Тридцать четыре холостяка, или Дневники народной свахи

Окиян, подымет вой,

Хлынет на берег пустой,

Расплеснется в шумном беге,

И очутятся на бреге,

В чешуе, как жар горя,

Тридцать три богатыря,

Все красавцы молодые,

Великаны удалые,

Все равны, как на подбор,

С ними дядька Черномор.

А.С. Пушкин «Сказка о царе Салтане, о сыне его

славном и могучем богатыре Гвидоне Салтановиче

и о прекрасной царевне лебеди»

ПРОЛОГ

– Эх, Светозарушка, женить тебя пора, – вздохнул кот-ученый, – что ни день, так в драку какую ввязываешься или в войну…

Светловолосый, хорошо сложенный мужчина, почесал недельную щетину на лице. Еще вчера это был дом старосты, а сейчас… только одна стена стоять осталась.

– Тимофей, помолчи – самому тошно, – Светозар зло посмотрел на кота.

– И что тебе на этот раз не понравилось, окаянный? Почто старосту ихнего без крова оставил? – не унимался рыжий кот.

– Это случайно вышло… – буркнул богатырь.

– Сжечь дом уважаемого человека, это ты называешь случайно?! – округлил зеленые глаза Тимофей.

– Это не я. У них в одной из комнат свеча была не потушена, – стал оправдываться мужчина.

– А пораньше, вспомни, голубчик, – не отставал кот. – Чем тебе дочка Мифодия не угодила? Почто девку обидел зазря?

– Я?! – опешил от такого заявления мужчина. -Тимош, пожалей! Да они же свою Марью мне сами сватать стали. Я раз пять им повторил, что жениться вообще не намерен, а староста Мифодий все свое талдычил. Вот я и того…не сдержался. Ты мне лучше посоветуй, как теперь быть.

– Посоветуй?! – кот взъерошился. – Сам заварил кашу, сам теперь и расхлебывай.

– Ну, пожалуйста… – Светозар почесал друга за ушком. – А я тебе молочка налью, как придем.

– Ах, ты..! – не сдержался Тимофей. – Мог бы и по-нормальному попросить. Что с тебя взять, детина необразованная. Ладно, подумаем, что можно тут поделать… Ты не хочешь поработать плотником? В смысле, заново отстроить старосте терем?

Кот прошелся на задних лапах взад-вперед, заложив передние за спину, и вопросительно посмотрел на Светозара.

– Ну уж нет! – отрезал мужчина. – Они меня тогда точно на Марье женят.

– А чем тебе Марья не угодила? – стоял на своем рыжий. – Умница, красавица, с приданым, опять же… чем не завидная невеста?

– Кот, – Светозар поморщился, – не мучь ты мою душу холостяцкую. Я ни на ком не намерен жениться. Ты только представь, это же лишние заботы, ответственность, а еще… да мало ли, какие у этих баб тараканы в голове? Мне Илья сегодня рассказывал, что жена его нынче скалкой огрела. А знаешь почему? Да все потому, что негоже первому богатырю на Руси козу доить. Не богатырское это дело. А она заладила…

Тимофей демонстративно закатил глаза и устало произнес:

– Ничего ты, Светозарушка, в семейной жизни не понимаешь, – кот на минуту замолк и задумался. А затем продолжил: – Ты хоть знаешь, что Илюша скоро отцом станет? Нет. Я так и думал. Так вот, говорю, как ученый, детей бабам нужно вынашивать в полном спокойствии. Им нельзя много напрягаться и нервничать. А дойка, знаешь ли, дело не из приятных… и не из легких. Коза и лягнуть может…

– Ладно-ладно, – прервал Светозар кота, – я тебя понял. Теперь я еще больше не хочу жениться. Мне и без жены прекрасно живется.

– А тебе лишь бы девок на сеновале портить, – неожиданно прошипел кот.

– Чего? Да они сами меня того… на сеновал тащат. Думаешь, легко противиться красе невинной девичьей?

– Все с тобой ясно, – кот махнул лапой, – не желаешь по-хорошему, будет по-плохому.

С этими словами Тимофей развернулся и направился по направлению к лесу.

– Что ясно-то? – крикнул богатырь вслед коту. – Что задумал, усатый?

– Ничего такого, Светозарушка, – не оборачиваясь, ответил Тимофей. – Скоро ты все узнаешь.

Опустившись на все четыре лапы, кот-ученый припустил в сторону дома.

Глава 1

В которой к богатырям счастье привалило

– Свободная касса! – уже привычно воскликнула я, привлекая клиентов.

Эх, что-то сегодня мало народа в нашем бистро. Точнее, в элитном рэсторане быстрого питания – «Избушка». Я работаю здесь кассиром примерно месяц. Близкое расположение от общаги и гибкий график позволяют бедной студентке (то есть мне) немного подзаработать.

Вот приспичило же мне поступать именно в МГУ! Захотела стать журналисткой и переехала в Москву. Теперь живу вдали от родных и вынуждена сама себя содержать. Плюс общага: за нее платят родители – сама бы я не потянула. Кстати о них… Мои мама с папой довольно состоятельные и считают себя вправе постоянно вмешиваться в мою личную жизнь. Даже сейчас, когда я уже уехала из Санкт-Петербурга, папа умудряется узнавать о моих потенциальных поклонниках, пробивать по ним личную информацию и отшивать. И все потому, что они с мамой уже нашли мне жениха. А тот факт, что я его ни разу в жизни не видела, их мало волнует. Размер его состояния и родословная для моих родителей – все. Нет, я так замуж до конца жизни не выйду. Хм. Если хорошенько подумать, оно мне вообще надо?..

– Алёна, ты почему в облаках витаешь? – раздался за спиной голос администраторши.

– Так это, Мария Ивановна, народу сегодня мало… – начала оправдываться я.

– Это не значит, что можно отдыхать на рабочем месте, – строго заметила заметила. – Сколько раз я тебе говорила: улыбайся, будь приветливой. Посмотри на себя в зеркало – ты на зомби похожа. И почему у тебя волосы распущены? Хочешь, чтобы они потом попадались людям в блинчиках?

– Н-нет, простите.

– Марш причесываться! – повысила все же голос начальница. – И не забудь, улыбка делает многое в нашей профессии.

– Хорошо, Мария Ивановна.

Я поплелась в нашу импровизированную раздевалку, попросив напарницу, стоящую у соседней кассы, принимать посетителей без меня. Хотя, что-то мне подсказывает – никто так и не отведает наших «вкусностей».

Зашла в раздевалку. Ничего особенного, просто маленькая коморка с кучей шкафчиков. Хорошо же администраторше: когда захочет придет, уйдет, на нас наорет. Хотя, с другой стороны, на любовном фронте у нее далеко не все так хорошо – от этого и тараканы в ее голове чудят по-страшному. То отчитает, то премию выпишет – прямо как наша московская погода: такая вся внезапная. Я предлагала Марии Ивановне свою помощь в амурных делах, но она и слушать меня не захотела. Конечно, по ее логике я наивная и неопытная девчонка. Да еще у нас разница в возрасте с ней пятнадцать лет. А то, что я уже пару своих подружек почти замуж выдала, это не довод. Правильно, они же еще не вышли замуж, а только готовятся. Вот проживут девчонки мои в браке больше пяти лет, тогда и себя любимую Марья Ивановна мне сможет доверить. Да ну ее, я же не буду в этой «Избушке» всю жизнь работать?

Я завязала волосы в тугой высокий хвост и вернулась на кассу.

– Вот, это другое дело! – воскликнула Марья Ивановна. – А теперь, мне пора. Через час можешь быть свободна.

И тут же испарилась. Легко сказать, через час… а вдруг кто зайдет в последний момент? Закон подлости никто не отменял. Вон, какой-то мужчина направляется прямо ко мне.

– Здравствуйте, что вам угодно? – с улыбкой обратилась я к нему.

– Одну колу в пол-литровой бутылке и блинчик с грушевым вареньем.

– Вам с собой? – уточнила.

– Да, – мужчина кивнул.

– Одну минуту, – я подошла к окошку повара и крикнула. – Сань, сделай грушевый блин, пожалуйста!

