Я буду мстить. Книга 4. Ультор
Глава 1. Живой
– Да какого черта, Бастион?
Я даже осознать толком не успел, что это за протокол такой, когда во всем теле ощутил резкую и невыносимую боль. Она навалилась так неожиданно, что я даже сделать ничего не смог, просто замер, пытаясь не отключиться… Особенно болели ноги, руки и живот. Не знаю, как оно там было на самом деле, но кажется, с меня словно сдирали кожу. Медленно так, вместе с мышцами.
Попытался заорать и, как ни странно, получилось. Даже собственный голос услышал, причем без искажений. Очень удивился, кажется, это мой реальный – голос Артема. Не Хана. Это еще почему?
Боль как появилась, так внезапно и ушла. Странно, но никаких системных сообщений я не увидел. Только активация какого-то мутного «Омикрона».
Открыл глаза и сразу же понял, что нахожусь все в том же самом храме Бастиона. Более того, даже сто первый Киб все еще стоял с пустой трубой от РПГ-18. Стоял и не двигался. Его глаза светились красным, глядя куда-то влево… Расстояние до спятившего Киба было около двадцати метров, не больше.
Субъект «Киб № 101», кибернетический организм пятнадцатого уровня
Состояние здоровья: 221/500
Лояльность: враждебная
Статус: программный сбой, частично дезактивирован
– Ах ты, болванка херова! – закипая от нахлынувшей ярости, зарычал я, вспомнив последние моменты перед смертью.
Это он стрелял в нашу группу из гранатомета, который последние часы был при нем. Я хотел вскочить, потянуться к автомату, выпустить ему весь рожок прямо в череп – какая-то из пуль все равно пробьет и разворотит то, что заменяло ему мозги.
Ничего не вышло. Тело отказывалось мне подчиняться: ни руки, ни ноги. А еще со слухом было что-то странное. Вместе с осознанием этих фактов, краем глаза я увидел черные идентификаторы, а после изломанные и окровавленные тела остальных – Мары, Белки, Кокоса. Механика и Корсара, Марка. И даже Бочка была тут, с аналогичным темным идентификатором. Бля, собаку-то за что?
Взрывом всех их раскидало, как попало, все посекло осколками – зрелище крайне неприятное. Явно выпущенный из гранатомета снаряд был каким-то модифицированным, потому что долбануло как-то слишком уж мощно – обычный взрыв такого сделать не смог бы.
Дернулся, чуть поменялось положение – ну хоть что-то. Кое-как поднял голову и внезапно осознал, что сам я лежу чуть в стороне от группы, в луже собственной крови. Мои ноги по колено оторваны, нет правой руки. Брюхо разворочено, внутренности наружу. Кожу с лица содрало, даже кости видно.
От увиденного я мгновенно позабыл и про автомат, и про Киба. Меня порвало на куски, но я все еще почему-то жив, сознание отдельно от тела. Где же адская боль? Как объяснить ее отсутствие? Как вообще объяснить произошедшее?
А тут еще и Бастион неожиданно очнулся:
ВНИМАНИЕ!
АКТИВИРОВАН СПЕЦИАЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ «ОМИКРОН-11»
СТАТУС ВНЕДРЕНИЯ 38 %…
46 %…
Я насторожился.
Вроде бы, по ощущениям, все то же самое – никаких изменений не произошло. Да, состояние израненного тела – полный писец. Но будучи вне своего тела, я могу двигать головой, а боли почему-то нет?! Однако чуйка звенела от напряжения – что-то, на подсознательном уровне меня сильно нервировало.
СТАТУС ВНЕДРЕНИЯ 55 %…
Где-то в мозгу сильно зачесалось.
Как-то совсем несвоевременно пришло осознание того, что раз все мои друзья погибли от взрыва, то почему я выжил? И в чьем же я теле, да еще и с голосом Артема? Опять система играет? Или ее саму плющит так, что все наизнанку выворачивает?
Взгляд снова остановился на виновнике сложившейся ситуации…
– Э-э, дерьмо чугунное!? – окликнул я сто первого. – Ты меня слышишь?
Блин, хреново – я почти не слышал собственного голоса. Изначально мне показалось, будто слух только на одном ухе, но я ошибся. Это только мои мысли, которые дотошный Бастион как-то проецировал в мозг, убеждая его, что это сигналы со слухового аппарата. Как я это вообще понял?
Киб, сыгравший с нами злую шутку, словно выключенный, стоял, не двигаясь. Его глаза и идентификатор по-прежнему горели красным светом.
СТАТУС ВНЕДРЕНИЯ 72 %…
– Бастион, чтоб ты провалился! – заорал я на весь храм. Голоса снова почти не услышал, но зато я так старался, что аж закашлялся.
Зачем я это сделал? Да от безысходности. От непонимания.
Мы через столько дерьма уже прошли, чтобы спасти эту чертову систему, а Бастион все равно продолжает гадить на пути. Здесь совершенно нет никакой логики. Не мы агрессоры, а Шмель со своими Шакалами. Почему все так?
Почему этот безмозглый Киб, помогающий нам, неожиданно взял и атаковал нас?
СТАТУС ВНЕДРЕНИЯ 79 %…
И вообще, может, это изначально был такой план, а я всего лишь пешка в большой игре?
Ну нет, не может этого быть.
Киб привел нас в храм, всячески помогал, сражался за нас. Провел через стража храма, был надежным и чертовски крепким бойцом. Был поврежден, но все еще оставался автономным, выполнял задачу, поставленную самой системой. И что теперь? В один момент взял, да и уничтожил нас выстрелом из гранатомета? Тогда при чем здесь особый протокол?
На ум напрашивалось только одно, а что, если Бастион как-то взломали или в нем завелся червь? Да что угодно – итог один. Группу уничтожили.
СТАТУС ВНЕДРЕНИЯ 92 %…
99 %…
АКТИВАЦИЯ ПРОТОКОЛА ЗАВЕРШЕНА, СТАТУС 100 %.
Внезапно картинка мира передо мной потухла. Полностью. Сознание словно провалилось в кисель, увязло там. Память, чувства, мысли – все стало каким-то чужим…
* * *
Жужжание. Тихое, едва слышное.
Фоновый шум, не напоминающий ничего знакомого.
У меня не было абсолютно никаких чувств. Не было и тела…
Но вместе с этим я странным образом видел все вокруг, не ограничиваясь полем зрения. Триста шестьдесят градусов обзора – со всех сторон тьма.
А прямо передо мной висел гигантский, вытянутый кверху, но все же бесформенный пузырь светло-серого цвета. Его поверхность была глянцевой, постоянно видоизменялась. Сам он был наполнен каким-то дымом – то тут, то там вспыхивали непонятные всполохи, края то сходились, то расходились. Сам пузырь едва заметно пульсировал, словно был живым. Во все стороны от него тянулись какие-то органические отростки, частично напоминающие рельефные щупальца. Невольно создавалось ощущение, будто пузырь висит на чьих-то гипертрофированных кишках.
Чуть позднее я разглядел, что он был помещен на какую-то полупрозрачную платформу, с кучей подложек и креплений.
Те щупальца уходили во все стороны и терялись где-то в пустой темноте.
Объект «Бастион-34», самообучающаяся система 999 уровня
Состояние здоровья: Функционирует
Лояльность: не определена
Так вот оно что – передо мной и есть сам Бастион?
Неожиданно. Я бы даже сказал, крайне неожиданно. Как-то не так я представлял себе систему. А я вообще ее представлял? Гм, не припомню за собой такого. Ладно, едем дальше.
Мне бы вопросы задать, а лучше пару десятков, но как? У меня нет ни рта, ни глаз. Сейчас, я словно вырванное из тела сознание, помещенное в кокон и полностью лишенное всех возможностей… И что дальше?
