Главная роль в моем театре

Пролог

Маленькая девочка лет семи на вид самозабвенно мулевала на новом мольберте. От усердия кончик языка был высунут, а на пухлых щечках играл румянец.

В комнату неслышно вошел молодой мужчина. Он остановился на пороге чтобы не мешать ребенку. Девочка его даже и не заметила – настолько была увлечена процессом.

– Что ты рисуешь, Ромашка? – после недолгой паузы спросил мужчина.

– Мне сегодня приснился сон, – ответила ему она, макая кисточку в краску. – Что я была одета как принцесса на балу, а ты меня даже не узнал! Вот рисую рисунок, чтобы, когда ты меня в следующий раз увидел, обязательно узнал! – и продолжила усердно что-то выводить на листе.

Брови мужчины удивленно приподнялись. Неужели дар предвидения проснулся? Не может быть. У них в роду никогда не было предсказателей, а, как известно, дар передается только по наследству.

Подойдя ближе, молодой человек посмотрел на то, что рисует маленькое чудо с каштановыми локонами.

– Вот, смотри! Это ты, – маленький пальчик ткнул на сидящего на стуле с высокой спинкой золотоволосого мужчину, голову которого украшала большая корона. – А это я, – пальчик переместился на передний план, на котором была изображена девушка с темными волосами и в шикарном бальном платье.

Всё бы ничего, обычный детский рисунок, но за силуэтом девушки разливалось огромное черное пятно.

– Это что, Ромашка? – Спросил мужчина, аккуратно проведя пальцем по контуру рисунка.

– Это моя Тень! – Похвасталась девочка и счастливо улыбнулась. – Здорово, правда?

Мужчина продолжал смотреть на рисунок, но порадоваться он не мог. Что-то тяжелое засело у него в душе и не отпускало.

– Тебе не нравится? – Тихо спросила Ромашка, и губы её задрожали.

Нужно было что-то сказать ребенку. Он перевел взгляд на лицо девочки. Карие глаза смотрели пристально в зеленые глаза мужчины, ждали его одобрения.

– Очень нравится, маленькая, – выдохнул молодой человек, встал на колени перед ребенком и аккуратно его обнял. – С этим рисунком я обязательно тебя узнаю!

– Конечно! – рассмеялась девочка. – Ведь как можно не узнать принцессу во мне?

Часть 1

Глава 1

На кухне было тихо. Это единственное место в квартире, где я сейчас могла посидеть в одиночестве. Даже сильный запах от сигарет не отталкивал.

Включив чайник, уселась на табуретку и уставилась в телефон. Экран показал первое апреля. Ровно десять лет назад в этот день я лишилась брата. Шутка ли, в день смеха пропасть без вести.

Следствие велось более трех месяцев, но результата не было. Просто в один день Саня вышел из дома и не вернулся. В участке сказали, что парню просто надоело тащить на себе тринадцатилетнюю соплюшку, как я, вот он и умотал. Родителей-то у нас с ним нет.

После были несколько месяцев скитания по участкам, детдомам и судам. Вскоре меня взяла на попечение наша соседка, но у неё была своя семья, и, подозреваю, только из-за дополнительной жилплощади я оказалась с ними. Мне же в тот момент было абсолютно всё равно, где жить и с кем. У меня была личная трагедия, поэтому я даже не возражала.

Время шло и характер соседки тёти Наташи, её мужа Анатолия и в особенности детей – дочери Кати и сына Володи менялся не на шутку. Мне пришлось сражаться за собственную комнату и личное пространство. Всё, что удалось – это отвоевать личные вещи Сани, коих осталось, к сожалению, не так много. Он считал лишним загромождать пространство и иметь много одежды в гардеробе. Будто знал, что надолго тут не задержится.

Да и я сама изменилась. Научилась играть. Прятать эмоции. Изображать веселье, когда грустно. Не реагировать на глупые и пустые речи и крики. Заговаривать собеседника на раз-два. Благо, моя быстрая и порой даже шумная манера разговора сбивала человека с толку с непривычки.

Имея общительный и весёлый характер я, тем не менее, часто сталкивалась с тем, что даже находясь в большой компании, чувствовала себя одиноко. Казалось, будто я здесь лишняя. К сожалению, последнее происходило всё чаще и чаще.

В такие моменты я становилась как бы наблюдателем и замолкала. Многие, кто знал о моей постоянной болтовне удивлялись этому факту, но поделать я ничего не могла.

Вот и сейчас я удалилась, в то время как веселье в зале шло полным ходом. Друзья вытащили меня развеяться. Никто в университете не подозревал какой сегодня день, да я и делиться не хотела. Тщательно скрывала.

– Ты чего здесь сидишь? – на кухню зашёл Андрей, один из тех, кто сегодня зависал с нами.

– С мамой переписывалась, – соврала я. То, что меня в очередной раз накрыло чувство одиночества, ему знать не стоит. – Ща подойду. Чай только сделаю.

В этот момент как раз щелкнул чайник, и я встала чтобы налить кипятка в кружку.

Андрей подошел к холодильнику и вытащил оттуда две бутылки пива.

– Пить будешь?

– Нет, спасибо, – улыбаюсь в ответ. – Чет не хочется.

– Ну и зря, – хмыкает он. – Ес че, бери и приходи. Мы как раз в мафию ща начнем играть.

– Сейчас допишу и приду, – киваю ему, и он уходит.

Ненавижу мафию.

И пить настроения нет.

Смотрю на кружку на столе и понимаю, что и чай тоже не хочу. Охладела я как-то к этому напитку за время универа. Всё больше кофе предпочитаю.

Часы показывали без двадцати двенадцать ночи. Мы собирались сегодня с ночевкой, но сейчас я осознала, что лучше поехать домой. Хочу посидеть в темноте в одиночестве, чем пытаться строить веселье. Тем более дома сегодня по чистой случайности никого нет.

Всё, решено. Еду домой.

Вздохнув, я пошла говорить ребятам, что уезжаю, так и не сделав ни глотка чая.

Все, естественно, расстроились, что я решила уехать и не останусь на ночёвку.

Машина такси приехала довольно быстро. Надела кожанку, зашнуровала боты, смахивающие на мартенсы, и спустилась вниз.

К ночи туман опустился на город и стало довольно зябко. Я передёрнулась. Не люблю холод. Начала очень сильно мерзнуть в последнее время. И с каждым годом почему-то всё сильнее и сильнее. Думала даже после окончания университета переехать в другой город, где климат помягче. А то жизнь около моря слишком суровой оказалась.

Поздоровавшись с водителем такси, забралась в салон.

– Доброго вечера суток, – ответил мне довольно суровый дядька. Он мне не понравился, и я отвернулась к окну, чтобы у него не возникло желания со мной поговорить.

Почему-то водители считали обязательным разговаривать со мной. И в другой ситуации я бы не возражала. Но не сегодня.

Поскорее бы доехать.

В принципе, до дома мне было не так далеко идти отсюда, но сейчас ночь на дворе. Тем более короткий путь проходил через гаражи, а до длинного и освещенного еще дойти надо. Не через гаражи, конечно, но тоже мало приятного на темных дорогах.

Мы выехали из дворов и направились в сторону объезда гаражей, через менее оживленную улицу. Ничего подозрительного не замечая, уткнулась в телефон. Но когда мы пропустили нужный поворот и поехали прямо, я напряглась. Ибо дальше находился наполовину заселенный, наполовину всё еще строящийся новый микрорайон, окруженный лесом. А за ним только объездная дорога, вдоль которой ни единого дома не стояло.

– Извините, вы поворот проехали, – сказала ему, начиная беспокоиться.

– Сейчас еще человека захватим, и поедем вас отвезем.

– Вы не предупреждали об еще одном пассажире, – заметила я.

«Мой поворот проехали»– написала я ребятам, но никто пока не прочитал.

– Пожалуйста, отвезите меня куда указано! Тем более, еще раз повторю, это оговаривать надо было заранее! – обычно такие ситуации не в новинку, но как-то ночью, да еще и в одного, стало не по себе.

– Да мы ща быстро! – ответил мне мужик и свернул в сторону леса.

– Остановите машину!!! – закричала. Вот теперь страшно до жути.

Водитель дернул руль от неожиданности, и меня ударило об окно. Я зашипела от боли, но трясущимися пальцами всё же написала сообщение.

«Меня везут непонятно куда, машину не останавливают».

Ответа так и не последовало.

– Да мы уже почти приехали, – водитель выровнял траекторию движения.

Я поймала его взгляд в зеркале заднего вида. Вот теперь осознала, что очень так попала.

Поняла, что если что-либо сейчас не предприниму, то живой из салона больше не выйду. Не раздумывая долго, ибо каждая секунда на счету, дернула замок двери и вылетела наружу из движущегося автомобиля. Больно прокатилась по земле и ободрала до крови открытые участки кожи. Краем сознания промелькнула мысль облегчения, что я надела сегодня свои удобные ботинки на широкой подошве, а не ботильоны, как планировала раньше.

Вскочила на ноги, не обращая внимания на ссадины, и побежала. Единственный пусть спасения лежал через лес – по дороге меня догонят быстро, тем более на машине, а в лесу легко затеряться. Да и сократить если что расстояние можно, он не такой большой в этом участке.

Все эти мысли проносились в голове молниеносно.

– Стой, дура! Все равно не убежишь!

Крики за спиной раздались неожиданно. Как-то не ожидала, что он успеет так быстро остановиться и выйти из машины.

Меня колошматило от страха нещадно. Дыхание сбилось. Грузные шаги сзади вперемешку с матом пугали еще сильнее.

Неведомо каким чудом осознала, что всё еще держу в руке телефон. Но нажать на разблокировку экрана и позвонить за помощью не получалось – на ходу это сделать невозможно, а сзади уже явно слышно, как меня нагоняют. Пульс зашкаливал. Телефон мешается, и только я собралась его запихнуть в карман, как раздался вызов.

