Раздвоение соседки

Глава 1. Как максимально опозориться при первой встрече

Посвящается Саше и Альбине, бывшим соседям))

Я почти превратилась в огромное ухо, стремящееся просочиться сквозь замочную скважину на лестничную клетку, где происходили в высшей степени интересные события. Приоткрыть дверь, чтобы лучше слышать, я не могла – вдруг он заметит. Вот было бы позорище, если бы мой новый сосед узнал, что я подслушиваю! Он и так думает обо мне черт знает что. Как минимум, что я странная. Да нет, не надо преуменьшать – он считает меня местной сумасшедшей. И при этом редкостным страшилищем, неряхой и обжорой. Такой я себя показала в последние две недели.

Лифт открылся, сосед и его друг вышли, продолжая что-то обсуждать. Хорошо, что у друга голос зычный, как тромбон. А вот сосед говорит тихо, я почти ничего не могу разобрать. Очень жаль…

Вы можете спросить, как я оказалась у двери в самый подходящий момент. Это очень просто объяснить. Я увидела в окно подъехавшее такси, из которого вышел мой новый сосед в сопровождении друга. Можно подумать, что я только и делаю, что целыми днями торчу у окна, высматривая того, кто заставил меня совсем потерять голову. Конечно, нет! У меня полно своих дел, я живу насыщенной и полноценной жизнью… Ладно! Да, я торчу у окна почти целый день. Но только сегодня. Потому что сегодня выходной, и у меня есть для этого время.

Вчера к моему сногсшибательному соседу приехал друг, и они всю ночь праздновали. Откуда я это знаю? Стены в нашем новом доме не такие уж толстые, а, главное, часть праздника проходила на балконе, а там вообще не стены, а перегородки. Они выпивали, слушали тяжелый рок, громко вспоминали былые приключения, а в завершение мероприятия стали орать песни под гитару.

Я не стучала в стенку. Я слушала. У него завораживающий голос, но совсем нет слуха… Нет, серьезно! Как можно промахиваться мимо каждой ноты?

Видимо, вчера он перенапряг связки, потому что сегодня говорит еле слышно.

– Ну ты и лопух, Гога. – вещал друг соседа. – И я вместе с тобой! Зачем ты включил заднюю? Они же готовы были поехать с нами!

Гога? Его зовут Гога? Немного странное имя. Но мне, пожалуй, нравится. В нем мне нравится абсолютно все…

Сосед что-то пробурчал в ответ, хлопая себя по карманам в поисках ключа.

– О, ну да, конечно, не в твоем вкусе! Знаю я твой извращенный вкус. Тебе всегда нравились высокие худые стервы. Как та… как ее? Алина? Вечно на шпильках, с красной помадой, да еще и в очках, чтобы умнее казаться.

На описании друг не остановился, он устроил на нашей лестничной клетке пантомиму: прошелся туда-сюда, яростно виляя бедрами, согнув руки в локтях и жеманно помахивая кистями с оттопыренными мизинцами. Я давилась от смеха, закусив рукав халата. Мой красавец-сосед тоже хохотнул, а потом пихнул друга в плечо так, что тут чуть не распластался на полу.

Он, наконец, нашел ключ, вставил его в замочную скважину и открыл дверь. Я с замиранием сердца ждала, что же он ответит на прозвучавшую тираду. Неужели ему, и правда, нравятся жеманные стервы? Он что-то сказал, переступая порог, но я так и не узнала, что именно. Дверь захлопнулась. Единственное, что мне удалось услышать – громкий гогот его голосистого друга.

Итак, что мы имеем? Высокая, худая, на шпильках и с красной помадой. А, еще очки. Это и есть его идеал? Друг сказал: стерва. Значит, уверенная в себе до наглости, независимая, смелая, покоряющая мужчин одним движением ресниц… Совершенно на меня не похоже. Я в себе не уверена, постоянно ищу и нахожу у себя кучу недостатков. В общении с мужчинами… круглая дура!

Когда мне кто-то по-настоящему нравится, я растекаюсь лужицей и мычу что-то невнятное, не в силах связать и двух слов. Но зато, когда парень мне до лампочки, могу быть легкой, заводной, остроумной – просто звездой! Жаль, что сосед никогда меня такой не увидит.

Наша незабываемая первая встреча случилась на лестничной клетке. Смеркалось. Косые лучи заходящего солнца проникали сквозь панорамные окна подъезда, окрашивая все в романтичный сиреневый. Но дальше не было никакой романтики. К сожалению, освещение в подъезде уже включили, так что мы могли рассмотреть друг друга во всех деталях. К сожалению – потому что он тоже меня рассмотрел.

Итак, я вышла из своей квартиры, он – из своей. Он был с девушкой, я – с пакетом мусора и засаленной коробкой из-под пиццы. Девушка излучала очарование и шик, мой пакет источал зловоние позавчерашних креветочных хвостов. На губах соседа блуждала легкая улыбка, глаза цвета темного шоколада светились озорным блеском, ямочка на левой щеке то появлялась, то исчезала. Высокий, длинноногий, он двигался с грацией то ли леопарда, то ли профессионального баскетболиста. А я… я стояла, с совершенно кретинским видом, распахнув рот и выронив коробку из-под пиццы.

Он поднял коробку, протянул мне и вежливо произнес:

– Привет!

Я что-то пискнула в ответ, схватила коробку и рванула к мусоропроводу.

Вернувшись в свою квартиру, я замерла в прихожей, перед большим зеркалом, которое безжалостно продемонстрировало меня во всей красе. Растянутая футболка, заляпанная кетчупом, треники, пузырящиеся на коленях, волосы, частью собранные на макушке в беспорядочный хвост, частью торчащие пружинками в разные стороны. Но хуже всего было лицо: опухшее от бесчисленных кружек чая, выпитых накануне ночью, помятое от бессонницы, чередующейся с беспробудной спячкой… До чего я докатилась!

И какой контраст с его спутницей – ухоженной, стильной, блистательной от корней волос до кончиков наманикюренных ногтей. Неудивительно, что она окинула меня презрительным взглядом и даже усмехнулась, приподняв уголок рта. Она-то заметила, какое впечатление на меня произвел… ее парень? Неужели он – ее парень? Они вместе и мне, конечно, же, ничего не светит.

Надо же было встретить этого греческого бога в самый сложный и депрессивный период моей жизни! Всего пару месяцев назад я выглядела вполне прилично. Почему он не переехал в соседнюю квартиру тогда? Может, и не было бы этой депрессии, из которой я не так долго не могла выбраться!

Сразу после получения ценной информации о стерве на шпильках я залезла в самый дальний угол шкафа и извлекла свои единственные туфли на высоком каблуке: синие, бархатистые, стильные – и страшно неудобные. Это просто пыточное орудие какое-то, а не туфли! Но зато в них, да еще в узких джинсах, я выгляжу очень высокой. И худой. Я и так не то чтобы пышка, но все же лишние сантиметры на талии имеются. А туфли увеличивают мою стройность процентов на сорок. Это очень много!

Я повертелась перед зеркалом, чуть не свалившись во время особо резкого поворота. Выгляжу я потрясающе, но как я буду передвигаться? Мне нужна опора. Я представила, как иду на шпильках, опираясь на трость или вцепившись в костыли, и помотала головой, чтобы отогнать дурацкое видение. Мне просто нужно немного потренироваться. Ну, или много. Ради того, чтобы произвести впечатление на моего нового соседа, я готова тренироваться до потери пульса!

