Иллюзия свободы
Глава 1
– Она твоя любовница! – кричу, что есть мочи, потому что сдерживать эмоции выше моих сил.
Его непрошибаемая самоуверенность добивает меня окончательно.
– И что? – он как ни в чём не бывало разводит руками в стороны и для пущего эффекта пожимает плечами.
– И что?! Руслан, я под такое унижение не подписывалась, ясно! Каждый, кто был на этом грёбанном приёме, знает, что ты с ней спишь!
– Не преувеличивай.
– Это я преувеличиваю? Да я преуменьшаю! Ты выставил меня абсолютным посмешищем! Да, я, возможно, не самая любящая жена, и мне начихать на твои похождения, но не ставить меня вообще ни во что перед посторонними, это уже чересчур, ты не считаешь?!
– Я не знал, что она тоже будет присутствовать, довольна?
– Не надо мне лгать! Ты не мог не знать!
– От твоей несдержанности у меня голова болит.
– Зачем ты вообще женился на мне, если не можешь хотя бы попытаться создать иллюзию нормального, счастливого брака, такого как у всех?!
– А ты вдруг позабыла, да? Тебе наглядно продемонстрировать зачем?
Наш брак был заключён по чистейшему расчёту. Причём Руслана. Ни о каких чувствах и речи не шло, но его поведение выбивает меня из себя. Каждый раз заново…
– Ты издеваешься надо мной?! Я познакомила тебя со всеми друзьями и компаньонами отца! Я стояла и мило улыбалась по каждому твоему требованию, каждый раз и на каждом мероприятии, куда ты меня тащил, чтобы представить нужным людям! Разве я что-то позабыла?
– Да, потому что это ещё не всё.
– Руслан, я не собираюсь сейчас рожать! Мне ещё год учиться, если ты вдруг забыл!
– Какой год? Вшивые полгода, а потом ты будешь проходить липовую практику у меня же. И вообще! Мне ли неизвестно, как ты учишься? Ты хоть представляешь, сколько бабла я уже отвалил, чтобы тебя не вышвырнули из вуза, куда тебя затолкал папочка?
При упоминании папы, сердце сжимается. До сих пор не верю, что его больше нет со мной. И теперь я очень жалею, что в своё время не прислушалась к его настоятельному предупреждению…
– Я, конечно, безумно благодарна тебе, что помог сдать два экзамена, но они тебе не настолько уж и дорого обошлись.
– Если это так легко, то решила бы всё сама! Но ты ведь ко мне прибежала!
Крепко сжимаю руки в кулаки и зло цежу сквозь зубы:
– Я повторяю. Я не буду сейчас тебе рожать. Иди к своей Марине, с ней и размножайся, ясно?!
– Если бы я тебя не знал, подумал бы, что ты ревнуешь.
– Ты меня и так не знаешь.
– А вот и повод познакомиться.
Умелые пальцы раскованно ложатся поверх и так ослабленного узла на шее и тянут его в сторону. Взгляд тёмно-серых глаз прожигает насквозь. И только сейчас, когда я замечаю в них непривычный блеск, до меня доходит осознание. Руслан, должно быть, слишком много выпил сегодня.
– Ты что делаешь? – произношу испуганно и слишком тихо, округляя глаза, потому как невозможная мысль уже успела пробраться в голову.
– Стягиваю галстук, конечно, – нет, он реально раздевается!
Муж сгибает руку в локте… Вытаскивает запонки…
– Для чего? – отступаю на шаг назад, потому что чувствую исходящие от Руслана волны опасности. Зачем я рот открыла? Если бы муж был трезв, до этого бы не дошло!
– Чтобы снять рубашку. Не хочу помять её, – но я точно знаю, что завтра он оденет свежую.
Я, словно зачарованная, молча наблюдаю, как он, плавно переходя от одной пуговицы к другой, расстёгивает весь ряд. При этом смотрит на меня странным взглядом…
– Нравится наблюдать со стороны? И что же… Даже не поможешь, Ева?
Я чувствую, как грудь тяжело вздымается, привлекая опасное внимание мужа.
Он облизывает нижнюю губу, едва заметно её прикусывая.
Стараясь успокоиться, я скрещиваю запястья за спиной, до боли впиваясь ногтями в ладони.
Мужская рубашка аккуратно ложится на близстоящий диван. А мой рот сам собой приоткрывается от изумления.
Раньше голым своего мужа я не видела. Ни разу. Даже наполовину. Наша «счастливая» совместная жизнь – лишь насмешка, пыль в глаза тысячам любопытных персон.
Широкий разворот плеч, завидное телосложение. Никаких кубиков – у Руслана явно нет на это времени. Но руки крепкие. И сила легко в них угадывается.
Понимаю, что стою, замерев и затаив дыхание, настороженно блуждая взглядом по телу человека, чью фамилию ношу уже не первый месяц.
Медленно выдыхаю, не представляя, как реагировать на происходящее.
Муж неторопливо приближается ко мне, тихий звук его шагов почти не слышен в наступившей тишине.
– Руслан, ты в своём уме?
Хищный звериный оскал устрашает меня ещё больше, чем пугающая решимость в потемневших глазах.
– Абсолютно, – уверенно раздаётся краткий ответ.
У меня сейчас, должно быть, настолько ошарашенный вид, что мужчина вдруг начинает улыбаться.
Но он не шутит. Он, чёрт возьми, совсем не шутит!
Глава 2
Резкий рывок вперёд, и я оказываюсь прижата к тёплому мужскому телу.
Мгновение, и жёсткие губы накрывают мои, а язык плавно, но настойчиво исследует очертания моего рта, обжигая и даря совершенно новые, непонятные для меня эмоции. Я теряюсь и вообще уже не понимаю, что сейчас происходит.
Упираюсь ладонями в его грудь, но мужские губы настойчиво, хоть и неторопливо ласкают шею и спускаются к ключицам. Пытаюсь отстраниться, но куда уж мне… Я довольно плотно прижата к возбуждённой плоти и отчётливо различаю сбивчивое дыхание мужа в напряжённой тишине. Пытаюсь оттолкнуть его, но это бесполезно. Я отказываюсь верить в то, что он просто заставит меня… силой.
Ещё секунда, и прикосновения мужчины становятся едва выносимыми. Он до боли сжимает пальцы, оставляя красные следы на моей коже.
– Руслан, чёрт тебя побери, ты что делаешь?!
– Я? – отвечает беззаботным голосом. – Целую свою жену.
– Какая я тебе жена?! – меня накрывает паника! Я понимаю, что когда-нибудь мне придётся занять место в его постели, но не так ведь! – У нас был уговор! Ты не трогаешь меня, я не трогаю тебя! Всё! Мы чужие, совершенно посторонние друг другу люди!
– Надоело.
– Решил именно сейчас мне об этом сказать?
– А почему, собственно, нет? Ты с особым наслаждением имеешь мой мозг, я – твоё тело. Вроде всё по-честному.
Пытаюсь оттолкнуться или отодвинуться хоть на сантиметр, но он держит крепко, а его движения переполнены бесцеремонной резкостью, если не грубостью. Нежность? Трепетность? Нет, это точно не про Руслана.
Он как с катушек слетел. Никогда раньше такого не было. Не понимаю. И очень сильно сомневаюсь, что дело только лишь в алкоголе. Но тогда… что происходит?
– Отпусти, пожалуйста! Ты, как зверь, Руслан!
Его пальцы больно впиваются в мои волосы и тянут назад, заставляя запрокинуть голову и позволить мужу грубо прикоснуться жёсткими губами к моей шее.
– Ева. Если я ещё хоть раз узнаю, что к тебе ходит какой-то кобель, я за себя не ручаюсь, поняла меня? Соскучилась по мужской ласке – добро пожаловать в мою постель.
