Алиса и проклятый Зверь

Пролог

Ярхан

— Оставь Ингрид в покое, мерзавец!

Кто такая Ингрид — я знал. А вот вопящую на пороге моего скромного дома женщину видел впервые.

— Ты кто, на хрен, такая? — я изогнул бровь, глядя на дамочку.

— Опекунша Ингрид, — она зло сощурилась.

Вот оно что…

Сегодня первый день зимы — праздник. У меня на вечер были другие планы, но, похоже, придётся задержаться. Я сделал шаг назад, приглашая миссис в дорогом пальто осчастливить не менее дорогими сапогами грязный пол моей съёмной каморки.

Женщина, сверкая злющими глазами, прошла в комнату, я закрыл дверь. В том, что у бабы плохо с головой, сомнений не было. Богачка заявилась ко мне — не самому благородному «мусье» — в один из самых опасных районов города без охраны. Отодвинул тряпку на окне — под фонарём её ждал запряжённый экипаж.

— Зачем пришла, опекунша? — я цапнул бутылку с элем и развалился в кресле.

— Чтобы ты, нищая морда, отстал от моей падчерицы, — зашипела змеёй. — Иначе…

— Иначе? — перебил её. — Угрожать мне вздумала?

— Я предупреждаю, — дама вздёрнула острый подбородок. — Ингрид выходит замуж за человека своего круга.

Едва элем не поперхнулся.

— Ини не говорила, что обручена, — я замер, глядя в глаза женщины.

— С рождения.

Я всё же поперхнулся.

— Ни хрена ж себе…

— Ты запудрил девчонке мозги, — она оттопырила указательный палец. — Вместо того чтобы думать о свадьбе, она треплется о любви. И с кем?!

Новость о том, что у моей Ингрид есть жених, выбила из колеи. Иначе я бы уже сломал назойливой скандалистке конечность, которой она нервно трясла перед моим носом, подкрепляя пламенную речь.

— Шла бы ты отсюда, — процедил.

Говорить не хотел. Ни с кем. Надо было подумать. А склочная баба из высшего света пусть катится к чертям.

— Я дам тебе шанс, — заявила опекунша, пропустив мои слова мимо ушей. — Скажешь Ингрид, что между вами всё кончено, и я не стану принимать меры.

— О каких мерах ты говоришь?! — зарычал и поднялся на ноги. — Ты хоть знаешь, кто я? — сомкнул пальцы на горле глупой бабы.

— Знаю, — в её глазах не было и тени страха.

— Умишком слаба? — я оскалился. — Ингрид — моя.

Не понял, что дрянь сделала, но в следующее мгновение перед лицом встала пелена чёрного едкого дыма. Пальцы сами разжались — опекунша оказалась на свободе, а я, кашляя и задыхаясь, опустился на пол. Неужели я — оборотень — не почуял ведьму? Быть такого не могло!

— Моя падчерица — наивная девочка, — женский голос звучал в ушах эхом. — Она всё мне рассказала. Ты — животное.

— Ведьма… — просипел, корчась в муках.

— Я? — опекунша хмыкнула и ткнула сапогом мне в бок. — Я — нет, но у меня есть знакомая колдунья. Теперь ты проклят, зверь.

Вообще не вовремя!

У меня по венам тёк раскалённый металл. Тело ломило от боли. Я почти ничего не видел. Опекунша Ингрид говорила что-то, но я плохо понимал её слова.

— …Навсегда останешься волком, и даже имени своего не вспомнишь.

Глава 1

Алиса

Перед глазами всё плыло, словно во сне. Почтенные дамы и господа в гостином зале нашего дома — сборище снобов. Им тут не место. Но сегодня их общества не избежать. Картинка слилась в чёрно-белое пятно.

Плакать нельзя. Только не при них.

— Соболезную вам, мисс Дей, — фальшиво вздохнула пожилая леди с чёрной вуалью на лице.

Я вздрогнула и крепче сжала зубы, стараясь сохранить спокойствие. Кажется, гостям давно пора расходиться… Нет? Тогда уйду я.

— Благодарю, — ответила ей тихо. — Прошу меня простить, — развернулась и поспешила убраться подальше от дикого фарса.

Двигаться с достоинством. Вести себя подобающе. Говорить только обдуманные фразы. Иначе в высшем обществе не выжить.

Я так устала от лживых людей и их «соболезнований»… Никто из собравшихся не делал это искренне — слишком многим задолжал мой усопший отец. Как выяснилось, наша семья разорена. Денег на счетах нет, а фамильные драгоценности и коллекционные картины давно в ломбарде. Остался только родовой особняк. Нам с братом придётся продать его, чтобы рассчитаться с кредиторами.

Вышла в сад и направилась к беседке — мне просто необходимо одиночество. Хотя бы несколько минут тишины.

Вечер опустился на город, на наш сад. Я с грустью посмотрела на мерцающий огонёк в фонаре, и сердце заныло — скоро родовой особняк семьи Дей займут чужие люди. Сделают здесь всё по-своему, обживутся и будут счастливы.

— Моя бедная сестрёнка, — нарочито надсадный хрип брата над моим ухом выдернул из мыслеворота. — Никак не можешь переварить трагедию?

— Какой же ты, Стю… — у меня в горле застряло слово, которое хорошо воспитанная мисс даже шёпотом не произнесёт. — Бессердечный!

— По-твоему, я должен оплакивать папашу? — он развалился на лавке. — Я зол, Алиса. Зол как никогда.

— Злись на себя, Стюарт, — скрестив руки на груди, посмотрела в наглые глаза братца. — Большинство долгов папы — твоя заслуга.

— Да? — в его взгляде мелькнула агрессия.

— Разве нет? — я закипала.

— Прикуси язык, сестричка, — Стю сощурился, навалившись грудью на стол для чаепитий.

— Отец не жалел для тебя денег. Любой каприз оплачивал. Это по твоей вине нам придётся продать особняк! — я встала.

Стюарт зарычал зверем и, отшвырнув стол, который нас разделял, сомкнул пальцы на моём горле.

— Пусти… — прохрипела в побагровевшее лицо брата, беспомощно цепляясь за его запястья.

— Продать?! — заорал. — Ты думаешь, я продам дом? Не будет этого! — Серые глаза Стю почернели. — Я не собираюсь жить на помойке, как крыса!

— Мисс, я приготовила постель. Вам нужен отдых, — испуганный голос нашей экономки — миссис Хизби — прозвучал за спиной.

Хватка на моём горле разжалась, и брат, тяжело дыша, сделал шаг назад.

Всевышний… Задыхаясь и кашляя, я опустилась на лавку. Раньше Стю не позволял себе ничего подобного. Он избалованный эгоистичный болван, но руки не распускал.

— Иди спать, Алиса, — брат отвернулся. — Я решу все проблемы.

Перед глазами мелькнуло бледное лицо миссис Хизби, а через мгновение я уже шагала к дому, держа её под руку. Ног почти не чувствовала, сердце в груди не билось. Мой брат — чудовище, но отец этого не замечал, подкармливал его «демонов» щедрыми подарками и деньгами. Ежедневный кутёж, отнюдь не дешёвые бордели, которые Стю посещал несколько раз в неделю, да вообще любой каприз моего братца папа оплачивал не глядя. Единственный наследник, продолжатель рода Стюарт Дей не знал отказов, привык жить на широкую ногу.

— Он с ума сошёл… — холодный шёпот сорвался с моих губ, когда мы с экономкой вошли в мою спальню. — Простите, миссис Хизби, — на глаза навернулись слёзы, — сожалею, что вам пришлось увидеть… — я не смогла подобрать подходящее слово и разрыдалась.

— Вы слишком хорошо воспитаны, Алиса, — она вздохнула и подала мне белоснежный носовой платок. — Крепитесь, сейчас не время рыдать, — обняла меня за плечи.