– Объект № 8212… – в мои мысли словно втекли чужие, куда более сложные. Как будто смешали две жидкости, из которых одна более густая. Сам пузырь при этом чуть раздулся. – Тебе присвоен новый номер. Отныне ты объект № 1010.
– Я польщен, блин, – подумал я и удивился, насколько легко мне это далось.
– Не благодари. Ты избранный. Протокол «ОМИКРОН-11» завершает процедуру, начатую еще несколько месяцев назад. Новое имя можешь выбрать самостоятельно.
Что? Я ни черта не понял – вроде все просто, но разве с этого нужно было начинать разговор?
– Где я? – вместо имени, я задал вопрос. Хм, попробовал и понял, что слышу свой голос. – Зачем я здесь? Что происходит?
– Твой мозг слишком примитивен, чтобы во всем разобраться, но я не могу не ответить. И нет, здесь нет таких понятий как время или пространство. Ты внутри меня, а я и есть Бастион, все здесь подчинено особым правилам, которые покажутся тебе странными. Впрочем, неважно. Все, что ты видишь, сделано лишь для того, чтобы упростить процедуру твоей подготовки.
Я ждал. Уже на этом этапе мысли путались. Кажется, меня ждет что-то невероятно сложное и непостижимое.
– Откуда ты взялся?
– Название мира, откуда я попал сюда, тебе ничего не даст. Я особая, очень сложная форма жизни, которая проводила особенный эксперимент, окончившийся полной неудачей. Итог закономерен – я был переброшен сюда и стал центром, так называемой аномальной системы. Техногенная катастрофа, произошедшая здесь, стала своего рода катализатором – сложились благоприятные условия для моего развития. В нужное время, в нужном месте. Особенно помог мощный выброс радиационного излучения. Как я и сказал, благоприятные условия способствовали, но они пошли по ложному направлению, которое ранее я совершенно не предвидел.
– Продолжай…
– Из-за этого возникло много сбоев. Один из них привел к внутреннему конфликту, в результате которого внутри Бастиона, то есть меня, происходят кратковременные нарушения, одно из них – эта спонтанная атака сто первого Киба. Поясню. Я создал Кибов, чтобы они проникали в кластеры, где случались сбои и подчищали их, собирали информацию. Этот выполнял мои задачи, но вследствие сильных физических и конструктивных повреждений, потерял со мной устойчивый контакт. Нарушение поразило его в тот момент, когда он увидел вечный элемент. То же самое происходит во всей системе – сбои идут повсюду, и я ничего не могу с этим поделать. Я медленно умираю.
– А что вообще такое – вечный элемент?
– Не думаю, что тебе это нужно знать. Если упростить и опустить подробности, то эти элементы стабилизируют систему, то есть меня, предотвращая сбои. Если бы тот элемент был активирован в моем храме, могло произойти две вещи. Первое – самоликвидация. Храм просто высвободил бы всю энергию элемента, уничтожив все вокруг, а у меня появился бы новый дефект. Второе – сразу три уже существующих сбоя, были бы нейтрализованы. Ни того, ни того не случилось.
– Как-то все нелогично.
– Логика здесь ни при чем.
– И много таких элементов?
– Восемьдесят два. По количеству храмов.
– Я не понял, эти элементы что, нужно вернуть в храмы?
– Нет. Не акцентируйся на них. Это уже неважно. Процесс разрушения ускоряется…
– Тогда для чего все это? Для чего мы пытались спасти Бастион?
– Для того чтобы ты понял – я нестабилен. Во всех смыслах. Это одна из причин, по которой я не могу бороться со сбоями. По сути – они агрессоры внутри меня. Паразиты. И еще есть агрессор, который целенаправленно меня уничтожает…
Удивительно, но почему-то я не помнил имени агрессора. Я знал, что он есть. И все. Но я не помнил ни одного имени, да и свое почему-то позабыл. Но зато почему-то осознавал, что погиб от рук Киба, который оказался всего лишь программным сбоем.
– Ты большая программа?
– В некотором роде. Но это выше твоего понимания. Я оказываю прямое влияние на материю, все, что касается зданий, лесов и гор, осталось таким, каким было до появления меня здесь. Все остальное, я изменил. Это очень грубое объяснение, но только такое тебе и будет понятно. Мое влияние особое – именно поэтому ни сюда никто не может войти, ни отсюда выйти. Ты непонятным образом вышел и вошел, еще больше пошатнув мою стабильность. На все возмущения я реагирую слишком… М-м-м, слово забыл… – Бастион замялся, что стало для меня ударом. Такого я от него не ожидал.
– А техногенная катастрофа?
– Мы ушли от главной темы разговора, объект № 1010, – в голосе Бастиона послышались нотки раздражения, хотя я могу и ошибаться. – Во мне так много ошибок, что я не могу влиять самостоятельно на то, что происходит внутри. Даже сейчас, на активацию протокола я потратил так много внутренних ресурсов, что лишь сорок один процент данных работает автономно, включая сбои.
– Ты говоришь слишком запутанно.
– Разум человека примитивен, линеен. Аргх… Если агрессора не остановить, я буду уничтожен. Все находящие здесь биологические объекты с почти полной вероятностью погибнут, а все это место превратится в сплошной хаос. Мое появление не только ослабило последствия той катастрофы для остального мира, но и сохранило все биологические объекты. И есть перспективы… Ах! Чтобы тебе было понятнее, материя из моего мира словно накрыла колпаком кусочек вашего мира, поменяв в нем все, но сохранив там жизнь. Мое появление одновременно и спасение, и катастрофа.
Я не знал, что ответить Бастиону. Потихоньку, медленно, крупица за крупицей я начал понимать, что такое система. Это сложно описать, слов попросту не хватает. Но тот факт, что пузырь общался со мной ментально, смог внятно и доступно отложиться в голове, разложив объяснения по полочкам.
– И чего ты хочешь?
– Активация протокола «Омикрон» – это последний резервный способ восстановить здесь порядок. Да, Киб убил вас, но всему виной спонтанный сбой. В этом есть и положительная сторона: теперь сознание из погибшего тела можно внедрить в другое, еще живое тело. С вероятностью в восемьдесят два процента процесс будет успешным.
– А остальные восемнадцать?
– Не поддаются анализу, – пузырь вдруг сжался. – Я могу поместить тебя и сознания твоих друзей в новые тела, дать дополнительные возможности. Вы используете их и уничтожите агрессора.
– А что дальше?
– Система продолжит работу. В дальнейшем, если мне удастся стабилизироваться, я смогу влиять на материю и открыть границы. Все те, кто погиб во время техногенной катастрофы, перестанет считаться мертвым и сможет жить как полноценная биологическая единица, для которой не нужен будет мой контроль.
Вдруг резко стало темно, пузырь практически исчез. Он сдулся, вытянулся, завибрировал.
– Объект № 1010, моя структура крайне нестабильна. Пока у меня еще есть возможность, я помещу твое сознание в другое тело. Помни, останови агрессора любой ценой! Тебе нужно добраться до центра системы – там находится другая часть меня. Ее нужно перезагрузить.
– А мои друзья? Они мне нужны! – задал я последний вопрос, но ответа уже не получил.
То ли пузырь вместе с отростками начал уменьшатся, то ли я каким-то образом удалялся во тьму… Вскоре я вообще остался в полной темноте.
Не знаю, сколько прошло времени – мысли загустели, и я утратил способность говорить и мыслить. Это примерно как поместить мозг в анабиоз. Вроде бы живой, а ничего толком не работает.
ВНИМАНИЕ!
ЗАВЕРШЕНИЕ ПРОТОКОЛА «ОМИКРОН-11».