– Сейчас-сейчас! – отозвался повар. – Аленка, я прекрасно слышал заказ. Забирай!

– Спасибо, – я приняла из рук парня пластиковый контейнер и направилась к клиенту. – Вот ваш заказ. – Мужчина протянул нужную сумму (хорошо, что без сдачи) и взял в одну руку колу, а в другую пластиковый контейнер. – Ждем вас снова.

Тот кивнул и направился на выход. Открывая входную дверь, он нечаянно пустил рыжего бездомного кота. Хотела было его выпроводить, но в последний момент сжалилась и оставила – пускай сидит.

– Алён, – за спиной неожиданно материализовался Сашка, – за бездомного кота Мария Ивановна тебя явно по головке не погладит.

– А я его домой заберу, – пожала плечами, – смотри: вроде бездомный, а какой откормленный. И пушистый. – А почему бы и нет? Вон у Людки из соседней комнаты вообще четверо их живет.

– Делай, что хочешь, а я, пожалуй, пойду, – отозвался Санька.

– Иди, – недовольно буркнула я.

Девчонка с соседней кассы посмотрела на собирающегося домой парня и решила последовать его примеру. И вот что мне здесь одной делать? А если кто-то придет? Мне, получается, и на кассе надо быть, и эти чертовы блины готовить… Эх. На что ты подписалась Аленка? Мои коллеги уходят, а я остаюсь одна.

Ну и ладно, нам с котом и вдвоем весело будет. Я украдкой стащила кусок колбасы с кухни и предложила пушистику – тот демонстративно отвернулся.

– Ну и не надо, – фыркнула я, – значит, до дома потерпишь.

Кот, естественно, мне ничего не ответил, зато Саша… И зачем, спрашивается, вернулся?

– Эй! Ты чего его казенной колбасой кормишь? – возмутился он, мигом оказавшись рядом.

– Я же чуть-чуть взяла, – запротестовала в ответ. – Ты его уже отрезал, и завтра этот кусок все равно нельзя будет использовать в еде.

– А почему он не ест? – нахмурился этот жадный до казенной еды тип.

– Не знаю, видать не свежая колбаса у тебя, – хихикнула я.

– Что?! – воскликнул парень. – Да нам только сегодня ее привезли!

– Успокойся, я пошутила, – примирительно сказала я. – Придем домой, еще раз попробую его покормить.

– Кстати, а в твоем общежитии можно животных держать? – засомневался Саня.

– Можно, у меня на этаже одна вообще собачку чихуа-хуа завела, – лишь отмахнулась на его скептическое замечание. – И ничего, вахтерша только каждый раз умиляется, как видит ее.

– Понятно, – сдался парень, – ну, пока, я пошел.

– До завтра, – вздохнула в след удаляющейся фигуре и тут же переключилась на своего нового питомца: – Эй, кошак, пора и нам собираться. Я только за сумкой схожу и наш элитный рэсторан закрою.

Не знаю, почему я продолжала говорить с животным, но мне казалось, что оно меня понимает. Быстро сбегала в раздевалку за сумкой и ветровкой – уже вечер, так что на улице должно быть прохладно. Быстро закрыла бистро тяжелыми рольставнями и довольно потерла руки.

– Тебя на руках донести или сам справишься? – поинтересовалась я у кота.

Кошак фыркнул, повернулся ко мне задом и потрусил к входной двери.

– Хорошо, – я двинулась следом.

Бистро находилось всего в двух кварталах от общежития. Странно, именно сегодня я чувствовала что-то особенное, преодолевая обратный путь до дома. Я хожу тут каждый день, но из-за кота, семенящего рядом, уже привычная дорога казалась какой-то необычной.

– Вот и общага, – я открыла дверь и пропустила пушистика вперед, – на третьем этаже располагается наша комната.

Решила не пользоваться лифтом и направилась к лестнице. Я, конечно, устала стоять целый день у кассы, но, с другой стороны, мало ли, как котик отреагирует… Второй этаж… третий. Я оглянулась назад – кот следовал за мной. Умненький какой, интересно, откуда он взялся? Неужели, кто-то мог выбросить такое сокровище?

– Прошу, – сказала я, пропуская пушистика в свою комнату, – вот тут я и живу.

Не успела закрыть дверь, как услышала ответ:

– М-да, Алёнушка, не богато тут у тебя.

Я круто развернулась, но увидела только кота…

– Мур-р-р… – «сказал» рыжик.

– Послышалось, – я с шумом выдохнула. – Вот, что с людьми работа делает. Ладно, располагайся, как дома… ты голоден?

И у кого я спрашиваю? У кота, который демонстративно прошествовал к кровати? Интересно, как его зовут? Котик холеный – значит, у него еще недавно имелись хозяева. Завтра имя придумаю, а пока надо повторить конспект перед завтрашним тестированием. Только сначала приму душ. В кровати читать конспекты удобнее и теплее… под одеялком и в пижамке. Конечно, есть вероятность заснуть, но у меня был отличный помощник – кружка черного чая.

Несмотря на богатых родителей, комната в общежитии была только комнатой. Единственной отличительной чертой было наличие санузла. Я вовсе не настаивала на этой привилегии, мне как-то и на этаже было бы нормально, но мама прочитала мне целую лекцию на тему «как ведут себя истинные леди». По ее мнению, умная, красивая, талантливая я (по мнению мамы, конечно же) не должна разгуливать в халате, с полотенцем на голове через весь этаж, при всем честном народе. А мне ничего не оставалось делать, как согласиться с ней.

Когда я вышла из душа, кошак уже спал на моей кровати. Но стоило мне подойти поближе, как он подскочил и спрыгнул на пол.

– Ты моя умница, – похвалила я вслух рыжика. – Сейчас, я разберу постель, и можешь ложиться спать.

И, ведь, как будто понимает мою речь. Смотрит все на меня своими зелеными глазами, гипнотизирует.

– А ты точно кушать не хочешь? – спросила я, надевая наволочку на подушку.

– Фр… – ответил кот.

– Ну, как знаешь, – развела я руками, – залезай, все готово.

Кот запрыгнул на кровать, покрутился вокруг собственной оси и свернулся калачиком. Я подошла к комоду у противоположной стены и включила чайник. Вода быстро закипела, и через пять минут я уже сидела под одеялом и читала конспекты, потягивая обжигающий напиток.

Чай кончился быстро, мои силы – тоже. В общем, я все-таки заснула.

Сквозь сон поняла, что замерзла… Носки я вчера благополучно забыла надеть. А зачем, когда есть одеялко? Кстати, а где оно? Неужели опять на пол свалилось? Не разлепляя глаз, я протянула руку вперед.

Одеяло, ау! Я нашарила рукой какой-то пушистый предмет и, схватив его, потянула на себя. Раздалось недовольное «мяу!», и меня тяпнули за палец. Зашипев, открыла глаза и тихо ойкнула. Моя кровать стояла в лесу. Потерев лицо, как следует проморгалась, но видение не исчезло. Это… что это? Где это? Мамочка! Только я набрала в грудь побольше воздуха, чтобы завизжать, как сидящий на моих ногах кошак шикнул:

– И не вздумай орать!

Я икнула и скосила на него взгляд.

– И чего ты так смотришь? – кот пошевелил густыми усами.

– Ы-ы-ы…

– Плохо тебе девица? – участливо спросил рыжик. А в голосе так и чувствуется фальшь.

– Ы-ы-ы, – снова произнесла испуганная я.

– Может валерьяночки? Али травки какой, успокоительной? – он спрыгнул с кровати и встал на задние лапы.

А дальше… Я, кажется, упала в обморок. Первый раз в жизни.

– Ты зачем девицу напугал, ирод усатый? – раздался в голове громкий бас.

– Кто же знал, что она припадочной окажется? – засопел знакомый мурчащий голос.

– Приводи в чувство давай, а то Черномор узнает – хвост оторвет, – пригрозил басистый голос.

– И как я буду ее в чувство приводить?

– А вот это забота не моя, – хмыкнул собеседник кота.

– Я Ведомиру пожалуюсь, он меня, в отличие от вас, любит.