Битый час я дефилировала по своей небольшой квартире на пятнадцатитисантиметровых шпильках, врезаясь в углы и то и дело хватаясь за стены, чтобы не упасть. Успехи были не слишком впечатляющими. Мне необходим прорыв!

И я придумала более эффективный способ тренировки. Мне нужна опора, так? И я знаю, что может ею стать! Тележка в супермаркете. Лучшее в мире средство для неуверенных обладательниц нечеловечески высоких каблуков. Потренировавшись с тележкой, я очень скоро смогу ходить на шпильках и без нее.

Сказано – сделано. Я с наслаждением сняла синие бархатистые пыточные орудия, сунула их в пакет, надела куртку, кроссовки, взяла свой любимый серебристый рюкзачок и вышла из дома.

Воскресный вечер – время затишья в супермаркете. Народу мало, и это хорошо, никто не будет пихаться локтями и толкаться тележками. В моем неустойчивом положении любой толчок может привести к катастрофе!

Я переобулась еще на парковке, там же уцепилась за тележку, благо, одна нашлась рядом с моей машиной. Это было очень кстати, потому что оказалось, что по асфальту ходить сложнее, чем по ламинату. Почему – для меня загадка. Может, асфальт меньше пружинит?

Ладно, поехали. То есть, пошли. А что, неплохо. Тележка очень выручает.

Я старалась держаться прямо, не сутулиться и не сгибать колени и, кажется, у меня это получалось. Обойдя весь супермаркет в первый раз, я почувствовала себя увереннее и уже не так отчаянно цеплялась за ручку тележки. Еще один круг – и я почти не держусь. Мой способ работает! Надо будет его запатентовать, что ли.

На третьем круге я решила что-нибудь положить в тележку. Желательно, не очень калорийное. С первой встречи с новым соседом я сижу на диете, так что надо пойти в отдел йогуртов и еще прихватить яблок и овсянки…

Я остановилась, чтобы сориентироваться. Посмотрела вправо, влево… и увидела усатого охранника, выглядывающего из-за стеллажа с консервами. И чего он на меня пялится? А, понятно. Наверное, на шпильках я произвожу неизгладимое впечатление… У меня такие длинные ноги!

Только я успела нагрузить тележку, как слева от меня нарисовался тот самый усатый самый охранник. А справа – еще один, постарше. У этого усов не было, зато имелась очень смешная плешь, прикрытая тремя жидкими волосинами.

– Добрый вечер, – произнес усатый. – Не могли бы вы открыть ваш рюкзак?

– И вывернуть карманы, – добавил плешивый.

– Что?

Я сначала опешила, а потом испугалась. Меня принимают за воровку? Почему? В голове сразу пронеслись картины того, как меня заковывают в наручники и везут в полицию. И никто не верит, что я ничего не брала…

– Вы подозрительно себя ведете, – заявил плешивый.

– Вы три раза прошли мимо полки с черной икрой, – добавил усатый.

– Какой еще икрой? Я ее даже не видела!

– Вы целый час ходили по магазину с пустой тележкой!

Я растерянно хлопала глазами.

– Вы не обязаны выворачивать карманы, – встряла какая-то женщина. – Они не имеют права вас обыскивать!

Ну вот, уже любопытные собираются. И я – в центре внимания. Мне очень сильно хотелось провалиться сквозь землю.

– Что вы к девушке пристали? – вступился за меня парень в черной толстовке.

– Значит, есть причины, – буркнул усатый охранник.

– Она вела себя подозрительно, – добавил плешивый.

– Да не брала я ничего!

– А зачем нарезали круги с пустой тележкой?

– Я тренируюсь ходить на шпильках, ясно? – выпалила я.

И, для убедительности, поболтала одной туфлей в воздухе. Взмах получился слишком сильным, я потеряла хрупкое равновесие и, пытаясь удержаться на ногах, дернула ручку тележки. Она двинулась на меня, я осталась без опоры, еще мгновение – и я бы валялась на полу, погребенная под опрокинувшейся тележкой и горой диетических продуктов.

К счастью, охранники оказались не только наблюдательными, но и проворными. Они подхватили меня подмышки, и я не упала, а повисла мешком, беспомощно болтая конечностями. Окружающие не сдерживали улыбок, а один из охранников, усатый, даже заржал.

– Верю, – произнес он, после того, как я вновь оказалась на ногах.

– Хотите, я вам рюкзак покажу? – пролепетала я.

– Ты лучше за тележку держись, а то расшибешься.

– И зачем нужны такие каблучищи, – удивлялся тем временем второй охранник, плешивый.

– Как зачем – мужиков охмурять, – со знанием дела ответил первый. – Она еще, небось, мечтает губы накачать и буфера силиконовые забахать.

Я пыталась поскорее уйти и не слышать их разговора, но передвигаться быстро у меня не получалось. Покупатели, присутствовавшие при инциденте, расходились неторопливо, с интересом и насмешливыми улыбками поглядывая на меня. Я прямо местный клоун!

– Молодая красивая девчонка, – услышала я последние слова плешивого. – И что у них в головах? Делают из себя пластиковых кукол.

Я рванула к самой дальней кассе. Мои уши яростно пылали.

Передо мной был всего один человек, но процесс затянулся – в кассовом аппарате что-то сбилась. Пока подоспевшая подмога приводила все в порядок, я успокоилась. Не было никаких причин для волнений! Надо было наехать на этих охранников, а не блеять, как бедная овечка. Я ни в чем не виновата!

И вообще, я же решила быть самоуверенной до наглости, настоящей стервой. Что-то не очень получается.

Случай проявить себя и свою новоприобретенную стервозность очень скоро представился.

Когда я выкатила тележку из дверей супермаркета и сделала несколько шагов в сторону своей машины, на моем пути снова возник усатый охранник.

– Извините, вывозить тележки с парковки супермаркета строго запрещено.

– Так я и иду на парковку.

– Парковка супермаркета во внутреннем дворе. А вы идете на парковку у дороги. Это не наша территория.

Вот гад! Может, это и не их территория, может, и на столбе это написано, но со времен открытия супермаркета все таскают туда тележки!

Охранник выглядел чрезвычайно довольным и постоянно оглядывался на двух типов в рабочих комбинезонах, подпиравших стену. Решил, значит, развлечься. Посмеяться надо мной, и заодно покрасоваться перед друзьями. Думает, что я не смогу дойти на шпильках до машины.

Я растерянно захлопала глазами, изобразив испуг. Вообще мне даже не нужно было его изображать, я, на самом деле, была растеряна и испугана. Но мое второе «я», вызванное к жизни стервозными шпильками, очень разозлилось.

– Ладно, – пролепетала я. – Оставлю тележку здесь.

И направила ее в сторону, метя колесом на мягкие кроссовки охранника. Мой маневр удался, колесо приземлилось ровно на его ногу. Он взвыл.

– Ой, извините, – самодовольно произнесла я, глядя ему в глаза.

И пару раз покатала колесо туда-сюда. Охранник яростно вцепился в край тележки, приподнял ее и высвободил конечность.

– Надеюсь, вы не сильно пострадали?

Вероломные друзья охранника, не скрываясь, ржали над ним. Он резво отпрыгнул от меня и моей опасной тележки.

Мне было не по себе, я чувствовала, как от волнения вспотели ладони. Но, одновременно с этим, меня захлестнуло волной адреналина, я была готова к самым отчаянным поступкам. Даже выцарапать ему глаза!

Драться с охранником не пришлось, он отступил, а я, взяв в каждую руку по пакету и высокомерно задрав подбородок, проследовала к машине.