— Да-да, вы правы, — я спешно вытерла слёзы, — не время… — но по щекам снова покатилась солёная влага. — Нужно выставить особняк на продажу, — всхлипнула. — Как бы Стю ни сопротивлялся, другого выхода нет. Стоит поскорее раздать долги, иначе ему и мне просто свернут шеи. Кредиторы отца — страшные люди.

— Ваш брат нашёл другой выход, — шёпотом заявила экономка.

— Какой ещё выход? — у меня в груди стало холодно.

Миссис Хизби открыла дверь и выглянула в коридор, проверяя, нет ли там лишних ушей. Она вела себя странно и выглядела взволнованной.

— У гостей закончилось вино, — повернула ключ в замочной скважине и зашагала ко мне. — Я спустилась в погреб, чтобы наполнить кувшин, и немного задержалась, решая, какое из вин подойдёт лучше. То, что я услышала — ужасно! — она округлила глаза. — Стюарт говорил с графом Одри де Сантом в кухне. Он собирается продать вас ему, мисс.

— Всевышний! — воскликнула и прижала ладошку ко рту.

Одри де Сант — пятидесятилетний граф, трижды вдовец и крайне жестокий человек. Говорят, все его жёны умерли от страшных истязаний плетью. Сплетням доверять не стоит, но… От мысли о графе меня бросило в холодный пот. У отца с Одри де Сантом были какие-то дела, а я пряталась в своей комнате, когда он приходил, потому что вынести его скользкий похотливый взгляд на моей груди было сложно. Мерзавец только что слюной не капал. Гадость… До меня не раз долетали слухи, что де Сант просил моей руки. Отец не спешил соглашаться, а вот мой братец…

— Граф дал вашему брату аванс, — миссис Хизби взяла меня за руку. — Речь идёт о больших деньгах. Завтра за ужином вас собираются опоить снотворным, а через час после полуночи граф прибудет, чтобы забрать… покупку.

— Что же делать? — я вцепилась в пальцы экономки, как в последнюю надежду.

— Бежать, — она закивала, глядя мне в глаза.

— Куда?!

— В Эшфорт, — выдала миссис Хизби. — К вашей тётушке.

Идея хорошая и плохая одновременно. Моя тётка по матери — милейшая женщина, она не откажет в приюте племяннице, и Эшфорт далеко не захудалый городишко — можно обустроиться. Подвох в том, что туда можно попасть только по приглашению местных. Говорят, иначе Эшфорт не отыскать. Однажды тётя звала меня в гости, но с тех пор прошли годы… Кто-то верит, а кто-то не верит, но одно известно точно — дороги туда нет. Желающие отыскать путь вынуждены бродить по Чёрному лесу, надеясь на удачу. Но, говорят, лесная чаща буквально кишит разбойниками.

— Миссис Хизби, я не уверена, что доберусь до Эшфорта, — от перспективы стать пленницей де Санта сделалось дурно.

Экономка оторвала мою конечность от себя и, сунув руку в карман передника, достала кожаный кошелёк.

— Это мне удалось забрать из сейфа вашего отца, — она говорила быстро. — Стюарт не в курсе заначки хозяина. Вам хватит, чтобы купить лошадь и нанять стража. Поторопитесь, Алиса, — сунула мне в руку мешочек с монетами и обняла. — Мне нужно идти. Нельзя, чтобы Стюарт что-нибудь заподозрил.

Она вышла из спальни, а я осталась стоять в оцепенении со сжатым в пятерне кошельком.

Всевышний, помоги! Мысли разбегались, словно тараканы. Не могла сообразить, что делать. Для начала озадачиться поиском охранника? Но я понятия не имела, где в городе нанимают крепких парней для этих целей. Девушкам из высшего света иногда приходилось пользоваться услугами стражей, и одна моя знакомая как-то обмолвилась про бойца…

Ринг.

Сердце едва из груди не выскочило. Бои без правил — ночное развлечения для низших сословий. Благородные мисс не посещают подобные мероприятия. Это не безопасно. И даже более чем! Но у меня нет выбора.

* * *

Я пересчитал монеты и поднял глаза на Грога — распорядителя боёв, сидевшего за массивным столом в скрипучем кресле. Напряжение в коморке нарастало.

— Какого хрена так мало? — спросил я почти спокойно.

— Всё честно, — Грог потянулся к замызганному журналу ставок.

Чёрта с два «всё честно». Да только я не в том положении, чтобы выделываться. Ринг — единственное место, где в этом проклятом городе можно заработать быстро.

А мне надо быстро — зима на подходе.

— Засунь себе в зад эту портянку, — прорычал в лицо распорядителю, брезгливо глянув на потрёпанную тетрадь. — Я хочу процент больше.

Грог кивнул охране. Парни отлипли от двери и нехотя с опаской шагнули ко мне.

Решил меня своими пёсиками напугать? Ну-ну. Я криво ухмыльнулся.

— Рожа у меня что надо — страшная, зрители в ужасе и восторге. Крошу я на ринге всё, что под руку подвернётся. Чего тебе ещё надо, а?! — сжал кулаки, и охранники напрягли спины.

— Превратись, Ярхан, — распорядитель нервно улыбнулся. — Мне нужен волк на ринге.

— Нет, — отрезал.

— Значит, твой процент остаётся прежним. Я плачу всем бойцам одинаково.

— Одинаково мало.

— Зато деньги сразу.

— Пошёл ты нахрен! — я сунул золото в карман и, отодвинув стражника с дороги, направился к выходу.

— Завтра жду тебя! — вякнул распорядитель.

Коморка Грога за рингом провоняла большими деньгами и ложью. Сегодня ставили только на меня и много — точно знал. Противник дюжины минут не продержался — прилёг, а заплатили мне так, будто не он — я валялся в кровавых соплях. Грог делал всё, чтобы заставить меня превратиться на глазах у изумлённой публики. Поглазеть на выпущенные кишки местные любят.

Я вышел на рыночную площадь, за которой располагался ринг, и направился к кабаку. Пропущу пару стаканов эля и сниму девку на ночь — не слишком затратное развлечение и расслабляет, что мне и надо.

Кабацкий зал гудел — обсуждали Ярхана. Народу понравился бой, только сетовали — быстро всё закончилось. Переживут. Я не любитель устраивать танцы на ринге. Натянув капюшон плаща на лицо до самого подбородка, уселся за дальним столом — внимание мне ни к чему.

— Как обычно? — передо мной возникла разносчица с кружкой эля.

Местных баб не проведёшь капюшоном, они клиентов насквозь видят, но попусту не треплются — ценные качества.

— Через полчаса будь готова задрать юбку, — кивнул, хлопнув девицу по заднице.

Выдеру кобылку в хвост и в гриву. Член отреагировал на мысли крепким согласием. Пожалуй, полчаса с таким стояком я не просижу — дым из ушей повалит. Разносчица, как назло, призывно облизала губы и плечиком голым так повела, что в паху загудело от напряжения.

— Через полчаса, Ярхан, — склонилась над столом, демонстрируя мне утянутую корсетом грудь.

Глотнул эля и закрыл глаза.

Образ длинноволосой красавицы в шёлковом платье тут как тут. Прошло три года… Три грёбаных года, с тех пор, как меня прокляли и… Ингрид больше нет. Она погибла от рук ублюдка, за которого её выдали замуж. Богатый, влиятельный — граф… Я не испытывал к Ини большой любви, но я ценил девочку за доброе сердце и искренность. Не успокоюсь, пока не отомщу Одри де Санту за её смерть.

Открыл глаза и осушил кружку.