– Вот девицу в чувство приводи и иди, жалуйся.

Мне надоело лежать овощем, и я распахнула глаза. Лес никуда не делся. Ущипнув себя за руку, поняла, что все это мне не снится. Посмотрела на стоящих у кровати двух мужчин и уже знакомого рыжего кота.

– Тимофей, – подал голос мужчина с небольшой светлой бородой и в легкой кольчуге. Его голос мне знаком не был. – На кой ты ее сюда притащил?

– Вострогор, уймись, – на плечо мужчины опустилась довольно широкая ладонь. Голос второго я узнала. Это он сейчас отчитывал кота. – Как ты, девица?

Я села в кровати и притянула тут же нашедшееся одеяло к подбородку. Пижамка-то на мне… коротковата.

– Али не желаешь с нами говорить? – стал допытываться мужчина.

– Где я? – вырвалось из моего горла.

– Знамо где, – хмыкнул… богатырь? – под Красноградом, где же еще.

– Что за Красноград? – прищурилась. Видимо, убивать меня не будут, и то радует.

– Столица, – пояснил кот. – Она не из нашего мира, не стоит ей объяснять.

– А из какого она мира? – полюбопытствовал Вострогор.

– Из Хрустального, – ответил кот.

– Не может быть! – удивился богатырь, имени которого я еще не знала.

– А я, – снова подала голос, – в каком мире?

– Ты сейчас находишься в Отражающем мире, – произнес рыжик.

– Бред какой-то, – я снова потерла лицо и не заметила, как одеяло сползло с груди. Она, конечно, была прикрыта… но…

– О-о-о, – произнес Вострогор.

– Мать моя кикимора, – сказал второй богатырь.

– Прикройся! – шикнул кот и прыгнул на кровать.

Он взял край одеяла в зубы и стал усиленно натягивать его на меня.

– Я сама могу, – буркнула и забрала у него свое одеялко.

– Ты так не делай больше, – вздохнул Тимофей.

– Почему? – полюбопытствовала.

– Ты не серчай на нас девица красная, – слегка смущенно сказал безымянный богатырь.

– Просто они на девушек, как голодные волки смотрят, – пояснил кошак.

– Это как? – не поняла я.

– Все мы бесхозные ходим… – развел руками Вострогор. – Никак свою судьбу найти не можем…

– Любозар, – кот повернул моську в сторону второго богатыря, которого оказывается Любозаром зовут. – Надо бы ее в терем отвести.

– Правда твоя, усатый, – Любозар почесал затылок.

– Прямо сейчас? – пискнула я. – А я не одета!

– Одеялом прикройся, – буркнул кот.

Я решила послушаться рыжего и закуталась в одеяло по самую макушку. Только нос торчал. Затем стала осторожно сползать с кровати. Ног коснулась прохладная трава. Поежившись, я вопросительно посмотрела на Любозара. Он мне казался более надежным из этой троицы. Хотя, если сравнить его с Вострогором, то они выглядели почти одинаковыми, как близнецы. Только Любозар выглядел чуть старше.

Кот осмотрел меня внимательным взглядом и, пошевелив усиками, направился в неизвестную мне сторону. Я последовала за ним, а богатыри пристроились сзади.

– Девица, – подал голос Вострогор, – а имя-то у тебя какое?

– Алена, – тут же ответила я.

– Аленушка, значит, – это уже Любозар произнес. – Ты знаешь что, Аленушка, – в голосе богатыря послышались неуверенные нотки, – терем-то у нас дюже большой, а вот хозяюшки нету…

– И прибрать там некому… – продолжил второй богатырь.

– Короче, – вздохнул Тимофей, – будешь жить с тридцатью четырьмя богатырями. Народу много, убирать некому. Понимаешь?

– Ы-ы-ы, – снова взвыла я.

– Либо сиди и жди чуда-чудного на своей кровати, – хмыкнул кошак.

– А как вы там…

– Как живем? – догадался Любозар. – Тяжко, голубушка. Сидим, не кормлены, не обогреты. Как со службы ратной возвращаемся, никто у очага не ждет. Сердца наши кровью изливаются от тоски сердешной. А даже воину нужны и ласка, и любовь. Да и деток понянчить хочется. А то годки идут, а мы бесхозны…

– И на примете никого нет? – полюбопытствовала я.

– Почему нет? – подбоченился богатырь. – Вот у Огнеслава девица есть.

– И? – поторопила словоохотливого Любозара.

– Ссорятся часто, как черная кошка под ногами пробежит, так они и серчают друг на друга. Слушать тошно…

– И все? Вас тридцать четыре и только у одного есть девушка?

– Не выворачивай душу, краса, – поморщился богатырь. – Сами волками воем…

Кто бы мог подумать… С виду такие статные и как на подбор красавцы, а в личной жизни несчастны. Может мне им помочь? Только нужно сначала узнать, как домой попасть можно. А то вдруг мне и обратного пути нет.

– Кошак, – позвала я рыжего.

– М-м? – тот повел ухом.

– А домой я попасть могу? – с надеждой спросила усатого.

– Вот как всех богатырей женишь, домой и отправлю, – огорошил меня новостью рыжий.

Кажется, я попала. Да у нас вообще не знают про существование другог мира. Вернее, есть особо одаренные, экстрасенсы – вот они про параллельные миры много говорят. Но их не слушают особо, мол, наукой не доказано – не верим. Конечно, мой папочка всю Землю вверх дном перевернет… Но в том, что он меня сможет найти, я сомневаюсь.

Иду по лесу, уже все камушки и веточки ступнями пересчитала. Да и в одеяле как-то неудобно, знаете ли.

– Тимофей, – обратилась я к коту, – а в тереме вашем мне одежда найдется? И обувь…

– Одежда только наша, богатырская. Больших размеров, – ответил за рыжего Любозар, – думаю, ушить ты что-нибудь сможешь. А вот лапти придется смастерить.

Уф! Шить-подшивать – это еще смогу: я довольно хорошо училась в школе на уроках домоводства. А вот лапти плести – это увольте… Может, кто из богатырей мне поможет? Фу, без обуви тяжко, ноги уже все испачкала.

– А моются у вас где? – с моих губ сам собой сорвался следующий вопрос.

– Речка у нас недалеко, Аленушка, – пояснил Любозар, – в ней и моемся. А по четвергам еще баньку топим.

Это хорошо. Банька – это моя слабость. Стоп, а мне как мыться? Ладно, в баню я могу раньше всех пойти, попариться и быстренько уступить место… А как быть с речкой?

– Баньку я люблю, а вот от речки придется отказаться… – с досадой прокомментировала свой тяжкий вздох, который вырвался сам собой при последней мысли.

– Это почему же? – удивились оба богатыря.

– Стесняется, небось, нагишом в воду лезть, – хохотнул Тимофей.

– Почему? – опять не поняли богатыри, а мои щеки потихоньку стали краснеть…

– Так вас, мужиков, сколько! – стал разжевывать им кот. – А она девица красная, одна, поди среди богатырей красноградских будет. Негоже, ребятушки, вам ее лишний раз разглядывать.

– А-а-а! – до богатырей дошло.

– Так мы это, подглядывать не будем, – заверил Любозар.

– Точно не будем. И в баньку Аленушку мы будем первую пропускать, – поддержал Вострогор.

Ага, все они так говорят. Сначала «ты что, я не такой», а потом оказывается очень даже…

– Любозарушка, Вострогорушка, я в вас и не сомневаюсь, – отозвался Тимофей, – а вот за Светозара не ручаюсь, так что вы уж приглядывайте за горемычным.

– Будет сделано, – хором ответили богатыри.

– А почему мне надо опасаться вашего Светозара? – подала я голос. – Он бабник что ли?

Богатыри как-то смутились от такой постановки вопроса. А вот кот, напротив, даже ухом не повел.

– В целом, да, – нехотя признал усатый, – но мужик дюже хороший. За своего он любого поколотит. На девиц красных слаб, сам кается. И, в то же время, он единственный из всех богатырей, кто ни под каким предлогом жениться не хочет.

