Личная эвакуация

Глава 1

Прошел год, и он не принес Брейну какой-то особенной радости или улучшения его положения вечного беглеца.

Надежды на то, что преследователи ослабят хватку, переключатся на другую тему, получат новый приказ или исчерпают бюджет – не оправдались. Брейн все так же скакал с места на место, запутывал следы и спал вполглаза, ожидая, что вот-вот к нему ворвутся ликвидаторы и закончат наконец этот затянувшийся сериал.

Да, был еще старина Вильямс, который обладал немалой властью и влиянием – он мог помочь, однако Брейн понимал, что, несмотря на особые отношения, злоупотреблять возможностями бывшего однокашника он не мог. Может быть, в другом мире, но только не в среде коварных агентов, бесстрастных аналитиков, беспринципных функционеров и хладнокровных стрелков – в мире специальных служб.

– Эй, я к тебе обращаюсь! Почем твоя рыба?

– Рыба? – переспросил Брейн, уставившись на пожилого господина, который тыкал пальцем в горку позавчерашних гальвадий, доставленных из городского холодильника.

– Четыре удо… Там что, нет ценника?

– Никакого ценника нет, потому и спрашиваю!

Брейн поправил фартук и, обойдя витрину, нашел картонку с ценой валявшейся на тротуаре. Он поднял ее, вытер о фартук и водрузил на место.

– Да ты совсем сбрендил, торгаш, там же микробы! – возмутился пожилой господин.

– Что-нибудь брать будете?

– Ничего с твоими микробами я брать не буду!

– Ну и ладно. А я вам собирался фунт креветок насыпать в качестве премии. Но на нет и спроса нет. – Брейн пожал плечами и занял место за прилавком.

– Минуточку! Каких таких креветок? – остановился покупатель.

– А вот этих, – указал Брейн на полный, с горкой, таз мороженых креветок, которые оттаяли час назад, но он их выдавал за только что привезенные с траулера.

– Ну, так это… Давайте посмотрим, что за рыба. Сколько нужно брать, чтобы получить премию с креветками?

– Восемнадцать фунтов… – процедил Брейн и, заметив, как вытянулось лицо клиента, добавил: – Но вам, папаша, я сделаю скидку – десять фунтов, и получите полтора фунта свежайших креветок, а еще вот…

И Брейн шлепнул на стол упаковку с концентратом глутамата натрия.

– Что это?

– Таблетки счастья. С ними любая ваша еда – даже картон, станет желаннейшим из продуктов. Другие переплачивают и дерутся в очередях, я же сбрасываю вам это бесплатно. Итак, господин премьер-министр, каково ваше решение? Берете десять фунтов гальвадии?

– Ай! Беру! – махнул рукой клиент, сгребая пачку с таблетками, и Брейн принялся ссыпать ему в пакет все, что было припрятано возле прилавка, – беобастеров, секачей и прочих жутких чудовищ с больших глубин, у которых, кроме хвостов, были только зубы.

Сверху набросил пяток гальвадий, а поверх всего пакет с двумя фунтами креветок. Все это нагромождение он передал клиенту, получил расчет и опустился на табурет.

Сегодня вроде торговля шла гладко.

Нет, придя домой, клиенты, конечно, понимали, что их слегка обманули, добавив вместо нормальной рыбы жестких чудовищ с глубины, однако бежать обратно они не торопились, поскольку их удерживал пакет с бонусами – креветками, омарами, морскими скорпионами и даже грибами, хотя это и было немного не в тему.

Глава 2

К себе в халупу, являвшуюся пристройкой к большому рыбному складу компании «Фиш-энд-Биш», располагавшемуся на окраине города, Брейн прибыл к десяти часам вечера. Уже в одиннадцать он должен был лечь спать, чтобы в шесть утра подорваться и прибыть к месту торговли в районе Бекю.

Не лучшее время и место, однако другого выхода у Брейна не было. Все другие посты, должности и вакансии, куда его теоретически могли принять, были под колпаком множества спецслужб, а значит, в первую же ночь к нему могли явиться «ангелы свободы» – наемные убийцы, которые стреляли, не спрашивая, как тебя зовут.

Двенадцать квадратных метров Брейн делил с кладовкой, где хранились принадлежности для уборки помещений – полтора десятка швабр, пластиковые боксы на колесиках, чудесная ветошь «джет-айр» и бесконечные ряды экструдеров, интеграторов, клинеров и много чего еще в виде спреев, размещавшихся на полках в углу жилой площади.

Ровно в полночь приходила команда уборщиков. У них был свой ключ, но они понимали, что вести себя следовало тихо. Как-то раз, пару недель назад, кто-то из них стал шуметь, и Брейн всего лишь прикрикнул на него. Этого хватило, чтобы больше подобное не повторялось, хотя жильца они все равно будили.

Он слышал щелчок в дверь, мгновенно просыпался и совал руку под матрас, чтобы схватиться за рукоятку короткоствольного «берто», слишком слабого, чтобы противостоять большим хулиганам, но достаточно компактного, чтобы носить его повсюду.

На крайний случай у Брейна существовал план эвакуации: несколько выстрелов, враги лежат, а значит, есть десять секунд форы. Брейн должен запрыгнуть на стул, схватиться за перекладину и вышибить ногами жестяной лист в стене, который он заранее ослабил.

Потом он выскакивал во двор, с разбегу прыгал в мусорный экстрактор и по шахте, метр на метр в ширину и высоту, пробегал шестидесятиметровку, прежде чем вываливался на приемную площадку уже за пределами «Фиш-Энд-Биш».

А дальше – как повезет. Но это на самый крайний случай, а пока все шло своим чередом.

Уборщики брали инвентарь и уходили. Брейн моментально засыпал до пяти тридцати, когда они возвращались, чтобы сложить орудия труда.

Тогда он снова просыпался, хватался за пистолет, ждал, когда они уйдут, и опять засыпал еще на полчаса, чтобы в шесть ноль-ноль проснуться по будильнику.

Выскочив на улицу очередным утром, Брейн заметил фургон Робби, с которым раз в неделю они ездили закупаться. Но это случалось в четверг или пятницу, а сегодня был вторник.

– Ты чего здесь? – спросил Брейн.

– Давай, запрыгивай! Дюндик сказал, чтобы перлись закупаться! – пояснил водитель и широко зевнул. Дюндик было одним из прозвищ начальника.

– А куда закупаться-то, товар еще остался?

– Мы не в холодильник поедем, а в порт Равенни.

– В порту свежак – дорого, – напомнил Брейн, забираясь в теплую кабину.

– Дюндик сказал, что сговорился на халяву. Какие-то рыбаки обошли оформление пошлины, и товар дешевый.

– А деньги? Нас же вычислят по транзакциям!

– Не дрейфь, – усмехнулся Робби, трогая машину с места. – Загляни в бардачок.

Брейн открыл и увидел две пачки новеньких удо.

– Башляем кэшем, чувак! – пояснил Робби и засмеялся.

Брейн пожал плечами, кэшем так кэшем.

– А чего бланш под глазом? – спросил он водителя.

– Шеф приложил, – со вздохом признался Робби.

Брейн кивнул. Их начальник, ведавший в компании закупками, был законченным психопатом и при случае раздавал оплеухи налево и направо. А одному работнику даже выбил зуб.

Но с работой в городе было трудно, и многие терпели.

Брейн поначалу тоже терпел, он понимал, что раз тут так принято, любое несоблюдение правил привлечет к себе внимание, а ему это было не нужно. Пару раз начальник приложил его по лицу, но когда Брейн пообтерся, стал понимать, что к чему, и в следующий раз был готов проучить мерзавца.

Он даже спровоцировал мистера Макондо, начав сбивчиво отчитываться о результатах торговли за день, а это мистера Макондо, то есть Дюндика, сразу выводило из себя.

