Наконец-то я люблю

Глава 1. Марио

ДЕКАБРЬ. Италия

– Марио, как продвигаются дела?

– Все хорошо, спасибо. Сегодня прекрасная погода. Хочу в кои-то веки воспользоваться моментом и отдохнуть от дел. Так что постарайся приготовить мне лучшую пиццу, на которую ты способен, мой друг. У меня редко выпадают свободные дни. Не разочаруй меня!

– Обижаешь, друг! Сделаем все по высшему разряду!

Друг отправляется на кухню передать мой заказ, а я, глядя в окно, отдаюсь во власть размышлений. И действительно, сегодня очень необычный день. С самого утра мне взбрело в голову устроить себе выходной. Я отпустил водителя, и даже телефон, с которым практически никогда не расстаюсь, оставил дома. Разобравшись со всеми делами на виноградниках, я решил зайти и пообедать у Луиджи. Нас с ним связывает не только бизнес, но и дружба, проверенная годами. Несмотря на то, что я много лет назад покинул родные края, он всегда оставался мне преданным другом и добрым товарищем. У нас много общих воспоминаний, которые вызывают улыбку на устах: озорные игры босоногого детства; как мы стерли пару ботинок, танцуя на его свадьбе; и совершенно потрясающий момент, когда мне выпала честь стать крестным его первой дочери.

За свои пятьдесят два года я многое в жизни успел. Мой чемодан воспоминаний очень колоритен и вызывает уйму разных эмоций, но главное – я чувствую себя полноценным мужчиной. Пожалуй, именно из-за возраста я особенно ценю хороших и преданных людей, с чистым сердцем и добрыми намерениями. Мир многолик, и все люди, которые приходят в нашу жизнь и уходят из нее, преподносят нам опыт (будь он хороший или плохой), и только избранные остаются с нами надолго.

Я родился в маленькой деревушке вблизи Неаполя, расположенной на берегу Тирренского моря. Сейчас это довольно популярное, красочное место для туристов. И замечательная возможность для вложения средств в дорогую недвижимость с прекрасным видом на побережье. Раньше оно служило пристанищем для бедных, но очень гордых рыбаков и виноделов, довольствующихся малыми крохами, которыми едва могли прокормить семью в течение всего года. Прогресс он таков – меняет невзрачные, на первый взгляд, места до неузнаваемости, хоть это и не всегда хорошо. Спокойствие и дружелюбие тоже быстро растворяется в толпе незнакомцев, не уважающих наши традиции и не желающих задерживаться здесь надолго. Правда, у каждой медали есть две стороны, и размышления, какая из них краше, могут занять жизнь, а к точному ответу ты так и не придешь.

Мои корни тоже идут от трудолюбивых работяг, у которых были лишь четыре стены и крыша над головой. Мои предки не одно поколение занималась именно виноделием. Вино. Виноград. Все мы жили этим и радовались тому, что дает Бог. Я же, к разочарованию моего деда, в свои восемнадцать лет посчитал, что этой деревни мне недостаточно. Детство было прекрасным, хотя не могу сказать, что беззаботным. Всей семьей, наравне с работниками, мы начинали трудиться на виноградниках еще до восхода солнца и до тех пор, пока его лучи не выжимали из нас последние соки. Ближе к вечеру, когда женщины готовили ужин и распевали песни, дед учил меня играть в карты и разрешал пригубить вина из бокала. Он мог часами рассказывать об этом напитке, сравнивая его со строптивой женщиной: о его характере, проявляемом в разные погодные условия, изменчивом настроении при бережном или не очень обращении. Призывал любить и уважать этот божий нектар, чтобы он радовал душу и не оставлял неприятного послевкусия. Но одной морали и энтузиазма деда мне было мало. Мне хотелось познать мир. Найти себя и понять, чего же я могу добиться, выйдя за пределы уготованной для меня судьбы.

Сначала я покинул деревню для того, чтобы поступить в армию – исполнить свой долг перед родиной. Затем, надеясь добиться своих высоких целей, которые я быстро себе наметил, я решил учиться и работать в Риме. В этом прекрасном городе, открывающем двери перед столькими возможностями. Там я познакомился с милой и ухоженной римлянкой. Чего душой кривить, я потерял голову от ее красоты. Наш роман оказался очень бурным, и уже совсем скоро она забеременела. Я как настоящий мужчина взял на себя всю ответственность и женился на ней, а вскоре у нас родилась прелестная дочь.

Оглядываясь назад, я не могу сказать, что безумно любил свою первую жену Лукресию. Скорее я ее уважал. Годы шли, страсть угасала, но не это было самым страшным. Взаимопонимание убегало из нашего дома как песок сквозь пальцы, и незаметно для нас наш брак стал держаться исключительно на долге перед дочерью. Как сын, выросший без отца и воспитанный матерью, которая из кожи вон лезла, чтобы исполнять роль обоих родителей, я даже мысли не мог допустить, чтобы бросить своего ангелочка, совсем не виноватого в том, что его родители поспешили в своих действиях. Я поклялся, что мой ребенок не будет расти один и не узнает этой печали и чувства брошенности. Но не уверен, что поступил правильно. Разлад между матерью и отцом не стал лучшим показателем дружной семьи.

Моя молодая жена с самого начала отношений не захотела переезжать на мою родину. Она открыто заявила, что не родилась для того, чтобы просыпаться с петухами и жить там, где каждый все друг о друге знает. Деревенский устой, в котором приходится здороваться со всеми встречными, был ей не по душе. На контакт с моей родней Лукресия шла лишь по принуждению, после долгих скандалов. Таким образом мы остались жить в Риме, изредка навещая мою семью по удобному случаю. Но чаще всего я брал дочь и приезжал с ней к родным на выходные, без жены.

Глава семьи, мой дед, не был доволен моей семейной «идиллией», но он души не чаял в своей единственной правнучке, так что относился ко мне благосклонно. Лишь иногда недовольно качал головой и цокал языком, говоря, что это несчастье, что настоящие итальянские семьи так не живут. А мужчина, проживший свою жизнь без любви, даже если его окружают тысячи людей, в конце концов превращается в одинокого волка с черствым сердцем и заржавевшей душой.

Последнее время я все чаще вспоминал слова мудрого деда. И как бы ни хотелось признавать его правоту, я должен согласиться с его выражением.

Когда дочь еще была совсем крохой, он скончался и весь винный бизнес перешел к его единственной наследнице – моей матери. Она, будучи истинной дочерью своего отца – строгой женщиной с сильным характером, – еще долго продолжала семейное дело.

Когда дочери исполнилось двадцать лет, жить с Лукресией стало совершенно невыносимо. Я всегда хранил ей верность, думаю, как и она мне. Но нас уже много лет вовсе не тянуло друг к другу, а общение и совместно проведенное время тяготило с каждым годом сильней и сильней. Ее единственным интересом стала ее идеальная внешность и положение в высшем обществе. Она перестала улыбаться, дабы не заиметь новые морщинки. Посещения показов мод, ношение брильянтов и постоянная смена дорогих автомобилей создавали картину, к которой она стремилась всю жизнь. Но с каждым днем жена забывала про человеческие качества и другие ценности жизни. И однажды моему терпению пришел конец.

На торжестве в честь ее сорокалетия, желая привлечь к себе больше внимания, она с большим скандалом и слезами на глазах во всеуслышание заявила мне, что потратила на меня свои лучшие годы жизни, что именно по моей вине она никогда не была по-настоящему счастлива. Затем хладнокровно добавила самый неприятный факт: «Если бы не деньги, я бы уже давно тебя оставила».