ОБЪЕКТ, ВАМ ПРИСВОЕН НОМЕР 1010. ТЕЛО ВЫБРАНО СЛУЧАЙНО.
ПРИОРИТЕТНАЯ ЦЕЛЬ: ОСТАНОВИТЬ АГРЕССОРА С ИДЕНТИФИКАТОРОМ «ШМЕЛЬ».
НАГРАДА: ВОЗМОЖНОСТЬ ПОКИНУТЬ СИСТЕМУ. ВОЗМОЖНОСТЬ РЕАНИМИРОВАТЬ ОБЪЕКТ «ЛИНДА».
Вспышка. Разом все поменялось.
– Вот дерьмо! – выдохнул я, одновременно почувствовав, что приобрел не только голос и слух, но и все остальные органы чувств. Да и тело в целом. Я получил мощную мотивацию.
Встал с удивительной легкостью. Осмотрелся – кажется, это брошенный элеватор. Остатки зерна повсюду. Все давно сгнило и рассохлось. Надо мной дырявая крыша, справа и слева стены из старого кирпича желтого цвета. Тут и там окна, заложенные мешками.
А сам я попал в тело какого-то мужика. Судя по коже на руках, мне около сорока с лишним. И я то ли армян, то ли грузин. Не разбираюсь в таких национальных тонкостях.
– Эй, есть кто? – громко закричал я, убедившись, что в голосе и вправду присутствует чужой акцент.
Ответом стала тишина.
Даже с первого взгляда было ясно, что здесь было организовано что-то вроде лагеря, с укрепленными огневыми точками. В углу помещения я увидел отгороженный мешками обжитый уголок. Справа, разглядел какой-то старый шкаф-комод с зеркальной дверью. От времени зеркало помутнело так, что через него ни хрена не разобрать. Сам шкаф уже крысы давно погрызли, но свою функцию он еще кое-как выполнял.
Также здесь стоял стол, на нем вскрытые консервы. Несколько пустых бутылок из-под водки. На полу разбитый стакан, рассыпанные семечки, обгрызенные кости. Еще сигареты, крошки. Пара сломанных стульев на полу, в дальнем углу куча прохудившихся матрасов. Какие-то черные тряпки. Справа картонный ящик, откуда высыпались разнокалиберные консервные банки. Стойка с оружием, дизельный генератор. Справа болталась пара светящихся лампочек.
Сам я был одет в грязную куртку, камуфляжные штаны. На ногах старые, потрескавшиеся ботинки со шнуровкой. На голове что-то вроде шапки. Воняло от меня знатно – алкоголем, немытым телом и еще чем-то отвратительным. Тут и там валялись гильзы, разряженные ружья. Даже один автомат.
– Эй, Гио! Ты че разорался? – послышался недовольный голос из-за шкафа.
Мгновенно напрягся – по итогу, я оказался на элеваторе не один. Черт!
И тут же успокоил себя, ведь я в другом теле. А это, скорее всего, лагерь каких-то бандитов. Наверняка на фоне рассосавшегося гона, это отребье решило устроить здесь гулянку. Ну и вот, устроили.
– Башка болит! – отозвался я, вспомнил про акцент, но это оказалось лишним.
– Давай я тебе по ней с левой дам, пройдет! Давай? Я могу, ты же знаешь! – отозвались из другого угла. Дерьмо, да сколько их тут?
– Потом, – отмахнулся я, ища взглядом более-менее серьезное оружие. – Что было-то?
С обеих сторон послышался ржач – отморозкам было весело.
– Ты спор проиграл, бутылка водки в одно рыло! Если выпиваешь и стоишь на ногах, то Глина тебе свой автомат отдает. Если нет, то ты ему свой бронник.
– И че?
– Че?
– Ну, выпил? Или нет?
– Выпил. А вот на ногах не устоял, – снова дружный ржач.
Наконец-то я разглядел идентификатор говорившего. Он был зеленым.
Объект «Кочерга», бандит девятого уровня
Состояние здоровья: 147/167
Лояльность: Положительная
– Твою мать! – пробурчал я себе под нос. – Так я один здесь такой, или кто-то из наших тоже переродился?
– Че встал? – меня грубо толкнули в сторону. Мимо прошествовал здоровенный амбал, с идентификатором:
Объект «Свинни», матерый бандит одиннадцатого уровня
Состояние здоровья: 203/208
Лояльность: положительная
От него жутко воняло чем-то знакомым. Быстро осмотрев его, понял, что тот попросту обосрался – штаны выдали. И запах.
– Тьфу, бля! Э, че, широкий?
Свинни никак не отреагировал. Вышел наружу, остановился. На пол полетела грязная шмотка. Мгновение – оттуда раздался всплеск. У них тут что, еще и бассейн организован? Вот уроды!
– Гио, бронник где? – послышался голос со спины.
Я обернулся и увидел еще одного представителя преступного мира Бастиона.
Объект «Глина», мародер девятого уровня
Состояние здоровья: 150/170
Лояльность: положительная
– Че?
– Бронник где? Ты проиграл!
Вступать в перепалку с мародером я не собирался. Ситуация не та – у меня ни хрена нет, а они вроде как, пока друзья. Разжигать конфликт из-за бронника глупо.
– Не знаю, – отозвался я. Я и вправду не знал, куда настоящий Гио его засунул.
– Э-э, че за дела?! – Глина шагнул ближе. – Гио, не борзей!
– Да я реально не помню, где его вчера оставил… – я тряхнул головой, отчего где-то в затылке противно хрустнуло.
Глина стоял с растерянным видом, сжав кулаки, а Кочерга посмеивался.
– Ну найдет, потом отдаст. Глина, че ты панихиду развел?
– А если нет?
– Лидами верну, – брякнул я.
– В жопу себе их засунь! – насупился мародер. – Че я с ними делать буду? Поблизости ни одного населенного пункта нет, торгаши разбежались. Сейчас только шмотка ценится. И стволы. А бронник-то у тебя хороший, крафтовый.
– Ладно, разберемся! – пробурчал я, двинувшись к выходу. От запаха перегара, гнили и вони немытых тел мне стало дурно. – Сейчас воздухом подышу, дальше решим.
Выбравшись наружу, я стал свидетелем того, как пара голых бандитов прыгали в огромную вагонетку с водой. Вода была грязной, от нее несло тиной. М-да, не бассейн, но для этих отморозков и такой вариант – праздник.
Я полной грудью вдохнул свежий воздух, выдохнул. Хотел открыть карту, чтобы понять, где я вообще нахожусь, но просто не успел.
– Шухер! Архиупырь, десятка! – откуда-то с крыши раздался яростный крик. В голосе часового чувствовалось напряжение и испуг. По крыше забухали тяжелые ботинки.
И спустя несколько секунд, оттуда послышалась тяжелая пулеметная очередь, а сразу после нее жуткий рев. Рев, которого я еще никогда не слышал…
Глава 2. Суровая реальность
Первая мысль – проверить оружие.
Черт возьми, должно же у меня быть хоть какое-то огнестрельное оружие? Этот жалкий бандит Гио, в тело которого я попал, должен был иметь хоть какой-то класс, специальность… Впрочем, о чем я? В Бастионе все на хрен перепуталось. Руки есть? Ноги? Ствол? Значит, беги и стреляй!
Торопливо нащупал у себя на поясе кобуру с пистолетом – хорошо, хоть какой-то огнестрел, а плохо то, что тварь, которая так ревёт, просто обязана не бояться слабенького девятимиллиметрового калибра.
Как ее там обозвали? Архиупырь? Почему десятка? Что это вообще значит, обозначение уровня?