У него краснело лицо, начинали трястись руки, а потом он бросался на провинившегося работника с кулаками.

Бросился он и на Брейна, но тот, будто испугавшись, вжал голову и подставил плечо – твердое как камень.

Мистер Макондо выбил палец и взвыл, потрясая отбитым кулаком, а затем подскочил к Брейну и попытался ударить того ногой в пах, но Брейн незаметно подставил кулак, и результат оказался еще хуже, чем с рукой. Макондо заорал, как поджаренный, и свалился на бетонный пол.

Пришлось вызвать карету «Скорой помощи», и назавтра все узнали, что у мистера Макондо – трещина.

Однако предъявить что-то Брейну он не мог – все видели, что тот даже не сопротивлялся.

Через неделю Дюндик-Макондо поправился, но на Брейна стал поглядывать с опаской, как на оголенный электропровод.

Глава 3

За окнами мелькали пригороды, фургон несся по Северному шоссе прямиком к студеному морю, где были шторма, сбивавшие с ног ветры и волны величиной с дом, однако же и рыба, и краб, и драгоценные морские водоросли, из которых выжимали очень ценные для фармацевтов препараты.

– Как тебе здесь нравится, Лео? – спросил Робби, когда они отмотали двадцать миль из положенных сорока.

– Что? – спросил Брейн, как будто задумавшись.

– Я говорю, устраивает тебя эта вся хреновина в нашей конторе? Дюндик этот шизанутый? Житье твое в сраной подсобке? Жратва поганая? У тебя ведь поганая жратва?

– Ну… так себе, – пожал плечами Брейн.

– Поганая-поганая, уж я-то знаю. Пока разрешение на проживание не получил, Макондо меня, как попугая контрабандного, хранил в холодильном блоке, представляешь?

– Но там же холодно.

– Холодно? Не то слово, чувак, просто яйца ромбиком! Но у меня была палатка класса «арктик», а еще я булыжники на обочине набирал. Притащу двадцать кэгэ в мешке, нагретых вечерним солнцем до пятидесяти Цельсия, и сваливаю у палатки. И к утру – твердый нуль, а то и все два с плюсом, представляешь, какая везуха?

– С трудом.

– А я с этим жил полгода. И знаешь, что я сделал, когда наконец получил право на проживание?

– Набил ему морду?

– Нет. Я поступил проще – спалил его тачку.

– Это поступок.

– А то!

Фургон обогнала полицейская машина.

– О, и копы тут чего-то затеяли…

– Чего затеяли? – уточнил Брейн.

– Не знаю, я еще когда за тобой ехал, заметил, что они в городе чего-то химичат. Посты, сканеры, то да се. Должно, ищут кого-то.

– Здесь криминала будь здоров – припортовая зона.

– Не, они с волками в штатском, тут что-то покруче. Может, шпионов ловят?

– Думаешь?

– В прошлом году такая же байда была, и потом в газетах писали, что ловили какого-то промышленного шпиона.

Жилые постройки закончились, и по обочинам потянулись заводы по переработке рыбы – галереи морозильников, коптильни, сублиматоры.

Едва заканчивались территории одной компании, начинались владения их конкурентов. И повсюду фуры, развозные фургоны и команды охранников, строго стерегущих интересы своих боссов.

Так, почти не прерываясь, эти ведомственные территории привели к огромной портовой империи, поделенной на зоны добычи, товарного порта и контейнерного хаба.

Брейну с Робби требовалась зона добычи, где разгружались рыболовные суда.

Проходная в эту зону немало удивила Брейна, который знал толк в военном строительстве. Бетонная стена пятиметровой высоты, стальные ворота в сто миллиметров, бетонные башни КПП с пулеметчиками.

А точно ли это рыбацкое пристанище? Они ничего не перепутали?

Фургон Робби остановился перед закрытыми воротами, и из окошка-бойницы выглянул охранник.

– Кто такие? – спросил он лениво.

– Вот! Закупка и продажа! – ответил Робби, подавая какую-то бумагу.

Охранник взял ее и, едва заглянув, вернул обратно.

– Закупщики, Жорж! – крикнул он в другую сторону, после чего громко щелкнуло реле и ворота стали убираться в бетонную стену.

«Дежавю», – подумал Брейн, который на мгновение почувствовал себя частью команды, прибывшей с задания на бронированной КТМ.

– Ты хоть знаешь, куда ехать? – спросил Брейн.

– Сказали – как обычно, – ответил Робби, уверенно крутя баранку. Брейн продолжал осматриваться. Обычно они закупались в одной из торговых зон при подъезде к порту, теперь же он мог видеть всю эту рыбную механику изнутри.

Вереница судов, рукава вакуумных разгрузчиков, желтые куртки персонала и рыбаков. Предупреждающий звон башенных и козловых кранов, жужжание мощных погрузчиков, подхватывавших многотонные поддоны с рыбой, прибывшей уже в замороженном виде.

Наконец, Робби нашел какой-то малозаметный въезд за очередной забор, который на территории промысловой зоны отгораживал отдельный сектор со своей охраной.

– Откуда ты знаешь это место? – спросил Брейн.

– Да я сюда уж пару раз мотался с самим Макондо. Он рельсы прокладывал, что называется, а теперь вот с тобой едем – значит, все подмазал.

И действительно, в этот раз никакой бумаги не потребовалось, Робби опустил стекло, выглянул наружу, и охранник за пару секунд определил, что это свой, и ворота открылись.

– Эк у них тут понакручено! – заметил Брейн, разглядывая переходы на многочисленных ярусах. Все было сделано, как в настоящей крепости, чтобы в случае необходимости перебрасывать персонал на нужную сторону.

– Ой, да это еще до них делали, – заметил Робби.

– Скорее всего, – согласился Брейн, отмечая в некоторых местах старую ржавчину. – Однако эта схема им пригодиться может.

Выехав на площадку, где громоздились стеллажи ящиков, Робби поставил машину рядом с еще двумя фургонами, и они с Брейном вышли.

На площадке никого, кроме них, не оказалось, но где-то в глубине боксов было слышно жужжание погрузчиков и громкие голоса, гулко отдающиеся под сводами металлических ангаров.

– Ну и что теперь? – спросил Брейн.

– А вон уже кто-то идет.

И действительно, с одного из боксов вышел человек в портовой робе, вязаной шапке и с планшетом в руке, что выдавало в нем менеджера по продажам, впрочем, лицо его больше годилось для профессионального боксера.

– Кто такие?

– «Фиш-энд-Биш», – ответил Робби.

– А, есть такие, – кивнул менеджер, немного гундося перебитым носом.

И заглянув в планшет, добавил:

– Пять тонн разносортицы.

– Разносортицы? – переспросил Брейн и посмотрел на Робби, ведь это означало, что придется вручную перебирать пять тонн всякого мусора.

– Нет-нет, это в документах так указывается, – усмехнулся Перебитый Нос. – По бумагам тут копейки, а за налик – реальный товар. Вы ведь привезли налик?

– Да, мы в курсе, – кивнул Робби.

– Тогда вперед, – мотнул головой менеджер, – загоняй тачку под навес, будем грузить.

Глава 4

Брейн перешел под навес и встал в сторонке, наблюдая, как Робби разворачивает фургон. Вскоре он поставил его как надо, и из бокса на бетонный пандус вырулил небольшой погрузчик, волоча бункер с товаром.

Водитель погрузчика выглянул из окошка, ожидая сигнала – кто будет проверять товар. Робби из кабины указал на Брейна, и погрузчик мастерски опустил бункер с рыбой прямо Брейну под нос.

Тот заглянул туда и сначала решил, что их обманывают – в ящике лежала все та же пересортица, однако сбросив рукой верхний слой, увидел полноценную гальвадию. После чего показал водителю погрузчика большой палец и отошел, а тот поднял бункер и аккуратно поставил его во чрево фургона. Позже он сделал это еще дважды, и фургон просел под максимальной нагрузкой.