Это было шествие победителя. Я почти парила над землей, не испытывая никаких проблем со шпильками. Лишь у самой машины меня немного повело вправо на повороте. Так, не заваливаемся! Не падаем! Надо просто поднять правый пакет повыше, это восстановит равновесие. Элементарная физика.

– Девушка, вам помочь?

Парень в черной толстовке с пакетом в руке остановился и наблюдал за моими экзерсисами.

– Что, похоже, что я не справляюсь? – огрызнулась я.

– Н-нет…

– Ну, тогда идите своей дорогой.

Ого, похоже, шпильки работают! Я веду себя как настоящая стервозина. Обычно я не грублю прохожим, тем более тем, кто предлагает мне помощь.

Я добралась до машины, сняла туфли и с наслаждением пошевелила онемевшими пальцами ног. Неудивительно, что дамы на шпильках такие надменные и злые. Им просто очень неудобно!

Всунув ноги в кроссовки, я стала выезжать с несанкционированной парковки. И оказалась рядом с тем самым парнем в толстовке.

– Эй! – крикнула я, проезжая мимо. – Извини, что я на тебя наорала. Тяжелый день.

Он сначала удивленно на меня вытаращился, а потом приветливо помахал рукой.

Нет шпилек – нет стервы. Я снова стала собой.

Глава 2. Диета, колесо и котлета по-киевски

После первой встречи с новым соседом была вторая, еще более провальная. Если в первый раз я предстала перед ним неряхой, то во второй – жуткой обжорой.

Появление сногсшибательного красавца на моей лестничной клетке стало волшебным пенделем, катапультировавшим меня из депрессии. Я четко осознала: хватит разлагаться и деградировать. Пора взять себя в руки! Осмотрев себя в зеркале в самых безжалостных ракурсах, я поняла, что за время залипания в сериалах под пиццу и мороженое на моих боках наросли лишние сантиметры. А ведь еще недавно я была стройной и воздушной, как балерина Анна Павлова!

Значит, надо садиться на диету. У меня имелся опыт поедания пророщенных злаков и овощных смузи, я знала, что могу за пару недель вернуть себе былую форму. Но кто станет заморачиваться приготовлением смузи для себя одной! Ведь это так муторно: купить, почистить, измельчить, помыть кухонный комбайн… Раньше-то я делала их для своего бывшего – рада была стараться. А для себя… нет, лень. Так что я решила просто питаться яблоками и кефиром.

В первый день мне невыносимо хотелось пиццы и пончиков. На второй, вроде, отпустило. На третий я с радостью обнаружила, что живот втянулся, а в теле появилась легкость. Я готова была взлететь!

На четвертый день я возвращалась домой со своей новой работы. Я устала, у меня было только одно желание: отмокнуть в ванне и завалиться спать. А еще я вдруг осознала, что голодна, как стая волков холодной зимой. Выбравшись из машины, я хотела нажать кнопку сигнализации, но выронила ключ. Поднимая его, я заметила, что мои руки трясутся. Да и ноги подкашиваются… В глазах темнеет. Кажется, я сейчас упаду в голодный обморок! Ведь сегодня я даже яблок не ела, забыла купить. Только стакан кефира с утра.

И тут до меня донесся волшебный, прямо-таки неземной запах. Запах еды. Он исходил из кулинарии, что находилась в цокольном этаже нашего дома. Ноги сами понесли меня к источнику аппетитных ароматов, я, как зачарованная, побрела к двери кулинарии, спотыкаясь и истекая слюной. И вот, передо мной несметные богатства: поджаристые куриные ножки и дымящиеся котлетки, ароматный плов и запеченная рыба… не говоря уже о пирожках, тортиках и самодельных конфетах с орехами и фруктами.

Набрав целый поднос снеди, я взгромоздилась на стул за высоким столом в углу и трясущейся рукой вонзила вилку в свою первую жертву – аппетитную котлету по-киевски. В этот момент кто-то тронул меня за плечо. Из моей груди вырвалось глухое рычание. Не надо вставать между мной и едой, когда мой желудок стонет от голода!

Откусив здоровенный кусок котлеты, я все же обернулась. И чуть не упала со стула.

Это был он – мой сногсшибательный сосед. Я успела увидеть отблеск его улыбки, которая уже исчезла. Еще бы – я ведь только что на него рычала! Да и выгляжу, наверное, устрашающе: как оголодавшая гиена над добычей. На его лице появилось растерянное и даже немного испуганное выражение. Он, наверное, думает, что я сейчас брошусь на него и растерзаю.

– Привет, – произнес он неуверенно.

Нужно было что-то ответить, желательно легкое, остроумное, игривое. Но это было очень сложно, и не только потому, что я не могла придумать ничего остроумного. У меня во рту была почти целая котлета по-киевски, что очень затрудняло артикуляцию.

– Я просто хотел поздороваться, – добавил он и оглянулся назад, по-видимому, уже жалея, что подошел.

Котлета все еще была у меня во рту. Как бы я сейчас хотела, чтобы она просто провалилась в желудок! А еще лучше – испарилась. Выплюнуть ее на глазах своего чрезвычайно привлекательного соседа я не могла. Значит, надо быстро разжевать и проглотить. Я интенсивно задвигала челюстями, масло, которым была начинена котлета, фонтаном брызнуло мне на подбородок.

Я выдернула из салфетницы целую кучу салфеток, начала вытираться, одновременно стараясь закончить процесс жевания. Отвернулась, чтобы сосед не видел судорожных движений моих челюстей. Когда я повернулась обратно, готовая к продолжению светского разговора, его и след простыл. Видимо, он пулей вылетел из кулинарии, даже ничего не купив.

Но это еще ладно. Была и третья встреча. После которой я упала в его глазах окончательно, просто ниже плинтуса. Так что теперь мне остается только прятаться по углам при его приближении и подслушивать под дверью, в надежде узнать что-нибудь полезное. Такое, что поможет мне реабилитироваться.

Тем дождливым мартовским днем я ехала домой из соседнего города, куда меня заслал по делам мой новый работодатель. Я разобралась со всеми поручениями, услышала по телефону похвалу и поэтому радостно подпевала энергичной бодрой песенке, звучавшей по радио. Ну и что, что это был французский рэп, незнание языка не мешало мне наслаждаться моментом.

Но кое-что помешало. Внезапно я услышала глухой звук, как будто что-то ударилось по днищу машины. Буквально пару недель назад я уже слышала что-то подобное. Тогда я не обратила на звук внимания, решив, что просто нечаянно залетевший камень. Но это был не камень – у меня лопнула шина, и я, не заметив этого, ехала, пока колесо совсем не спустило. Неужели опять?

Автомеханик тогда напугал меня рассказами об опасности оказаться в кювете, поэтому на этот раз я звук не проигнорировала. Я остановилась на обочине, поколебалась немного, ругая себя за то, что забрала зонт из машины. Теперь придется выходить под проливной дождь! Накинув куртку, я выбралась под ледяные струи. Обошла машину вокруг, попинала колеса, присела перед каждым из них. Вроде, ни одно не спускает. Или это долгий процесс? В прошлый раз в шину воткнулся шуруп-саморез, и воздух из нее выходил довольно медленно. Ладно, поеду потихоньку. Заскочу по пути в автосервис.

Я успела промерзнуть на холодном ветру, сопровождавшем ледяной дождь, и очень хотела сесть в машину. Но возле меня затормозил автомобиль, это добрый самаритянин остановился, чтобы спросить, не нужна ли помощь.

– Был какой-то хлопок, – объяснила я молодому мужчине в кожаной куртке, вылезшему из черного «Ягуара». – Я подумала, может, колесо лопнуло. У меня такое было недавно.