Попыталась провести рукой по дисплею, но палец соскальзывал. Отвлекшись на телефон, пропустила торчащий из земли корень. Споткнувшись, полетела вперед. Ударилась настолько сильно, что в глазах потемнело.

Куда еще темнее, чем в лесу ночью?!

– Всё равно от меня не убежишь! – раздалось, по ощущениям, совсем близко от меня.

– Помогите-е-е-е!!! – заорала я. Истерика накатила окончательно.

Осознание того, что от скорости бега зависит моя жизнь, подхлестнуло не на шутку. Неведомыми силами подскочив, побежала дальше, петляя по лесу. Открылось второе дыхание, я даже задыхаться перестала. Лес становился всё темнее, и с каждым новым поворотом возрастал шанс влететь в дерево. Даже не представляю, как я не врезалась больше ни во что по пути, учитывая, что на даль я не очень хорошо видела.

В какой-то момент, сквозь гул в ушах поняла, что шаги как будто стали отдаляться. Я оглянулась чтобы убедиться в этом, за что и поплатилась. Со всей силы все же врезалась в незамеченное из-за темноты дерево, ударилась, и полетела вниз со склона. В глазах вспыхнул миллиард золотых искр, и сознание резко покинуло меня. Только на краю восприятия заметила, что продолжаю падать.

Я так и не поняла, догнал меня тот мужик или уже нет.

Очнулась резко. Подскочила на месте и сразу же упала обратно, застонав от боли. Ломило всё тело, будто я неделю лежала на кровати и не шевелилась. В висках пульсировало, мешая сосредоточиться, а в горле стоял тошнотворный ком, не давая сглотнуть.

Немного придя в себя, прислушалась. Ладони ощущали холод камня. Не неровности земли. Даже типичных звуков леса не было.

Стояла гулкая тишина.

Где я?

Осторожно открыла глаза, но видно ничего не было. Явно на улице ночь, ибо сквозь окно пробивался лунный свет.

Сквозь окно?!

Меня всю затрясло. Боги! Где я и что со мной? Пытаясь себя успокоить и не скатываться в панику, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Сердце стучало настолько сильно, что, казалось, его слышно на всю комнату. Не время для страхов, надо сначала выбраться, а потом уже думать. Позже поистерю, если что.

Осторожно привстала с пола, борясь с приступом тошноты. Огляделась. Стараясь не шуметь, выглянула из-за так удачно стоявшего рядом огромного кресла, занавешенного белой тканью. В комнате никого не было. Только я и накрытая мебель.

Вообще складывалось ощущение, что в это помещение давно никто не захаживал – пыли скопилось предостаточно. Да и сам вид комнаты был нежилым. Кое-где отклеивающиеся обои, черные пятна сырости, забитые досками окна… Мерзко.

Свет поостереглась включать из-за собственной безопасности. Боюсь, больница бы так не выглядела в любом случае. Так что, наказав в очередной раз себе успокоиться, направилась к окну.

Пора выбираться отсюда.

Дернула за ближайшую доску. На удивление она быстро отошла, будто прибита была для вида. Вскарабкавшись на подоконник, отодрала и остальные доски, постоянно оглядываясь на дверь и стараясь не производить лишнего шума.

Как только с последней деревяшкой было покончено, я обернулась, осматриваясь по сторонам. Недалеко от места, где я лежала, увидела свой рюкзак. Каким чудом он остался со мной – не представляю.

Соскочила с подоконника, забрала драгоценную ношу и вернулась к окну. Не знаю что там осталось из содержимого, да и не важно. Потом посмотрю, сейчас главное выбраться отсюда. Казалось, что если еще чуть промедлю, то обязательно произойдет какая-нибудь пакость. Ещё раз прислушавшись, нет ли лишних звуков, открыла створки окна.

Когда отдирала доски, оценить обстановку на улице не могла – окна были сверхгрязными, ни зги не видно. Открыв окно, вдохнула свежий воздух и жадно уставилась на улицу.

Ну что ж, единственное радует – окно здания было расположено по прикидкам этаже так на втором. Минус – этаж высокий, с потолками на совесть. Не такими, как в новых домах, где два с половиной метра – максимум. Тут же были все три-четыре. Вид на улицу тоже не ахти – на соседний дом. И, если судить по дому напротив, нахожусь я сейчас в трёхэтажном строении. Между собой они образуют узкий темный проулок. Понятия не имею, в каком районе именно я очутилась. В своем городе я таких зданий не знаю…

Открыв оконную раму пошире, выглянула вниз. Хоть тут удача была на моей стороне – по фасаду здания шёл карниз. Я далеко не рисковый человек. Экстремальными видами спорта не увлекалась, даже видео с роуп-джампингом стараюсь не смотреть, ибо страшно. Но для спасения своей жизни человек способен на всякое. Тем более ступить на карниз и осторожно, по стеночке, продвинуться к спасению. Главное, чтобы никто меня не увидел.

Взмолившись всем богам, что вспомнила, на трясущихся ногах вылезла в окно. Аккуратно прикрыла дверные створки за собой. Доски прибить не смогу, так хоть окно закрою для вида. Дальше самое сложно – успокоить громко бьющееся от страха сердце и аккуратно, носочком одной ноги ступить на карниз.

Вздохнула, выдохнула. Сердце успокаиваться не хотело, а наоборот, зашлось с новой силой, что даже дыхание перехватило. Деваться все равно некуда, и нога ступила на не такую надежную опору. Дело осложнялось тем, что я в детстве даже по деревьям никогда не лазила, а тут целая стена.

Еле как себя успокоив и напомнив, что надо поторапливаться, и времени на раздумья нет, опустила вторую ногу. Так. Теперь вдох-выдох, и аккуртаненько поползли в сторону водоотвода. Оттуда уже не так страшно скатываться вниз, главное, если что, падать не спиной вперёд.

Держа перед глазами цель и стараясь не смотреть вниз, медленно двинулась вдоль стены.

А правильно ли я поступила, что не открыла дверь и не вышла из комнаты? А какова вероятность, что дом был пустой и дверь не заперта на ключ? Но окно же не было заколочено до конца? Или было, но похититель думал, что доски крепко прибиты, и у меня не получится их отодрать?

Страх делает страшные вещи, и, неведомо как, я все же зацепилась пальцами за водоотвод. Шаткой конструкции надолго не хватит, но, стараясь не думать о крепости трубы, покатилась вниз.

Приземлилась довольно быстро, больше боялась. Саднящие ладони и обломанные недавно сделанные ноготочки не в счет. Казалось, я произвела неимоверно много шума. Но вроде никто на мои акробатические трюки не выглянул посмотреть. Больше не раздумывая, быстро отряхнула ладошки и побежала прочь к ближайшему выходу.

Не знаю сколько раз свернула в разные переулки, пока не сообразила, что к более-менее освещенной улице я не выбежала.

И знакомой тоже.

Стараясь не думать о том, что всё это время бегала по кругу, я уже более осмысленно шла мимо выстроившихся в одну линию домов, стараясь запоминать куда сворачиваю, чтобы не возвращаться в ту подворотню, где очнулась.

О том, почему мне так легко удалось сбежать и в каком районе города я в данный момент нахожусь, не имела ни малейшего понятия. Мало того, я даже представить не могла, чтобы в нашем городе были такие улицы, где дома расположены по типу средневековой Европы – с узкими проулками и впритык друг к другу. Несмотря на плохое освещение, глаза к темноте привыкли, и я могла уже отчетливо различать как дорогу, так и архитектуру непривычных зданий. Неужели обещали отключить в целом квартале электроэнергию, а в новостях никто никого не предупреждал?

Не знаю сколько я так кралась, стараясь не издать лишнего шума, да и просто прислушиваясь к любым звукам, пока не услышала отчаянный всхлип. Замерев на месте, даже не закончив шаг, прислушалась. Сердцебиение так не кстати снова участилось.

За ближайшим поворотом раздался мужской голос, неприятно растягивающий слова, будто пьяный. Но разобрать, что было сказано, я не смогла. Язык был незнакомым, но на краю сознания казалось, что я его все же знаю.

Резкий гулкий смех пьяницы заставил меня вновь вздрогнуть, а девушка ещё раз всхлипнула. Напрягшись словно струна, подкралась к концу дома и выглянула из-за угла. От увиденного по коже пробежал мороз. Двое каких-то отморозков зажали в углу девушку. Ей даже бежать некуда: выход только один, и он за спинами этих ублюдков.

Мой страх резко потух под влиянием адреналина. Сама только чуть не стала жертвой насильника, а здесь их аж двое, и непоправимое может вот-вот случиться.

Засунула руку в карман куртки, но телефон не обнаружила. Черт! Забыла, что он потерялся где-то в лесу. И как теперь полицию вызвать? Но времени выжидать больше нет. Еще чуть-чуть и будет уже поздно.

Обернулась по сторонам. Взгляд упал на какие-то полуразрушенные ящики. Пока пыталась тихо отковырять одну из досок, услышала уже надрывный скулёж. От неожиданности резко дёрнула деревяшку на себя, та оторвалась, и я чудом не шмякнулась со всей дури на землю. Выглянув из-за угла, поняла, что времени на раздумья больше нет. Один из этих уродов резко наклонился к несчастной и придавил её своим коленом, пытаясь залезть под юбку. Второй мужик, видимо, был настолько пьян, что его уже ничего не интересовало, кроме как удержаться на ногах и не упасть.

Подкравшись со спины, саданула более трезвого по башке. Тот не свалился сразу же кулем на пол, как я рассчитывала, хотя рука у меня тяжелая. Он будто в слоу-мо повернулся и уставился прямо мне в глаза. И всё это сделал, не проронив ни слова. Даже его дружок почему-то затих. Сохраняя зрительный контакт, не особо раздумывая резко выкинула ногу вперед, метя в пах. Куда-то точно попала, потому что еще мгновение тишины, и вот он действительно свалился к ногам.

Я поймала испуганный взгляд девушки, что открылся мне из-за исчезнувшего тела.

