Огненное сердце для дракона
Глава 1
Выключила калькулятор на телефоне и облегченно выдохнула. Кажется, в этом месяце все очень даже не плохо!
Осталось заплатить за секцию по самбо, и можно расслабиться.
Отложила в сторону небольшой стопочкой счета за квартиру, и мысленно сама себе улыбнулась. Я поработала на славу, и осознание того, что в этот раз заработала побольше денег, приятно грело душу. У меня получается! И получится заработать еще больше – я уверена.
Глянула на часы, мягко обвивающие мое запястье. Это был подарок Андрея, и спохватившись, начала собираться. Надо было еще забрать Тима.
Секция самбо находилась в десяти минутах ходьбы от дома, и поэтому, я не особо спешила. Пока закончится тренировка, пока Тимка оденется, словом, время еще есть.
Я работала дома, и это конечно, было удобно. Экономилось огромное количество времени на дорогу, а ведь раньше, на то, чтобы добраться до «Центра Восстановительной медицины и Реабилитации», в котором я работала, мне приходилось тратить больше часа в день. И это только в одну сторону.
Тимофею очень нравилось, что я работаю дома. Он был мальчишка смышленый, и понимал, что сейчас вся ответственность за нашу семью, лежит на мне.
Резкий телефонный звонок отвлек меня от сборов. Посмотрев на экран, недовольно сморщилась.
– Да, Валентина Петровна.
– Алло, Юленька, чем занимаешь? Как Тимофей? Ты всё дома? На работу еще не пошла?
О, начинается!
– Валентина Петровна, что-то случилось?
– Нет, ничего не случилось! Просто хотела спросить, завтра Тимофея к нам приведешь?
Какой же у нее неприятный голос.
Свекровь… моя беда и мучение, которая даже после смерти Андрея не «отпускает» меня. Скорее, все стало даже хуже!
– Пока не планировали к вам в гости, но я спрошу у Тима, захочет ли он. – старалась держать себя в руках, и не выдавать своего раздражения, которое возникало всякий раз, когда звонила эта настырная женщина.
В телефоне на пару секунд воцарилось молчание, а потом свекровь выдала фразу, от которой у меня даже коленки подкосились и я присела на диван, напрочь забыв про то, что мне нужно было идти за сыном.
– Я скажу откровенно, Юля. Я хочу сделать тест ДНК. Потому что, я не верю, что Тимофей сын моего Андрюши.
Что?
Почему?
Как же так? Разве такое возможно? Чтобы бабушка вот так, к своему внуку?
– Я понимаю, это несколько неожиданно, но я все уже давно обдумала, и решила, что пора. Мы целый год убивались горем, оплакивали нашего мальчика, страдали от его такой ужасной участи, но меня этот вопрос беспокоил уже давно. Я уверена, что ты, Юля, водила Андрюшу за нос и нагуляла ребенка на стороне. А он принял его как своего и воспитал!
Пришлось прикрыть глаза, потому что слезы, тут же полились по щекам, оставляя после себя тонкие, соленые дорожки. Я не выдержала. Не смогла.
Почему это все происходит со мной?
– Ну, что ты молчишь? Боишься признаться? Так и не надо, завтра я возьму биоматериал Тимофея, и сравним с материалом дедушки. Конечно, было бы лучше, если бы Андрюша был жив, но в лаборатории сказали, что могут подойти и данные дедушки.
– За что? – я говорила тихо и хрипло, потому что в горле стоял ком, из обиды и непонимания. И эта женщина была мамой моего любимого мужчины. Растила, воспитывала его, прививала ему ценности и идеалы. Она столько лет влияла на него. – Почему вы так ненавидите меня?
Я познакомилась с Андреем десять лет назад. Тогда я была молоденькой девушкой, заканчивающей обучение в медицинском колледже на «Сестринском деле». В нашем потоке не было мальчишек, группа состояла исключительно из отличниц, которые волею судьбы не поступили в медицинский институт, и были вынуждены начинать свое обучение именно с колледжа. Все одногруппницы были порядочными «маменькими» девочками, которые носа лишний раз не высовывали за пределы учебного заведения.
Я была одной из них.
Мои родители жили за городом, поэтому мне выделили комнату в общежитии, которую я делила с еще двумя «не местными» девчонками. Жилось нам дружно, весело (хотя, какое веселье у «отличниц»), и легко. Конечно, как и все девчонки, очень хотела поступить в ВУЗ, но не хватило проходного балла по биологии, и вот… стала студенткой колледжа. Я не расстраивалась, потому что для себя решила после окончания учебы немного переквалифицироваться в сторону медицинского, реабилитационного массажа. Мне это было очень интересно, и поэтому, помимо непосредственной учебы, я изучала множество литературы на эту тему.
Так уж сложилось, что как раз перед выпускным, мы гуляли вечером с девчонками, наслаждаясь теплым летним вечером, и вспоминая все смешные истории, что случались с нами за время учебы. Скоро мы все должны были разъехаться, и легкая грусть сквозила в наших разговорах. Но была вера и надежда на успешное и счастливое будущее, ведь нас ждала взрослая, новая жизнь.
Когда мы веселые и хохочущие подошли к оживленной проезжей части, прямо перед нашими глазами случилось страшное ДТП. Грузовик врезался в маленький легковой автомобиль. Мы с девчонками бросились оказывать первую помощь пострадавшим, и пока ждали «Скорую помощь», останавливали кровотечение у водителя легковой машины, который сильно пострадал. Врачи на «Скорой» приехали быстро и похвалили нас, а один более молодой врач попросил мой номер телефона. Вот так мы с Андрюшей и познакомились.
Мне он сразу понравился. Высокий, с цепким и внимательным взглядом удивительных и необычных янтарных глаз. Его каштановые, отливающие в свете солнца красными всполохами волосы, казались мне необычными и такими притягательными. А тело… Ох, у Андрея была изумительная мужская фигура с широченной спиной и узкой талией. Как я потом узнала, он в детстве занимался плаванием и даже участвовал в местных соревнованиях.
Словом, я не могла поверить, что такой шикарный молодой мужчина обратил на меня внимание. Я, в отличие от своего будущего мужа, отличалась самой обычной, невзрачной внешностью. Русые волосы, да зеленые глаза. Среднестатистическая девушка российской глубинки.
Андрей был старше меня на восемь лет, но нам было очень интересно вдвоем. Мы действительно подходили друг другу! Много разговаривали, гуляли, он поддерживал меня, и мою идею с массажем тоже посчитал интересной и перспективной. Мы начали встречать, а потом когда я закончила курсы и устроилась на работу, съехались. И все у нас было замечательно. Кроме одного – его мамы.
Валентина Петровна меня сразу невзлюбила. Слишком уж «простой» на ее взгляд, я была. Однажды, во время празднования ее дня рождения у них дома, где собрались многочисленные друзья и родственники мамы Андрея, я невольно подслушала ее разговор со своей закадычной подругой. Валентина Петровна четко обозначила, что я лимита, глупая девчонка, которая не достойна ее сыночка.
Так и начались наши с ней не простые отношения. Мы подали заявления в ЗАГС, а Валентина Петровна на неделю слегла с «сердцем». Узнав о моей беременности, женщина долго выясняла, доверяет ли мне Андрюша, причем спрашивала это все у него не стесняясь моего присутствия.
Со временем, я привыкла и научилась не замечать колких комментариев, злостных взглядов и негатива, который отпускала в мою сторону свекровь. Главное, мне было очень хорошо с Андреем.
Тимка рос здоровым, веселым ребенком, души не чаял в папе, и жизнь у нас шла своим чередом. Года проносились, Андрей все также работал на «Скорой», а я трудилась в «Центре Восстановительной медицины и Реабилитации».