Да. Я уже несколько раз соглашалась на свидания с другим мужчиной. И надеялась, что мужу об этом ничего не известно. Но даже, если и так, это моя жизнь. Уговора о верности у нас не было. Да и вообще! Он сам подаёт не слишком-то хороший пример!
Мы ни разу не встречались с Артёмом на людях, да и, честно говоря, наши отношения ещё не успели перейти в горизонтальную плоскость. Поэтому любые претензии со стороны мужа по данному поводу будут крайне не обоснованы. Но я никогда не обещала, что моя постель будет оставаться пустой, в то время как он сам постоянно развлекается с другими женщинами.
– Предлагаешь мне доедать то, что оставят твои любовницы?!
– Да ты хотя бы это осиль, – одно его движение, и меня ведёт в сторону. Чувствую себя марионеткой.
– Перестань, Руслан! Больно же! Ты мне руку сломаешь!
Не сразу, но понимаю, что хватка мужских пальцев слабеет.
Вырываюсь и отпрыгиваю от него в сторону. В серых глазах мороз и лютый холод. Я даже вздрагиваю, настолько мне некомфортно находиться рядом.
– Только попробуй ещё хоть раз встретиться с Мартыновым, – сказал, словно ударил. Сам-то он полвечера прочирикал около своей барышни! А я должна загибаться от одиночества? – Его предвыборная компания пойдёт псу под хвост, обещаю. Угадай, кто останется виноватой?
– А как сам будешь отмываться от скандала?
– Ты думаешь, меня это беспокоит?
– Руслан, ты с ума сошёл?! Что за новые условия?! Ты ведь клялся мне, что я смогу жить так, как захочу!
– О вседозволенности и речи не было. Никогда.
– То есть… твоё имя неприкосновенно, а моё валять в грязи, значит, можно?!
– На наш брак ты согласилась добровольно. Я тебя за руку не тащил и силой ничего подписывать не заставлял. И, кроме того, я уже вложил в тебя неимоверно много. А в ближайшее время рассчитываю на дивиденды.
Я молча смотрю на него. И мне нечего ответить. Только теперь я начинаю осознавать, с каким зверем столкнулась.
Игру взглядов я проигрываю. И понимаю, что он не пьян. Он в бешенстве.
– Руслан. Ребёнок – это не игрушка. Я думаю, в этом вопросе стоит поинтересоваться и моим мнением. Я не готова сейчас, понимаешь?
– Ты думаешь, я буду долго ждать?
– Тебе ведь не нужен ребёнок, Руслан. О нём следует заботиться, нянькаться. Его любить нужно и ждать. А ты кого-нибудь, кроме себя, любишь? Тебе вообще хоть кто-нибудь нужен?
– Ева, мне удобнее не любить никого. И ни от кого не зависеть.
– У меня впереди ещё несколько месяцев учёбы. Я не собираюсь брать академ, это очень неудобно на последнем курсе, – совершенно не кривлю душой. На самом деле, мне, и правда, осталось доучиться немного, а потом меня ждёт преддипломная практика, экзамены, защита диплома и выпуск из вуза. – Или ты предлагаешь беременной нервничать перед экзаменами?
– Да разберёмся мы с твоей учёбой, это не такая проблема.
– Руслан! Я не хочу сейчас детей, ты что, не слышишь? С чего такая принципиальная позиция?
– Ева. Я очень советую тебе ограничить круг знакомств. Больше хождения к тебе Мартынова я терпеть не намерен. Ты – моя жена. И позорить свою фамилию я не позволю.
Он раздражённо одевается, первым делом вставляя каждую запонку на своё место. Заправляет края рубашки в брюки и застёгивает молнию. Поднимает воротник и надевает через голову галстук. Слегка затягивает.
Он опять едет к ней…
– Ты уезжаешь?
– Если ты считаешь, что я обязан перед тобой отчитываться, не вопрос. Но взамен от тебя потребую то же самое, – я тяжело сглатываю, молясь, чтобы он поскорее вышел прочь. – Уверена, что тебе нужен ответ?
– Нет, не нужен.
На своё поспешное замечание слышу безэмоциональное:
– Да, я уезжаю. У меня ещё дела, – ну конечно, дела в такое позднее время. – Кто-то же должен зарабатывать в нашей «семье».
И тут на всю гостиную раздаётся громкая мелодия его мобильника. Руслан стоит недалеко от меня. Я напрягаюсь и уже готова расслышать в трубке мягкий, зовущий женский голос, но…
– Да, Олег. Я только освободился… Да приеду я сейчас, приеду! Жену домой отвозил… Разве ж это долго? – и бросает на меня тяжёлый, прожигающий взгляд. – Она у меня молодая, красивая. Радуйся, что я на полночи не задержался…
Прикрываю глаза, сердце падает в пятки. И тут же раздаётся оглушительный хлопок. Это Руслан излишне эмоционально, с громким стуком закрыл за собой дверь.
Глава 3
С Русланом я познакомилась около года назад. Тогда моя жизнь была совсем другой. Наполненной смехом, радостью, свободой и уверенностью в завтрашнем дне.
Я уже точно не припомню, с чего именно началось дальнейшее бесконечное падение. Наверное, с позднего визита незнакомца в наш дом.
В тот день я немного задержалась у подруги, а папа этого, честно говоря, слишком уж не любил, поэтому я решила не обозначаться и прошмыгнуть к себе незамеченной. В конце концов, я давно уже написала ему сообщение, оповещая, что «скоро» буду. Даже удивительно, как это он меня не поторапливал.
Дом у нас большой, и спальня отца находится в другом крыле, поэтому я была уверена, что с папой не пересекусь. Даже странно, что он ещё не начал меня вызванивать и не встречал у порога с сердитым выражением лица. А я в такие моменты всегда лишь задорно улыбалась в ответ, напоминая, что я уже большая девочка.
Отцовский кабинет находился прямо около лестницы на второй этаж, поэтому, чтобы прошмыгнуть к себе, мне понадобилось пройти мимо него. Дверь странным образом оказалась чуть приоткрыта. Жёлтая полоска света падала на пол, особенно ярко выделяясь в царствующей полутьме.
От грубого, резкого мужского голоса по спине поползли мурашки, и я замерла на месте.
– И сколько вы ещё так протянете? Новые займы не помогут. Вы окажетесь в яме, Анатолий. Вместе с любимой дочерью. И довольно скоро. Подумайте… Я предлагаю очень и очень много.
– Руслан. Ты щенок без рода и племени. Обычная дворняга в мире породистых хищников. Я всё понимаю, ты зубами и упорством сколотил себе целое состояние, но…
Голос отца дерзко перебивает нетерпеливое возражение:
– Но такая дворняжка, как я, может, глазом не моргнув, решить проблемы одного уважаемого породистого королевского дога. А он, в свою очередь, несколько улучшить мою не самую завидную родословную, – глаза мои тогда округлились от услышанного.
Что?!
– Ты всегда наносишь удар в минуты слабости соперника?
– Анатолий, мы с вами не соперники. Даже наоборот. Со мной у вашей дочери будет всё, – это… это… как это?! – А у меня будут ваши возможности. Чем плохо-то? Каждый получит, что ему нужно.
– Руслан, деньги это ещё не всё.
– Именно поэтому ваш бизнес через пару месяцев растащат шакалы? Потому что деньги ничего не значат?
– Моя дочь не продаётся.
– По возрасту ей не подхожу? Или по статусу?
– Руслан, ты… ты слишком жёсткий для неё человек. Ваши ожидания от брака кардинально разняться. Она ещё маленькая девочка, которая верит в сказки. И думает, что жизнь – прекрасный, соблазнительный, сладкий кусочек, а не кусок вонючего дерьма, как известно тебе.
– Так слепите для неё сказку с моим участием. Иначе ваше банкротство это сделает за вас. Без всякой помощи и лишних иллюзий. И тогда я пальцем об палец не ударю.
