Свет и Тень

Глава 1: Баку

– Всё, хватит, Амир! Твоё поведение просто невозможно! – в бешенстве кричал отец, его лицо раскраснелось от гнева. – Сколько это будет продолжаться? Ты уже взрослый мужчина, а ведёшь себя как маленький капризный ребёнок!

– Давид, наш мальчик просто ещё не созрел для женитьбы, поэтому и не может решиться на столь важный для себя шаг, – мягко произнесла мама, пытаясь сгладить до предела накалившуюся обстановку. И хотя её голос был полон трогательной заботы, в усталых глазах читалась неприкрытая тревога. Видимо за меня…

– А для чего он «созрел», Айдан? – раздражённо продолжил отец. – Заниматься семейным бизнесом этот несносный мальчишка не желает, создавать собственную семью упорно отказывается. И что ты прикажешь мне с ним делать? В конце концов, он ведь наш единственный сын, и я, как отец, имею право знать, почему Амир упрямо не желает брать на себя осознанную ответственность за собственную жизнь!

– Быть может, нужно просто оставить меня в покое, разрешив всё решать самому? – тихо, но чётко произнёс я, поднимая глаза на замерших напротив родителей. – Отец… Ты слишком давишь на меня. Я не готов к разительным переменам. По крайней мере сейчас.

– Оставить в покое? Чтобы ты целыми днями напролёт шлялся по городу со своими друзьями-бездельниками? Чем вы вообще занимаетесь в свои годы? Вместо того чтобы получать образование и строить будущее, вы купили какой-то заброшенный подвал, устраиваете там бесконечные тренировки, а потом зависаете в ночных клубах! Разве это достойное занятие для молодых людей из уважаемых семей?

– Что плохого в том, что мальчики любят спорт? – снова вмешалась мама. – Ты слишком строг к нашему сыну, Давид. Когда же ему беззаботно веселиться, если не сейчас?

Однако мой родитель был настолько взвинчен, что попросту не слышал ни меня, ни её. Его лицо было перекошено от негодования, а голос звучал резко и непреклонно.

– В последний раз повторяю, сын, – продолжил отец, чеканя каждое слово, словно вбивая гвозди в крышку гроба. – Ты женишься на Айнур в течение этого месяца. Мы с её отцом устроим вашу жизнь и обеспечим безбедное будущее, или…

– Нет! – непроизвольно вырвалось у меня оттого, что я не смог сдержать бессильной ярости. – Как же ты не понимаешь? Я не люблю эту девчонку! Более того, она мне даже не нравится. Я не хочу быть с ней! Не хочу делить с Айнур свою единственную жизнь!

Отец нахмурился, его взгляд стал ещё более суровым и холодным. Он медленно скрестил руки на груди. В голосе звучала звенящая сталь, за которой скрывалась скрытая угроза.

– Любовь? – переспросил он, скривив губы в сухой усмешке. Его глаза, холодные и проницательные, впились в меня, как острые лезвия изогнутых кинжалов. – При чём здесь любовь, Амир? – повторил отец с явным сарказмом. – Женитьба… – он сделал паузу, словно подбирая нужные слова, – это всего лишь удачная сделка. Слияние капиталов. Мы оба это понимаем, сынок, не так ли?

Ахмадов старший сделал уверенный шаг вперёд, и я почувствовал, как воздух вокруг меня стремительно сгущается.

– После вашей свадьбы, – продолжил он, – мы сможем легально объединить бизнес двух семей. Это откроет потенциальные возможности и новые горизонты. Для всех нас. Уверен, Муса не будет противиться тому, что его зять возглавит вновь образующуюся компанию.

Отец на минуту замолчал, глядя на меня выжидательно. Его взгляд был тяжёлым, словно на полном серьёзе он пытался прочитать мои мысли.

– Твоя задача, Амир, заключается лишь в одном. Как можно скорее подарить Гаджиеву наследника. Наследника! – Он произнёс это слово с особым нажимом, будто хотел, чтобы оно отпечаталось в моей памяти. – А дальше… – Пожал плечами. – Делай что хочешь. Но не забывай, что ты часть нашей семьи. И семья должна быть единой. Во всём!

– Пусть ты и считаешь меня никчёмным, но я не смогу пойти на компромисс с собственной совестью и поступить так, как нужно тебе, отец. Ты никогда не спрашивал о том, что важно для меня, что я хочу и к чему стремлюсь.

– И о чём же таком возвышенном мечтает мой единственный сын?

– Встретить женщину, которую я искренне полюблю, и добиться того, чтобы она ответила на мои чувства. Создать семью, родить детей, жить и наслаждаться каждым днём. Я не такой, как ты, не хочу находиться в вечной погоне за деньгами, мне противно думать о том, что нужно будет заключать брак по расчёту, опять же, ради бумажного мусора… Я мечтаю о семье, основанной на любви и взаимном уважении.

– Это всё лирика, Амир! Романтическая чушь! В конце концов, тебе ведь никто не запрещает любить кого-то на стороне. Но жениться ты обязан на той, кого выбрала наша семья. Итак, твоё последнее слово: ты согласен взять в жёны Айнур?

– Нет! – отрезал я.

– Значит, решено! Раз родной отец для тебя не авторитет, отправляйся в Россию, к Данизу. Если я не могу справиться с тобой, пусть этим займётся мой брат. Как образумишься – вернёшься.

– И что я там буду делать? Об этом ты подумал? – произнёс я, глядя на отца исподлобья.

– А как же! Семья Даниза владеет сетью ресторанов на Дальнем Востоке. Лишняя пара рук его бизнесу совсем не помешает. К тому же, это будет хороший опыт для тебя. Может быть, там ты наконец поймёшь, как важны семейные ценности и уважение к старшим.

– Хочешь, чтобы единственный сын семьи Ахмадовых стал обслугой?

– На какую должность Даниз назначит тебя, там и будешь трудиться, – голос отца звучал холодно и безразлично, как будто он говорил о чём-то обыденном. – Не устраивает?

– Допустим! – не сдержался я.

– Тогда дай согласие на брак, – родитель посмотрел на меня с лёгкой усмешкой, как будто наслаждаясь моей беспомощностью.

– То есть выбор у меня невелик? Или нелюбимая жена, или отъезд в неизвестность?

– Ты довольно сообразителен, мой мальчик.

– Что же… Когда вылетать?

– Решил потягаться с тем, кто дал тебе жизнь? Твоя воля! Айдан, закажи этому оболтусу билеты на первый же рейс до Москвы, а дальше пусть сам добирается.

– Но, как же так, Давид? – мамин голос задрожал от неподдельного беспокойства. – Ты практически выгоняешь из дома единственного ребёнка. Как он будет там один? Что ждёт его в России? А вдруг своим упрямством ты прямо сейчас лишаешь сына будущего?

– Я уже сказал своё слово! – ледяным голосом пророкотал отец, сверля меня взглядом, от которого холод пробежал по спине. – И не изменю его! Это не обсуждается! – его тон не оставлял места для сомнений.

– Будь, по-твоему! – я вздёрнул подбородок, стараясь скрыть раздражение. – Завтра же, в угоду тебе, я покину родную обитель. Лучше работать на износ с утра до ночи, чем принять вынужденный брак, который ты мне навязываешь.

Отец усмехнулся, но в его глазах не было ни капли привычного тепла.

– Вот и хорошо! – голос звучал почти одобрительно. – Вот и поработай, сынок! Может тогда твоя спесь спадёт, уступив место благоразумию! – он хлопнул раскрытой ладонью по столу, словно ставя точку в разговоре. – И помни, я не терплю непослушания.