Он обошел мой автомобиль, проделал те же действия, что и я: попинал шины, присел перед колесами. И вынес вердикт:

– Все в порядке. Видимо, камень по дну ударил.

– Спасибо. Я тоже так подумала, но решила убедиться.

– Правильно. Безопасность – превыше всего. Кстати, можно я запишу ваш телефончик?

– Э-э… зачем?

– Позвоню, чтобы убедиться, что вы благополучно доехали. Я, кстати, Богдан.

– Спасибо, Богдан. Но мне как-то сейчас не до этого.

Я неопределенно махнула рукой.

– Не до чего?

– Не до обмена телефончиками.

Какой Богдан, когда у меня в голове с утра до вечера маячат прекрасные карие глаза моего нового соседа! Кстати, я даже имени его не знаю до сих пор.

– Понял. Но мой все же запишите. Если вдруг что – я сразу примчу. Серьезно.

– Если – что?

– Вдруг помощь понадобится. На дороге. Или не на дороге. Всякое бывает.

– Спасибо, но…

– Мне «спасибо» не нужно. Просто запишите мой телефон. Пожалуйста.

Он состроил такую комичную просительную рожицу, что я не удержалась от улыбки.

– Ну, хорошо. Будете у меня в телефоне Чип и Дейл.

– Что? А, понял. – Он выглядел очень довольным.– И последнее: как вас зовут?

– Ника.

Он уехал, радостно помахав мне на прощанье.

Только я собралась сесть в машину, как какой-то лихач пронесся мимо, едва не задев меня крылом и окатив грязной водой из лужи. Придурок! Я выругалась ему вслед, но ситуацию этим было не исправить. Я вся была в коричневых брызгах, с головы до ног. Даже моя светлая блузка, торчащая из распахнутой куртки, даже лицо! Как я теперь сяду в машину?

Откопав в багажнике плед, я постелила его на сиденье, села и завела мотор. Скорее бы согреться! До дома было недалеко, там – ванная и чай, но по пути маячил «МакАвто». Я завязала с фастфудами, но сейчас мне так хотелось горячего латте! Дома-то его нет. Я купила кофе, пирожок с вишней и поехала домой. В машине пить латте было невозможно, он был обжигающе горячим. Так что я пила его по пути к подъезду, заедая пирожком.

Вы, наверное, уже догадались, кого я встретила в лифте, ввалившись туда в своей забрызганной куртке, в белой блузке в коричневую крапинку, с лицом, по которому была размазана стойкая дорожная грязь. Ну и для довершения картины – с кофе и с пирожком в зубах. С пирожка капало повидло. Мне на блузку.

Мне было все равно – я собиралась ее выкинуть. Вместе с мечтами о страстном романе со своим сногсшибательным соседом.

Он нажал на кнопку нашего этажа, я отвернулась в угол, автоматически продолжая жевать пирожок. А что мне оставалось делать? Он даже не поздоровался!

Когда лифт остановился, он почему-то не вышел. Я не сразу сообразила, что он пропускает меня. Ах, он еще и джентльмен! Но этот джентльмен мне не светит. Судьба явно против нашего романа – иначе почему она подстраивает все так, что я все время предстаю перед ним в самом непрезентабельном виде?

Я выскочила из лифта, по-прежнему не поднимая глаз. Бросилась к своей двери, начала копаться в сумке в поисках ключа. Пирожок я уже дожевала, но кофе мне мешал, неудобно было держать сумку и одновременно рыться в ней.

Внезапно я почувствовала, что рядом со мной кто-то стоит. Ну конечно, мой предупредительный сосед. Он аккуратно вынул стаканчик кофе из моей руки, взялся за одну ручку сумки, чтобы мне удобнее было в ней рыться. Выудив ключ и вставив его в скважину я, наконец, решилась поднять на него глаза. Лучше бы я этого не делала. Тогда у меня бы оставалась надежда. Его взгляд убил ее.

Он смотрел на меня с жалостью. Так смотрят на брошенных собак, на больных стариков и несчастных сумасшедших. Но точно не на девушку, которая хоть немного нравится. Хоть каплю!

Я взяла у него стаканчик с кофе, при этом умудрилась снести крышку, так что часть напитка расплескалась и попала на его джинсы. Он инстинктивно отпрянул. Я ввалилась в квартиру, сползла на пол, поставила рядом злополучный стаканчик и разрыдалась.

После нашей третьей встречи, убившей все мои надежды окончательно, я была готова снова скатиться в пучины депрессии. Но для депрессии нужен досуг, а у меня теперь его не было. Я устроилась на новую работу, которая забирала у меня не только восемь часов день пять дней в неделю, но и массу душевных сил.

Последние лет пять я была фрилансером – сидела дома, работала через интернет и мне это очень нравилось. Я сама решала, когда просыпаться и когда ложиться спать, когда отдыхать, а когда трудиться в поте лица. Но за те два месяца, что я пребывала в депрессии, все мои заказчики разбежались. Что неудивительно, ведь я отказывалась от проектов раз за разом!

Можно было снова пойти на фриланс-биржу и найти новых, или попытаться вернуть старых – это было не так уж сложно, я хороший специалист в сфере графического и web-дизайна. Но после первой встречи с новым соседом я решила кардинально измениться. Новая работа, новая я, новая жизнь.

Я устроилась дизайнером в местный журнал – увидела объявление о поиске специалиста на городском форуме. Они хотели сменить макет, обновить обложку, в общем, внести новую струю в старое и очень популярное в нашем городе издание. Вроде, идея вдохновляющая.

В первый день я шла на новую работу в радостном предвкушении, исполненная трудового энтузиазма. Вечером я возвращалась уставшая, опустошенная и разочарованная. В редакции, размещавшейся в офисном центре неподалеку от набережной, я совершила два обескураживающих открытия. Первое: я отвыкла работать с людьми, забыла, что в офисах идет тотальная война за власть и влияние. И я в этой войне проигрываю с самого начала. У меня слишком покладистый характер, я не умею ставить людей на место, и они этим пользуются.

Вот почему я ушла на фриланс! Там все просто: не нравится заказчик – не работаешь с ним. И никто не будет сверлить тебя высокомерным взглядом, дышать в затылок, критически оглядывая твою работу, или нависать своей массивной тушей над твоим столом. Как это любит делать наш верстальщик Егор.

Но первое открытие – это цветочки. Ягодки во втором.

Помните, я рассказывала о своей первой встрече с новым соседом? Он еще был с девушкой. Так вот, эту девушку я встретила в редакции. Она меня, видимо, не узнала, что неудивительно: в прошлый раз я выглядела как лохматое неряшливое нечто, моего лица практически не было видно из-за спутанных волос. А на работу я пришла с аккуратным пучком и даже не поленилась нарисовать умопомрачительные стрелки. В общем, когда я представилась, на ее лице не дрогнул ни один мускул. Я выдохнула.

– Мила, – произнесла она, протягивая мне руку.

Ее жест был поистине королевским, казалось, она ожидает, что я присяду в реверансе и приложусь к ее холеной кисти губами.

– Ника, – представилась я и пожала ей руку, неловко вывернув ладонь.

Мы знакомились в кабинете главреда Юрия Михалыча, милейшего пожилого дядечки. Если бы он был моим непосредственным начальником, моя работа была бы сказкой. Но на деле всем заправляла Мила, ведущий журналист и выпускающий редактор. И я вполне понимаю, почему все ей подчиняются. Она – стерва, бизнес-леди и женщина-вамп в одном флаконе. В общем, воплощенный идеал моего соседа.