Но год назад случилось ужасное. Андрей возвращался с работы, и у него отказало сердце. Инфаркт. Спасти не удалось.
Вот, еще утром я приготовила ему завтрак, поцеловала в щеку и пожелала удачи, когда он отправился на работу. А вечером, выла от дикой боли, что разрывала мое сердце, не давая разуму осознать до конца, что Андрея нет.
Мой мир разбился на части. Жизнь больше не имела красок, все стало черно-белым и отталкивающим. Я поверить не могла, что уже никогда не увижу Андрея. Не смогу прикоснуться к нему рукой. Поговорить с ним. Обнять.
Вся наша совместная жизнь, от первой встречи и до последнего сообщения в телефоне, пролетала перед моими глазами, раз за разом оставляя на сердце жуткие раны, с рваными краями, чтобы заживало дольше и болезненнее.
Да и не хотелось, чтобы заживало. Хотелось следом за ним. Туда, куда и он.
Но Тим… Мой сын был опорой, той тростинкой, за которую я держалась в этом мире и не посмела уйти за Андреем.
Два месяца я не могла прийти в себя. Совершала какие-то действия на автомате, но совершенно не понимала, не осознавала, что делаю. Я была очень благодарна Илье Олеговичу, папе Андрея, за то, что он взял все хлопоты с организацией похорон на себя, потому что я бы не вынесла всего этого.
Тима, как и я, ходил тенью по дому. Он пропустил две недели в школе, потом мы вместе судорожно пытались нагнать материал, благо, это был первый класс. Но даже это было для меня непосильной задачей.
На работе я не появлялась. Не было сил и желания покидать пределы квартиры, оставлять надолго то место, которое пропиталось духом любимого, где каждая вещь напоминала о нем.
Я каждый день открывала шкаф с его рубашками, сжимала их в руках и как ненормальная вдыхала аромат, раскачиваясь на месте, и уставившись отсутствующим взглядом в одну точку.
Я была сумасшедшей.
Без него.
А по ночам…
О, как же я ненавидела эти ночи. Слишком долгие, мучительные, изматывающие эмоционально. Я лежала с его подушкой в обнимку, уставившись немигающим взглядом в потолок. Наша любовь яркими вспышками застилала глаза, унося в те минуты, когда мы были вдвоем, наслаждались друг другом. И если и забывалась сном, то очень тревожным, давящим, и просыпалась обязательно в холодном поту, потому что только открыв глаза, понимала, что его нет. Больше нет со мной.
Только последние полгода меня «отпустило». Пришло хоть и крохотное, практически незаметное, но все-таки желание жить. Ради сына. Ради его счастья, его жизни, его будущего. Потому что, он не заслужил горя.
Я взяла себя в руки, и начала налаживать частную практику. Купила массажную кушетку, дала объявления, активно приступила к развитию страничек в социальных сетях. И дело пошло. Очень быстро, легко, играючи. Словно только этим мне и нужно было заниматься – работать на себя.
Валентина Петровна считала, что моя работа дома, это блажь, и я не способна содержать себя и сына, и всячески, каждый раз при встрече, напоминала об этом. Она очень странно относилась с Тиму. Вроде бы любила и проявляла заботу, но порой, смотрела на него с таким недоумением…
Надо сказать, Тим был точной копией Андрея. Янтарные глаза, волосы, походка, лицо. Все было точь-в-точь как у отца, но почему-то, и Валентина Петровна, и даже пара моих подруг, отмечали, что сын больше похож на меня, нежели на отца. А я лишь пожимала плечами. Потому что, какая разница, если мы с Андреем от всего сердца любили Тимку.
Легкое покашливание раздалось в телефоне, и я «выплыла» из своих воспоминаний, которые высокой, пенной волной накрыли меня.
– Ты никогда не была достойна его. – хрипло и с легким оттенком злости произнесла свекровь.– Андрюша был очень красивым, умным, замечательным мужчиной. А ты всего лишь…
– Довольно! – не в силах была терпеть эти слова. – Я услышала вас, Валентина Петровна! До свидания.
И отключила телефон.
Сегодняшний разговор был последней каплей. Отныне, я не буду относиться к ней с былым уважением.
Это надо же! Анализ ДНК она собралась делать! Ушлая какая!
Сама себе что-то доказать хочет, очернить меня решила.
Встрепенулась и продолжила ускоренно собираться, потому что Тимка наверное, меня уже заждался.
На улице было промозгло и сыро. Октябрь выдался на редкость дождливым и температуры уже близились к нулю. А так хотелось солнышка и тепла! Эх, свозить бы как-нибудь Тимку к морю, накупаться вдоволь, на теплом песке поваляться.
Но это все мечты, а реальность пока выходит не совсем такой, но ничего, прорвемся!
Я старалась бодриться, и не думать об Андрее каждую минуту. Однако, сердцу не прикажешь, и мысли мои постоянно возвращались к той, прежней, счастливой жизни, где мы были семьей, любили, дарили заботу и свое внимание, и даже мелкие неурядицы и проблемы казались чем-то незначительным, потому что мы были друг у друга.
Погруженная в приятные воспоминания, которые одновременно дарили и радость и грусть, я достаточно быстро добралась до Тимкиной секции по самбо. Открыв стеклянные двери, зашла внутрь хорошо освещенного холла, и поздоровалась с остальными родителями, которые уже ждали своих детей после занятий. Мальчишки начали кубарем вываливаться из раздевалки, что-то бурно обсуждая, смеясь и жестикулируя. Они были полны энергии несмотря на изматывающую тренировку.
– Мам! – Тимка вскинул руку и помахал мне, а я его толком не разглядела из-за мальчишек, что шли впереди. Но уже через пару секунд, мой, такой уже взрослый мальчик подошел ко мне со счастливой физиономией. – Мам, а я сегодня Павлика на лопатки уложил!
Хвастун! Но столько радости и восторга было в его добрых глазах, что я не удержалась и обняла его.
– Ма, ну ты чё? – сын быстро высвободился из моих объятий и спешно за озирался по сторонам, не видел ли кто, маминых телячьих нежностей.
– Ой, ладно, взрослый мальчик, не будет мама тебя при всех обнимать! – скривила рот и показала ему язык. – Пойдем!
– А давай через сквер?
– А давай!
И мы, выйдя из здания спортивного центра, не спеша двинулись в сторону небольшого сквера, в котором я часто гуляла с коляской, когда Тим был еще совсем маленьким. Вот совсем недавно это было, а уже столько лет прошло. Уже и школа началась, уже и второй класс пошел…Как же стремительно летит время!
– Мам, а сегодня ребята рассказывали, что на каникулах полетят на море с родителями. – восторженно начал Тимка. – А может быть мы тоже на море поедем? Море, это же как наша река, только большое! И волн много! А еще там бывают цунами, да? О, было бы круто посмотреть! А я бы большого надувного крокодила взял…
Тимка трещал как заводной, а мне так тяжело вдруг стало от его слов. Потому что, я никак не могу свозить его к морю. Ни сейчас, ни потом.
Мы уже шли по территории сквера, который освещался тусклыми фонарями, но мелкие гирлянды огоньков украшали деревья, придавая месту сказочный вид. Нам не нужно было много света, потому что эту дорогу мы знали наизусть.
Звук нового сообщения на телефоне отвлек от грустных мыслей, и достав из сумочки мобильное устройство, открыла приложение и замерла.
Это были фотографии. От Валентины Петровны.