Погрузчик укатил, а ему на смену вышел менеджер и подошел к кабине, откуда Робби подал пачку банкнот.

Сломанный Нос поднес пачку к сканеру, и тот по магнитным меткам выдал на экране полученную сумму.

– Я вам сейчас пропуск вынесу, а то на проходной груз не выпустят, – сказал менеджер и ушел в ангар.

Брейн забрался в кабину и, найдя в бардачке салфетку, стал вытирать испачканную рыбой руку.

– Вот и все, сейчас к себе в холодильник поедем, – сказал Робби.

Они просидели в кабине минут пятнадцать, но никто не показывался.

– Чего они там? – заерзал Робби и вздохнул.

Между тем через площадку к другому входу в ангар враскачку прошли двое рослых мужчин. Робби не обратил на них внимания, но Брейну они не понравились. И Сломанный Нос куда-то подевался.

– Ну что, может, ты выйдешь, спросишь, чего там? – спросил Брейн, когда прошло еще пятнадцать минут.

– Да ладно, тебе скорее хочется к прилавку встать?

– Макондо опять психовать будет.

– Это да, – согласился Робби и уже хотел открыть дверцу, как вдруг на пандус вышел какой-то посторонний человек в черной стеганой куртке с поднятым воротником. Он так посмотрел на Робби, что выбираться из кабины тот не решился.

А Брейн заметил у него в руке ту пачку денег, что передали Сломанному Носу. Вскоре тот и сам выглянул из ворот с окровавленной физиономией.

По обе стороны от него стояли те двое здоровяков, которые прошмыгнули через площадь в ангар.

– Короче, так! – произнес тот, что держал пачку денег. – Короче, так, даете сверху еще сорок процентов и отваливаете по-тихому. Не даете – никакого товара и вообще, я вам, как говорится, безопасности не гарантирую.

– Но… наш босс договорился с господином Буренброком, сами мы ничего не решаем, – сказал Робби, и по его голосу было понятно, что он крепко сдрейфил. Вид избитого менеджера произвел впечатление.

– Тогда трезвонь своему начальнику и решайте вопрос, у меня мало времени!

Робби трясущимися пальцами набрал номер Макондо, и тот сразу стал на него орать – Брейн прекрасно это слышал.

– Сколько я буду тебя ждать, придурок?! Мне нечего по точкам развозить, ты понимаешь, индюк?!

– Нас не выпускают, сэр.

– Чего ты мелешь, кто не выпускает?

– Говорят, нужно платить еще.

– Я же договорился с Буренброком! Он там? Он на месте?

– Вместо него другой человек, сэр… – промямлил Робби, косясь на страшного бандита.

– Ну так дай мне его немедленно!..

– Это вас, – сказал Робби, осторожно протягивая телефон.

Тот взял трубку, приложил к уху и монотонно кивал, выслушивая тирады Макондо, и вопреки ожиданиям Брейна не выходил из себя, а только быстрее пережевывал резинку.

– Ладно, ты, прикрой на минутку пасть, а то я слово вставить не могу. Слушай сюда – Буренброк больше здесь не работает, мы его схавали, и мы здесь теперь новая крыша! Плати еще сорок процентов, или не увидишь ни груза, ни тачки, ни этих твоих поганцев!.. Все!..

С этими словами главный отключил телефон и бросил в окошко кабины.

– Лерой!.. Леро-ой!.. – крикнул он, и из ангара выглянул еще один бандит.

– Я здесь, Теплый.

– Давай на проходную, чтобы охрана эту тачку не выпустила!..

Лерой кивнул и пошел на проходную.

– Вы все поняли? – еще раз спросил главный у Робби и Брейна. Они кивнули.

– Вот и славно, как говорится – только бизнес, и никакого кипиша.

Главный достал из кармана обещанный пропуск и отдал Робби.

– Видите, какой я добрый? Как только бабло подвезут – двигайте на все четыре стороны.

В этот момент Теплому позвонили.

– Да, – ответил он. – И чего теперь?

Видимо, в трубке кто-то стал быстро что-то говорить, потому Теплый начал морщиться – он не успевал осмысливать.

– Погоди, не брызгай! Какие это легавые – из района или из управления?

Трубка что-то проверещала.

– Я же сказал не брызгай, пусть едут, пусть тут все перетрясут. Я ничего не боюсь, Абдул их уже подмазал. Да. Пусть едут. Все. Не брызгай, я сказал!

И разобравшись, таким образом, с очередной проблемой, Теплый ушел в ангар, и с ним его подельники.

– Мы попали, – выдохнул Робби и покачал головой.

– Да ладно тебе, поехали к проходной, лучше там постоим, чем здесь.

– Думаешь? А если он выйдет, а нас нет?

– Скажем, что там деньги ждем – какая разница?

– Грохнет он нас за такие фокусы.

– Сейчас легавые приедут, ты слышал, что он говорил? Как мы перед ними оправдываться станем?

– Документы на рыбу мне дали, и вот – пропуск, – показал Робби выданную Теплым бумагу.

– А если личные документы спросят?

– У меня есть разрешение на работу…

– С собой?

– С собой нет, но я знаю его номер, они могут пробить по базе.

– А у меня ничего нет! – сыграл отчаяние Брейн, хотя он и так был близок к отчаянию. Если его арестуют, то прогонят пальцы, радужку и генопоиск по всем базам, и тогда трындец окончательный – его враги, в этом можно было не сомневаться, уже внесли его в криминальные базы за придуманные уголовные преступления.

– Не дрейфь, если заберут в каталажку, через двое суток выпустят. Меня так раза четыре брали – Макондо тогда просто бесился.

– Ой, чего-то я перенервничал, пойду отолью… – сказал Брейн, открывая дверцу.

– Только ты недалеко, а то вдруг этот вернется!

– Я быстро.

Брейн соскочил на бетон и, захлопнув дверцу, засеменил в сторону стеллажей с пустыми ящиками, всем своим видом показывая, как ему нужно отлить. Но оказавшись вне видимости Робби, он добрался до металлической лестницы, поднялся по ней на перекидные ярусы, по которым двинулся в сторону проходной.

Единственная вышка с часовым была повернута в сторону забора, и тут ему ничего не угрожало. Вскоре Брейн оказался почти над будкой охраны на проходной и, наклонившись, сумел рассмотреть в окне охранника и присланного для усиления бандита.

Тот курил на смотровой платформе у выхода, опершись на перила, а охранник демонстративно пялился в монитор. Такое общество ему не нравилось.

Брейн огляделся и, увидев рядом ферму, на которую опирался ярус, перебрался на него и стал быстро спускаться, пользуясь перемычками, как ступеньками лестницы.

Незамеченным он подобрался к будке и, находясь всего в пяти шагах от курящего бандита, забрался на площадку. Затем бросил быстрый взгляд на охранника, который продолжал смотреть в монитор, приблизился к бандиту сзади и резко ткнул его кулаком в печень.

Тот охнул, но закричать не успел, Брейн зажал ему рот и, оттащив подальше от двери, врезал в солнечное сплетение, а когда тот согнулся – добавил по шее.

Обмякшее тело стащил с площадки и заволок под помост – теперь его никто не найдет, пока сам не очухается – но не раньше чем через час.

И чтобы бандита не обнаружили раньше времени, забрал у него телефон, переломил надвое и бросил за забор. Потом вернулся к ферме, вскарабкался на ярус и, пробежав еще немного, спустился под защиту штабеля из ящиков.

Затем вышел оттуда и приветливо помахал начавшему нервничать Робби.

– Ты чего так долго?

– Так накопилось же, – виновато улыбнулся Брейн, забираясь в кабину. – Там чего-то охранник махал с проходной, наверное, нас выпускать приказали.

