглянула на себя в зеркало.
Да, Даша. Весь твой вид просто кричит о том, что ты вот-вот взорвешься.
Мне словно вызов бросили. Неожиданный, разрушительный, страшный.
Что я делала не так, почему это со мной происходит?
– Вау, – присвистнул муж, когда я вышла к нему на крыльцо. Оценивающий взгляд скользнул по моей фигуре, остановился на лице. – Даша, до ресторана мы не доедем. Сверну в ближайший тупичок и… – за бедра он рывком притянул меня к себе и хищно клацнул зубами возле моих губ.
– Свернешь в тупичок и? – запрокинула к нему голову.
Данил прижал теснее, и в живот мне уперлась выпирающая ширинка его брюк.
Смотрим друг другу в глаза, и по коже бегут дурацкие мурашки.
Я давно забыла как это – желать и трепетать от мысли, что вот он, прямо сейчас, меня хочет. Много лет у нас был секс по графику, а потом появился Илья.
Я все свое внимание отдала этому ребенку, все силы бросила на то, чтобы он привык жить в семье, поверил, что у него есть отдельная комната и никто не возьмет без спроса его игрушку.
Первые полгода Илья плакал и без конца спрашивал, не уйду ли я от него. А я терпеливо заверяла, что мы всегда будем вместе. И не понимала женщину, которая могла отказаться от этого малыша.
Она ему страх внушила, мысль, что он никому не нужен. Я это предательство любовью лечила. И теперь мне придется оставить Илью?
– Маленький, ты чего? – заметил перемену во мне Данил. Чуть отодвинулся и заглянул в глаза. – Даша, блин. Из-за этого макияжа кажется, что ты сейчас достанешь из сумочки браунинг и застрелишь меня.
– Боишься? Живи пока, любимый, – улыбнулась и отступила. Шагнула к распахнутой дверце и нырнула в авто.
Данил за рулём.
Он смотрит на меня всю дорогу, нервирует этим взглядом, но я не иду на контакт.
– Ты сегодня похожа на Виту, – заметил Дан, паркуясь у ресторана.
– Я на нее каждый день похожа. Или она на меня. Ты знаешь, кто из нас старше на две минуты?
– Нет. Кто? – в ее взгляде любопытство.
– Секрет.
Данил усмехнулся.
Мне стало грустно. Мама как-то нам об этом сказала, давно, ещё в детстве. И мы с Витой решили, что это станет нашей с ней тайной. А через семнадцать лет, когда нам будет по двадцать семь – та, кто старше загадает любое желание. И другая должна будет его исполнить.
Сейчас нам по двадцать семь.
Я бы пожелала, чтобы моя сестра никогда не возвращалась сюда, оставалась навечно в чужой стране. Но Вита уже здесь.
– Прошу, – в ресторане Данил галантно отодвинул стул. Дождался, когда я присяду и устроился напротив.
Открыли меню.
Голодная…
Облизнулась.
А когда подняла голову, чтобы перечислить заказ официанту – в зал летящей походкой зашла Виталина.
Глава 7
Вита остановилась, удивленно вздернула брови при виде нас и улыбнулась. Приветливо, радостно. А моя улыбка с губ сползла, чуть в оскал не превратившись.
– Ну надо же, – пробормотала я.
– Что?
– Вита здесь, – кивнула на сестру.
Она встрепенулась, направилась к нам.
Я в черном, будто в трауре. Она в красном, леди-вамп.
В моём макияже акцент сделан на глазах, с помощью смоки я маскировала усталость. Виталина же сделала акцент на губах – они блестят бордовым глянцем.
– Привет. Ребята, и вы здесь? Ого, какая встреча, – пропела она.
– Неожиданная встреча? – спросила я Виталину.
Не верю я в такие совпадения. Не в деревне живём, а в городе-миллионнике. И ресторанов в центре великое множество.
– Неожиданная и приятная встреча, – поддакнула Виталина мило. – Я захотела развеяться. Говорила же тебе что работу ищу, скоро мне станет не до праздности, вот и решила попрощаться со свободой, так сказать. Вспомнила что ты хвалила «Себастьян», да и фотографии ваши отсюда видела. Вот и пришла. И вы здесь. Я вам не помешаю? Или у вас романтик?
Я ей не верю. В то что наша встреча случайна – не верю.
Вспомнилось вдруг как в 14 лет Вита увела парня у нашей одноклассницы. Руслан и Юля встречались чуть ли не с первого класса: он был красавчиком и заводилой, а Юлька – скромницей. Я с ней дружила, и пару раз устраивала допросы. Целовались ли они? С языком? А как это? Противно или приятно? Подруга краснела и сознавалась что было несколько поцелуев – быстрые чмоки в губы. На большее Юля не решалась, стеснялась.
А Вите упёрлось Руслана увести. Он в Юльку был влюблен, но поцелуи… и нечто большее, чем поцелуи… в общем, Вита на это «большее» Руслана и поймала.
Играть моя сестра умеет.
– Были рады повидаться, но ты права, у нас свидание, – спокойно ответил Данил.