Яростно хлопнув входной дверью, я выбежал из отчего дома. В душе клокотала злость на отца. Почему он решил, что все и всегда должны плясать под его дудку? Это он мечтает о породниться с Гаджиевыми, не я! Так почему мне нужно было сгубить свою жизнь, ради того, чтобы остаться под кровом родного очага? Уж лучше отправиться в полнейшую неизвестность, чем жить по его указке! Господин Ахмадов желает, чтобы я уехал в Россию? С радостью выполню настойчивую просьбу. Думаю, в семье его старшего брата меня примут с радостью. Дядя Даниз всегда отличался выдержкой и мудростью. Надеюсь, хоть он сможет понять меня и принять таким, какой есть.

Сев за руль автомобиля, я отправился к друзьям в спортзал, чтобы предупредить их о столь внезапном отъезде. Настроение было на нуле, но лучше взбрыкнуть сейчас, настояв на своём, чем подчиниться воле донельзя властного родителя и страдать от фатальных последствий неправильного решения. Я понимал, что он не готов идти на компромисс. Хотя, его решение казалось мне абсурдным и несправедливым. Однако, допустить того, чтобы моя жизнь была подчинена чужим ожиданиям и правилам, я не мог.

За окном мелькали вечерние улицы, освещённые мягким светом фонарей. В воздухе витал аромат весеннего дождя, смешанный с запахом асфальта и цветущих деревьев. Вдали, на горизонте, виднелись силуэты многоэтажек, утопающих в сумерках.

В голове крутились обрывки разговора с отцом, его холодный, отстранённый взгляд, от которого становилось не по себе. Он всегда был строг, но сейчас это казалось невыносимым. Я знал, что ему не понять моих чувств. Давид Ахмадов видел во мне только сына, который должен слепо следовать его правилам и ожиданиям. Только вот мне нужно было хоть на время вырваться из этой удушающей атмосферы, чтобы забыть о его непримиримости и лютом холоде.

***

Вечером следующего дня, около пяти часов, я прилетел в Москву. Выйдя из самолёта, сразу сел в автобус, который довёз нас до здания аэропорта.

Внуково… Я был здесь впервые. Мимо меня с немыслимой скоростью нёсся поток незнакомых людей, нервно спешащих к выходу на посадку. Толчея и шумная суета навевали отнюдь не радостные мысли. Влившись в разношёрстную толпу пассажиров, я направился в сторону багажной карусели, надеясь, что мне удастся довольно быстро отыскать свой кожаный чемодан и продолжить запланированный путь. В воздухе витали ароматы навязчивого парфюма, готовой еды и неизъяснимого волнения. Вокруг суетились уставшие люди с чемоданами, рюкзаками и дорожными сумками. Глядя на них, я на секунду задумался о том, правильно ли поступил, ослушавшись отца? Однако, не давая себе времени на то, чтобы углубиться в раздумья, я тряхнул головой, избавляясь от навязчивых мыслей. Затем поспешно подхватил багаж, который так вовремя подъехал на ленте, и решительным шагом направился в сторону билетной кассы.

Кассы аэровокзала располагались на первом этаже, в просторном светлом зале. Симпатичная девушка в строгой форменной одежде вежливо поприветствовала меня и в течение нескольких минут оформила нужный билет на прямой рейс. Оставалось лишь набраться терпения и дождаться полуночи.

Пройдя регистрацию, я первым делом направился в бизнес-зал. Доплатив за дополнительные часы ожидания, с облегчением выдохнул. Замерев у входа на пару секунд, внимательно осмотрелся, замечая несколько свободных мест, и уверенной походкой направился к дивану у распахнутого настежь окна. Сев на него, я с удовольствием снял тяжёлые туфли и, вытянув ноги, расслабился. Усталость от долгого перелёта постепенно отпускала меня, и я, прикрыв глаза, позволил себе ненадолго погрузиться в состояние покоя.

Аппетита не было, хотя я был голоден. Да и сон всё не шёл, несмотря на нервное истощение. В голове одна за другой яркими вспышками проносились невесёлые мысли. Я боялся неизвестности, которая меня ждала. Смогу ли я здесь, в чужой мне, по сути, стране, найти своё место? Смогу ли я стать частью этого нового мира, который всегда казался мне таким далёким и непонятным? Как встретит меня семья дяди? Как воспримут Даниз и Белла того, кто осмелился ослушаться воли отца и наперекор ему покинул родной дом? Эти вопросы мучили меня, не давая покоя. Только вот ответов на них, к сожалению, пока не было. Внутри нарастала безотчётная тревога, и я не знал, как справиться с этим смешанным чувством.

– Молодой человек, у вас всё в порядке? – участливо спросила девушка, что собирала использованную посуду со столов.

Я невольно поднял взгляд, встречаясь с её ярко-голубыми глазами, с удивлением читая в них неподдельное искреннее беспокойство.

– Да, спасибо. Почему вы интересуетесь? – ответил, стараясь придать своему голосу больше уверенности, хотя внутри всё ещё было неспокойно.

– Просто ваше лицо такое напряжённое… – незнакомка слегка нахмурилась, будто пыталась понять, что со мной происходит. – Может быть, вам что-то нужно?

– Я справлюсь, – улыбнувшись, ответил девушке. – Благодарю за беспокойство.

Она кивнула, всё ещё смотря на меня участливым взглядом.

– Может быть, вам принести кофе? – предложила голубоглазая работница бизнес-зала.

– Нет, спасибо, – произнёс я в ответ, ощущая, как напряжённость покидает моё тело. – Я и сам могу это сделать.

– Поняла вас. Хорошего отдыха, – прошелестела девчонка, отойдя на пару шагов.

– Спасибо, – улыбнулся, глядя ей вслед, чувствуя, что её слова и забота оставили в душе лёгкий след тепла.

Сложив пальцы домиком, оперся на них лбом, пытаясь сосредоточиться и погрузиться в свои мысли. Но настойчивый звонок телефона нарушил эту хрупкую тишину, вновь выдернув меня из задумчивости. На глянцевом экране высветился номер матери.

Мама! Как всегда, волнуется за меня: как я долетел, успел ли купить билет, чем завтракал и обедал. Я успокоил её, сказав, что всё в порядке. Она снова призналась, как сильно меня любит, и выразила своё несогласие с навязчивым желанием отца породниться с Гаджиевыми. Я это знал. Но разве она могла пойти против любимого мужа? Конечно, нет.

Поговорив с ней пару минут, сослался на то, что устал и хочу немного вздремнуть перед дальней дорогой. Сбросив вызов, сунул трубку в карман брюк. Устроившись поудобнее, я подложил под голову тонкую куртку, свернутую валиком, и закрыл глаза, пытаясь уснуть.

Моя жизнь менялась, здесь и сейчас, стремительно и непредсказуемо. Каждое мгновение несло что-то новое, и я не знал, что готовит мне следующий день. Перед тем как сделать отчаянный шаг, мне нужно было набраться сил. Не просто физических, а моральных, чтобы с честью выдержать все испытания, которые готовила мне злодейка судьба. Я понимал, что будет нелегко, и знал, что мне предстоит доказать свою стойкость и силу характера. Мне нужно было выстоять, вопреки, не ударив в грязь лицом, и доказать властному родителю, что я тоже чего-то, да стою.

Глава 2: Россия, ресторан «Ночной Баку»

Утро в нашем ресторане начиналось с привычной тишины и спокойствия. Солнечные лучи пробивались сквозь тонкие шторы, наполняя помещение мягким светом. Девчонки, как всегда, хлопотали в зале, расставляя посуду на овальных столах, застеленных белоснежными скатертями. Их движения были размеренными и слаженными, словно они танцевали под незримую музыку.