– Я разберусь со своими проблемами сам…
Мой неожиданный вздох выдал меня с потрохами. Прятаться уже не имело смысла. Нужно было поскорее натянуть на лицо уверенное выражение и искоренить удивление полностью.
Вежливо постучав в дверь, я распахнула её и заглянула в кабинет.
Первым моему всё ещё ошарашенному взору предстал серьёзного вида посетитель. Высокий русоволосый мужчина. Мне очень даже нравится подобный типаж, но конкретно от него в тот момент захотелось отодвинуться подальше.
Прикрываю глаза, вновь погружаясь в лютый мороз давно ушедшего момента…
Суровое выражение лица. Сканирующий взгляд серых проницательных глаз. Брови сердито сведены над переносицей, а между ними глубокая вертикальная морщина. Подбородок уверенно выдвинут вперёд. Губы сведены в жёсткую линию. У меня мурашки бегут по спине от того, как внимательно и оценивающе он меня разглядывает. В то же мгновение моя собственная идея обнаружить себя кажется очень уж неудачной. Нужно было уходить сразу.
Держится он довольно своевольно и расслабленно. Проходит ещё секунда, и правую руку он прячет в карман брюк, а я зачарованно и с опаской вновь заглядываю в его тёмные глаза. Выглядит он… лет на сорок. Возможно, чуть младше. Стараюсь выдыхать спокойно, но у меня не получается. От волнения учащается пульс, и сердце стучит, как сумасшедшее. Рядом с этим человеком вдруг становится холодно.
– Добрый вечер, – с трудом разрываю наш зрительный контакт и перевожу неуверенный взгляд на отца. Стараюсь говорить как можно спокойнее. – Пап, я дома.
– Хорошо, дочка. Иди к себе, – раздаётся слишком поспешный ответ.
Но незнакомец тут же своевольно замечает:
– Даже не представите нас, Анатолий?
Я поражённо отмечаю, как отец резко вскидывается и как желваки играют на его лице, а плечи напрягаются ещё больше. Отвечает он довольно сухо, но вполне вежливо:
– Это моя дочь. Ева.
Незнакомец делает шаг в моём направлении.
– Ева, это Руслан Александрович, и он…
– И он так нагло напрашивается вашему отцу в партнёры, – бесцеремонно перебивает и заканчивает за отца мужчина.
– И как успехи? – молчать в ответ просто некрасиво, и я оживаю.
Неконтролируемо облизываю пересохшие губы и нервно откидываю с лица прядь тёмных волос в ожидании затянувшегося ответа.
– Пока неудачно.
Его взгляд прожигает меня насквозь. Опасность волнами исходит от этого человека. Я кожей чую, с ним лучше не связываться. На автомате опускаю взгляд на кисть его руки. Даже не знаю почему, но всегда обращаю внимание на мужские руки. Вижу крепкую ладонь с сильными пальцами и аккуратными квадратными ногтями. Отчего-то я точно уверена: эти ладони шершавые на ощупь.
Вновь поднимаю на незнакомца наигранно-безразличный взгляд.
– Не буду мешать. Всего доброго.
Дрожащими пальцами плотно закрываю за собой дверь, напряжённо выдыхаю и быстрыми шагами направляюсь к себе в комнату.
Почему он именно к нам приехал?
Той ночью я засыпала очень беспокойно, а утром следующего дня проснулась ни свет, ни заря. Бросила быстрый взгляд на циферблат на тонком запястье и вновь откинулась на подушки. Папа ещё точно не проснулся. У меня в тот день был выходной, но из глубин моей памяти не всплыло ещё ни одного субботнего утра, когда отец не ездил бы на работу. И чем раньше он уезжал, тем для него было лучше.
Я долго ещё лежала с закрытыми глазами: вчерашний разговор никак не выходил у меня из головы, а образ незнакомого мужчины всё ещё излучал опасные сигналы. Снова проснулась я от резкого шума и прямо-таки подскочила на постели. Набегу нацепив на себя домашние шорты, выбежала в коридор и заметила отца, уже натягивающего зимнюю куртку.
– Паааааап, – с разбегу впечаталась в крепкую грудь и обняла родителя за талию, прижавшись щекой. – Ты мне задолжал!
– Как, ещё и тебе?
– Так всё это – правда?!
– Что именно?
– Пап, ты же понимаешь, что я слышала часть разговора?
– Ева, говори конкретнее! К чему ты клонишь?
– У тебя проблемы на работе?
– У меня всё в порядке. Почти. Небольшие затруднения всегда бывают, Ева, это пустяки, – родитель быстро поцеловал меня в лоб и отвернулся.
Я подождала, пока он дойдёт до входной двери, обуется, и выстрелила в лоб ещё одним вопросом, весело уточнив:
– Тот мужчина действительно предлагал тебе помощь в обмен на меня?
– Да.
– И ты пожадничал? – спросила задорно, улыбнувшись от ступора в глазах отца. – Я думала, так давно уже никто не делает.
Но серьёзное родное лицо мигом развеяло мою радость и запал. Взаправду?
– Делают. И очень многие.
– Неужели? Каменный век какой-то. Что за мужчины до сих покупают себе жён? Небось те, у кого большие проблемы с личной жизнью.
– Как бы ни хотелось тебя разочаровывать, но всё в точности да наоборот.
– Пааааап… – отчего у него такое виноватое выражение лица? – Только не говори, что ты всерьёз задумался над его предложением!
Почувствовала, как отцовские руки притянули к себе крепко-крепко, прижав к самому сердцу, и как папа поцеловал меня в макушку. По телу пробежал липкий озноб. Он просто отмахнулся, сдержав правдивый ответ…
– Конечно, нет, родная. Конечно, нет. Жизнь с ним станет для тебя невыносимой мукой. Руслан из тех людей, с кем лучше не связываться.
– Папа… – уперлась ладошками ему в грудь и цепко впилась в его лицо обвиняющим взглядом. – У тебя, правда, серьёзные проблемы на работе. Зачем ты обманываешь?
– Ева, любая работа – это такое место, где проблемы обосновываются очень крепко. Так происходило всегда и везде. Приходится решать ряд вопросов, количество которых нарастает ежедневно. Это нормально, дочка. А тебе сегодня в институт к одиннадцати. Я помню. Так что давай каждый будет заниматься своим делом.
Глава 4
Прошло совсем немного времени, и я поняла, что слова отца были не совсем искренни.
Папа стал всё чаще закрываться в своём кабинете. Подолгу отсутствовал. Постоянно задерживался на работе и бывал на многочисленных встречах. С каждым днём уверенность в любимых глазах гасла больше и больше, а на лице его я периодически стала замечать затравленное выражение.
А потом… в один из дней… у него случился инсульт. Уже второй по счету, ставший для него летальным.
Папы не стало. А я осталась совсем одна. Мама погибла в автокатастрофе, когда я была ещё совсем маленькой. Поэтому я знала только отцовскую любовь и заботу. И ещё бабушки, которая оставила этот мир два года назад.
После похорон ещё около недели я ходила, словно в трансе. Глаза настолько опухли и покраснели от выплаканных эмоций, что я перестала узнавать своё лицо в зеркале. Почему так? Папа был не настолько стар… Те несколько дней, когда я одна ходила по огромному дому с занавешенными зеркалами, до сих пор отпечатались в моей душе болью и чёрными красками. А после… ещё где-то месяца через два … на меня свалилась жёсткая реальность.
Я впервые обратила внимание на счета за дом. Нужно было обслуживать автомобили. Оплачивать последний курс моего института. Нужно было платить охране и приходящему повару. Нужно было сделать столько всего… И на всё это требовались деньги.
А на фирме отца начался такой беспредел, что мне туда даже нос сунуть было страшно. Я попробовала разобраться. Хоть с чем-то. Понять, сколько денег в тот момент поступало отцу на счёт. Но когда узнала, пришла в ужас. Почти ничего. И в будущем мало что изменилось бы.