До зимы я ещё успею поучаствовать в боях, а потом придёт время уходить в лес. Три месяца в ипостаси волка выжмут из меня все соки. Проклятье, которым по мне шарахнула мачеха Ингрид, сработало криво. Я не остался зверем навсегда и пока не забыл своё имя, но… Теперь каждое первое полнолуние зимы я превращаюсь в волка и остаюсь им до весны. Всё тяжелее и тяжелее приходить в себя после такого.

В прошлом году, когда всё закончилось, я вышел из леса в город и упал без сил — пойти было некуда. Провалялся неделю в зассаной подворотне, а гул в голове не проходил ещё месяц. Выходить на ринг в таком состоянии я не рискнул. Залез в долги, чтобы снять жильё и купить еды. Едва выкарабкался. В этом году решил подготовиться — заплатить хозяйке съёмной комнаты, чтобы она оставила её за мной, раздать долги и припасти деньжат на жратву и лекаря. В башке звенели мысли-монеты. Дорого нынче быть проклятым зверем.

А может, к чертям всё?..

Превратиться в бою, как просит Грог, и получить хорошие деньги… или пулю в мохнатую тушку. Я теряю контроль над собственным волком. После проклятья мы с ним перестали быть одним целым и часто спорим. Если зверюге взбредёт в голову загрызть не только моего противника, но и кого-то из зрителей, а может, всех… Пристрелят там же.

Я глотнул ещё эля и скривился — пойло здесь хреновое и девки потасканные. Я бы с удовольствием задрал подол какой-нибудь невинной кошечки. Прожжённые шлюхи уже поперёк горла стояли.

Глава 2

Стюарт решил меня проконтролировать. Очень некстати.

Я прильнула глазом к замочной скважине — брат вытащил в коридор кресло и устроился напротив моей комнаты. Вот же… На языке снова вертелось неприличное слово.

— Стю, что ты здесь делаешь? — я выглянула из спальни.

— Пью виски и размышляю, — отозвался, покрутив в пальцах стакан с алкоголем.

Он говорил спокойно, будто ничего странного не происходило.

— Кх-м… Почему бы тебе не делать то же самое в гостином зале? — я постаралась изобразить удивление на лице.

— Мешаю? — Стюарт добавил в тон злости.

— Что ты! — улыбнулась, но вышло напряжённо. — Вовсе нет. Только… скрип твоих мыслей не даёт заснуть.

— Придётся смириться, — ядовито заявил и осушил бокал.

Проклятье!

Я вернулась в комнату и принялась нервно расхаживать туда-сюда. Сумка собрана, платье готово. Оставалось переодеться и спешно выдвигаться к рыночной площади. Надо попасть на ринг до того, как закончатся сегодняшние бои, но Стюарт решил превратить мои планы в пыль.

Подошла к окну и глянула вниз — Всевышний, слишком высоко! Верёвки у меня нет… Связать постельное бельё? Я схватилась за простынь и обомлела — их две! Одеяло тоже снабжено парой пододеяльников.

— Спасибо, миссис Хизби! — прошептала с ликованием.

За дверью скрипнуло кресло. Стюарт?..

Я нырнула в кровать, накрылась покрывалом с головой. Непросто изображать спящую, когда тебя колотит от волнения. Стю заглянул в комнату, тихо выругался и закрыл дверь с той стороны. Звук поворота ключа в замочной скважине сообщил — меня заперли. Лежала, слушая затухающий стук шагов брата в коридоре…

Всевышний, молю — пусть всё получится!

Путь в Эшфорт — опасное приключение, а подготовка и того хуже. Дрожа от страха, переоделась в простое платье, нацепила на ноги ботинки без каблука и взялась за импровизированную верёвку. Узлы меня учили вязать ещё в детстве. В частных школах для богатых детей нас обучали всякой ерунде. Удивительно, но хоть что-то пригодилось.

Обвязав простынь вокруг ножки кровати, я подошла к окну и распахнула створки. Порыв прохладного осеннего ветра ударил в лицо и немного отрезвил. Скоро зима… Очутиться посреди занесённого снегом Чёрного леса в первые и самые сильные морозы не хотелось.

Да о чём я?! Сначала надо выжить в районе, где расположен ринг — это сложнее, чем зимовать в лесу.

Мои несчастные нервы звенели, пока я ползла вниз по простыням. Так страшно мне ещё никогда не было! И боязнь сорваться с высоты — мелочь. Что если Стю попросил кого-то из слуг приглядеть за мной? Единственная, кому я могла доверять в этом доме — наша экономка, остальная прислуга легко продастся моему братцу. Деньги у него после сделки с графом имелись.

— Осторожнее… — прошептал кто-то снизу.

Опустила глаза, и голова пошла кругом, едва пальцы не разжала.

— Мис-сис Хизби… — я выдохнула и продолжила путь.

— Поторопитесь, Алиса, — экономка озиралась по сторонам.

— Вы меня напугали, — зло прошипела я, когда под ногами оказалась земля. — Всевышний! — хлопнула себя ладошкой по лбу. — Я забыла сумку в комнате. Там тёплые вещи…

— Забудьте, Алиса, — миссис Хизби, взяла меня за руку и буквально потащила к саду. — Деньги при вас, надеюсь? — она остановилась.

— Да, — закивала.

Кошелёк с золотом я сунула в карман платья. Так себе тайник, конечно.

— Вот и славно, — экономка снова зашагала к саду, увлекая меня за собой. — Мистер Дей сегодня выпил, будет спать крепко. Я проберусь к нему в комнату, раздобуду ключ и приберу всё, — она кивнула на окно, откуда свисала «коса Рапунцель». — Утром он не сразу хватится вас. Надеюсь, к тому времени вы уже будете далеко.

— Ох… — у меня дыхание перехватило. — Неспокойно за вас, миссис Хизби. Если Стю поймёт, что вы помогли мне…

— Не думайте об этом, — заявила экономка и открыла передо мной калитку, которую обычно использовали только слуги. — Берегите себя, милая, — у неё в глазах застыли слёзы.

Никогда ещё мне не приходилось покидать родной дом с таким тяжёлым сердцем. Возможно, всё потому, что на этот раз я знала точно — не вернусь. Удастся ли мне добраться в Эшфорт или нет, роли не играло.

* * *

Рыночный квартал место не для таких, как я. Тут даже днём неспокойно, что уж о ночи говорить? Я скользила тенью по узким грязным улочкам, направляясь к площади. Когда была маленькой, миссис Хизби часто брала меня с собой на рынок, чтобы я не оставалась дома с братом. Стюарт с детства невыносим. Выдержать его общество мало кто мог. Я отлично выучила местный «лабиринт» и даже спустя годы смогла без труда сориентироваться.

Вышла к огороженному высоким забором рингу — тихо, бои на сегодня закончены. На воротах висел огромный замок, трибуны пустовали, как и пятачок для драк. Я всё же выругалась, как не подобает мисс.

Пока шла сюда,  ни о чём не думала, а сейчас… Всевышний, как же жутко! До моих ушей вдруг стали долетать совершенно неблагообразные звуки, а в нос ударили местные отвратительные ароматы. Всё вокруг меня кричало — «спасайся, Алиса!» Но теперь о спасении говорить сложно. Где мне найти охранника? И лошадь, и…

— Меня ищешь, киса? — за моей спиной раздался леденящей кровь мужской шёпот.

Обернулась и увидела перед собой тощего мистера. Мужчина по меркам низшего сословия неплохо одет, и волосы подстрижены, хоть и грязные. На опустившегося пьяницу, каких в этом квартале сотни, вроде не похож.

— Доброй ночи, — я старалась улыбаться и говорить вежливо. — Вы не знаете, бои уже закончились?

— Богатая девочка ищет развлечений в наших краях? — мистер окинул меня оценивающим взглядом. — Захотелось на горячих мужиков посмотреть?