Справа неожиданно раздался рёв, и меня снесло ударом. Приложилась в который раз за сутки со всего маха о землю. Со столкновением о брусчатку в глазах потемнело, а сверху в довесок еще придавило нереально вонючее и тяжелое тело, мешая вдохнуть.

Тут меня настил первый удар. Второй. Третий.

Задыхаюсь, ничего не вижу. Боль адская, я уже перестаю соображать. Дезориентированная в пространстве, не видя ничего перед собой, все же слышу крики откуда-то сбоку.

Казалось, вот сейчас наступит мой конец. На последних силах сквозь мутную пелену перед глазами резко мотнула головой вперед. Услышав хруст и вой, сквозь боль улыбнулась. Из разбитых губ почувствовала солоноватый привкус крови, но на это не обратила внимания: мои руки освободились из захвата.

Извиваясь ужом, превозмогая боль, брыкалась и пиналась, пытаясь выползти из-под неподъемного тела. Не знаю, получилось бы у меня или нет, но тут девушка, про которую я уже забыла, ударила эту тушу по голове. Видимо, он был послабее своего менее пьяного дружка, и сразу же отключился, придавив своим весом меня.

– Помоги, – прохрипела ей, пытаясь оттолкнуть того.

Получалось у меня так себе, если честно. Перед глазами всё плыло, во рту стоял привкус крови, а тело болело настолько сильно, что организм уже начал абстрагироваться от боли, доставляя мазохистское удовольствие.

Девушка кое-как смогла сдвинуть этого урода, а я, пока не имея возможности принять вертикальное положение, начала рыться в его карманах. Моральная компенсация, так сказать.

Меня абсолютно не волновал факт кражи, что мне за это будет и когда. Желательно еще чтоб эти уроды по закону ответили за свои деяния. Но это если мы уберемся отсюда.

Следуя моему примеру, девушка тоже стала осматривать первого, но более аккуратно, чтобы тот не очнулся. Я вынудила на свет какой-то небольшой мешочек с чем-то лёгким, и другой более увесистый, звонкий. Не особо разбираясь, что там, сунула всё к себе в рюкзак. Хорошо хоть тот валялся неподалёку. У девушки, видимо, тоже мало что нашлось. И видя, как я пытаюсь подняться, неловко опираясь на лежащее на земле тело, поспешила мне на помощь.

С кряхтеньем приняв вертикальное положение, уставилась на этого урода.

Лежачих не бьют, и, как бы мне ни хотелось, я не смогла его даже пнуть. Мораль не позволяла. Хватит того, что я забрала его личные вещи, которых, к слову, всё же надеялась найти чуточку больше. И так мой внутренний голос грыз меня за воровство, но тут уж ничего не поделать. Хоть какая-то месть за причиненный ущерб.

Мы с моей невольной подругой по несчастью переглянулись и, поддерживая друг друга (вернее, кто кого еще поддерживал), поспешили прочь из этого злополучного переулка.

В голове у меня крутилось только как бы убраться отсюда подальше и не свалиться на землю, и еще что нужно вызвать полицию. Но у судьбы были свои планы.

Мы шли довольно долго, или мне так только казалось, но мысль что нужно уйти отсюда любой ценой, держала меня на плаву. Боль притупилась, ноги передвигались автоматически, а мы всё больше петляли по улицам, уходя дальше.

Не знаю сколько это продолжалось, но в какой-то момент мне стало тяжело идти настолько, что девушке пришлось чуть ли не взвалить меня на себя. Перед глазами расплывались разноцветные круги, не давая соображать.

Моя спутница что-то говорила, но я ни словечка не понимала. Язык звучал абсолютно незнакомым, хотя все больше присутствовало ощущение, что когда-то совсем давно я уже слышала эту речь. При этом этот диалект не был похож ни на один известный мне более-менее популярный земной язык.

Жутко болела голова.

Подняв глаза, случайно зацепилась взглядом за причудливое здание. Даже разноцветные круги стали менее заметными, а зрение ненадолго прояснилось. И то, что я увидела, одновременно и понравилось, и насторожило.

Да, в моем родном городе тоже были места, где остались улицы со старинной архитектурой. Но их было немного, и таких домов, как здесь, не было. Странно.

– Где мы? – просипела я.

– Проспект восемнадцати Лун, – оглянувшись по сторонам, ответила мне девушка.

Я замерла на месте.

– Ты меня понимаешь?

В ответ получила недоуменный взгляд. Видимо, не я одна только что не поняла то произошло. Странно как-то то понимать друг друга, то нет.

– Так, ладно, – пробормотала я. – Не стоять же нам тут вечно?

И поплелась дальше по дороге. Девушка подхватила меня под руку, ибо меня вновь повело в сторону.

Шли в молчании не так долго, но уже хотя бы не спешили. Я так понимаю, ушли уже достаточно далеко из того переулка.

– Камилла, – слабо улыбнувшись, сказала. – А ты?

Моя спутница, видимо, поняла, что я имела в виду, потому что в ответ получила:

– Рианон.

Вот и познакомились. Уже легче.

После я даже не пыталась запомнить дорогу, пока Рианон вела меня. Смотрела под ноги, пытаясь не упасть. Подняла глаза только когда мы остановились у двухэтажного здания, сбоку от которого вилась причудливая лесенка, ведущая сразу на второй этаж, в обход главного входа.

Как мы поднимались по ней, практически не помню. Сознание прояснялось урывками. Меня провели по длинному коридору, открыли дверь к одной из комнат.

Голодная, утомленная и побитая, я была рада тем крупицам, что у меня есть сейчас. Рада, что не осталась в такой жуткой ситуации одна. Рада, что привели в какой-то дом и, по всей видимости, дадут поспать. А завтра уже со всем разберёмся.

Рианон протянула мне какую-то тряпицу, видимо, заменяющую полотенце, и длинную рубаху. Взяв меня за руку, как маленькую, вывела из комнаты и показала на три двери в конце коридора. За одной из них оказались общие купальни, перед которыми в небольшом тамбуре располагались раковины. В этих купальнях можно было только принять душ. Идея совместной помывки не особо вдохновляла, хоть и стеснений я особо не испытывала. Всё же совместные душевые после университетского бассейна любые стеснения стирают. Или это я уже повзрослела до того осознания, что большинству людей по большему счету на тебя плевать. Тем более в раздевалках.

За двумя другими дверьми находились соединенные санузлы. Индивидуальные. Именно в них мы с Рианон мы и отправились.

Показав что как тут работает, девушка пошла в свой санузел.

Раздевалась медленно. И не из-за того, что был страх запачкать ванную комнату своей грязно одеждой, нет. А элементарно из-за боли во всем теле. Руки еле слушались, ноги дрожали. Не понимаю, как я еще кулем не свалилась прямо на пол тут. Сломанные ногти со следами запёкшейся крови вообще заставляли морщиться от своего жалкого вида. Молчу о каких-то незамеченных ранее царапинах.

Раздевшись донага, я поняла, что переоценила свои силы. Скатившись вдоль стеночки, я сжалась, словно младенец. В таком виде меня и застала Рианон.

Девушка тут же бросилась ко мне, помогая подняться. Открыв глаза, я уставилась в зеркало на своё отражение. Внешний вид не внушал никакого доверия. Неудивительно, что Рианон решила помочь мне с ночлегом. Уставшая, вся в синяках и ссадинах, еле держащаяся на ногах.

Поймав взгляд девушки в зеркале, невесело усмехнулась. Осунувшееся лицо с резко очерченными скулами и наливающимися синяками вообще не красили меня. Потускневший и осыпавшийся макияж оттенял и без того темные круги под глазами. А волосы, казалось, собрали все в пылинки и сошки ещё с леса.

Я не могла не признать, что даже в таком плачевном состоянии мое лицо оставалось довольно симпатичным, на что, мне кажется, и прельстился несостоявшийся таксист-насильник. Да и те уроды в подворотне.

Большие открытые карие глаза, темные брови «домиком», довольно пухлые губы, особенно если уметь правильно подчеркнуть. Сужающееся к подбородку лицо с ярко контрастирующими на нём скулами. Даже мой нетипичный нос – немного курносый, с выделяющимся кончиком, не портил, а, наоборот, подчеркивал, добавлял изюминки. Я действительно считала себя красивой, но только на лицо.

Что касалось же тела, то тут я реально пасовала. У меня были лишние килограммы, набранные на стрессе после пропажи брата. Правильно подобранная одежда многое скрывала, но не приобретенные комплексы. Еще все обиды и подколки, услышанные тогда, надолго остались в голове. К сожалению, многое до сих пор я так и не поборола.

Как следствие, одним из способов, чтобы бороться с сомнением в собственной привлекательности, стал пирсинг, что я сделала, как только стала совершеннолетней. Для Рианон, судя по её взгляду, этот элемент моего тела – две штанги на груди, стал шоком. Я же совершила этот шаг для себя, пытаясь обрести уверенность. Та самая уверенность не появилась, но зато новое приобретение безумно полюбилось. Единственная бунтарская деталь в моей жизни.

Что же касается остального, то время шло, лишний вес всё же ушел, да и не была я особо толстой, так, слегка пухленькой. Будучи довольно симпатичной, мне казалось что это – ключевая проблема отсутствия романтических отношений. Девочки считали меня лучшей подружкой, а парни – душой компании. Но ни на шаг ближе никто не заходил. И со временем я закрылась.

Помню, даже близкие знакомые, узнав, что у меня ни разу не было серьёзных отношений, удивлялись. И если в подростковый период меня это неимоверно смущало, и я еще пыталась найти тепло и поддержку в ком-то после исчезновения Сани, то сейчас это время прошло.

Для незнакомых людей я стала гламурной чикой с супер-фотками в инсте. Близкие же знали меня настоящую. Вечно оптимистичную, поддерживающую и смеющуюся над каждой шуткой. Многие даже говорили, что при знакомстве я оказывалась абсолютно противоположной сложившемуся мнению, когда видели впервые мои фото.