Ещё месяца два я пыталась вникнуть в дела отца и взять на себя управление компанией, хоть и мало что в этом понимала. Практически забросила учебу… но у меня ничего не выходило. Становилось всё только хуже. По бумагам и отчётам висело столько непогашенной задолженности, что я такие цифры и в глаза-то никогда не видела. Огромные деньги. Даже если продать весь наш автопарк и дом, этого бы не хватило рассчитаться с долгами. Видимо, отцу действительно было дешевле обанкротить фирму, чем разбираться с задолженностью. Отчего так получилось? Отец был очень грамотным управленцем, он своими руками построил всё с нуля.
В тот момент я чувствовала себя абсолютно никчёмной. Я не знала, что делать. На несчастные копейки, что у меня ещё оставались, я нанимала юристов и консультантов. Просила советов у друзей отца, но все лишь разводили руками. Я не понимала, в каком направлении действовать. И что мне ещё можно было продать, чтобы хоть как-то выкрутиться.
Потом я опустила руки. В конце концов, за долги фирмы расплачиваться жильём меня никто не заставит. Юристам я всё же заплатила не просто так. Повар и горничная мне оказались просто не нужны. Получилось, что мне вообще не нужно многое из прошлой, такой лёгкой, привычной и «свободной» жизни.
Прошла ещё пара месяцев. Долги копились, и я решила избавиться от ненавистного имущества, тянущего меня ко дну. Но… оказалось, что дом заложен уже довольно давно.
А потом я случайно увидела знакомое лицо на экране телевизора. Руслан Наумов. Я смотрела на него, и по спине бежал пробирающий холодок. Я вспоминала его глаза, исходящие от него волны опасности и сканирующий тёмно-серый взгляд.
И я тогда подумала… пусть я слабачка, да, пусть я отношусь к категории тех женщин, которым проще перекладывать свои проблемы на других, ну и что. Значит так и есть. Потому что каждый божий день вновь и вновь биться головой об стенку новых плодов не принесёт.
Раздобыть его личный номер для меня оказалось очень и очень сложным делом. Но я справилась.
До сих пор помню, как с замиранием сердца слушала длинные гудки, а когда он ответил, мой голос всё же дрогнул.
– Слушаю, – резкий, недовольный тон.
– Руслан Александрович? – глупый, конечно, вопрос, сама это знаю.
– Да, с утра ещё был, – никогда не понимала, к чему подобный ответ на простое, хоть и не самое удачное начало разговора.
– Это Ева Никольская, – я не знаю, как себя вести, если он скажет, что не помнит меня. Или того хуже – у его предложения истёк срок годности.
– Привет, Ева, – сказал таким задумчивым тоном, что сомнений не осталось. Господи! Он меня, и правда, не узнал!
– Вы меня, очевидно, не вспомнили…
– Ошибаешься.
Тяжёлое молчание. Неужели…?
– Я тебя очень хорошо запомнил. И я слышал об Анатолии. Сожалею твоей утрате.
Безуспешно стараюсь унять учащенное сердцебиение. И дрожь в голосе. Добавляю абсолютно наигранную уверенность и говорю чуть громче:
– Руслан Александрович. Я знаю, что вы приезжали к папе с очень необычным предложением.
Он не спешит с ответом, словно взвешивая свои слова.
Ну же, не молчи! Ну пожалуйста!
– Ева. Я приезжал. Но твой отец был непреклонен.
Пересохшими губами и дрожащими руками я сама захлопываю клетку, в которую вошла добровольно. Уже тоскуя по запаху собственной свободы.
– Если оно ещё в силе… Обсудим?
Наумов громко проворачивает ключ в замке от моего будущего вольера, коротко замечая:
– Обсудим.
Глава 5
Наша встреча состоялась на следующий день. Руслан забрал меня после учёбы и привёз в ресторан, выбрав столик подальше от посторонних глаз.
Внутри меня всё покрывалось инеем от его выжидательного взгляда, но отступать, уже было некуда.
– Руслан Александрович, я… – мужчина откинулся на спинку удобного диванчика и ухмыльнулся, весело перебив:
– Ева, я не настолько стар, как ты, очевидно, считаешь. Более фамильярное обращение ко мне будет вполне уместным.
Я до боли закусила нижнюю губу и неожиданно почувствовала чуть солоноватый привкус крови во рту.
Слишком уж нервничала. На самом деле, тот разговор давался мне крайне тяжело, а Наумов решил добить меня окончательно, уточнив:
– Каково твоё финансовое состояние на сегодняшний день?
– Очень и очень плачевное.
– Конкретнее.
Заглянула в его глаза, попытавшись рассмотреть там хоть что-то, но за внешней непроницаемостью ничего не было видно. И я уверенно произнесла:
– Дом заложен. Мне нужно как минимум оплатить учёбу в течение пары недель. Денег нет, и в ближайшее время поступлений не ожидается. Фирма в долгах. Я пробовала найти грамотного финансового консультанта, но все только разводят руками и говорят, что банкротство компании обойдётся мне дешевле.
Мужчина внимательно меня слушал, вновь сведя брови над переносицей.
– Сколько стоит учёба?
Прозвучал тихий ответ. Немало, а он как думал? Изнутри меня начала бить мелкая дрожь. Надеяться, что я чётко понимала, что именно делала и с кем конкретно договаривалась, не было смысла. Нет, не понимала.
– Пришлешь мне платёжку через пару дней. Я разберусь.
– Хорошо.
Я нервно шмыгнула носом и отвернулась, попытавшись подобрать правильные слова и без лишних эмоций продолжить разговор.
На стол передо мной поставили чашечку кофе, к которой я, однозначно, не притронулась бы.
Спрятала руки под столом, крепко сцепив их в «замок», поймав на себе пронзительный, оценивающий взгляд.
– Что конкретно ты предлагаешь, Руслан? – ну вот, я и произнесла самое главное.
Ответ не заставил себя долго ждать.
– Моё кольцо на твоём пальце. Моя фамилия в твоём паспорте. Заключаем брачный договор, где я обязуюсь взять на себя определённые траты за тебя, оказав тем самым финансовую поддержку. Я надеюсь, ты не готова поверить мне на слово?
До встречи с ним я уже ни во что не верила.
– Зачем тебе это нужно?
– Скажем так. Когда был жив твой отец, в этом было гораздо больше выгоды.
– А сейчас?
– Как я понимаю, тебе нужен правдивый ответ. Тогда слушай. Для меня купить себе достойную женщину для официальной вывески перед нужными людьми, заранее обозначив свои требования, намного проще, чем строить с нуля любые отношения, в которых я не могу быть уверен заранее. Мне нужна женщина из хорошей семьи. Такая, которая знает, как себя нужно вести. Которая росла в кругах, где мне сейчас приходится вертеться, и за которой будет тянуться шлейф светского лоска. Приятная внешность только плюс. Меня устраивает, как ты выглядишь. Я понимаю, что в тебя нужно вложиться финансово, но меня это не пугает. Я готов.
Вот так открыто и честно заявить мне прямо в лицо, что я всего лишь выгодная покупка, подходящая под его критерии… это нужно ещё суметь. Мне и так неприятно, но Руслан на достигнутом не останавливается. Он продолжает спокойно рассуждать и дальше:
– А ещё мне нужны связи твоего отца. Очень нужны. Мне останется лишь достойно закрепить их. Будь уверена, я знаю, как правильно распорядиться твоим именем.
– Почему именной моим?
– В вашей семье давно началась чёрная полоса, – он смотрел равнодушно. И никакого, даже самого малого мужского интереса во взгляде не было, лишь спокойно сканировал глазами. – С такими людьми всегда проще договориться.