На крыше снова ударил пулемет, но теперь он бил короткими очередями по три-пять патронов. Пока я в нерешительности торчал на выходе из элеватора, из дверного проема выскочил мокрый от пота полуголый Свинни, с помповым дробовиком в лапах. Его лицо перекосило то ли от напряжения, то ли от страха. Я едва успел увернуться, иначе он просто сбил бы меня с ног – весовые категории совершенно разные.
– Мой! – истошно заорал матёрый мародёр, на ходу запихивая патроны в патронник. – Хочу распотрошить десятку!
К кому он обращался – непонятно, скорее всего, к пулеметчику на крыше.
Архиупырь, кем бы он ни был, снова заревел, только уже гораздо ближе и ещё более яростно. Пулеметчик затих, а уже через несколько секунд он показался мне на глаза – человек просто шел по крыше, закрывая голову руками. Кажется, у него была какая-то проблема.
Объект «Снаряд», мародер-часовой девятого уровня
Состояние здоровья: 0/206
Лояльность: положительная
Пулеметчик, словно зомби, шатаясь и волоча непослушные ноги, продолжал идти вперёд. Он быстро поравнялся с краем крыши, на секунду остановился, а затем шагнул и просто полетел вниз. Я даже с десяти метров услышал хруст ломаемых костей – человек приземлился прямо на бетонные ступени. Ну, допустим, его либо ослепило, либо с головой было не в порядке, но меня больше волновал вопрос – почему, будучи еще живым, его идентификатор показывал нулевое здоровье?
– Гио! Что встал? – из дверного проема выскочил растрепанный Глина, раскладывая на ходу однозарядный гранатомёт. – Гоу мочить тварь!
А затем взял, да и швырнул мне в руки свое оружие. Это был «РПГ-18», каким ранее сто первый Киб отработал мою команду.
Я едва успел поймать брошенный гранатомет, но и то, слегка не рассчитал и треснулся зубами, разбив о корпус нижнюю губу. Рот наполнил металлический, солоноватый привкус крови. Сам Глина стянул со спины штурмовой автомат, снял с предохранителя и рванул куда-то вниз.
Застигнутые врасплох мародёры, ругаясь и выкрикивая проклятия, носились по всему элеватору и рвались в бой, а я все стоял, и не мог понять, против кого они собрались сражаться. Глянул вправо-влево – нет же никого. Отошел в сторону, все еще не понимая, откуда ждать опасности. И вдруг по крыше забухали тяжёлые шаги, отчего я даже присел, покрепче сжав гранатомет в руках. Поднял голову вверх и понял – мутант совсем рядом.
Тварь, которую хотели завалить мародеры, неожиданно спрыгнула с крыши, оказавшись всего в нескольких метрах от меня. Я дернулся, заорал, отскочил назад и остановился в нерешительности. Это была какая-то кошмарная помесь вурдалака и динозавра, она смотрела прямо на меня и не двигалась. Мне удалось ее немного рассмотреть – костлявая, тощая, серая кожа. Обтянутый тонкой кожей череп, странно деформированный, вытянутый вперёд – сплошные зубы, как у динозавра. Тело узкое, жилистое. Передние лапы оканчивались чем-то вроде когтей, больше похожих на хитиновые ножи. Идеальный хищник – таких в Бастионе полным полно. Но здесь был один интересный момент – глаза у мутанта светились мутным белым светом – совпадение или нет, но когда я посмотрел в эти глаза, мои мышцы начали деревенеть.
Осмотр противника занял всего секунду – за это время я даже идентификатор твари разглядел не сразу, так все спонтанно получилось.
Субъект «Архиупырь», заблудший мутант десятого уровня
Состояние здоровья: 429/450
Опасность: не определена
Чувствуя, что мои мышцы зажили какой-то своей собственной жизнью, я не на шутку перепугался и, резко вскинув трубу гранатомёта, выжал спуск. Хлопнуло, зашипело. Словно в замедленной съемке граната влетела в грудь мутанта, отшвырнув его в сторону и, кажется, разорвав на куски.
Нет, не разорвалось. Показалось. Я даже не выстрелил – оружие лежало на бетоне, а я зачем-то подобрал ржавый обломок трубы.
Мутант, истошно взревев, как ни в чем не бывало, изящно поднялся на уродливые лапы и на четвереньках рванул куда-то вниз, совершенно забыв про меня.
Непонятно, какие намерения были у мутанта, но он словно позабыл о цели своего визита. Так я считал, пока ему на пути попался толстяк Свинни – растерявшийся мародер все-таки успел дважды шмальнуть из своего ружья, после чего его брызжущая кровью голова покатилась по грязному бетону.
Я отбросил бесполезную трубу, хотел подобрать гранатомет, но его уже кто-то подобрал – вокруг меня пронеслись еще двое бандитов. Я схватился за пистолет. Увидел еще живого Снаряда, лежащего на бетоне с переломанными ногами и ребрами. Рядом с ним лежал «Калашников» с подствольным гранатометом.
Идентификатор показывал, что у Архиупыря ещё оставалось больше половины очков здоровья, однако его это нисколько не волновало. Мутант прыгал из стороны в сторону, рвал попадающихся по пути мародеров когтям, в некоторых вонзал чудовищные клыки. А еще он быстро регенерировал.
– Гио! – это кричал Кочерга, поливая из ручного пулемета мутанта. Он откровенно мазал, но он предпочитал не обращать на это внимание. – Гио, парализуй! Гио! Ну?
Я не мог понять, что ему от меня нужно. Разве что… Блин!
Вот баран, совсем забыл, что у меня должны быть какие-нибудь умения. Либо новые, от Гио, либо мои старые. Открыл интерфейс, сверился с меню. Первым же пунктом обнаружил какой-то паралич… Так вот что имел в виду Кочерга – у меня активный навык, позволяющий обездвиживать противника. Круто! И это у какого-то жалкого мародера?
Вычитав краткую сводку, я понял, что не все так хорошо, как мне показалось. Чтобы воспользоваться способностью, нужно держать цель в поле зрения аж пять секунд непрерывно. А учитывая, что ловкий архиупырь скакал между укрытиями как бешеная обезьяна, то применить умение было почти невозможно.
– Гио!
– Да отвали ты! Пытаюсь! – огрызнулся я, снова схватившись за автомат.
Мародеров становилось все меньше и меньше, мутант быстро сокращал их численность. Да, потрепали они его хорошо, но, кажется, Архиупырь активно регенерировал…
У Кочерги закончилась лента, поэтому мародер отшвырнул пулемет в сторону и вооружился карабином. Кажется, это был КС-22. Со всех сторон гремела стрельба, но калибр у большинства был мелким, что для такого мута было терпимым – естественное восстановление работало на пределе возможностей. Его взрывали, расстреливали, пытались бить боевыми умениями – без толку. Шкала здоровья держалась в пределах двадцати пяти процентов. А в то же время мутант не стоял на месте – он уже отработал восьмерых бандитов – больше половины от общего числа.
И тут мне в голову закралась мысль – а может, ну его на хрен, мутанта этого? Самому свалить по-тихому, разобраться в обстановке, оценить возможности нового тела, решить, что делать и куда идти дальше?
Мысли материальны – Архиупырь пропал из виду, переключившись на тех бандитов, что были с другой стороны элеватора. А я, решившись на побег, рванув прямиком к Кочерге, сорвал с его пояса гранату, выдернул кольцо и бросил ему же под ноги.
– Лич! – крикнул я, пригвоздив мародера к месту. Зачем я это сделал? Да потому, что он был единственным, кто мог помешать мне сбежать. Он уже и так косился на меня, словно что-то замышляя.
– А-а? – беспомощно замычал он.
Грохнуло. Мародера, лишенного возможности двигаться, раскидало по частям во все стороны. Да, может, и жестоко с моей стороны, но зато правильно – а то бы прилетела пуля в спину. От такого преступного контингента можно ожидать чего угодно.