Но, видимо, недостаточно совершенный идеал. Потому что после того единственного раза, я ее в нашем доме больше не видела. Зато видела других девушек, все, как на подбор, модельной внешности и с более или менее выраженной стервозинкой. Каждая появлялась лишь один раз, никаких повторных визитов. Мой сосед – тот еще кобель!

И почему я никак не могу забыть его прекрасные лучистые глаза и ямочку на левой щеке, которая появляется при улыбке?

Сейчас, когда я с полной определенностью выяснила, каких девушек предпочитает мой непостоянный сосед, я была рада, что устроилась на эту работу. Да, она нервная, да, я с самого начала повела себя неправильно и теперь меня считают бесхребетным существом. Но, если бы я до сих пор была фрилансером, мне было труднее перевоплотиться в мечту моего соседа.

Трудно быть стервой и женщиной-вамп, когда ты целыми днями сидишь дома в старых джинсах и любимой затертой майке. Надо выходить в люди, чтобы иметь возможность краситься и наряжаться. Ну и тренироваться на новых коллегах в стервозности. А на ком еще? Не на друзьях же. У меня их не так много, и они все мне очень дороги.

Глава 3. Буду женщиной-вамп!

Три провальные встречи с новым соседом состоялись на протяжении двух недель после его заселения в наш дом. И вот вчера я узнала, собственными ушами услышала, как выглядит его идеал. Пазл сложился.

Я уже догадалась, что ему нравятся длинноногие стройные красотки. А кому из мужчин они не нравятся? Разве что любителям пышных форм. Сосед явно не из таких, и это замечательно. Ведь я пышными формами похвастаться не могу. Хотя однажды мне подошел лифчик третьего размера, и это меня безмерно обрадовало, но вообще у меня стандартная двойка. Так, о чем это я? А, высокие модельные красотки. Могу я сойти за такую? Вообще я не очень высокая, всего метр семьдесят. Ну ладно, шестьдесят восемь. Всегда хочется прибавить себе пару сантиметров. Но на каблуках я гораздо выше!

С самой первой встречи с новым соседом я старалась стать лучше. Выбралась из депрессии, села на диету, нашла новую работу. И пусть это не привело к каким-то сдвигам в отношении с соседом, я все же довольна происходящим. Я больше не сижу целыми днями перед телевизором, жалея себя, и не поглощаю пиццу коробками и мороженное ведрами. У меня появилась цель. И я к ней иду, пусть кривыми извилистыми тропами.

Кстати, я планирую ускорить достижение цели. Для этого придется примерить новый образ – женщины-вамп. Значит, надо обновить гардероб! Что может быть приятнее, чем шопинг с лучшей подругой? Его я и запланировала на сегодняшний вечер, сразу после работы. А сопровождать меня будет Русалка, по паспорту Руслана. Свое прозвище она получила потому, что часами плещется в морских глубинах. Если бы она могла, то, наверное, отрастила себе жабры и вообще не выбиралась на сушу! Разве что ради своего жениха Аркадия, с которым познакомилась прошлым летом. Это была романтичная, местами сумасшедшая история. Но сейчас не о них.

А о моем шопинге.

Русалка встретила меня у ворот своего дома, там же болтался Аркадий, по обыкновению сияя белоснежной улыбкой. Он поздоровался со мной, чмокнул Русалку в щеку, а когда она открыла дверь и собиралась сесть в машину, дернул ее за руку, притянул к себе, обнял и обслюнявил. Нет, ну сколько можно целоваться? Не могли натискаться до моего приезда! Бесят прямо.

Оторвавшись от своего любвеобильного жениха, Русалка плюхнулась на сиденье и, опустив зеркало, стала вытирать размазанную помаду.

– Какие у нас планы? Или планов нет, просто безумный беспорядочный шопинг?

– Там разберемся, – неопределенно ответила я.

Планы у меня были, и я знала, что они удивят мою давнюю подругу. Она досконально знает мои вкусы, а сегодня я собираюсь действовать им наперекор.

Начать я решила с одежды. Выбрала пару предельно узких юбок, сексуальных блузок и платье-футляр, слишком облегающее по моим обычным меркам, да еще и с глубоким вырезом.

– Офисный стиль, – бормотала подруга, пока я вертелась перед зеркалом. – На твоей новой работе дресс-код?

– Нет, – ответила я.

Нет у нас никакого дресс-кода, можно ходить хоть в драных джинсах и растянутых свитерах. Особенно тем, кто, как я, с не общается с рекламодателями.

– Просто хочу немного обновить гардероб, – добавила я.

– Класс, – отозвалась Русалка.

Не знаю, понравился ли ей мой новый образ, но она точно была рада тому, что я перестала предаваться самобичеванию и выбралась, наконец, из депрессии. Сейчас она готова поддержать любое мое начинание, даже самое сумасшедшее.

Когда мы пришли в обувной, и я направилась к полкам с туфлями на высоченных каблуках, Русалка вытаращила глаза, но промолчала. И даже с энтузиазмом помогла мне выбрать самые удобные среди пыточных приспособлений.

Кстати, оказалось, что не все так плохо. Туфли на шпильках могут быть не такими уж неудобными, если носок покоится на платформе. Пятка задирается не так сильно, и держать равновесие гораздо легче. Мне понравились скромные и сдержанные бежевые туфельки, но купила я не их, а двух роскошных монстров с черным верхом, ярко-красной платформой и такой же шпилькой. По-моему, более стервозные туфли просто трудно придумать!

Русалка не крутила пальцем у виска, но смотрела на меня как-то странно, то ли с подозрением, то ли с тревогой. Может, она думает, что у меня крыша поехала? Да, есть такое. Но это не шизофрения, а сумасшедшая и патологическая влюбленность в нового соседа. Хотя и до шизофрении с раздвоением личности мне тоже недалеко.

Она его еще не видела. Более того, я ей о нем даже не говорила. Почему? Сама не знаю. Может, боюсь сглазить… И с чего я стала такой суеверной?

Моя любимая обувь – кроссовки. Поэтому я в восторге от нынешней моды, которая позволяет носить их даже с вечерними платьями. В моем шкафу можно обнаружить семнадцать пар кроссовок разных цветов и фасонов. Я их обожаю! И вот теперь, ради прекрасных глаз нового соседа, мне придется изменять им с этими жуткими чудовищами…

Русалка не выдержала в магазине косметики, где я перепробовала с десяток разных оттенков красной помады и остановилась на цвете «Алый бархат». Он превращал меня в настоящую вампиршу, опасную и сексуальную.

– Что происходит? – спросила подруга, когда я, схватив вожделенный тюбик, собиралась рвануть на кассу.

– В смысле? – я округлила глаза и изобразила непонимание.

– Ты любишь розово-сиреневую помаду! И никогда не красилась красной.

– А сейчас хочу.

– И туфли на каблуках ты не носишь.

– Не носила. Теперь ношу.

– И юбки-карандаши – это тоже не твое. Ты обожаешь пышные, расклешенные и в складку.

– Люди меняются, – произнесла я и проследовала к кассе.

– Я знаю только одну причину, по которой меняешься ты, – услышала я за спиной.

Видимо, придется объяснить, что имела в виду моя любимая подруга. И про какую причину она говорила.

В прошлом году у меня был роман с духовно продвинутым веганом, сыроедом и йогом по имени Эдуард. Я хотела стать такой же возвышенной и необыкновенной, как он. Вставала в пять утра, делала асаны, пила зеленую жижу из авокадо и листовых овощей, медитировала. Растворяла дурные мысли и негативные эмоции.