На следующее утро она как ни в чем не бывало пила свой кофе, сидя на веранде, и листала журналы с подробностями нашей «семейной драмы». И все это ради пиара. Жертвы психологического насилия были в цене у журналистского мира, так что высказанное ею накануне под действием шампанского принесет ей только положительный результат.

Она даже не спросила моего мнения по этому поводу. Жалеть о сказанном и просить прощения за истерику тем более не входило в ее планы. Позор, пережитый мной и дочерью, был для нее лишь всласть. И я в одночасье прозрел, что больше не узнаю свою милую Лукресию, у которой до нашей встречи не было ничего за душой. Хладнокровный монстр, в которого она превратилась, хоть с идеальной красотой по канонам современной моды, уничтожил последние крупицы моих к ней чувств. Что можно было сделать после такого? Это была моя точка невозврата. Выход из ситуации оставался один: уже на следующей неделе, отписав ей половину нашего состояния, я принес ей документы на развод по обоюдному соглашению.

Лукресия никогда в своей жизни не работала. Она бы не справилась ни с каким бизнесом. Да и не хотела она начинать трудовой путь независимой и самостоятельной женщины. Поэтому она некоторое время капризничала, а посовещавшись со своим адвокатом, поняла, что мое предложение более чем щедрое. Да и потеряет она больше, если решит начать судебную тяжбу. Она согласилась и подписала соглашение без лишней нервотрепки, оставшись в итоге жить в Риме, в нашем прежнем доме, а я снова вернулся в родные края…

Жаль признавать, но я явно где-то что-то упустил. Как бы я ни старался воспитывать дочь, прививая ей понимание семейных ценностей, самоуважение и стремление к своим целям, в последнее время начинал замечать, что она становится полной копией своей матери. Живя за мой счет, дочь интересовалась лишь модой, сплетнями и социальными сетями, утверждая, что будущее за блогерами. Я мало чего понимаю на этом поприще, так что не мне спорить. Поздно воспитывать взрослую женщину, раз мне не удалось сделать этого ранее.

Моя дочь никогда ни в чем не нуждалась. Я давал ей все, что мог: лучшее образование, о котором можно только мечтать, жилье в Риме, которое она бы не смогла себе позволить, занимаясь блогами хоть сотню лет. Даже предлагал стартовый капитал на развитие собственного бизнеса. Дочь хотела схитрить и согласиться на капитал, но не на работу. Так что в конце концов осталась без обоих предложений.

Деньги никогда не были моей главной целью, но, судя по всему, они меня любили. От семейного дела я тоже далеко не убежал. Уже через пару лет после развода, уйдя с головой в винный бизнес, я в разы приумножил свое состояние. И чувствовал себя более чем комфортно.

Бывшая жена быстро протранжирила хороший кусок оставленного ей пирога и решила попытаться возобновить наши отношения, наигранно заявив, что ее чувства ко мне еще не остыли и ей не нужен никто, кроме меня. Только она просчиталась: не учла тот факт, что наша разлука позволила мне многое переосмыслить. И я понял главное: несмотря на нашу основную связь, которую никогда не разорвать – нашу дочь, – я ни за что не стану возвращаться к этим токсичным отношениям. Жена однозначно никогда не любила меня, а я никогда не любил ее. И, пожалуй, никакую другую женщину тоже…

«Быть может, любовь не каждому дана?» – задумывался я не раз, стараясь оправдать свой расчетливый ум.

В мои годы я придерживаюсь правильного образа жизни: здоровое питание и хороший сон. Занимаюсь спортом и слежу за модными тенденциями, как и многие другие, уважающие свою внешность итальянцы. Я выгляжу гораздо моложе паспортных данных, из чего следует, что от дефицита женского внимания я не страдаю. Но ни одной женщине не удавалось заставить мое сердце биться быстрее, а тем более гореть сумасшедшим огнем, и заинтересовать меня настолько, чтобы пробудить дикое желание быть с ней рядом большую часть своего времени. Моя рациональность всегда побеждала над эмоциями, даже можно сказать – она им не оставляла и шанса.

Я никогда не обманывал женщин: вел себя уважительно и не давал им пустых обещаний. Красивые леди, попадая в мою постель, понимали, что следующего раза не будет. Я получал сексуальную разгрузку и не желал кого-то повторно. Лишь в редких случаях: только ради физического удовольствия – никакого другого смысла в этом не было.

За прожитые годы я научился читать людей. Я вижу их насквозь, маски не задерживаются на притворных лицах. Ничего из того, что они делают или говорят, не кажется мне чем-то новым, особенным и удивительным. Что уж говорить о типичных меркантильных чувствах женского пола? Видя в глазах женщины алчный блеск на дорогие побрякушки, мой пыл остывал с еще большей скоростью.

Иногда мне кажется, я совершенно разочаровался в обществе. Все больше и больше мне хочется оставаться наедине с самим с собой. Ну или, на крайний случай, в небольшой компании хорошо знакомых мне людей.

Как сегодня. Я решил забросить все дела на денек и пообедать у давнишнего друга в его маленьком, уютном заведении, находящемся в совершенно неприметном, старинном переулке. Об этом месте знают по большей части лишь местные жители. Туристы, замечая дорожный знак «тупик», попадают сюда очень редко. Разве что совершенно случайно заблудившиеся фотолюбители исторических зданий забредают в этот тихий уголок ради красивых кадров.

– Когда в Рим едешь? – спросил Луиджи, возвращаясь в зал ресторанчика и ставя на стол тарелочку с домашними оливками.

– Уже завтра утром.

Продолжая беседу с другом за своим столиком у окна, боковым зрением я замечаю в начале улицы привлекательную девушку, идущую в нашу сторону, и невольно начинаю наблюдать за ней.

Она выглядит так прекрасно, словно волшебная фея, вышедшая из леса. Невозможно оторвать взгляд. Неожиданно для себя я даже отключаюсь от разговора со своим собеседником.

Когда она подошла ближе, мне удалось рассмотреть ее лицо. Она оказалась совсем не молоденькой девочкой, как мне показалось ранее, глядя на ее точеную фигурку. Несмотря на первое впечатление, я с радостью заметил, что это женщина лет тридцати пяти, может, чуть меньше. Высокая, с хорошей осанкой и красивая до умопомрачения блондинка с волосами до плеч. На ней надето воздушное черное платье до колен в мелкий цветочек и черная куртка под цвет элегантных ботиночек. Так и кажется, пройди она дальше, я, как по волшебству, замечу за ней шлейф из нежных лепестков. Платье разлетается на ветру, слегка оголяя ее стройные ножки, словно взбалмошная погода с ней флиртует и пытается увидеть, что там прикрыто тонкой материей. Я засмотрелся, как красотка старается придержать край одежды, словно сражаясь с непослушным декабрьским ветром, и мечтательно склонил голову набок. Придерживая платье, совсем не стесняясь, она ругается с нахальной погодой, но при этом делает это с обворожительной улыбкой, пребывая в веселом настроении. На моем лице невольно растягивается ленивая улыбка. На секунду мне захотелось стать этим ветром и пробежаться пальцами по прекрасному и соблазнительному телу незнакомки.

От неожиданных мыслей я даже губы облизал, как довольный кот в ожидании вкусной сметаны.