— Ох, нет! — я замотала головой. — Вы неправильно…

— Понимаю, — он закивал, не обратив внимания на мои слова. — Холёные дрыщи в париках с напудренными рожами совсем не то, что нужно такой кошечке, как ты.

Я схватилась за карман и сжала ткань юбки вместе с кошельком. Глупо… Масленый взгляд мистера ясно давал понять, что грабить он меня не собирается. По крайней мере, это не главное его желание. К горлу подступил ком отвращения.

— Извините, мне пора, — я попыталась его обойти, но не вышло.

Мистер преградил мне путь и вдруг перестал казаться щуплым. Он, словно гора, которую обойти невозможно.

— Куда собралась, киса? — широко улыбнулся гнилозубым ртом. — Бои закончились, но время представлений продолжается.

Сказал, схватил меня за руку и куда-то потащил. Я пыталась вырваться из крепкой холодной хватки незнакомца, упиралась и даже попыталась ударить, чем вызвала у него только смех. Звать на помощь не получалось — горло перехватило… Да и кто бы мне стал помогать? Здесь, скорее, придут на помощь мерзавцу, чем мисс вроде меня.

* * *

Вопреки планам и гудящим яйцам, я засиделся за столом в компании эля. Захмелел, и трахать разносчицу стало лень. Без особого восторга наблюдал, как девка гарцевала по залу, иногда подходила к двери в подсобку, бросала короткий взгляд на меня — «пора»? Клиента с деньгами она обслужила бы в комнате над кабаком, а мне и коморка с бочками сойдёт.

Совсем расхотелось…

В штанах всё готово к бою, а в голове одна мысль — где взять чёртовы деньги, чтобы не сдохнуть этой весной после трёхмесячных скитаний по Чёрному лесу? Дожил, Ярхан! Не хватало только немощью по мужской части разжиться. Баб я раскладывал часто и с удовольствием. Единственная радость в жизнь проклятого оборотня. И то не круглый год…

Стиснув зубы, заставил себя оторвать зад от стула и пошёл к подсобке. Выбросить из головы всё, хотя бы на полчаса.

— Я заждалась, — мурлыкнула разносчица на ухо.

Она накрыла ладошкой мой ломящийся от долгого ожидания пах, толкнула дверь. Едва мы оказались вдвоём в тесной комнате, прижалась — клещами не оттащить — и сунула руку в карман моих штанов.

— Эй, полегче! — прохрипел, кусая девичью шею, и сжал её запястье, не дав выудить из кармана монеты. — Я в состоянии расплатиться.

— Это… пока, — со стоном выдала девка. — Скоро себя забудешь.

Ты глянь! Захотелось заржать. Чтобы забыть всё что можно и нельзя Ярхану надо много, и шлюха для такого подвига точно не годится. Но разносчица решила доказать — Ярхан ошибается. Опустилась передо мной на колени, скинула платье с плеч, оголив налитую грудь с острыми тёмными сосками и, похотливо заглядывая мне в глаза, потянулась к пуговицам — освободить член из тесного плена штанов.

Кто-то заорал…

Крики явно не из кабацкого зала — глухие. Значит, с улицы. Это отвлекало от главного, и в башке снова загудело — «деньги, деньги, деньги»…

— Чёрт!

— Ярхан, я всё сделаю, — прошептала шлюха, обжигая дыханием налившуюся возбуждением головку члена и сняла с неё языком выступившую капельку.

Кивнул и, забрав носом воздух, запрокинул голову, стараясь избавиться от гула, который назойливо лез в уши.

Хрен!

Можно подумать, что перед кабаком устроили драку, вот и вопят, но к монотонному галдежу прибавился женский голос. Колокольчик… мать её, звал на помощь, да так жалобно, что в груди всё сжалось до боли.

— Хватит, — заявил, стянув со стояка чмокающую ртом девку.

— Не понравилось? — она вытаращила на меня глаза.

Вместо ответа я достал из кармана золотой и бросил ей. Достаточно, чтобы «извиниться». Натянул штаны и вышел из подсобки.

Кабацкий зал оказался пуст. Вот это да! Значит, не зря чуйка подсказала сматывать удочки. Дремавший внутри меня волк проснулся и ощутимо куснул — «скорее». С чего бы мохнатой шкуре так переживать? Я накинул на голову капюшон и зашагал к выходу.

На улице творилось настоящая вакханалия, а командовал этим Грог. Народ из кабака — и, видимо, не только оттуда — организовал плотный круг, а внутри него распорядитель и девчонка. Шикарная, надо сказать, девочка, но история, в которую она угодила — дрянь.

Грог собирал у мужиков деньги, обещая показать всем её прелести, как только сумма достигнет установленного им потолка. Такая толпа легко затопчет распорядителя боёв — без оплаты разглядит всё, что пожелает, и не только разглядит. Но это Грог — у него каждый вечер настоящий спектакль на ринге. Никто не станет его «обижать».

Мужики послушно отдавали монеты, а девчонка, обхватив себя за плечи, с застывшим в глазах ужасом вертелась, словно юла. Роскошная тёмная грива собрана в хвост на затылке, и фигурка что надо — даже длинное платье не мешало понять это. Круглая попка, небольшой рост, миловидная мордашка. Лиса-чернобурка. Она явно не из местных. Её одежда хоть и выглядела просто, но явно дорогая. До хрена дешёвых тряпок я на шлюхах порвал — разбираюсь.

— Нет! — девочка взвизгнула, я вздрогнул.

Засмотрелся на красоту — пропустил момент, когда Грог закончил собирать деньги и порвал платье девчонки. Голая до пояса, она старалась прикрыться, а местные гоготали, облизываясь на обнажённую грудь. То, что я сейчас мял в подсобке, вообще не сиськи! Облизнулся, глядя на аккуратные полусферы с аккуратными розовыми сосочками: на такое глянешь — и в штаны спустишь… По ухоженным щёчкам жертвы потекли ручейки слёз.

Кипяток в моих венах заставил действовать быстро. Ни слова не говоря, распихал идиотов, стоящих впереди, и оказался рядом с девчонкой. Бледная, словно мел, она смотрела с ужасом: на меня или нет — неясно. Взгляд поплыл, того и гляди свалится без сознания. Моё лицо скрыто капюшоном — хорошо. Иначе вид отметин на моей роже дополнил бы её впечатления, и обморок вполне мог стать последним. У холёных неженок нервы ни к чёрту.

— Тебе чего?! — Грог зло на меня глянул. Узнал. — Отойди, обзор загораживаешь.

Не собирался.

Ни один бой на ринге не приносил мне такого удовольствия, как избиение этой свиньи. Убивать Грога я не собирался — в темницы мне рановато, но объяснить кулаками что к чему — надо.

— Достаточно понятно? — я склонился над окровавленным лицом распорядителя.

— Мразь… — просипел он. — Забудь про ринг, недоносок…

До меня только сейчас дошло, что я сделал. Повернулся к девчонке — замерла камнем, взгляд в пустоту.

Надеюсь, ты того стоишь, чернобурка. Перевалил её через плечо и понёс подальше от хлева с похотливыми хряками.

Глава 3

Я очнулась укутанной в тяжёлый плащ, сидя на каменных ступеньках какого-то дома. В голове гудело, перед глазами муть. Зажмурилась, а когда распахнула веки — ужаснулась. Судя по выщербленным кирпичам в стенах и зловонию, я до сих пор где-то рядом с рыночной площадью.

Встала, но ноги отказались слушаться, и кто-то сильный подхватил меня, не дав рухнуть на мостовую. Перестав дышать, с ужасом посмотрела на мощные мужские руки на своей талии. Дар речи пропал — вышло только пискнуть мышкой. Обладатель конечностей стоял у меня за спиной. Близко. Очень. Я ощущала жар, исходящий от тела, к которому оказалась прижата против воли.