Я стала худой, легкой и раздражительной. Мне нравилось, как я выгляжу, но мое внутренне состояние было далеко от совершенства. Потому что я с каждым днем все яснее осознавала, что все это – не мое, что это я притворяюсь и обманываю себя. И что Эдуард меня использует. Он переехал ко мне, принял как само собой разумеющееся то, что я убираю, стираю, бегаю по магазинам в поисках экологически чистых продуктов, а потом замачиваю, измельчаю и выжимаю их, строго в соответствии с выданными мне рецептами.

Он был мной доволен. Я же, после того, как морок влюбленности рассеялся, ощущала ежедневное нарастание недовольства. Как я вообще могла в него влюбиться? Русалка говорит, что мне всегда нравятся те, кто мне не подходит. И кто не может оценить меня по достоинству. Те, на кого я могу смотреть снизу вверх, восхищаться и преклоняться. Те, ради кого я стараюсь стать кем-то другим и теряю себя. Может, она права.

Взрыв был неизбежен – и он случился. Я выгнала Эдуарда и выбросила заготовленные для него тонны овощей, пророщенных злаков, экзотических плодов и несъедобных семян. И вздохнула свободно.

И тут в моей жизни появился Кирилл. Ну, не то чтобы появился. Мы были знакомы сто лет, учились в одной школе, а некоторое время даже в одном классе. Всегда были хорошими приятелями, а теперь он, неизвестно с чего, решил в меня влюбиться. А тут еще Русалка со своими разговорами: хороший мол, парень, добрый, внимательный, надежный. Влюблен по уши, знает тебя, как облупленную. С ним не надо притворяться и строить из себя неизвестно что. В общем, то, что доктор прописал.

Кирилл, и правда, хороший. Очень. С ним легко и можно быть собой. Вот только мне, похоже, не нравится быть собой. Потому что наша с Кириллом сомнительная идиллия продлилась всего три месяца. Я все испортила.

Чем заботливее и внимательнее был Кирилл, тем более вредной и противной становилась я. Мне самой было от себя тошно, но я ничего не могла поделать. В меня как будто вселился мелкий отвратительный бесенок! Кирилл терпел сколько мог, но, в итоге предложил расстаться. Тот разговор был тяжелым для него и очень странным для меня. Потому что как только он сказал, что все это было ошибкой, я сразу пожалела о своем поведении. И захотела все вернуть и попытаться снова…

К счастью, у меня хватило выдержки не озвучивать свои желания. Мы расстались. И я впала в депрессию, первую в моей жизни. Я два месяца сидела дома, ненавидела себя, поедала сладости и не общалась ни с кем, кроме Русалки.

А сейчас она опасается, что я снова влюбилась в того, кто мне не подходит. И ради кого я готова потерять себя. Но на этот раз все совсем не так! Я не собираюсь становиться кем-то другим, как это было с Эдуардом. Я не меняю свой образ жизни и сферу интересов. Я просто немного изменюсь внешне, чтобы мой сосед обратил на меня внимание. Ну а потом, когда мы познакомимся поближе, и он в меня тоже влюбится, я снова стану собой.

На выходе из торгового центра я остановилась, сунула пакеты Русалке и рванула в обувной магазин. Я просто не могла уйти без тех бежевых туфель! Они не такие стервозные, но тоже на каблуке и на платформе. И, если я сразу не решусь выйти в черно-красных монстрах, то для начала надену их.

Я отвезла подругу домой, по дороге мы болтали на нейтральные темы. Русалка рассказывала, как идет строительство дома, затеянное Аркадием, я изображала своих новых коллег по работе.

– Зачем ты там работаешь, если тебе не нравится? – спросила подруга.

– Кто сказал, что мне не нравится?

– Ну, в твоем исполнении все эти рекламщики и редакторы – очень неприятные люди.

– Но там есть и нормальные. Главред наш, например. Верстальщик Егор тоже хороший парень, хоть и слегка тормознутый. А еще я подружилась с Ольгой, это корректор.

– Понятно. Все как везде.

– Да, – кивнула я, останавливаясь возле ворот Русалки.

– Зайдешь? – спросила она. – Посидим, поболтаем.

– Да нет, уже поздно. Завтра рано вставать, – отмазалась я.

На самом деле мне не терпелось примерить новые наряды.

Каждый мой выход из дома, так же как возвращение домой с недавних пор превратились в сложное и опасное мероприятие, главная цель которого – не встретиться с новым соседом. И не потому что я не хочу его видеть. Просто я еще не готова. Я хочу, чтобы наша новая встреча стала судьбоносной. Чтобы он увидел меня – и остолбенел. В, общем, я мечтаю поразить его в самое сердце, представ в новом образе. А если он увидит меня сейчас, в «недоделанном» варианте, это все испортит.

Так что приходиться подниматься по лестнице на мой шестнадцатый этаж. Ведь в лифте можно встретить соседа. Ничего, физические нагрузки мне очень даже полезны. Я уже сбросила полтора килограмма, и мне просто необходимо сбросить еще столько же. Тогда моя талия будет тонкой, как у балерины Анны Павловой. Ну, или почти такой.

Подниматься налегке – это одно, а карабкаться по лестнице с кучей пакетов – совсем другое. Так что я решила рискнуть и вызвать лифт. Но не с первого этажа, а со второго. И, пока ждала его, спряталась за угол. Если в лифте будет сосед, я просто не стану в него заходить.

Погрузка прошла удачно, я вошла в лифт, и, опустив часть пакетов на пол, нажала на кнопку пятнадцатого этажа. Так я точно не попадусь на глаза своему новому соседу. Осторожно поднимусь на свой шестнадцатый, предварительно разведав ситуацию, и прошмыгну в дверь квартиры. Последнее – самый сложный момент. Еще и пакеты мешают… Ладно, будем надеяться на лучшее.

Двери лифта разъехались в стороны, и передо мной предстала личность, видеть которую мне хотелось гораздо меньше, чем своего нового соседа. Вздорная противная тетка, которая живет подо мной и чуть ли каждый день прибегает ко мне с претензиями: то я слишком громко топаю (ага, прыгаю по полу в тяжелых ботинках), то мое белье капает на ее цветы (белье, отжатое машинкой!), то еще какая-нибудь феерическая чушь.

Тетка вошла, скорчив еще более брезгливую мину, чем обычно. Я пробормотала: «Здрасьте», она буркнула в ответ что-то невнятное. И нажала на первый этаж!

Ее непредвиденное появление выбило меня из колеи, и я не успела выйти на пятнадцатом. А она, видимо, подумала, что я еду вниз.

– Вообще-то, мне нужно наверх, – проблеяла я.

– Наверх? – тетка воззрилась на меня испепеляющим взглядом. – Этот лифт едет вниз! Кстати, давно хотела спросить: это ты куришь на балконе?

– Я не курю.

– Куришь, и стряхиваешь пепел! И он летит прямо ко мне.

– Я не курю, – повторила я.

– Да еще и запах. Дышать невозможно! Хочешь курить – кури у себя в квартире. Балкон – это общественная территория.

Что она несет? У нее просто клинический бред. С сумасшедшими спорить бесполезно, поэтому я просто молча стояла рядом. А тетка все больше распалялась, выстреливая в меня потоком слов со скоростью пулеметной очереди. Я была просто счастлива, когда лифт остановился на первом этаже и она вышла.

– Подождите! – услышала я до боли знакомый голос. Голос, от которого у меня подкашиваются колени и начисто пропадает способность соображать. Мой сосед.