Я гляжу на нее, как придирчивый режиссер, просматривающий отснятые кадры, и замечаю каждую мелочь. Девушка идет на своих высоких каблуках летящей походкой. И это в нашей деревне, славящейся совсем не удобной для такой обуви брусчаткой. Я поражаюсь ее грации, она будто парит над дорогой.

Модница явно принадлежит к категории женщин, которые уважают свою внешность. Проводят перед зеркалом не один час, тщательно подбирая каждую составляющую своего стиля, и выходят на улицу, только будучи полностью удовлетворенной своим внешним видом. Видом победительницы! Все ее поведение говорит об этом: как она ровно держит спину, как кокетливо улыбается сама себе, не нуждаясь в чьем-либо одобрении.

Впервые мне захотелось отбросить воспитанность, плюнуть на все, выйти на улицу и познакомиться с ней, или хотя бы прокричать, насколько она красива, как делают все несдержанные итальянцы. Но это совсем не мой стиль. Так что я остаюсь за столом и теперь уже вместе с другом с наслаждением наблюдаю в окно за этим прекрасным созданием Господа и за каждым ее движением.

Волей судьбы она остановилась именно напротив ресторана. С неподдельным интересом рассматривая старинную улицу, девушка достала из сумочки телефон и начала увлеченно фотографировать или снимать видео.

– Мама миа! Красивая, как Мона Лиза, – произнес друг мечтательным тоном, полностью повторяя мои мысли. – Не будь я женат и был бы моложе лет на двадцать, женился бы на ней!

– Действительно, красивая! Именно из-за таких прекрасных созданий мужчины теряют голову.

Мы одновременно выдаем довольный смешок, хотя у меня появляется странное собственническое чувство. Так и хочется прикрыть красавицу, оставив ее только для своего обозрения, что необычно для меня. Я никогда еще не ощущал таких порывов.

– Ой, Марио, смотри, Мартин едет! Этот парень за рулем будто слепой и очень невнимательный крот.

Бросая взгляд на начало улицы, я действительно замечаю маленький мопед, едущий как раз на красивую туристку. Места на проезжей части для маневра горе-водителя более чем достаточно, но я уже инстинктивно поднимаюсь из-за стола и выхожу на улицу, наблюдая за происходящим.

Как и предсказывал друг, Марио не следит за дорогой, продолжая ехать прямо на красавицу. В последний момент я замечаю, что парень не собирается менять траекторию, и у меня не остается другого выхода. Я молниеносно подлетаю к девушке со спины, хватаю ее за локоть и с силой тяну на себя, дабы уберечь от столкновения с проезжающим мопедом.

– Какого черта?! – выкрикивает она на русском языке, оказавшись прижатой ко мне вплотную, но не спешит отстраняться.

В эти секунды меня обдает жаром возбуждения. Красивая молодая женщина оказывается в моих объятиях, и я словно схожу с ума. Запах полевых цветов, исходящий от ее волос, так прекрасен, что хочется окунуть лицо в ее нежные пряди и глубоко вдохнуть. Ее мягкое и податливое тело так притягательно, что нет сил и желания отпускать ее. Но самое главное, что выбивает воздух из моих легких, заставляя неотрывно смотреть на нее, – это ее глаза! Небесно-голубые глаза с синими радужками и расширенными от удивления зрачками. В них будто заключена вся радость и секретная печаль этого мира. Они околдовали меня своей красотой за доли секунды.

Я даже не сразу смог связно ответить, будучи пораженным ее красотой. Пришлось приложить титаническое усилие, чтобы вернуть себе дар речи.

– Простите за грубость! Я не хотел сделать вам больно, просто наш местный парнишка по невнимательности едва не причинил вам вред. Я не мог позволить ему испортить эту обворожительную улыбку на вашем прекрасном лице, – произнес я на английском языке, молясь, чтобы она меня поняла.

Я и сам от себя не ожидал такой фразы: совсем не понимал, откуда взялась вся эта красноречивость. К моему глубокому сожалению, мне пришлось вспомнить о вежливости и отстраниться от девушки, аккуратно выпуская ее из своих объятий. Клянусь небесами, еще минута – и я бы нагло поцеловал красотку! Даже если бы она после этого влепила мне заслуженную пощечину. Ее пухлые губы кораллового цвета просто напрашивались на то, чтобы их попробовали на вкус.

Ух… у меня такой реакции на женщину за всю жизнь не было! Я снова ощутил себя неопытным юнцом. Пришлось даже головой встряхнуть, чтоб развеять возникшие пошлые мысли.

– Нет, что вы! – ответила девушка потрясающим голосом. – Спасибо вам за мое спасение! Провести отпуск в итальянской больнице в мои планы точно не входило! Кстати, очень хорошо, что вы говорите на английском. Мой итальянский только на начальной стадии. Не думаю, что у меня вышла бы сейчас связная речь.

– Вы учите итальянский? – удивленно спросил я, рассматривая любознательную незнакомку.

– Да, меня восхищают разные языки и культуры. В этот раз своей жертвой я выбрала Италию.

– Думаю, Италия в восторге от вашего решения, – улыбаюсь я ее слегка детскому дружелюбию и неохотно отступаю еще на один шаг. – Вы спешите?

– Не особо, – качая головой, отвечает она без всякого жеманства. – Я хотела найти милое место с настоящей итальянской кухней. Как можно приехать в Италию и не испробовать ваших блюд?

– Тогда считайте, что вы его уже нашли! – улыбаюсь я и указываю на вывеску ресторана за нами. А в дверях замечаю заинтересованное лицо Луиджи, как он машет нам рукой, приглашая зайти внутрь.

– Вы советуете это место? – прищуривается девушка, но продолжает улыбаться.

Удивительно! Даже после такого неприятного инцидента искренне добрая улыбка не сходит с ее лица. Другая бы девушка на ее месте начала истерить, кричать, возможно, даже угрожать полицией. Но не она! Она решила не портить себе настроение и продолжить день с жизнерадостным расположением духа.

– Это одно из моих любимых заведений. Я сам приехал пообедать здесь. Если хотите, я составлю вам компанию.

– Почему бы и нет? Буду рада приятному собеседнику, тем более я обязана вас отблагодарить за мое спасение.

– Вы мне ничем не обязаны, – произношу я с облегчением и протягиваю девушке руку, чтобы провести ее в ресторан.

Как только она смело кладет свои пальчики в мою ладонь, чувствую, как по телу пробегает легкий электрический разряд. Ее кожа кажется просто нереально мягкой и нежной, как маленький теплый котенок. Я снова улыбаюсь своему приятному ощущению и самодовольно замечаю, что ее щеки слегка порозовели от смущения.

Мы быстро заходим в помещение, и я перекидываюсь парой слов с Луиджи на итальянском языке. Пока друг вежливо приветствует мою спутницу, а она мило отвечает ему на ломаном итальянском, я помогаю ей снять верхнюю одежду и галантно выдвигаю стул. Поблагодарив меня шепотом и взмахом пушистых ресниц, она аккуратно усаживается и оставляет свой телефон на краю стола экраном вверх, на который тут же приходит какое-то оповещение. Она поднимает телефон, быстро просматривает сообщение и отключает звук, судя по всему, чтобы он нам не мешал.

Воспользовавшись этой заминкой, я украдкой всей грудью вдыхаю нежный цветочный аромат, исходящий от девушки. Неописуемо притягательный, но не похожий ни на один знаменитый бренд. Наслаждаюсь и осознаю, что не забуду этот запах еще очень долго. Перехожу на другую сторону стола и усаживаюсь напротив, пока девушка внимательно изучает маленький зал ресторанчика.