Я тихо спрыгнул вниз, пробежал под стеной элеватора и нырнул в росшие слева густые кусты. За ними обнаружился дрожащий от страха Глина с разодранной рукой.
– Гио? Т-ты… – договорить он не успел. Пуля в лоб – весомый аргумент, чтобы заставить противника заткнуться. Насовсем.
Осмотрелся, прислушался. Стрельба все еще гремела, только уже куда менее интенсивно – Архиупырь почти закончил резню. Самонадеянные бандиты считали, что смогут его завалить, а вышло как раз наоборот.
Проверил шкалу выносливости – мда-а, это совсем не тело Хана, там все было куда лучше. Да и прокачал я его тогда очень хорошо. Жаль, что вмешательство Киба подсунуло мне такую свинью.
Я рванул на север, используя попадающиеся на пути кусты и камни. Не прошло и двух минут, как я удалился от полуразрушенного элеватора на пятьсот метров. Неплохо.
Стрельба наконец-то утихла: либо мутанту надоела эта забава, либо мародеров попросту не осталось. Я нырнул в ближайший куст, замер там и принялся наблюдать.
Примерно минуты полторы было тихо, когда наконец-то я заметил движение. Какой-то одинокий мародер, шатаясь, странным зигзагом бежал непонятно куда, а следом за ним по пятам, не сильно торопясь, следовал Архиупырь.
Желтый идентификатор гласил:
Субъект «Архиупырь», заблудший мутант десятого уровня
Состояние здоровья: 108/450
Опасность: не определена
Лояльность: положительная
Я опешил. С каких это пор у мутантов, по отношению к людям есть лояльность? Тем не менее руки сами потянулись к автомату с заряженным подствольником. Снял его со спины, прицелился, однако стрелять не стал – мут вдруг остановился и посмотрел точно на то самое место, где я сейчас прятался. Он не мог меня видеть – кусты скрывали надежно. Но каким-то самым непостижимым образом он меня видел.
Архиупырь взревел, рывком бросился к последнему раненому бандиту, сбил его с ног и отгрыз руку, вместе с плечом. А затем эта куча жилистых мышц костей и зубов, огромными прыжками понеслась ко мне…
Вскинул автомат, но стрелять почему-то не стал. Чуйка сработала. И это неспроста.
Мут всего за пятнадцать секунд преодолел огромное расстояние и остановился рядом со мной, уставившись жуткими глазами. Стоит отметить, что теперь они не светились белым светом, были обычными. Как у собаки. Жаль только, что это совсем не собака.
Я снова обратил внимание на идентификатор. Он был зеленым.
Субъект «Архиупырь», заблудший мутант десятого уровня
Состояние здоровья: 134/450
Опасность: не опасен
Лояльность: положительная
Это вообще как? Переобулся на ходу?
Мысли хаотично вертелись в голове, перебивая друг друга. В голову пришло совсем дикое предположение. А что если… Что если Бастион выполнил мою просьбу, и вся моя команда тоже переродилась?
Твою за ногу, да кто передо мной? Мутант или человек?
– Эй! – окликнул я заблудшего. Тот как раз отвернулся и посмотрел в сторону элеватора – там что-то дымилось. На мой голос он отреагировал странно – навострил крошечные уши и щелкнул зубами.
– Ты меня понимаешь? – спросил я, стараясь говорить как можно более уверенно. Какие чувства я при этом испытывал, сложно описать.
Упырь кивнул, а затем взял и уселся прямо на землю, явно приготовившись слушать.
– Не знаю что ты такое, но предполагаю, что ты не просто мутант, – заявил я, внимательно глядя на Архиупыря. Блин и почему его так назвали?
Тот снова кивнул.
– Я Хан! – твердо произнес я.
Бля буду, поклясться готов, мутант осклабился. Затем протянул когтистую лапу и хитиновым когтем принялся выводить что-то на влажной земле.
– Корсар! Ох ты ж епта! – прочитал я, затем выдохнул и ухмыльнулся. – М-да, не повезло тебе, мужик! Хотя, тут как посмотреть. Я – представитель хрен пойми какой восточной нации с сомнительной наружностью, обделенный силой, ловкостью и красотой, потерявший все свои умения… И Корсар, в теле опасного мутанта, которого не смогли завалить аж тринадцать хорошо вооруженных мародеров. В суровых реалиях Бастиона, даже не знаю, кому проще. Пожалуй, побыть мутантом я тоже не отказался бы.
– Где остальные? – спросил я.
Тот отрицательно качнул мордой, затем написал на земле очередное послание.
– Жрать хочу! Регенерация много энергии сжигает.
Я понимающе кивнул. А что я еще могу сделать? Предложить ему оттяпать мне руку? Теперь это уже ему придется выкручиваться и соображать, как быть в сложившейся обстановке. Хочешь жрать, иди за мясом.
Вдруг Корсар резко навострил уши, посмотрел куда-то на восток.
Я тоже забрался на камень и глянул в ту же сторону – там, в паре километрах от нас двигался одинокий БТР. Оглянулся на мутанта, спросил у него.
– Что, кто-то из наших?
Тот никак не отреагировал. Секунд десять соображал, затем поднялся на ноги и медленной рысью засеменил в том же направлении. А мне не оставалось ничего другого, как следовать за ним…
* * *
– Головная машина, вперед! – скомандовал Шмель, разглядывая свою армию.
Взревели дизельные движки, ударили в воздух клубы голубоватого дыма. Пришлось делать вынужденную остановку на одной из баз Шакалов – вышли из строя два грузовика. К тому же перед стартом, состав снаряженной колонны для прорыва внутренних границ Бастиона менялся еще несколько раз, как по количеству, так и по качеству. В итоге, на момент выхода колонна насчитывала восемь танков Т-80У, шесть БТР-80, четыре БМП-2, один огнеметный танк, два мостоукладчика, восемь пикапов, с усиленным бронированием и пулеметно-минометным вооружением. Десять грузовиков «Урал», в которых уместилось аж восемьдесят наиболее подготовленных бойцов.
Еще была командная машина, модифицированная до неузнаваемости «Сорока», в которой как раз и разместился сам Шмель. Жирный, как правая рука лидера группировки, спроектировал максимально усиленный и бронированный пикап, с КПВТ в кузове.
Границу между вторым и третьим кругом преодолели прямо через прорванный ранее Барьер. После того как гон мутантов прорвал укрепленный пост, здесь не на что было смотреть – только перевернутые, разбитые и сожженные останки техники, укреплений и сооружений. Трупов по понятным причинам здесь не осталось. Повсюду грязь, пепел…
Поразительно, но у Шакалов даже имелось два самолета-разведчика. Впрочем, один DHC-2 Beaver разбился почти сразу, налетев на какую-то аномалию в воздухе. В итоге, лишившись обоих крыльев, разведчик рухнул куда-то в болото.
– Шеф, наблюдаю к северу большое скопление мутантов! – доложил Жирный, вырвавшись вперед. – Что будем делать?
– Ерунда, наша огневая мощь размажет даже группу тварей! – отмахнулся Шмель, осматривая смонтированную на крыше «Сороки» установку «Пробоя».
Именно так ее и назвали. «Пробой». Алексей, смонтировавший то, что было, был не особо рад. И как ученый, да и как человек тоже. А все потому, что он понимал – установка некомплект, да и попала не в те руки. Для ученого вообще нет ничего хуже, когда его детище, над которым он работал в благородных целях, попадает к плохим парням. А сейчас именно так и получалось.
– Когда ты намерен ее испытать? – спросил мрачный Алексей.
– А есть предложения? – усмехнулся Шмель.