— Ох… Пустите! — закричала, и мой рот накрыла широкая шершавая ладонь.

— Отпущу, — пообещал глубокий бас мне в затылок, — если передумала орать.

Я закивала. Только бы отпустил!

Тяжёлые руки исчезли, а повернуться я не решилась. Надо бежать… Но как?! Ног я не чувствовала. Почему не упала — не знала.

— Кто… вы? — язык заплетался.

В памяти всплыл образ огромного мистера в плаще, с капюшоном на голове. Лица незнакомца я не видела, но он так лихо отходил моего обидчика…

Что ему нужно?! Сердце застучало под горлом.

— Меня зовут Ярхан, — вопреки моим мыслям, он просто представился. — Как твоё имя?

— Алиса, ми…стер. Рада знакомству… — привычка быть вежливой в любой ситуации сидела во мне гвоздём.

— Ничего так, — благодушно заявил.

Пора включать логику, мисс Дей. Хотел бы он сделать со мной что-то плохое, уже сделал бы. У этого мужчины одна рука, как у меня две ноги! Может, ему деньги нужны?

Я повернулась и растеряла слова. На меня смотрело настоящее чудовище. Невозможно огромный человек! Меховой жилет на голое тело не скрывал тугие канаты мышц под смуглой кожей рук, широкую крепкую грудь и очертания рельефного живота. В ярко-зелёных глазах мелькнуло что-то звериное, и я едва не заскулила от страха. Лицо этого человека выглядело так, будто по нему пробежал табун лошадей, а потом ещё несколько обозов проехало. Шрамы, раны, сломанный нос и разорванный, но хвала Всевышнему, успевший зажить рот.

— Зачем пришла сюда ночью?

Мужчина шагнул назад — увеличив расстояние между нами, уменьшил панику в моей груди.

— Я… — говорить не получалось.

— Искала развлечений?

— Нет!

— Тогда что? — он нахмурился. Обезображенное лицо приобрело совсем уж страшный вид. — Я спас богатую дуру, или тебя нужда заставила явиться среди ночи в этот район?

Нет уж, увольте — я не дура. Совершенно точно!

— Мне надо найти бойца, — ко мне вернулась способность говорить. — Одного из тех мужчин, что дерутся на ринге по ночам.

— Зачем? — в зелёных глазах Ярхана зажглись искры интереса.

— На… Нанять, — выпрямила спину, кутаясь в тяжёлый плащ. — Мне нужен охранник.

— Зачем? — искры стали ярче.

— Чтобы добраться до Эшфорта, — я поджала губы, разглядывая мужчину.

Он один из бойцов? На самом деле это уже не имело значения.

Чудовищная внешность здоровяка никого не оставит равнодушным. Разбойники Чёрного леса десять раз подумают, прежде чем напасть, а мой братец и граф де Сант будут неприятно удивлены, если решат организовать погоню. Чудище идеально подходил на роль стража.

— В Эшфорт… — задумчиво повторил он. — У тебя есть приглашение?

— У меня там живёт родня, — моё сердце забилось часто-часто, — и да — меня приглашали. Как-то раз…

— Провожу за тысячу золотых, — Ярхан не предложил — заявил.

— Сколько?! — я пискнула и вытянула шею.

Неподобающее поведение для знатной мисс. Но — тысяча! В кошельке около половины от этой суммы, а ещё лошадь нужна и одежда… Натянула полы плаща — я под ним почти голая, и этот факт и наличие мужчины рядом заставило щёки вспыхнуть.

— Опасный путь, — Ярхан сощурился. — Могу провести. Лучше меня Чёрный лес никто не знает.

— Простите, — фыркнула, — но я не золотая жила. У меня нет таких денег.

— Сколько есть? — вцепился в меня взглядом.

— Пять сотен. Но у меня нет лошади, — стало совсем не по себе.

— Значит, так… — он поднял глаза к ночному небу, словно что-то прикидывая в уме. — С тебя пятьсот сейчас и ещё пятьсот, когда прибудем в Эшфорт.

— Но… — у меня дыхание перехватило.

— Тихо! — рыкнул. — Попросишь у родни.

— Ох…

— Договорились. Лошадь с меня.

Ярхан протянул мне раскрытую ладонь… Ладонище! Рукопожатие в знак заключённой сделки грозило обернуться многочисленными переломами. Для меня.

— Обойдёмся без этого, — я тяжело сглотнула, глядя на огромную лапу.

— Обойдёмся. Без брезгливости, — процедил. — Встретимся на рассвете у городских ворот.

Он встал и зашагал прочь.

Куда?! О, Всевышний! Зачем я это ляпнула?..

— Подождите! — закричала.

Я попыталась встать, но запуталась в плаще и рухнула на мостовую. Какой позор! Захлёбываясь стыдом, вертелась в тяжёлой ткани. Снова сильные мужские руки, стремительный полет вверх, и я утонула в изумрудном океане глаз. Невероятный цвет! И волосы у него до плеч, вьются. Чистые…

— Что-то ещё, мисс? — в тоне мужчины появились наигранно-вежливые нотки.

Он стоял слишком близко. Непозволительно близко!

— К-хм… — я сделала шаг назад, но взгляд не отвела. — Прошу прощения за бестактность. Не хотела вас обидеть.

— Прощаю, — Ярхан весело оскалился. Вышло кошмарно. — Так в чём дело?

— Я в большой опасности и скорее всего меня будут преследовать. Нужно покинуть город до рассвета.

— Дорога через Чёрный лес — не прогулка. Надо подготовиться.

— Вы не понимаете! — в груди заклокотало возмущение. — У меня есть все основания опасаться за свою жизнь!

— Это ты не понимаешь, девочка, — Ярхан навис надо мной грозовой тучей. — Ты платишь, я отгоняю шавок.

Всевышний, я наивная! Надо было сразу дать ему денег.

— Мне негде дождаться рассвета, — я опустила глаза. — Возьмите, — потянулась в карман за кошельком.

— Доверчивая какая, — Ярхан покачал головой. — Придержи кошелёк у себя. Нечего посреди улицы золотом светить, — кивнул, и я вынула конечность из кармана. — Идём, чернобурка.

Чернобурка? У меня брови поползли вверх.

О хороших манерах этот мистер не слышал. Давать даме прозвище — сродни оскорблению! Хотя… пусть называет, как захочет. Лишь бы не стал приставать.

Пойти с незнакомым мужчиной ночью неизвестно куда… И ведь сама напросилась. Мисс Дей сошла с ума, но этому способствовали обстоятельства.

* * *

Грог не остановился бы, раздев девчонку на радость местным свиньям. Собрал бы ещё деньжат и позволил толпе отыметь её прямо на улице перед кабаком. С него станется.

Вытаскивая аппетитную попку девочки из крупных неприятностей, я ни на что не рассчитывал, но судьба мне улыбнулась. Я потерял вшивую работу на ринге, а получил шикарную возможность заработать за прогулку по лесу. Даже если в Эшфорте чернобурка решит прокатить меня со второй половиной суммы, я не сверну ей шею. Миловидная и наивная девочка — рука не поднимется…

Алиса испугалась моей рожи, но не стала прятать эмоции за маской, которую девочкам её сословия «вручают» ещё в детстве. И собой хороша, зараза! Я бы покувыркался пару ночей с этой лисичкой, а может, и на свидание позвал.

Слюнявые фантазии, навеянные скулежом звериной ипостаси — в помойку их.

Я вёл девчонку к себе домой. Пусть немного отдохнёт, а я пока раздобуду одежду и соберусь в дорогу. Утром за лошадью и вперёд — отрабатывать золотишко.

— Шевелись, — взял Алису за руку. — Здесь тебе не аллея для прогулок.

