По ту сторону купола

Глава 1

– Мишка, – раздался грозный оклик, и вихрастая голова мальчишки показалась из-под одеяла.

– Где тебя носит? – в Мишку полетел тапок матери и несколько ругательств.

Но мальчик не расстроился, он давно привык к такому обращению. Он вылез из постели и подошел чуть ближе к женщине. Она сидела на старом, местами продавленном, диване и была пьяна. Ну вот, опять, подумал мальчик и спросил:

– Мам, что ты хотела?

Женщина зло взглянула на мальчишку и буркнула:

– Как будто ты сам не знаешь! Сгоняй-ка к Маринке и возьми у нее еще бутылку. Она тебя знает и так даст.

– Мам, она деньги требует, – несмело возразил Мишка.

– Скажи, что я отдам долг через неделю. Мне должны деньги придти, – женщина опять выругалась, потом прикрикнула на сына. – Ну чего встал, иди уже!

– Там темно, – тихо сказал Миша. Он не боялся темноты, но там мог быть патруль. А о суровых дядях в форме мальчик был наслышан.

– Иди, не бойся, – Света подтолкнула мальчишку к выходу. – Давай быстрей, мамке нужно подправить здоровье.

Мишка не стал возражать, хотя он считал, что так здоровье матери становится только хуже. Но один раз он рискнул сказать ей об этом в лицо, и был жестоко избит.

Оказавшись на улице, мальчик со всех ног побежал к магазинчику, который находился недалеко в домах и работал круглосуточно. Там работала знакомая матери – Марина, у которой Мишка и покупал периодически алкоголь по ночам.

Мальчишка бежал к нужному месту, прижимаясь к стенам домов и стараясь не попадать под свет фонарей. Ему всегда было страшно, что его обнаружат патрульные и заберут у матери. Конечно, так, как он, жили многие дети, но попадаться в комендантский час было нельзя. Это будет значить, что его мама не справилась со своими обязанностями, ее энергия, которую она отдавала кольцу, станет еще грязнее, а самого Мишку отправят в приют для бедных. Света все это понимала, но желание выпить было сильнее, чем здравый смысл. Мишка всегда возвращался, и женщина не переживала по этому поводу. А на страх мальчишки женщине было плевать, она считала, что это только подготовит его к будущей жизни, полной опасностей.

Сама Света с детства жила в этом бедном районе – родилась и выросла в одном и том же доме. Мало кто мог вырваться из порочного круга – тяжелая работа, усталость, которая глушилась выпивкой и бедный дом, где часто мужа ждала такая же уставшая жена. Если вообще были муж и жена, зачастую в семье был только кто-то один из родителей. Работать было необходимо для того, чтобы насыщать кольцо энергией. Каждый человек должен был иметь кольцо – его надевали еще в детстве и не снимали до самой смерти. Каждый вечер энергия передавалась в общую энергосистему и распределялась по всему городу.

У Мишки кольца пока не было – мальчик не достиг возраста, в который проводили Церемонию Посвящения. В определенный день года все дети, достигшие семилетнего возраста, собирались на площади города, и им надевали кольца. Эти кольца символизировали то, что ребенок вступал в общество. Вторая Церемония проходила по достижении 18 лет, и все молодые люди становились полноправными членами общества. Но кольца оставались неотъемлемой частью жизни людей. С их помощью собиралась энергия, необходимая для освещения города, обеспечения безопасности в виде силового купола и многих других дел. Энергию перерабатывали в электричество и использовали для жизни человека.

Конечно, кольца отличались – например, у художника или актера энергия была чище, чем у какого-нибудь шахтера или продавца, соответственно простым людям приходилось больше и тяжелее работать. Естественно, у правителей и представителей власти была самая чистая энергия, ради получения которой они почти не прикладывали усилий.

Такие кольца придумали после многих войн и смертей тысяч людей, когда города стали разрушаться, и жизнь пришла в упадок во многих местах. Несколько человек объединились и создали кольцо, которое могло переработать энергию, которую вырабатывал человек, в электричество. Они также создали единую систему, куда передавалась эта энергия из кольца. Эти пятеро создателей не думали, что их творение принесет еще больше проблем для простых людей. Люди наивно полагали, что кольца поспособствуют созданию единой системы, которая улучшит жизнь.

Во время войн власть одной страны решила создать управляемого, но опасного зверя, и его вывели из обезьяны вида павиана анубиса. Страшнее и хуже такой обезьяны были только гориллы, но их решили не брать из-за их сдержанности, павианы более агрессивные и злые. Павиана усовершенствовали, добавив ему роста, мускулов и интеллекта. Такие обезьяны были свирепы и умны еще до изменения, а после опытов и экспериментов они стали в несколько раз опаснее. Их слух, зрение и обоняние стали не просто отличными, а обостренными, даже в период отдыха. Обезьянам в голову вставили чипы, созданные специально, чтобы управлять ими.

Обезьяны стали выше человека, умнее и сильнее его, и сами ученые-биологи, которые создали их, сознавали, на какой риск шли. Но президент страны приказал выпустить хищников в страну, которая воевала с ними. Это принесло много смертей, особенно после того, как обезьяны вышли из-под контроля. Они смогли избавиться от чипов, вживленных им в голову. Обезьяны запомнили, что люди принесли им много боли во время экспериментов, а еще павианы хотели свободы, которую они могли получить, только уничтожив своих создателей. Но ученые давно были мертвы – президент приказал убить их после того, как они передали ему свое ужасное творение. Поэтому они стали охотиться на президента – его они тоже видели во время экспериментов и теперь перенесли свою злость и ненависть на него. Но президент до конца своей жизни так и не вышел из бункера из-за страха. Его сын пришел к власти, он тоже был таким, как его отец, за исключением страха. Молодой Эзра Хортон не боялся обезьян и решил уничтожить их всех, отомстив, таким образом, за смерть отца и собственное унижение, ведь детство он провел в бункере с отцом.

Павианы стали нападать на города по всему миру, их стало очень много, и те обезьяны, которые рождались у своих усовершенствованных родителей, были еще умнее и опаснее. Многие даже стали разговаривать на языке людей и, таким образом, подслушивать их планы и уничтожать их. Люди не могли сражаться с обезьянами на равных, ведь они сами создали их лучше себя. Поэтому люди стали придумывать способы защищаться и одним из таких способов и был силовой купол, который возводили вокруг города. Обезьяны не могли проникнуть через него, но проблема была в том, что для поддержания купола требовалось много энергии. Тогда-то и придумали кольца и единую энергосистему по всему миру. Эти кольца невозможно было снять с пальца – они как будто врастали в человека. Единственным вариантом было отрезать палец, но на такие жертвы не было смысла идти, ведь это отображалось в системе и человека сразу задерживали, да и бежать было некуда – за границами города были обезьяны – за все время, проведенное на свободе, они стали очень хитрыми и смелыми.

В центре каждого города находился надежно охраняемый бункер с генератором энергии. Вся энергия, собранная от людей, поступала сюда. За всем этим следили поставленные мировым правителем люди. Мэр города так же подчинялся им.

После создания купола люди стали чувствовать себя в безопасности, многие богатые стали выбираться из своих бункеров и опять стали диктовать правила. Кольца были распространены по всему миру за короткое время. Да и многие нации перемешались, теперь в одном городе жили и азиаты, и европейцы, и африканцы. Никто не делился на цвет кожи или религию. Людям стало не до этого, их главной целью стало просто выжить. А элите, правившей миром, было выгодно управлять массой с помощью колец и страха. Простые люди не думали, что это все обернется для них в еще большую проблему, ведь они надеялись, что теперь все будут равны и будут одинаково работать. Ведь всем была нужна защита от обезьян и смерти. Но они жестоко ошиблись – богачи подмяли все под себя, как и раньше, только теперь бедняки практически не имели права голоса.