Бармен Вадим, с неизменной улыбкой на лице, натирал фужеры до блеска, используя специальную тряпочку цвета спелого лимона. Его руки двигались с такой скоростью и точностью, что казалось, будто он делает это на автомате. Я же, обхватив пальцами ажурный тюль, застыла у панорамного окна, наблюдая за проезжающими по улице машинами. Город жил своей привычной жизнью, заполняя улицы шумом железных моторов и шелестом листьев.

Заметив матовый джип босса, остановившийся на парковке, я бросила быстрый взгляд на часы с маятником у входа – ровно двенадцать дня. Из автомобиля вышли трое мужчин, одетых в строгие костюмы. Они о чем-то оживленно беседовали, смеясь и кивая друг другу. Троица уверенно направлялась к главному входу.

Внутри меня что-то резко сжалось, и я почувствовала, как холодный липкий пот выступил на лбу. Сердце забилось быстрее, словно пытаясь вырваться из груди. Кисти рук неуверенно задрожали, а ноги будто приросли к напольной плитке, не давая мне сделать ни шагу. Дыхание сбилось, словно вот-вот должно произойти что-то неординарное, то, что непременно станет именно для меня точкой невозврата, за которой царит полная неизвестность.

– Карина, хозяин приехал, иди встречай! – нервно произнёс бармен, бросая взгляд поочерёдно на меня и снова на дверь.

– Кара, с тобой всё в порядке? Ты так побледнела, – одна из официанток помахала перед моими глазами раскрытой ладонью.

– Да, уже бегу, – вымолвила я, натягивая на лицо дежурную улыбку.

Содрогаясь от внутреннего напряжения, я попыталась взять себя в руки и без дрожи в теле выйти в просторный светлый холл. Медленно, словно преодолевая невидимое препятствие, я направилась к выходу из зала.

– Добрый день, Даниз, – произнесла, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – Мне подготовить столик для вас и сопровождающих гостей?

Босс, как всегда одетый в элегантный чёрный костюм, внимательно посмотрел на меня, словно заметил моё душевное волнение.

– Карина! – наконец сказал он, слегка улыбнувшись. – Хорошо, что ты здесь. В зале уже есть посетители?

Я немного расслабилась и отрицательно покачала головой:

– Нет, Даниз. Зал пуст, ещё ведь не время…

– Отлично, – он кивнул, оборвав меня на полуслове. – Тогда собери весь персонал. Хочу вас кое с кем познакомить.

Я удивленно приподняла брови, но не стала задавать лишние вопросы. Вместо этого я развернулась и направилась обратно. Сердце вновь забилось быстрее, но я старалась никому не показывать своего волнения.

Возвращаясь в банкетный зал, как наяву ощутила скользящий и чрезмерно обжигающий взгляд молодого незнакомца, который словно прожигал меня насквозь. Взгляд, от которого кожа покрывалась мурашками. Только я знала, что нельзя придавать этому какое-то особое значение. А потому, отмахнувшись от странного чувства, как от надоедливой мухи, я поспешила выполнить приказ своего непосредственного начальника.

Через пару минут все сотрудники, оставив свои дела, выстроились в ряд, недоумевая о причинах экстренного общего сбора. Лица девчонок были несколько напряжёнными, словно они ждали чего-то неизбежного. Некоторые из них переглядывались между собой, обмениваясь молчаливыми взглядами, в которых читалась тревога и непонимание. Все с нетерпением ждали, когда же Даниз начнёт говорить и соизволит объяснить, что послужило поводом для столь внезапного собрания.

– Всем добрый день! – наконец заговорил Ахмадов. – Представляю вам нового директора ресторана, под чьим непосредственным руководством вам с этого дня предстоит работать. Прошу любить и жаловать – Ахмадов Амир Давидович, мой племянник.

– Добро пожаловать в наш дружный коллектив, Амир Давидович! – первой опомнилась я, стараясь скрыть волнение в голосе.

– Надеюсь, мы сработаемся! – тепло улыбнулся Амир. Его бархатный голос, казалось, заполнил собой всё свободное пространство.

Парень обвёл изучающим взглядом всех присутствующих, и в его глазах мелькнула лукавая искорка. Дыхание снова сбилось… Его внешность была словно из восточной сказки: тёмные волосы, выразительные черты лица и проницательный взгляд.

Новый шеф продолжал говорить о чём-то отстранённом, но я уже не слышала его слов. Моё внимание было сосредоточено только на нём. Я поняла, что пропала – окончательно и бесповоротно.

«Амир, какое чудесное имя, интересно, что оно означает?» – думала я. «Наверное, что-то светлое и великое…»

Парень с явным интересом поглядывал на меня, его взгляд был прямым и уверенным, несмотря на присутствие других людей. Сделав пару шагов, он подошёл ближе и, легко подцепив пальцами бейджик, пристёгнутый к моему платью, произнёс вслух:

– Светлова Карина Вадимовна, администратор, – его зрачки расширились, словно он только что увидел что-то неожиданное и захватывающее. На мгновение Амир замер, словно обдумывая что-то, а затем, слегка улыбнувшись, продолжил:

– Приятно познакомиться.

– И мне, Амир Давидович, – прошелестела я, утопая в глубоких, тёмных карих глазах мужчины. Его взгляд, казалось, проникал в самую душу, вызывая лёгкую дрожь и смущение.

– Обойдёмся без отчества, Карина, – мягко произнёс он, чуть улыбнувшись. – Ты ведь у нас ответственная девушка? Я прав?

Я нервно сглотнула, чувствуя, как щёки заливает румянец.

– Буду стараться, чтобы не обмануть ваши ожидания, – пролепетала в ответ, едва шевеля онемевшими губами. Попытка придать голосу уверенности провалилась, и я почувствовала себя ещё более неловко.

– Старайся, Карина, – его голос стал чуть строже, но в то же время теплее. – Изо всех сил! И ещё… С тобой я бы хотел перейти на «ты». Думаю, это поможет нам наладить более доверительные отношения.

Я кивнула, не зная, что ответить. Внутри меня бушевал вихрь эмоций: от радости до тревоги.

– Амир, пойдём в кабинет, – обратился Даниз к племяннику, отрывая его от разговора. – Введу тебя в курс дела.

Ахмадов обернулся ко мне, и его взгляд стал мягче.

– До встречи, Карина, – произнёс он, слегка наклонив голову.

– До встречи… – ответила я, чувствуя, как сердце вновь ускорило ритм.

Мужчины удалились, а я так и застыла на месте, не в силах пошевелиться. В ушах всё ещё раздавался голос нового директора, а душа наполнялась неизведанными ранее эмоциями. Провожая высокого восточного красавца задумчивым взглядом, я почувствовала, как внутри меня что-то перевернулось. Его тёмные глаза, словно бездонные омуты, затягивали меня всё глубже. Движения тела Амира были плавными и уверенными, но в них ощущалась скрытая сила, которая притягивала меня, как мощный магнит. Я не могла отвести от него глаз, словно боялась, что, если сделаю это, он исчезнет.

Нестерпимое влечение к незнакомому мужчине захлестнуло мою душу, словно пенная морская волна. Внутри меня бушевала буря неудержимых эмоций, и мне отчаянно не хотелось, чтобы Ахмадов уходил, оставляя меня одну посреди этого помпезного зала, который вдруг показался пустым и необъятным. Да… не хотелось, однако я знала, что это всего лишь иллюзия. Этот парень был слишком далёк, слишком недосягаем для меня, хотя…

– Кара, неужели ты запала на протеже хозяина? – усмехнулась Катерина, обнимая меня за плечи. – Ты правда думаешь, что такие, как он, могут всерьёз увлечься такими, как мы?