Опустила взгляд на свои пальцы, уже с полминуты теребившие бумажную салфетку. Мне тогда, вопреки здравому смыслу, хотелось услышать другой ответ. Что я привлекала его по каким-то иным причинам, кроме финансовых. Как женщина, например…
Смирившись с незавидным положением дел, смело заглянула в его тёмные глаза, твёрдо уточнив:
– Сколько продлится наш брак?
– Сколько продлится? Ева, это бессрочное предложение. Думай, нужно тебе всё это или нет. Развод для меня неприемлем.
Что?! Он серьёзно? Очевидно, у меня тогда был такой ошарашенный вид, что лицо Руслана расплылось в улыбке.
– Почему?
– Предпочитаю долгосрочные инвестиции. Ты ведь не считаешь, что я готов вложить так много, а в итоге остаться не у дел? Кроме того, как и любому мужчине, мне нужен ребёнок. Законный наследник. Так о каком разводе ты спрашиваешь?
Разве у меня был какой-то выход? Да, наверное, был. Как частенько говорил папа, выход всегда есть. Но я нашла лишь этот.
– А если ты сам потом передумаешь? Мне нельзя, а тебе – можно?
– Хорошо. Обозначим этот момент в договоре. Сторона-инициатор развода обязана выплатить определённую денежную компенсацию второму супругу. Надеюсь, ты понимаешь, что для тебя эта сумма будет неподъёмной?
Вот так просто он только что выбросил ключи от замка на моей клетке…
– То есть, ты меня не отпустишь.
– Ева, тебя и сейчас совсем никто не держит.
– Я не понимаю. Как… Как ты вообще всё это видишь?
– Подготовку к свадьбе возьмешь на себя. Позже ты переедешь ко мне. И будешь жить, как раньше. Только с мужем. Возьмёшь на себя обычные женские обязанности.
– А отношения между мужем и женой? Мы ведь чужие друг другу люди.
– Ты думаешь, я обделён женским вниманием?
– И моё тебе совсем не нужно?
– Ева, не задавай глупых вопросов. Или ты не знаешь, откуда дети берутся? – нормально так… внимание не нужно, но детей подавай!
Но вслух я уточню другое:
– Когда состоится свадьба?
– Месяца через два будет нормально. Думаю, этого времени тебе хватит подготовиться.
Он бросает торопливый взгляд на наручные часы и кладёт локти на стол.
– У меня ещё есть минут пятнадцать. Может, ты всё же перекусишь?
– Спасибо, я не голодна. И я, пожалуй, сейчас поеду. Скажи только, дом так и будет в залоге?
– Нет, разумеется.
– Это очень дорого тебе обойдётся. Мы сможем закрепить в договоре и этот пункт?
– Мы сможем закрепить в договоре любые пункты.
– А долги фирмы отца?
– Ева, это непростой вопрос. Мне нужно самому разобраться, насколько там всё плачевно. Лить деньги через сито я не привык. И если от этого не будет толка, то я вкладываться не стану.
– Я поняла.
Он попросил счёт, который ему принесли тотчас же.
Расплатившись, Руслан встал и одним резким движением поправил пиджак.
– В таком случае я возвращаюсь в офис, а ты вызови такси, – и, торопливо положив на стол несколько крупных купюр, придвинул их ближе ко мне.
Выйдя из-за стола, с нажимом заметил:
– Отныне будь со мной на связи, пожалуйста.
Ответ тогда дался мне неимоверно тяжело.
– Как скажешь.
Я смотрела ему вслед, пытаясь понять, что за человек мой будущий муж.
Все в финансовом мире до сих пор относятся к нему с опаской, в большинстве случаев избегая вступать с Русланом в открытую конфронтацию.
Наша свадьба состоялась два месяца назад. Мне обзавидовались все «подружки». И только одна, Рита, самая близкая, порадовалась искренне.
Даже и вспоминать не хочется тот солнечный день. Настоящий праздник, о котором так громко трубили в прессе.
А я с трудом натягивала на лицо милую улыбку и держала под руку своего мужа, совершенно постороннего человека, то и дело поглядывавшего на часы во время брачной церемонии.
Когда вся это свистопляска с безмерным количеством гостей, морем шампанского, огромным тортом и потрясающим фейерверком закончилась, он стал… собираться.
– Уезжаешь?
– Да.
– Куда?
– Ева. Я никогда не отчитываюсь в своих действиях.
– Сегодня, вроде как, наша первая брачная ночь…
– Если ты вдруг передумала и решила пригласить меня в свою постель, говори без намёков.
Я ошалело покачала головой, твёрдо заявив:
– Спокойной ночи. Я устала, – да, вот такая простая и глупая отмазка, и, кроме того, мы и сейчас спим с ним в разных комнатах.
Пересекаемся не так уж и часто: то мужа нет дома, то я отсутствую. Руслан чаще всего сразу поднимается наверх с подземной парковки. Я же захожу через парадный вход.
Да, возможно, моё решение было не самым правильным, но выбор уже сделан. И мне теперь с ним жить.
Глава 6
Суббота. Наконец-то. Долгожданный и желанный выходной. И кого волнует, что я просто прогуливаю сегодня пары?
Настроение зашкаливает. С того злополучного приёма, когда Руслан высказался о несостоявшемся любовнике, прошло уже несколько дней, а мы с мужем общались всего лишь пару раз. Не это ли удача? Улыбаюсь своим мыслям.
По субботам Руслан предпочитает выспаться, а я этот момент взяла себе на заметку и теперь стараюсь улизнуть из дома пораньше. Так и сегодня. С Ритой мы ещё вчера договорились встретиться и развеяться. К счастью, «благоверный» всегда выдаёт мне небольшие суммы на карманные расходы. Поэтому, даже не завтракая, я уверенным шагом направляюсь в коридор и, проходя мимо журнального столика, совершенно случайно задеваю небрежно брошенные сверху журналы. Часть макулатуры летит на пол, и я наклоняюсь, чтобы поднять бизнес-сводки и положить их на место. Выпрямляюсь, небрежным движением руки кладу всё в одну кучу на стол, и тут за моей спиной раздаётся насмешливый, протяжный голос:
– Доброе утро.
Резко оборачиваюсь и сталкиваюсь с взглядом чуть прищуренных глаз.
– Доброе. Я думала, ты ещё спишь.
– С чего бы?
– Ты обычно предпочитаешь отсыпаться по субботам.
– Именно по этой причине стараешься сбежать пораньше?
Руслан уже «при параде», но он не двигается с места, лишь скрещивает руки на груди. Ответить на прозвучавшее замечание мне нечего, поэтому я просто стою и молча жду, пока он уйдёт. Хоть куда-нибудь.
– Рад, что ты так хорошо успела изучить мои привычки.
Опасливо отступаю на шаг назад, стараясь отодвинуться от мужчины подальше. Потому что он очень странно на меня смотрит, медленно оглядывая с головы до ног, нарушая моё душевное спокойствие и разбивая вдребезги умиротворённую безмятежность. Отчего в его взгляде столько осуждения? Что я опять сделала не так? Журналы уронила?
– Куда-то собралась? – ого, с чего вдруг такой бешеный интерес?
Стараясь поскорее взять себя в руки и придать своему голосу хоть капельку бодрости и веселья, я натягиваю на лицо вежливую улыбку и отвечаю:
– Да. Мы с Ритой договорились встретиться.
– Чем будете заниматься?
– Ничего необычного. Встретимся в кафе. Перекусим. Погуляем или прошвырнёмся по магазинам, а вечером сходим в кино. Так что я могу быть недоступна после восьми вечера, не теряй меня.
– Хорошо. Собирайся, я подвезу тебя. Только быстро. У меня скоро встреча.
– Ой, нет! Не надо! – прикусываю язык, понимая, что возражаю слишком уж эмоционально, и дальше стараюсь говорить поспокойнее. – Меня такси уже ждёт. Зачем тебе терять время…
– Ева, отпусти машину. Я тебя сам подкину.