Люди пытались устроить мятеж, но полиция из страха перед обезьянами встала на сторону богатых, и восстание бедняков захлебнулось, не успев даже начаться. Всем было страшно – многие успели увидеть обезьян или потерять кого-то из близких или друзей. Поэтому люди стали покорно работать, надеясь, что в будущем все изменится. У них просто не оставалось выбора, да и в сущности все было, как и всегда – дом и работа. Для многих ничего не поменялось, за исключением того, что теперь передвижение по городам и странам сильно затруднилось, над городами сияли силовые купола, а на кладбищах значительно прибавилось могил. Деньги все так же оставались в их мире, и чем чище была энергия человека, тем больше у него было денег. Главное, надо было сдавать свою норму энергии, и тогда можешь жить в мире. Многие приняли это правило, и их жизнь стала более-менее сносной.

Но многие люди пытались уклоняться от работы или вырабатывали и отдавали меньше энергии, чем требовалось, хотя таких быстро отслеживали, благодаря единой системе. За каждым человеком с рождения велся контроль и после трех предупреждений о плохой работе, за каждым из которых следовало увеличение нормы энергии, человека выгоняли за купол города. Сначала люди не поверили, что правительство может так сделать, но когда нескольких человек прилюдно выгнали за пределы города, всех охватил страх. Мировое правительство поместило в каждом городе своих людей, верно служащих им, и не беспокоилось о мятежах и беспорядках. Да люди и сами стали всего бояться.

В это время и рос Мишка, точнее, мальчик родился через 23 года после начала всех этих событий – создания обезьян и внедрения колец в жизнь людей. А эти два события разделял всего год, но и за один год обезьяны смогли убить много людей и навсегда посеять панику. Люди и павианы навеки стали врагами, война между ними шла уже долгие года и, казалось, что ей не будет конца. Наоборот, обе стороны стали только злее и умнее за прошедшие годы…

Люди придумывали разное оружие для борьбы с павианами, но те тоже не сидели просто так. У них даже было свое правительство – их вожак был одним из первых обезьян, которым удалось снять чип. Сэм, а обезьяны часто стали брать имена людей, был одной из первых обезьян, которой удалось вытащить чип. Он по праву был царем обезьян – жестокий, умный и самый сильный.

В городах были созданы патрули, которые ходили по районам ночью, и обеспечивали безопасность. Также они следили за тем, чтобы люди не собирались вместе и не пытались устроить мятеж. Все это жестоко каралось правительством, и несколько раз нарушителей режима выгоняли за пределы города – к обезьянам. Это оказалось очень жестоко, но действенно, теперь люди боялись даже слово сказать против власти. Но такое было только в бедных районах города, а там, где люди были богаче – и законы были мягче. Конечно, это было несправедливо, но у многих не оставалось другого выбора, как просто подчиниться.

***

Мишка, запыхавшись от страха, влетел в магазинчик, сюда часто заходили патрульные, поэтому Марине и разрешали держать его. Мальчик подошел к прилавку и умоляюще посмотрел на женщину.

– Мама просила одну бутылку, – выдавил он из себя. – Она отдаст деньги через неделю.

Ему было стыдно и за такую просьбу, и за то, что мама пьет, и за то, что нет денег.

Марина – женщина лет 40 с сильно накрашенным лицом и усталым видом, посмотрела на мальчишку и уже хотела отказать ему. Но внезапно пожалела его – мальчик был не виноват, что его мама пьет. А Марина знала, что Света могла сделать с мальчишкой – несколько раз она даже наказывала Мишку при самой Марине.

– Ладно, – кивнула женщина, и Мишка радостно вскинул голову. – Но скажи маме, чтобы ночью тебя больше не отправляла, здесь стало слишком много патрульных. Надо быть осторожнее, а то ведь заберут в приют.

Мальчик вздрогнул, он боялся этого места – в приюте мальчишек и девчонок обучали убивать обезьян и по достижении 18 лет отправляли за пределы города. Естественно, с группой и оружием, но редко кто возвращался обратно. Это тоже придумало правительство, таким жестоким образом оно решало проблемы бездомных детей. С бездомными взрослыми тоже было покончено – бродяг в городах переловили и немного обучив, отправили за купол города. После таких решительных мер исчезли все бездомные люди, а человек, даже оказавшись на улице, боялся признаваться в этом. Ведь такое признание означало верную смерть. Да и мест, пригодных для жилья в городах, стало значительно больше, чем раньше, ведь многие погибли во время войн и нападений обезьян. А выжившие заняли их места. Во время первого года войны с павианами, люди говорили, что обезьян выпустили специально, чтобы решить проблему перенаселения. Но после мятежа и его жесткого подавления, мало кто осмеливался кинуть вызов правительству. Такие люди быстро исчезали…

Домой Мишка возвращался тем же путем, прячась в тени домов и вздрагивая от шорохов. В одной руке он держал бутылку водки для матери. Сколько мальчик себя помнил, его мама пила каждый день. Сам Мишка один раз случайно попробовал этот ужасный напиток и потом долго отплевывался. А Света, посмеиваясь над сыном, налила себе стакан и выпила залпом, со словами:

– Смотри и запоминай, как надо пить! Скоро и сам таким станешь.

Маленький Мишка с ужасом смотрел на маму. Он не хотел быть таким, ведь не все окружающие пили. Непьющих людей были единицы, но мальчик успел понять, что можно жить по-другому. Хотя Мишка и не хотел пить, но все равно он был таким же мальчишкой, как и другие. И часто ему приходилось драться с другими, он обманывал и ругался, как и остальные ребята. Но Миша не считал это чем-то плохим, как и Славка, который был его лучшим другом.

Мальчишки жили в соседних подъездах, они носились вместе по своему городу, беззаботно проводя время. Они знали, что 1 июля им наденут кольца, и они станут, как и взрослые, добывать и передавать энергию. Конечно, от детей требовали меньше, и сначала они работали только несколько часов после школы, но с каждым годом им приходилось работать все больше. И в 18 лет, после Второй Церемонии, ребенок окончательно превращался во взрослого.

Школы тоже изменились – вместо 9 или 11 лет, там стали обучать 7 лет. А в некоторых бедных районах дети учились всего пять лет, после чего с 12-13 лет работали наравне со взрослыми. В районах побогаче у детей был шанс получить хоть какое-то образование – они могли поступить в университет. Но конкурс туда был очень большой – мест было мало, а желающих много. Зачастую должность переходила по наследству.

Правительство решило, что им нужно больше рабочих, чтобы энергии было больше, и поэтому закрыли многие университеты, оставив на всю страну всего несколько высших учебных заведений. Туда поступали в основном дети, чьи родители занимали какие-либо должности. Различные колледжи и техникумы тоже были закрыты, детей или подростков отдавали в подмастерья.

И Мишка, и Славка не рассчитывали на обучение в университете, хотя у Славы были и мама, и папа, но они оба пили, и мальчик знал, что в будущем его отдадут в подмастерья. Он даже пытался решить, что у него получается лучше. Но ему исполнилось всего 7 лет, поэтому он не мог точно знать свои способности. Так же, как и Мишка, которому 7 исполнялось всего за несколько недель перед Церемонией Посвящения.

Оба мальчика не представляли, как кольцо могло врасти в палец. Это было и интересно, и страшно для них, но они понимали, что все равно у них не будет выбора. Все дети так делали, и за последние пять лет уже не было бунтов. По крайней мере, в их городе мятежи не поднимались, а что происходило в соседних городах, мальчишки не могли знать. Мало кто даже из взрослых знал об этом, новости редко доходили до бедных районов. Конечно, было телевидение, которое возобновили через несколько лет после возведения куполов в городах. Так властям было легче контролировать людей и доносить до них какие-то новые законы.