Мне льстило, что люди восхищались, говорили кучу комплиментов. Ещё больше радовало, когда делились тем, что я оказывалась «общительной и милой, а не холодной и высокомерной». Но, опять же, что толку от слов, если дальше никогда ничего не заходило? Друзья оказывались почему-то временными, а близкого человека, с которым хотелось бы разделить жизнь и узнать это самое «дальше», так до сих пор и не встретила. Впору уже перестать надеяться на чудо и жить для себя.

Только осознание этого пришло почему-то только сейчас. Пока Рианон помогала мне промыть спутанные волосы и оттереть кровь с тела, я непроизвольно вспоминала свою жизнь «до». Казалось, больше той прежней Камиллы уже нет. Сегодня, когда оказалась в безвыходной ситуации одна, в лесу, наедине с маньяком ночью, вспышкой осознания пронеслось, что тебе никто не поможет кроме себя самого. А после еще случай с этой девушкой, что так сейчас заботливо поливала меня водой, показал, что впредь надо рассчитывать только на свои силы, чтобы не пасть жертвами уличного грабежа и насилия. Ведь ангелы-хранители и феи-крестные есть только в сказках.

Я тяжело вздохнула.

Наверное, последние события, произошедшие со мной, да и полное одиночество, накопившееся за годы, что-то изменило во мне. Сейчас, совершая механические движения в душевой, больше мешая, чем помогая Рианон, я осознала, насколько исчерпала себя. Хотелось отдохнуть, жить счастливо каждый прожитый день, радоваться мелочам, быть уверенной, что таких ситуаций никогда больше не произойдёт. Почувствовать уверенность в завтрашнем дне.

Не было даже слёз. Только усталость. Девушка выключила воду, помогла мне вылезти из душа. Рианон протянула мне рубашку. Облачившись в нее, склонилась над умывальником, на автомате застирала нижнее белье – ведь другого у меня нет. Ри молча наблюдала за мной, пока я чистила зубы взятой из дома щеткой – на ночевку же шла.

Как же я устала. Хочется лечь и лежать.

Добрела обратно вновь поддерживаемая Рианон. Откинув одеяло, та помогла мне улечься, и я максимально приклеилась к стенке, освобождая место и для нее. Мгновение поколебавшись, она осторожно присела рядом, но я уже уснула, как только голова коснулась подушки.

Глава 2

Просыпалась я тяжело. Еле открыла глаза, уставилась в потолок.

Повернув голову, увидела темного цвета стены, до которых еле-еле пробивался из-под плотно задернутых штор солнечный свет.

Аккуратно пошевелилась, кровать подо мной скрипнула, и я замерла. Никто на звук не пришел, я облегченно выдохнула и с горем пополам, не с первой попытки, встала. Подошла к окну и отдернула тяжелые портьеры. В глаза тут же ударил яркий солнечный свет, и я поморщилась.

Где я?

Периодичность, с которой я просыпалась каждый раз в новом месте, мне не нравилась.

Немного привыкнув к яркому освещению, открыла оконную раму, чтобы впустить свежего воздуха в помещение и выглянуть, наконец, наружу. Дежавю какое-то. Только вместо ночного неба – дневное.

Вдохнула полной грудью, наслаждаясь непередаваемой свежестью незагазованного воздуха, и уставилась наружу, жадно впитывая незнакомый пейзаж.

Вид из окна был, на первый взгляд, вполне обычным – во внутренний двор. Но если присмотреться, то глаз тут же подмечал полное отсутствие машин, вместо асфальта – самую настоящую брусчатку, которую дома днем с огнем не сыщешь, а стеклянные высотки на фоне отсутствовали и вовсе. Вместо этого двор окружали довольно милые, похожие на английские каменные особняки.

Приоткрыв побольше окно, обернулась. М-да.

Комната представляла собой удручающее зрелище. Небольшое темное помещение с выкрашенными то ли в темно-синий, то ли вообще в чёрный цвет стенами. Удивительно, что солнце хоть немного смогло тут что-то осветить. Никаких полок не было, а вся одежда, что здесь есть, сложена аккуратными стопочками в углу на каких-то коробках. Письменный стол и что-то отдаленно напоминающее табуретку доживали последнюю жизнь рядом с кроватью. А сама кровать… м-м… видимо, прошла войну. Она была через чур узкая для двух девушек, и как мы на ней поместились вдвоём – остаётся загадкой.

И тут я вспомнила. Рианон.

Воспоминания резко навалились, обрушились лавиной. Я со всего маха плюхнулась на кровать, оглушенная, дезориентированная. Прокручивая в голове последние события из своей жизни, поняла, что я вновь осталась одна. Спасалась собственными силами. Собственно, как и всегда. Бежала, бежала… прибежала.

Вспомнила, как очутилась неведомо где, посреди ночи. Как сбегала из какого-то помещения, лишь бы спастись. Как натолкнулась на местных ублюдков, пытающихся изнасиловать Рианон. Как пыталась ей помочь, и в итоге сама была избита. А теперь я здесь. Где это «здесь», помимо дома Ри, еще предстоит выяснить и понять. И как вернуться домой, чтобы засадить того урода-таксиста, с которого всё и началось, было бы тоже неплохо узнать.

Еще надо каким-то образом предупредить ребят и соседку, что я жива. И даже относительно здорова. А последнее сообщение, что я им писала, было что меня везут непонятно куда. Боги! Надеюсь, они обратятся в полицию и меня найдут.

Я поморщилась. Стараясь не делать резких движений, чтобы не тревожить новоявленные синяки, пошарила глазами по комнате. Найдя искомое, полезла к своему рюкзаку.

Нащупав на самом дне непримечательные мешочки, вытащила их наружу. Замечательно. Только этого добра мне и не хватало.

– Это что, деньги? – спросила сама у себя, рассматривая на ладони незнакомые монеты.

На одной стороне был выгравирован профиль мужчины, а на другой герб. Отрицать очевидное было бесполезно.

Я насчитала тридцать две крупные, золотые, монетки и двенадцать более мелких серебряных.

– М-да. Вот ты и попала, девочка.

Ссыпав новоявленное добро обратно, задумалась.

И что мне с ними делать прикажете? Бежать обратно и просить чтобы забрали обратно? А смысл? Я знать не знаю, что за улица была, на которой мы пересеклись. И только вспомнив, что те уроды собирались сделать, меня затрясло. Нет уж. Будет моральной компенсацией.

Засунув свою компенсацию обратно в рюкзак, поднялась с кровати. На этот раз обдумывать, что делать дальше.

Ждать Рианон тут было бы логично, но, во-первых, неясно сколько я тут ее как верный Хатико прожду, а во-вторых, самой осмотреться тоже не мешает. Сидение в четырех стенах угнетает. Боюсь накрутить себя еще больше. Запомню расположение дома и постараюсь долго не задерживаться. Так и поступлю, да.

Приняв решение, пошла умываться. В ванной комнате меня ждала моя бледная копия. Под правым глазом красовался отвратительный желто-фиолетовый синяк, а левый уголок рта был разбит, губы распухли. М-да. Красота неописуемая, конечно.

Пришлось возвращаться в комнату за косметичкой.

Умылась, нанесла макияж. Вместо привычного легкого получился настоящий грим. Заняло это дольше времени, чем обычно, зато скрыла все следы приключений. Мне нравилось ходить без тонального крема, да и вообще без макияжа, но зимой неизменно им пользовалась, защищая кожу от холодов. Это просто нелепое совпадение, что накануне ночевки я как раз прикупила новый тюбик.

Свою одежду обнаружила сложенной аккуратной стопочкой на столе. Рядом с ней лежал довольно объемный сверток, из-за которого я и не обнаружила ее сразу. Облачившись в привычные кожаные штанишки и кофту, невольно отметила, что они не только стали чистыми, а будто я их только-только из магазина притащила. Не было признаков, что они уже ношенные. Чудеса.

Вытащить из рюкзака свою «компенсацию» все же пришлось. Разложила на неровные части. Одну, что побольше – спрятала обратно в рюкзак, а вторую поменьше запихнула в карманы куртки. Вот так. Теперь можно и на выход.

Выбралась из дома тем же путём, что показывала Рианон. Обнаруженную в другом конце коридора лестницу, что вела вниз, проигнорировала. Оттуда доносились визгливые женские голоса, и встречаться с их обладательницами мне пока что не хотелось.

Завернув за угол дома, потрясенно замерла. Это был далеко не знакомый мне город. Даже близко. И те странные здания, что я разглядела ночью, мне не показались.

Стеклянные безвкусные высотки, пробки от большого количества машин, вечно спешащие странно-одетые люди – все это исчезло. Моим же глазам предстали сейчас малоэтажные дома, напоминающие средневековую Европу. Обилие натуральных камней и элементов на фасадах зданий поражало глаз. Не было ни кричащих неоновых вывесок, ни плазменных мониторов. Чистые и красивые дома в их естественном виде, к тому же ничем не подпорченные.

Машины не сигналили без умолку, да что там, ни одного общественного транспорта, помимо впряженных лошадьми повозок, не было. Лошадьми! И это даже не для красоты, как по центру Питера ездят, нет. Действительно как средство передвижения. И одиночные всадники проезжали мимо тоже.

Моя привычная одежда немного контрастировала на общем фоне. Хоть мне и нравилось то, как я выгляжу, но на общем фоне ощущала себя неким бунтарём в Средневековье. Массивные боты, кожаная куртка с большим обилием застежек… Молчу о плотно облегающих кожаных штанах. Главное, чтобы я по шее не получила за свой внешний вид. Ибо, судя по обстановке, могу. И еще как.

Люди не носили здесь ни мини юбок, ни привычных джинс, даже легких пуховичков, какие обычно надевают даже в начале апреля, не было! Все встреченные люди были одеты под стать окружению. Женщины облачены в юбки в пол, а на плечах у некоторых я заметила теплые шали. Кто-то даже странные чепцы на голове носил, что вообще меня поразило. Мужчины не особо выбивались из привычного мне понимания – всего лишь носили солидные костюмы (или фраки?) и пальто.