Первая. Незнакомое мне кафе. Андрей, мой замечательный, любимый муж. Девушка, лица не видно, потому что она стоит к фотографу спиной. Длинные пшеничные волосы, крупными локонами спускающиеся по плечам. И руки Андрея обвивающие ее талию. Он улыбается, смотрит на нее и улыбается.
Вторая. Андрей и девушка целуются. Его рука обхватила ее шею, он крепко прижимает ее к себе.
Третья. Андрей и девушка выходят из подъезда жилого дома. Он обнимает ее плечи рукой, они смеются, ветер раскрыл полы его пальто, а у девушки развеваются волосы. Она красивая. Точеные черты лица. Младше меня, явно.
Сообщение. «Он тебя не любил. Ты нужна было только для того, чтобы родить ребенка. Да и то, приблудыша в дом принесла!»
– Мам, ты чего? – окликнул меня сын, уже успевший уйти вперед на два шага.
А я не могла говорить. Двигаться. Мыслить.
Перед глазами вдруг встала пелена и в сердце словно ударили ножом. Быстро, резко, наотмашь.
– Мам!
Я слышала голос сына будто через стеклянную стену, глухо и далеко.
– Мама! Мама!
Он запаниковал, а меня сковала боль. Сильная. Казалось, сердце горит. Дико, быстро, как бенгальский огонь.
– Мама!!! Мамулечка! Мамааааааа!!!!!
Он ревел, его била истерика, а я не могла пошевелиться. Тима схватил меня за руку и дергал, повторяя как заведенный.
И вдруг стало так легко. Сердце выгорело. Пелена спала. Зато на расстоянии вытянутой руки, рядом со мной и сыном появилось свечение. Сначала, это было маленькое яркое пятнышко, которое стремительно разрасталось, превращаясь в огромный овальный проход. Он горел красным и желтым цветом, мерцая и переливаясь золотыми всполохами.
– Мам! – тихо пискнул Тим и крепко прижался ко мне. А я обхватила его. Наконец смогла двигаться.
Мы смотрели на это завораживающее нечто, что образовалось ниоткуда, и словно звало в никуда. Внутри этого чуда переливался такой же пестрый коридор. Ничего не понятно, не видно, но очень притягательно.
Мне так захотелось прикоснуться к этому дивному явлению. Я невольно протянула руку и дотронулась до непонятного яркого пятна. Раздался резкий звук, чем-то напоминающий визг шин, и яркая вспышка полыхнула, резанув по глазам.
Глава 2
Год спустя
– Миссис Фироу, вы творите настоящее чудо! – восхищенно вздыхала миссис Трипс, спускаясь с массажного стола, неловко перекидывая ноги вниз и бочком съезжая с краю.
– Благодарю вас, миссис Трипс. Осталось всего два сеанса, и мы завершим ваш курс. Результаты уже сейчас впечатляют, но нам осталось совсем немного до победного. – я улыбалась, вытирая руки полотенцем.
Полненькая, слегка одутловатая женщина с веселыми глазами и добрейшей улыбкой, смотрела на меня с восхищением.
– Я до сих пор благодарю Великих Провидцев, что вы объявились в нашем городочке! Такая удача, что у миссис Вилсон нашлась внучка, да к тому же, с такими золотыми руками. – продолжала восхищаться женщина, одевая тонкую нижнюю юбку, а поверх нее обычное, ситцевое платье. В такую жару носить многослойную одежду было не легко, но казалось, местные и не приемлют иного одеяния.
Я тоже уже привыкла, и как и все, носила нижнюю юбку и платье с рукавами в три четверти. По-другому было нельзя.
Распрощавшись с приветливой женщиной, потянулась к журналу в мягком голубом переплете, что покоился на маленьком журнальном столике возле входа и проверила записи на сегодня. Миссис Трипс была последней. Но это и хорошо, потому что сегодня я хотела провести вечер с сыном, и проверить его домашние задания. В последнее время он все чаще проводил вечера в компании миссис Вилсон, которая толком не могла проконтролировать его обучение.
Клиентов было много. Каждый день в среднем по пять человек. И хотя Постур был небольшим городком с всего-то пятью тысячами жителей, слава обо мне разлетелась по всем окраинам, привлекая все новых и новых гостей. Ну и конечно, мои постоянные клиенты не заставляли себя ждать, всегда с удовольствием записывались на процедуры.
Захлопнув журнал, я сняла форменный, темно-коричневый передник и повесила его на крючок у входа. Бросила взгляд на маленькие часики, стоявшие на тумбочке в углу, возле массажного стола, и возликовала. Всего половина шестого вечера, а значит я ухожу на два часа раньше обычного!
Свечи еще не зажигала, потому что солнечного света с улицы было достаточно, чтобы прилично освещать комнату, а темнело здесь не раньше семи вечера.
Еще раз проверив, все ли на своих местах, я поправила прическу заглядывая в небольшое, аккуратное зеркало в позолоченной раме, которое висело на стене возле входной двери. Расправила воротничок платья, прошлась ладонями по крою и одернула его к низу. Ситец и нижние юбки, на мой взгляд, вещи несовместимые. Но именно эта ткань была здесь в ходу, из-за жаркого климата.
Подхватив маленький ридикюль на тоненьком, кожаном ремешке, и перебросив его через плечо, вышла на улицу и тщательно закрыла дверь своего салона на замок.
Да, у меня есть свой массажный кабинет, который носит гордое название «Салон здоровья миссис Фироу». Это моя большая гордость.
Глубоко вдохнула воздух, наполняя легкие свежим морским бризом, и подставила лицо лучам уже все-таки вечернего солнца.
Как же мне было хорошо!
Спустившись по двум ступенькам с маленького крылечка, я не стала раскрывать зонтик, предпочтя прогуляться до дома и насладиться ярким, но не обжигающим солнцем.
Настроение было преотличное, день порадовал своими добрыми и улыбчивыми клиентами (впрочем, как всегда), и я с удовольствием глазела по сторонам, уверенным шагом ступая по брусчатке, следуя прямиком к своему дому. Дому, который мы делили вместе с миссис Вилсон.
Каждый день я благодарила Бога. Великих Провидцев. Всех, кто каким-то образом был причастен к тому, что мы с Тимкой теперь живем здесь. Благодарила за боль, которую испытала, за страх и ненависть. За интерес, за то, что повелась в угоду своим желаниям и прикоснулась к «чуду», которое перенесло нас сюда.
Потому что, это другой мир. Другая жизнь. Другая реальность.
Это невозможно объяснить, уложить в голове и рассортировать по полочкам. Неееет… Это что-то другое… это волшебство!
То, что произошло с нами, может показаться выдумкой, или больной фантазией, но это то, что случилось в реальности. Сейчас, вспоминая тогда свои первые эмоции, я уже могла спокойно улыбнуться и внутри посмеяться над собой.
Прикоснувшись к чудесному яркому пятну, пронзительный свет резанул по глазам. Я крепко обхватила сына и уткнулась в его макушку, одной рукой закрывая ему глаза, боясь, что Тиму может быть нанесен вред.
Но я зря беспокоилась, потому что уже секунд через пять свечение прекратилось и мы открыли глаза. Чтобы воскликнуть и замереть от неожиданности.
Мы оказались в чудеснейшем саду. Жаркий воздух тут же накрыл нас, и мы мигом изжарились в своих куртках, предназначенных для поздней осени. Нас окружали многочисленные клумбы с великолепными цветущими растениями, мощеные дорожки, высокие деревья и раскидистые кустарники.
– Мам… – Тимка говорил сипло. Я тоже не верила своим глазам, но понимала, что произошло нечто невероятное. – А что это за место? Как мы здесь оказались?