У бедных людей почти не было развлечений, выпивка была лишь способом забыть про тяжелую работу и множество проблем. Поэтому единственной отдушиной для бедняков становились павианы, которых ловили охотники на обезьян из специальных отрядов. Часто такие люди погибали сами, и редко кто держался больше года в ОООО – особом отделе охотников на обезьян. Потом это название сократилось до «Четыре О», а еще позже охотников стали называть четверками. И, несмотря на большую смертность в четверках, многие мальчишки хотели попасть в такую команду. Им это казалось верхом мужества. Ведь охотники сражались с ненавистными им обезьянами, из-за которых приходилось много работать и плохо жить. Все это внушалось людям по телевизору, и дети росли с убеждением, что павианы очень плохие и жестокие. В принципе, так это и было, но и сами люди были не лучше – они убивали обезьян с такой же жестокостью.

Павианов, которых ловили команды охотников, тащили через весь город на главную площадь. Там происходила публичная казнь обезьяны, поэтому все дети привыкали к убийству. Они видели это с рождения и считали неотъемлемой частью жизни, ведь часто публичная казнь была обязательным мероприятием, которое показывали по телевизору.

Особым шиком среди мальчишек было подкрасться ближе к палачу, чтобы кинуть в обезьяну камень. Сорванцов гоняли, но не сильно, это было такой же частью казни, как и само убийство павиана. Мишка и Славка тоже часто бывали на таких казнях или видели их по телевизору. Как и все вокруг, они ненавидели обезьян. Несмотря на смерти с обеих сторон, никто и не думал прекращать войну, так сильна была ненависть этих двух видов друг к другу.

***

– Мишка! – возбужденно заговорил Славка, стоило мальчику открыть дверь квартиры.

– Тшш, – приложил Мишка палец к губам. – Мамка спит, у нее сегодня выходной.

Сам мальчик тоже мало спал этой ночью, после ночного похождения в магазин он долго не мог уснуть, представляя, что было бы с ним, если бы его поймали. Воображение рисовало ему самые разные картины – от простого пинка под зад и напутствия вслед, чтобы он не лазил по ночам, до суровых мужчин, которые тащат его по улице и запирают в приюте.

Приюты были в каждом городе, да и сам Мишка несколько раз видел, как у родителей забирали ребенка. Обычно такое случалось, если взрослые не могли добыть нужную энергию. Или сам ребенок плохо работал, тогда он попадал в приют. Один раз Мишку все-таки поймали, но мужчина-патрульный сжалился над трясущимся от ужаса шестилетним мальчишкой. Он огляделся по сторонам, и тихо бросил, чтобы мальчик больше не попадался ему на глаза, после чего отпустил Мишку. Мальчик бросился бежать со всех ног и дома забился в свой темный уголок, он никому не рассказывал про этот случай, понимая, что мужчину самого могли наказать за это.

– Быстрее побежали на площадь! – громко зашептал Славка. – Там такую обезьяну притащили!

Глаза Мишки тоже засветились, он быстро обулся, схватил легкую курточку и выбежал вслед за другом.

– Ее поймали сегодня утром, – на бегу рассказывал Слава. – Я с папкой был на улице, он меня отпустил к тебе.

Мишка в который раз позавидовал другу, ведь у него был отец. Пускай он иногда пил и наказывал Славку, но это можно и потерпеть. А у Миши была только мама, которую мальчик любил, несмотря на то, что она пила и била его. Это был единственный родной Мишке человек, и иногда в редкие минуты трезвости, когда Света обнимала его и извинялась за такую жизнь, мальчик ей все прощал.

– Бежим быстрее, – крикнул Мишка, решив не думать о том, чего не мог изменить.

Славка расхохотался и бросился догонять друга, резко убежавшего вперед. Смеясь и толкаясь, они добежали до огромной толпы, собравшейся на площади. Мальчишки начали проталкиваться вперед и в шуме и гаме, царившем вокруг, не заметили, как оказались перед самым возвышением. В первый раз они оказались так близко к виселице и невольно застыли на месте. Мишка схватился за рукав Славки и друг ответил тем же, несмотря на ненависть к павианам, мальчики раньше видели все издалека, а по телевизору им казалось, что все это не по-настоящему. Теперь же друзья оказались лицом к лицу с обезьяной.

Павиан был заключен в цепи – его мощные лапы сковали так, что он даже не мог пошевелиться, а клыки грозно торчали из-под толстой губы. Это был самец – гордый и злой, он пытался огрызаться на людей раньше, когда его только поймали. Но сейчас, на пути к виселице, он выглядел спокойным и даже отрешенным. Павиан понимал, что его убьют, и у него нет ни малейшего шанса на освобождение. И он решил не давать людям лишнего повода для смеха, он хотел умереть, не издавая ни звука.

Мишка заворожено смотрел на возвышающуюся перед ним глыбу, обезьяна, казалось, не обращала на людей внимания. И мальчишка осмелел, он подтолкнул под локоть Славку и поднял с земли камень. Мишка не был жестоким, но воспитание, заложенное в нем, заставляло его ненавидеть обезьян.

Славка тоже опомнился и схватил камень, мальчишки размахнулись и бросили свои камни в павиана. Мишка попал булыжником прямо по лапе, но обезьяна даже не поморщилась. Только внезапно перевела взгляд маленьких глазок на мальчишку. Мишка уставился в ответ, но долго не выдержал, ему показалось, что в глазах его противника светится усталость, боль и обреченность. Мальчик моргнул и отвел взгляд, все это продлилось несколько секунд, но внезапно Мишке стало неинтересно это зрелище. Но выбраться из толпы он не мог, слишком плотной стеной стояли люди, жаждущие зрелища. Пришлось мальчишке наблюдать за тем, как павиана подводят ближе к виселице и надевают веревку на его сильную шею.

Мишка хотел отвернуться, но павиан внезапно осмотрел толпу и оскалился. Но это не было злостью, скорее, это было некое прощание с жизнью. Когда веревку затянули на шее и павиан повис в воздухе, Мишка зажмурился и открыл глаза, только когда люди вокруг начали расходиться.

Славка тоже стоял бледный и как-то непонятно посмотрел на друга.

– Пойдем домой, – предложил он.

Мальчишки побрели обратно в свой район, они молчали почти всю дорогу, и только у самого дома Мишка проворчал:

– На самом деле это ужасное зрелище!

Славка кивнул, соглашаясь с ним. Ему тоже не понравилось это. Мало героического было в том, чтобы целым городом вешать одну обезьяну, да еще и в цепях. А Мишке почему-то было жаль павиана, такое мощное умное животное, а умерло в мучениях за несколько минут. Да и его взгляд стоял у мальчика перед глазами. Слишком по-человечески смотрела обезьяна, с такими же эмоциями и болью в глазах.

Этой ночью Мишка опять долго не мог уснуть, он вспоминал казнь обезьяны и представлял, сможет ли сам убить так же. Мальчик представлял, что когда-нибудь ему придется взять в руки оружие, и что тогда? Он будет стрелять по обезьянам? Ведь они тоже будут охотиться на него. Они плохие, внушал себе Мишка, они ненавидят людей и убивают их. Но, несмотря на такие мысли, перед глазами мальчишки стоял взгляд павиана, полный гордости и боли и чего-то еще, чего мальчик не мог понять.

Мишка перевернулся на другой бок, зарываясь глубже в кучу тряпья и крепче зажмуривая глаза. Он сегодня устал, а все эти вопросы были слишком сложными для шестилетнего мальчишки. Наконец, темнота накрыла его, и Миша уснул.

Ему редко снились сны, но этой ночью он увидел необыкновенно яркую и четкую картинку. Огромный павиан играл на какой-то поляне в лесу с сыном. Они издавали радостные возгласы и боролись в шутку. Мишка как-то отстранено во сне подумал, что они похожи на людей. Он иногда видел, как Славка так же борется со своим папой.

Мишка проснулся со странными мыслями, он лежал и думал о павианах. Почему мы враждуем с ними, думал мальчик. Но уже через несколько секунд в его памяти всплыли многие репортажи по телевизору, когда показывали страшных обезьян, нападающих на людей. Они ненавидят нас, размышлял мальчик, значит, и мы должны относиться к ним так же.