Оглянувшись на здание, из которого вышла, постаралась максимально его запомнить. О, тут и вывеска есть. «Улица Бывших Драконов», гласила надпись. Забавно. Я, конечно, о такой улице впервые слышу, но, как мне кажется, бывших, а особенно драконов, не бывает.

Пожав плечами, выбрала направление для дальнейшего движения.

Меня здесь поражало абсолютно всё. И широкие улочки, и небольшие площади. И везде, – везде! – куда бы меня не занесли ноги, встречались запряженные лошадьми различные повозки, телеги и даже (с ума сойти!) одну мимо промчавшуюся карету с вензелями увидела. И всё это было окружено невероятной красоты домами.

Люди попадались самые разные, и на некоторых я все же обратила особое внимание. Одна какая-то девушка, облаченная в штаны, заставила меня облегченно выдохнуть. Всё же можно ходить в брюках! Какое счастье. А то я уже сомневаться начала.

Но когда я достигла одной очаровательной пекарни на краю уютной площади, откуда доносился изумительный аромат свежей сдобы, я не выдержала и зашла внутрь.

О приходе нового посетителя хозяина возвестил дверной колокольчик. Под заинтересованным взглядом буфетчика я приблизилась к прилавку.

– Что желает госпожа маг? – спросил у меня хозяин заведения, а я немного подвисла.

Госпожа маг? Почему маг? Кто, я? Чего?!

– М-м-м… А что вы можете предложить?

– О! – воскликнул мужчина и протянул ладонь в сторону прилавка, перечисляя: – Сегодня у нас изумительные ватрушки! Еще с утра подоспели пышечки, пирожки с вареньем на любой вкус, а также с картошкой, с капусточкой…

И еще много чего такого. Интересно, конечно, но расплатиться я смогу вообще? Желудок явно намекал что пора есть, и давно причем, а я дразню себя этими соблазнительными ароматами.

– А в какую цену это все, уважаемый? – в какой-то момент остановила я его.

– Да по три медяшки всего.

Я нахмурилась. Что-то не припомню, чтоб у меня были бронзовые монетки. Только серебряные и золотые. Как-то я оплошала, что не разобралась сначала в валюте, а сразу пошла в магазин, не узнав что к чему. Да и от кого бы я узнала это…

– Можно тогда вензель с вишней, ватрушку, и вот эти пирожки? – кивнула я в заинтересовавшие меня на витрине. – Еще кофе с молоком. Всё с собой.

Продавец засуетился, но в какой-то момент замер.

– Госпожа маг, прошу прощения. А что такое «кофе»?

Я недоуменно подняла брови.

– У вас нет кофе?

– Нет, госпожа маг, нет. Да и не знаю. Если подскажете, что за яства такие заморские, приобретем и всем расскажем, кто подсказал.

Во дает! В наше время не знать про этот напиток. Да и «госпожой магом» меня ни за что в жизни никто не назвал бы.

– М-м. А чай у вас есть?

– А как же, – продавец с видимым облегчением выдохнул. – Черный, зеленый? С ягодой, а-ли так, просто листовой?

– Давайте зеленый, без добавок. Но тоже с собой.

– Как же я вам его сделаю с собой, госпожа маг? – продолжал удивляться хозяин лавки, а до меня, наконец, стала доходить вся проблема ситуации.

– Давайте здесь, – махнула я рукой. – Но выпечку все равно с собой заверните.

Расплатилась серебрушкой, на которую мужчина жадно взглянул, но сдачу горкой мне насыпал. Присмотрела столик у окна, чтобы наблюдать за прохожими и наслаждаться видом. Посетителей в пекарне на удивление не было, так что я спокойно выбрала себе место.

Пока ждала чай, жевала свой вензель. Выпечка действительно была изумительной, не зря такой аромат стоял. От одного кусочка хотелось закрыть глаза от удовольствия, в чем я не стала себе отказывать. Настоящее блаженство! Удивительно что мало кто сюда заходил.

– Уважаемый, у вас просто невероятно вкусная сдоба, – не стала я скрывать сей факт от хозяина пекарни, с обожанием глядя на свою булочку. – Просто изумительно! Вы настоящий волшебник.

– Полно вам, госпожа маг, – зарделся мужчина. – Я всего лишь простой горожанин без толики магии. Ловкость рук, не более. Ваш чай, пожалуйста.

– Спасибо, – поблагодарила его. – И, тем не менее, вкуснее ничего я в жизни не пробовала, – заверила я. – Скажите, а как можно найти вашу пекарню? Я впервые в вашем городе, ничего толком не знаю. Так, случайно бродила по улицам и вот, на этот потрясающий аромат как раз и забрела.

Я говорила чистую правду и совершенно искренне. Мужчина это почувствовал, и на его лице проступила смущенная улыбка.

– Ох, госпожа маг, большая честь, что вы начали знакомство с моей пекарни! – польщенно улыбнулся он. – Как в следующий раз будете проходить мимо, либо просто захотите отведать наших булочек, просто спросите про дядюшку Мико, любой подскажет. Всегда буду рад вас видеть! Моя дорогая Людочка печет самые лучшие вензели с вишней!

– Спасибо, – улыбнулась я и отвернулась обратно к окну.

Эх, сейчас бы запечатлеть эту умиротворенную картину…

Итак, что я имею. Я в неизвестном городе, видимо, в каком-то фантастической параллельной реальности. «В другом мире» – хмыкнула я и откусила очередной кусок, пережевывая. – «Меньше читай фэнтези!» У меня нет ни денег, ни крова над головой, ни, тем более, связей свыше. Надо поговорить с Рианон, узнать что как вообще тут происходит. И решить где жить. Хотя бы ближайшие пару дней, пока не придумаю чего-либо другого.

По идее, от таких перспектив я должна сейчас биться в истерике. А я что? Невозмутимо жую булочку и размышляю о том, где взять кофе…

Ну, если так посудить, то тот факт, что в данный момент я не рыдаю, не бьюсь головой об пол и не проклинаю всех и вся, радует. С другой стороны, жизнь снова преподнесла мне урок, где нужно постоять за себя и начать всё сначала. Прямо как в дни детдома. В очередной раз убеждаюсь, что рассчитывать в этой жизни нужно лишь на себя одну. Сейчас разница лишь в том, что я уже не подросток без права голоса, а взрослая самостоятельная женщина, практически с высшим образованием на руках и с кое-какими умениями. Всё также одна, хоть и в другом мире.

Так что нет времени на истерику, а срочно строим планы на будущее!

Дожевав свой завтрак-обед, поблагодарила хозяина заведения и, узнав тут расположение ближайшей канцелярской лавки, отправилась дальше исследовать город.

В перспективе у меня были планы переехать жить куда-нибудь в другое место, но я не думала, что это произойдет таким способом и так быстро. Я тщательно планировала, рассматривала поступление в магистратуру как способ переезда, и из-за сдачи диплома все это откладывалось на полгода вперед минимум. А тут судьба, видимо, решила за меня. И сейчас я нахожусь в каком-то необычном старинном городе, где машины заменяют кареты, а люди одеваются по моде прошлых веков. За исключением отдельных экземпляров.

Я пронаблюдала как юные девушки, примерно лет шестнадцати, звонко чирикая, зашли в торговую лавку. Одеты они были в длинные розовые платья с рюшами и нелепые огромные шляпки. Для меня они казались верхом безвкусия. Толкового дизайнера на них нет.

Еще я заметила удивительный факт. Изначально я ни словечка не понимала, что мне говорила Рианон. Только сейчас, когда пришла в себя, вдруг осознала, что я без проблем болтала с хозяином пекарни. К тому же все разговоры, что слышала на улице, понимала.

Удивительно. Это так хороший сон действует или я изначально слишком напугана была чтобы понимать хоть что-то?

Без проблем найдя нужную мне книжную лавку, вошла внутрь. Несмотря на достаточно ясный день, в самом помещении царил сумрак. Удивительно наблюдать как яркие солнечные лучи не достигают магазинчика.

– Ясного дня вам, госпожа маг, – поздоровались со мной, и я обратила внимание на говорившего.

Сухонкий, маленький старичок, сморщенный будто изюм. Весь беленький, и даже не по размеру широкий в плечах пиджачок имел вид скорее ближе к светло-серому, нежели темному оттенку.

– И вам доброго дня, – поздоровалась я с продавцом. – На улице так светло, а у вас сумрачно. Очень странно, учитывая, что лучи как раз на вашу лавку попадают.

– Так это ж специально для отвода света сделано, чтобы книги не портить. А-ли госпожа маг не признала артефакт из братской гильдии?

Я смутилась.

– Я не маг.

– Вижу, деточка, вижу, – прищурился старик. – Да одета ты только как настоящая магичка, вот и наводишь пыли в глаза. А только слово скажешь – сразу видно, не из их ты братии, не из их.

– Почему вы так считаете? – заинтересовалась я.

Старик весело рассмеялся.

– Уж больно любопытна ты. Рассматриваешь так все вокруг восторженно. И простейшему амулету удивилась, не признав сразу магическую вещь.

– Оу.

Я неловко переступила с ноги на ногу, смущенная проницательным взглядом старика.

– Я впервые в этом городе, ничего не знаю. Вот и рассматриваю, – решила все же пояснить ему.

Дедуля усмехнулся, и, присев обратно за прилавок, казалось, занялся своими делами. Потоптавшись какое-то время рядом, сообразила, что карту в довесок тоже надо приобрести, и попросила показать какой-нибудь путеводитель. Старик довольно крякнул и поманил меня к себе.

– Вот смотри, – ткнул он крючковатым пальцем на страничку. – Ты находишься сейчас вот здесь. Наш городок называется Альерра, он расположен недалеко от столицы, Старлека.

Я с жадным любопытством уставилась на карту, с интересом рассматривая неизвестные мне города и земли.