Я надавила на кнопку своего этажа и продолжала судорожно давить, пока двери лифта медленно, очень медленно ползли друг к другу. Я уже вижу его в оставшейся щели. Надеюсь, он меня не видит. Я забилась в самый дальний угол и отвернулась.

Все. Лифт закрылся. Он не успел.

Сегодня он постучался в мою дверь. Звонка у меня нет: те, кто приходит, звонят в домофон у подъезда. Услышав стук, я подошла к двери, заглянула в глазок… и отскочила метра на три назад, как будто мой сногсшибательный сосед мог меня увидеть. Потом я на цыпочках вернулась и осторожно приникла к глазку.

Он не знает, что я стою в метре от него, стараясь не дышать и с замиранием сердца разглядывая его густую непослушную шевелюру, легкую небритость и роскошные бицепсы, трицепсы, дельты и трапеции, выпирающие под тесной футболкой. Конечно, в глазок многого не разглядишь, но я прекрасно вижу, как он нетерпеливо хмурится, стучит еще раз, а потом разворачивается и идет к своей двери. Слишком быстро! Не надо торопиться, мне так нравится смотреть на его уверенные грациозные движения и пружинящую походку спортсмена! Вид сзади просто потрясающий…

Зачем он приходил? Судя по нетерпеливому выражению лица отнюдь не с романтическими намерениями. Когда парень стучит в дверь девушки, которая ему нравится, он выглядит по-другому. Не так буднично и деловито.

А я-то, в первое мгновение, готова была вообразить, что он собирается позвать меня на свидание! Ага, конечно. Можно смело закатывать губу. Скорее всего, хотел соли попросить по-соседски или, например, спросить, где оплачивать квитанции за коммуналку. Он же у нас тут новенький, всего не знает.

Отлипнув от двери, я добрела на подгибающихся ногах до дивана и рухнула на него мешком. И чего я так разволновалась? Это никуда не годится! Моя новая многообещающая встреча с соседом запланирована на завтра. Я должна буду не просто не упасть в обморок, оказавшись с ним наедине в лифте, а вести себя легко и естественно. Быть очаровательно, но совершенно неприступной, соблазнительной и ускользающей… в общем, женщиной-вамп.

Я прочитала пару пособий о том, как стать такой женщиной. И вот что я вынесла из этого чтения.

Настоящая стерва обладает сильным характером. Она принадлежит себе, а не мужчине. Всегда делает, что хочет, даже если ей хочется бредовых вещей. Она смела до наглости, очаровательно цинична и уверена в себе до бесцеремонности. Она чихает на мнение окружающих и, естественно, ни в каких ситуациях не смущается и не краснеет. Это сложно, но я должна справиться. Надо просто представить, что я – это не я, а мой самоуверенный высокомерный двойник.

Внешность такой красотки всегда безупречна, и она использует свои чары для достижения целей. Как ей это удается? Она уверена в своем совершенстве, и эта уверенность передается окружающим. Все ею восхищаются! Это у меня получится. Как только я встану на каблуки, ходить на которых я тренировалась без устали все последнее время, надену юбку-карандаш и блузку, подчеркивающую грудь, я стану очень уверенной в себе. А еще пикантный макияж с красной помадой, идеальная укладка – и я на самом деле стану совершенством!

Женщина-вамп дразнит, соблазняет, и – загадочно ускользает, оставив мужчину в потрясении и вожделении. Сраженный и покоренный, отныне он будет искать и добиваться ее. Будет ли? Я очень на это надеюсь. Тем более, что далеко искать меня не придется – я здесь, за соседней дверью!

Надо сказать, что в создании образа стервозной красотки мне очень помог живой пример – наш выпускающий редактор Мила, бывшая временная девушка моего соседа. Коварная соблазнительница, сумевшая заинтересовать его только на одну ночь. Так же, как и другие его обворожительные подружки.

Вот уж кто эффективно использует внешность и ужимки для достижения своих целей. Видели бы вы, как она очаровывает рекламодателей! После сеанса активного соблазнения все они готовы есть у нее с рук и заключать с нашим журналом самые выгодные для нас контракты. Правда, с клиентами-женщинами у нее получается не очень. Неудивительно, что 90 процентов наших постоянных рекламодателей мужского пола!

С мужчинами в нашей редакции Мила тоже довольно любезна, с рекламным отделом, в котором есть лица обоего пола, – аналогично. Они же приносят журналу деньги! С остальным женским персоналом, к коему отношусь и я, наш стервозный выпускающий редактор холодна и даже местами презрительна.

За все время работы мы с ней едва сказали друг другу пару слов, хотя мои идеи по поводу нового макета обложки она одобрила – легким кивком, не тратя на меня слов. Зато потом произнесла:

– Принеси-ка мне кофе. Эспрессо без сахара.

Я опешила. Вообще-то я тут не секретаршей работаю! Я ценный специалист, можно сказать, начальник, – верстальщик Егор официально находится у меня в подчинении.

Но у меня не хватило смелости возразить Миле. Она умеет подчинять себе окружающих, а я не умею сопротивляться сильному давлению… В общем, я принесла ей кофе, ненавидя себя за мягкотелость. «Спасибо» я естественно, не услышала. Да и не нужно мне ее «спасибо».

Зато я могу смело копировать ее манеры для создания образа женщины-вамп, с помощью которого собираюсь покорить своего нового соседа!

Правда, обычно мне больше хочется придушить ее, чем копировать. Она постоянно присваиваем себе все лавры за мою работу. Не то чтобы мне так уж нужны чьи-то похвалы… но это несправедливо!

Она хвастается новым макетом журнала перед партнерами, перед рекламодателями, даже перед главредом, с таким видом, как будто этот макет сделала она! А между тем, ее единственная заслуга заключается в том, что она сказала мне:

– Надо что-то современное, дерзкое и, в то же время, не уходящее далеко от традиций. Ясно?

– Да, – сообщила я.

Я привыкла к косноязычным заказчикам и с их путаными объяснениями, вроде: «Сделайте мне зеленое, только красное, маленькое, но чтобы побольше». Так что это был далеко не самый худший вариант. Обычно, чтобы разобраться, что же на самом деле нужно клиентам, я беседую с ними, показываю какие-то образцы, прошу привести примеры. В общем, я умею вытащить из работодателя его дизайнерские желания, даже если он сам точно не знает, чего хочет. За это меня и ценят! В этот раз я тоже была на высоте. Вот только восхищались все не мной, а распрекрасной Милой.

Глава 4. Операция "Стальная магнолия"

День икс настал. Сегодня я предстану перед своим соседом в новом образе. Я буду предельно сексуальной и возмутительно стервозной. Я ошеломлю его и поражу в самое сердце. Он напрочь забудет ту всклокоченную неудачницу, какой я была раньше. Сегодня все начнется с чистого листа. С нуля.

– Операция «Стальная магнолия» начинается, – сообщила я Русалке, которую вызвала на подмогу, посвятив в суть последних событий.

– Стальная магнолия – это, видимо, ты? – поинтересовалась моя ироничная подруга.

– Именно. С виду я нежна и прекрасна, но внутри у меня стальной стержень. И острые колючие шипы.

– В каком месте? – хихикнула Русалка.

– Не сбивай мой настрой!

Я только что натянула чрезвычайно узкую юбку-карандаш вызывающе красного цвета с тонким черным пояском и очень откровенный топ. Встав на каблуки, я подошла к зеркалу. То, что нужно! Особенно меня порадовал вид глубокого декольте. Отличный я подобрала лифчик: он приподнял мои не слишком обильные прелести так, что образовалась весьма аппетитная ложбинка.

– Ну как? – спросила я подругу. – Не перебор?