Хотела уже ответить, что не знаю, но сердце вдруг наполнилось какой-то колоссальной энергией и счастьем. Вот минуту назад была страшная боль, потом меня отпустило, а теперь, оно было наполнено. И тепло… очень тепло на душе.
– Пойдем посмотрим. – говорила тихонько, почему-то боясь привлечь к себе внимание. Мы двинулись вперед по дорожке, ведущей к выходу из сада, потому что чуть впереди были заметны кованые ворота. Дойдя до них, попутно снимая теплые вещи, остановились в нерешительности. Перед нами, как на ладони, виднелся небольшой городок. Всюду горели масляные фонари, немногочисленные прохожие не замечали нас, занятые своими мыслями и совершенно не смотря по сторонам. А мы же, оглядывались и от удивления вздыхали.
Городок словно сошел с какого-то рекламного проспекта. Белые домики с красной черепичной крышей, резными ставнями на окнах и массивными дверями выкрашенными в тон крыши. В основном, жилища были двухэтажными, с маленькими заборчиками и крошечными внутренними двориками. На каждом домике, прямо на белоснежном фасаде висели резные таблички, но что на них было написано, с нашего места наблюдения видно не было. Однако, все вокруг выглядело волшебно.
Широкие дороги, повозки, запряженные лошади, странная и словно старинная одежда у людей.
– Мам, мы что, попали в прошлое? – удивленно воскликнул Тим. А я стояла и смотрела на происходящее за воротами, с пониманием того, что это не галлюцинация. Это все по-настоящему.
– Нет Тим. – медленно помотала головой. – Вроде бы это…
– Чего застыли в проходе? – рядом раздался слегка скрипучий, но не злобный старческий голос. Мы обернулись, а я еще крепче прижала сына к себе. Пока я плохо и туго соображала, и не знала, чего можно ожидать. Рядом с нами, стояла старушка, сгорбившаяся под тяжестью лет, с морщинистым лицом, и потухшим взглядом некогда ярких, голубых глаз. Зато теперь они смотрели словно сквозь белую пелену, и от этого придавали бабушке очень мистический вид.
Хотя, бабушка и мистика, вообще два понятия несовместимые. По крайней мере для меня.
В свете яркого фонаря, смогла рассмотреть ее внимательнее. Старушка была одета в черное, но изрядно полинявшее от времени и выцветшее платье до пола, с узким, потертым кошелем на тонкой цепочке, который висел прямо у нее на шее. Голову венчала совсем бесформенная темная шляпка, прикрывающая седые волосы, собранные в высокую прическу.
– Налюбовались? – хмыкнула незнакомка. – Чего это вы проход загородили?
– П…простите. – от волнения в горле перехватило и запершило. Мы с Тимом сделали шаг в сторону, пропуская старушку, но она от чего-то не торопилась уходить, а внимательно разглядывала нас, прищурившись и словно оценивая.
– В первый раз вижу таких магов. – буркнула она себе под нос. – Убивать будете? – а это уже вопрос явно нам.
– Убивать? Да вы что! – возмутилась я, благоразумно «проглотив» ее мысли про магов. Потому что, это ерунда какая-то. – Мы просто не местные.
– Да вижу, что не из Постура. И вряд ли вообще из Иллантии. – зашевелила губами старушка. – Наряды у вас больно странные. А волосы… кто такие короткие волосы носит? А пацан… глаза как у…
Но договаривать она не стала, потому что вдруг распрямила плечи и грозно выставила вперед свой скрюченный, артритный палец, затянутый в тонкие перчатки в мелкую сеточку.
– Ну-ка, сейчас же говорите, кто такие и откуда явились!? А не то, я вызову жандармов!
Нет, жандармов нам точно не надо!
– Меня зовут Юлия, а это мой сын Тимофей. – спешно представилась я. Сын благоразумно молчал. Умный мальчик. – Мы оказались здесь случайно. И очень неожиданно для нас. Мы из России. Вы знаете, где это?
Старушка нахмурилась, но ничего не ответила.
– Мы гуляли у себя в сквере, а потом появилось яркое свечение, прикоснувшись к которому мы оказались здесь. – добавила я.
– О! – выдала бабушка. – Свечение яркое говоришь? Из другого мира вы что ли? Как и они? – они кивнула головой вверх. – Тогда точно маги. Ох, только не надо меня убивать. Я…
– Мы не маги и никого не собираемся убивать. – поспешила успокоить старушку. – Нам нужна помощь, потому что мы хотим вернуться назад. К себе домой, в Россию. А кстати, где это мы очутились?
Я поначалу не придала значения словам старушки о том, что мы из другого мира, но смысл их начал быстро до меня доходить. Другой мир. Яркое свечение… Мистика какая-то!
– Но ежели вы с ярким свечением пришли… то… А может не оттуда? – бормотала себе под нос незнакомка, словно размышляя вслух. – Вы в Иллантии, а это приморский городок Постур. – обратилась она к нам. – Вы и правда на иномирцев похожи. Магией точно не обладаете?
– Нет! – вдруг вставил Тим, немного освободившись из моих объятий. – В нашем мире нет магии.
– О, это хорошо. – улыбнулась старушка, а потом внимательно посмотрела мне в глаза. – Как вам вернуться в свою Ро… я не знаю. Но в таком виде разгуливать по улицам вам не стоит. Идти некуда?
Помотала головой.
– Ясно, – хмыкнула старушка. И помолчав пару секунд, махнула рукой, призывая идти за ней. – пойдемте со мной.
– Куда?
– Ко мне, куда же еще. – хохотнула старая женщина. – Или тебе отдельные хоромы подавай?
– Нет.
Я волновалась, в полной мере осознавая, что мы с сыном очутились неизвестно где, неизвестно каким образом, но самое главное, что непонятно, как отсюда выбираться. И кроме этой незнакомки, хоть и проявившей подозрительность по отношению к нам, но все же, пытающейся помочь, рассчитывать ни на кого не приходилось.
– Ну тогда будем знакомы. Я миссис Вилсон.
Мы последовали за старушкой и пройдя несколько безлюдных улиц, внимательно оглядываясь по сторонам и запоминая дорогу, я отметила, что вблизи все дома выглядят еще более уютно, чем мне показалось на первый взгляд, и очень похожи на волшебные домики из сказок. Практически каждый дом был окружен маленьким садом, в котором преобладали чудесные цветущие кустарники. Тротуары были отделены от проезжих дорог, выложенных обточенным камнем, раскидистыми олеандрами, которые даже в сумерках выглядели великолепно, притягивая взгляд своими яркими цветами.
Ароматы стояли головокружительные. Несмотря на темноту, буйство красок природы, самих домов и улиц приводило в восторг.
– Мам, тут так необычно. – зашептал Тимка, крепко держа меня за руку. Истерики у него больше не было, и он в целом держался стойко, поворачивая голову из стороны в сторону и с интересом разглядывая непривычные улицы.
– Да, сынок, – я кивнула. – Ты как?
– Хорошо мам, в сквере очень испугался, когда ты не говорила, и не двигалась. А потом этот свет…
Упоминание о сквере и моем состоянии сразу же вернуло меня к фотографиям и боли, которая разрывала сердце.
Это. Не может. Быть. Правдой.
Это фотомонтаж, подлог и обман. Мой Андрей, он…
– Вот мы и пришли. – скрипучий голос миссис Вилсон вернул меня обратно в реальность, и я завертела головой, пропустив важный поворот с главной дороги, и теперь не могла разобраться в какую сторону мы повернули. Я всегда хорошо ориентировалась на местности, запоминала дороги, и поэтому здесь тоже старалась концентрировать внимание, чтобы знать дорогу до сада, в котором мы очутились, когда перенеслись в этот странный мир.