В какой-то момент осознала, что слишком пристально изучаю путеводитель, что не укрылось от пронзительного взгляда старика.

– Хм, спасибо, – пробормотала я, и, собственно, вспомнила, зачем сюда вообще пришла: – Подскажите, а у вас не будет альбома для набросков?

Сначала чуть не сказала привычное «скетчбук», а только потом вспомнила, что, во-первых, название города мне ни о чем не говорит, а во-вторых, лучше лишний раз не произносить привычные мне слова.

– А как же, конечно будет.

Продавец выложил мне на прилавок несколько различных альбомов. Выбрав два не сильно больших, но в твердом переплете, и что-то похожее на стилус, купила их. Вдобавок все же попросила этот путеводитель-карту еще завернуть с собой. Решила изучить её на досуге. У меня накопилось достаточно вопросов к Рианон.

Попрощавшись с продавцом, решила больше никого не шокировать своим незнанием элементарных вещей и поспешила обратно домой.

Глава 3

Казалось, дом я запомнила хорошо. А как выяснилось чуть позже – дорогу не очень.

Поплутав немного по улицам, осознала, что уже начало темнеть, а я, если так и не спрошу направление, потеряюсь.

Придя к этому выводу, все же собрала волю в кулак и, оглянувшись по сторонам, направилась к какому-то мальчугану, звонко вещавшему о свежих сплетнях из газет.

– Парень, не подскажешь, где находится улица Бывших Драконов?

Мальчуган пристально осмотрел меня с ног до головы, и, хитро прищурившись, выдал:

– А вы, госпожа маг, купите газетку? Между прочим, самые свежие новости у нас печатаются! А я вам за это направление подскажу, – и щербато улыбнулся.

Я усмехнулась. Вот пронырливый какой!

– Ну давай, – согласилась я. – Только ты сначала мне направление, а после я куплю твою газетку.

– Э, нет. Так не пойдет, – воспротивился мальчуган. – Знаю я вас! Сначала спросите, а потом уйдете, так и не купите. Так что дело вперед!

Я рассмеялась.

– Хорошо-хорошо. Держи за свою газету.

Дав ему самую мелкую монетку из своих запасов, получила в руки типичный сборник желтой прессы. Глядишь, хоть что-то более-менее интересное из того, где я нахожусь, узнаю.

– Ну так что, скажешь направление, или ты и меня обмануть решил?

– Я никогда не обманываю, госпожа маг! – напыжился пацан, и ткнул пальцем дальше по улице: – Идите до конца проспекта, после сверните направо, дойдете до пекарни дядюшки Мико, а после по прямой, сворачивая налево четыре раза. Там и до нужной улицы доберетесь.

– Ага, спасибочки.

Кивнув мальчишке на прощание, пошла в указанном направлении. Так и хотелось достать телефон и услышать в ответ привычное: «Маршрут построен. Следуйте прямо и через триста метров поверните направо».

Тяжело вздохнув и, перехватив поудобнее свои покупки, пошла обратно к Рианон.

Добралась до нужного дома достаточно быстро. Даже у прохожих ничего спрашивать больше не пришлось, ибо в голове всплывали различные детали улиц, что помогали ориентироваться в нужном направлении.

Единственный инцидент, заставивший меня остановиться в недоумении, произошел уже почти у самого дома. Мне навстречу шли три громко болтающих парня. Они были довольно свободно одеты (по местным меркам), и в руке у одного из них клубился сгусток чего-то… энергичного? Голубой шар завис прямо над его ладонью, перекатываясь внутри невидимой оболочки. Будто огонёк, поддерживающийся силой мысли.

Из ступора вывел меня сильный толчок в плечо и гневное:

– Чего замерла по среди дороги?

Потирая ушибленную часть тела, я в недоумении уставилась на противного мужика, который даже не заметил, что толкнул меня. Он как шел, так и продолжил идти. А мне досталось, и довольно сильно.

Сквозь зубы проронив ругательства, поспешила в дом. Хватит потрясений на сегодня. Устала.

Вернувшись также, как и уходила, через боковую лестницу – духу через главный вход у меня зайти не хватило, дошла до комнаты, и, постучавшись, вошла. Рианон в комнате не оказалось, так что, разложив свои покупки, уселась за стол с путеводителем.

Мне потребовалось не так много времени, чтобы осознать, что язык, на котором написан путеводитель, не русский. Почему-то во время прогулки на уличные вывески особо не обращала внимания. А они написаны тоже на местном языке. И теперь, пробегая глазами строки в путеводителе, пока медленно, но верно отдельные буквы складывались в слова, и я их прекрасно понимала. И еще совсем чуть-чуть времени потребовалось на осознание того, что я не у себя на Земле. В данный момент моя тушка находится в мире Атарр. Мире, в котором управляет магия.

Альерра, в которой я и оказалась, располагалась в пятнадцати часах езды в экипаже от Старлека, – столицы Дарранга. Через город проходил главный королевский тракт, позволяющий процветать торговле и туризму. Вдобавок, благодаря нескончаемому потоку гостей королевства, Альерра являлась крупнейшим перевалочным пунктом для богатеньких вельмож, за счёт которых, собственно, и существует.

Помимо Дарранга на Атарре есть еще несколько крупных государств и с десяток более мелких. Как выяснилось всё из того же путеводителя, населяли этот мир только люди. Эта информация уже радует. Хотя, не скрою, в душе я мечтала встретить какого-нибудь другого. Настоящего эльфа, например.

Я отложила путеводитель, обдумывая сложившуюся ситуацию.

Руки потянулись к новенькому альбому, чтобы немного отвлечься и структурировать полученную информацию в голове. К тому же механическая работа вроде рисования или уборки по дому помогает лично мне разложить всё «по полочкам». Не став сопротивляться, решила все же порисовать.

По старой привычке открыв рандомную страницу в середине альбома, начала черкать линии. Я никогда не начинала рисовать с самого первого листа, а открывала скетчбук так, где захочется. Мне нравилось каждый раз находить какие-либо пропущенные мной пустые страницы, чтобы убедиться, что у меня еще есть что-то неизведанное в мире творчества.

Линии ложились четко, я особо даже не думала о том, что и как рисую.

Прежде всего следует узнать, кто может достоверно сказать, маг я или нет. Потому что, когда прохожие говорят одно, а ты сам даже и не в курсе – другое. Надо выяснить это, чтобы если что, иметь запасной вариант. Во-вторых, у меня есть высшее образование. И пусть тут нет компьютеров с 3д Максом, планшетов и другой техники, основы академического рисунка никто не отменял. И даже тот факт, что в последний год я рисовала на заказ диджитал портреты вместо их бумажных прародителей, не отменяет навыков и опыта, полученных в процессе обучения. В-третьих, творческий человек – талантлив во всем. И, если в этом не выгорит (в чем я сомневаюсь), пойду петь на улицу, хоть и до паники боюсь сольных выступлений.

Я рисовала достаточно долго, не особо следя за временем, пока на улице не начало темнеть. Рианон все не было, и когда я вынырнула из мира искусства, то поняла, что не могу больше продолжать из-за наступивших сумерек. Посмотрела на процесс своей работы и с удивлением обнаружила нарисованный портрет неизвестного молодого человека. Скорее даже молодого мужчины, лет тридцати на вид. Рисунок вышел скорее наброском, нежели полноценным портретом, но, тем не менее, точные черты лица привлекали взгляд. Такого встретишь, и голову свернешь, пока он не скроется из виду. Абсолютно точно я никогда его не встречала. Но и удивляться, что мое подсознание выдало его образ, тоже не стоит. Мало ли кого в порыве творчества рисую.

Хмыкнув странным причудам, я подошла к своему рюкзаку и вынудила листок, который постоянно везде с собой таскала. Осторожно разгладив линии сгиба, уставилась на другой, более давний рисунок.

Оттуда на меня смотрели смеющиеся зеленые глаза мужчины. Абсолютная противоположность только что нарисованному наброску.

Портрет, что я держала в руках, был тщательно проработан, не в пример только что сделанного. Отчетливо прорисованные золотистые волосы, идеально ровный узкий нос, брови с изломом. Глаза смеялись, но в то же время видна была в них некая серьезность. Заостренное к подбородку лицо скрывала легкая светлая щетина, а на четко очерченных губах красовалась еле заметная добродушная улыбка.

Я не заметила, как одинокая слезинка скатилась и упала в уголок рисунка.

– Как же мне тебя не хватает, – прошептала я, смахивая влагу с бумаги.

– Что ты тут делаешь? – вдруг прозвучало от двери.

Вздрогнув всем телом, я обернулась на звук.

На пороге стояла Рианон, щурясь от полумрака помещения. Тут же она хлопнула пару раз в ладоши, и неяркий свет загорелся. Я поспешно убрала рисунок в альбом к другому портрету. Не хотелось, чтобы девушка их видела, так как я воспринимала их как особо личное.

– Привет, – я встала с пола и села на кровать.

– Привет, – улыбнулась она и прошла в комнату. – Я рада что ты проснулась!

Миловидная, русоволосая девушка с правильными чертами лица – большими серыми глазами и четко очерченными пухлыми губами. Точеная фигура, облачённая в длинную, до пола, серую юбку и в приталенную рубашку. После сегодняшней прогулки я уже знала, что так одевается большинство местного населения, так что удивления во мне это не вызвало. А вот сжимаемый у нее в руках бумажный пакет заинтриговал.

– Я на улицу ходила, вот, прикупила пирожков. Будешь? – потянулась я к своему свертку из кондитерской. – Правда, они уже остыли…

Девушка, слабо улыбнувшись, присела рядом со мной и положила рядом с собой принесенный пакет.

– Спасибо, – поблагодарила она. – Как ты себя чувствуешь?

– Уже лучше, – я позволила себе слабую улыбку.

Девушка без слов меня поняла. На мою ладонь опустилась ее тонкая ладошка и легонько сжала.