Чернобурка возмущённо пискнула, но ногами стала перебирать быстрее. Ещё полмили вперёд, поворот — и мы на месте.

— Вы здесь живёте? — мисс глазами-блюдцами смотрела на двухэтажный дом, пока я искал ключи в кармане.

Для меня жильё более чем достойное, а для мисс наверняка — хлев.

— В подвале, — добавил ей впечатлений.

— А-а… — задумчиво протянула.

Двухквартирный дом с подвалом. Где уж мне — проклятому зверю — разжиться деньгами, чтобы снять комнату наверху? Хозяйка любезно предложила коморку под домом — согласился без раздумий. В конце концов, плевать, где спать после мордобоя на ринге. Крыша над головой есть, тепло. Кроме того, в этой части района тихо.

— Заходи, — бросил гостье, открыл дверь и прошёл в комнату.

Чиркнув спичкой, разжёг огонь в керосиновой лампе, смахнул со стола крошки. Благородная мисс застыла на пороге — ни туда, ни сюда.

— Секунду, пожалуйста, — она прижала ладонь к груди, пытаясь выровнять дыхание.

— Хату выстудишь, сделаю тебя грелкой на ночь, — рыкнул.

Влетела в комнату пулей и дверь за собой закрыла. Умница.

— Простите, — засеменила к стулу, уселась. — Не часто бываю в гостях.

Я заржал. Невозможная девица! Я почти видел, как мисс из высшего света с достоинством и идеальной осанкой преодолевает тяготы пути. Представление не хуже циркового!

— Деньги давай, — сквозь смех выдавил из себя.

— Что? — посмотрела на меня волчонком.

— Деньги!

— Ой!

Чернобурка достала из кармана платья увесистый кошелёк и протянула мне. Там оказалось чуть больше обговоренной суммы. Отлично — значит, лошадь возьмём крепкую. Кляча отменяется.

— Прошурши тут, — окинул комнату взглядом, облизал глазами изящную шею лисички. — Приготовь пожрать.

В глазах мисс забурлила голубая кровь. Она прекрасна, когда злится.

Довольно улыбнулся, забрал золото и, не обращая внимания на возмущённое бульканье гостьи, вышел на улицу.

Глава 4

Наглец!

Я схватила со стола первый попавшийся под руку предмет и запустила им закрытую дверь. К порогу посыпались осколки глиняной кружки, а у меня внутри всё кипело от негодования. Это я его наняла стражем, а не он меня кухаркой! Ещё и запер!

Не запер.

Ключ остался торчать в замочной скважине. Я сделала несколько поворотов — вот так. Пусть стучит, когда вернётся. Подумаю — открывать или не стоит. Какое-никакое, а воспитание для неотесанного мужика…

Меня обдало жаром. Поддавшись эмоциям, совершенно забыла про осторожность. Хорошо, что чудовище не вернулся, когда я швырнула кружку. Ох…

И всё равно — пусть сам себе готовит.

Подвал выглядел крохотным. Если выбросить отсюда всю рухлядь, станет гораздо свободнее. «Пошурши здесь»… Только шуршать в тесноте и оставалось. Мыслями. Словарный запас стража тоже бедствовал. Впрочем, я его не для светских бесед наняла. Всё что надо — у чудовища в наличии: сила и страшное лицо. Кроме того, он не приставал с вопросами — как, зачем и почему? Остальное можно пережить. Всё, кроме… Вздрогнула от мысли, что в пути мы будем одни. Но вместо отвращения по телу прошлось тёплое волнение.

Это ещё что такое?!

Я не брезговала людьми с изъянами. Часто подавала калекам на паперти и не морщилась, в отличие от некоторых особ из моего окружения. Но испытывать подобное к малознакомому наглому типу… Похоже, от пережитого ужаса у меня действительно помутился рассудок.

Разволновалась и не заметила, как запустила руку в корзину с провиантом, а потом отправила в рот что-то солёное. Я слышала, бедняки варят кашу из зерна, едят много овощей, но это совершенно не напоминало растительную пищу. Мясо? Тут целый запас высушенных мясных кусочков.

В желудке появилось ощущение сытости, и я зевнула. Долгий и страшный выдался день. Не думала, что после такого смогу заснуть, но я ошиблась. Добрела до кровати и, завернувшись в тяжёлый плащ чудовища, опустилась на жёсткий матрас.

* * *

Проснулась я от ощущения, что на меня кто-то смотрит. Открыла глаза, сощурилась от утреннего света и встретилась глазами с Ярханом. Он сидел на стуле, недалеко от кровати и глядел на меня. Недобро.

— Мамочки… — заёрзала на кровати.

Спать на жёстком я не привыкла — ворочалась. Юбка задралась, обнажив ноги и попу, а плащ сбился, открыв чудищу обзор на мою голую грудь.

— Заперлась, уснула, ужин не приготовила, ещё и в заначку с мясом залезла, — мужчина с раздражением перечисли мои подвиги.

Похоже, его не интересовало, как я выгляжу. Только я тут беспокоилась, краснела и бледнела по этому поводу.

— Простите, — смущённо пролепетала, прижимая к груди плащ. — Я не заметила, как уснула.

А как он в комнату попал?.. Ответом мне стала приваленная к стене дверь и холод, который я почувствовала только сейчас.

— Завтрак готовь, — бросил сухо.

Он вообще не ложился? Сообразила, что заняла единственное спальное место в комнате. Неужели на стуле спал? Стало неловко. Воспитанная мисс в гостях никогда не причинит неудобств хозяину. Бунтовать по поводу кухонного рабства расхотелось. Приготовлю ему завтрак в качестве извинений.

Пока Ярхан возвращал дверь на законное место, по стеночке добралась до стола и принялась заглядывать в миски и корзинки. Нашла овощи, зерно и муку. Но я никогда не готовила из таких продуктов — для этого в доме семьи Дей держали кухарок. Всё, что я могла — поджарить или сварить яйца, но очага в коморке не было.

Неуклюже поправляя плащ, пыхтела над набором провианта — горсть бобов, репа, сельдерей… Бобы, прежде чем есть, нужно замочить. Кажется. Высыпала их в миску, залила водой из кувшина и стала резать репу.

— Что это? — глубокий бас прозвучал у меня над макушкой, я вздрогнула.

— Завтрак, — заявила с достоинством. Нельзя ударить в грязь лицом.

Ярхан ничего не ответит — отошёл, а я выдохнула и продолжила готовить.

Миссис Хизби любила блюда из бобов. Я не пробовала, но видела, как она их ела. Красные зёрнышки под белым соусом были мягкие. Значит, всё верно — пусть размокают. Присыпала бобы мукой и перемешала. На вид вышло не хуже того самого соуса. Не хватало только чего-то зелёного — исправила с помощью сельдерея. Ещё есть репа. Репа — это полезно. Хотя сырой я её не ела. Попробую.

— Готово, — я поставила в центр стола тарелку с завтраком.

Ярхан сложил руки за спину и с недоверием покосился на мой кулинарный шедевр. Обезображенное лицо чудовища не лучилось радостью. Что?.. Держу пари, это съедобно.

— Ешь, — мужчина вручил мне ложку.

— Запросто!

Думал, откажусь? Как бы не так! Зачерпнула бобов с горкой и отправила в рот.

Проклятье! Едва зубы не сломала!

Жевать этот кошмар невозможно, примерно так же, как гальку, перемешанную с комочками сырого теста. Позабыв о хорошем тоне, сплюнула гадость в ладонь и спешно отправила в рот ломтик репы. Из глаз градом покатились слёзы. Репа оказалась отвратительной закуской — язык щипало, челюсть свело.

— Вшевышный! — злой корнеплод выпал изо рта и шлёпнулся на пол.