Я замерла, пытаясь понять, что она имеет в виду. В её словах звучала смесь насмешки и горечи, однако, как ни силилась, я не могла уловить, к чему именно клонит моя коллега. Внутри меня что-то сжалось, словно я стояла на краю разверзшейся пропасти, не зная, как сделать следующий шаг.

– А какие мы, Кать? – надрывно спросила я. – Ты о чём?

Катерина посмотрела на меня с лёгкой улыбкой, только вот в её глазах читалась тень сожаления.

– Надо же, выходит, я не ошиблась! Это ты на его длинные ресницы так споро повелась? Или на выразительные карие глаза?

– Неужели так заметно? – стушевалась я.

– Карина! Ты ведь уже не юная девушка, должна понимать. Они женятся только на своих, на тех, кто соответствует их представлениям о будущей жене, о семье. А мы для таких, как Ахмадовы, лишь временные спутницы, которые не могут претендовать на что-то большее. Это реальность, которую нужно принять, чтобы избежать разочарований.

– Так уверенно говоришь об этом, словно лично сталкивалась с подобным отношением.

– Так и есть, Карина. Ты ведь помнишь Тиграна? Того боксёра, который каждую субботу и воскресенье зависал здесь.

– Конечно, помню, – тотчас ответила я.

– Так вот, он два года «встречался» со мной. Дарил дорогие подарки, снимал для наших встреч квартиру в престижном районе. Я даже думала, нет! Была уверена, что у нас с ним настоящая любовь! Только вот потом мой Тигр вернулся на свою историческую родину, а обратно прилетел уже с обручальным кольцом на безымянном пальце. Мне же предложил остаться его постоянной любовницей, бесправной куклой, которую навещают время от времени, чтобы отвлечься от нежеланной, но, увы, законной жены.

– А ты что? – не очень тактично спросила я у девушки.

– Я справилась с этой болью, не сразу, но справилась. Так что, мой тебе совет, Светлова: не суйся туда, где тебе могут предложить только роль подстилки. Да и ты вроде как замужем, а это важно. Будь осторожна, Карина. Не попадись в ловушку, из которой будет сложно выбраться. Не промахнись…

– Спасибо, Катюша. За предупреждение. И… я действительно и не знала о тебе и Тигране…

– Теперь знаешь! Учись на чужих ошибках, Кара. На своих ведь только дураки учатся.

– Каринка! Клиенты пришли! – прервал нашу странную беседу возглас бармена.

– Иду, Вадим! – нехотя ответила я.

Проводив гостей к дальнему столику, я пожелала им приятного отдыха, улыбнулась и, убедившись, что все в порядке, вернулась за свою стойку.

И правда, что это на меня нашло? Я взрослая замужняя женщина, и вдруг почувствовала себя юной школьницей, едва встретившись взглядом с незнакомцем. Катюша, несомненно, права. У меня семья… Андрей. Мы ведь с первого класса с ним вместе. Все школьные годы он добивался моего внимания. И вот, к двадцати годам я решилась связать со Светловым жизнь, уверившись в том, что лучше него никого не встречу. Порой муж бывает резок и ведёт себя не сдержанно, да и к тому же ревнив до одури. Однако, вот уже десять лет мы живём в законном браке. Не могу же я всё разрушить ради роли любовницы в жизни этого восточного принца? Нет! Ни за что! Лучше держаться от него подальше и не замирать при виде этого парня, как юная девица на выданье. Так будет правильно! И честно по отношению к себе и к мужу. Я не должна забывать о своих обязательствах и давать Светлову повод для ревности или сомнений в наших отношениях.

Уверившись в своём решении, я приступила к работе, полностью сосредоточившись на задачах предстоящего дня. Запретив себе даже думать о том, что меня нестерпимо тянет к этому жгучему красавцу. Амир Ахмадов – моё табу! Жёсткое правило, которое я никогда не нарушу. Он для меня недосягаем, словно запретная зона, границы которой нельзя пересечь ни при каких обстоятельствах. Иначе жизнь превратится в хаос. А я не хочу этого. Действительно не хочу…

Глава 3: Рождение чувств

Передав мне неотложные дела, дядюшка Даниз поспешил покинуть здание ресторана, оставив меня в гордом одиночестве. Да… денёк мне предстоял весьма интересный! Бросив беглый взгляд на отполированную до блеска столешницу, я не смог сдержать рвущийся наружу выдох, полный тоски. Прямо передо мной лежала гора разноцветных папок с весьма важной документацией, в которой я, признаться, пока ещё ничего не смыслил. Только вот именно мне предстояло разобраться в ней и не ударить в грязь лицом перед радушно встретившими меня родственниками.

Сегодня ранним утром дядя Даниз лично встретил меня в аэропорту, чего я вовсе не ожидал. Тепло поприветствовав нерадивого племянника, он справился о причинах моей внезапной «ссылки», узнав о сути которых, весело рассмеялся, посетовав на заносчивость и излишнюю принципиальность своего младшего брата.

«Не переживай, Амир, Давид легко заводится и стремительно остывает. Вскоре он поймёт, что был неправ, и я уверен, попросит тебя вернуться в родные пенаты», – сказал он мне, приобняв. Я лишь согласно кивнул в ответ, осознавая, что отец никогда не расстанется с идеей стать ближайшим родственником семьи Гаджиевых.

Перед тем как мы поехали в ресторан, Даниз вручил мне ключи от одной из своих квартир, заверив, что теперь она полностью в моём распоряжении, и также пообещал в течение недели решить вопрос с автомобилем. С каждой минутой, что мы проводили вместе, я всё больше уверялся в правильности своего выбора. Дядя лишь посмеивался над настойчивым желанием отца женить меня, заявив, что от своего сына Рустама, который, между прочим, был одного со мной возраста, он не требует принятия столь «важных» решений в двадцать пять лет. Мол, мужчине нужно осознанно вступать в брак, а не по запросам старших родственников. В этом я был с ним, конечно же, солидарен.

Так получалось, что в далёкой России я чувствовал себя спокойнее, чем в родном доме. Здесь была какая-то особая атмосфера, которая позволяла мне расслабиться и быть самим собой. Если так будет продолжаться и дальше, то, возможно, я начну сомневаться, стоит ли вообще возвращаться?

Отец запугивал, что я буду тяжело работать и, поджав хвост, прибегу домой, однако Даниз пошёл иным путём. Он предложил мне стать более-менее самостоятельным и перестать зависеть от настроения родителя. Это стало для меня важным шагом к освобождению от давления и началу собственного пути.

Откинувшись в удобном кожаном кресле, я прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной и мягким дневным светом, проникающим сквозь неплотно задёрнутые шторы. В голове крутились разные мысли: от рабочих задач, которые требовали немедленного решения, до воспоминаний о вчерашнем дне, когда мной было принято неожиданное для самого себя решение. Только вот от мыслительного процесса меня отвлёк деликатный стук в дверь.

– Войдите, – произнёс я, принимая сидячее положение.

– Амир Давидович, – несмело вошла в кабинет одна из официанток. – Вы обедать будете в зале или в своём кабинете?

– Обедать? – растерянно ответил с улыбкой взирающей на меня девушке. – Разве уже пора?

– Да, – неуверенно произнесла она, пристально всматриваясь в мои глаза.

– В таком случае накрой стол в общем зале, я подойду через пару минут. Да, и кстати, как твоё имя?

– Светлана, – ответила моя подчинённая, растянув губы в глуповатой улыбке.

– Светлана… – эхом повторил я.

Она услужливо закивала, замерев в дверном проёме.

– Иди, выполняй свои обязанности. Дорогу в зал я сам найду.