А то, что мы точно не в своей реальности, сомневаться не приходилось.
Прямо перед нами, спрятавшись ото всех домов за высоким кипарисом, притаился двухэтажный, белый домик, огороженный невысоким кованым забором и красивой калиткой, с маленьким садом, в котором буйствовали бугенвиллии различных оттенков.
– Добро пожаловать в мой дом. – важно произнесла миссис Вилсон и отворив калитку, рукой пригласила нас пройти внутрь. – Будем знакомиться ближе.
Глава 3
Дом у миссис Вилсон оказался очень уютным, но требующим ремонта. Потертая мебель, выцветшие ковры, истончившиеся занавески. Однако, половицы не скрипели, а в каждой комнате стояли абсолютно новые масляные лампы.
Зайдя в дом, мы сразу же попали в небольшую переднюю. На стене с левой стороны от двери были прибиты аккуратные крючки для одежды, маленький коврик лежал у входа, да простенькое зеркало, поверхность которого словно истерлась от времени, висело тут же. На лево и на право вели входы в комнаты, а напротив входной двери начиналась узенькая, но добротная лестница, ведущая на второй этаж.
– Проходите. – миссис Вилсон переобулась в продавленные тапочки и зашаркала в комнату, слева от двери. Мы с Тимкой поскидывали ботинки, повесили куртки и шарфы на крючки и последовали за старушкой.
Маленькая гостиная приятно удивила своей чистотой и несмотря на то, что мебель действительно была уж очень старой, находиться в комнате было приятно. Небольшой, аккуратный камин придавал уюта, а красивая картина, что висела над ним, очень органично смотрелась на стене.
– Вот такой красоткой я была. – фыркнула миссис Вилсон, кивая на изображение. – Да вот только годы берут свое. Ну да ладно. – она присела на продавленный диван. – Рассказывай Юлия, кто вы такие, из какого мира, и что теперь собираетесь делать.
И я рассказала. С самого начала. Про мир, про людей, про технику и достижения, про то, как мы оказались здесь. Умолчала только, про фотографии и боль, что была в сердце. Ни к чему постороннему человеку знать о моих личных проблемах, да к тому же, Тимка рядом, а уж он точно должен быть как можно дальше от всей той гадости, что вылилась на меня.
Мой рассказ получился сбивчивый, я нервничала и словно заново переживала все эмоции, посетившие меня этим вечером. Старалась держаться и не выдать своё волнение, потому что, если я буду слабой, Тимка сразу почувствует это. А он должен быть уверен, что у меня все под контролем, даже если это не так.
Потому что, он ребенок, а я взрослая мама, знающая жизнь и готовая ко всему. Для него.
А на самом деле…
Миссис Вилсон задавала вопросы, удивлялась и охала достижениям нашего мира. Она была похожа на малыша, которому родители перед сном рассказывают увлекательную, совершенно новую сказку, с захватывающим сюжетом и необычными героями.
За долгим разговором, Тимка, примостившись у меня под рукой, засопел, и заметив это, старушка остановила мой рассказ.
– Пойдем-ка милочка, в приспешнюю. – улыбнувшись, предложила она. – Вот в уголочке плед, прикрой мальца. Устал он, видимо.
Я последовала совету старой женщины, и уже через несколько минут мы оказались на кухне, по центру которой стоял мощный стол из деревянного массива, а по периметру расположились многочисленные ящички, полочки, а в углу красовалась старинная печка. Красиво, очень по-деревенски красиво! Безумно характерная комната мне очень понравилась. Уютная, светлая и просторная, даже не смотря на огромный обеденный стол.
Старушка завозилась у печи, поставила котелок с водой, порылась в ящиках и достала небольшую мисочку с медом, и подсохшее печенье.
– Уж извини, гостья, не была я готова ко встречи с вами. – развела руками старушка.
– Что вы! Я вам безумно благодарна за помощь, за то, что привели в свой дом. Не представляю, чтобы мы сейчас делали. – поспешила успокоить и поблагодарить хозяйку. А она лишь покачала головой в ответ.
– Ты же мамка. А мы все такие – ради своего ребенка можем все! И готовы на все. – голос миссис Вилсон звучал очень уверенно и даже величественно. – Каждая мама всегда делает что-то невозможное, ради блага своего отпрыска.
И она была права.
– А теперь скажи мне, отец у сына кто? – женщина задала вдруг очень странный вопрос.
– Как понять? – нахмурилась я. – Его отец работал врачом, но умер год назад.
Каждое воспоминание об Андрее тут же заставляло испытывать сильную боль в груди. Не такую, как в сквере, когда я дышать, мыслить и двигаться не могла, но сильную и выворачивающую наизнанку.
Я запретила себе думать о фотографиях.
Запретила думать о том, что написала Валентина Петровна.
Не стала ничего рассказывать об этом.
Но эта боль осталась внутри, свернувшись клубочком, чтобы когда я останусь одна, проснуться, потянуться словно кошка, и вонзить свои острые клыки и когти в мое и так израненное сердце.
Чуть позже. Я подумаю обо всем этом чуть позже.
– Ты не поняла вопроса. – улыбнулась старушка, и побрела снимать с печи котелок, вода в котором так быстро закипела. Она разлила кипяток по двум керамическим кружкам, насыпала туда какой-то мелкой травы, и после поставила одну передо мной. – Его отец человек?
И вот тут я зависла.
Смотрела в старческие глаза и понимала, что похоже, у бабушки все-таки, что-то не так с головой.
– А кто же еще? – спросила потихоньку. – У нас только люди живут. Самые разумные. – добавила неуверенно.
А миссис Вилсон лишь улыбнулась и прихлебнула чай, с характерным громким звуком.
– Ну так и хорошо. – выдала она.
– Вы не знаете, как нам вернуться обратно? – задала я самый важный сейчас вопрос. Я грела руки о горячую кружку, хотя в доме было жарко. Но внутри меня колошматило, словно бил озноб.
– Не знаю, милочка. Мы, люди здесь, в Иллантии, магией не обладаем, порталы открывать не умеем.
– Порталы? – опешила я.
– Так, а как ты думаешь, вы сюда попали? – вскинула брови старушка, от чего ее итак испещренный глубокими морщинами лоб, буквально превратился в старинную стиральную доску, на которой мама стирала мои детские вещи. – Пространственные порталы выглядят именно так, как ты описала. Благодаря ему вы здесь. И именно через них приходят маги.
Маги? Порталы?
Экстрасенсы что ли, эти маги?
Я не особо верила во всю эту мистику и паранормальное, но когда в детстве мы жили в старом бараке вместе с родителями, нашей соседкой была тетя Люся, которую все называли ведьмой, потому как она будущее людей видела. Да только не всем оно нравилось, от того и любви сильной к пожилой женщине не было. Но местные бегали к ней за советами, да погадать на суженного. А потом барак снесли и каждой семье дали по небольшому участку, на котором папа и построил дом, в котором они с мамой жили до самой смерти. Куда делась тетя Люся, я не знаю.
Вот про таких магов говорит миссис Вилсон?
– Вижу не понимаешь ты меня, голубушка. – хмыкнула старушка. – Да вот только боимся мы все этих порталов. Потому как маги… Они приходят через порталы, и истребляют нас.
Ого! Вот так новости!
– Истребляют?
– Долгая эта история. – тяжко вздохнула старушка. – Магам нужен наш мир как воздух и поэтому, они всеми силами хотят его захватить. Они открывают порталы, пробивают нашу защиту, нападают и убивают людей.
– А что они из себя представляют?