– Здесь очень уютно. Красивый деревенский дизайн, теплые оттенки и элементы декора, точно как в типичных итальянских ресторанах с домашней кухней. «Высокая кухня» хороша, но когда еду готовят в таких местах, то отдают своей работе частичку души – в этом есть некий особенный шарм. Кстати, меня зовут Лиза, ну или Элизабет, если вам так будет проще произносить. В прошлом я работала дизайнером, поэтому я всегда обращаю внимание на внешний вид места.

– Меня зовут Марио, и мне очень приятно познакомиться с вами, Лиза.

– О-о-о, – удивленно восклицает она, – вы хорошо произнесли мое имя, обычно для иностранцев это сложно.

– Я же итальянец, Лиза! Мы с самого детства произносим фразу «красива, как Мона Лиза». – По-мальчишески улыбаюсь, радуясь легкому смущению девушки.

– Какое интересное совпадение, – произносит она скорее себе, чем мне, словно впервые задумывается над чем-то подобным.

– Лиза, а вы откуда?

– Я русская, родилась и выросла в прекрасном городе Санкт-Петербурге. Но уже почти десять лет живу и работаю в Москве.

– Вышли замуж? – вырвалось у меня необдуманно, и я затаил дыхание, мечтая, чтобы она не оказалась замужней женщиной.

– Скорее наоборот. – Она повела плечами, выдавая скромный смешок. – До переезда я развелась с мужем, а позже вовсе сбежала в другой город ради того, чтоб начать жизнь с чистого листа, – добавила она с грустью в глазах, и я заметил, как нервно дрогнула ее рука.

– Он вас обижал?

Как бы она ни старалась утаить это, я поймал резкую перемену в ее лице. Во мне мигом проснулся итальянский темперамент, и мне захотелось найти этого человека и свернуть ему шею.

– Муж? Нет, что вы! Он очень добрый и хороший человек, мы дружили с детства. Просто обоюдно совершили ошибку: приняли дружбу и привязанность за любовь. – Она облокотилась на спинку стула и повела плечами с видом «бывает». Затем заглянула мне в глаза и задала прямой вопрос: – А вы женаты?

Я даже засмеялся в тот момент, когда она впервые без улыбки внимательно посмотрела мне в лицо. Она словно сканировала мою мимику и поведение, планируя вывести меня на чистую воду в случае малейшей попытки обмануть ее.

– Нет, Лиза, я не женат, – признался я, продолжая смотреть в ее восхитительные глаза, чтобы она проверила на мне свои женские инстинкты и удостоверилась в правдивости моих слов.

Мудрые женщины не верят словам. Лиза не исключение. Она умна. Она не только слушает, но и старается поймать любой показатель того, что собеседник может врать: отводит ли глаза, старается ли дотронуться до лица или стряхнуть несуществующий сор с одежды. Я знаю эти трюки, сам часто обращаю внимание на такие мелочи в бизнесе. Да и в личной жизни тоже… Только ни разу не замечал, чтобы меня так пристально разглядывала женщина.

Опытный картежник мог бы пустить пыль в глаза, но психология человека всегда выдаст «красные флаги», которые прагматичная женщина обязательно поймает. И она не даст себя обвести вокруг пальца. Но чаще всего это означает печальную истину – этой девушке уже пришлось сильно обжечься в жизни об чью-то горькую ложь, что и заставляет ее внимательно следить за словесным потоком собеседников.

– Просто у меня есть правило: никакого личного общения с женатыми мужчинами! – сказала она, выпрямив плечи. – Даже если это безобидная беседа с очень интересным собеседником.

– Согласен с вами. А вы? – Теперь была моя очередь «сканировать» девушку, но я все же улыбнулся, чтобы смягчить момент. – Вы замужем, Лиза? Наличие развода еще не говорит о том, что ваше сердце не покорили вторично.

– Вы считаете, я бы сидела здесь с вами, если бы меня в отеле ждал муж и дети? – Она наклонилась над столом, а ее бровь элегантно влетела вверх.

Прервав нашу шуточную зрительную дуэль, к столику совсем не вовремя подошел Луиджи, за что мне хотелось раздраженно отослать друга куда подальше. Хитро подмигивая в сторону Лизы, он представил нам предварительно заказанное мною вино.

– Хитрый старый лис! Какую красивую компанию ты себе ухватил, – смеясь, произнес друг на итальянском, одновременно разливая божественный нектар по двум бокалам сразу. – Не даю пробовать заранее, но ты не посмеешь мне сказать, что это вино тебе не нравится! Оно твое!

Глава 2. Лиза

Пока официант и, судя по всему, хозяин этого заведения наполнял наши бокалы, меня оценивали красивые карие глаза моего собеседника. Безумно красивые темно-карие глаза – цвет топленого шоколада, в котором хочется тонуть, не издавая и писка о спасении.

Марио оказался очень привлекательным мужчиной старше меня примерно на десять лет, но наша разница в возрасте совершенно не бросалась в глаза. Его потрясающая физическая форма вызывала приступ безрассудства – так и хотелось притронуться к нему.

Когда он потянул меня на себя, чтобы спасти от наезда невнимательного парня на мопеде, я сильно испугалась. Сердце забилось так, словно готово было выскочить из груди. Но довольно быстро мои мысли полностью перескочили к мужчине, который все еще крепко прижимал меня к своему мускулистому телу. Его стальным мышцам мог позавидовать любой парнишка: сильная грудь, широкие плечи. Ей-богу, приходилось контролировать себя, чтобы ненароком не пробежать по ним пальцами и проверить, насколько они идеальные, или это все моя бурная фантазия?

Хорошо, что он первый отстранился. От такой близости мысли в голове сильно спутались – летали, словно испуганные птички в клетке, и создавали много шума.

Мой спаситель был одет в классические черные джинсы, темно-серый пуловер и обут в модные мокасины. Просто, но стильно: даже окинув его быстрым взглядом, можно было понять, что все вещи знаменитых и совсем не дешевых брендов. Что мне показалось немного странным для обычного жителя такой маленькой деревушки.

Хотя откуда мне знать, может, все итальянцы хорошо следят за модой и одеваются, как только сошедшие с подиума модели?

Он оказался чуть выше меня, с учетом моих каблуков – для итальянца это высокий рост, – а еще очень красив. Темные коротко стриженные волосы, слегка покрытые сединой на висках, показались мне привлекательными. Худощавое лицо с карими серьезными глазами, смотрящими с небольшим прищуром, завораживали.

В первые минуты я заметила его милый жест: мужчина слегка сжимал свой волевой подбородок с ухоженной короткой бородой, словно сомневался, не причинил ли он мне боль своим крепким захватом. Еще более соблазнительно смотрелось, как он по-мальчишески прикусывает свою пухлую нижнюю губу. Хотя этот жест выглядел не так уж и невинно!

Стало неловко от собственной реакции. Я даже засмеялась про себя, подумав, не от воздержания ли у меня уже миражи возникли, глядя на красавца-итальянца, или это все же происходило наяву?!

Когда он заговорил, то не только удивил меня владением английского языка, но и голосом. Мужским, с легкой хрипотцой, будто все, что он говорит, уже звучит интимно только благодаря этому тону. После нескольких вежливых фраз он позвал меня пообедать в ресторан. Я с удовольствием согласилась и пошла, словно околдованная им. Я не могла сопротивляться. Все в нем показалось мне привлекательным! Голос, манящий взгляд, опрятная внешность, тренированное тело, поведение и манера говорить. Черт, даже походка…

Я полностью потеряла голову и не смогла оставить его, просто развернуться и пойти дальше. Мне хотелось познакомиться поближе, чтобы, на крайний случай, разочароваться в нем и жить дальше, спокойно осознавая, что все накачанные красавцы при более близком общении чаще всего оказываются примитивными людьми.