– Понятно. А вы его изолировать не пробовали на недельку? – Ой, меня, кажется, заинтересовала эта история. – Посидел бы без женщин, сразу поменял бы свои убеждения.

– Кот, а кот, – вклинился Вострогор, – вас теперь, похоже, двое ученых.

– Не мешай, – отмахнулся рыжик и обратился ко мне: – Пробовали, Алёнушка. Так он нам половину терема расколошматил со злости. Обиделся, соколик.

Это просто девушка ему достойная еще не попалась. Приду, погляжу на этого ловеласа. Придется с ним помаяться.

– Почти пришли, – наконец произнес Любозар.

И вправду: лес стал редеть , а через минуту, уже показался высокий терем. Он был огромным! Вот это общежитие по-красноградски! Тридцать четыре богатыря тут, должно быть, как в санатории живут. Надеюсь, для одной маленькой меня здесь найдется лишняя комната? Видя мой изумленный вид, Тимофей пояснил:

– Не сравнивай со своим жилищем в Хрустальном мире, Алена. Здешний народ любит простоту и простор. Сама посуди, на каждого богатыря своя комната, сени большие, столовая, кухня…

– А туалет? – я подняла одну бровь.

– В кустиках, девонька, – развел лапами кот.

Обалдеть! Надеюсь, они там упорядоченно на двор ходят? Все-таки, столько мужиков – не вагон с розами… Думаю, кот просто решил надо мной пошутить, вон, как глазами хитро блестит.

– А хозяйство, кроме как по дому? Я имею ввиду, куры, грядки там…

– Нет, Алёнушка, только уборка и готовка, если необходимость в том будет. Еду нам из Краснограда привозят, так что голодными не бываем. Да и скатерть-самобранка у нас имеется. Правда с характером: только ту еду наколдовывает, которую хозяйка дома готовить умеет. И причем вид ее наколдованные блюда имеют точно такой, какой бы он был, если бы ты сама готовила. Богатырей же она за хозяев ну никак не принимает, – пояснил Тимофей. – Сама Яга Варвара зачаровывала!

Ой, мамочки! Их же тридцать четыре! Сколько же мне уборки предстоит! Настоящая холостяцкая общага. Уже повторяюсь. Хотя, если у них есть волшебная скатерка… Это в корне меняет дело. Готовка-то получается, отпадает… Яга…у них еще и Яга имеется! Ну, точно в сказочный мир попала.

– А дрова у нас обычно Светозар заготавливает, – продолжал Тимка. – Он как набедокурит, так отрабатывает.

– Неужели все так плохо? – с сомнением покосилась на кота.

– Нет. Просто он очень эмоциональный – чуть что, сразу в драку…или по бабам.

Мы вплотную подошли к терему. Вообще-то я думала, что сейчас мне на встречу хлынет волна богатырей… Но нет. Никого.

– Тим, а где все? – спросила я.

– На службе, Алёнушка, – откликнулся кот, – придут только на рассвете.

Мы поднялись по широкой лестнице к высокой резной, дубовой двери. Сомневаюсь, что я смогу ее сдвинуть. Хотя… кажется, смогу. Кошак-ученый смог же! Я моргнула, потерла глаза ладонями (в который раз) и… онемела. Внутри все было под стать двери: огромное, деревянное, массивное. По сравнению с моими-то размерами… Одни только стулья в моем мире раза в два меньше…

– Смотри, Алёнушка, – заговорил Любозар, – это наша столовая. – Мы прошли через сени в просторное помещение. – Тут мы кушаем, беседуем, ну и так далее. Наверху расположены спальни. У каждого своя.

В конце короткой экскурсии мне показали кладовку с новыми вещами. Я выбрала самый маленький кафтан: по длине он мне был чуть ниже колен. Подойдет. С поясами проблем вообще не возникло. Свою старую пижаму я оставила в роли нижнего белья. И теперь, такая вот красивая, я предстала перед своими новыми знакомыми.

– Вот и ладушки, – промурлыкал Тимофей, – только волосы в косу заплети.

Я порылась в вещах еще и нашла небольшую тесемку. Жаль, нет расчески. Интересно, а среди богатырей есть длинноволосые? Кажется, последнее я сказала вслух.

– А как же! – воскликнул Вострогор. – Конечно, есть.

– Поищи гребень вон в том сундуке, – Тим указал лапой на аккуратный ларец в дальнем углу.

Эврика! Тут и зеркало, и расческа, и тесемочки. Конечно, не моя косметичка, но сойдет. Настроение подпортил Вострогор.

– Откушать бы не мешало, – пробасил он.

– Алёна, пошли на кухню, – тут же скомандовал кот.

Вот же ж, повариху нашли… эх, сюда бы Сашку. Вышла из кладовки и проследовала за Тимкой на кухню. Огромный шкаф с посудой меня не удивил. А вот все остальное показалось мне довольно необычным: так, например, роль плиты тут выполняет настоящая русская печка, раковины как таковой тут не имеется, канализации – тем более. Как посуду мыть, потом разберусь – не до нее пока. Посреди кухни располагался большой стол… а на нем гора грязных тарелок. Да, похоже, разбираться с мытьем посуды придется сейчас. Ну, только сначала кота с двумя богатырями накормлю. Вопрос, что приготовить? Чтобы посытнее и побольше… Стоп! А как тут обстоят дела с хранением быстро портящихся продуктов? Да и помнится, мне про скатерть-самобранку говорили…

– Тим, – обратилась к коту, – а продукты где? И что там на счет скатерти волшебной?

– Часть в погребе, часть в кладовой, – ответил усатый. – А скатерть… так на столе она, в столовой, как и полагается, а что?

– Да так, пока ничего, – отмахнулась я. – А в тереме много кладовых?

– Всего три: с тряпками, с едой и с оружием, – пояснил он.

– Веди меня к еде, – решила я.

Богатыри ушли в столовую, а Тимофей подвел меня к неприметной двери. Я толкнула ее от себя и прошла внутрь. Темно. Пока меня водили по терему, успела заметить, что с электричеством тут напряг. Что ж, будем свечки жечь. Но не сейчас, так как света от распахнутой двери мне вполне хватает.

М-да, еды, как говорится, полно, а кушать нечего. Были бы сейчас пельмени, не мучилась бы. Хотя, спрашивается, чего я маюсь. Надо наладить контакт со скатеркой и всего делов…

– Ко-о-от, – позвала я, – веди к скатерти – буду ее на покушать уговаривать.

– Ну, пошли, – фыркнул Тимка и первым направился в сторону столовой.

Войдя в просторное помещение, увидела там сидящих в ожидании богатырей.

– Голодные? – спросила у мужчин.

– Как серые волки зимой, – подтвердил Любозар.

– Тогда приступим, – я в предвкушении потерла руки. – Кошак, что делать надо?

– Сначала, душа моя, надо тарелки на стол поставить, – отозвался Тимофей.

– А что, скатерть посуду не выдает? – удивилась.

– Не-а, она ж у нас с характером…

– Ла-а-адно, – протянула и направилась в сторону кухни.

Там с трудом нашла пару чистых тарелок и ложек, и уже с ними вернулась обратно в столовую. Поставила посуду на стол и снова посмотрела на кота-ученого.

– Что? – нервно дернул тот пушистыми усами.

– Что делать надо?

– Закрой глаза, положи ладони на стол, (с предметом магическим контакт держать нужно), представь нужное блюдо и вроде как все…

– Точно? – не поверила я.

– Агась, – не очень уверенно ответил кошак.

Делать было нечего. Закрыла глаза, оперлась ладонями о стол, и стала представлять наваристый борщ…

– О-о-о, – раздалось удивленное. – Это что за чудо такое…

Открыла глаза и посмотрела на тарелки мужчин. Там и, правда, был борщ. Вот так скатерть, вот так волшебная…

– Борщ, – ответила мужчинам я.

– А борщ – это что? – решил уточнить Вострогор.

– Это суп, – ответил за меня кот-ученый, – со свеклой. Короче, съедобно, даже вкусно. Эх вы, неучи.

– Тогда приступим! – хором воскликнули богатыри и взяли в руки ложки.

Пока Вострогор и Любозар ужинали, решила уточнить у кота вопрос с мытьем посуды.