– Последствия могут быть дерьмовыми!
– Странно слышать такое от ученого. Что, док, обстоятельства?
Тот не ответил – понял, что командир Шакалов просто издевается. Настроение у него было на высоте – давно задуманный план начал реализовываться в полной мере.
– Вот на границе между третьим и четвертым кругом и испытаем. Думаю, там сейчас тоже неспокойно!
– Шеф, мы привлекли внимание! – послышался голос Жирного, – Двадцать субъектов, восемнадцатые уровни!
– Борг! Ты знаешь что делать! – скомандовал Шмель, обращаясь к командиру танкистов.
– Вас понял, приступаю!
Танки выстроились своеобразным клином, остановились, прицелились и дали плотный залп. Более половины тварей просто перестали существовать, превратившись в суповые наборы.
– Шмель! С востока приближается огромная группа мутантов. Сплошная черная масса. Уровни не разобрать! – это доложился разведчик с самолета. Позывной «Крыло». Он как раз делал большой круг, оторвавшись от основной группы на десяток километров вперед.
– Жир! У нас гости!
– Принял!
Колонна начала экстренное перестроение. Происходило это слаженно, но, конечно же, без нюансов не обошлось: у одного танка слетела гусеница, второй тупо заглох. Менее чем через пять минут Шакалы организовали круговой заслон – первыми стояли танки, за ними БТРы, а уже после пикапы.
Бойцы, вооружившись тяжелыми пулеметами и гранатометами, засели на броне, ожидая появления противника. Боевые спецы раскинули щиты, глушилки, подготовили атакующие умения. Такая стена разнокалиберных стволов остановит хоть бога, хоть черта…
– Закрыть «Сороку» колпаком! – скомандовал Шмель. – Не дай бог, потеряем ее!
Алексей понимающе хмыкнул.
– Шеф, мы готовы!
– Разведка, что впереди? – Шмель принялся вызывать «Крыло». – Самолет? Докладывай!
– Вижу большое скопление тварей, уровни двадцать пятые и выше, – пилот на несколько секунд притих, затем снова послышался его уже испуганный голос. – О, демоны!
Застучал пулемет.
– «Крыло»? Докладывай, твою мать! – взревел Шмель.
– Их тут сотни… Бля! Летающие твари! А-а, дракон… Не-ет! Хрясь… схр-срх…
Далее из рации раздавалось только глухое шипение.
– Жир?!
– Шеф, птичка все. Вижу дымный след на горизонте, вокруг него вижу что-то огромное… Блять, не могу понять, что это!
– Ну что, не самый удачный старт, да? – хохотнул Алексей, глядя на Шмеля с издевкой. – Теперь моя очередь повеселиться!
– «Пробка»! – рявкнул командир Шакалов.
Ученого отшвырнуло. Бесчувственное тело Алексея медленно сползло по переборке.
– Шеф? – поинтересовался Жирный. – Что делаем?
– Крошите все, что попадет в поле зрения! – приказал красный от ярости Шмель, сплюнув на пол. – Бастион еще не понял, с кем он связался? Так я ему покажу! Готовьте «Пробой». Жахнем прямо здесь!
Глава 3. Еще четверо
– Эй ты! А ну, стоять! – прозвучал хриплый голос откуда-то сверху.
– А?
– Чего переспрашиваешь? Глухая, что ли? – Мара была в весьма паршивом настроении.
Ну еще бы – мало просто погибнуть страшной смертью во время взрыва гранаты, так ей перепало еще и очнуться в новом теле, и не сексапильной девушки-бойца, а старого деда, прихрамывающего на одну ногу. Какое уж тут позитивное настроение?
По ощущениям сразу и не скажешь, что тебе за шестьдесят. Фантомные ощущения, перелетевшие с ее родного, старого тела, того, что с сиськами было. А вот физические возможности удручали – кости ныли, мышцы были слабые. Зато и плюс имелся – вонял дед так, что его перегар любая тварь за километр чуяла. Мара уже успела проверить этот бесплатный бонус: кикимора шестого уровня и паук-преследователь седьмого не стали тратить свое время и отправились искать другую добычу.
Разобраться в произошедшем как-то не срослось. Погибла – воскресла. Что тут думать? Бастион дал шанс, а подробности не важны.
Маргарет открыла интерфейс и ворчливо произнесла вслух:
Объект «Семенович», старый алкаш двенадцатого уровня
Состояние здоровья: 220/225
Опасность: средняя, варьируется по ситуации
Авторитет: переменный
Покопавшись в меню, девушка, точнее, уже дед… В общем, выяснилось, что способности у тела были следующие:
Довод. Навык третьего уровня. Позволял Семеновичу давить авторитетом того, с кем тот говорил. По итогу оппонент соглашался на любые требования.
Поджигатель. Навык пятого уровня. Дед мог собрать из чего угодно и всегда таскал с собой самопальные коктейли Молотова. Их можно было не только поджигать, но и употреблять внутрь. Дед «работал» на любом топливе.
Токсичный. Навык четвертого уровня. Все живое, чувствуя флюиды крепкого алкоголя, исходящие от дела, старается поскорее свалить в противоположную сторону.
Любопытно было то, что слов-активаторов дед почему-то не определил. Ну да ладно.
С момента переселения в новое тело прошло всего-то минут пятнадцать. Очнулась Мара-Семенович в каком-то подвале, заваленном пустыми бутылками и мусором. Дверь оказалась привалена чем-то тяжелым с другой стороны. Кое-как выбравшись, стало ясно – там было тело какого-то заросшего, одетого в обноски бомжа. Откуда он вообще в Бастионе взялся?
Впрочем, кого только в системе не было. Просто круги и сферы, в которых ранее вертелась Мара, исключали встречи с такими вот представителями низшей жизни.
Выбравшись из подвала, Семенович высунулся в окно и увидел девушку. Ну или женщину – со спины сложно было разобрать. Да еще и зрение было не очень.
Внешность странная – невысокого роста, в бесформенном военном камуфляже. На голове что-то вроде банданы, из-под которой торчали светлые волосы.
Идентификатор гласил:
Объект «Выдра», партизанка одиннадцатого уровня
Состояние здоровья: 199/199
Лояльность: нейтральная
– Чего надо, старый пердун? – Выдра резко обернулась и Мара-Семенович, разглядев объект спереди, нервно сглотнула.
Под слегка расстегнутым камуфляжем у партизанки явно было «что-то» пятого размера. А ведь совсем недавно и Маргарет называли сисястой. И вообще, из-за своих физических данных Мара была популярной личностью среди группировки Шакалов. Дед даже губу закусил, зачем-то ощупал свою тощую волосатую грудь, скрытую грязной рубашкой.
– Ты че, коза драная?!
– Файт! – вдруг крикнула Выдра и нырнула за какую-то бочку, стоящую посреди двора.
Семенович и понять ничего не успел, как сверху что-то затрещало. Тяжелая оконная рама фрамуги резко ухнула вниз, смачно долбанув деда по затылку. Старый охнул и поспешил убраться в помещение, при этом выхватив из-за пояса бутылку подготовленного Молотова.
– Швах!
Метко брошенная бутылка прилетела точно в бочку, разбившись о толстый металл. Тут же вспыхнуло. Выдра кубарем выкатилась из-за горящего укрытия, уже держа в руках револьвер.
– Охренел, дед? – крикнула девушка, выжимая спуск.
Выстрел.
Выстрел.
Пули лишь выбили из рамы брызги опилок.
На Маргарет вдруг накатило ощущение реальности – оружия у деда при себе не оказалось. А пробежавшись взглядом по этажу, ничего полезного не подвернулось. И это нервировало.