Мишка встал, потягиваясь и зевая, его мамы дома не было, сегодня она работала и вечером придет уставшая и злая. Мальчик уже знал, что она упадет спать, а на следующий день к вечеру будет опять пить. Света работала день через день, и в ее рабочее время Мишка был предоставлен сам себе. Мальчишка лет с 4 умел обращаться с ножом и плитой. Конечно, ему было сначала страшно включать плиту, и первая яичница была вся в скорлупе, но со временем он научился готовить простые блюда. Сейчас, почти в 7 лет, мальчик, даже не задумываясь, разбил пару яиц на сковородку и, немного подождав, уселся есть.

Сегодня он и Славка хотели отправиться на озеро. Начинался апрель, погода уже стояла теплая, и мальчишки намеревались купаться. Через пару недель солнце будет жарить изо всех сил, и все люди будут ходить мокрыми. К счастью, в их городе было озеро, спасающее во время жары. Многим другим городам не так повезло, и жители потели и задыхались под лучами палящего солнца. А силовой купол еще больше усиливал чувство жары. После войн и использования различных бомб и другого оружия, климат Земли изменился. Теперь в стране, где жил Мишка и которая теперь называлась Стоад, а город Диабург, почти круглый год было жарко. Только три месяца в году было прохладно, и все жители буквально наслаждались этой короткой передышкой.

Мишка быстро поел, вымыл за собой посуду, заодно он сполоснул стакан матери, в котором она пила утром кофе перед работой. Мальчишка старался делать ей что-то приятное, ведь не всегда она была такой. Были и хорошие моменты, и ради них Мишка считал, что стоило помогать маме.

Славка тоже был готов бежать на озере, он околачивался во дворе, ожидая друга. Мальчишки стукнулись кулаками в знак приветствия и зашагали к озеру. Они оба умели плавать, причем неплохо. Их научил папа Славки, который не хотел беспокоиться за сына, который везде лазил, и мужчина понимал, что проще научить мальчика плавать, чем запереть дома, особенно в жаркую погоду. Мишу он тоже научил за компанию, решив, что ему тоже не помешает это умение. К тому же, мальчишки везде были вместе, и не дело, если один что-то умеет, а второй нет. Мишка был очень благодарен дяде Андрею за это.

Мальчишки шли по уже довольно пыльной дороге, летом люди часто надевали маски, чтобы можно было спокойно дышать, а улицы поливались из специальных машин. Сегодня был обычный рабочий и учебный день, и в это время на улицах было не очень много людей.

–В следующем году мы уже так не будем бегать, – внезапно сказал Славка.

– Ну да, – Мишка согласился с другом. – Придется учиться, и работать еще. Всего по часу в день для начала, но все равно…

Мальчик не договорил, но обоим было понятно, что все равно их свободное время сильно уменьшиться, а с каждым годом его будет все меньше и меньше.

– Папка говорит, что, скорее всего, мне придется учиться всего пять лет, а потом я пойду подмастерьем. Еще не знаю куда, но мама сказала, что они что-нибудь придумают.

– Круто, – улыбнулся Мишка. – Я, наверное, тоже только пять лет буду в школе. Мама так говорила, правда, я не знаю пока, куда пойду. Может просто работать…

– Видно будет, – философски откликнулся Славка. – Пять лет долго будут идти.

– Давай, кто первый, – предложил Мишка и тут же сорвался с места. Славка понесся следом, хватая друга за плечи.

Они часто добирались до нужного места таким способом. Один из них предлагал бежать, и оба тут же срывались с места. Проигравшему доставался легкий необидный щелбан.

Глава 2

На озере было не очень много людей, несколько мальчишек такого же возраста, как Мишка со Славкой, пара парней постарше, 2-3 девушки и около десятка пожилых людей. Люди среднего возраста были заняты или на работе или домашними делами и редко выбирались на озеро.

В эту теплую, но не жаркую погоду было приятно искупнуться в еще прохладной воде и поваляться под нежными лучами солнца. Мишка и Славка тут же скинули с себя одежду и бросились в озеро, они не боялись, что их вещи утащат, и на это было несколько причин. Во-первых, там были не ахти какие шмотки, как у богатых, а обычные джинсы с футболкой, и мало кто мог позариться на них, к тому же они были не особо чистые. Во-вторых, людей было мало на озере, и они не были похожи на воров. А в-третьих, и это была самая главная причина, в их городе, да и в принципе во всей стране, не допускалось воровство. Патрули следили и за этим, они были даже здесь на озере. Власти посчитали, что у людей, да и у полиции, и так много проблем, и издали закон. Он гласил, что после трех раз человека, пойманного за воровство, выгоняют из города. Мало кто хотел рисковать своей жизнью из-за какой-то ерунды. Опять же хватило двух раз, когда людей выгоняли за пределы купола на верную смерть. После такого мало кто осмеливался красть.

Мишка и Славка безмятежно бултыхались больше часа в приятной прохладной воде, периодически подныривая и хватая друг друга за ноги. Им обоим было весело и они уже не думали о прошлом дне и о казни павиана. В конце концов, они и так сталкивались с этим раньше, просто не так близко.

– Давай на берег, – наконец, уже уставшим голосом предложил Мишка.

Друзья выбрались на сушу и развалились на сухом теплом песке. Они почти не разговаривали, только изредка перекидывались какими-то фразочками. Светило солнце, и легкий ветерок обдувал их тела. Мишка перевернулся на живот и уставился на друга. Внезапно ему пришла в голову одна мысль, и он не мог не поделиться ей с другим.

– Почему мы враждуем с павианами? – спросил он. – Может, можно как-то подружиться с ними?

Славка уставился на Мишку, как на инопланетянина, и внезапно расхохотался. Мише даже стало немного обидно, и он пихнул друга в плечо.

– Что я смешного сказал? – спросил он и сел на песок, готовый драться.

Но Славка поднял руки вверх и сквозь смех постарался объяснить Мишке причину своего веселья.

– Представил тебя в обнимку с павианом! Таким большим, как вчера…

Мишка тоже рассмеялся от такой картины. Потом Славка немного успокоился и уже серьезнее посмотрел на Мишку.

– Не ляпни нигде такое, тебя или засмеют, или отправят в приют за неподобающие мысли.

– Я просто подумал… – постарался оправдаться Мишка.

Но Слава не стал его слушать, он тоже сел, обхватил руками коленки и объяснил:

– Я как-то спросил у папки, зачем нам воевать все время. Он меня сначала выпорол, потом только рассказал, что власть запрещает даже такие разговоры и меня могли забрать у них, если бы кто услышал. Павианы – это наши враги, и мы не должны хотеть мира!

– Почему власти против? – Мишка нахмурился, пытаясь понять это. – Ведь всем будет хорошо, если не надо будет убивать.

– Я не знаю, – Славка приложил руку ко рту друга и попросил. – Не говори больше про дружбу с ними. Не хочу, чтобы тебя забрали, ты же мой лучший друг!

Мальчишки сидели рядом на песке, привалившись друг к другу плечами, и внезапно ощущая себя более взрослыми, чем полчаса назад.

– Просто внуши себе, что павианов надо ненавидеть. Мне папа сказал так делать, утром встань перед зеркалом, смотри себе в глаза и говори «Я ненавижу павианов, мы враги!». Это должно подействовать.

– Тебе это помогло? – спросил Мишка.

– Ну, я только начал, – неуверенно сказал Славка, и Мишка необидно усмехнулся.

– Пошли купаться, – потянул он друга в воду, и Славка не стал сопротивляться.

***

С момента того разговора пролетел месяц, и 8 мая Мишка проснулся в прекрасном настроении. Несмотря на жару, стоявшую в воздухе, мальчишка подскочил с кровати, потянулся и легко сделал кувырок. Мальчишка спал в зале, так как у него не было своей комнаты, и отсюда ему было видно, как мама что-то делает на кухне.