– Так этим делом обычно Светозар занимается, – охотно отозвался рыжик. – Он, как самый непоседливый, часто на кухне наказание отрабатывает, вот и натренировался посуду мыть да готовить.

– И стиркой тоже он занимается? – решила полюбопытствовать.

– Нет, что ты, – отмахнулся кот, – одежду они сами, каждый свою стирают.

Ладно, с мытьем посуды пока повременю. У Светозара уточню, как вернется. К моему удивлению, Тимофей тоже решил отведать супа. Пришлось и на его долю тарелку искать. Поставила ее на стол, опять прикоснулась ладонями к льняной скатерти и представила себе тарелку полную до краев горячим борщом.

– А ты, оказывается, хорошо готовить умеешь, Аленушка, – раздался довольный голос кошака.

Я распахнула глаза и вопросительно посмотрела на усатого.

– В смысле? – вопрос вырвался сам собой.

– Так скатерть же ту еду наколдовывает, которую ты сама готовить умеешь и все вкусовые качества тоже повторяет. Вот если бы ты суп постоянно пересаливала, когда готовила, то и мы сейчас голую соль бы ели…

– А-а-а, вот оно что, – стало доходить до моего усталого мозга.

– Да, давно мы так вкусно не ужинали, – подал голос Любозар.

– Слушай, а Светозар вкусно готовит? – полюбопытствовала я. – И как много?

– Ой, не напоминай, Алёнка о горемычном, – тяжело вздохнул кот. – То пересолит, то с огня вовремя забудет снять… Готовка – это не его. Да и, еще раз повторю: скатерка наша ни одного богатыря хозяином не считала. Вот и перебивались кусками. А тебя она сразу же признала.

Вот ведь… какая скатерть мне необычная досталась.

Мужчины, после того как поужинали, вместе с котом ушли в сени. Через какое-то время оттуда раздался мощный храп.

Убрав тарелки со стола, отнесла их в кухню. Как мыть посуду, я пока не знала, так что тоже решила немного передохнуть до прибытия остальных богатырей. Освободила стол от грязной посуды… точнее не совсем освободила, а просто сдвинула все в одну кучу. Сама села на стул и, уронив голову на руки, мигом задремала.

Провалиться в сон окончательно мне было не суждено. Я находилась в состоянии полудремы, когда неожиданно раздался грохот открываемой двери: очевидно, богатыри раньше времени вернулись. Кто-то прошел в кухню и пробасил товарищам:

– Эй, мужики, тут девица красная!

– Где?! – раздалось из сеней сразу несколько голосов.

Как я поняла, остальные пытались растолкать Любозара, Вострогора и Тимофея. Видимо, получалось у них довольно плохо.

– Да тут, же, – ответил тот же голос. – В кухне.

Наконец, из сеней раздалось грозное шипение усатого ( по моим ощущениям того банально грубо дернули за хвост).

– Ироды окаянные!!! – завопил Тимка. – Почто разбудили меня грешного!?

От такого вопля я невольно дернулась, вскочила на ноги и заозиралась по сторонам…

– Э-э-э… – раздалось за моей спиной, – ты кто?

– Алёна, – я развернулась на голос и во все глаза уставилась на говорившего, – а вас как звать?

– Светозар…

Передо мной стоял молодой красивый мужчина, простите, богатырь. Не такой крупный, как Любозар и Вострогор, однако я все равно впечатлилась. Ясные серые глаза с интересом смотрели на меня, но лицо Светозара оставалось серьезным. Русые волосы доставали до плеч и были растрепаны. Да и щетина недельная добавляла какой-то брутальности. Красавец. Да, теперь я понимаю местных девиц.

– Знакомьтесь, – Тимофей прошествовал ко мне, – это Алёнушка, наша новая хозяйка.

Угу, хозяйка, только меня никто не спросил, хочу я быть вообще чьей-то хозяйкой…

– Кот ее аж из Хрустального мира притащил, – вставил Любозар, – за нас беспокоился, родненький.

– Конечно, у вас в тереме не хватает женской руки, – хмыкнул усатый.

Я скромненько улыбнулась и спросила:

– Может, поужинаем?

– Да! – хором гаркнули Любозар и Вострогор. – Алёнушка такой вкусный суп наколдовала! А еще она обещала пирог и кашу с мясом…

Я? Обещала? Что-то не припомню такого…

– Значит, теперь мне не нужно готовить? – прищурился Светозар, а в голосе так и слышалось облегчение.

– Нет. Но твоя помощь в любую минуту может понадобиться… – произнесла я. – Кстати, ты мне еще потом покажешь, где и как посуду мыть?

Богатырь кивнул и тихо хмыкнул.

– Мужики, все в столовую! – скомандовал Тимофей. – Нам сейчас Аленка поздний ужин наколдовывать будет!

Вот ведь… нашли волшебницу.

– Посуду на стол пока поставить? – окликнул меня Светозар.

– Да, пожалуйста, – улыбнулась я. – Буду очень признательна. А разве осталась еще чистая посуда?

– Обижаешь, – прищурился мужчина. – Иди пока соленья из погреба возьми. А то ты на эту скатерть все свои силы потратишь.

Спорить с богатырем не стала – ему все же виднее. Ведь я и правда была не в курсе того, чем мне подобный контакт со скатертью-самобранкой грозить может. Пока доставала соленья, Светозар уже справился с сервировкой стола и заглянул ко мне в погреб.

– Вылезай, медовуху и квас я сам достану. Ты не поднимешь.

И снова не стала спорить. Прихватив маленькие бочонки с соленьями, поднялась наверх и пошла в столовую.

– А Светозарушка где? – удивился кот, как только я вошла в просторное помещение с длинным столом посередине.

– В погребе, – ответила я и водрузила на стол бочонки.

Вспомнишь лучик, вот и солнце. В столовой появился Светозар с двумя бутылями медовухи. Пока он разливал напиток по кружкам (и где только раздобыл такое количество) я встала с краю стола и уже привычно положила ладони на столешницу. Чего там богатыри заказывали? Суп? Пирог? Кашу с мясом? Да пожалуйста… Представила все это у себя в голове и уже через каких-то пару секунд послышались восторженные возгласы. Значит, получилось необычное колдовство. Правда, вместе с ним пришла и небольшая усталость. Видно, правду Светозар сказал – силу я свою на ворожбу трачу.

– Подставляй стакан, Аленка, – скомандовал кот.

– Я не пью. Разве что квас, – ответила я, присаживаясь рядом с котом, у самого края стола.

– А я, пожалуй, валерьяночки тяпну, – промурлыкал кот и обратился к сидящему рядом Вострогору: – Соколик, налей-ка и мне, что ли. Как обычно.

Светозар поставил на стол пустые бутыли из-под медовухи и направился снова в погреб. Видимо, за квасом. Ну и еще одной порцией алкогольного напитка, наверное. Коту налили в миску валерьянки, и тот довольно заурчал. Я посмотрела на стоящие на столе тарелки и вздохнула. Далеко не все были отмыты от засохшей еды. Мужчины…

Богатырь вернулся с небольшим бочонком и, зачерпнув кружкой пенистый напиток, протянул ее мне. Я поблагодарила заботливого мужчину и приняла довольно большую кружку. А она тяжелая, зараза. Так же отметила про себя, что медовуху он из погреба брать не стал. Ну, да и ладно. Мне же лучше. Не хватало еще пьяные тела по комнатам растаскивать.

– Аленушка, – начал говорить Любозар, – мы собрались здесь…

– Пр-р-р, – произнес уже наклюкавшийся валерьянки кот. – Что за речи? А ничего, что это я ее сюда притащил? Я раскрасил ваши скудные, серые будни. Это я-я-я, – он ударил себя лапой в пушистую грудь, – пытаюсь устроить вашу личную жизнь!

– Не понял, – прищурился Светозар. – Ты что же кошак, – он приподнялся со скамьи, – пока Черномора нет, решил нас всех сосватать?!