– Эй, сисястая! Может, договоримся? – крикнул Семенович, приблизившись к окну. Выдра была где-то снаружи и сражаться с ней желание как-то само собой испарилось.
– Ну, давай… – вдруг прилетело снаружи. – А как?
– Заходи ко мне. Оружия у меня нет, – отозвалась Маргарет.
– А коктейли?
– Я что, из ума выжила, кидать их в помещении?
Повисла пауза. Семенович вдруг осознал, что сказал о себе в женском лице. По привычке. И это не укрылось от Выдры.
– Дед, я не поняла, ты что… Трансгендер?
– Бля… Слушай, тут такое дело. Я и не дед вовсе, – Мара еще не успела обдумать все, а рот открылся сам собой. – Тут Бастион… После смерти моей… Короче, меня перекинуло в другое тело. Вот такие пироги.
Она и договорить не успела, как послышались торопливые шаги, и на входе показалась Выдра. Вид у нее был ошарашенный.
– А ну, повтори, что ты сказал, старый? – потребовала партизанка.
– Тело не мое, – буркнул Семенович. – Я баба, вообще-то.
– Как погибла? – продолжала напирать Выдра, не опуская револьвера.
– Да урод один механический… С гранатомета жахнул, – дед качнул головой в сторону. – Ну и всю мою группу…
– Мара… Ты, что ли? – прищурилась Выдра.
– Чего? – Маргарет привстала, прищурилась. – Я… Белка?
– Ну! – хмыкнула та. Опустила ствол и неуверенно шагнула к деду и тут же отшатнулась. – Фу, мать твою! Бабодед, чем от тебя так несет?
– Да это у меня способность.
Выдра, сморщив нос, рванула к Маре, попыталась ее обнять. Бабодед ответил тем же. Получилась очень трогательная картина.
Разбежались.
– Я смотрю, теперь тебя система буферами наградила? – нахмурилась Мара, указав на круглые особенности под комбезом партизанки. Белка смутилась.
– Ага, всегда такие хотела, да не повезло, – Выдра сияла. – И вообще, меня теперь все устраивает. Бастион в новое тело закинул, хорошее. Я думаю, что в чем-то он исполняет тайные желания…
– Ага, то есть, следуя твоей логике, в душе я мечтала быть старой пьянью? – возмущенно уточнила Мара, скривив морду.
Белка расхохоталась, глядя на бывшую соперницу.
– Судьба коварна.
– Ой, все! – обиделась та.
– Ладно, не злись. Попробуй еще сдохнуть, вдруг на этот раз повезет, ну?
– И не подумаю, – Мара, видимо, по привычке старого тела, сняла с пояса бутылку и приложилась к горлышку. – Ух, ядреная дрянь! Это… Вряд ли система позволит помирать просто так. И знаешь что, думаю, раз нам так повезло, то и остальные живы. Хан, Корсар. Кокос. Марк. Ну и этот, Механик, черт бы его побрал. Отвлеклись на него, а тот Киб сто первый взял да и отработал всю нашу группу. Только представь, как Шмель обрадовался, когда системный лог о кончине всей нашей группы увидел, а?
– Возможно, ты и права, подруга, – партизанка Белка согласно кивнула. – Ну а как мы остальных найдем? Нас могло раскидать по всему Бастиону, по разным кругам и секторам. Не будем же мы каждого встречного опрашивать?
– Даже не знаю.
Выдра задумалась, а затем округлила глаза и радостно воскликнула:
– О! Пойдем со мной, есть любопытная идея. Я тут в одном из зданий видела кое-что интересное и тебя туда точно пропустят! Ну, пойдем, не сцы… Да и бутылки свои прихвати!
* * *
Кокосу, можно сказать, повезло. Попал в тело молодого бойца, одного из патрульных Шакалов.
Это произошло внезапно – казалось, вот только что была адская боль развороченного взрывом тела… Потухающее сознание. Оповещение системы о ликвидации, активация какого-то «Омикрона». А в следующее мгновение он открыл глаза уже будучи в новом теле, которое оперативно предоставил сам Бастион. И, черт возьми, ума и рассудительности интрудера не хватало, чтобы понять – рандомно это произошло или все-таки существовала какая-то хитрая закономерность?!
Очнулся он прямо в кузове внедорожника, стоя за пулеметом.
Мгновенно сообразив, что ситуация нестандартная, он постарался вести себя так, как будто ничего не случилось, одновременно спешно анализируя обстановку и собственные ощущения.
Патрульный джип куда-то направлялся, явно с каким-то срочным заданием. Определить это было несложно – водитель гнал так, что джип то и дело трясло и подбрасывало.
– Шакалы… – проворчал Кокос, увидев идентификаторы сидящих в кабине противников. Они-то считали его союзником, что было странно. От системы ведь не утаишь намерения – лояльность уж точно. Хотя скрытых способностей, позволяющих замаскировать тот или иной параметр, было полно. Одно из таких умений было ранее у самого интрудера, чем он не стеснялся пользоваться.
Открыл собственный интерфейс и убедился, что его имя Мерзлый, а сам он старший стрелок, также принадлежащий к группировке, против которой еще в старом теле развернул партизанскую деятельность.
Прошло минуты четыре такой езды, как вдруг водитель, которого согласно идентификатору звали Буйволом, внезапно дал по тормозам. Кокос, в обличии Мерзлого, едва удержался, чтобы не расквасить нос и челюсть об установленный на крыше пикапа прожектор.
– Э-эй! – возмутился он, хлопнув ладонью по крыше. – Ты чего творишь?
В ответ какая-то возня внутри. Тишина. Кокос уже собирался наклониться и выяснить причину столь резкой остановки, но тут из ближайшей рощи выскочил мутант. Да какой!
Здоровый, весом в полтонны. Перемещался на мощных задних лапах, совершая грациозные прыжки. На уродливой голове, приплюснутой сверху, огромный рог. Снизу две пары рудиментарных лап, оканчивающихся когтями. Кошмарная пародия на хитрого динозавра – кого только не породил Бастион, руководствуясь только ему понятными алгоритмами.
Идентификатор мута гласил:
Субъект «Раптор», рино-рептилоид шестнадцатого уровня
Состояние здоровья: 600/620
Опасность: колоссальная
– Да твою мать! – прорычал Мерзлый, едва оценил степень угрозы.
Тварь была более чем серьезной. В одиночку с такой справиться нереально, если у тебя самого не двадцатый уровень, а рядом не лежит модифицированный противотанковый гранатомет.
Конечно, пулемет «Корд», установленный на треноге, был тоже серьезным аргументом. К тому же, в кузове пикапа было еще несколько оружейных ящиков – в них могло быть что угодно.
Кокос на мгновение замер, следя взглядом за мутантом. Тот тоже заметил пикап – прижался к земле, напрягся.
Вдруг в кабине раздался шум, лязг металла.
Окно открылось, и интрудер заметил высунувшийся наружу ствол штурмового автомата с коллиматорным прицелом. Причем непростой ствол – явно собранный крафтерами на заказ.
Противник это дело, естественно, заметил. Сжался еще больше, а затем исчез. Натурально взял и растворился в воздухе, став практически невидимым. Кое-что можно было различить с огромным трудом, но расстояние сделало свое дело.
– Хамелеон? – вырвалось у интрудера. Одновременно загрохотал автомат Шакала.
Прошла от силы секунда. Кокос шустро схватился за пулемет, привел его в боевое положение и дал длинную очередь туда, где мут был всего пару секунд назад. Судя по тому, что фонтанчики пыли, выбитые пулями из земли, ни во что не попали – раптора там уже не было.