– Думаешь? – спросил Робби и неуверенно покосился на дверь ангара.

– А ты что, так и будешь здесь куковать? Давай, поехали, пока легавые не набежали, мне в околотке париться ой как не хочется. Давай-давай, поехали!..

Робби еще раз взглянул на ангар, но машину завел и стал разворачиваться, поглядывая в зеркало заднего вида и ожидая, что вот-вот выскочит этот ужасный Теплый.

– Давай, прибавь, Робби, чего так ползешь? – стал подгонять его Брейн, опасаясь, что Теплый действительно появится. Однако шум в порту и жужжание погрузчиков в ангаре не позволили тому услышать, что творилось на площадке.

Фургон подъехал к проходной и остановился напротив будки, в которой охранник по-прежнему пялился в монитор.

– Але, командир, выпускать будешь?! – крикнул Брейн, напугав прежде всего Робби.

Охранник взглянул в окошко, потом оглянулся на открытую дверь, где прежде стоял бандит, но никого не обнаружил. Тогда он протянул руку и забрал у Робби пропуск, наколол его на штырь и включил электропривод ворот.

Робби торопливо нажал на газ, и фургон буквально выпрыгнул с негостеприимной территории.

– Чего это они передумали, а? – недоумевал Робби, продолжая посматривать в зеркало заднего вида.

– Ты вперед смотри, а то еще впаяемся куда-нибудь, и тогда нас тут точно прихватят, – одернул его Брейн, но обошлось, они выехали за границу порта, и только здесь Робби расслабился.

Навстречу пронеслась кавалькада из нескольких полицейских машин, и тут уже перевел дух Брейн.

– Чего опять приуныл? – улыбнулся он Робби.

– Да я все думаю – почему нас отпустили?

– И что надумал?

– Наверное, Макондо им денег заслал и теперь с живых с нас не слезет.

– Думаешь?

– Да уверен, – мотнул головой Робби, и фургон слегка вильнул, напугав водителя встречной легковушки.

– Не, это вряд ли. Макондо лишних денег никогда не даст, тем более за нас.

– А фургон?

– Фургон?.. – Брейн пожал плечами. – Фургон бы он потом выкупил – незадорого.

Глава 5

На следующее утро Брейн снова стоял на своем месте, среди лотков с замороженной рыбой, которую выдавал за свежую – прямо из порта.

– Я уверяю вас, мадам, еще час назад она плескалась в океане – посмотрите на ее жабры, они – розовые!

Мадам смотрела на жабры, и они действительно были розовые. Она же не знала рецептуру химической смеси, которая могла держать эти жабры розовыми еще полгода. А Брейн знал.

– А как же вы смогли ее так быстро доставить, если она час назад плескалась в океане? – не сдавалась дама, которая уже отвергла номер с бонусом в виде креветок. – До океана сорок километров – вы бы не успели!

– А вы когда-нибудь слышали о пневматической почте, мадам?

Мимо проехал перегруженный городской автобус, и на Брейна с покупательницей уставились десятки прилипших к окнам лиц.

– Вы думаете, я дура?

– Я должен ответить?

– Да ты хам! – воскликнула дама, встряхнув головой, отчего фиолетовый парик съехал набок.

– А что скажете насчет свежего угря в виде бесплатной помощи хорошим людям? – резко сменил тон Брейн.

– Угорь? – переспросила дама, поправляя парик.

– Вот именно, мадам. Только для вас – как для настоящего ценителя.

– На этом углу никогда не продавали угря, а я живу здесь уже двадцать восемь лет.

– А теперь есть.

Дама еще раз проверила парик, одернула пиджачок и сказала:

– Покажите.

– А вы уверены?

– Показывайте, молодой человек!

– Если вы это увидите, вы будете обязаны…

– С чего это?

– С того, что товар… – Брейн огляделся на сонных прохожих. – Товар – контрабандный, и прямо сейчас за нами, возможно, следят полицейские наблюдатели.

– Да ладно, здесь полицейские бывают так же редко, как и угорь. Показывайте, иначе я уйду.

Брейн выдвинул ящик, в котором лежали морские змеи. Они, конечно, производили впечатление, но лишь на тех, кто никогда не видел настоящего угря.

– О! – потрясенно произнесла дама. – Угорь! Самый настоящий!

– К тому же свежайший, мадам, – добавил Брейн, надеясь, что подслеповатая покупательница не разглядит еще не растаявших льдинок.

Спустя три минуты все было решено – восемь фунтов гальвадии недельной свежести и три бесплатных угря сверху. Брейн был рад избавиться от этой гадости.

Впрочем, те, кто готовил змей, как угря, говорили, что есть это можно.

То ли эта покупательница имела множество знакомых, то ли просто так сложилось, но с того момента торговля вдруг закрутилась в бешеном темпе. Люди все прибывали и прибывали, Брейн запарился подтаскивать ящики, а пару раз рядом останавливалась полицейская машина, чтобы сделать выговор продавцу за то, что хвост очереди то и дело выходит на проезжую часть.

В час дня к совершенно измученному Брейну подъехал фургон Робби.

– Эй, как твои дела, чувак? – спросил он, выбираясь на тротуар с еще двумя грузчиками.

– Я счастлив, Робби. А вы чего приперлись?

– Начальник хочет лично лицезреть тебя, – улыбнулся Робби. – Даже не знаю, откуда такой интерес.

– Он бил тебе сегодня морду?

– Почти не бил, потому что мне нечего сказать.

– О чем?

– Эй, а где рыба? Чего нам загружать? – спросил вдруг один из грузчиков.

– Да, где рыба? Где товар, чувак? – повторил вопрос Робби.

– Я все продал.

– Как все? Мы обычно половину назад привозили, и это за весь день, а сейчас только час дня!

И Робби потряс перед лицом Брейна часами из чистой нержавейки.

– Ну, извини, – развел руками Брейн. – Так мне садиться?

– Иди, конечно, что с тебя теперь возьмешь, – произнес Робби, следя за тем, как грузчики таскают в фургон пустые ящики.

Погрузка тары много времени не заняла, Брейн с Робби забрались в кабину, и фургон покатил по улице.

Из приемника звучала какая-то музыка, а Брейн привычно смотрел по сторонам, фиксируя особенности идущих по тротуарам пешеходов.

Тот слишком ярко одет, другой – напротив, бредет в серых обносках. Вот старушка с собачкой, которая гадит на каждом углу, а вон блондинка в мини-юбке. Но это те, которые бросались в глаза, но были и другие, под кого старались маскироваться все шпионы и филеры мира, – серая незаметная масса. Обычный фасон одежды, опущенные глаза, негромкая речь, вялая жестикуляция.

– Я вчера бабу в клубе снял! – похвастался Робби. Видно было, что он уже не в состоянии сдерживать эту новость.

– Красивая?

– Вчера была красивая, но утром не совсем то…

– Обычное дело, – пожал плечами Брейн.

– Не, ну так-то мы утром поговорили – за чаем. Она чай любит, как и я.

– Женишься? – усмехнулся Брейн.

– Тоже скажешь!.. – воскликнул Робби. – Нет, конечно, но… какое-то время встречаться будем.

– Ты так решил?

– Она предложила.

– Но ты не отказался.

– А чего мне? Видел бы ты, какая у нее подруга!

Глава 6

Машина заехала не территорию компании, Брейн выбрался из кабины и прошел в ангар, где Макондо обычно проводил свои разбирательства, избивая провинившихся. Впрочем, Брейна это не касалось. После того как Макондо едва не покалечился, пытаясь избить нового работника, он стал относиться к нему с опаской.

Да, он по-прежнему мог вспылить и наорать на Брейна, однако делал это на безопасном расстоянии.

– Так, а вот и он! – громко оповестил Макондо всех, кто находился в ангаре.