Я вот тоже не поняла. Почему это Тим меня свахой обозвал? Помимо организации их личной жизни, я этим богатырям должна еще и «готовить», убирать, посуду за ними мыть… А богатырей, между прочим, тридцать четыре! Хотя, пока что за столом было тридцать три. Главного где-то потеряли. Воеводы-то нема. Да и вернулись они гораздо раньше. За окном рассветом и не пахнет.

– А когда Черномор прибудет? – полюбопытствовала я.

– На рассвете, – пояснил Светозар. – Мы намного раньше вернулись, а он на приграничье задержался.

– А он…

– Алена! – повысил голос Светик (да, буду его так называть). – Только не говори, что ты разделяешь мнение этого усатого сводника!

– Разделяю, – киваю.

– Что-о-о? – Светик выпрямился во весь свой немаленький рост.

– Светозарушка, – залепетал рыжий, – не серчай на меня горемычного. Я как лучше хотел!

– И притащил сюда сваху?! – богатырь стукнул кулаком по дубовому столу. Посуда аж подпрыгнула.

– Светозар! – осадил его Любозар. – Прекрати. Аленушка не по своей воле здесь оказалась.

– Ну, кошак, – Светозар погрозил коту кулаком, – доиграешься.

– Соколик, – пискнул Тимофей, – только не серчай. Терем второго твоего буйства не выдержит.

– Светозар, – голос подал сидящий возле него богатырь (его имени я не знала), – вот Черномор вернется, тогда и решим, что нам с заблудшей делать.

– А с ней и так ясно, что делать, – буркнул кот. – Сваха она ваша. Вот пока всех не переженит, домой ей возврату нет.

– Алена, – Светик пристально посмотрел на меня. – Это недоразумение рыжее, правду сказало?

Я кивнула, и богатырь, обреченно вздохнув, плюхнулся на скамью, закрывая лицо руками.

– Светозарушка, – кот встал со своего места и подошел к богатырю, – соколик мой ясный. Витязь мой верный. Не горюй.

– Тимофей, – богатырь убрал руки от лица и посмотрел на кота, – ты хоть понимаешь, что натворил?

– А что я натворил? – захлопал тот глазками.

– Я не хочу жениться! – рыкнул Светик.

Вот в этом я его полностью поддерживаю! Я тоже не хочу жениться! Тьфу! Замуж выходить.

– Эх, придется, – притворно расстроился кот.

– Да не по душе мне все это! – богатырь приложил руку к груди, там, где бьется сердце. – Моя жизнь не жизнью будет без свободы. Душа моя на волю просится, чтобы по полю скакать на лихом коне, ночевать под звездами и пение птицы ранней слушать. Чем, сердце в груди моей станет, без этого?

– А как же семья, жена и дюжина детишек? – спросил Любозар. – Иль не любо тебе это?

– Да и чем тебе Марья не подошла? – в разговор вклинился сидящий напротив темноволосый мужчина с короткой густой бородой.

– Ой, дурень… – кот прижал уши и тихо попятился от Светозара.

– Ох, беги Родослав, – Светозар стал медленно подниматься со скамьи. – Беги, говорю, а то костей потом недосчитаешься.

– Светик, – пискнула я.

Все дружно повернулись в мою сторону. Я что, что-то не так сказала? Вон… Даже Светозар перестал Родослава взглядом буравить.

– Ты как его назвала? – спросил Вострогор.

– Светик, – снова писк.

Терем затрясся от дружного хохота. Я сидела и хлопала глазами, не понимая, с чего такая реакция. Даже Светозар за живот схватился в приступе смеха.

– Све-е-етик, – прыснул лежащий на полу кот – он от большого количества выпитой валерьянки на лапах не удержался.

– Ну, Светозарушка, – на плечо богатыря опустилась широкая ладонь Родослава, – быть тебе теперь Светиком. Так нынче богатырей на Буяне величать будут.

– А ты тогда, – прищурилась я, – Славиком будешь!

Последовала еще одна волна смеха. Вроде не так уж и много медовухи выпить успели… Я недовольно засопела и сложила руки на груди, выказывая тем самым, свое недовольство.

– Не серчай на них, Аленушка, – ко мне подошел запыхавшийся кот.

– Может, тебе валерьяночки? – прищурилась.

– Не отказался бы, – кот облизнулся.

Я взяла стоящий неподалеку пузырь, из которого Вострогор ему в мисочку валерьянки наливал, и бухнула приличную порцию кошачьей горячительной. Кот довольно мяукнул, оперся лапами о столешницу, и приложился к миске. Потихоньку все стали успокаиваться и вскоре полностью переключились на еду. Только Светик периодически на меня поглядывал, когда думал, что я не вижу. Разозлился, наверное. Ну, так я не специально.

– Я захмелел, – сказал кот и бухнулся со скамьи.

– Ой, – я подскочила с места и присела на корточки возле храпящего на полу кота.

– Не переживай, краса, – хохотнул Любозар. – Тимофей валерьянки перепил. Бывает.

– Ш-ш-ш, – произнес с закрытыми глазами кот.

– Тимка, – я почесала кота за ушком. – Тимошка, очнись.

– Мне надо в погреб, – тот с трудом встал на четыре лапы.

– Зачем? – не поняла я.

– А он когда захмелеет, – стал пояснять Славик, – идет славу богатырскую искать.

– И зачем он ее в погребе ищет? – спросила, садясь обратно на свое место с краю.

– А там у нас крыса дюже хитрая живет, вот он за ней по всему терему и гоняется.

– Чем же ему крыса помешала?

– Ты просто эту крысу не видела, – подал голос Светозар.

Я посмотрела на то место, где только что находился кот… но там уже никого не было. Ну и ладно. Подумаешь, крысу ловить пошел. Что я, крыс, что ли не видела.

Прошел примерно час, но мужчины все не расходились. Я уже стала клевать носом, но упрямо сидела и пыталась вслушиваться в богатырский разговор.

– А-А-А-А!!!!!! – раздался истошный крик за дверью, которая вела в кухню.

– Что там происходит? – я снова подскочила со своего места и испуганными глазами уставилась на Вострогора. Богатыри сидели и спокойно потягивали медовушку.

– Успокойся, Аленушка, – хмыкнул Вострогор. – Такое каждый раз происходит.

– А-А-А-А-А-А-А!!!!! – не унимались за дверью.

Я не выдержала и ломанулась к двери. Котика жалко! Деревянная преграда поддалась и явила моему взору довольно необычную картину…

Тимофей лежал на пузе, посередине кухни, и карябал передними лапами деревянный пол. Все бы ничего, только… Только огромная крыса ухватила его своей, довольно не маленькой, пастью за хвост и тянула в погреб. Кот сопротивлялся, как мог, и пытался вцепиться в дощатый пол… но когти были коротковаты.

– А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! Метлу бери!!! – завизжал Тимка.

Я пробежалась взглядом по кухне и обнаружила оную около окна. Красивого, между прочим. Рама была покрашена в голубой и красный цвет, искусно вырезанный узор притягивал взгляд…

– Алена!!! – закричал кошак.

Я пришла в себя и, подбежав к окну, схватила метлу в руки. Богатыри все так же сидели за столом и на происходящее не обращали никакого внимания. Я как следует прицелилась и огрела огромную крысу по наглой морде. Та зашипела и, блеснув красными бусинками глаз, отпустила Тимошкин хвост.

– Мама, – пискнула я, пятясь от бешеной крысы.

Она пристально смотрела на меня и клацала нехилыми зубами. Еще миг, и крыса прыгнула в мою сторону. Я и пикнуть не успела, как ее схватили на лету за пасть и сильно сжали, чтобы не могла вырваться. Метла из моих рук выпала, и я плюхнулась на стоящий неподалеку стул. Перевела взгляд на схватившего озверевшего грызуна и невольно улыбнулась. Светик.

– Аленка, – он хмуро посмотрел на меня. – Ты зачем сюда полезла?

– Она Тимку хотела в погреб утащить, – ответила я.

– И что такого?

Крыса в руке завозилась и жалобно пискнула. Светозар разжал руку, и та, шмякнувшись об пол, убежала в погреб. Я туда больше не пойду! Никогда!

– А если бы она его съела?

– Вряд ли, – хмыкнул богатырь.