И ошарашивает меня окончательно. Ну ладно, если ему этого хочется, пожалуйста, мне не жалко.
– Хорошо. Раз ты так уверен, что не опоздаешь…
Быстро отзываю машину в приложении, как слышу строгое и нетерпеливое:
– Иди, одевайся.
Этими словами он окончательно вводит меня в ступор. Я бросаю в зеркало удивлённый взгляд и недоумённо окидываю себя с головы до ног. Белоснежная свободная рубашка выглядит вполне себе даже скромно. Солнцезащитные очки. Джинсовые шорты. Даже сумку успела на плечо одеть. Неужели не видно, что это не домашняя одежда?!
– Руслан. Я уже готова. Мы можем ехать, – и для пущей убедительности указываю рукой на дверь.
Муж вновь окидывает моё тело хищным взглядом и останавливается в районе пояса. Вот тут до меня начинает доходить. Шорты не просто короткие, а очень короткие. Это моя любовь. Как раз такие, когда половина ягодицы открыта. И пока я поднимала журналы, мужчина успел оценить всю их прелесть. А что? Могу себе позволить, между прочим!
– Ты вот так собралась выходить?
– А что такого-то?!
– Что такого? Ты теперь замужняя женщина. И мне бы очень не хотелось видеть тебя в подобного рода вещах. В таком виде дома будешь ходить.
– Я не пойму. Что конкретно тебя не устраивает?
В его глазах появляется опасный хищный блеск, и я отодвигаюсь ещё на шаг назад. Но Руслан, очевидно, этого даже не замечает. Он одним прыжком сокращает разделяющее нас расстояние и, положив руки в район моей поясницы, уверенно притягивает к себе. Его ладони неумолимо скользят вниз и уже нагло ласкают бёдра сильными, хозяйскими движениями. Он крепко сжимает пальцы на нежной коже, привлекает к себе всё плотнее. А я с ужасом осознаю, что оказываюсь прижата к каменной эрекции.
– Меня не устраивает, что каждый, кто на тебя посмотрит, мысленно будет делать вот так, – мои глаза расширяются от неверия, и я уже чувствую его губы на своей шее, а потом и зубы…
Пытаюсь увернуться, но мужчина уже прижал меня вплотную к стене и пробрался пальцами под шорты, дерзко сжимая ягодицы.
Его дыхание учащается, а прикосновения становятся властными. Он налегает на меня весом собственного тела, и от его близости меня начинает штормить.
– Ты же говорил, что у тебя нет времени!
– Я только что пересмотрел своё расписание.
Он чуть приподнимает меня в воздух, придерживая за попу, и заставляет закинуть мои ноги на свою талию. А я с силой упираюсь ладонями в крепкую грудь, реагируя довольно эмоционально:
– Руслан, нам пора ехать!
– Ничего, дела подождут…
Он несёт меня на диван и довольно неаккуратно кладёт на спину, раздвигая мои ноги и тут же наваливаясь сверху, а я уже ощущаю на себе тяжесть его тела.
– Ты очень красивая девушка, Ева, – едва касаясь, словно ждёт от меня какой-то реакции, шепчет мне в губы. А может, просто изучает, проводит языком по контуру…
Дышать становится сложно. Я пытаюсь выставить вперёд руки и немного оттолкнуть его ладонями, чтобы свободно вздохнуть, но (вот же чёрт!) ничего не получается.
– Руслан!
– Ты моя жена. И я тебя хочу.
Большим пальцем он пробирается под трусики и грубо проникает внутрь, заставляя меня дёрнуться ему навстречу. Несильно кусает грудь сквозь одежду, зубами прихватывает белоснежную ткань и тянет вниз, немного оголяя плечо. Понимаю, что отбиться не смогу, я не в том положении. Пересохшими от частых вздохов губами, я тихо прошу мужа:
– Можно хотя бы с защитой? – он словно не слышит меня, и я вновь зову его, – Руслан, пожалуйста.
– Мы оба проверились, необходимости в ней нет, – отнимает руку от половых губ, ведет ею вверх, касаясь большим пальцем моего рта, и скользит внутрь, заставляя почувствовать мой собственный вкус. – Расстегни блузку, – его голосом можно резать металл.
Прикрываю глаза, не в силах смотреть на него, и делаю так, как он велит: посасываю его палец и расстёгиваю весь ряд пуговиц.
Руслан плавно ведёт подушечкой по моим губам, чуть отстранившись, хватает мои запястья и заводит за голову, надёжно удерживая крепкой хваткой. Затем чуть приспускает вниз бюстгалтер.
Его жёсткие губы касаются соска, а зубы тут же до приглушённой боли прикусывают затвердевшую вершину, заставляя меня с тихим вскриком мгновенно податься вперёд и выгнуться навстречу острым ласкам. От жаркого мужского дыхания бегут мурашки по спине, отдаваясь тысячами острых иголочек в районе поясницы. Один сдавленный выдох, и Руслан припадает ко второму соску. Настойчиво поглаживая живот, он плавно скользит рукой вниз, расстёгивая пуговицу и шурша молнией, резким движением чуть приспускает с меня шорты вместе с бельём, закидывая мои ноги себе на плечо.
Он даже не стал полностью снимать с меня одежду. Он сам даже не стал раздеваться…
А я закусываю нижнюю губу от дикой обиды на него. Неужели нельзя как-то иначе? Он, конечно, всё понимает, видит и чувствует, он знает, как заставить моё тело подчиниться его воле. Ясно ведь, что я тоже его хочу, но к такой грубости и пошлой откровенности я не привыкла…
Руслан упирается в лоно напряжённой головкой и твёрдо произносит:
– Ева, я предупреждаю. Если ты собираешься сбежать к Мартынову, то тебе лучше будет остаться дома, – подаюсь бёдрами вперёд. Один резкий толчок, и супруг уже внутри меня, дарит ощущение желанной наполненности.
Он ускоряет темп резко, дико, просто до безумия. Запах Руслана дурманит меня, а тяжесть его тела отключает все посторонние мысли, оставляя лишь единственную возможность – чувствовать мужской голод.
Муж ощутимо впивается пальцами в мои бедра, крепко придерживая. Его сбивчивое дыхание слышно в общей тишине вместе с влажными шлепками наших тел. Толчки становятся всё яростнее и суровее, порождая сладкую боль на грани с острым удовольствием. Еще секунда такого животного напора, и экстаз укрывает меня с головой, заставляя интимные мышцы неконтролируемо сжиматься, разливая волны тепла сначала внизу живота, а потом и по всему телу.
До Руслана никогда раньше я не доходила до пика. Ни разу.
Муж позволяет себе ещё два острых движения и резко отстраняется, хватая меня за голову и настойчиво притягивая за затылок.
– Иди ко мне! – моё лицо оказывается в сантиметре от его члена. Руслан хватает меня рукой за подбородок, ощутимо надавливая, заставляя раскрыть рот и принять его. Секунда, я уже чувствую лёгкую вязкость тёплых потоков и чуть солоноватый вкус мужской страсти.
Супруг отстраняется, быстро целует меня в макушку, стараясь отдышаться. И произносит:
– Я поменяю брюки – испачкался. И отвезу тебя к подруге. Ты тоже переоденься, пожалуйста.
Глава 7
Руслан везёт меня к Рите, как и обещал. В машине висит тягостное молчание.
Вкус спермы всё ещё чувствуется во рту, сколько бы раз я его не ополаскивала. На душе горько. Я не против оральных ласк в принципе. Я просто хочу, чтобы это происходило по моему собственному желанию, когда мужчина хотя бы изначально меня привлекает. А не просто использует своё мастерство в постели, заставляя безоговорочно подчиняться его воле.