Света услышала, как ее сын встал, и обернулась на звуки.

– Иди, умойся и приведи себя в порядок. Потом будем завтракать.

Мишка радостно заулыбался, ему нравилось, когда мама была в хорошем настроении и готовила ему завтрак. Такое обычно случалось, когда он болел, но это было крайне редко, или когда она его била, а потом, извиняясь, готовила ему еду и обнимала.

Но сегодня был особый день – Мишке исполнялось 7 лет. Этот день должен был разделить его жизнь на две части – детство и вступление во взрослую жизнь. Конечно, Церемония вручения кольца будет позже, но уже сейчас Мишка начинал чувствовать, что становится взрослее.

Он быстро умылся, немного пригладил непослушные, выгоревшие от постоянного пребывания на солнце, волосы, и пришел на кухню. В их мире было негласное правило – родителей всегда отпускали с работы хотя бы на несколько часов в тот день, когда их ребенку исполнялось 7 лет. Это был как последний рубеж детства, последний торт, испеченный в беззаботное время, последние подарки, неиспорченные мыслью о кольце, энергии и работе. Конечно, и потом будут праздники, но детства в них больше не было. Многие родители жалели своих детей, вынужденных работать, но изменить ничего не могли.

Мама Мишки тоже по-своему жалела сына, и в минуты трезвости, и на работе, стоя за станком, она понимала, что не желает такой жизни Мишке. Она любила его, хоть он и был незапланированным, его отец погиб через несколько дней, после того, как узнал о ее беременности. Обезьяны напали на автобус, в котором ехал Виктор, и не оставили в живых никого…

Сейчас, когда ее сын пришел на кухню, Света посмотрела на него с нежностью, не присущей ей, и легко погладила по светлой головке.

– Садись за стол, я торт испекла.

Мишка улыбнулся, и Света заметила, как он вытянулся за последнее время. Он у меня хороший, внезапно подумала женщина, и ей стало стыдно за пьянство и многое другое. Она хотела бы дать сыну что-то лучшее, но у нее не получалось.

– Спасибо, мам, он такой красивый!

– Это еще не все, – Света вытащила из шкафа небольшую коробочку и протянула сыну. – Это тебе подарок!

Ради этого подарка женщина брала смены сверхурочно и ужасно уставала. Но ей хотелось, чтобы Мишка был рад, она на самом деле не хотела, чтобы Мишка вырос и стал, как она. Она не хотела, чтобы он пил или бил своих детей. Она была бы рада сама избавиться от этого, но у нее не получалось. Это был как бы замкнутый круг – она работала, уставала, пила и срывалась на сыне.

Мишка аккуратно положил коробочку на стол и принялся открывать. Ему было очень интересно, что находится внутри, сопя от интереса и волнения, мальчишка снял крышку и заглянул внутрь. В коробочке лежал настоящий универсальный складной нож.

– Бак 110, – прошептал Мишка, бережно доставая нож из коробочки.

О таком мечтали все мальчишки, да и некоторые девчонки тоже.

– Тебе нравится? – спросила Света, наблюдая за сыном.

Вместо ответа Мишка посмотрел сияющими глазами на мать и внезапно обнял ее. Света улыбнулась, и легко наклонившись, поцеловала сына в макушку.

– Только будь аккуратнее, и никогда не используй его против человека. Хорошо?

Света приподняла подбородок Миши и заглянула ему в глаза. Мальчишка с готовностью закивал, его улыбка до ушей заставляла и саму Светлану улыбаться.

– Давай за стол, – подтолкнула она мальчика. – Задувай свечи!

Мишка аккуратно положил нож в коробку, но Света остановила его.

– Ты теперь будешь его в коробочке носить? – улыбаясь, спросила она. – Я-то думала, что ножи в карманах носят.

Мишка покраснел и объяснил:

– Я его положу в карман, но я еще не привык. Он же такой классный, мам. Это же Бак-110!

– Да, я знаю, – женщина вздохнула. И мальчик внезапно спросил:

– Он же очень дорогой, да?

– Это не твое дело, – отрезала Света. – Это твой подарок! И больше не хочу ничего слышать о деньгах! Давай есть торт.

Мишка уселся за стол, улыбка так и не исчезала с его лица, а глаза сияли. Он загадал желание «Хочу, чтобы мама всегда была такой! Пускай она бросит пить». Мальчишка крепко зажмурился и задул свечи. Света догадывалась, что он загадал, но ничего не сказала вслух, вместо этого она нарезала торт на кусочки и весело сказала:

– Тут и Славке твоему торта хватит! Потом позови его в гости. Если хочешь, конечно.

Мишка усердно закивал, отвечать он не мог, его рот был занят большим куском торта.

После завтрака, во время которого мать с сыном неспешно болтали о разной ерунде и много смеялись впервые за долгое время, Света сказала:

– Я сама здесь приберусь, ты, если хочешь, беги к Славе. Я через час уйду, меня только до обеда отпустили, так что увидимся вечером.

Мишка кивнул, а мама серьезно посмотрела на него.

– Помни, что я сказала тебе про нож! Можешь хвастаться им, вряд ли у тебя его заберут, и бегать с ним. Но не используй нож во вред, хорошо?

– Мам, я буду осторожно, – заверил Миша мать.

В их стране детям разрешали ходить с холодным оружием, но мало у кого был такой нож, как у Мишки. Света слегка погладила сына по голове и уже тише сказала:

– Я нечасто это говорю, но я тебя люблю. И хочу, чтобы ты вырос хорошим.

У Мишки перехватило горло от внезапных чувств, которые он еще не умел контролировать.

– Я тебя тоже люблю, мам. Очень сильно…

Они обнялись, потом Света, чувствуя, что слезы подступают и готовы хлынуть из глаз, отпустила Мишу и легко хлопнула по спине.

– Давай беги к Славе!

Мишку не надо было долго уговаривать, он тоже еле сдерживал эмоции. Мальчишка схватил нож, сунул его в карман, крепко застегнул его и выбежал из квартиры, а Света опустилась на стул и несколько минут смотрела в никуда. Ей надо было привести чувства в порядок. Женщина смахнула слезы и принялась убираться дома. Сегодня был хороший день, ей нравилось, когда сын обнимал ее и говорил, что любит ее. В такие минуты Света чувствовала, что живет не зря, не просто ради пополнения кольца энергией…

А Мишка бежал к другу, он знал, что Славка сейчас дома. Поэтому мальчишка вылетел на улицу и бегом поднялся на 4 этаж, где жил Славик. Дверь запыхавшемуся мальчику открыл отец Славы.

– Привет, Мишка, – добродушно улыбнулся он. – Слава у себя в комнате.

– Спасибо, дядя Андрей, – скороговоркой проговорил мальчишка и быстро направился к другу.

Слава сидел на кровати в своей комнате. Она была маленькая и оба мальчишки с трудом умещались на полу.

– Привет, – мальчишки стукнулись кулаками, и Славка поздравил друга с днем рождения.

Мишка, не сдерживая радости, достал нож из кармана, и теперь настала очередь Славки ахать от восторга. Он с легкой завистью смотрел на друга, ведь тот обладал таким сокровищем.

– Мамка подарила?

– Ага, – закивал Миша. – Она сегодня очень добрая.

– Он же дорогущий! – Слава взвесил нож на ладони.

– Это да, но мама много работала.

– Все-таки она тебя любит, – сделал неожиданный вывод Славик. Ведь он знал и про пьянки матери друга, и про то, что она его наказывает, и про Мишкины ночные похождения в магазин.

– Да, жаль, что так не всегда, – с грустью вздохнул Мишка. Потом мальчишка резко встряхнулся и его глаза опять засверкали. – Надо испробовать нож.

Славка тоже подскочил:

– Куда пойдем? Давай на тот пустырь!

– Побежали! Только мама сказала, что с ножом надо быть аккуратным.

– Конечно, – со знанием дела кивнул Славка.