– Потому что запал ей в душу наш усатый, – в кухню вошел Любозар.

– Еще чего, – кот потерся об мои ноги. – Не придумывайте.

– Правда твоя Любозар, – Светик сложил руки на груди и весело посмотрел на друга. – Крыса его на звезды смотреть звала, а тот ни в какую.

– Уберегите боги! – кот недовольно зашевелил усами.

– Аки не люба она тебе более? – Стал измываться над Тимкой Светик.

– Соколик, пощади мою растревоженную душу! – взмолился кот.

– А что в том постыдного, если два сердца находят друг друга? – продолжил богатырь. – Коли не видишь ты, как она по тебе горькие слезы льет, послушай друга своего верного…

Я смотрела на все это и тихо обалдевала. Вот ведь… компания мне попалась.

– Алёнушка! – возопил кот. – Ну, хоть ты меня защити горемычного! Иль совет дай, как спастись от супостатов окаянных. Пожалей сиротку, добьют ведь, ироды проклятые!

– Эм-м… – промычала я. – Тимош, а может тебе прилечь, отдохнуть? Хочешь, я сама тебя могу отнести. Скажи только куда.

– Ох, спасибо, Алёнка, за заботу по мне заболевшему, – продолжил пьяную тираду усатый. – Сделай милость, отнеси меня к себе в комнату. Мне покой и тишина не помешали бы.

Сказал и отрубился. Во, дела. Я подхватила рыжего бедолагу и понесла на второй этаж. Еще бы комнатой не ошибиться… нет, мне конечно во время экскурсии показывали ее, но все же. Кажется, нашла. Вот она, третья дверь справа, если стоять спиной к лестнице. На ней еще деревянная ручка в форме цветка. А еще хорошо, что открывается вовнутрь, а то Тимошка больно большой, одной рукой не удержишь. А так, можно пинком дверь открывать. Иногда, а то не по-людски это как-то. В общем, вошла.

Я смотрю, шкаф предусмотрен только в кухне. Для хранения одежды тут используют большие сундуки. Зато кровать широкая, с пуховой подушкой и одеялом. Красота. Я только не поняла, зачем мне в углу прялка. Ладно, будет служить чисто, как элемент интерьера. Да, похоже, они основательно подготовились к моему приезду. По крайней мере, кот, так как богатыри явно были не в курсе.

Положила Тимошку на кровать и стала осматриваться. Первым делом я заглянула в сундук, а там… и сарафаны, и рубахи, и постельное белье. Помню, Любозар мне перед обедом рассказывал, что только богатырская одежда в наличии. А Тимка отмалчивался, дескать нечего вам, мужикам, про все мои планы знать. В таком случае должно быть что-то на подобии обуви. У двери… точно, там комодик небольшой стоит. Кинулась к нему и стала ящички открывать… лапти, валенки, черевички, сапожки. Жизнь налаживается.

Глава 2

В которой первую невесту пришлось у кикимор забирать

За окном уже вовсю светила полная луна. Странно только, что мне спать совсем не хотелось. Да и дел еще оставалось ой как много: надо убрать со стола, посуду вымыть… Сняв подобие сарафана, я достала из сундука первый попавшийся наряд. В принципе, осталась довольна: красный сарафан и белая льняная рубаха с небольшой вышивкой по вороту – вполне приемлемо, если сделать скидку на то, что я нахожусь в чужом мире, очень напоминающем древнюю Русь. Кстати, мне пришлось примерить самые настоящие лапти, которые когда-то служили людям обувью в теплое время года. Надеюсь, не успею мозоли натереть, а то надела-то я их на босу ногу.

Тихонько вышла из комнаты и спустилась вниз.

– Уложила котика? – поинтересовался тут же Любозар.

– Уложила, – улыбнулась я. – Я смотрю, за столом уже никого. Всем хватило ужина?

– А как же! – из сеней вышел Вострогор. – Все наелись до неприличия. Вон, дальше сеней уйти не смогли.

Уф! Хорошо! Значит, вкусно, значит, много. Я считаю, богатырь должен хорошо питаться, чтобы силушку не растерять. Только вот как их столько в сенях поместилось… Что-то я, как богатыри говорить начинаю.

– А утром вы, во сколько встаете? – осведомилась я. – Завтрак когда подавать?

– Знамо дело, – откликнулся Любозар, – с первыми петухами встаем. А завтракаем, как Светик приготовит.

– Я все слышу! – донеслось из кухни. – Учтите, я больше не готовлю.

– О, Светик! Ты-то мне и нужен, – воскликнула я и направилась в кухню.

– Зачем? – насторожился светловолосый богатырь.

– Ты мне покажешь и расскажешь, как посуду приноровился мыть.

– А чего там мыть? – удивился Светозар. – Вон чан рядом с печкой, видишь? Прополоскал в воде посуду, и готово дело. А грязную воду потом сливаешь в кусты.

– Ну уж нет! – возмутилась я. – Это не пойдет. Посуда так полностью не отмывается. Да и чан пачкается от жира. Я полагаю, ты его не моешь?

– Нет, – нахмурился богатырь и почесал затылок.

– Ладно, перенеси, пожалуйста, пока всю грязную посуду сюда на стол, – попросила я.

Нет, раз уж заделался хозяюшкой, так будь добр все качественно делать. Пока Светозар таскал посуду, я отыскала в закромах кухни небольшой тазик и наполнила его водой. Жаль, нет губки с моющим средством. Тряпку бы хоть какую найти… А вот и она – на печке лежит. Удостоверившись, что она чистая, стала использовать ее вместо губки.

Глядя на мое нехитрое занятие, Светик полюбопытствовал:

– А что у нас будет на завтрак?

– Думаю, блинчики наколдую, – ответила я, отмывая очередную тарелку, – с вареньем, со сметаной и с медом. Хм. А еще, омлет. С вяленым мясом.

Самое главное все запомнить. Вот ведь повезло, что вместо меня тут скатерть «наготавливает». Представить себе не могу, как бы я одна на такое количество мужчин готовила.

– А что это? – удивился Светик.

– Это блюдо такое из яиц, – пояснила я, – берешь сырые яйца, взбиваешь их с молоком, солишь и выливаешь все это на сковороду. Кстати, у вас есть сковородки?

А ведь, правда, на чем-то раньше блины-то пекли? Чугунные сковородки явно должны иметься.

– Есть, – кивнул Светик.

– Так вот. Ставишь в печку и ждешь. Как увидишь, что сие нехитрое блюдо перестало походить на сопли, то, значит, готово. – На этом месте я хихикнула. Ну да, не очень удачное сравнение, вон как богатыря перекосило, ну а с чем еще сравнить-то? – Пожалуй, еще и кисель наколдовать можно…

– Ты так вкусно говоришь, – протянул Светозар. – Я опять есть захотел.

– Там вроде где-то еще пирог оставался, глянь в кладовке. – Да-да, видела я, как во время суеты с крысой один из богатырей пирог запрятал. Надеюсь, его никто найти еще не успел.

Богатырь пулей метнулся в указанном направлении и через минуту уже появился с блюдом, на котором еще оставалась половина пирога. Вот, черт, у самой слюнки потекли. Видя мою неадекватную реакцию, Светик предложил:

– Будешь?

– Угу, только посуду домою, – ответила я, с тоской глядя на гору грязных тарелок.

Светозар перехватил мой взгляд и, дожевав кусок пирога, пробасил:

– Не-а, потом не останется. Хочешь, могу тебя покормить?

Голод не тетка, поэтому я согласилась. Никогда не думала, что смогу совместить таким образом приятное с полезным. Светик поднес к моему рту кусок вкусно пахнущего пирога, и я откусила небольшой кусочек. М-м-м, а я оказывается неплохо готовлю… тьфу, наколдовываю.

В дверях показался Вострогор.

– А я-то их ищу, – воскликнул он, – эй, Красислав, ты должен это увидеть! Иди быстрее, я хочу, чтобы ты это нарисовал!

В кухню вошел еще один мужчина. Довольно молодой богатырь с цепким взглядом сразу оценил ситуацию. Темные волнистые волосы до плеч собраны в хвост… Судя по всему, местный художник.