– Да, Амир Давидович, – тотчас юркнула за дверь моя собеседница.

Поднявшись, я подошёл к окну и, сдвинув в сторону тяжёлую штору цвета спелой вишни, скрестил руки на груди, отчаянно сожалея о том, что в мой кабинет вторглась официантка Света, а не та смущённая администраторша. Карина… Это имя никак не вязалось в моей голове с внешностью стройной и весьма привлекательной девчонки. Светловолосая, большеглазая и какая-то испуганная. И чем она так зацепила меня? Да, в моём представлении имя Карина было более подходящим для девушки с восточными корнями, кареглазой, с копной тёмных волос. Отчего-то оно казалось мне чуждым для той пугливой блондинки, взиравшей на меня, словно я герой, сошедший со страниц книги с её любимым романом. Хотя… быть может, я сам себе всё это придумал?

Усмехаясь собственным мыслям и так некстати разыгравшемуся воображению, я вышел из кабинета, направившись в сторону банкетного зала, в котором сейчас царил бизнес-ланч. Видимо, ресторан Даниза пользуется высоким спросом, раз здесь так многолюдно. Замерев у входа, я пытался отыскать глазами свободный стол, подумав о том, что стоило бы мне перекусить в кабинете. Однако развернуться и уйти не успел, впившись взглядом в спешащую мне навстречу Карину. Блондинка подошла ко мне, смущённо улыбаясь, обдав ароматом сладко-приторных духов с удушающим ванильным шлейфом.

– Амир Давидович, идёмте со мной, я провожу вас к накрытому столику.

– Да, Карина Вадимовна, – скривил я губы в насмешливой улыбке. – Карина… А ведь мне казалось, я чётко дал тебе понять, что хотел бы перейти на «ты».

Щёки девушки вспыхнули пунцовым румянцем.

– Светлана уже всё приготовила для вас, – не в тему пролепетала она. – И… мы ведь на работе, а значит, должны соблюдать субординацию…

– Это единственная причина, которая смущает тебя?

Карина молчала, смотря на меня широко распахнутыми глазами.

– Составишь мне компанию за обедом? – подмигнул ей, ожидая положительного ответа, но она снова меня удивила.

– Я на работе… – дрогнул её звонкий голос.

– В этом мы с тобой схожи. Я вроде как тоже выполняю здесь рабочие обязательства, – зачем-то попытался поддеть Карину.

– Амир Давидович, вы ведь мой босс…

– Разве это является препятствием для непринуждённого общения между нами?

– На рабочем месте недопустимы неуставные отношения. Даниз этого не поощряет.

– Какая ты правильная, Карина. И никак-то к тебе не подступишься. Быть может, я просто не нравлюсь тебе? Потому и строишь из себя недотрогу.

Пробормотав что-то нечленораздельное в ответ, хрупкая блондинка потупила взор и, оставив меня у накрытого стола, поспешила уйти. Я проводил её внимательным взглядом, по достоинству оценив длинные стройные ноги, которые будоражили моё разыгравшееся воображение. «И почему Карина ходит на работу в таком донельзя коротком платье?» – задался я неожиданным вопросом, с изумлением ощущая закипающую в груди… ревность? Стоп! Какое мне вообще до этого дело? Пусть её мужчина озаботится этим вопросом. Интересно… есть ли у неё кто-то? Словно наяву я представил рядом со Светловой какого-то левого мужика, чувствуя, как из глубины души на волю вырывается поток неконтролируемой злости. Да что, чёрт побери, со мной происходит? С какого перепугу эта любительница мини вызывает внутри меня столь противоречивые чувства? Чем же она смогла зацепить такого отъявленного ловеласа, как я? Сердце в груди забилось быстрее. Неужели я так глупо попал?

На протяжении обеда я не сводил с неё глаз. Смотрел, как Карина встречает гостей, как улыбается им, и сходил с ума от неизведанных доселе чувств, что захлестнули меня подобно гигантскому цунами. Не сдержался. Закончив трапезу, подошёл к бармену, который заискивающе улыбался мне. Поболтав с парнем ни о чём и обо всём, попросил рассказать в двух словах о тех, кто здесь трудится. В процессе разговора ненавязчиво поинтересовался ЕЁ личной жизнью. Вадим не заставил просить себя дважды, бесхитростно разболтав о многом. Оказалось, Карина Светлова глубоко и безнадёжно замужем. Этой на первый взгляд юной блондиночке уже исполнилось тридцать лет. Значит, она значительно старше меня…

Супруг Светловой в рассказе Вадима представал сумасшедшим ревнивцем, который искренне обожал свою жену и готов был разорвать любого, кто осмелился бы на неё посмотреть косо.

«Значит, здесь мне ничего не обломится», – неожиданно подумал я. Только вот это не повод унывать. «Ну и ладно! Переживу!» – разве в этом огромном мире мало симпатичных девушек, достойных моего внимания?

***

Устало разбирая бесчисленные бумаги, я и не заметил, как быстро пролетело время. Настенные часы показывали восемь вечера. Наверное, пора закругляться на сегодня. Сейчас поужинаю и поеду домой, осваивать своё новое жилище. Набрав внутренний номер бара, попросил Вадима, чтобы мне принесли в кабинет пару мясных блюд и горячий чай с чабрецом.

Не прошло и тридцати минут, как двери кабинета распахнулись, и моему взгляду предстала Катерина, толкающая перед собой сервировочную тележку. Приблизившись, она привычным движением подхватила поднос и поставила его передо мной. При этом девушка весьма эффектно склонилась, показав во всей красе великолепную упругую грудь, что так и норовила выскочить из глубокого декольте.

И на что она рассчитывает? Неужели на то, что я поведусь на красивые сиськи и возьму её прямо здесь, на рабочем столе? Или девчонка рассчитывает на нечто большее, вознамерившись захомутать меня? Так не на того напала! Меня никогда не прельщала лёгкая доступность. Единственное, что я могу ей дать – это ни к чему не обязывающий одноразовый секс. На большее она и не тянет.

– Амир Давидович, – проворковала девушка, не изменяя позы, – может быть, вы ещё чего-то желаете? Чего-то особенного… – томно протянула она, сделав глубокий вдох.

– Ты свободна, Катя. Посуду пусть заберёт Карина, минут через двадцать.

Её явно покоробило то, что я не повёлся на показанные мне «прелести».

– Она администратор, и в её обязанности не входит…

– Я сказал, Карина!

– Да, конечно. Извините, Амир Давидович.

На лице смазливой официантки отразилось недовольство, смешанное с глубоким разочарованием. Она бросила на меня быстрый взгляд, прежде чем выскользнуть из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь. Я остался один в тишине, которую нарушал лишь мерный ход настенных часов. Вздохнув, придвинул поднос ближе к себе и принялся за еду, стараясь сосредоточиться на вкусе блюда, но мысли то и дело возвращались к только что произошедшему диалогу.

Ровно через двадцать минут, дверь несмело распахнулась, явив передо мной уставшую за день Карину.

– Амир Давидович, Катюша сказала, что вы желаете меня видеть?

– Забери, – кивнул я на пустые тарелки, злясь на девушку за то, что она вновь решила показать мне границы дозволенного.

– Да, конечно, – не стала спорить Светлова.

Приблизившись, она взяла в руки металлический поднос и аккуратно поставила его на тележку. Развернувшись, направилась к выходу. В этот момент мне захотелось вскочить с места, догнать девчонку и крепко обнять, прижав к себе. Я хотел почувствовать тепло Карины, её дыхание, запах. Я хотел, чтобы она знала, что я здесь, рядом. Однако я словно окаменел и не мог пошевелиться, не мог произнести ни слова. Просто сидел и смотрел, как Светлова уходит, вызывая в душе неясную лавину чувств, которые я не мог распознать.