Марио сделал заказ, даже не соизволив спросить меня, чего именно я желаю. Я слегка насторожилась, наблюдая за таким поведением, и все не могла разобрать: неуважение ли это или чрезмерная самоуверенность. Как только обслуживающего нас мужчину унесло, словно листок попутным ветром, Марио продолжил:

– Хитро! Вопрос на вопрос. Но вы так и не ответили мне.

Он показался очень внимательным собеседником. От него ничего не ускользало, в том числе то, как пристально я слушала его, когда он рассказывал о семейном положении. Но игра в «кошки-мышки» никогда не была моей страстью. Прямой вопрос заслуживает прямого ответа. И я бы не смогла соврать собеседнику, даже если бы захотела.

– Нет, Марио, я не замужем. Такой ответ вас устраивает?

– Конечно, потому что и у меня есть правило: никакого личного общения с замужними женщинами! Даже если это безобидная беседа с очень красивой женщиной, от которой невозможно глаз оторвать.

– А вы юморист, – засмеялась я, когда он процитировал мои же слова.

– Что вы! Я очень даже серьезен. – На его привлекательном лице растянулась соблазнительная улыбка, показывающая, что он превосходно умеет блефовать, в отличие от меня.

– Хорошо, пускай будет так. – Я несдержанно подняла бокал с вином, пытаясь не сосредотачиваться на внешности мужчины, которая действовала сильней дурмана. А он хитро подмигнул, прекрасно понимая мою спешку. – За наше с вами знакомство?

– С превеликим удовольствием!

Продолжая оценивать меня пристальным взглядом сквозь черные как ночь ресницы, он невинно пригубил вино, а меня бросило в дрожь. Так и хотелось помахать рукой, чтобы унять румянец, уже проступающий на щеках.

Тем временем он продолжил:

– Расскажите, что делаете в Италии?

– Все очень просто. Я типичная туристка. Обычно мы путешествуем с моей лучшей подругой, но сейчас она не смогла поехать, и я решила, что немного одиночества мне не помешает. Отстранюсь от привычных будней, разложу мысли по полочкам.

– И как успехи с мыслями? Остаться в одиночестве, судя по всему, у вас уже не получилось.

– Похоже, и мысли спутались еще сильнее, – глядя на своего собеседника, словно мышка, околдованная коварством кота, машинально произнесла я, даже не подумав.

– И как типичная туристка проводит свои дни в Италии?

– Если учесть, что я выбрала для путешествия декабрь и на пляж пойти нет возможности… Зато я обошла всю деревушку пешком. Ноги болят, чувствую парочку новых мозолей, но я счастлива, как ребенок, попавший в Диснейленд. И нашла несколько хороших ресторанчиков! Ела, позабыв о всех диетах, и наслаждалась каждой крошкой пищи. Наснимала кучу красивых фотографий и видео…

– Вы любительница фотографировать и снимать видео?

– Грешна! Люблю. Да что тут говорить – обожаю! Иногда подумываю пойти на курсы фотографов. Не ради заработка, а для собственного удовольствия. Я с радостью пересматриваю отснятые кадры, это помогает мне набраться хороших впечатлений, даже когда на душе совсем мрачно. А потом… когда я дома просматриваю всю эту красоту, меня посещает муза – и писать становится очень легко.

– Вы писательница? – спросил он. Его элегантная бровь удивленно взлетела вверх. Мужчина отпил еще вина, с интересом ожидая моего ответа.

– Я написала пару любовных романов. – Что они эротические, я опустила. – Теперь работаю над новым. Только что-то эта книга мне сложно дается. Кажется, все уже продумала, но не хватает нужных эмоций, чтоб перенести их на страницы.

– Как это? Пожалуйста, раскройте секрет и расскажите мне, как выглядит такой процесс? Я далек от этого. Никогда не общался с писателями. Мой мир отличается от вашего, я ведь только читатель.

– Вам это действительно интересно, или вы стараетесь быть вежливым?

– Лиза, я бы не стал что-то делать и говорить просто из вежливости. Показная любезность не для меня.

– Ну тогда вы попали, Марио! Когда я начинаю обсуждать интересующую меня тему, я так увлекаюсь, что меня потом трудно остановить.

– Начинайте, думаю, я найду способ вас остановить, если захочу этого.

Его взгляд поспешно скользнул по моим губам. Почему-то я облизнула их и начала мечтать, что он имел виду поцелуй.

– Сначала в голове появляется маленький момент, – прошептала я сбившимся голосом. Сделав глоток вина, попыталась вернуть мысли к нужной теме. – Потом я продумываю, как будут выглядеть главные герои. Чаще всего я представляю себе знакомых актеров. На выбор не влияет рост и цвет волос, лишь энергетика человека, взгляд, мимика, харизма…

– Если бы я был героем вашего романа, на кого бы я бы был похож? – усмехнулся Марио.

– Джефрри Дин Морган, – произнесла я честно. – Вы же вылитый актер! Уверена, если бы я увидела вас без бороды, я бы обнаружила у вас ямочки на щечках.

– Вы мне льстите, Лиза. Куда мне до такого покорителя сердец? – Марио вальяжно откинулся на кресле, но было понятно, что ему польстило такое сравнение. Его явно забавляла наша беседа.

– Харизма, взгляд. Я об этом! – попыталась объясниться я, но вовремя поняла, что лучше этого не делать: – Хотя нет, сейчас я не об этом… В общем, дальше я решаю, кем суждено стать моей главной героине: будет ли девушка скромной и неуверенной в себе или бойкой язвочкой с острым язычком. С мужчинами проще…

– То есть вы считаете, что все мужчины одинаковые?

– Скорее всего, я описываю моего придуманного идеального мужчину, – посмеялась я. – Все ведь очень просто! Умный, обаятельный, сильный, с хорошим чувством юмора и привлекательный; но именно для моей героини. Она всегда подчеркивает в нем что-то свое – близкое, что-то особенное, заметное только ей.

– Какими еще качествами наделен ваш идеальный мужчина? – спросил Марио, слегка склонив голову, выказывая неподдельный интерес. – Он должен быть безумно богат?

– Нет, не обязательно! Мужчина должен быть целеустремленным и уметь добиваться своих целей, но это не означает, что он должен быть богатым. Как вы сами понимаете, главный герой, постоянно просиживающий зад на диване, почесывающий пузико и спорящий с телевизором, пока его жена работает для содержания семьи, мало кого возбуждает и будоражит.

– Согласен, – мило усмехнулся мужчина, явно вырисовывая в фантазии такого странного персонажа, и снова почесал бороду.

– Дальше я придумываю идеальное знакомство. Влюбляю своих героев, а потом я – как самая настоящая садистка – придумываю, как испортить жизнь моей идеальной паре. – В этот раз я выдала смешок, наблюдая за красивой непонимающей улыбкой Марио, и быстро объяснилась: – Меня так моя лучшая подруга называет, когда читает мои черновики. Звонит мне и кричит, зачем я с ними так жестоко поступаю. Но в свое оправдание могу сказать: так же я придумываю и выход из ситуации, а в конце романа оставляю их жить долго и счастливо вместе.

– Звучит все как весьма интересный и увлекательный процесс.