У него тоже был нож, только не такой крутой, как у Мишки, но тоже неплохой. Его папа купил себе новый, а старый отдал сыну, не слушая возражения жены, которая считала, что оружие детям не игрушка. Андрей тогда резко сказал, что в их мире многое поменялось и лучше будет, если их сын сможет себя защитить в случае опасности. После этого Лена больше не возражала.

Мальчишки вышли из комнаты Славы, и мальчик подошел к отцу.

– Пап, мы гулять пойдем.

Андрей кивнул, а потом заметил в руках Мишки нож и улыбнулся.

– Дай посмотрю, – сказал он, и мальчишка протянул ему свое сокровище.

– Мне мама на день рождения подарила, – сказал Миша.

Андрей хмыкнул, это был дорогой подарок, и он понимал, чего он стоил бедной семье.

– Молодец у тебя мама, – наконец, сказал он и посмотрел на мальчика. – Поздравляю с днем рождения. Тебе же тоже 7 лет?

– Ага, – немного грустно кивнул Мишка, понимая, что вот и заканчивалось его детство. Всего через месяц он будет уже ходить с кольцом.

– Будьте осторожны, – посмотрел мужчина на мальчишек. – Если хотите, я вас обоих чуть позже научу обращаться с ножом, покажу пару приемов.

– Конечно, хотим, – загалдели Славка с Мишкой.

– Ладно, бегите, – после этих слов мальчишек не было в квартире уже через минуту.

Всю дорогу до пустыря они бежали. Пустырь – это было открытое пространство на окраине города, недалеко от которого заканчивался купол. Там часто гоняли в футбол или мальчишки бегали, играя в свои игры. На краю пустыря стояло дерево, куда Мишка и Славка и хотели бросать ножи. Они так уже делали, но до этого нож был только один, а так было неинтересно. Мальчишки соревновались в меткости или просто боролись около дерева.

– Раз, два, три, кидай! – В установленную дощечку на ветвях невысоко от земли полетело два ножа. На доске была нарисована мишень, это была общая доска всех мальчишек, и нередко можно было увидеть соревнующихся. Но каких-то драк из-за этого не было, так же, как и травм из-за неправильного обращения. Никто не кидался друг на друга из-за проигрыша. Родители объясняли детям, как нельзя было делать. Да ребята и сами понимали, что в несчастном случае виноватых искать не будут, а просто выгонят всех за пределы города. Умирать от лап обезьян никому не хотелось, поэтому даже маленькие мальчишки сдерживали себя.

Ножи Мишки и Славки воткнулись почти на одинаковом расстоянии от центра, только с разных сторон.

– Может, поменяемся местами? – предложил Слава. – Тогда получится кинуть ближе к центру.

– А противнику ты тоже потом скажешь, подожди, я местами поменяюсь? – Мишка захохотал, и у них завязалась дружеская потасовка, в которой верх одержал Слава.

– С противником я не буду разговаривать, – Славка тоже смеялся.

Но когда мальчишки поднялись с земли, они, не сговариваясь, поменялись местами, что вызвало новый приступ смеха у обоих. Наконец, они смогли приступить к своим тренировкам. И через полчаса Мишка уже понял, как правильно кидать нож. А Славке отец рассказывал, как искать центр тяжести, и теперь он вспомнил это и делился со своим другом.

Мальчишки немного устали и улеглись под деревом, было очень жарко, и Мишка достал бутылку воды из небольшого рюкзака. Он стал носить ее с собой после того, как они еле пришли с озера, умирая от жажды, а денег с собой, чтобы купить воду, не было.

– Дай мне тоже, – сунулся Славка. – Как думаешь, мы скоро точно в цель будем кидать?

Мишка пожал плечами.

– Может к концу года, – предположил он. – Надо стать более меткими и укрепить руку, если честно, она быстро устает.

– Ага, у меня тоже, – Славка потер плечо, которое немного ныло и внезапно замер.

Мишка удивленно посмотрел на друга.

– Что случилось?

– Тшш… Там кто-то идет, – Слава показывал пальцем на сторону, где заканчивался силовой купол.

– Кто это? Обезьяны? – Мишка тоже перешел на шепот.

Мальчишки оба схватились за ножи, готовые биться до последнего, хотя и понимали, что это для мощных павианов, как для них зубочистки.

Шаги приближались, и скоро на пустырь вышла четверка. Мишка и Славка немного разжали запотевшие ладони и восхищенно уставились на охотников. Те шли без обезьяны, но было видно, что охота прошла довольно удачно, потому что охотники были в отличном настроении, весело переговаривались и что-то обсуждали. Мужчины, а точнее, парни лет 25-30, увидели двух мальчишек с ножами.

– Привет, молодежь, – усмехнулся один из них.

– Привет, – в один голос сказали мальчики.

Парень оглянулся и увидел мишень на дереве и тут же непонятно цокнул языком.

– Дай ножик, – обратился он к Мишке, потому что он стоял ближе к нему.

– И мне, – второй взял ножик у Славки.

Не сговариваясь, парни дружно метнули ножи четко в середину мишени.

– Вот так, – удовлетворенно хмыкнул первый парень. – Только зря вы такие хорошие ножи кидаете в дерево. Они так испортятся.

Лица мальчишек вытянулись и стали такими расстроенными, что парень, которого звали Вик, усмехнулся. Он опустил свой рюкзак на землю и достал оттуда два метательных ножа, каждый из которых был в небольшом, но удобном чехле.

– Держите, – протянул он мальчишкам, а те не веря своему счастью, робко взяли оружие. – Вот эти можете кидать, а те, которые у вас были, лучше оставьте для лучшего дела.

– Спасибо, – выдохнул Мишка. Он счастливо улыбался, это был лучший день рождения в его жизни. Славка тоже поблагодарил парня. Мальчишки переглянулись с восторгом в глазах и несколько минут смотрели на уходящих парней.

– Давай их опробуем, – в голосе Славки слышалось нетерпение, смешанное с радостью.

Мальчики опять встали в позу и начали кидать ножи, но теперь уже специально для этого предназначенные. А свои складные ножики убрали в карманы.

– Классные парни! – нарушил тишину Мишка через несколько минут упорных бросков.

У обоих мальчишек уже опять болели руки, но они все равно кидали оружие в мишень.

– Ага, нам повезло их встретить! – Славка тоже улыбался.

– Интересно, с какого задания они шли? – начал размышлять Мишка.

– Выслеживали павианов, – пожал плечами Славка.

– Это понятно, что еще за куполом делать, – Мишка почесал ухо. – Как думаешь, много они поймали обезьян?

– Наверное, много, – Славик задумчиво посмотрел на друга. – И трофеи у них хорошие, или он бы не стал нам ножи давать.

– Ну да, – Мишка неожиданно улыбнулся. – Сразу два ножа в один день. Это же классно!

Славка дождался, пока Мишка кинет свой нож, потом бросил свой и неожиданно напал на друга. Эмоции искали выхода, и мальчишки начали шутливо бороться. Этот день был прекрасен для обоих.

Наконец, уставшие мальчишки бережно убрали ножи в чехлы и повесили их на пояса. Карман Мишки приятно оттягивал нож, подаренный мамой. Он посмотрел на Славку и предупредил:

– Только, чур, не бежать, я устал.

– Да я тоже, – усмехнулся Славик. – Пошли к тебе торт есть?

– Конечно! – Два друга неспешно зашагали к дому, который находился не так уж и далеко от пустыря. Мальчишки чувствовали себя крутыми с ножами на поясе. Они представляли, как обзавидуются все во дворе, когда узнают про то, что это парень из четверки им подарил. Им бы не поверили, но охотники ставили на своих ножах особый символ – обезьяна, взятая в прицел. Такие знаки были на ножах, камуфляже, рюкзаках и многих других вещах, принадлежащих охотникам. Такой символ стоял и на ножах, подаренных Мишке и Славке. Поэтому они и не переживали, что их заподозрят в обмане.