– Ты тут живешь? Я не помешала тебе? – спросила её, кивая на узкую кровать.

– Нет, не помешала. Тебе нужно было выспаться, на ногах еле держалась. Я не знала во сколько ты проснешься, поэтому ушла на работу. Прости.

– Спасибо, – поблагодарила её и в порыве чувств обняла. – Спасибо тебе большое.

И затряслась.

Не сразу поняла, что это я сама трясусь. Слез не было, но осознание всего случившегося заставляло вздрагивать.

– Ну что ты, тише, – девушка, в первое мгновение растерявшись, тут же взяла себя в руки и начала поглаживать меня по спине. – Все закончилось. Теперь мы в безопасности.

Сдерживаемые за последние дни эмоции волной накатывали. Но почему-то не выходили наружу.

– Спасибо, – слабо улыбнулась ей.

– Я тебе покушать принесла, – вновь кивнула я на сверток с едой, сжимая использованную салфетку. – Для тебя оставила. Не знала, правда, какие ты любишь…

– О-о, спасибо!.. Я не ела с утра еще, даже на кухню не успела зайти. Быстрее к тебе торопилась.

– На кухню?.. И почему ты не кушала? Вредно же для здоровья!

– М-м, как вкусно, – откусив первую булочку, Ри ответила: – Тут внизу на первом этаже есть общая кухня. Хозяйка дома разрешает ей пользоваться. Но у нее дочка… не очень приветливая, поэтому я стараюсь там не появляться слишком часто.

– Хм. То есть этот шум внизу был из-за этой дочки?

– Что? Ты с ней встретилась? – Рианон встрепенулась, с тревогой смотря на меня.

Я развеселилась.

– Нет. Посчитала, что идти на звуки ссоры – не лучшее решение.

Девушка выдохнула.

– Это верно. Я еще не говорила хозяйке, что ты у меня ночевала. Она дама любезная, но в доме появляется редко. Всем заправляет ее дочь. А с ней, м-м-м, не очень хочется иметь дело.

– О, как это знакомо, – я усмехнулась. – А я долго вообще провалялась в отключке?

– Два дня. Сейчас третьи пошли, – пожала плечами девушка. – О, кстати. Я тебе одежды из театра принесла. Вот, примерь. Шила на нашу приму, но ей не по вкусу пришлось. – Рианон смяла упаковку из-под пирожков и, неуверенно глядя на меня, произнесла: – Надеюсь, тебе понравится.

Если честно, я опешила. Не знаю даже, с чего больше. С моей отключки или такой заботы о незнакомом человеке…

– Рианон, а ты не могла бы дать мне свой телефон?

– А что это?

Подозрения, что привычного средства связи уже больше не будет, только что подтвердились. Окончательно и бесповоротно.

– Ладно, – я вздохнула. – А одежду ты действительно сшила? Сама?

– Да, конечно, – удивленно произнесла Рианон. – Вот, держи.

Девушка протянула мне свёрток. Разворачивая его, заодно и поинтересовалась у нее что не так с моей одеждой.

– Ты спала. Утром, пока собиралась в театр, заметила, что твои вещи грязные и местами порванные. Я их постирала. Благодаря хозяйственным камням они, конечно, высохли, но… Я боялась, что не успею их починить. Вот и решила эти тебе дать. Всё равно не пригодились.

Я с удивлением переводила взгляд то с колен со свертком, то на девушку, и не могла поверить такой щедрости и заботе. Аккуратно встав с кровати, начала вытаскивать вещи из многочисленных слоев бумаги.

– К вечеру ты так и не проснулась, поэтому у меня появилось время подлатать твои. Я вчера все сделала, но эти случайно забыла в театре. Поэтому только сейчас принесла. Прости пожалуйста!

Раскладывая на покрывале блузы и юбки, что принесла мне Рианон, не могла осознать, что такая потрясающе красивая и в то же время лаконичная одежда досталась мне.

– Ри… – осторожно касаясь ткани, прошептала: – За что ты извиняешься? Это я должна благодарить тебя.

Девушка пожала плечами, наблюдая, как я рассматриваю одежду.

– Меня на улице сегодня магом назвали несколько раз. Это потому, что я в штанах была? – вспомнила я.

– Наверно. Обычно только маги так одеваются.

Мы обе непроизвольно покосились на мои штаны и на висящую на спинке стула куртку.

– Понятно. Но я не маг. Никогда им не была.

– Как так? – удивилась моя собеседница. – Но как-то же ты смогла помочь мне тогда? В переулке.

Я поморщилась.

– Это был адреналин и страх, – глядя на некогда идеально ровные черные (только после салона были, к слову), а сейчас обломанные под корень ногти-когти, тяжело вздохнула. – Я сама чудом избежала такой же участи. Допустить, чтобы и тебя… не могла.

Девушка молча кивнула, рассматривая со мной мои руки. Они начали мелко трястись.

Заставив себя успокоиться после нахлынувших воспоминаний, вновь перевела взгляд на разложенные на кровати обновки. Минималистичные, без единой лишней детали. Нет ни навязчивых узоров, ни рисунков, ни рюш, ни стразов. Всё четко и лаконично. Удивительно, но будто под мой вкус подбирали.

Были тут и блузы на запах, с аккуратным вырезом и объемными рукавами, элегантно заканчивающимся узкими манжетами, и простые рубашки, и по силуэту фигуры с утонченным вырезом-лодочкой, оголяющим исключительно ключицы, и длинные юбки, какие я уже сегодня видела… И всё это великолепие в исключительно белых, серых и черных оттенках.

– Спасибо, Рианон. Эти вещи невероятны!

Девушка зарделась.

– Ты примерь.

Пока я металась между тем, что надеть, девушка решила мою проблему и протянула первую вещь.

– Вот, держи, – она дала мне длинную, как у себя, юбку. – Что не подойдёт, подгоним по фигуре. Это не сложно.

Но подгонять ничего не пришлось.

Белая блуза с запахом оказалась слегка тесновата в груди, но я заверила Рианон, что это не проблема. Девушка хотела возразить, но это мелочи. Даже не сильно заметно. А вот юбка в пол слегка удивила. Простая, темно-фиолетовая. Не думала, что когда-либо буду носить такую длину, но мне неожиданно понравилось. Надевалась она тоже с запахом, так что проблем с размером не было.

Завязав ленту на поясе, распрямилась. С такой одеждой спина сама собой принимала идеально ровную осанку. Лопатки отводились назад, грудь, наоборот, вперёд, а подбородок приподнимался, удлиняя шею. Чувствовала я себя в этом наряде какой-то представительницей английской аристократии. «Прям под стать самому городу», – подумалось.

– Ну как?

Я повернулась к девушке. Покрутилась несколько раз, демонстрируя наряд.

– Тебе идет! Не думала, что моя одежда может так смотреться…

– Ты что! Не говори так! Рианон, это божественно. Более качественных работ я еще не видела, уверяю тебя.

Девушка отвела глаза.

– Да пустяки. Это всего лишь моя работа.

– Всё равно невероятно!

Покрутившийся ещё разок, я счастливо улыбнулась.

– У меня никогда не было таких вещей, – призналась ей. – Я в основном брюки ношу.

– Брюки? Но ты же не магичка!

Я пожала плечами. Надела другую рубашку и посмотрела в окно. Там легкий ветерок шевелил голые ветки деревьев.

– А как ты… здесь оказалась? – вывел меня из задумчивости осторожный вопрос. – Прости, но ты выглядишь… иначе. Не в плане по-другому, а просто… иначе.

Подумав мгновение, все же решила ей рассказать. Правда в скором времени все равно всплывет наружу. Тем более девушка видела меня в худшем состоянии. Да и мои «украшения» на теле, бьюсь об заклад, тут не носят. Если хотя бы слышали про такое. Я обернулась к девушке и слабо улыбнулась.

– Когда я возвращалась домой, на меня напали, – сказала я, вспоминая последние события. Они казались будто из прошлой жизни. – Я смогла сбежать. К сожалению, была ночь, и я плохо видела дорогу. Последнее, что помню, как споткнулась обо что-то и потеряла сознание. Я не помню что со мной было после, но очнулась уже тут, в доме неподалеку от того переулка. А потом встретила тебя. Себе помочь я уже никак не могла, поэтому пройти мимо тебя просто не могла. Хватит и одной жертвы неведомого насильника. Даже и потенциального.

Рианон посмотрела на меня и сочувственно дотронулась руки. А я закончила:

– Я не знаю как именно очутилась тут, но что-то мне подсказывает, что вернуться обратно я действительно уже не смогу. Потому что я из другого мира.

Минута шока. Я не стала ничего говорить, дала ей переварить услышанное.

Рианон вскочила, пометалась по комнатушке – два шага в одну сторону и два в другую, а после рухнула ко мне на кровать.

– Может, ты в неконтролируемый портал попала? – неуверенно заключила она. – Потому что по твоему рассказу очень даже похоже.

Выгнув бровь, прямо спросила:

– У вас тут что, часто люди из других миров появляются, что ты так спокойно отреагировала?

– Нет, что ты, – покачала Рианон головой. – Я никогда не слышала. Да и в магии не разбираюсь. Это надо у кого-то знающего спрашивать. Но и всем подряд говорить откуда ты не стоит.

– Ты права. Я тоже так решила, но тебе решила все же рассказать. Ты меня мыла даже, наверняка поняла, – девушка покраснела, и я решила сменить тему: – Что за неконтролируемый портал? Его как-то можно контролировать, чтобы попасть обратно?

– Я не знаю. Я же сказала, что в магии не разбираюсь. Это нужно у кого-то узнавать.

– Ясно, – на миг задумалась. – А как найти этого знающего?

– Вообще можно в книгах поискать. Или у магов-перевозчиков. Только как у них спросить, чтобы не заломили неподъемную цену – загадка…

Рианон замолчала, а я, также размышляя о новых знаниях, сворачивала новоприобретенные вещи. Переодеваясь обратно в свою одежду, вспомнила об еще одной заинтересовавшей меня детали.