– Да, иногда выглядящий очень даже безумным.

Я умолчала, что, когда увлекаюсь, могу писать весь день напролет, полностью позабыв про еду и прочие человеческие нужды. А иногда сон не хочет меня посещать, пока я не доведу главу до логического заключения. И в чем оно заключается, знает только моя бурная фантазия.

Пока я увлеченно рассказывала про творческий процесс, я совершенно не заметила, что в ресторан зашли другие посетители. Обернувшись, поняла, что все столики уже заняты, а нам уже подносят две огромные пиццы, ставя их посередине стола.

– Видите? Я полностью увлеклась и ушла в свои мысли, оттого даже не заметила, что мы в ресторане уже не одни.

– Это же замечательно, что вы говорите об этом с таким восторгом. У вас глаза блестят, и это восхитительно! Миллионы жителей этой планеты делают свою работу автоматически, не испытывая никакого удовольствия. Иногда потому, что они вынуждены содержать на этот заработок семью, либо просто боятся что-то менять в своей жизни.

– Ха-ха-ха! – искусственно произнесла я. – А мне с переменами можно было бы и притормозить.

Я не особо хотела рассказывать все о своей жизни незнакомому человеку. Разговор и без того получался очень откровенный, что для меня несвойственно. Я заставила себя закрыть тему, пока не наговорила лишнего:

– Что тут у нас? – Разглядывая аппетитные пиццы, я наклонилась и вдохнула их запах полной грудью. Довольный мужчина продолжил наблюдать за моим восторгом с мальчишеской улыбкой на лице.

– Я взял на себя ответственность за наш заказ. Попросил, чтобы друг выполнил что-то особенное. Теперь у нас есть две пиццы, но с четырьмя разными вкусами. Так что у вас будет возможность попробовать все и выбрать, какая именно вам нравится больше.

– Это очень интересно, – удивилась я его предусмотрительности, отметая мысль о невоспитанности. Его поступок не казался мне неоправданно наглым или чрезмерно самоуверенным, скорее милым и заботливым.

Марио опять галантно поухаживал за мной, выложив мне на тарелку четыре разных кусочка пиццы.

– Глядя на эти большие кусочки, я вспоминаю шутку про пиццу, где девушку спрашивают, сколько кусков она осилит.

– Какую шутку? Расскажите.

– Ее молодой человек заказал две пиццы, а когда открыл, коробку обнаружил, что пиццу для его девушки доставили не порезанную. Вот он стоит и спрашивает: «Дорогая, тебе пиццу на сколько кусков резать: на шесть, или на восемь?» А она, недолго думая, отвечает: «На шесть, конечно же! Я ведь на диете, восемь кусков не съем».

– Какая умная девушка, а шутка хорошая. – Марио порадовал меня раскатистым, бархатистым смехом, от которого и мне захотелось улыбаться.

– А что насчет вас, Марио, чем вы занимаетесь? Чем зарабатываете себе на жизнь?

Я попробовала пиццу и от удовольствия закатила глаза. Как же вкусно! Первый кусочек оказался со вкусом знаменитой «Болоньезе». Я с восторгом, но очень неумело показала итальянский знак, которому меня научили в первый же день по прибытии в Италию: сжала все пальцы одной руки вместе, словно пыталась схватить очень большую щепотку соли, и немного помахала ими вверх и вниз. Марио рассмеялся еще сильней моему неловкому подражанию.

– Вкусно, не правда ли?

– Безумно вкусно! Но не уходите от ответа.

– У меня винный бизнес, – начал мужчина. – Наша семья уже не одно поколение занимается выращиванием винограда и производством вина.

– Ой, как интересно! Никогда не была на виноградниках. Мне это всегда казалось таким волшебным процессом. Все мои познания сходятся лишь к тому, что я видела в фильмах. Один из них, мой любимый, с Адриано Челентано в главной роли.

– Процесс подготовки винограда за прошедшие годы сильно изменился. Уже все автоматизировано. Но летом мы, как и в былые времена, устраиваем праздник и давим виноград ногами, по старинке.

– Замечательно. Хотелось бы хоть разок увидеть это в воочию.

– В чем проблема? Считайте, что вы приглашены на наш праздник. Остается только дождаться осени, – произнес мужчина, а меня опять бросило в дрожь от взгляда этих карих глаз, словно смотрящих тебе прямо в душу. А мысль, что мы можем встретиться снова, заставила кровь течь по венам быстрей, будоража разгулявшуюся фантазию пуще прежнего.

Так и не дав ответа моему новому другу, я быстро сменила тему. Мы разговаривали весь обед и много смеялись над нашими шутками. Время пролетело совсем незаметно, и я опять не обратила внимания, что мы остались в ресторане одни. После вкуснейшего десерта нам принесли счет, и я с грустью осознала, что скоро придется прощаться с этим увлекательным и привлекательным мужчиной.

Как только я потянула руку к карточке с листком, Марио шустро опередил меня.

– Марио, я просто обязана отблагодарить вас за свое спасение, позвольте мне оплатить счет.

– Ни в коем случае! – усмехнулся он. – Лиза, таким поведением вы просто убиваете во мне мужчину. Я никогда не позволю женщине платить за себя.

– Но это несправедливо. Я чувствую, что я перед вами в долгу…

– Вы феминистка?

От его удивленного тона я замерла и серьезно задумалась.

– Это очень интересный вопрос. Пожалуй, мой ответ больше склонен к «да», чем к «нет». Я не борюсь за тотальное равноправие, ведь даже физиологически это нереально. По этой причине существует мужской спорт и женский. В основном наша выносливость отличается, от чего вас называют сильным полом, а нас – прекрасным, чтобы не говорить «слабым». С тех пор все круто изменилось: женщины достигают успеха и тех вершин, которые ленивым созданиям мира сего и не снились. И можно поспорить, кто же стал «слабым полом». Я однозначно требовательно отношусь к мужчинам: желаю видеть уважение к женщине и ее правам во всех жизненных ситуациях. Не выношу проявления гендерной дискриминации, а также любое насилие и унижение, направленные против женщин. Правда, каждой даме хочется видеть красивое ухаживание галантного мужчины, когда он не забывает, в чем смысл этого слова и какими качествами он сам должен обладать. Ощущать рядом сильное плечо, на которое можно положиться, всегда приятно. Но, пожалуй, я отвыкла от такого… Давно не встречала человека, который соответствует этому образу. Много лет назад я ступила на путь самостоятельности: привыкла полагаться на себя и сама платить по счетам.

Высказав все как на духу, я замерла, ожидая реакции. Мне интересно, как собеседник воспримет мой честный ответ. Поймет ли, что я хотела донести, или, как многие, закатит глаза, думая, что все сказанное – лишь блажь для привлечения внимания.

К моему удовольствию, Марио просто улыбнулся и продолжил вести себя как и прежде. Оставив счет оплаченным, он поднялся, помог мне надеть курточку, взял рюкзак и предложил свое плечо. Мы распрощались с дружелюбным хозяином ресторана, бросающим на нас любопытные взгляды, и вышли на улицу. Порыв холодного ветра быстро унес мою улыбку с лица. Огорчало понимание: сейчас мы попрощаемся, Марио пойдет по своим делам, а я вернусь в свой маленький отель и начну собирать вещи.

– Что же, было очень приятно познакомиться, – начала я вежливо и нерешительно.

– Вы спешите?

– Не особо, – ответила я с надеждой в голосе и нервно покусывая внутреннюю часть губы. Необъяснимо хотелось еще хоть на чуточку оттянуть момент прощания.