Так и случилось. Мальчишки, ближе к вечеру собиравшиеся во дворе, дружно слушали рассказ о встрече с четверкой. Славка и Мишка ходили героями дня, и все по очереди держали в руках ножи, с легкой завистью поглядывая на их обладателей. Тут же нашлись охотники поменяться на оружие, но Славка тут же сказал, что эти ножи не подлежат обмену никогда.

Уже вечером, Мишка, засыпая, думал, что это был прекрасный день, полный подарков и радости. Он жалел только, что день рождения закончился, и завтра все будет по-старому. Под подушкой мальчика лежал мамин нож, а рядом с кроватью в чехле Мишка положил метательный нож – он не мог выбрать, какой из них лучше. Конечно, мамин был очень классный, но второй ему подарил настоящий охотник. Мишка в полусне поглаживал чехол с оружием и представлял, как вырастет и станет таким охотником. Самым грозным охотником на павианов! Мишка не думал о том, что обезьян придется убивать, он просто хотел улучшить свой мир.

Глава 3

К сожалению, идиллия, которая царила во время дня рождения Мишки, долго не продержалась. Слишком сильно уставала Света, а желание выпить и все забыть было очень велико. И уже через неделю после праздника женщина стала пить. Она оправдывала себя тем, что не трогает Мишку, это обещание она дала себе, когда подарила сыну нож и увидела столько любви в его глазах.

Ее только раздражала грусть Мишки, который видел, как его мама пьет стакан за стаканом. Его желание не сбылось, и мальчишка чувствовал разочарование, как будто его предали.

– Что ты все смотришь на меня? – как-то не выдержала Света. – Да, я пью, вот такая у тебя мамка! Не могу с собой ничего поделать, сынок…

Мишка не знал, что последует за этими словами, поэтому аккуратно подобрался и подвинулся ближе к двери, готовый бежать на улицу. Был ранний вечер, и мальчишка надеялся, что до ночи мать остынет и уже не тронет его.

– Не бойся, – усмехнулась женщина. – Я пообещала себе, что не буду тебя больше наказывать. Просто не попадайся под руку. Знаешь, Мишка, ты уже большой такой вырос. Совсем на папку стал похож…

Мишка навострил уши, об отце он практически ничего не знал. Света заметила его интерес и поманила рукой, мальчик с опаской подошел ближе к матери, которая сидела на диване.

– Садись, я сейчас фотографии принесу, если хочешь.

– Конечно, хочу, – Мишка вскинул большие глаза на маму.

Света несколько секунд смотрела на сына, потом, немного шатаясь, направилась к себе в спальню. Мишка подождал всего несколько минут, как она уже вернулась обратно, неся в руках небольшую коробочку.

– Я думаю, ты уже взрослый мальчик и можешь все знать, – криво улыбнулась Света.

Мишка ждал, затаив дыхание, пока женщина доставала фотографии из коробочки.

– Вот, смотри, это Витя – твой папа, – Света держала в руках фото красивого блондина, широко улыбающегося в камеру. У Миши была такая же улыбка, те же волосы и большие синие глаза. Мальчик осторожно держал фотографию в руках, рассматривая каждую черточку своего отца.

– Я убрала эти фотографии в коробку, потому что мне было больно на них смотреть, – неожиданно произнесла Света.

Мишка ничего не сказал, но слегка обнял маму, как будто чувствовал, что ей нужно это. Через несколько секунд женщина аккуратно высвободилась из рук мальчика и достала еще фото.

– А вот здесь, смотри, я и твой папа собираемся ехать на охоту.

– На обезьян? – у Мишки чуть челюсть не отпала. Он взял фото в руки, на нем были его мама и папа в камуфляже и с оружием. Они обнимались и довольно улыбались на камеру.

Света рассмеялась, видя явное удивление Мишки.

– Не думал, что твоя мама умеет стрелять? Ты меня плохо знаешь, малыш, – женщина улыбалась. – У нас целая группа была, 2 девчонки и пять парней…

Она внезапно замолчала, и Мишка решился спросить:

– Что с ними стало? – он уже знал ответ, но должен был услышать его.

Света помолчала немного, потом заговорила:

– Мы должны были все ехать в том автобусе, но я только узнала, что беременна тобой и записалась к врачу. Если бы не ты, сынок, я бы тоже погибла тогда…

В комнате повисла тишина, женщина не стала говорить вслух о том, что ей часто снились кошмары о том ужасном дне, когда ей сказали о смерти ее группы. После этого она и пыталась заглушить воспоминания и боль сначала тренировками, потом заботой о маленьком Мишке, а потом выпивкой. Она не сказала сыну о том, как ей было сложно без Вити. Вместо этого она глубоко вздохнула и достала кое-что еще из коробочки. Мишка тем временем рассматривал другие фотографии отца и матери. Почти на всех они были счастливы.

– Когда Витя узнал о тебе, он сразу сказал, что у нас будет сын.

Мишка внимательно слушал маму, сверкая глазами.

– Когда он умер, мне передали его вещи, точнее, то, что осталось, – голос женщины задрожал, но она справилась с собой. – Теперь это принадлежит тебе.

Она надела Мишке на шею кулон и погладила его по непослушным волосам.

– Носи его и помни об отце, может я и должна была рассказать тебе раньше, но я не могла.

Мишка рассматривал кулон, это был патрон, висевший на тонкой, но довольно крепкой цепочке.

– Витя рассказывал, что этот патрон еще его деда или прадеда, я не помню. Это как память о нашей семье.

Мишка сжал патрон в кулак и сказал:

– Я буду аккуратно с ним обращаться.

– А еще вот, – в руках Светы был солдатский медальон. – Это тоже твоего отца. Я берегу это, как память о нем. Подрастешь, и я тебе отдам.

Мишка бережно взял в руки медальон, трогая буквы имени отца и цифры его идентификационного номера.

– Получишь в подарок на 18 лет, – улыбнулась мама.

В комнате стояла довольно торжественная атмосфера, хмель из женщины выветрился, и ей пришла в голову идея.

– Думаю, твой папа был бы рад, если бы я научила тебя кое-чему.

Мишка вскинул большие глаза, ожидая продолжения.

– Пойдем на твой пустырь, покажу, как надо правильно ножи кидать.

Мишка тут же вскочил на ноги:

– Правда? – в его глазах светилась надежда и радость.

– Конечно, – Света потрепала его волосы. – Собирайся, через пятнадцать минут пойдем.

Она кое-что решила для себя и хотела сказать об этом и Мишке, обрадовать его.

Мишка мигом собрался, недоверчиво поглядывая на мать и сжимая кулон в руке, как будто проверяя, не снится ли ему это. Он уже давно сидел на диване, ожидая, пока мама выйдет из душа и они пойдут на пустырь.

– Расскажу все Славке, он даже не поверит, – думал мальчик.

Наконец, женщина вышла из душа, вытирая голову, она посмотрела на сына, сидящего на диване и вытянувшегося как по струнке, и по-доброму усмехнулась.

– Уже готов? Сейчас пойдем.

Мишка не верил своему счастью, когда они шагали по улицам. Ему хотелось закричать «Смотрите, это моя мама! Она знает приемы, и она была охотником!». Но он заставлял себя сдерживаться, и только походка вприпрыжку выдавала его бушующие эмоции. Ну, еще и широкая улыбка вкупе с сияющими глазами.

– Ну-ка покажи мне, что ты умеешь, – Света лукаво посмотрела на сына.

Тот тряхнул головой и, достав нож из чехла, встал в стойку.

– Так, почти правильно, – одобрительно сказала женщина. – Только еще немного согни ноги, а так молодец!

Мишка покраснел от удовольствия.

– Немного расслабь запястье, оно должно быть одним целым с ножом, – продолжила Светлана. – А теперь бросай.

Нож воткнулся недалеко от центра мишени, и Света похлопала мальчишке.