– Маги? Да как люди, только сильные. – махнула рукой миссис Вилсон. – Намного сильнее, потому что магия питает их. Их магическая энергия – она не созидает, а только разрушает, уничтожает все живое. Испепеляет, взрывает. Они сносят наши дома, убивают людей, правда некоторых забирают с собой. Но все боятся этих пришлых.
Ужас.
Час от часу не легче!
Маги, войны, рабство…
Куда мы попали?
Как же хочется вернуться обратно!
– Да не пугайся ты так! – заулыбалась миссис Вилсон, увидев мое выражение лица. – Давно уже маги не объявлялись, лет пять как. Хотя странно все это, ведь раньше они часто нападали неожиданно, маленькими стайками. Но наши правители пытаются защитить нас, поэтому не волнуйся.
Уф, вот с этого и надо было начинать!
Но пока меня мало беспокоила тема магов и защитников людей. Самое главное, понять, как образуются порталы и как их можно вызвать.
– А кто-то здесь, в Иллантии точно не может открыть портал? Может быть когда-то вы пленили какого-нибудь мага, и он сможет перенести нас с сыном обратно?
– А кто ж его знает! – хмыкнула и развела руками старушка. – Мое дело маленькое, доживаю свой век, а что там драконы делают, меня не интересует.
Жаль…
О! Она сказала…
– Кто!? – я аж подпрыгнула на месте и подавилась вкусным, настоящим ромашковым чаем, которым меня угостила хозяйка дома. Закашлялась и принялась стучать себя по груди, чтобы приступ быстрее закончился.
– Драконы. – как ни в чем не бывало улыбалась миссис Вилсон.– Чай нет у вас что ли, таких?
– А? – я поверить не могла в то, что только что услышала. Драконы!
Да нууу!
Она смеется надо мной? Быть подобного не может!
Если магов (ну, экстрасенсов) я еще могла допустить. Может быть их «магия», это просто навороченное оружие, которое местным кажется сверхъестественным. Но драконы…
– Ну и что ты так удивилась? Драконы, это такие летающие…
– Ящерицы. Я знаю.
– Ох, дурья башка, не смей их так на людях называть! – шикнула, вмиг сделавшись серьезной, миссис Вилсон и сдвинула недовольно брови. Глаза с острым, жестким взглядом. – Коли хочешь жизнь себе сохранить, с уважением относись к ним. Высшие существа они, многое могут и «ушей» у них полно, даже среди людей. – а потом, подумав, добавила. – Особенно среди людей! Драконы правят в Иллантии.
Вот черт!
Она на полном серьезе?
– А… а как вы с ними общаетесь? Они ведь человеческую речь не понимают.
Старушка рассмеялась скрипучим, неприятным смехом.
– Так от чего же не понимают? Понимают. И мы их тоже. Когда они выглядят как люди, то…
– Как люди? – все, нам срочно с Тимкой надо уходить от этой сумасшедшей. Черт, вот и угораздило с ней повстречаться. Надо вернуться в тот парк, в котором мы оказались, когда попали в этот мир.
– Конечно. Красавцы мужчины, и красавцы драконы. – утвердительно кивнула миссис Вилсон. Казалось, она не замечает моего странного взгляда, обращенного на нее. Я уже мысленно попрощалась со странной старушкой, но решила подождать, пока Тимка проснется. Поблагодарю женщину и отправимся обратно, благо, дорогу я более и менее запомнила, думаю, смогу разобраться на месте.
– Не веришь мне? Вижу, что не веришь, но это правда. – женщина покачала седой головой и встала из-за стола, попутно собирая то, что было на нем разложено. – Из дома своего не гоню. Можете с мальцом пожить здесь. Только соблюдай чистоту, да готовь что-нибудь вкусненькое. Платы не надо. Я живу одна, мне компания не помешает.
А я обомлела, потому что была поражена добротой этой старушки. Надо же, она нас толком не знает, видит в первый раз в жизни, уверена, что у нас нет местных денег, и все равно оставляет.
Удивительная женщина!
Я еще долго благодарила хозяйку дома, понимая, какой непростой шаг она совершила, доверив свое одиночество практически постороннему человеку. Но по-началу, была решительно настроена покинуть этот гостеприимный дом, ведь история про драконов меня несколько… удивила и озадачила. Я не верила во все эти сказки, и фэнтези не смотрела. Максимум, на что меня всегда хватало, это двадцать минут «Властелина колец» и я сразу же засыпала. Но миссис Вилсон говорила очень убедительно, словно все, что она рассказала – взаправду.
Тимка свернулся калачиком на диване, и я примостилась рядом, обняв своего сладкого мальчика. Хозяйка дома ушла на второй этаж, а я наслаждаясь тишиной и полумраком комнаты, ушла в свои мысли.
Как всегда по вечерам, на сердце накатила боль, примешав к своему горькому «коктейлю» дополнительные порции обмана, лжи и предательства.
Все переживания за этот вечер, огромной лавиной накрыли меня, вынуждая тяжело дышать и глотать соленые слезы, стекающие по щекам.
Андрей. Мой самый лучший муж на свете. Мне изменял?
Я не могла поверить, не могла даже в мыслях допустить такое. Никогда бы не подумала, что Андрей, мой любимый Андрей, мужчина, который был у меня первым и единственным, который клялся мне в любви и верности, был идеальным мужем и вдруг оказался изменщиком.
Так не бывает!
Не бывает, чтобы вот, на ровном месте муж вдруг начал изменять, а жена бы не заметила. Нет, женщина ведь всегда очень чутко чувствует своего мужа, любые перепады настроения, любые «отклонения» в его стандартном поведении. Я бы заподозрила измену!
Да, точно!
Но фотографии…
Почему? Почему Валентина Петровна прислала их именно сейчас? Почему не сделала этого, когда Андрей был жив, ведь тогда бы это гарантировало наш развод и ее тотальное счастье! Может быть это монтаж?
А что если это правда? Что если у Андрюши действительно была любовница? А может быть даже и не одна?
Я принялась судорожно вспоминать наши последние месяцы совместной жизни, и когда разложила картинки по полочкам, обнаружила одну странную тенденцию. Ночных смен у мужа стало больше. Он часто подменял других, старался помочь друзьям. Я никогда не придиралась, не расспрашивала, и даже не думала, что Андрей может меня обманывать. Мы же любили друг друга, и наши чувства с каждым годом крепли. Менялись, но крепли. Становились еще лучше и сильнее. По крайней мере, у меня. А у Андрея? Было ли у него также?
Сейчас я уже не была в этом уверена.
Мне было тяжело дышать, потому что в груди пекло, спазмы сдавливали горло, и я давилась тихими, практически беззвучными слезами, только чтобы Тимка не услышал.
Как же так? Почему? За что? Из-за чего?
Я всегда следила за собой, регулярно посещала салоны красоты, занималась дома легкими, но прекрасно поддерживающими фигуру упражнениями. Мой гардероб состоял из недорогих, но современных вещей. Я не сидела у мужа на шее, и зарабатывала деньги. Мне было интересно все на свете, я не проводила все свободное время зависая в социальных сетях. Наоборот, я пыталась развиваться, узнавать что-то новое.
А оказалось, что этого мало?
Что как бы ты хорошо не выглядела, как бы разносторонне не была развита, ты все равно будешь недостаточно хороша?
Все равно найдется за что, променять тебя на другую?
Я ворочалась на диване, привычно проводя ночь без сна. Только теперь, к боли от потери любимого, примешалась боль предательства.
И я так и не смогла придумать хоть что-то, чтобы вернуться назад. Домой.