– Тогда я предлагаю пойти еще в одно мое любимое место. Там вы сможете заказать нам благодарственный кофе, ну или два бокала итальянского вина. Это на ваше усмотрение.

Его предложение стало для меня большой неожиданностью. Я не могла не радоваться появившейся возможности пообщаться с обворожительным мужчиной подольше. Еще никогда я не чувствовала такого сильного притяжения к малознакомому человеку. Да и к хорошо знакомому, пожалуй, тоже.

Глава 3. Марио

Всевышний, как же не хочется выпускать эту красавицу из своих рук. Да, я даже не хочу терять ее из поля зрения. Меня словно околдовали! Хочется продолжать наше общение, держать ее поближе к себе, прижимать покрепче. Да, я уже самоуверенно начал фантазировать, как она будет извиваться подо мной в моей постели! Причем это должно произойти этой же ночью! Я буду не я, если просто отпущу ее сегодня, не добившись своего. Во мне проснулись совсем непонятные для меня до сегодняшнего дня чувства. Меня тянет к этой необычной девушке, как магнитом.

Когда мы вышли из ресторана, я с наслаждением снова поймал ее цветочный аромат. Украдкой посмотрел на ее белокурые волосы: так и подмывало зарыться в них пальцами, потрогать и убедиться, настолько ли они шелковистые, какими кажутся, или это все моя разгулявшаяся фантазия.

После одобрительного ответа на мое приглашение еще немного прогуляться, я вежливо предложил ей свое плечо. Инстинктивно захотелось помочь девушке идти по скользкой брусчатке наших обманных улочек. Ее походка просто идеальна! Она парит, словно волшебная фея и соблазнительная грациозная кошка в одном лице. Девушка совсем не нуждается в моей помощи, но, к моей огромной радости, принимает предложение и без жеманства берет меня под руку.

После полудня декабрьский ветер стал прохладней. Мы покинули теплое помещение ресторана, и ей стало зябко, отчего она инстинктивно прижалась ко мне. У меня в душе растеклось приятное тепло и маленькая гордость за такую привлекательную спутницу. Мой внутренний собственник радостно потер руки в надежде на большее. В этот момент я осознал, что отныне декабрь станет моим любимым месяцем в году!

Девушка слегка задрожала, и я все же остановился и снял свое пальто с желанием накинуть его ей на плечи.

– Нет, Марио, не надо. Ты замерзнешь! – начала сопротивляется Лиза, невинно моргая длинными ресницами.

– Не волнуйся за меня, я горячий мужчина. А вот если ты простудишься, я не смогу спокойно жить, осознавая, что это случилось по моей вине.

– Спасибо.

Девушка довольно приняла мой жест, склонила голову и аккуратно принюхалась к вещице. Она тоже, как и я, наслаждается ароматом моего парфюма, но скромно молчит, и лишь порозовевшие щеки выдают ее смущение. Между нами словно пробегает ощутимая искра, ее взгляд поднимаются, как в замедленной съемке, и она смотрит на меня с неподдельным возбуждением. А я радуюсь, как мальчишка, осознавая, что наше влечение взаимно.

Все еще держась за края пальто, я медленно, но уверенно притянул девушку поближе к себе, ожидая сопротивления. Но она, вижу, и не собирается останавливать меня. Лишь возбужденно облизывает свои алые губки и переводит горящий взгляд с моих глаз на губы. Явно не стесняясь и ожидая продолжения. Я уверенно подаюсь ближе, чувствую дыхание на коже, прикрываю глаза и…

«Биб-бип!» – раздается громкий сигнал мопеда, проезжающего мимо нас, уничтожая все притяжение, возникшее секундой ранее.

Черт! Что за день такой? Сначала благодаря глупому водителю мопеда у меня в объятиях оказывается божественная красотка, а теперь другой проклятый мопед портит мне такой момент!

Хоть я и продолжаю держать Лизу в своих руках, сладкое мгновение упущено: вздрогнув, она начинает смеяться от испуга. Потом резко придвигается и оставляет на моей щеке звонкий поцелуй. Вырывается из объятий, громко смеясь заразительным смехом, и направляется по улице вперед.

Дико захотелось догнать, прижать ее к ближайшей стене и все же украсть заветный поцелуй. Попробовать на вкус эти соблазнительные губы. Но не хотелось форсировать ситуацию и тем самым пугать девушку. У нас впереди еще половина дня и остальные дни, которые она проведет в Италии. Это мое решение, и ничто его не изменит. Теперь я ее точно не отпущу!

Нагнав ее в несколько шагов, я снова предложил свое плечо, и она с радостью на лице приняла его без глупых ужимок.

Медленным, беззаботным шагом мы идем по улочкам нашей деревушки, как назло, встречая многих знакомых мне людей. Они дружелюбно здороваются, а останавливаясь, справляются о делах всей семьи, и мне каждый раз приходится отвечать почти одно и то же.

– Это так здорово! Вы – итальянцы – очень шумные, но такие доброжелательные, – признается моя спутница с привычной улыбкой на лице и с восторгом в глазах.

– Да, тут сложно поспорить. Жизнь в маленьких деревнях именно такая. Все друг друга знают, всегда здороваются и расспрашивают о семье, как у нее дела, причем уточняя насчет трех поколений сразу, а то и больше. Тебе не кажется это глупым?

– Что ты, это классно! Я девушка мегаполиса, улыбающаяся прохожим, за что меня часто принимают за городскую сумасшедшую. Будь моя воля, я бы тоже со всеми здоровалась, но, как ты понимаешь, в Москве это будет выглядеть очень странно.

Удивительно. Обычно такие модницы, как Лиза, не видят ничего хорошего в этой спокойной, деревенской жизни, она скучна для них.

– Но врать я тоже не стану! – продолжила Лиза. – Я не знаю, смогла ли я жить бы так постоянно. Такого опыта у меня нет, – говорит она честно, будто просто размышляет вслух. – Я очень люблю путешествовать, но потом с радостью возвращаться в свою московскую квартиру. Это моя гавань, там моя энергетика, мои воспоминания. Но и Питер я люблю не меньше! Так что, скорее всего, я по натуре своей кочевник. Постоянно нахожусь в разных местах и довольна этим.

Мне нравится слушать, как она беззаботно болтает обо всем и ни о чем, невинно хлопая ресницами, словно ребенок. Когда рассказывает о семье и близкой подруге, это не кажется мне нудной болтовней. И я ловлю себя на неожиданной для себя мысли: впервые мне хочется узнать о женщине все! Я даже готов попросить ее детское фото – вот настолько странно и непривычно я себя ощущаю… Но думаю, это пройдет так же быстро, как и возникло. После того как она попадет ко мне в постель, – отмахиваюсь я от своих же мыслей.

Уже через полчаса, гуляя совершенно не спеша, мы заходим в одно кафе, принадлежащее другому моему другу.

Одно из самых красивых мест в этой деревне!

Огромные панорамные окна выходят на небольшую террасу безумной красоты. Предлагаю своей спутнице расположиться именно здесь. Сама же терраса выстроена по всей длине деревянными балками, заплетенными красивой и яркой бугенвиллией разных цветов. Кованые белые столики и стулья с узорными спинками и подлокотниками придают особый сказочный вид этому месту. А за высоким каменным парапетом с низкими металлическими перилами начинается особо неспокойное сегодня море. Волны бьются об парапет, и брызги долетают до самого окна, показывая нам взбалмошную силу водной стихии.