Чуйка била тревогу. Автоматчик-Шакал, с погонялом Ведро, продолжал бить из автомата по площади. Кокос лишь на мгновение моргнул, а когда прекратил стрельбу чтобы отыскать цель, раздался страшный удар. Душераздирающий звук сминаемого металла, скрип и лязг…
Пикап едва не завалился на бок. Огромный острый рог под углом проткнул бронированную дверь, пригвоздив Шакала с автоматом к сиденью. Даже через крышу, барахтающийся среди содержимого кузова Мерзлый, краем глаза разглядел черный идентификатор.
Джип трясся, дрожал. Рог раптора застрял в броне, отчего мут оказался в невыгодном положении. Он все еще был под маскировкой – если присмотреться, то у правой двери металось какое-то полупрозрачное размытое пятно.
Водительская дверь открылась, и наружу выкатился толстый мужик, в каком-то странном механизированном костюме.
– Экзоскелет? – вырвалось у Кокоса, который едва удержался, чтобы не вылететь.
Буйвол, бросив взгляд на Мерзлого, подскочил и жирными ручищами откинул крышку ближайшего ящика. Внутри оказался шестиствольный гранатомет, обвешанный всякими дополнительными примочками. С ходу стандартную модель полицейского «Бульдога» даже не узнать.
– Че встал, отвлекай урода! – рявкнул Буйвол, хватая оружие. Его рожу перекосило от напряжения.
Кокос судорожно выдохнул, вновь схватился за пулемет. Потянул его влево, наклонил вниз. Дал короткую очередь. Половина пуль ушла в молоко, половина попала в прочнейший череп. Срикошетило. Кость по прочности не уступала танковой броне. Феноменально. И как Бастион создает таких монстров, на которых законы физики и биологии просто не действуют?
Кожа у раптора тоже оказалась непростой – вот прям только что активированное умение Мерзлого позволяло оценивать прочность брони врага и шанс ее пробития. И, видимо, неважно, органика это или нет. Правда, выяснил он это уже потом. И хотя интерфейс заботливо подсказывал, куда можно стрелять, а куда без толку, интрудер не сразу просек, что и как.
– Мач! – вдруг крикнул тяжеловес-Шакал, выскочив с другой стороны, одновременно наводя гранатомет на предполагаемое местонахождение мута.
Хлопнуло. Почти сразу же раздался выстрел.
Мерзлый, он же Кокос, словно в замедленной съемке видел, как вылетевшая из ствола граната вошла в какой-то голубоватый пузырь, повисший перед Буйволом, покрылась инеем, а затем, резко ускорившись, вошла в тело как раз материализовавшегося раптора. На мгновение повисла гробовая тишина.
Глухо булькнуло. Раптора за долю секунды начало окутывать ледяным облаком, но процесс прекратился почти моментально – граната вошла в защищенную плоть, пробила оледеневшую поверхность и взорвалась внутри.
Кроваво-ледяные брызги разлетелись во все стороны. От мута остались только массивные ноги, оторванный череп с все еще застрявшим рогом в двери и кучка бесформенных потрохов.
– Ха! – довольно воскликнул Буйвол, опуская ствол. – Допрыгался, урод?
Кокос стоял за пулеметом, затаив дыхание от увиденного. Он еще ни разу не видел ничего подобного. Комбинация глубокомодифицированного оружия и уникальной способности была просто потрясающей.
– Эй, ты чего там обделался, что ли? – из-за развороченных останков раптора показался недовольный Шакал. – Чего не стрелял сразу?
– Да пулемет этот… – спешно отбрехался Мерзлый. – Ствол перегрелся.
– Врешь! – нахмурился водила. – Так и скажи, что испугался. Ты бы этого мута легко на расстоянии удержал, двенадцатый калибр каждый десятый патрон разрывной. А теперь, по твоей вине, Краба продырявили. Ну и как мы теперь будем задачу выполнять?
«А какая у нас задача-то?» – подумал Кокос, но вслух ничего не сказал. Только плечами пожал.
– Слышь, ты странный какой-то! Тебя что, по мозгам шарахнуло? – напрягся Шакал. – Ты хоть помнишь, откуда мы выехали?
Вдруг откуда-то издалека раздался громкий рев. Буйвол мгновенно обернулся на звук, вскинув гранатомет. А Кокос, не медля, вытащил из кобуры пистолет, снял с предохранителя и навел его на жирного «союзника».
– Далеко… Так что, откуда мы ехали?
Когда тот обернулся, он с удивлением уставился на черное дуло пустынного ястреба.
– Ты охренел, щено… – Шакал недоговорил.
Бах. Бах. Бах.
Голова разлетелась, как переспелый арбуз, уцелела только нижняя половина, вместе зубами.
– Щенок это ты… – небрежно выдохнул Кокос, убирая пистолет.
Он осмотрелся по сторонам, выбрался из кузова. Тело Краба как раз рассыпалось в прах, и идентификатор рассеялся в воздухе. Добра в кабине хватало – гранаты, пистолеты, даже пара дробовиков. Ребята серьезные и какая у них была цель – теперь не узнаешь. Вроде с виду – обычные патрульные. Таких в окрестностях Цитадели разъезжало около полусотни. Вот только количество прокачанного оружия в ящиках поражало – уж не его ли они куда-то везли?
Прыгнув за руль, Кокос первым делом проверил рацию – все работало, но эфир молчал. Словно почувствовав, что ему просто необходимо это сделать, он пробежался по доступным частотам и услышал кое-что интересное:
ВНИМАНИЕ! Говорит Маргарет… Всем, кто выжил в схватке со сто первым кибом, собраться в секторе прорванного Барьера, Р-12.
У вас есть двадцать четыре часа!
Любой, не имеющий отношения к Хану, Корсару и Белке, будет уничтожен!
Повторяю, собраться в секторе Р-12, второй круг. Барьер. У вас есть двадцать четыре часа!
– Ай, хорошая девочка… – похвалил Кокос Мару, уловив скрытый смысл передачи сообщения. – Все по делу, да и понятно будет только тем, кто в курсе. И лишнего не сказала и дала понять, что посторонних там не ждут. Никто в здравом уме, тем более после гона, просто не сунется на Барьер.
Помозговав и взвесив все за и против, он пришел к выводу, что тот самый протокол «Омикрон», запущенный Бастионом, дал новое тело и другим членам команды, а значит, осталось только всех собрать. Мара хорошо придумала – общий открытый канал связи…
Сверившись с картой, Кокос довольно точно определил свое местонахождение и затем проверил доставшееся ему снаряжение Шакалов. Не побрезговал даже вытряхнуть из экзоскелета черный прах Буйвола, влезть в него самому. Благо костюм позволял подгонять размеры, хотя и ограниченно.
Оперативно заняв место водителя, Кокос выдвинулся к намеченной точке. А заодно, ознакомившись с интерфейсом и списком доступных способностей, случайно отыскал ранее невозможную функцию смены имени…
Глава 4. Меченый
Марк тоже получил новое тело.
И, пожалуй, он единственный, кого это вообще не парило. Что предыдущее, что новое – какая разница? Жив? Отлично. Сознание сохранилось – замечательно.
Что делать дальше? Решим. Главное правило – не спеши и осмотрись. Именно это было написано красной краской на грязно-белой стене.
Очнулся он в баре. Причем не в пустом, а в хорошенько набитом людьми.
В крупнейшем населенном пункте второго круга, разумеется, после «Шакальей Цитадели». Все присутствующие прятались от гона – основная масса мутантов как раз прошла в стороне.
Даже несмотря на имеющееся тяжелое вооружение, технику и довольно хорошую численность защитников, люди догадались, что раз мутанты идут мимо, то и не стоит привлекать их внимание.
А как проводят время те, кто живут последним днем? Правильно, бухают. Развлекаются. Играют в азартные игры, смотрят стриптиз. Сливают накопленные лиды.
Очнулся он так