Глава 4
Я проходила мимо небольших лавок с различными товарами, и попутно вспоминала, что планировала прикупить на выходных. Зонтик был надежно закреплен на сгибе локтя, и на меня с интересом оглядывались дамы, чьи лица были прикрыты от солнца невероятно красивыми, ажурными, обшитыми кружевом и шелком, аккуратными зонтиками. Многие мне улыбались, кто-то просто смотрел заинтересовано.
А у меня на душе было очень хорошо. Словно я выиграла в лотерею баснословную сумму денег, хотя всегда очень скептически относилась к азартным играм, и билетики на еженедельные розыгрыши никогда не покупала.
У меня просто было хорошее настроение, и именно поэтому, улыбка не сходила с моего лица.
Я могла с уверенностью сказать, что жизнь здесь – удалась. Моя практика, совместное проживание с ненавязчивой, но общительной старушкой, хорошая школа у Тима. Мы здесь неплохо обосновались, с учетом того, что попали не просто в соседний городок, а в другой мир!
Путь до дома лежал через площадь, по центру которой, расположился красивый фонтан, и который был местом встреч всех влюбленных парочек. На площади толклось очень много молодежи, туда-сюда сновали жандармы, приглядывая за порядком, но не вызывая неприятных ощущений у жителей. Площадь окружали небольшие ларьки с красивой, расшитой вручную одеждой, с удивительной расписной посудой, с элементами декора для жилищ, а еще, с невероятно вкусной выпечкой, ароматы которой разлетались с морским ветерком на многие метры.
Я шагала по выложенной камнем дороге и вспоминала свои первые дни здесь, те минуты, когда сознание отказывалось принимать действительность, сопротивлялось, боролось за то, что было раньше. Это был сложный период. Каждый вечер я рыдала в подушку, тихо, только чтобы не разбудить мирно сопящего рядом сына. Истерика накатывала от боли, что превращала сердце в горстку пепла, которое, словно птица феникс, после очередной тяжелой ночи, возрождалось вновь и давало мне сил на еще один день. Чтобы ночью вновь сгореть до тла.
Я искала пути назад. В свой мир. Но сколько бы раз мы не приходили в парк, в котором очутились, когда перенеслись сюда, свечения не было. И каждый раз слезы наворачивались на глаза.
Мы жили у миссис Вилсон. Идти нам все равно было некуда. После того памятного разговора о драконах, женщина больше никак не проявляла своего… своих проблем с сознанием, что не могло не радовать.
Через неделю нашего ежевечернего хождения с сыном в парк, миссис Вилсон, тяжело опустившись на диван в гостиной, заговорила своим скрипучим голосом.
– Смирись, Юлия. – она так интересно, словно с иностранным акцентом произносила мое имя, что пока, с непривычки, это несколько резало слух. – Здесь тоже неплохо живется.
– О, вы думаете, что мне хотелось бы остаться здесь? Я думаю о ребенке. Тимке нужно ходить в школу, получить образование. У него вся жизнь впереди, а мы застряли здесь. Он ведь способный мальчик, учитель его хвалит, хотя конечно, пока совсем рано говорить о его успехах. Но да мне оценки в школе не особо важны. Самое главное, чтобы у него было желание учиться, узнавать мир, впитывать информацию. Но здесь… как мы будем дальше жить здесь?
Я развела руками окидывая комнату взглядом.
– А ты присмотрись к нашему миру. – хмыкнула старушка. – у нас тоже очень хорошо, и можно образование получить, и быть на хорошей должности. Просто ты пока не знаешь об этом.
– Образование? – я чуть не рассмеялась в голос. – Ваш уровень образования гораздо ниже, чем в моем мире. У нас очень развитый технически мир, и все это благодаря умам ученых, которые обладают такими колоссальными знаниями, что строят даже космические корабли. Это величайшее достижение – улететь в космос.
– Возможно ты права. Но у нас тоже есть великие умы, которые развиты в другом.
А я лишь покачала головой. Даже не представляю, как видит себе это миссис Вилсон. Женщина конечно же, помогла мне и Тимке. Она не просто нас приютила, она выделила нам комнату на втором этаже. Спаленка была небольшой, с единственной кроватью, но мы на ней с Тимкой умещались прекрасно. Узенький шкаф для вещей, маленький журнальный столик и зеркало, что висело на стене. Над кроватью ярким пятном выделялась картина с изображением огня и льда, переплетающихся вместе своими всполохами.
– Это была комната моего сына. – поведала миссис Вилсон. – Достигнув совершеннолетия, он отправился в столицу, продолжать учебу. Сейчас он работает в Главном госпитале Иллантии, лекарем. Уважаемый человек. Детки у него уже взрослые, даже внук вот недавно родился. А я значит, прабабушкой стала.
Столько гордости и любви было в голосе старушки, что я невольно заулыбалась. Во всех мирах, мамы есть мамы. Мы готовы жизнь отдать за своих детей, любить их всем сердцем, переживать за их судьбы, и всегда, абсолютно всегда вспоминать, какими они были крошками.
Я невольно взглянула на Тимку, который стоял рядом. Он уже был такой большой, все понимал, рассуждал и делал свои выводы. И я понимала, что совсем скоро, он станет взрослым парнем, у которого на все будет свое личное мнение, который будет, конечно же, спорить со мной, доказывать, что он уже мужчина, а значит отвечает за свою жизнь сам.
И конечно, будет прав.
Но для меня, в глубине души он останется маленьким мальчиком, которого я кормила грудью, делала массажик животика, учила первым шагам и словам. В моей голове останется образ его макушки с пучком смешных торчащих волосинок, за что мы с Андреем называли его ежиком.
Воспоминание о муже, болью пронзило грудь, сдавив легкие, и блокируя поступление живительного воздуха.
Похоже, я никогда не смогу не реагировать на него. Люблю и страдаю от его измены. Люблю и страдаю от того, что его больше нет рядом.
Миссис Вилсон выдала мне пару платьев, хоть и довольно поношенных, но добротных. А Тимке досталась старая одежда сына старушки, которую мы достали из сундука на чердаке. Перестирав все вещи, высушив их и примерив, мы стали очень даже похожи на местных. А их каждый день рассматривали внимательно в окно, или же, когда ходили по вечерам в парк.
Я помогала старушке по хозяйству. Проживая каждый день здесь, я все сильнее теряла надежду на то, что мы сможем вернуться обратно. И в один из дней, справившись с очередным накатом слез, которые так и застыли в моих глазах, я обратилась к пожилой женщине.
– Миссис Вилсон. – я опустила глаза, пытаясь собраться с мыслями. – Мы уже три недели здесь и… Я не знаю как попасть домой. Не знаю, как жить здесь дальше. Я благодарна вам за гостеприимство, но я понимаю, что мы с ребенком для вас обуза и лишние рты. Поэтому, я бы хотела не просто помогать вам по хозяйству, но и как-то зарабатывать на жизнь.
Старушка внимательно меня выслушала, кивнула головой.
– И что ты умеешь делать? – поинтересовалась она.
– В своем мире я была неплохим специалистом в области лечебного массажа. Но могу работать и младшим медицинским персоналом. То есть не лекарем конечно, но его помощником точно!
– Ого! – удивилась миссис Вилсон.– А ты молодец! – мне была приятна ее похвала. – Да только в местный госпиталь тебя не возьмут без документов. Сначала, надо пойти в городской совет.
– О, но кто же мне их даст?
– Не волнуйся, в совете мой ученик бывший заседает, я его попрошу помочь. – махнула рукой миссис Вилсон.