Впервые в жизни мне хотелось кого-то оберегать, защищать от невзгод и опасностей. Я отчаянно желал быть её опорой и поддержкой. Но самое главное, я всё больше понимал, что меня непреодолимо влечёт к этой женщине. И это было отнюдь не физическое притяжение, а что-то более глубокое, что-то, что связывало нас на каком-то подсознательном незримом уровне.

Что же это? Обычная похоть или рождение чего-то большего? Я не знал ответа на этот вопрос, но чувствовал, что это нечто важное, то, что в скором времени изменит мою жизнь навсегда.

Карина ушла, а я всё сидел, задумчиво глядя на деревянную лакированную дверь, не понимая того, что со мной происходит. Надо же было в самый первый день встретить ту, что никак не выходит из головы. Чужую жену, которой никогда не стать моей… Но всё-таки… Как же она красива!

Глава 4: С чего начинается любовь?

В ресторане яблоку негде было упасть. Сегодня здесь праздновали пышную свадьбу. Один из друзей Даниза выдавал замуж свою единственную дочь. Народу было столько, что у меня кружилась голова от калейдоскопа лиц, сменяющих друг друга со скоростью света. Хмельное вино лилось бесконечной рекой, звучали красивые народные песни в исполнении гостей, а скромную невесту осыпали дорогими подарками и живыми цветами.

Чужой праздник не вызывал у меня раздражения, но накопившаяся усталость давала о себе знать. Я чувствовала, как она медленно, но верно сковывает меня, лишая сил. В такие моменты я искала возможность немного передохнуть. Улучив свободную минутку, я выбегала на балкон, который находился в дальнем конце длинного коридора.

Свежий воздух, наполненный ароматами цветущих деревьев и зелени, немного отрезвлял меня. Порывы ветра приятно касались разгорячённого лица, и я чувствовала, как усталость отступает. В такие моменты мне казалось, что я могу справиться с чем угодно.

После каждого «забега» на балкон я возвращалась в шумный зал, где веселье не утихало ни на минуту. Люди смеялись, танцевали и разговаривали, а я старалась продержаться до следующей «вылазки», чтобы вновь ощутить этот короткий глоток свободы.

Веселье было в самом разгаре, хотя и началось в три часа дня, однако конец его, увы, не близился.

Амир лично встретил новобрачных, однако, поздравив их и пожелав семейного счастья, он удалился в свой кабинет. Видимо, его тоже тяготили шумные мероприятия. Жаль, я не могла последовать его примеру.

С тех пор как новый директор принял на себя бразды правления, прошёл целый месяц. Те чувства, что я испытала при нашей первой встрече, никуда не исчезли, правда, я научилась их мастерски скрывать, стараясь как можно реже контактировать с мужчиной, занимавшим все мои мысли. Меня по-прежнему с нестерпимой силой влекло к этому человеку, только вот я не позволяла себе перейти запретную черту. Амир – моё табу. Мужчина, на которого у меня нет прав…

Наблюдая за безудержным весельем, я невольно сморщилась от внезапной головной боли и прикоснулась руками к пульсирующим вискам, осторожно массируя их.

– Что, совсем плохо? – участливо спросил Вадим. – Иди, Кара, прими какую-нибудь таблетку и выйди на улицу. Проветрись.

– Да, – рассеянно ответила я, открыв аптечную сумку, что хранилась за барной стойкой.

Плеснув в высокий стакан холодной воды, проглотила круглую капсулу и, запив её глотком жидкости, отправилась на спасительный балкончик.

Мой путь пролегал мимо кабинета Амира. Замерев у приоткрытой двери, я прислушалась, пытаясь отгадать, чем мужчина занят сейчас, но до моего слуха донёсся лишь шелест бумаги и клацанье кнопок клавиатуры.

Мне очень хотелось укрыться от всего мира и побыть рядом с ним. С Амиром. Просто сидеть рядом, чувствовать его тепло, слышать голос, который проникал в самое сердце, заставляя его биться быстрее. Однако, это было непозволительной роскошью. Для меня…

Правильно тогда сказала Катька, такие, как Амир, никогда не свяжут свою жизнь с такими, как мы. Все мои страдания и надежды напрасны. Тогда зачем тешить себя несбыточными мечтами?

Печально вздохнув, я отпрянула от двери и твёрдым шагом направилась в сторону балкона. Вечерняя прохлада тут же приняла меня в свои объятия. Обхватив ладонями круглые перила, я сделала глубокий вдох. Зябко поёжившись, прикрыла глаза, предоставив свои волосы в полное распоряжение лёгкого ветерка, что трепал их, создавая немыслимую причёску.

– А что это за цыпочка тут притаилась? Уж не меня ли ты ждёшь, красавица? – громыхнул совсем рядом мужской голос.

– Извините, я уже ухожу, – стушевалась я, вздрогнув от испуга. – Не буду вам мешать, – попыталась обойти того, кто, словно статуя, замер в дверном проёме.

Сафаров Мирза. Этого человека мне сейчас хотелось видеть меньше всего. Парень был частым посетителем нашего заведения, но самое главное… Я боялась его, как огня. Он давно уже перебрал всех официанток, и, видимо, сегодня чести быть с ним удостоилась и я. Отказов Мирза не принимал, считая себя эталоном и пределом мечтаний любой девушки.

– Куда намылилась, Карина? И что ты вечно убегаешь от меня? Я ведь не кусаюсь, – недобро усмехнулся он.

– Простите, мне надо вернуться в зал. Амир Давидович будет нервничать, что я покинула рабочее место так надолго…

– Со мной тебе не о чем переживать, с Ахмадовым я сам всё улажу.

– Спасибо за заботу. Пропустите, пожалуйста.

– Слушай, Светлова! Ты и вправду дура или так умело притворяешься? Вроде взрослая баба, должна на раз-два соображать, чего хочет от тебя мужик.

– Не понимаю вас…

– А так?

Сделав шаг ближе, Мирза неуловимым движением притянул меня к себе.

– Пустите, я закричу!

– Ты думаешь, кто-то услышит тебя сейчас? А, Каришка?

– Мне действительно нужно возвращаться к работе. Я не шучу…

– Я тоже! – резко произнёс мужчина, впиваясь в мои губы жёстким настойчивым поцелуем.

Пытаясь отстраниться, я что есть силы упиралась руками в его грудь, которая казалась мне сейчас грудой мышц, отлитых из стали. От Сафарова разило парами алкоголя и мятной жвачкой. Меня тотчас затошнило от отвращения.

Только вот Мирза не собирался прекращать своих домогательств. Ловко расстегнув молнию на моём платье, он одним движением стянул его до пояса и, рванув лифчик вверх, с плотоядным удовольствием уставился на мою грудь.

– Ух ты какая! – присвистнул парень, накрыв обнажённые полушария грубыми ладонями.

– Не надо… пожалуйста… прошу вас… – молила я, не прекращая своих попыток вырваться из его жёсткого захвата.

– Да не дёргайся ты! Достала! Чего ломаешься, ни разу с мужиком не была? Давай по-быстренькому перепихнёмся, и я вернусь к друзьям, а ты как ни в чём не бывало приступишь к своим обязанностям.

– Нет, – всхлипнула я, отрицательно мотнув головой.

– Слышишь, Кара? Ты кого из себя строишь? Скажешь, что никогда не ублажала своего шефа? Не поверю! Наверное, каждый день с Ахмадовым трахаешься? Так давай проверим, кто из нас круче в этом деле?