Здесь были те, кто перебирал рыбу или перетаскивал пустые ящики, но имелась и небольшая группа провинившихся, к которым Макондо намеревался «приложить руку».

Эта группа при каждом выкрике Макондо испуганно приседала, остальные не переставали работать – испуганно выглядывая из-за штабелей и опасаясь, что гнев безумного начальника коснется и их.

– Вы звали меня, сэр? – спросил Брейн, останавливаясь на середине ангара.

По рядам публики пронесся шепот. Здесь никто не говорил так громко и не выставлялся перед могущественным Макондо. Все, ссутулившись, ожидали наказания, пусть и не заслуженного, но начальству виднее.

– От тебя никакого толку, урод! Ты не можешь даже выйти в ноль со своей торговлей! Чего, к примеру, ты наторговал за сегодня, урод?

– До обеда продал все, что было, привез пустые ящики, – сказал Брейн и достал из кармана скрученные в трубку ассигнации. – Кто принимать будет, Орсо или вы, господин Макондо?

Макондо опешил, такого он ни разу не видел. Время было еще обеденное, а этот продавец держал в руках пачку ассигнаций.

– Я… Это… Пошли все вон! – проорал начальник, и люди бросились из ангара, оставляя Брейна и начальника наедине.

– Ты чего творишь, а? – произнес Макондо, когда в ангаре не осталось посторонних. – Ты за кого меня принимаешь?

– Хватит кривляться, говори, в чем дело, – оборвал его Брейн, оглядываясь и прикидывая, где тут мог скрываться штурмовой отряд.

Он не верил никому, а уж Макондо и подавно. Он видел этого мерзавца всего несколько раз, однако заметил изменения в его обычном поведении. Макондо был не свободен, что-то его сковывало.

– Хорошо.

Макондо одернул рубашку, провел по волосам и снова повернулся к Брейну.

– Меня побеспокоили очень важные люди и спросили, кто из моих работников совершил преступление против их работников.

– Что за хреновина, Макондо? Говори внятнее… – сказал Брейн, замечая подходящий для засады угол с ящиками, которые готовили на выброс.

– Ты оскорбил важных людей и теперь…

Договорить он не успел, из-за разбитых ящиков выскочили пятеро с бейсбольными битами и понеслись к Брейну.

– Какие дураки, – произнес он, глядя на приближавшуюся банду. Это были обычные гопники, которых вербовали городские бандиты.

Ни подготовки, ни мозгов – только слепое повиновение.

На то, чтобы справиться с этим мусором, у Брейна ушло секунд пятнадцать. Бац-бац, трах-бум – и они попадали, словно кегли, а их биты раскатились по бетонному полу.

– Я здесь ни при чем! – воскликнул Макондо, пятясь и закрываясь руками.

– Где машина, на которой они приехали? – строго спросил Брейн.

– Там, за складом! Две машины! Две! Но там еще двое, и они вооружены!..

– Молодец. Сиди тут десять минут, потом выходи и лучше не звони в полицию.

– Нет-нет, ни в коем случае – я же понимаю.

Макондо попытался изобразить что-то вроде улыбки, но у него получилась лишь вымученная гримаса. А Брейн бегом пересек ангар и через другой выход выбежал к складу.

Едва он показался, как наблюдатели во второй машине сразу все поняли и выскочили из автомобиля с автоматами наготове, однако Брейн опередил их – раздались два негромких хлопка, и маленькие пули сшибли автоматчиков на землю.

Брейн отшвырнул ногой автоматы подальше от раненых и, запрыгнув в машину, завел мотор – пластинка-ключ уже была в гнезде.

Между тем на проходной услышали выстрелы, однако охранники не стали геройствовать и попадали на пол.

Брейн снес хлипкий шлагбаум и вырвался на оперативный простор. Теперь ему снова предстояло найти себе какое-то убежище – и что самое обидное, его не вычислили охотники, его не просчитала полиция – его тупо подставили уголовники в ситуации, когда он был вынужден себя проявить.

Глава 7

Поскольку рядом был порт, все беглецы за всю историю города стремились именно туда.

Порт был большой, помимо рыбного промысла, он обслуживал перевалку грузов для транспортировки в глубь материка, поэтому затеряться было где, а старпомы не особенно заглядывали в матросские книжки и брали при необходимости на борт любого, кто достаточно хорошо стоял на ногах и не требовал золотых гор.

Знал это и Брейн. Он также прекрасно понимал, что все, кто заинтересован в его перехвате, придут именно в порт. Скорее всего это должны быть бандиты – полиция и ее более высокие покровители вряд ли могли среагировать на ситуацию так быстро.

Было уже темно, в порту у причалов светили прожектора – работа велась круглосуточно и не прекращалась ни на минуту. Контейнеровозы были лучшим транспортом для желавших сбежать подальше – они ходили на двадцать тысяч миль, пропадая из видимости полиции и спецслужб на многие недели и даже месяцы.

Именно в этом секторе находился Брейн, и именно здесь его должны были искать недруги.

С высоты контейнерных завалов он уже видел, кто именно. Это был экспедитор компании, с которым они виделись раза три в неделю.

Звали Роберт. У него была семья – жена и две девочки – четырех и семи лет. Брейн услышал это мимолетом и запомнил – он всегда все запоминал, часто это могло пригодиться.

Роберт выглядел неуверенным, перетаптывался на месте и испуганно глядел в темные углы, откуда, видимо, за ним следили кураторы.

Приглядевшись, Брейн скоро заметил шевеление в двух углах, а потом спустился с контейнерной горы и двинулся вдоль бетонной стенки, втискиваясь в технологический проход между портовыми постройками и контейнерными нагромождениями.

Выглянув из-за угла, он увидел профиль парня, который следил за беднягой Робертом и жевал резинку.

Брейн, как змея, выполз у него за спиной, обхватил руками и сильно сдавил, так, что треснули ребра. Бандит вскрикнул и обмяк – среди портового шума его никто не услышал.

Брейн привалил его к стене, прошел вдоль контейнера и увидел еще одного куратора, которого уже утомила бесплодная работа – они караулили здесь три часа, и он задремал, сидя на бетоне. Рядом лежал автомат.

Брейн хлопнул соню по плечу, а когда тот поднял голову, щелкнул пальцами под подбородок. Голова бандита ударилась о стену, и он завалился на бок.

После этого, ничего не опасаясь, Брейн вышел к экспедитору, который не сразу понял, кто к нему подошел, – свет прожекторов слепил его. Но когда понял, то шарахнулся в сторону, решив, что сейчас с ним будет покончено.

Так случилось, что он стал свидетелем того, как Брейн расправился с бандитами в ангаре, а до этого считал нового продавца вполне безобидным парнем – крепким на вид, но не более.

– Стой, я тебя не трону.

– Послушайте, я не хотел этого! – завопил экспедитор.

– Я знаю – пришли домой, угрожали семье…

– Откуда вы знаете?

– Это обычная методика. Но это сейчас не важно, Роберт. Скажи мне, что ты должен делать, если заметишь меня?

– Доложить этим… – Роберт кивнул в сторону темного угла.

– А если они… отошли отлить?

– Я должен позвонить по телефону…

– Он у тебя?

– Да, вот мне его дали.

И Роберт стал выдергивать из кармана портативную трубку.

– Не нервничай, у нас есть время, – сказал Брейн и огляделся. На самом деле времени у него было не так уж и много, в любой момент мог проявиться неучтенный фактор – некая сила, о которой не мог знать даже составитель учебника для академии.

– Вот он! Его мне выдал один из старших!

– Как его звали? – спросил Брейн, стараясь говорить как можно спокойнее, чтобы не нервировать и без того взвинченного Роберта.

– Я не знаю! Честное слово!..

Роберт сложил на груди руки и был готов упасть на колени.

– Звони старшему – тому, кому следует звонить, если нет твоих помощников – они оба ушли отлить.

– Я – это… Я должен сказать, что видел тебя!