Неприятно так, что слёзы на глаза наворачиваются. И пусть он физически не сделал ничего из того, что особо бы мне не понравилось, но я всё равно чувствую себя использованной и потрёпанной.
– Я не пойму, что не так? – врывается в мои мысли чуть грубоватый голос.
– Скажи, я совсем не заслужила твоей ласки, да? Ты никогда не бываешь нежен со своими женщинами?
– Ева, постель – это то место, где обоим следует быть раскованными в своих желаниях. Я не сделал ничего из того, что тебе не понравилось бы.
Потрясающе! Он ещё и мысли умеет читать!
– И, тем не менее, мне неприятно, Руслан.
– Мне тоже многое неприятно.
– То есть длина моей одежды – это достаточный повод набрасываться на меня, словно зверю, и подчинять своей воле?
И тут он обрушивает на меня шквал своей эмоциональной мощи:
– Ты вечером опять собралась увидеться с Мартыновым! Не смей меня обманывать!
От волнения закрываю рот дрожащими пальцами и отворачиваюсь к окну.
Ну как так-то, а?!
Откуда он узнал? Ведь мы с Артёмом даже не созванивались. Но мне не пришлось озвучивать свой вопрос.
– Телефон от мужа прячь подальше, когда с любовником переписываешься.
Значит, это такое наказание? Замечательно.
Он знал, что у меня назначена встреча на восемь вечера, а моё прозрачное «могу быть не на связи» окончательно выбесило его.
Но я не обязана ничего объяснять! Ничего абсолютно, потому что он ведёт себя намного хуже, чем я! И, тем не менее, я произношу:
– Я ни разу с ним не спала. И просто хотела порвать по-человечески. А не по телефону.
С трудом выравнивая дыхание, искоса наблюдаю за мужской реакцией.
Руслан оглядывает меня недоверчивым взглядом и отворачивается. Правильно, пусть лучше на дорогу смотрит.
– А ты? – не удерживаюсь от сарказма, впиваясь в лицо мужа раскалёнными импровизированными клинками.
– Что? – не понимая, он переспрашивает.
– Сегодня к Марине поедешь? Или проголодаешься только завтра?
Но он даже не собирается отвечать мне, так легко пропуская мимо ушей всё, что его совсем не заботит. Кто бы сомневался…
– Как только нагуляешься с подружкой, – с нажимом на последнее слово произносит супруг, – позвонишь мне. Я лично вызову тебе такси. Узнаю, что встречалась с Мартыновым – пеняй на себя.
Его ладонь неожиданно накрывает мою ногу, и я чувствую суровую хватку сильных мужских пальцев.
– Не дай бог, ты позволишь другому хоть что-то…
Глава 8
Отношения с Русланом не клеятся совсем. Я, вообще-то, не претендую на искреннюю привязанность и сильные чувства, но постоянное холодное отчуждение и общение сквозь зубы очень на меня давят.
Да, я, возможно, слишком наивно отнеслась к ситуации, но я, и правда, думала, что ему абсолютно параллельно, где я, с кем, чем занимаюсь и когда возвращаюсь. А теперь вот настал момент расплаты.
С Артёмом мы познакомились случайно. На одном из приёмов. Нет-нет, я совершенно не искала развлечений и приключений на всем известное место. Разговор завязался сам по себе, а потом мы с Артёмом ещё разок «случайно» пересеклись неподалёку от моего института. Как позже выяснилось, это была продуманная встреча с его стороны.
Он сразу вскрыл передо мной карты, обнажив весь расклад. Я ему понравилась, но в тот момент его репутация была намного важнее личных привязанностей. Он разумно предположил, что наш с Русланом брак относится к разряду «по расчёту», и откровенно признался, что сталкиваться с моим мужем сейчас для него крайне опасно. Если бы не предвыборная кампания, он мог бы вести себя более неосмотрительно. Сейчас же – такой возможности у него нет. И он настойчиво продолжал искать встречи со мной, делая это неизменно.
Было что-то сладко-запретное в том, чтобы прятать телефон и всегда класть его экраном вниз, отключать звук вечерами и разговаривать по ночам, опасливо озираясь на дверь своей одинокой спальни. Я сама не поняла, как Артём уговорил меня встретиться. Не раз и не два. Меня удивляло то упорство, которое в этой ситуации проявлял мужчина. А завоевало то, что он открыто смог признаться в своей слабости.
Он ничего от меня не требовал, но смотрел так, словно и сам поражён своим эмоциям и поведению. Мои губы горели от его редких, жадных поцелуев и нежных ласк. Как я ни старалась, не могла не сравнивать их с тем ледяным прикосновением, которого меня удостоил Руслан в день бракосочетания. Собственный муж долгое время смотрел на меня, как на пустое место, и, очевидно, какая-то часть меня нуждалась в опровержении собственной женской непривлекательности.
Как бы там ни было, это оказалось не просто плохой идеей. А очень и очень скверной.
Второй наш с мужем секс добил и без того непростую ситуацию.
Я решила, что попробовать установить контакт и наладить нормальные отношения вполне возможно. И, как и привыкла, отыскала для этого самый простой способ. Постель.
И я пришла сама. Но моя реакция на суровые, несдержанные, жёсткие, пошлые и слишком откровенные для меня мужские ласки в ту же ночь и отвернули от меня Руслана окончательно.
Я пыталась расслабиться и просто принять тот факт, что должна позволить мужу (практически постороннему, кстати говоря, человеку!) всё, к чему он привык в отношениях с женщинами. Но то, чего хотел Руслан, для меня оказалось совершенно неприемлемым.
Всё же я ждала от него ответного шага навстречу, хоть какой-то нежности, ну хоть чего-то трепетного и ласкового, такого, что обычно происходит между близкими людьми, а не жёсткого, животного, галимого секса, но… не дождалась. Физическую разрядку я получила и во второй раз, душа же моя при этом плакала. Мне отчего-то было очень стыдно. У меня были мужчины до Руслана, не скрою. Вот только достаточного сексуального опыта я не успела набраться.
После той ночи супруг уехал на два дня, оставив меня одну наедине с не самыми приятными для женщины эмоциями. И после, задыхаясь одиночеством в своей спальне, я написала Артёму последнее сообщение и удалила его номер:
«Руслан узнал о нас. Извини. Встреч больше не будет».
Потому что если этого не сделать, хуже будет не мне.
Возражений не последовало.
После неудачи я оставила попытки сблизиться с мужем. Он с самого начала дал мне понять, что я не особо-то его и интересую. Дома он стал ночевать не слишком часто.
Каждый раз, когда он переводил деньги на мою карту, мне хотелось обмыть руки. Но каждый раз я принимала месячное содержание как должное. А затем просто смирилась с семейными обстоятельствами. Разве я обязана биться головой об стенку? Ради чего?
И я решила всё же позаботиться о том, чтобы у меня был свой собственный, личный заработок. Прекрасная идея, особенно, учитывая тот факт, что я абсолютно ничего не умею делать и обладаю лишь теоритическими знаниями.
Я решила ещё раз попробовать разобраться с фирмой отца. Сделать хоть что-то, чтобы, если не поднять её с колен, то хотя бы подарить ей новую жизнь. Возможно, дополнительные источники дохода, новые направления деятельности или что-то ещё.
Руслан изначально не стал вкладываться финансово и закрыл лишь часть долгов, чтобы спасти фирму от немедленного банкротства, подарив бессменному заместителю отца драгоценное время. При этом супруг лично проследил, чтобы сократили штат и урезали расходы.
А сейчас, предпринимая новые шаги, я опять должна ползти к мужу на коленях. И я… поползу.
Застать Руслана дома в последние дни стало для меня непосильной задачей. Дозвониться всегда получалось. Но ответ каждый раз был практически одинаков:
– Если у тебя ничего срочного, то я перезвоню. У меня совещание.
Ну да, конечно, мои дела ведь могут и подождать.