– Боже, Марио, как здесь красиво! – Девушка присаживается на предложенный мной стул с приоткрытым от восторга ртом. – Я пробыла здесь три дня и не один раз проходила мимо этого места, но даже не догадывалась, как здесь восхитительно!

– Трудно найти некоторые особенные места без хорошего гида.

– Это правда!

– Ты бы видела, как здесь летом красиво.

– Я так понимаю, причин приехать сюда снова становится все больше и больше! – выдает довольная Лиза без тени намека. Я же сразу пользуюсь ее фразой:

– Я очень надеюсь, что одной из причин будет общение со мной.

С удовольствием наблюдаю за ее смущением. Немного краснея, она улыбается и слегка прикусывает губу, не смея поднять на меня взгляд. Этот жест становится таким искренним и милым, что мое самолюбие в восторге, а на лице непроизвольно растягивается улыбка.

– Мне очень нравится общение с тобой, но я не из тех женщин, которые заводят короткие курортные романы, Марио, – ставит меня на место девушка.

– А кто говорил о коротком? – моментально задаю встречный вопрос.

Черт! Но и я не из тех мужчин, что вообще заводят романы.

Мне не хочется обманывать ее, давая надежду на что-то более серьезное. Но и отпустить ее я тоже не смогу! Эта русская красавица выворачивает наизнанку мой привычный мир.

– Давай сегодня просто насладимся приятным общением – говорят ее соблазнительные губы. Но когда под столом я нечаянно задеваю коленом ее ногу, у нас обоих в глазах вспыхивает такое желание, что эти слова становятся полным бредом!

Мы оба взрослые люди и понимаем, чего хотим сейчас больше всего! А обоюдный блеск наших возбужденных глаз это подтверждает.

– Хорошо, пусть будет по-твоему.

Я произношу благородную фразу, а в голове возникает абсолютная уверенность в обратном. Одного общения с этой необыкновенной девушкой мне точно мало! Как бы дико это ни звучало, но я хочу ее до скрежета зубов. И сегодня я найду способ, чтобы и она поменяла свое мнение.

Лиза заказала нам кофе и два десерта. Не считая себя сладкоежкой, в поездках девушка все же старается попробовать новые вкусы и определиться, какие именно ей нравятся больше всего.

Пока я ел свой десерт, она бойко, без всякого стеснения, отхватила своей ложечкой маленький кусочек из моей тарелки. Несмотря на то, что мне всегда эта женская привычка казалась глупой, я, глядя на ее улыбку и милое поведение, засмеялся и даже предложил ей взять кусочек побольше. Но уже через пару секунд я шутливо отнял немного сладости из ее тарелки. А потом мы начали сражаться ложками, как дети.

Мама миа, я уже много лет так беззаботно не смеялся, как сейчас с этой необычной девушкой, с которой знаком всего пару часов.

Да я вообще никогда так не веселился с женщиной, ведь обычно все ведут себя по-другому. Многие девушки, зная мое финансовое положение, готовы потакать всем моим прихотям. Но я же не глупый и понимаю: если бы не мое состояние, всех бы их унесло, как ветром листья. Вечное выпрашивание дорогих подарков я тоже вижу моментально, даже если девушка не просит словами. Я могу себе позволить подарить им что угодно, но чувствовать себя денежным мешком мне не особенно приятно.

Лиза же удивляет меня. Даже немного развеселила своим бойким желанием оплатить счет у Луиджи. Может, русские девушки и правда отличаются от капризных итальянок?

Мы провели еще около двух часов за беззаботным общением и нескончаемым потоком шуток. Затем я предложил ей еще немного пройтись вдоль береговой линии.

– Должно быть, здорово жить вот так, у побережья, – произнесла девушка, прижимаясь к моему плечу.

– Чаще всего люди привыкают и со временем перестают ценить многие вещи, считая их обыденными, – говорю я, стараясь замедлить и без того небыструю прогулку.

– Это точно! – ухмыляется Лиза. – Особенно к хорошему быстро привыкаешь. Смотри, кто-то живет в таких милых домах, просыпается каждое утро, имея возможность пить любимый кофе и с наслаждением смотреть на море. И, возможно, даже не ценит этого. – Девушка повела плечами.

– Думаешь, ты бы ценила?

– Не знаю, я же обычный человек. Но попав на такой балкон, я бы точно простояла там не менее пятнадцати минут! Я бы внимательно разглядывала все в мельчайших подробностях, впитывая в себя эту красоту.

– Так в чем проблема? Пойдем и проверим, как ты будешь смотреть на вид с такого балкона.

– Ты шутишь? – удивилась Лиза, но улыбнулась.

– Нет. Я могу это организовать. Ты хочешь?

Лиза настороженно качнула головой, а я уже начал набирать темп, увлекая девушку за собой. Вскоре мы добрались к нужному дому. Поднявшись на последний этаж, я стучусь в дверь одной пожилой старушки.

– Марио?! – спрашивает удивленная женщина, увидев меня в подъезде у своей двери.

– Донна Мария, добрый вечер, простите за беспокойство.

– Сынок, все хорошо? – обеспокоенно интересуется она.

– Да, все отлично. Просто хотел зайти в квартиру, а ключи дома оставил. У вас же есть наши запасные ключи? Я возьму их ненадолго и потом опять вам занесу.

– А, ну да, конечно, милый. – Она разворачивается, достает из висящего на стене у двери ящичка ключ, передает мне и замечает за моей спиной взволнованную Лизу. – Марио, у тебя очень красивая подруга, – расплывается в хитрой улыбке старушка. – Маме я не буду говорить, что видела тебя. Так ведь?

– Да, донна Мария, вы очень проницательны. Я буду благодарен, если вы не станете это упоминать при вашем следующем разговоре.

– Хорошо, сынок, – выдает понимающая итальянка с лукавой улыбкой.

Старушка машет рукой Лизе, а та в свою очередь тоже здоровается с ней на итальянском языке и дарит ей свою очаровательную приветственную улыбку, к которой я начинаю привыкать. Я быстро открываю дверь квартиры и пропускаю девушку вперед.

Модные апартаменты на последнем этаже встречают нас своей прохладой. Я сразу же прохожу в комнату, включаю свет, кондиционер и искусственный камин, создавая приятный уют.

Эта трехкомнатная квартира принадлежит нашей семье. Пару лет назад здесь сделали капитальный ремонт, установив все по последнему слову технологий и стиля. Так что хоть снаружи дом и выглядит в типичном деревенском стиле Италии, внутри это современная квартира с огромными панорамными окнами, выходящими к морю, и большой террасой.

– Марио, что это за место? – спрашивает настороженная девушка, оставшись у входной двери.

– Это семейная квартира.

– Марио, ты мафиози?

Я начинаю дико смеяться от ее предположения, потому что, судя по серьезному выражению ее лица, она вряд ли сейчас пошутила.

– Нет, Лиза, я скромный винодел. Сюда приезжаем редко. Мы больше живем в доме у виноградников.

– Мы?

– Моя мама и я. И многие другие работники, ставшие нашей семьей. – Я забыл упомянуть, что я в деревне вообще бываю редко, и то, что мы сегодня здесь встретились – большая случайность. – У соседки есть ключи, так что не беспокойся, я не мафиози. И я не вламываюсь в чужую собственность.

После этих слов Лиза немного расслабилась. Скидывая с себя мое пальто и аккуратно укладывая его на банкетку у двери, она подошла ближе и наконец заметила вид из окна. А я стал дов