– Рианон, скажи, – дождавшись, пока девушка на меня посмотрит, продолжила: – Раз ты говоришь, что штаны носят в основном маги, а я их просто так, даже будучи не магом, носить смогу вообще?

– Почему бы и нет, – пожала плечами она. – Просто в высшем свете это не особо принято. Это же аристократия. У них на выездные прогулки принято комплекты для верховой езды надевать. Простым гражданам тоже не пристало так одеваться. Только маги вечно где-то бегают, поэтому и носят брюки.

– Хм. То есть, это особо не возбраняется, если не маг будет их носить? – уточнила я.

– Да.

– Отлично!

Я широко улыбнулась. Хоть какая-то приятная новость за сегодня. Не придется прощаться с любимыми штанишками! Ура!

Удовлетворенно вздохнув, сложила подаренные вещи. Мне нравилось верить, что магия существует, и всегда с детства хотела, чтоб частичка чего-то магического во мне присутствовала. Но, в отличие от моих друзей-косплееров, ни магом, ни ведьмой я себя не ощущала. Одевалась как обычная молодежь, более-менее следящая за модой. Каких-то причудливых аксессуаров, присущим истинно «чувствующим» людям, не носила. Хоть и любила всякие необычные побрякушки, но никогда их тоннами не скупала, осознавая, что мне лишний хлам в доме не нужен.

А тут, оказывается, вовсе и не требуется носить какую-то дополнительную бижутерию, чтобы выглядеть магом. Достаточно просто кожаные штанишки напялить и всё.

Остаток вечера провели занимаясь каждый своими делами. Я решила более тщательно изучить приобретенный путеводитель, делая заметки у себя в альбоме. А Рианон, выудив из-под одной коробки старенькую швейную машинку, села за стол и начала что-то шить. Так мы и провели достаточно много времени – я на кровати, а Рианон за столом. Тишину комнаты нарушали скрип карандаша, звук прострачиваемой ткани и мои тихие уточняющие вопросы, когда я что-либо не понимала в путеводителе. Рианон мне охотно отвечала, и я все больше знакомилась с миром, где очутилась.

Королевство Дарранг было одним из крупнейших, наравне с его соседями – княжеством Эёнденсун на севере и Аутанверде на юго-востоке. Правил Даррангом король Сорат с молодой супругой – королевой Кайлетт, княжной из северного соседа. Замуж за короля девушка вышла десять лет назад, когда у нее на родине произошла попытка государственного переворота. Сорат помог сюзерену, переправил свою армию, и бунт был подавлен. Но детей этот брак пока не принес, хоть и говорят, что из договорного их союз перерос в настоящую любовь и крепкие семейные узы.

– Ри, а из-за чего случился переворот в Эёнденсуне? Нашли виноватых?

– Нет, не нашли. Заговорщиков так и не определили, – пожала она плечами. – Говорят, свергнуть с престола князя Лайонелла хотел какой-то дальний родственник княгини Камелот, но доказательств никаких не было.

– А за что его хотели свергнуть? Настолько ужасный правитель?

– Если бы. Князь очень мудрый мужчина. Просто не по крови правитель. Это его жена чистокровная Иртьярни, а он просто один из знатных аристократов с древними корнями. Со вступлением на престол и вхождением в княжеский род, князь взял фамилию жены и усилил дар богини, получив дополнительный княжеский дар.

Все это было очень интересно. Воспринималось пока как сказка, но при этом жутко достоверная.

– Что за дар? И что за богиня? У вас тут что, у каждого свой бог есть?

Рианон рассмеялась.

– Не-е-ет, все не так. Бога два: бог Тени – защитник, он наделяет своей особой магией Теней и только мальчиков. Обычно из них вырастают боевые маги, но также и встречаются те, кто работает в управлениях правопорядка, военных подразделениях, стратегических отделах и тому подобное. Их миссия охранять и оберегать, нести порядок и справедливость. Богиня Света же – покровительница необычных даров. В семье, кого она осчастливит, могут у обычных стихийных магов появиться как ребенок с даром к внушению, так и анимаг, превращающийся в животное. Такой дар непредсказуем, и никто не знает, на кого выпадет та или иная участь.

– И что, у вас полно таких разных специализаций? – у меня от этого рассказа глаза загорелись. – Можно встретить кого угодно?

С такими перспективами даже жить легче! Можно найти, например, портальщика – и все, если что, махнуть домой. Су-упер!

– Нет, теперь нет, – Рианон сразу потухла. – Больше детей с даром богини не рождается. Только мальчики из Теней еще есть. У богов были их камни-талисманы, с помощью которых сильные роды могли передавать дар наследникам, когда те еще были в утробе матери. Такие артефакты оберегали древние аристократические роды как свое наследие. Но камни богини Света почти все уничтожили. Остался лишь один – по легенде в горах Эёнденсуна. Только княжеский род знает где именно он находится, – грустно закончила она.

Мне стало и самой грустно. Получается, встретить такого одаренного больше нельзя? Этот вопрос я и задала.

– Больше детей с даром богини не рождается. Не знаю почему, но она перестала наделять людей своими дарами. Только один род и сохранил в себе ее магию, и это князья Иртьярни.

– А как же те, кто Тени? Они разве не могли спасти эти камни? Они же защитники!

– Когда это все произошло, было поздно. На них самих напали, и они смогли отбиться. Но на помощь прийти не успели: покушение произошло одновременно и в разных местах.

Сверившись с путеводителем, я посмотрела на расположение государств и их размеры. М-да, далековато они друг от друга, да и территории обширные.

– А ты откуда все это знаешь? – тихо спросила я девушку.

– Так это легенда, – вернувшись к шитью, ответила она. – Грустная и поучительная. Ее каждый ребенок знает. А как именно давно все произошло – неизвестно даже старикам.

Мне стало поистине жалко за тех, кого лишили такой частички. Хорошо хоть один артефакт остался. Надеюсь, в Эёнденсуне он в надежных руках. Но вот этот переворот…

– Как думаешь, та попытка захвата власти, она могла быть вызвана из-за этого камня?

– Все может быть.

Мы продолжили каждый свое занятие, больше не разговаривая. Через какое-то время Рианон сбегала на кухню и сделала нам бутерброды. Жуя поздний ужин, я закончила читать путеводитель и занялась более насущными вещами. А именно вопросом жилья. Вечно теснить девушку не вариант.

– Рианон, – проглотив кусочек бутерброда и запив его чаем, начала я. – Мне совсем некуда идти и не на что жить. Я хорошо рисую, и последние несколько лет на этом зарабатывала. Могу еще другими творческими вещами заниматься, но также неплохо считаю и составляю расписание. Если что-то не смогу, то быстро обучусь. Не знаешь, никому из твоих знакомых случайно работники не нужны?

– Хм, – тоже отпив чай, задумалась та. – Я могу спросить в театре, если вдруг что-то похожее найдется.

– Спасибо, – я благодарно улыбнулась. – Если что, я еще петь могу или подыграть в театре там. Я, конечно, не оперная певица, но нотной грамотой обучена и на слух не жалуюсь.

– Хорошо, я обязательно спрошу, – девушка на миг замолчала, а потом повернулась ко мне всем корпусом. – Я не уверена, но вроде слышала, что на днях уволилось несколько сотрудников с действующей труппы. Не знаю причины, но могу узнать.

– О-о-о, это было бы замечательно! – выдохнула я. И, тут же замявшись, всё же спросила: – А, Рианон… тут такое дело… Можно у тебя еще какое-то время пожить? Пока не удастся какую-нибудь комнатку снять.

Мне было неловко, но выбора не было.

Мы неосознанно покосились на кровать, на которой и сидели. Стол был занят тканью и швейной машинкой, так что выбора, где ужинать, особо не было. Спускаться вниз, где могли встретить склочную дочку хозяйки, ни у меня, ни у Рианон, желания не было.

– Да, конечно, – вздохнула девушка, и обвела комнату грустным взглядом. – У меня когда-то тоже не было места, где можно переночевать. Так что не переживай! Можешь остаться сколько пожелаешь. Только… надо будет что-то с кроватью решить, наверно.

– Прости-и-и…

– Да не бери в голову, – отмахнулась она и вновь принялась за бутерброд.

Закончив с поздним ужином, мы убрали остатки еды и сложили тарелки на край стола, чтобы позже отнести. Стемнело настолько сильно, что Рианон пришлось вновь хлопнуть в ладоши, зажигая второй светильник. Света он давал немного, но в двойном количестве эти «светлячки» довольно неплохо убирали тень из углов. Выглядели они примечательно уже тем, что висели просто в воздухе, ни за что не держась. Тем более, без какой-либо помощи штатива или ножки. Это чудо издавало приятный белый свет и перемещалось по мановению руки.

Не в силах удержаться, попросила посмотреть один из них поближе.

– Да, конечно, – махнула девушка рукой, и светильник поплыл ко мне.

Подхватила его, и камешек сразу же потух. Я расстроилась.

– Я его выключила, – грустно сообщила ей. – Можно как-то его обратно включить?

Девушка хихикнула и коснулась гладкой поверхности. Я ждала какого-то чуда, и, затаив дыхание, гипнотизировала шарик. Рианон дотронулась раз, другой, но ничего не произошло.

– Хм, странно. В нем должно быть еще полно заряда, – произнесла она, задумчиво рассматривая вещицу у меня в ладони. – Ну-ка, дай мне его.

– Держи, – я передала этот «мячик», и, после прикосновения девушки, он сразу же засветился и поднялся в воздух.

– Странно, – пронаблюдав за светлячком, произнесла она. – Видимо, сбой какой произошел. Такое иногда бывает.

Я зачарованно пронаблюдала за этой штукой.

– Можно? Еще раз.

Девушка направила светлячок ко мне, и, как только он меня коснулся, опять погас.

– Хм. Интересно…

Что интересного, я не понимала почему. Только если эта магическая штука отказывалась со мной работать.