– А ты у меня меткий, – сказала она. – Дай я попробую, посмотрю, не разучилась ли я…

Женщина встала в правильную стойку и легко метнула оружие. Оно воткнулось четко в центр, и Миша заплясал от радости. Он не переставал удивляться своей матери. Этот день полностью изменил его представление о ней. И ему это нравилось – теперь он знал и о своем отце, и о том, что его мама не просто рабочий на заводе, а настоящий охотник на обезьян. Глаза мальчишки светились от восторга, и Света с улыбкой наблюдала за ним. Ей тоже нравилось это новое чувство – когда тебя уважает и гордится тобой собственный сын.

– Мам, ты такая молодец! – Мишка притащил нож обратно и постарался бросить его, как мама. У него это почти получилось.

Следующие полчаса они по очереди кидали нож, весело разговаривая и обсуждая все на свете, потом Света предложила:

– Времени уже много, пойдем домой.

Мишка с сожалением вздохнул, но согласился с мамой. И тут он внезапно попросил:

– А ты же знаешь приемы? Можешь показать? Ну не сейчас, а потом… Когда-нибудь…

Света немного задумалась, смотря на сына, потом встала в стойку и показала Мишке, чтобы он тоже вставал.

– Покажу сейчас кое-что, а вообще, думаю, что мы сможем почаще приходить сюда…

Глаза мальчишки вспыхнули огнем радости и надежды. Женщина даже удивилась такому проявлению чувств, но потом в ее ожесточенном, из-за смерти любимого человека, друзей и тяжелой жизни, сердце начало разгораться пламя любви к сыну. К этому мальчишке с большими синими глазами и вечно взъерошенными светлыми волосами, который так удивительно похож на Витю.

– Нападай, – показала она сыну и тот начал приближаться, стараясь двигаться плавно, как видел в фильмах. Он и Славка часто так, играя, тренировались.

Через несколько секунд Мишка лежал на земле.

– Не ударился? – Света помогла ему встать. – Надо развивать дыхание и уметь правильно падать. Это я покажу тебе позже. Сейчас смотри, как надо уворачиваться от нападающего и отвечать ему.

Закипела тренировка – Света показывала правильную стойку и добивалась от Мишки, чтобы он повторил ее. Через час оба были уставшие и потные, но глаза и сердца обоих изменились за этот вечер. Мишка стал более уверенным и радостным и сильно зауважал маму, а Света стала мягче, она поняла, что для нее не все потеряно и, что она должна ради Вити воспитать их сына хорошим и сильным. Он бы хотел этого, думала женщина.

Света легко опрокинула мальчишку в очередной раз на землю, а когда он подскочил, неожиданно раздались выкрики и аплодисменты. Вокруг Мишки и Светы собралась целая толпа мальчишек, все они с восторгом смотрели на женщину. Сын и мать немного смутились от такого количества зрителей. В пылу тренировки они не заметили, как мальчишки собирались вокруг, так же и несколько девчонок сидели там же на земле. Все они с восхищением хлопали.

– Вы охотник? – спросил один мальчишка лет шести.

Света покачала головой и призналась.

– Когда-то была им, но сейчас нет.

– Покажите нам тоже приемы, – внезапно попросил один из мальчиков.

Женщина удивленно оглянулась и заметила, что многие из детей смотрят умоляюще. У родителей не было на них сильно много времени или сил, да и драться умели не все. Света хотела отказаться, но посмотрела на Мишку, тот тоже смотрел с просьбой в глазах. Света вспомнила себя в детстве, как ей отчаянно хотелось, чтобы ей помогли и научили, но тогда было некогда – вовсю шла война с обезьянами. А эти ребята, если их обучить, могли бы принести пользу. Внезапно она поняла, чем бы хотела заняться в ближайшее время. Она вздохнула и посмотрела на ребят.

– Я тоже работаю, как и ваши родители, и у меня не так много времени.

Среди толпы ребят прокатился гул разочарования, но женщина еще не закончила.

– У меня есть два вечера в неделю, которые я смогу проводить здесь. Понедельник и пятница с шести до семи вечера. Опоздавшие не могут заниматься. Это все бесплатно, поэтому могут приходить все желающие, но дисциплина должна быть железной. В случае непослушания хотя бы одного из вас, я прекращаю уроки.

Ненадолго повисла тишина, взорвавшая криками радости. Потом все тот же мальчишка, который и попросил об уроках, сказал:

– Мы будем выполнять все, что скажете.

Он оглянулся на мальчишек, стоявших за его спиной, и все закивали.

– Вот и хорошо, – кивнула Света. – Тогда увидимся через два дня. Наденьте удобную одежду и пока больше ничего не надо. С оружием будете учиться обращаться позже.

Когда Мишка и Света уходили, их провожала тишина, которая вскоре взорвалась восторженными воплями, смехом и обсуждением предстоящих тренировок. Все ребята хотели уметь защищать себя, но, например, различных секций, как в довоенное время, у них не было. Взрослым было не до этого, они пытались как-то выжить и хоть немного обеспечить будущее детей. Конечно, мальчишки пытались придумать приемы сами или выхватывали их из редких фильмов или книг, которые еще оставались. Ведь многие из них были уничтожены или потеряны во время войн между странами, различными бедствиями и войной с павианами. Остались буквально единицы по-настоящему ценных фильмов и книг, и все они были пересмотрены и перечитаны на много раз. Но без тренера и опытного руководства все это имело мало значения. Ведь мальчишки и девчонки по-прежнему мало что умели. Они не умели правильно дышать, падать, не знали приемы для самообороны и много другого.

Перед Светой стояла очень трудная задача, и она это знала, к тому же это был неблагодарный труд – без оплаты и помощи других, но женщина твердо решила сделать что-то полезное в этой жизни, чтобы ее запомнили. Еще она хотела, чтобы сын гордился ей, женщине понравилось это чувство. Да и ей просто надоело влачить жалкое существование, желание изменить свою жизнь крепло в ней с Мишкиного дня рождения. И сегодня окончательно утвердилось в ее сердце и голове.

Она и Мишка шли по вечерней улице, сначала молча, обоим было о чем подумать. Потом Света начала разговор, который и планировала с самого начала.

– Я тебе еще не все сегодня сказала, – женщина посмотрела на сына. – Я даю тебе обещание, что бросаю пить. С этой минуты больше ни капли.

– Правда? – Мишка испытующе смотрел на мать. Та выдержала серьезный взгляд мальчишки, казалось, заглядывающий ей прямо в душу.

– Правда, мне самой так не нравилось, но, скажу честно, не знала, как жить дальше без твоего отца и друзей. А тут еще приходилось много работать.

– Но ведь и сейчас придется много работать, – мудро заметил мальчик.

– Да, но знаешь, где я хочу брать силы?

Мишка озадаченно помотал головой.

– У тебя, – Света положила руку на плечо сына, они стояли в переулке у магазина. – Я думаю, что твой отец смотрит на нас сверху и хочет, чтобы ты вырос достойным мужчиной. Мы хотели с ним большую семью, но теперь у меня есть только ты. И я не хочу тебя упустить.

Света присела на корточки и обняла Мишку, который тоже крепко ухватился за маму. Ему было непривычны все эти эмоции, но он чувствовал, как его сердечко заполняет горячая волна любви к матери.

– А тех ребят я хочу тренировать, потому что я умею. А им всем, как и тебе, надо уметь защищаться, – встала на ноги Света и лукаво посмотрела на Мишку. – Правда, тебе я хочу показать немного больше, чем остальным, так что готовься, буду гонять.

Мишка засмеялся от радости, и женщина внезапно пожалела о тех годах, когда плохо обращалась с ним.

– Пошли мороженое купим, – протянула она ладонь сыну, и тот с готовностью ухватился за нее. Ему было все равно, что ему уже семь лет, и он большой мальчик. Он был просто рад, что мама меняется, и жизнь становится лучше. Мишка чувствовал, что впереди большие перемены.

***

На с