Мужчина прикоснулся пальцами к моим затвердевшим от холода и страха соскам и сжал их, заставляя вскрикнуть от боли.

Из глаз хлынули слёзы. Неужели он меня изнасилует прямо здесь, и никто не придёт на помощь? Чем я заслужила подобное отношение? Тем, что честно выполняла свою работу? Как же всё это мерзко!

– Давай, Светлова, покажи мне своё умение. Расскажи, как трахает тебя Амир?

– Урод! – прошипела я, за что тут же получила оплеуху.

– Не хочешь по-хорошему? Что же… сама напросилась!

Резко развернув меня спиной к себе, он надавил ладонями на спину, заставляя прогнуться в пояснице, и, задрав подол платья, отвёл в сторону кружевные трусики. Запустив пальцы под тонкую ткань, грубо коснулся обнажённой кожи.

Тело дрожало от неимоверного ужаса, охватившего меня. Просить у него пощады было бессмысленно. Мужчина словно обезумел. Всё происходившее было настолько гадко и неуместно, что я сомневалась, неужели всё ЭТО происходит наяву?

Глава 5: Моя…

Я сидел за столом, проверяя квартальный отчёт бухгалтера, когда почувствовал аромат её духов. Карина замерла у дверей моего кабинета, затаив дыхание. С нетерпением ожидал, что она всё-таки войдёт, однако девушка так и не решилась этого сделать. Постояв пару минут, Светлова направилась к балкону, задорно стуча тонкими каблучками. Я уже сбился со счёта, сколько раз за сегодняшний день она выходила туда.

Может быть, плохо себя чувствует? Сердце пропустило удар.

Поднявшись из кресла, я было собрался окликнуть девушку, но тут, некстати, раздался звонок от матери. Приняв вызов, справился о её здоровье и поспешно ответил на заданные вопросы. Наш разговор, как мне казалось, длился не более пяти минут. Завершив его, я кинул телефон на кипу бумаг и вышел в полумрак коридора, надеясь, что Карина ещё не ушла.

В последнее время девушка старательно избегала меня, и я абсолютно не понимал, с чем это связано. Что, чёрт возьми, происходит со Светловой?

Увидев тени, мелькнувшие за стеклом французских окон, я насторожился, переживая, что могу нарушить покой уединившихся гостей, но потом услышал ЕЁ голос, и мне напрочь сорвало планку!

Карина плакала, беспрестанно умоляя отпустить её, но какой-то настойчивый мужлан продолжал бесцеремонно лапать девушку, унижая обидными словами. Горячая кровь закипела в венах.

– Давай, Светлова, покажи мне своё умение. Расскажи, как трахает тебя Амир?

– Урод! – прошипела Каринка, за что получила звонкую пощёчину.

– Не хочешь по-хорошему? Что же… сама напросилась!

– Сафаров! Ты вконец с катушек слетел? – крикнул я, бросившись на несостоявшегося насильника. – Умение тебе показать? Смотри!

Сжав пальцы, с размаху врезал кулаком в его мерзкую рожу. Тут же добавив коленом между ног. Не ожидавший нападения Мирза согнулся пополам.

– Сука, Амир! Ты что творишь?

– Это тебя надо спросить! Мои сотрудницы – не проститутки! Как ты посмел распускать свои грязные руки?

– Что, девку жалко стало? Хочешь оставить её для личного пользования? Хорошо даёт?

– Ещё одно слово, и ты отправишься в полёт с этого балкона!

– Второй этаж, не страшно, – сплюнул он под ноги и нахально посмотрел в сторону Карины.

Девчонка была настолько напугана, что даже не пыталась прикрыть свою наготу. Её маленькие соски, сжавшиеся в горошины, дерзко торчали на округлой груди, освещаемой лунным светом. Макияж расплылся от слёз, разукрасив лицо чёрными потёками туши.

– Иди сюда, – протянул руки в её сторону.

– Амир Давидович… – всхлипнула она и бросилась ко мне, словно маленький уличный котёнок, за проходящим мимо человеком.

– Тише, малышка. Ничего же не произошло? Я рядом, – одёрнув задранное платье, прижал дрожащее тело к себе.

Через тонкую ткань рубашки ощутил твёрдость сосков. Скулы свело от дикого желания обладать Кариной. Даже такая, зарёванная и потерянная, она привлекала меня, как никто иной.

– Какие нежности, Амир! Ты бы сразу так и сказал, что Светлова – твоя подстилка. Я бы уважил земляка, не тронул её. Не такая уж важная птица…

– Заткнись, Мирза! Не нагнетай!

– Амир Давидович, мне страшно…

Карина подняла глаза и посмотрела так отчаянно, что у меня перехватило дыхание. Подняв девушку на руки, я поспешил уйти, чтобы как можно скорее избавить её от похотливого взгляда Сафарова.

Войдя в кабинет, первым делом запер дверь на ключ и только потом позволил себе опустить на пол драгоценную ношу. Стараясь не смотреть на аппетитную грудь девушки, натянул на плечи платье, застегнув молнию. Подойдя к шкафу, взял пачку влажных салфеток и, развернув затихшую девчонку лицом к себе, тщательно стёр следы расплывшейся косметики.

– Карина… Ты в порядке?

– Амир Давидович… – вновь завела она свою пластинку.

– Амир… Для тебя я хочу быть просто Амиром.

– Амир… – эхом отозвалась она, преданно смотря в мои глаза.

– Так-то лучше! – подмигнул я.

А потом произошло то, чего я никак не ожидал от этой холодной красавицы. Протянув руки, она обвила ими мою шею и, дрожа как осиновый лист на ветру, несмело прижалась к груди, уткнувшись холодным носом в вырез рубашки. Жадно втянув воздух, потёрлась щекой и протянула:

– Амир… Это имя так соответствует тебе. Повелитель… Разве у ТВОЕГО имени могло быть иное значение?

– Карина? – в неверии произнёс я.

Неужели она что-то испытывает ко мне? Отыскала значение имени. Зачем?

Проведя по щеке девушки тыльной стороной ладони, ожидал, что она отстранится, но Светлова лишь прикрыла глаза, наслаждаясь моей лаской. Стянув резинку с белокурых волос, гладил это шёлковое полотно, не в силах выпустить Карину из своих объятий. Прижавшись тёплыми губами к её затылку, вдохнул уже ставший родным аромат ванили и отчётливо понял, что она для меня не одна из многих. А одна единственная. Моя! Похоже, в свои двадцать пять я впервые влюбился, неистово и… безнадёжно!

Да, Амир! Ничего хуже с тобой не могло произойти!

Угораздило же выбрать своей дамой сердца замужнюю девушку, которая ко всему ещё и старше на пять лет. Отец никогда не одобрит мой выбор. Стоп! Неужели я думаю о том, что хочу представить Карину своей семье? В роли кого?

Видимо, вспомнив о произошедшем, девушка, не сдержавшись, громко всхлипнула.

– Я могу отвезти тебя домой, – предложил Светловой.

– Гости ещё не разошлись…

– Хрен с ними, персонала полно, справятся.

– Тогда… отвези меня к себе…

– Ты хорошо подумала, прежде чем предложить это?

– Да. Андрей в командировке, а мне не хочется сегодня оставаться одной.

– Используешь меня в качестве жилетки для утешения? – губы тронула горькая усмешка.

– Нет, Амир! Просто… не хочу расставаться со своим защитником. Это… странно?

– Карина! – выдохнул я.

Обхватив её лицо ладонями, прильнул к чувственным губам. Она потянулась навстречу, словно только и ждала решительного шага. Мои руки путешествовали по её телу, изучая каждую впадинку и выпуклость. Девушка не противилась. Моя неприступная королева сбросила с себя вуаль отчуждения и, трепетно отдаваясь ласковым прикосновениям, даже и не думала противиться неизбежному.