Ярхан разразился хохотом, а я не знала, куда деть себя от стыда и обиды. Самым отвратительным в этой ситуации я сочла смех чудовища. Мог бы сделать вид, что не заметил. Но нет! Невоспитанным мужикам вряд ли объясняли — смеяться над неудачей дамы просто недопустимо.

— Я кухаркой не нанималась, — прошипела и запила позор водой из кувшина.

— Ты наняла меня, — хозяин, наконец, закончил с весельем. — Чем, по-твоему, должен питаться охранник? Молитвами Всевышнему, которого ты так часто вспоминаешь?

— Вам подойдёт подножный корм, — сжала кулаки и без страха посмотрела ему в глаза. — Как любому копытному!

Секунда — и я оказалась прижатой к стене мощным мужским телом, на голову посыпалась штукатурка. В мгновение ока я разубедилась в травоядности чудовища. Хищник! От ужаса я и пискнуть не могла. Замерла, глядя в зелёные глаза, и ждала собственной смерти.

— Не стоит мне грубить, лисичка, — прохрипел мне в губы.

Мир потух, а потом снова появился. В лапах огромного чудовища я словно тряпичная кукла. Бесхребетное нечто. Но мой ужас совершенно неожиданно смешался с приятным волнением. Такое же я испытала недавно, подумав про уединение в лесу с этим… чудищем. Внизу живота расползалось тёплое пятнышко похоти.

— Немедленно отпустите… — потребовала не слишком требовательно и зачем-то вцепилась пальцами в мощные предплечья Ярхана.

— Что за баба такая? Красивая, как ангел, а готовишь, как пьяный чёрт.

Прекрасно слышала его слова, но смысла не уловила. Будто на другом языке сказал. Я смотрела на идеальные изгибы привлекательных мужских губ, почти не замечая страшного шрама, тянущегося яркой полосой от уголка рта до середины щеки. Ну, есть и есть он…

— Что?! — дёрнулась, упёрлась ладонями в широкую грудь, пытаясь оттолкнуть от себя нахала.

— Переоденься, — он отпустил слишком неожиданно. — Пора в дорогу.

Удержалась на ногах только благодаря кухонному столу. Дыхание сбилось, в ушах загудело. Чтобы прийти в себя, снова схватилась за кувшин с водой. До сегодняшнего дня я пила только из стаканов и чашек…

Ярхан спокойно расхаживал по коморке — складывал вещи в мешок. Он вёл себя так, словно минуту назад не прижимал меня к стене. Голова начала соображать. А ведь чудовище не лапал меня, не пытался запустить руки под юбку. Рычал, хотел напугать, а я вместо страха испытала совершенно неуместные эмоции и почувствовала… возбуждение! На лбу выступила испарина. Ноздри до сих пор щекотал тёплый аромат его тела. Ярхан не пах бедностью или потом. Запах чистого тела с крепкой мужской нотой… Такой, что голова кругом.

— Ты слышала меня, чернобурка?! — он рявкнул, я вздрогнула. — Переодевайся, — припечатал к моей груди стопку одежды.

— Что это? — я растерянно захлопала ресницами.

— Девчачьи тряпки. Не хочешь — не надевай, но свой плащ я заберу.

Чудовище раздобыл для меня одежду. Я бы пустила слезу умиления, но была слишком зла. На себя — в первую очередь.

— Выйдите из комнаты, — попросила тихо.

— Это мой дом. Сам решу, когда мне уходить.

Он издевается! Это уже за гранью хороших или плохих манер. Сначала спас, а потом взялся унижать. Не насмотрелся, пока я спала?!

— Я отменяю сделку, — прорычала и швырнула одежду ему под ноги. — Верните деньги.

— Не могу, — в зелёных глазах чудища сверкнула улыбка, но обезображенное лицо осталось каменным. — Я всё потратил.

— Плевать! — саданула ладошкой по столу. — Верните деньги! Найду другого стража.

— Денег нет. Ищи.

— Да ты… Вы! Ты! Гад, подлец и мерзавец! — прижала ладонь к губам.

Всевышний, это я сказала?..

— Переодевайся, — Ярхан поднял с пола одежду и подал её мне. — Подожду на улице.

* * *

Чернобурка — хорошая девочка, но абсолютно не приспособлена к жизни. С таким градусом наивности и беспомощности долго не живут. Я не спрашивал, но и так ясно — скорее всего, Алиса бежит от жениха или родителей, которые хотят выдать дочь замуж по расчёту. А может, от всех сразу. Договорные браки среди знати не редкость, и беглянки тоже.

Себе бы забрал её, да только куда мне — безобразному волчаре с клеймом проклятья — до утончённой красотки с голубой кровью в жилах. Это у меня из штанов дым валит, стоит увидеть её прелести, а она и подумать не может, чтобы лечь с таким уродом.

Вчера думал, слюной изойду. Как она вертелась во сне, как потягивалась! Нежная кожа, стройные ножки — развёл бы их и трахал красавицу, оставляя отметины зубами на хрупких ключицах. Волк внутри меня охотно поддакнул. Чует породистую девку. Моей второй ипостаси вряд ли кто-то объяснит, почему нельзя забрать Алису себе.

Поднял голову и с тоской посмотрел на серое осеннее небо. Близко зима… Приглашение в Эшфорт у мисс имеется, значит, доберёмся за неделю, а потом наступят холода и три месяца веселухи в волчьей шкуре. Теперь мне хватит денег, чтобы заплатить хозяйке дома вперёд на несколько месяцев. О крыше над головой можно не беспокоиться — коморка останется за мной. А вот лекарь и хорошая жратва отменяются — лошадь обошлась дороже, чем я рассчитывал. Девочка должна раскошелиться ещё на пятьсот золотых в Эшфорте, но желание брать с неё эти деньги пропало окончательно.

— Капюшон накинь, — посоветовал, когда Алиса вышла на улицу.

Она зло на меня посмотрела, но послушалась. Вот и славно. Встретиться с кем-то из её преследователей ещё в городе не улыбалось. В лесу хоть трупы есть где прикопать, и зевак нет.

— Почему лошадь одна? — лиса спросила тихо, но в тоне отчётливо слышался упрёк.

— Потому что, — я поправил мешок с вещами и забрался в седло. — Прошу, мисс, — подал ей руку.

Без вопросов птичкой вспорхнула ко мне. Видно — верховой езде обучалась. Хоть что-то полезное умеет лисичка…

Я отправил лошадку вперёд и забрал ноздрями утренний туманный воздух — захотелось выть. Дьявольски опасные ощущения играли на нервах, и волк внутри бесновался. Близость ароматного тёплого девичьего тела сводила с ума. Крышу рвало, член ломило. Надо было брать двух лошадок…

Глава 5

Я наняла для охраны чудовище с самым скверным характером, который только возможно представить. Чудесно! И выбора нет. Брыкаться в моём положении глупо. Сказала в сердцах — найму другого стража, но даже верни Ярхан деньги, я бы не успела этого сделать. Стюарт обнаружил пропажу, и теперь по городу сновали наёмники в поисках мисс Дей. Бедный мой братец, ему наверняка пришлось потратить аванс графа, чтобы оплатить труд ищеек.

— Тут пишут, тебя брат потерял, — Ярхан сорвал с доски объявлений листок с моим портретом. — От него бежишь?

— От него, — буркнула из седла и отвернулась.

— Я думал, ты от жениха слинять решила.

Рано обрадовалась, что чудище не любопытен. Рассказывать ему о причине побега у меня не было ни малейшего желания.

— Хватит болтать, — прорычала. — Меня ищут, — натянула капюшон на лицо. — Надо убираться отсюда.

— Надо, — Ярхан забрался в седло и отправил лошадку вперёд.

Сказать, что вдвоём здесь тесно — ничего не сказать. Я почти на бёдрах у чудища сидела, а в пятую точку упиралось, что-то твёрдое… Что это — даже думать не хотела.