– Эй, вы не на базаре, – огрызнулся Светик, подкармливая меня пирогом, – нечего тут глазеть.

Любозар и Красислав еще поулыбались с минуту и разошлись по комнатам. А тем временем, мы со Светиком на двоих уже уговорили весь пирог. Я со спокойной душой домывала посуду, а богатырь взялся ее насухо протирать. И чего зря Тимофей его ругал? Нормальный парень. На лестнице послышались тяжелые шаги – видать остальные богатыри тоже решили пойти на боковую.

– Светик, будь добр, вылей грязную воду, – попросила я, домыв последнюю тарелку.

Молча кивнув, богатырь подхватил тазик и направился к окну. Ну что ж, можно и так. А в это время к нам заглянул чуток охмелевший Славик.

– Алёнка, – позвал он, – ты не беспокойся, мы тебе тоже жениха подыщем.

– Н-не надо, – я даже икнула от неожиданности, – я пока еще погуляю на свободе.

– Нет, родненькая, так не пойдет, – настаивал он. – Как же так получается, ты сваха, а не замужем.

– А…

– Ничего не говори, – продолжил Славик. – Выдадим тебя. И его тоже.

Указал пальцем на Светозара. Развернулся и уже себе под нос стал бормотать:

– И Аленку выдадим, и Светика женим. Обоих поженим… переженим…

У меня ступор. У Светика тоже. Наконец, я выдавила из себя:

– Наверно и нам поспать не мешает? Завтра мне еще блины наколдовывать…

– Угу, – пробормотал Светозар, медленно разворачиваясь к выходу, – спокойной ночи. Свечи потушишь?

– Конечно, – пожала плечами. А ведь мне еще ноги мыть! Лапти лаптями, но по лесу я сегодня знатно походила. Мисочку я уже нашла одну, она для еды не годится, а вот ноги из нее поливать можно. Я девушка не привередливая, мне и так нормально будет.

Как только богатырь вышел из кухни, и в тереме перестали слышаться его тяжелые шаги, я приступила к исполнению задуманного. Просто нечего им всем видеть, чем я тут занимаюсь. Наполнив тазик прохладной водой, вышла на крыльцо и, сев на нижнюю ступеньку, стала поливать ноги. Лапти поставила рядышком. Как же приятно, когда ножки чистые! Пока без носков обойдусь, сомневаюсь, что таковые вообще имеются. Если не найду, так что-нибудь все равно придумаю.

Только я поднялась и направилась обратно, как услышала приглушенный топот копыт. Повернула голову в том направлении и обомлела. Черномор. Я сразу поняла, кто направляется в сторону терема. Его кольчуга немного отличалась от остальных, уже виденных мной, да и сам по себе воевода был многим старше богатырей. И борода знатная, белая… Неужели не женат до сих пор? Он лихо соскочил с гнедого жеребца и направился ко мне.

– Здравствуй, красна девица, – поздоровался он, – как звать тебя, юное дитя? – Он привязал коня к растущему неподалеку дереву и подошел ко мне.

– Алёна, меня…

– А-а-а, – протянул богатырь. – Знаю – знаю, Тимофей мне все рассказал, когда за тобой собрался прыгать в Хрустальный мир, – перебил Черномор.

– Вы не голодны? – осведомилась. – Я, если что, и наколдовать чего могу…

– Не откажусь, голубушка.

– Пойдемте тогда в кухню, – улыбнулась я и пропустила мужчину вперед. Все-таки как-никак хозяин дома прибыл.

Уже через какую-то минуту мы вошли в святая святых.

Тазик, который все это время не выпускала из рук, поставила на пол рядом с печкой. Быстро взяла небольшой котелок, который только недавно успела вымыть, и направилась в столовую. Там, водрузив его на стол (тяжеловат был, зараза), быстренько наколдовала гречневую кашу с мясом. А что, сытно и полезно. Взяв уже полный котелок в руки, вернулась в кухню и поставила наколдованный ужин перед воеводой. Потом дала мужчине ложку и потянулась уже рукой к стопке чистых тарелок, которая стояла на столе, как меня остановили усталым:

– Тарелку не давай, – произнес воевода, – я из котелка поем.

– Как вам угодно, – пробормотала я.

– Однако, чисто на кухне стало, хозяюшка, – медленно оглядываясь по сторонам, произнес он.

– Вас на обед ждать завтра? – спросила я. – Просто сегодня все только к ужину подтянулись.

– Когда как, Аленушка. Служба – дело серьезное, – вздохнул богатырь. – Иногда сложно время точно рассчитать.

– Поняла, – улыбнулась я Черномору, – тогда буду всегда готова накормить неожиданно оголодавших.

Воевода ел и на все лады расхваливал наколдованный мною ужин. Окончив трапезу, он раскланялся и поднялся в спальню, а я… стала опять мыть посуду. Благо, той немного было.

Ура, я свободна! Пойду спать, а то рассвет уже скоро, а у меня ни в одном глазу…

Рассвет еще далек,

Но тает грим любви,

Усталость вижу и смятенье,

Взглянув в глаза твои…

Э-э-эх… Как же я скучаю по дому: по Санкт-Петербургу, по родителям, по Москве с учебой и работой – уж очень жизнь у меня там шальная пошла. Да и родители переживать начнут… Вот и думай теперь, как в кротчайшие сроки женить всех богатырей.

Когда вошла в комнату, сразу заметила какую-то книгу, которая лежала на моей кровати. Подошла поближе и прочитала название: «Перепись богатырей Красноградских». То, что надо! Открыла на первой странице и увидела Черномора (точнее его изображение). Видать, Красислав действительно хорошо рисует… И грамоте обучен. Вон, даже краткую биографию составил. Ладно, завтра почитаю. Закрыв фолиант, переложила его на комод.

Спать! Подушка, я иду!

Не раздеваясь, повалилась на кровать и сразу уснула. Уж слишком был насыщенный день.

– Уж рассве-е-е-ет за око-о-о-шком, – раздался сквозь сон душераздирающий вой. – И лу-у-уг зацв-е-е-ел конопле-е-е-ей…

Мне не послышалось? Коноплей?!

– Ты стои-и-и-ишь у окошка-а-а-а, – не унимался противный певец. – И хлещешь пустой самого-о-о-он!

Я открыла глаза и уставилась на Тимофея. Он сидел на сундуке и раскачивался из стороны в сторону.

– И ветер бежит под нога-а-ами, – продолжил котяра. – И воет как брошенный пе-е-е-ес! – Он приподнял моську и завыл еще горше: – Любовь не мерится словами-и-и-и. Она как раскат осенних гро-о-о-оз! Моя Любо-о-овь! Моя отрада-а-а-а! Зачем ты бросила-а-а-а меня-я-я! Я все прощу-у-у и если надо-о-о… Порву любого-о-о-о за тебя!

– Тимка, – позвала я, – ты чего?

– Ась? – пришел в себя кошак.

– Откуда такие душещипательные завывания?

– А, это… – замялся котик. – Это стихи Смеяна. Он у нас стихоплетством балуется.

– Ого, – хмыкнула, вставая с кровати и разминая затекшее тело. – И что еще ваш стихоплет написал?

– Много всего, – повел густыми усами кошак. – Ты это, не спи на ходу, тебе еще завтрак колдовать. А Черномору откушать как следует надо, перед тем как на службу отправиться.

– А остальные богатыри? – полюбопытствовала я.

– Они сегодня ближе к обеду поедут. Границу с Замухрынью проверять.

– Замухрынью? – я прыснула в кулак.

– Ну да, – не понял моей реакции кот. – Так соседнее государство зовется.

Застелив кровать, я привела в порядок сарафан, и пошла прогонять Тимку с насиженного места. Тот нехотя соскочил с массивной крышки и недовольно засопел. Но я не обратила на его недовольство никакого внимания. Открыла крышку и стала копаться в аккуратно сложенных в сундуке вещах. Мне нужно было найти хоть что-то отдаленно напоминающее носки. А то я на босу ногу, да в лаптях себе такие мозоли натру, мама не горюй. Кошак понял мое копошение и обрадовал новостью, �