– Не пожалеешь? Назад дороги не будет.

– И пусть, мне будет горше в тысячи раз, если заставлю своё сердце молчать.

– Тогда… едем? – неуверенно спросил я, отстраняясь.

– Только сумочку заберу.

– Мне пойти с тобой? Или…

– Со мной!

Сердце готово было выпрыгнуть из груди от радости. Карина не хочет скрываться, она готова показать всем, что между нами не только рабочие отношения.

Довольно улыбаясь, взял девушку за руку и, накинув на плечи пиджак, вышел вместе с ней из кабинета. Спустившись в раздевалку для персонала, я остался у двери, ожидая, когда она переоденется. Боялся, что Каришка передумает, заберёт свои слова обратно и прогонит меня. Но Светлова в очередной раз смогла удивить. Прихватив сумочку и плащ, она тут же выбежала ко мне, словно и сама боялась, что может произойти нечто подобное.

– Ты не ушёл? – спросила она счастливо улыбаясь.

– А должен был?

– Я боялась, что выйду… а тебя нет…

– Зря боялась, Карина! Теперь навряд ли смогу отпустить.

Внимательно посмотрев в глаза девушки, я увидел в них искреннюю симпатию. Обняв за плечи, вывел из здания ресторана и, щёлкнув брелоком, открыл дверь авто.

– Приглашаю, Карина Вадимовна!

– Куда, Амир Давидович? – в тон мне ответила Светлова.

– В свою жизнь! – отшутился я.

Хотя, шутка ли это?

Глава 6: Однажды рискнув, можно стать счастливой… Или осторожно, опасность!

Целый месяц я старательно избегала Ахмадова, сводя к минимуму все контакты. Пыталась заглушить чувства, рвущиеся наружу. Правда, всё оказалось тщетно… Один нелепый случай перечеркнул все мои труды.

Если честно, в тот момент, я уже не ждала спасения. Я готова была крепко сжать зубы и вытерпеть унижение, но судьба решила иначе, направив Амира на мою защиту.

Я и подумать не могла, что именно он вступится за меня. Но мой Повелитель пришёл, чтобы вырвать из лап чудовища, которое умело скрывалось под человеческой личиной.

Мысли о Сафарове я гнала прочь, чтобы не портить то прекрасное чувство, что зарождалось внутри.

– Карина, тебе не холодно? – нарушил ход моих мыслей Амир.

– Нет, не переживай.

– У тебя ноги трясутся…

– Это от нервов, со мной такое бывает. Совершенно не переношу стрессы и волнения.

– Прости, что это случилось. Нужно будет нанять охрану и расставить везде камеры, чтобы впредь подобное не повторилось. Мы, кстати, приехали.

Автомобиль Амира въехал на подземную парковку нового клубного дома. Поднявшись на пятый этаж, мы вышли из лифта. Просторная площадка с мраморными стенами выглядела впечатляюще, поражая своим простором.

– Сколько же всего квартир в этом чудном доме? – удивилась я, заметив лишь две входные двери в столь огромном помещении.

– Десять, – улыбнулся Амир.

– Круто. Наверное, тут живут только богатые.

– Если честно, не задавался этим вопросом.

– Извини, лезу не в свои дела.

– Всё нормально. Проходи, Карина!

Распахнув двери своего дома, Амир пропустил меня внутрь. Повесив плащ на крючок, я сняла туфли и застыла в нерешительности, не понимая, что же делать дальше.

– Можешь пока осмотреться. А я заварю чай с чабрецом. Твоя дрожь, как вижу, не проходит…

– Если честно… мне бы хотелось поскорее принять душ, чтобы смыть с тела следы от прикосновения Сафарова, – опустив глаза вниз, вымолвила я.

– Извини, не подумал. Идём.

Достав из шкафа пушистое полотенце и одну из своих футболок, Амир вручил мне их, проводив в ванную комнату.

– Не буду мешать, Карина. Если что, зови на помощь.

– Думаю, с этим я справлюсь сама.

Зайдя в душевую кабину, установила максимальную мощность напора и встала под упругие струи. Пережитый страх с новой силой накатил на меня. К глазам подступили горькие слёзы. Я ревела, словно безутешный ребёнок, прячась от всего мира за потоками воды. Мне было нестерпимо жаль себя, и я абсолютно не понимала, чем заслужила столь пристальное внимание Сафарова. Возможно, парень просто напился и потому повёл себя так мерзко. Верить в то, что он на полном серьёзе решил домогаться меня, не хотелось.

Вдоволь наплакавшись, подумала о том, что пора бы уже заканчивать с затянувшимся принятием душа. Не ровен час, Амир войдёт сюда. Не очень хорошо, если в очередной раз он увидит меня жалкой и потерянной.

Налив в ладонь геля с ароматом мужского парфюма, я вспенила его в руках и принялась намыливать тело, особенно тщательно в тех местах, где словно огнём жгли отпечатки прикосновений Сафарова.

Ополоснувшись ледяной водой, вышла из своего убежища, наступив ногами на мягкий голубой коврик. Высушив волосы феном, облачилась в футболку Амира и, обняв себя руками, блаженно вдохнула её аромат.

Несвежее бельё не хотелось надевать на распаренное чистое тело. Тем более к этим вещам прикасались руки Мирзы. Поэтому кружевной комплект, который я так любила, был решительно выброшен в мусорное ведро.

Приблизившись к кухне, услышала нервный голос Амира. Не знаю, чем так взволновал его собеседник, но мужчина нервничал не на шутку. Мне показалось, что моё появление станет неуместным. Притаившись у стены с декоративной штукатуркой, решала, как же быть дальше.

– Почему не заходишь? – звук голоса Амира заставил встрепенуться.

– Ты был занят…

– Я лишь говорил по телефону.

– Не хотела мешать.

– Карина…

Заправив локон волос за ухо, мужчина выжидательно посмотрел на меня. Я тут же сжалась в комок. Да, мне он, безусловно, нравился, однако после того, что приключилось в ресторане, мне совсем не хотелось вновь ощутить на себе чьи-то прикосновения.

«Только не сейчас, Амир…» – повторяла я про себя.

– Ты плакала? – наконец произнёс он.

– Нет, – отрицательно мотнула головой.

– Не лги мне, Карина. Никогда!

Обняв за плечи, подвёл к кожаному диванчику и, усадив на него, поставил передо мной небольшую стеклянную кружку, над которой поднимался ароматный пар.

– Выпей, и ложись спать.

– А ты?

– Просто побуду рядом.

Мелкими глотками я пила обжигающий напиток, время от времени поглядывая на радушного хозяина. Амир с кем-то переписывался, игнорируя мой обеспокоенный взгляд. Допив чай, я выскользнула из-за стола, не желая отвлекать его. Однако моя попытка ретироваться не осталась без внимания.

– Прости, я немного отвлёкся. Ты хоть немного пришла в себя?

– Да, – ответила я настороженно.

– Тогда, идём. Я провожу тебя в спальню.

В спальной комнате Амира царили гармония и уют. Откинув шёлковое покрывало с широкой кровати, он кивком предложил мне прилечь и устроиться поудобнее. Юркнув в постель, я тут же откатилась на противоположный край.

– Не понимаю… Ты боишься меня? Сама же предложила забрать тебя себе?

– Нет… Но…

Жутко покраснев, я пыталась подобрать нужные слова, чтобы объяснить мужчине причины своего поведения. Однако Амир поспешил выйти из комнаты, не удосужившись их выслушать, резко ударив раскрытой ладонью по клавише выключател