– Но ты же видишь, правильно? Так и скажешь – я его вижу, и с ним можно поговорить, после чего дашь мне телефон, а дальше буду говорить я.

– Но они меня…

– Нет-нет, ты останешься ни при чем, ведь у тебя была охрана, и они отошли отлить.

– Оба, – кивнул Роберт.

– Вот именно, – подтвердил Брейн. – Оба и надолго. Поэтому ты решился позвонить сам. Давай, набирай.

– Тут уже вбит их номер.

– Тем лучше.

От ворот бухты подал гудок контейнеровоз «Король Геленбрант». От этого звука завибрировали портовые конструкции и даже прожектора на несколько секунд убавили свою яркость. А гигант повторил свой боевой клич, напоминая, что тащит к причалу полмиллиона тонн контейнерного груза.

Роберту ответили.

– Я этот, которого вы цуциком называли…

– А, цуцик? Чего трезвонишь, есть чего доложить?

– Есть, мистер…

– Стой, а почему сам? Где прикрытие?

– Видите ли… Они отошли отлить, видимо. И долго нет, а тут… – Роберт покосился на Брейна, и тот утвердительно кивнул, подбадривая его.

– Одним словом, появился тот, о котором вы говорили.

– И ты видишь его? – В голосе собеседника послышалось волнение.

– Да, мистер, я его вижу.

– Далеко?

– Совсем близко, мистер.

– Да говори, цуцик, насколько близко! – вышел из себя собеседник.

– Он стоит прямо передо мной…

– Даже так?

– Я могу дать ему трубку?

– Давай.

Брейн взял телефон и спросил:

– С кем я говорю?

– Это не имеет значения, красавчик, тебе лучше самому прийти к нам, потому что, если мы тебя поймаем, а мы тебя обязательно прихватим, то…

– Теплый, это ты, что ли?

На том конце возникла пауза, собеседник был озадачен.

– Ты мой голос, что ли, запомнил?

– Это нетрудно. Теплый, мне нужно поговорить с твоим боссом.

– Я и есть босс, другого нету.

– Не кривляйся, я найду способ связаться с ним, и тогда ты станешь крайним. Оно тебе надо?

Теплый ответил не сразу.

– Ладно, я не разъединяюсь и сделаю звонок по другой линии.

– Я подожду, но недолго.

– Да, недолго.

В трубке послышалась музыка, и Брейн огляделся. «Король Геленбрант» уже был на середине бухты, и вокруг него, словно светлячки, собирались буксиры-лоцманы.

– Ты хотел со мной говорить?

Голос был другой – чуть с хрипотцой и властный, он принадлежал человеку, который не терпел возражений.

– Как к вам обращаться?

– Марлин.

– Мистер Марлин, вы влезли не в свою игру.

Босс бандитов опешил от такого заявления.

– Да ты понимаешь, с кем говоришь, сявка?

– Я повторяю – вы влезли не в свою игру, я говорю это прямо, чтобы сразу внести ясность. Вы сейчас своими руками делаете чужую работу и, насколько я понял, сами этого не замечаете.

– Ты в розыске, что ли?

– Давайте не будем это никак называть, но в рыбном терминале меня поставили в безвыходное положение – я не могу общаться с полицией.

– И что ты теперь хочешь?

– Отзовите облаву, пока никто не пострадал серьезно. Это не в моих и не в ваших интересах.

– А что мои люди – там в порту?

– К утру оклемаются. Если вы заметили, я их не убиваю.

– Да, я заметил. Ну что же, думаю, я отзову приказ, так что можешь оставаться в городе. Мало того, мы можем поговорить о новой работе для тебя. Думаю, ты потянешь что-то более серьезное, чем торговля рыбой.

– Спасибо за доверие, господин Марлин, и за отзыв приказа, но этот город для меня уже не безопасен. Всего хорошего.

– Ну, как знаешь…

Марлин отключился, и Брейн передал телефон ожидавшему Роберту.

– Что вам сказали?

– Сказали, что ты можешь идти домой. Самый главный все отменил.

– А вы теперь куда? – невольно вырвалось у Роберта. – Ой, извините, глупый вопрос.

– Ну почему же… Я теперь могу наняться на подходящее судно и убраться отсюда подальше.

Глава 8

От порта и до самой станции Роберт почти что бежал, местами спотыкаясь и постоянно оглядываясь – в полумраке ему повсюду чудилась погоня.

Роберт не был уверен, что его не накажут за самостоятельный уход. Да, рядом уже не было никого, и он не знал, что еще делать. К тому же самый главный бандит сказал, что продавца преследовать не станут, а значит, и Роберт мог уходить. Впрочем, он понимал и то, что все еще могло перемениться, и тогда его сделают крайним. Обязательно сделают.

Однажды, когда он еще учился в школе, его крепко избили в городском парке, и Роберт на всю жизнь запомнил страшные лица мучителей. И у этих были такие же.

Вот и станция, а на платформе полицейский. Роберту сразу полегчало. Он перешел на шаг, поднялся по ступеням и прошел мимо полицейского, а тот проводил его внимательным взглядом.

На платформе было человек двадцать, и все они скучали в ожидании состава.

Вскоре появился первый – лакированный «Роял электрик» на магнитной подушке. Он подошел почти беззвучно и замер, ожидая пассажиров, но лишь двое из всех на платформе шагнули в распахнутые двери, и «Роял» умчался в темноту, унося с собой запах дорогих духов, обтянутые кожей и велюром кресла и господ, просматривающих на планшетах выпуски свежих экономических новостей.

Роберт вздохнул. Хотел бы он хоть разок прокатиться на «Рояле», и это было возможно, однако он не делал этого из принципа, ведь за одну поездку в люксовом составе он мог тридцать семь раз прокатиться на обычной «железке», грохот которой уже слышался издалека.

Скрипя тормозами и шипя пневматической подвеской, состав на колесах подкатил к платформе. Открылись скрипучие двери, запахло гидравлической жидкостью, и Роберт вошел в вагон, где все места были заняты. Он смиренно встал у прохода и привычно уставился в бежавшие по стенам салона бесконечные ролики рекламы.

Реклама была на потолке, реклама бежала по поцарапанному пластиниту пола. Реклама бежала по спинкам сидений, выглядывая то из-под локтя дремлющего старика, то над головой ребенка.

Роберт слышал, что в «Роял электрик» рекламы нет, и этому можно было верить – он столько раз заглядывал через окна на богатые интерьеры, и ему не удалось увидеть там ни одного экрана.

«Может, на полу что-то и есть», – подумал он, глядя на привлекательную пышную блондинку. Та перехватила его взгляд и, вздернув подбородок, уставилась в темное окно. Роберт вздохнул и стал смотреть в другую сторону, туда, где была видна трасса магнитохода.

Она сходилась с железкой только у платформы, а дальше они разделялись, и обычный поезд шел по своей колее, а магнитоходы на полном ходу вписывались в бетонные профили, которые позволяли поездам накреняться и не сбрасывать скорость на поворотах.

Когда Роберт смотрел на эти забавные конструкции, он сразу вспоминал соревнования по вар-лодингу, где команды по двадцать и пятьдесят человек спускались на круглых жестянках по ледяным желобам, держась за руки.

Это было забавное зрелище, на которое многие делали ставки. Победившей считалась команда, которая пришла к финишу быстрее других и соединенной вместе.

Оторвавшиеся от основной массы участники не засчитывались, и за них начислялись штрафы.

Трассы вар-лодинга нарочно делались очень крутыми, чтобы участникам труднее было удержаться, и случалось, что они вылетали из желобов и получали увечья, а иногда даже гибли.

Сорок минут Роберт созерцал переполненную рекламой поверхность, но железка наконец остановила свой бег, сгрузив его на станции «Номер Пятьсот двенадцать», не забыв снять четыре удо с его счета, опознав Роберта по отпечаткам пальцев, когда он держался за поручень.