Столько раз мне хотелось плюнуть на всё и просто настрочить ему обличительное смс, но каждый раз я одёргивала себя. Смысл унижаться? Ему всё равно фиолетово.
Еду с «работы». В сумке увесистая папка с отчётностью и длинный перечень задолженности и источников доходов за последние три года. Чтобы изучить и разобраться в этих документах, мне потребуется целая вечность, это точно!
Прохожу в гостиную и не верю своему счастью. Руслан дома. Он, кажется, в своём кабинете. Пусть делает, что хочет, но он выделит мне немного времени.
Быстрым движением скидываю с себя сумку и кладу её на диван. Ускоряю шаг и подхожу к двери кабинета. Поднимаю руку и сжимая ладонь в кулак, громко стучу. И слышу чуть приглушённый ответ:
– Даа!
Спешно прохожу и замираю, наслаждаясь «великолепной» картиной. За столом сидит Руслан. Напротив – Олег, его друг. На столе между ними стоит литровая бутылка уже откупоренного алкоголя. Два бокала, на четверть наполненные светлой жидкостью. Рядом упаковка сигар и гильотина. Муж трезв, как стекло. Они, очевидно, только начали. Я как раз вовремя.
– Доброго вечера. Руслан. Можно тебя на две минуты? – начинаю мирно, силясь сдержать свои эмоции.
– Я занят. Неужели не видно? – ну да, очень, конечно, заметно.
– Нарезочку принести? А то и закусить-то нечем… – сарказм моих слов «однозначно» попал в цель.
– Буду признателен…
Возможно, я бы сейчас и не нарывалась, но когда я в следующий раз снова его застану?
– Пожалуйста, – произношу с нажимом, впиваясь ногтями в чувствительные запястья за спиной, готовая настаивать на своём до последнего. – Мне нужно с тобой поговорить. Это очень важно.
– Ева. Давай чуть позже?
– А давай сейчас, пока ты ещё не набрался. И наедине.
– Некогда мне. Потом, – и одним движением опрокидывает в себя янтарное содержимое бокала.
– Руслан! Тебя никогда нет дома! – не выдерживаю и повышаю голос, и меня совсем не заботит тот факт, что нашу семейную размолвку видит посторонний человек, потому что надо хоть как-то достучаться. – Ты никогда не можешь уделить мне внимание даже по телефону! Тебя невозможно выцепить! Удели мне всего минуту хотя бы сейчас! Неужели я так много у тебя прошу?!
Олег внезапно вскакивает с места и под предлогом необходимости важного звонка идёт к двери. Всё равно, услышит он или нет, но мне нельзя терять ни секунды. С Руслана станется, он меня собственноручно из кабинета вышвырнет, если только захочет.
– Руслан, – он, даже не поворачиваясь в мою сторону, берёт в руки сигару, любовно проводит по ней подушечкой пальца (чтоб он меня так трогал!) и подносит к носу, вдыхая запах табака. Ловким движением отрезает кончик. – Я хочу поднять дело отца.
Тут муж всё же обращает на меня внимание, а не только отмахивается.
– А я тут причём?
– Ты ведь ещё перед свадьбой обещал помочь.
– Я обещал взять на себя содержание. Твоё и некоторого твоего имущества. А платить по всем отцовским обязательствам я не обещал. И не смотри на меня так. Я не говорил, что попытаюсь помешать фирме Анатолия гнить и разлагаться дальше. И я слово своё сдержал, – с этой фразой он морщит лоб, хмуря брови, и сощуривает глаза, буравя меня тяжёлым взглядом, чуть подаваясь вперёд. – А ты, Ева?
Я без него не смогу. Я пыталась за это время сделать многое. Разобраться с текущим положением дел. Понять причину. Найти новых партнёров. Снова общалась с друзьями отца… Всё без толку. У меня нет идей, какие конкретно шаги необходимо предпринимать. И финансовой возможности тоже нет. Зато есть желание. И время я обязательно найду. Я вообще готова, на что угодно.
– Ты ведь тоже впоследствии можешь получать часть дивидендов. Помоги, Руслан.
– Нет. Это плохая идея. Мне это слишком дорого обойдётся. Как и ты сама.
– А я хочу попробовать. Ты хотя бы просто порекомендуй мне грамотного человека. Того, кто разбирается…
– Ева. Твоё место не на фирме. А в моей постели. Или у коляски нашего будущего ребёнка. Не забывай. Я согласился подождать окончания твоей учебы. Дальше никакие отговорки действовать не будут.
Эти слова захлестывают меня грубой, яростной волной. Эмоции застилают рассудок, и я начинаю кричать.
– А в чьей постели твоё место, Руслан?! В чьей, если моя пустует, пока ты развлекаешься на стороне?! И с какой стати ты запрещаешь мне работать?!
Тут звонит его телефон, и муж, словно это в норме вещей, отвечает игривым голосом:
– Что так поздно? Вернулась, наконец?
Я зверею просто на глазах. Выхватываю из его рук телефон, отбиваю вызов и швыряю мобильник на диван, стоящий недалеко от стола. Я кричу так, что меня, наверное, слышит весь дом. Ничего не могу с собой поделать. Да, знаю, нужно держать себя в руках, но моё терпение заканчивается. Это какое-то издевательство!
– Руслан, ты ведёшь себя недопустимо! Ты меня вообще ни во что не ставишь! Неужели я не заслужила ни капли твоего уважения?
– Уважения? За то, что ты периодически бегала к другому мужику? Или за то, что ты крепко зажмуриваешь глаза и смыкаешь губы, когда я до тебя дотрагиваюсь?! Ты думаешь, я слепой?! Ты думаешь, я идиот?! Считаешь, я ничего этого не замечаю? Зато сама только и делаешь, что просишь – Руслан то! Руслан это! А я не заслужил хоть капли твоего уважения, чтобы не прослыть посмешищем и рогоносцем?! Или я, по-твоему, должен от радости прыгать, зная, что собственную жену от меня воротит, что я рожей не вышел, а, Ева?!
Я захлебываюсь от возмущения. Его обвинения считаю беспочвенными. Когда я что у него просила?! Экзамены опять припоминает?!
– Если бы ты находил время хотя бы ночевать со мной! Так, как другие мужья! И вообще! Ты считаешь нормальным при мне отвечать на звонок любовницы?!
– Ты сама пришла ко мне, когда тонула в отцовских долгах. И о моих условиях знала. Я не собираюсь за тобой бегать, что-то объяснять или слушать твой бред и дальше.
– Не собираешься, да?! Ты сам мне поставил эти условия! Ты не просил корчиться под тобой в экстазе, выполняя в постели все твои прихоти, сказав, что и без меня у тебя всё прекрасно! Ты сам регулярно ходишь налево! Какое моральное право ты имеешь упрекать меня в общении с другими мужчинами?! Я не предмет мебели, на который иногда очень удобно опираться или класть ноги, когда больше не на кого!
Руслан в одно мгновение берёт себя в руки и, на этот раз, очень тихо и спокойно ставит жирную точку ровным, скучающим тоном.
– Вопрос закрыт. Я занят. Выйди, пожалуйста.
Чувствую себя бессильной и безумно одинокой, аж выть хочется. И, кажется, от меня отвернулись почти все. Даже те друзья отца, которые раньше мне чрезвычайно сочувствовали и пытались помочь советом. У меня даже настоящих, близких подруг нет, кроме Ритки. Одни сплошные завистливые лица и размышления на тему: «Ой, Ева. Как же тебе повезло с Русланом! Он тааакой…!»
Повезло, не то слово! Нравится — забирайте, ради бога!
– Извини за беспокойство, – произношу сухо, встречаясь его отрешённым взглядом.
Отворачиваюсь от мужа и медленно, не торопясь приближаюсь к двери. Выхожу из кабинета, не в