Как оказалось, моя спасительница раньше работала учительницей в местной школе, и так как городок совсем небольшой, миссис Вилсон знали все. Она действительно отправилась в городской совет и через три часа вернулась с двумя листами плотной бумаги, на которых ровным, каллиграфическим почерком было указано, что я являюсь подданной Иллантии, и из Фировой Юли, я превратилась в Юлиану Фироу, а сынок стал Тимей Фироу.
– Как это возможно? – опешила я, разглядывая бумаги, которые теперь являлись нашими с Тимом документами.
А миссис Вилсон лишь улыбнулась.
– Меня в этом городке все знают, верят мне на слово. – пожала она плечами. – Я сказала, что ты внучка моей сестры, а следовательно и моя, которая во время путешествия из Анстана, это городок на севере Иллантии, потеряла ридикюль с документами на себя и сына, а возвращаться туда, что восстановить документы, у тебя нет финансовой возможности. Я всего лишь попросила помочь.
Вот это да! Так легко, поверили на слово!
– Не могу представить, чтобы это было возможно. – я пораженно уставилась на старушку. – Вы столько добра делаете для меня.
– Юлия, моя жизнь уже давно не приносит мне радости. Ведь сын уехал, и наведывается сюда крайне редко. Конечно, он помогает мне, присылает денежки, но это никогда не заменит живой души, общения и внимания. С вами мне действительно хочется жить, и каждый день несет что-то новое.
А я, как маленькая девочка, вдруг расчувствовалась и разревелась, понимая, насколько доброй оказалась миссис Вилсон.
– Если мы не будем помогать друг другу в трудной ситуации, чем же мы будем отличаться от животных? – вдруг тихонько произнесла она и подойдя, приобняла меня, а я уткнулась в ее плечо и поняла, что очень хочу отблагодарить эту прекрасную женщину.
Первым делом, имея документы, я направилась в местную школу. Она была всего одна на весь городок. Тимка был рад тому, что скоро будет вновь учиться, потому что в своей обычной школе ему очень нравилось. Здесь же, мы с ним были приятно удивлены рассказами нашей соседки.
– В школе изучают основы письменности, математики, литературы, искусства, а еще историю и законы магии и существования миров. – на этой фразе мы с Тимкой замерли, а потом я подумала, и решила, что скорее всего, это что-то из разряда естествознания. А это не могло не радовать!
В конце концов, как-то же здесь люди живут, получают образование, и надеюсь, у Тимки это тоже получится.
Забросив попытки вернуться домой, мы все чаще гуляли на пляже. Еще совсем недавно я мечтала привести Тимку к пенному, бурлящему морю, и страдала, от того, что не было возможности это сделать. Зато теперь…
Тим был доволен. Он возился в песке, все время рвался в воду, носился по выложенному мелкой галькой пляжу. Столько замечательных эмоций мы ловили здесь, и каждый день, проведенный в новом мире, казался лучше предыдущего. Мы все реже сравнивали миры, все чаще находили плюсы именно здесь. И как-то однажды, Тим сказал, что жить в этом мире ему нравится больше.
Я была поражена его быстрой адаптации и понимании того, что мы теперь далеко от нашего дома, и возможно, никогда не сможем вернуться обратно. И хотя, я как мама, конечно же, переживала, как сложится его жизнь здесь дальше, но чувствовала, что могу отпустить ситуацию.
Следующим моим шагом стала попытка заработать деньги. Разузнав, что местная валюта называется дрого, и представляет собой серебряные монеты различным номиналом, я долго рассматривала изображение дракона, что было выгравировано на деньгах.
– Миссис Вилсон, – поинтересовалась я, когда мы как раз занимались изучением денег Иллантии. – а почему здесь изображен дракон?
– Тьфу ты! Забыла что ли? Кто правит в Иллантии?
– Миссис Вилсон, я конечно понимаю, что вы в первый день посмеяться надо мной решили, но сейчас-то, зачем?
– Посмеяться? – вскинулась старушка. – Ох, глупая девка! Вот уже и ребенка имеешь, а головой плохо соображаешь! Драконы нами правят, поэтому и блистают на всех монетах.
– Миссис Вилсон, это уже не очень хорошая шутка.
– А я и не шучу! Иди вон, у соседки миссис Джонс спроси. Только будь готова, что на тебя, как на дурочку посмотрят, потому что все про драконов знают!
И вот тут я задумалась. А что, если миссис Вилсон говорит правду. Тогда… Ох, ты ж, блин!
Тогда драконы действительно существуют?
Попыталась припомнить, что я знаю о драконах из мультиков и мифологии. Да собственно, практически ничего. Огромные, летающие рептилии, изрыгающие из пасти огонь.... Не густо.
– Миссис Вилсон, а расскажите мне пожалуйста, о них поподробнее. – попросила я женщину.
И я узнала для себя много нового, не только про драконов, но и про мир, в который мы попали, в целом.
Два материка-государства, разделенные огромным океаном составляли сушу этого мира. Южный материк с теплым климатом и круглогодичным солнцем Иллантия, находился под управлением огненных драконов клана Трей. Северный материк с более суровым климатом и холодными зимами Осгард, принадлежал ледяным драконам клана Соун. И вот уже здесь, я растерялась.
– А разве драконы не плюются огнем?
– Сама ты плюешься! – фыркнула миссис Вилсон. – Еще раз повторю, Юлия, проявляй уважение к ним даже когда никто нас не слышит.
– Хорошо. – кивнула головой в знак согласия. Странно все это.
– Драконы, что правят Иллантией, относятся к огнедышащим, а вот драконы Осгарда наоборот, извергают из своей пасти холод и лед. И тем, и другим, подвластна магия, и они же защищают наш мир от магов, которые приходят с порталами и пытаются уничтожить здесь все.
Конечно, такие новости не укладывались у меня в голове. Было странно и непонятно, как это все вообще может существовать и быть реальностью.
Но, похоже, миссис Вилсон не лгала, поэтому, стоило поверить ей на слово.
Разобравшись с деньгами, я четко для себя решила, что в этом мире, как и в своем родном, буду заниматься лечебным массажем и восстановительными процедурами. Люди ведь и этом мире болеют, а следовательно, мне работа найдется всегда, так же как и любому доктору или лекарю.
Первой моей клиенткой, которой я показала чудодейственный эффект от массажных процедур, стала миссис Вилсон. Она давненько жаловалась на боли в пояснице, и уже после первого сеанса массажа, она смогла наконец, выпрямить спину.
– Юлия, у тебя золотые руки! Это чудо какое-то! – воскликнула старушка держа ровно спину и с удивлением повела плечами и покрутила туловищем, словно использовала хулахуп.
А на следующий день, к нам в дверь постучалась соседка миссис Джонс. И понеслось. Весть о внучке бывшей учительницы миссис Вилсон, что приехала с ребенком из северного городка Анстана, похоронив мужа и решив перебраться к южному морю, разлетелась со скоростью света. В течение недели, я заработала сто дрого, на которые смотрела с удивлением, потому что на эту сумму можно было безбедно существовать целых два месяца.
Решив вложить деньги в улучшение условий для работы, я заказала у плотника добротный массажный стол с отверстием для головы, а портного попросила сшить специальный, тонкий матрас. На это ушло пятьдесят дрого и оставшись еще и при деньгах, я стала думать, что можно еще добавить в свои услуги, кроме массажа.
Через пару месяцев, я сняла небольшую комнату, на первом этаже двухэтажного здания, где рядом со мной ютились лавки мелких торговцев.
Я договорилась с местным аптекарем, который делал мне лечебные мази по доступной цене, и сама формировала сборы трав для горячих компрессов, которые тоже применяла в своем кабинете. Программа у меня была как косметическ