«Наконец-то я в городе», – подумал Роберт, проходя через лазерный турникет. На улицах повсюду горели фонари и ходили люди, здесь Роберт и думать забыл про каких-то бандитов.

Поток автомобилей был плотнее обычного в это время, такое случалось в предпраздничную неделю. Люди много покупали, сметая с полок спиртное, колбасы, сувениры, фейерверки и установки мьюзик-ин-скай – с ними можно было проецировать на облака световые эффекты и любимые клипы.

У Роберта даже настроение улучшилось, такая на улицах царила суета.

– Эй, красавчик, хочешь провести со мной незабываемую ночь? – спросила нарисовавшаяся справа блондинка.

– Я… – Роберт задержал взгляд на глубоком декольте леопардового платья.

«Неужели эти шары настоящие?» – подумал он.

– Я женат, детка, – произнес он, стараясь, чтобы это звучало как можно более независимо.

– О’кей, дружок. Ну хотя бы один незабываемый час ты потянешь?

– Я же сказал – женат, – отрезал Роберт, злясь на себя за то, что и это прозвучало недостаточно убедительно.

Он избегал проституток по той же причине, что и поездов «Роял электрик» – из принципиальных соображений, то есть из экономии.

– Отвали-ка, принцесса, – пробурчал мутный субъект, отталкивая локтем блондинку с ненатуральными шарами. – Привет, Рэнди!

– Я не Рэнди, – попался на удочку Роберт.

– Нет, я не мог ошибиться! Ты – Рэнди Дулсвинт!.. – воскликнул мутный и хлопнул Роберта по плечу.

– Я Гардни Роберт, мистер, так что вы ошибаетесь.

– А – точно! – кивнул мутный. – Извини, Гардни, у меня слишком много друзей, но только для тебя сегодня скидка.

– Я ничего не покупаю! – закрылся руками Роберт и попытался сдвинуться на край тротуара.

– Так я и не продаю, я даю на пробу, врубаешься? Пробнички, чувак, полная халява! Ты втыкаешь, а я оплачиваю, годится?

– Да что вы продаете? – задал вопрос Роберт, чтобы только выиграть время и отвязаться от привязчивого торговца.

– Я продаю счастье, чувак.

– Блондинка предлагала мне то же, – отмахнулся Роберт, ускоряя шаг, но мутный не отставал.

– Шлюхи дадут тебе десять минут кайфа! А я за те же деньги сморщу твою рожу на четыре часа, улавливаешь?

Роберт попытался представить, как он толкает этого пройдоху, но нет, у него бы не вышло. Как жаль, что в детстве он не ходил на бокс. Сейчас бы дал этому гаду по лицу. Ан нет! Лучше бы дал по лицу тем гадам, которые избили его в городском парке!

– Надо было ходить на бокс… – вырвалось у Роберта.

– Чего? – спросил мутный.

– Ничего. Я не принимаю химию, засунь ее себе в одно место.

– Да кто же говорит про химию, чувак, это же прошлый век! Сегодня у нас только лучшие образцы электронной дури! Я лишь коснусь электродами твоих рук, и ты…

Не дожидаясь разрешения, торговец ткнул электродами в руку Роберта, и тот вдруг прямо посреди города увидел горизонт, где солнце садилось в теплое море.

И были пальмы, был тихий вечерний прибой и полное спокойствие. Никаких забот, никаких проблем. А потом болью резанула реальность, когда мутный отнял электроды от рук Роберта.

В тот момент Роберт был готов растерзать мерзавца, однако, распознав ловушку, вовремя взял себя в руки.

– Так… себе картинка, – сказал он и прикрыл глаза, чтобы не разрыдаться от отчаяния.

Он понимал, что был почти что съеден этим электронно-наркотическим мерзавцем.

– Да ладно тебе, – усмехнулся мутный, который уже был знаком со всякого рода покупателями. Некоторые до последнего оборонялись от нахлынувших новых ощущений, а потом вдруг ломались и отдавали все – из карманов и с банковских карт, уходя домой без денег, но с картриджем на несколько соединений.

Роберт также был близок к катастрофе, но каким-то отчаянным усилием все же оттолкнул мутного и побежал прочь, до самого поворота от магазина «Кибигас», дальше – направо, сорок метров до мусорного контейнера ресторана «Молодой лашмишарак», затем налево и еще двести метров до родного переулка, где в тупике стояли арендные дома, в одном из которых и жил Роберт.

– Ладно, сучонок, в следующий раз я тебя дожму! – проорал мутный, и Роберт выдохнул, понимая, что в этот раз сумел вырваться из западни.

– В следующий раз оставлю карту дома, – пообещал себе Роберт.

– Стоять! Руки на забор! – прогремело из громкоговорителя. – Содержимое карманов на капот – быстро!

От неожиданности Роберт выполнил все команды, за исключением «содержимого карманов», потому что не было капота.

К нему подкатили две полицейские машины, и вышедший офицер посветил Роберту в глаза фонариком.

– Это не тот, Билли! – сказал он и вернулся в машину. Моторы взревели, и полицейские авто убрались восвояси, а Роберт только через минуту пришел в себя и, вспомнив, что давно терпел, отошел к тыльной стене городской библиотеки и отлил, чувствуя, как постепенно к нему возвращается уверенность.

Глава 9

На платной автостоянке дремали не менее двух десятков машин, за которые была внесена предоплата, однако были там автомобили, которые оплачивались в режиме реального времени – это были гости, ожидавшие прибытия неизвестно кого.

Не успел Роберт удивиться присутствию здесь двух черных авто, как те, рыкнув двигателями, рванулись через газоны и преградили Роберту дорогу.

Дверцы открылись, и на тротуар выскочила дюжина бойцов районной банды.

Роберт на мгновение лишился дара речи. Он пытался что-то сказать, но издавал только нечленораздельные звуки.

Между тем среди этой пехоты появились несколько главных бандитов, и один из них показался Роберту знакомым.

– Ну что, фраер, не задержался? – спросил тот и с ходу дал Роберту по лицу. Тот упал на асфальт и закрыл руками голову, приготавливаясь к тому, что его станут избивать, как тогда – много лет назад в городском парке.

Несколько прохожих торопливо перебежали на другую сторону улицы.

«Хоть бы полиция приехала», – в панике подумал Роберт и тут же получил удар ногой в живот.

Схватившись за живот, он открыл голову и получил ботинком по лицу. Затем его подняли сильные руки и, встряхнув, словно кошку, поставили на ноги.

Перед глазами Роберта плыли красные круги, ему не хватало воздуха, а потом он увидел перед собой злое лицо Теплого – самого страшного из бандитов.

– Ну что, сговорился с Савояром, сучонок?

– Не… Нет… – едва сумел произнести Роберт и тут же получил удар в бок.

– Думай, прежде чем говоришь, думай, – посоветовал голос со стороны отбитого бока.

– Я… ни в чем не виноват… Он пришел, а я был один…

– И Блин с Мушкетом где были? Где они были, я тебя спрашиваю!?

Теплый замахнулся, и Роберт весь сжался, ожидая нового удара. Бандиты засмеялись.

На улице показалась полицейская машина с включенным маячком.

– Трой, разберись, – обронил Теплый, и тот, что бил Роберта в бок, пошел навстречу полицейским.

Роберт незаметно перевел дух. Сейчас все должно разрешиться, полицейские не могут просто так пройти мимо, ведь их кто-то вызвал – кто-то, кто видел, как бандиты избивали человека.

Возможно, кто-то из соседей, ведь его собственные окна выходили на другую сторону.

Между тем со стороны полицейской машины послышался смех, а затем Роберт разобрал фразу:

– Только приберите за собой, если что. Нам тут проблемы не нужны.