— Не прижимайтесь ко мне! — моему терпению пришёл конец.

— А ты не ёрзай, а то нарвёшься.

— Что?! — пискнула.

— Перестань проверять меня на прочность. Расслабься и сиди смирно.

Вместо ответа у меня из груди вырвалось возмущённое бульканье. Нахал ведь!

Медленные покачивания в седле и близость мужчины не способствовали спокойствию. Невыносимо! К щекам снова хлынул жар.

— Проедем по тихой улочке к городским воротам, — заговорил Ярхан. — А там посмотрим.

— Угу…

Моё лицо превратилось в раскаленную сковородку.

* * *

Город окружён высокой каменной стеной, на «свободу» можно попасть только через ворота. Там нас с чернобуркой ждал сюрприз. Ожидаемо.

Издалека приметил — на выезде оживлённо. Целая очередь из телег, всадников и пеших организовалась. Досмотр. Чтобы нас не заметили, пришлось спешно разворачиваться.

Я направил лошадку вперёд по узкой тихой улочке. Надо подумать, как проскочить мимо наёмников. Чернобурка вздрагивала от любого звука, натягивала капюшон на лицо и прижималась ко мне круглой попкой. Не специально, конечно. А жаль…

Чёрт! Так я до кошачьей пасхи соображать буду.

— Может быть, хватит мозолить глаза горожанам? — Алиса не выдержала. — Двое всадников на одной лошади, с капюшонами на лицах — слишком приметно.

— Стоять на месте ещё опаснее. Поверь.

Сказал и натянул поводья. Лошадь остановилась.

— В чём дело? — девочка снова заёрзала на крепком стояке.

— Цыц! — ущипнул её за бедро.

— Ой!

— Притихни, дай мне подумать.

Я смотрел на запряжённый экипаж, который стоял в конце улицы. Нарядная карета, нарядные кони — свадьба у кого-то. Сценарий спектакля родился в голове за несколько секунд.

— Есть план, — сообщил лисичке, — но ты должна делать, что скажу. Без вопросов.

— Между нами не настолько доверительные отношения, — она фыркнула. — Я должна знать подробности.

— Хочешь выбраться из города?

— Хочу.

— Тогда делай, что говорю. Подробности по ходу пьесы.

Я развернул лошадь и придавил ей бока — пошла, родная.

Нам нужна украшенная карета и возница. Разжиться этим добром я мог только у своего старого знакомого — Сема. За услуги этот проныра дерёт втридорога, но зато рот держит закрытым при любых обстоятельствах.

До дома Семуэля добрались быстро и на неприятности по пути не нарвались. Похоже, удача на нашей стороне. Уже неплохо.

— Подождёшь меня здесь, чернобурка, — я привязал лошадь у ворот старого дома.

— Нет! Я не останусь одна, — запищала.

— Я с тебя глаз не спущу, — пообещал. — Просто стой рядом с лошадью. Я скоро.

Обсуждать подробности плана при девочке не стоило. Моя задумка ей не понравится. И это слабо сказано.

Оставив Алису за невысоким забором, я зашагал к крыльцу обветшавшего дома. Сем когда-то тоже дрался на ринге, а потом его покалечили, и быстрые деньги остались в прошлом. Нынче Семуэль зарабатывает, катая молодожёнов по городу на расфуфыренной карете.

— Открывай! — я грохнул кулаком по двери, старые доски крякнули.

Пару минут отборной ругани внутри дома — и на крыльце появился мой знакомый. Сем выглядел хреново — зверское похмелье налицо, то есть на лице.

— Чего тебе? — бедолага дышал ядрёным перегаром.

— Карета нужна. На час.

— Полсотни.

— Ты охренел?!

— Нет, так нет, — Семуэль пожал плечами и собрался закрыть дверь.

— Погоди, — я поставил ногу на порог, глянул на беспокойно озирающуюся по сторонам лисичку за забором. — Сорок, и по рукам.

— Сорок пять.

— Идёт.

Пришлось заставить Сема привести себя в порядок. Вышло не так уж плохо, а запах перегара от него даже к месту. Коротко обрисовал ему план действий, выслушал его конское ржание и едва сдержался, чтобы не пересчитать зубы веселящемуся засранцу. Ни хрена смешного…

— …Всё запомнил? — отвесил Семуэлю дружеский подзатыльник.

— А то! — на его губах появилась кривая похотливая улыбка.

— Зубы выплюнешь, — пообещал ему тихо, но крайне убедительно. — Твоё дело лошадьми управлять.

— Понял-понял, — гоготнул Сем.

* * *

Алиса глазами-блюдцами наблюдала, как мы с Семуэлем запрягаем свадебный экипаж. Одна лошадка наша, вторая — местный экземпляр — опытная кляча, не раз возившая молодожёнов по улицам.

— Что это значит? — осторожно поинтересовалась у меня лиса.

— Я просил не задавать вопросов, — попытался задавить её любопытство в зачатке.

— Не понимаю, — она пожала плечами, — вы считаете, внутрь свадебной кареты наёмники не заглянут?

— Главное, чтобы среди них не оказалось твоего брата.

— О, можно не переживать, — чернобурка махнула ручкой. — Мистер Стюарт Дей никогда не опуститься до такой утомительной штуки как досмотр.

— Охрененная новость, мисс! — я широко улыбнулся. — Значит, представление удастся на славу.

— Представление?

— Не задавай вопросов.

— Вам бы в цирке выступать, — недовольно пробурчала девочка.

Вслух говорить не стал, но, боюсь, таких номеров в цирке не показывают.

— Прошу, — я распахнул перед Алисой дверь кареты. — Поехали, — отдал команду Сему и забрался внутрь.

Экипаж тронулся, я выдохнул. Вроде, всё просчитал. Семуэль не подведёт — должно получиться. Я волновался только по поводу лисички. Не взбрыкнула бы она в ответственный момент.

 Девочка устроилась на жёстком сиденье и едва ли не в стенку вросла — чтобы только от меня подальше. Молчала, а в глазах мелькали вопросы. Много.

— Кто этот человек? — кивнула, намекая на Сема. — Ему можно доверять?

— Можно.

Лиса насупилась. Забавная. Одежда, которую я раздобыл, ей совершенно не шла. Неряшливо пошитые тряпки из грубой ткани знатной красавице не к лицу.

Я глянул в окно — до городских ворот оставалось немного.

— Вы мне объясните? Я ничего не понимаю…

Хорошо, что не понимаешь, девочка. Иначе выпрыгнула бы из кареты на полном ходу.

Семуэль встал в очередь желающих покинуть город, а я задёрнул шторки на окнах.

— Дай знать, — стукнул кулаком в стенку, за которой сидел возница.

— Помню, — глухо отозвался Сем.

— Вы должны мне объяснить! — лису уже потряхивало.

Пожалуй, да. Пора начинать плавно подводить её к сути спектакля. Чернобурке выпить бы для храбрости, но с собой ни капли пойла. Поздно я спохватился.

— Стонать громко умеешь? — стянул с себя куртку, бросил на пол.

— В к-ка-аком смысле? — щёки красавицы вспыхнули.

— В том самом. Мужик был у тебя?

— Вы негодяй! — лиса попыталась добраться до двери.

— Стоять! — рявкнул и усадил её на место.

Вижу — не было мужика. Придётся действовать нежнее.

— Я не буду стонать, — заявила, поджав губы.

— Послушай, или ты делаешь, что говорю, или нам крышка.

— Всевышний… — побледнела. — Просто стонать?

— И чем громче, тем лучше.

— А-а…

Вышло отвратительно. Похоже, девочка даже пальцами себя ни разу не ласкала. Так криво изображать удовольствие можно только ничего о нём не зная.