– В самый раз, если хочешь сразить его наповал.

– Именно этого я и хочу!

Так. Теперь макияж. Самое сложное. Если бы я могла идеально ровно нанести ярко-красную помаду я бы, может быть, и не звала Русалку. Но эксперименты показали, что руки у меня кривые, и губы вечно получаются какими-то перекошенными. Нет, я могу добиться нужного результата, но это займет не меньше часа. А у меня все рассчитано по минутам!

Я давно наблюдаю за соседом и знаю, что по понедельникам, средам и пятницам он ходит в спортзал. Возвращается вечером, около девяти. Так что будет не очень трудно устроить случайную встречу у лифта.

Сейчас только начало восьмого, времени достаточно. Но затягивать тоже не надо. Приступаем!

Русалка справилась на удивление быстро: намазала на мои губы основу, обвела контур карандашом, а потом, при помощи кисточки, нанесла помаду. Супер! Так быстро и так ровно! Не губы, а сказка.

– Ты самый лучший визажист, – поблагодарила я подругу.

С ресницами я справилась сама, а больше ничего и не надо. При таких ярких губах другие акценты не нужны.

– Тебе не кажется, что я выгляжу как-то… романтично, что ли?

– Ну… – подруга задумалась, уставившись на меня критическим взглядом. – Есть такое. Ты очень романтичная девушка. Этого не скрыть.

– Надо скрыть! Я не какая-нибудь там Ассоль! Я – Снежная королева!

– Я знаю, в чем дело, – заявила Русалка. – Волосы.

Я посмотрела в зеркало. Я час потратила на то, чтобы уложить свои беспорядочно вьющиеся волосы красивыми волнами. Но моя беспристрастная подруга права: волны – это романтично. А я должна быть строгой и неприступной.

У меня огромной опыт в выпрямлении волос и куча разных средств и приспособлений для этого. Я всегда ненавидела свои кудри и пыталась от них избавиться. Так что с Русалкой на пару мы организовали мне гладкие прямые волосы всего за двадцать минут.

Класс! Хоть хлыст в руки бери для полноты образа. Но вместо хлыста я взяла и примерила очки. Вообще они мамины, она их забыла, когда заходила в последний раз. У меня пока что зрение хорошее, поэтому все слегка расплывается… Но зато я выгляжу очень умной. И строгой. То, что надо.

– Может, пора?

Я подпрыгивала перед зеркалом от нетерпения. Или от страха? Скажем так: от волнения. Мне было так страшно, что хотелось, чтобы все быстрее началось и быстрее закончилось. Если я помаринуюсь тут еще минут пятнадцать я, наверное, передумаю.

– Ну, если хочешь, давай спустимся, – согласилась Русалка, стоявшая у окна. – Но я бы предложила остаться здесь. Прекрасный наблюдательный пункт.

– Я знаю! Но я могу не успеть спуститься, пока он идет от машины.

– Сначала он припаркуется, потом выйдет, возьмет сумку – раз он с тренировки. Потом пойдет к подъезду… не побежит же! Минут десять у нас есть. Спокойно спустимся.

– А вдруг лифт придется долго ждать…

– Ладно, пошли.

Оказавшись внизу, я заметалась по площадке перед лифтами.

– Где мне лучше встать? Здесь? Или здесь?

– Да какая разница?

– Где я лучше выгляжу? – спросила я и сама услышала в своем голосе истерические нотки.

– Ты везде выглядишь сногсшибательно. Украшаешь собою подъезд.

– Правда?

– Когда я тебе врала?

Русалка стояла у стеклянной двери подъезда, то и дело выглядывая во двор.

– Говоришь, у него внедорожник БМВ? Темно-серый? – внезапно произнесла она.

– Да…

Я в ту же секунду застыла на месте. О, боже, как громко бьется сердце! У меня сейчас, наверное, случится инфаркт…

– Слушай, я… я передумала, – выпалила я. – Пошли отсюда.

Я начала лихорадочно давить на кнопку лифта. Но он, почему-то, не ехал…

– Спокойно, – Русалка все еще оставалась у двери. – Он паркуется. Еще не вышел.

– Я ухожу! – завопила я и рванула к лестнице.

– Правильно, – Русалка даже не подумала меня останавливать. – Мне с самого начала не понравилась эта затея.

– Почему это? – я притормозила.

– Ты на эти грабли уже наступала, – произнесла она многозначительно.

– Что ты хочешь сказать?

– Хочу произнести только одно слово: Эдуард.

Имя моего бывшего в устах Русалки прозвучало как ругательство.

– Причем тут он?

– А ты не понимаешь?

– Нет!

Бросив взгляд на улицу, я увидела своего соседа. Он неумолимо приближался к двери. Нужно или убегать, или…

Лифт открылся. Русалка двинулась к нему.

– Ты со мной? – спросила она, войдя вовнутрь.

– Нет, – я помотала головой.

– Тогда удачи. Ты выглядишь обалдено. У него башню сорвет.

Подруга послала мне воздушный поцелуй. Лифт с негромким гулом двинулся наверх.

А я услышала за спиной звук открывшейся двери.

Я надела очки, которые до этого держала в руке, и мир потерял четкие очертания. Шаги за спиной. Жму на кнопку лифта.

– Привет, – слышу я рядом.

– Привет, – отзываюсь, не оборачиваясь.

Я просто не могу обернуться, меня слегка парализовало от волнения. Краем глаза вижу движение, сосед теперь не позади меня, а рядом. Стою, как истукан, мысленно занимаюсь аутотренингом: «Я красивая, самоуверенная и высокомерная. Мне плевать на окружающих. Я стерва». На соседа не смотрю. Зато он пялится на меня во все глаза – вижу это боковым зрением. Что, удивлен, дорогой сосед? Не ожидал, что я могу так выглядеть? Наслаждайся!

– Мне кажется, мы где-то встречались, – произнес он после миллиона секунд молчания.

– Пф-ф! – вырвалось у меня.

Серьезно? Я ожидала чего-то более остроумного. Неужели мой любвеобильный сосед подкатывает к девушкам такими вот примитивными способами?

– Что, слишком банально? – скалится он.

Оказывается, я уже повернулась к нему. Паралич прошел. Ничего не говорю, но стараюсь выглядеть высокомерной и снисходительной. Оказывается, это не так уж сложно, когда его лицо кажется расплывшимся пятном, и я не вижу его пронизывающих темных глаз.

Лифт, наконец, приехал. Двери открылись, предупредительный кавалер пропустил меня вперед.

– Вам какой? – спрашивает он, задержав руку у рядов кнопок.

Он что, издевается?

– Жми свой.

Ой, я, кажется, перешла на «ты». Это вышло случайно… но пусть. Похоже, прозвучало достаточно нагло. Что мне и требуется.

– Едем ко мне? – обрадовался сосед. – Я безгранично счастлив.

Молча смотрю на него. Вернее, созерцаю размытое изображение. Глянула поверх очков. Ой! Меня как током шарахнуло. Нет, лучше спрятаться за искажающими мир линзами.

– Подожди-ка, – похоже, он тоже перешел на «ты». – Я понял, на кого ты похожа. На мою соседку.

Что, правда, только сейчас дошло? Хорошо же я замаскировалась!

– Наверное, ты ее сестра… Угадал?

Похоже, он прикалывается. Ладно, поддержу.

– В самую точку!

Тут мой сосед совершил неожиданную вещь. Он нажал на кнопку «стоп», и лифт прекратил движение. Что это значит? Надо ли мне пугаться? Может, он маньяк? Я не позволила �