– Хорошо, скоро оставлю вас наедине. Я только хотела извиниться сначала. За вчерашнее, – потупилась сестра, взглянув сначала на меня, а затем и на моего мужа. – Слишком стервозно я себя вела, извините, ребята. Прям Малефисентой себя почувствовала. Просто… ох, у меня семья развалилась, я вернулась раны зализывать, приехала к вам, а у вас идиллия. Да и ребёнок – своего я лишилась, а у вас такой мальчуган классный! Признаюсь, я немного позавидовала вам. Должна была порадоваться, но вчера мне было слишком больно. И я вела себя как сволочь. С вами обоими.
– С обоими? С Даней ты тоже общалась? – «удивилась» я.
– Не общалась…
– Да, мы говорили, – Вита и Данил ответили одновременно. Она замолчала, бросила на моего мужа затравленный взгляд и неправдоподобно пошла в отказ. – То есть… ну, перекинулись парой слов, и я некрасиво себя повела. За это я прошу прощения.
– И что же ты сказала моему мужу такого плохого?
– Виталина бросила пару фраз насчет нашего состояния, – надавил Даня голосом. – Что ты, Даша, помогла мне своими деньгами, я раскрутился и мы хорошо живём. А могла бы помочь не мне, а своим родственникам.
– Да-да, именно это я и ляпнула. Позавидовала, – Виталина опустила глаза, а Данил… он на неё с благодарностью посмотрел.
Да вы издеваетесь! Я настолько на дуру похожа?
– А еще, – сказала Вита неуверенно, – еще ваш сын… я сделала вид что мне смешно из-за того что он меня мамой назвал, но это было больно!
– Виталина, тебе пора. Приятного вечера, – Данил сжал кулаки.
– Нет, подождите, я скажу, – всхлипнула Вита. – Моего ребёнка не вернуть, я понимаю. А ваш – он такой сладкий. Я очень давно не слышала слова «мама», и… о боже! Вы берегите своего мальчика. Быть мамой – великая ценность, жаль что я в своё время не ценила этот дар. Столько ошибок сделала фатальных, о которых теперь жалею. Но их уже не исправить. – сестра, будто ноги её ослабли, села за наш столик. – А можно мне иногда с вашим сыном общаться? Я бы приходила, гуляла с ним. Может так моя боль станет меньше? – Вита подняла на нас глаза полные слез, и сама покачала головой. – Ох, вы должно быть меня плаксой считаете. Странная просьба, понимаю. Но мне так не хватает моего малыша… так не хватает… вы подумайте над этим, хорошо? Я буду лучшей тётушкой на свете!
Данил в лице не переменился, но глаза его забегали, и муж едва заметно побледнел – психует.
А я… в ужасе. Именно сейчас, когда нужно сделать хоть что-то, я онемела, статуей застыла. В искренность слез Виты я не верю. Она играет на публику, а публика – это я. Больно хочет сделать, задеть, зацепить.
Но понимание меня не спасает. Вита добилась того, зачем явилась – сейчас она меня уничтожила.
– Ой, да что это я, – шмыгнула сестра носом. – Приперлась, вечер вам порчу. Сейчас уйду за свой столик. Только один вопрос: Дань, можешь мне по-семейному помочь с работой? У себя или у своих знакомых – лишь бы в этом районе. Вся жизнь кувырком, но умные люди говорят что работа помогает отвлечься. Сможешь мне помочь?
– Мы потом об этом поговорим, – кивнул Данил, отведя свой взгляд от меня. – Ничего обещать не могу.
– Я понимаю, и ничего не требую. Абсолютно ничего. Ладненько, пойду я, не буду вам мешать. Хорошего вечера. Вы такие красавчики, – пролепетала Вита и вдруг поцеловала меня в щеку, а затем хихикнула. – Прости, сестренка, я тебя немного испачкала. Всё, убегаю. Пока-пока.
Вита встала, развернулась и, стуча шпильками, пошла за свой столик.
Я тоже поднялась.
Закричу сейчас.
– Ты куда, Даш?
– Слышал же: Вита меня испачкала, – ткнула пальцем в щеку и передернулась от отвращения. – Пойду отмываться. Если получится.
Глава 8
ВИТА
Вошла в бизнес-центр, мило улыбнулась охраннику, показав свой паспорт.
Неплохое местечко!
Поднялась на второй этаж из четырех имеющихся. Данилу принадлежит половина этажа. Настроение чуть испортилось.
Даша умеет устраиваться в жизни! Бабку нашу окрутила, чтобы та квартиру ей оставила – не зря таких как моя сестра по телевизору показывают и ругают, облапошила старуху, продала квартиру и на эти деньги бизнес открыла. На немалые деньги! И с этих денег Дане помогла поначалу.
А если бы поровну наследство поделили, как положено? Я бы тоже бизнесом занялась, будь у меня первоначальный капитал. Купила бы франшизу, открыла магазин одежды в козырном месте, и шиковала.
Но я не шикую. Жирует Дашка: и у самой денег куры не клюют, и у муж тоже.