На этом полицейские посчитали свою миссию выполненной, выключили маяки и уехали, оставив Роберта наедине с мучителями.

– Ну так что, куда пошел Савояр? – спросил Теплый, пристально глядя на Роберта, как будто пытался раздавить его одним только взглядом.

– В сторону причала, сэр… Сказал, что наймется на судно…

– И все?

– Я больше ничего не знаю, сэр… Отпустите меня, пожалуйста…

Теплый вздохнул.

– Вижу, что не врешь, ты бы не посмел.

– Не вру, сэр.

– Жаль, что нельзя тебя здесь кончить, но это пока. После еще свидимся, – пообещал Теплый и, развернувшись, пошел к машине.

Его подручные отпустили Роберта, и тот без сил опустился на асфальт, глядя, как бандиты грузятся в машины и уезжают.

Глава 10

Джип медленно ехал по улице, сзади тащился второй. Пока Теплый раздумывал, куда ехать, его водитель не торопился – начальник был раздражен и мог крепко приложить – даже рукоятью пистолета.

– Пепе! Ты помнишь, где живет Конь?

– Район помню и улицу, а вот дом – нет.

– Дом на месте определим. Давай, кати на эту улицу.

– Можно позвонить ему, вдруг его дома нет, – предложил Трой, который был на особом счету и мог себе позволить давать советы Теплому.

– Нет, если позвоним – мы его не найдем, он мне должен.

Машина стала набирать скорость, щедро расходуя заряд химических картриджей. Замелькали окна домов, яркие витрины, рекламные панно.

– Кто там был из копов? – спросил Теплый.

– Сержант Кеплер, – ответил Трой.

– Права качал?

– Нет, я передавал ему конверт неделю назад, так что он пока сытый.

– Сытый, – выдохнул Теплый. – Эти твари никогда не бывают сытыми.

– Так давай его завалим, босс, – предложил Рикардо, которого часто подряжали на подобные дела.

– А смысл? Поставят другого, такого же, а то и хуже. Нет уж, раз уж прикормили этих, будем пока за них держаться, в конце концов, поет он ровно и хотя информацию придерживает, но которую поставляет – та без обмана.

– Без обмана, – подтвердил Трой, который в подразделении Теплого отвечал за связи с полицией.

Свернув с улицы, машина запетляла по переулкам, вспугивая кошек, бомжей и проституток, облюбовавших места под фонарями.

– Это чьи тут работают? – спросил Теплый.

– Строительный район. Росомаха всем рулит, – напомнил Трой.

– Росомаха. А если бы шеф меня послушал два года назад, и эта территория была бы нашей.

– Это – да, – согласился Трой, остальные только переглянулись. Отзываться о Марлине плохо было небезопасно, и то, что сходило с рук Теплому, им могли не простить.

– Тут вроде, – сказал Пепе, притормаживая перед двухэтажным домом, у которого было четыре крыльца.

– Ну и в какую дверь ломиться? – спросил Теплый.

– Сейчас выясним, – сказал Трой и легко выскочил наружу. При этом подал знак людям во второй машине, и те тоже выгрузились, разойдясь по сторонам и изготавливаясь к возможным проблемам.

Случалось, что после стука в дверь наружу выскакивал наркоман с дробовиком.

Трой подошел к одной из дверей и постучал. В смотровое окошко выглянули, и Трой перекинулся с хозяевами парой слов, после чего поблагодарил и перешел к следующей двери. Остановился возле нее и, повернувшись к Теплому, показал на дверь пальцем. Тот кивнул, и Трой постучал снова.

Хозяин квартиры открыл сразу – это был его район, и он тут никого не боялся. Впрочем, одну руку Конь все же держал за спиной, и можно было не сомневаться, что у него там двуствольный обрез.

– Здорово, Конь! – поприветствовал его Теплый из окна машины, затем не спеша выбрался на асфальт и направился к крыльцу.

– Здорово, Теплый, – отозвался Конь без особой радости и прикрыл дверь в свое жилище. – Чего подкатил?

– Делишки к тебе кое-какие имеются, – сказал Теплый, останавливаясь в паре шагов.

– Я с тобой никаких делишек не вожу, ты знаешь.

– Знаю. Но за тобой должок.

– Мы добазарились на зиму.

– Я помню, как мы добазарились, – ответил Теплый и оглянулся в ту сторону, куда пристально смотрел Трой, делая стойку, как собака.

– Ты чего, солдат?

– Показалось вроде, босс. Извини, что отвлек.

– Короче, Конь, я предлагаю закрыть твой должок небольшой услугой.

– Ну?

– Вынь свой обрез, а то задницу натрешь.

– Ну? – повторил Конь, высвобождая руку с тяжелым обрезом, сделанным из двустволки. Теплый помнил, что Конь предпочитал этот вид оружия.

– Нам нужно отследить одного человечка в порту.

– Я по этим делам не спец, ты знаешь, – пожал плечами Конь, переводя настороженный взгляд поочередно на всех бойцов Теплого. Случись что, он был бы в проигрыше, правда, сам Теплый на такие дела не ходил.

– Знаю, что не спец, но я знаю и то, что там половина твоей родни пристроена, так что не жмись. Кино нам покажете, мы человечка отследим и разойдемся, а я забуду не только о твоем долге, но даже о тебе. Неужели мне в радость в этот гадюшник к тебе наведываться?

Трой снова покосился на другую сторону улицы, и Теплый занервничал, но вида старался не подавать.

– Ладно, я сведу вас с людьми, только им за это отстегнуть придется. Две штуки.

– Не вопрос, отстегнем две штуки, – согласился Теплый.

– Дай трубу…

Теплый протянул свой телефон, и Конь набрал нужный номер.

– Сиган, здорово. Пьянствуете там? Шучу я, шучу. К вам сейчас люди подъедут. Мои знакомые. Покажете им записи с камер, они вам бабла подбросят. Все, ждите.

С этими словами Конь прекратил разговор и вернул телефон Теплому.

– Как приедете на пост, спросишь этого Сигана и покажешь ему трубу, чтобы он понял, что с нее звонили.

– Добро, Конь. Спокойной тебе ночи, – сказал Теплый и направился к машине. Пепе сразу завел двигатель, остальные бандиты стали рассаживаться по машинам, а Трой шел медленнее других и продолжал смотреть на другую сторону улицы, где стояли два фургона и брошенный пикап.

– Слышь, босс… – произнес Трой, наполовину забираясь в салон.

– Чего не садишься?

– Погоди, я сейчас проверочку устрою, – сказал Трой, навинчивая на ствол глушитель. – Там какая-то шняга в фургоне происходит. Придержи ребят, чтобы не кипишевали.

И не успел Теплый что-то предпринять, как Трой выбрался из салона и, вскинув руку, сделал выстрел, а потом обежал машину и помчался к фургонам.

Из второй машины, едва не выбив двери, выскочили бойцы прикрытия, но Теплый махнул им, чтобы оставались на месте.

Между тем Трой добежал до фургона и с пистолетом наготове осторожно обошел вокруг.

Вот и отверстие от пули, которая прошла через два окна и увязла в стене пиццерии. По расчетам Троя, она должна была попасть в голову силуэта, который он успел засечь. Трой почувствовал слежку еще раньше, но не стал беспокоить Теплого, которого нервировали манеры заместителя.

Окна в кабине были чистые, значит, никто ранен не был.

Осторожно приподнявшись, Трой заглянул в кабину, но вопреки ожиданиям не увидел того, кто должен был прятаться, лежа на полу возле педалей управления. Однако, ускользнув от стремительного Троя, тайный противник не смог уйти чисто – на сиденье остался блок зарядки от какого-то оборудования – скорее всего следящего комплекса.

Трой огляделся. Все тихо. Проехали несколько машин, из-за угла вышла кошка и, не обнаружив опасности, перебежала улицу.

Трой еще раз заглянул в