Проклятье поместья «Блэквин»

Англия. 1823 год. Графство Глостершир

Началась эта история около полутора веков назад в поместье Блэквин графства Глостершир, расположенном на юго-западе Англии.

Архитектура особняка была роскошной, а оранжерея, часовня и библиотека производили неизгладимое впечатление. Имелся и богатый винный погреб. Второе место после него занимала галерея произведений искусства. Роскошные оригиналы картин самых известных художников украшали стены имения. Каждое поместье в то время имело особое промышленное значение как для страны, так и для владельцев, и Блэквин не стало исключением.

О месте, на котором было возведено поместье, ходили разные слухи, но с годами о них уже практически никто не вспоминал.

Поговаривали, что предок Грандов, владельцев имения, был ведьмаком, который проводил обряды жертвоприношений, и именно на этом месте возвел свой особняк. Однако никаких доказательств найдено не было, и со временем «страшилки» о поместье стали считать сказками.

Вот уже несколько поколений владельцев выращивали особенный сорт винограда, из которого получалось тягучее вино практически черного цвета. Именно оно и послужило названием поместью – Блэквин, что означало «Черное вино».

Но история вовсе не об этом необыкновенном напитке, а о сыне владельца, который своим безрассудным поступком положил конец не только собственному роду, но и будущему четырех семей из числа аристократии графства Глостершир.

Андерсон Гранд был единственным наследником поместья. Высокий молодой человек с подтянутой фигурой, безупречной осанкой и взглядом, гордо устремленным вперед, который выделял его из местной аристократии. Свое окружение мужчина поражал упрямством и горячим нравом. Чтобы заполучить желаемое, он шел напролом, не задумываясь о последствиях. Сила и целеустремленность позволяли ему добиваться поставленных целей, независимо от способа их достижения. В спорах он был убежден в своей правоте и не терпел критики в свой адрес. Поощрения и восхищения принимал как данность. Считал себя совершенным и, видимо, по этой причине имел повышенный уровень требований к окружающим. Но, несмотря на все недостатки, в нем удивительным образом уживались харизматичное дружелюбие и безудержная вспыльчивость.

Сложно с таким характером найти друзей, однако ему это удалось: вокруг него подобралась компания, с которой он проводил свободное время. Во все времена власть имел тот, у кого есть деньги. Семейство Грандов же относилась к привилегированному сословию со стабильным достатком и имело надежную поддержку не только в Великобритании, но и за ее пределами. Владельцы соседних поместий были и партнерами по бизнесу, и друзьями. Дружба их являлась своего рода сделкой.

Все молодые наследники были одногодками с разницей в возрасте всего в несколько месяцев.

Особо среди них выделялся граф Оливер Коллинз. Начиналось это с имени, которое произошло от слова «эльф», именно поэтому и в компании его называли так же. Он разительно отличался от прочих, будучи человеком с высокой душевной организацией, хорошо развитой интуицией и открытым ко всему прекрасному. В современном мире он мог бы сделать прекрасную карьеру актера мелодрам. В иных обстоятельствах он вряд ли общался бы с Андерсоном, но партнерство семей обязывало к этому.

В общении был умерен и сдержан, французское воспитание развило в нем естественное целомудрие и строгие моральные принципы. Он не играл в азартные игры, считая это небезопасным, ценил спокойствие и комфорт. В конфликтных ситуациях проявлял дипломатию и тонкость и благодаря этому избегал ссор, которые Андерсон устраивал регулярно. Щепетильно подходил к принятию решений – ему необходимо было убедиться в справедливости действий, и именно это качество жутко раздражало Андерсона.

Семейство Коллинз занималась суконным делом, их продукция имела повышенный спрос не только в Англии, но и в других странах.

Следующим своим приятелем Андерсон выбрал графа Кристиана Барлоу-Крис. Он был открытым и дружелюбным молодым человеком, благодаря чему всегда находился в центре внимания. Высокий лоб, слегка великоватый, но изящный нос, красиво очерченный рот и волевой подбородок выдавали в нем сильную личность. Кристиан считал себя вольнолюбцем, болезненно воспринимал любые принуждения к чему-либо. В отношении собственной персоны он ненавидел любые проявления критики, отвергая даже искренние и добрые советы самым нелицеприятным образом. Однако в самых неловких ситуациях оставался откровенным и разговорчивым. У него была прекрасная память и хорошо развитая интуиция. Кристиан мог разрядить даже самую напряженную атмосферу. В критических ситуациях он проявлял терпимость к людям, поступки которых были совершенно неприемлемы для его жизненных принципов.

Его семья занималась мыловарением. В те времена пользоваться мылом считалось большой привилегией, и не каждому это было по карману. Можно только предположить великое значение этого производства, если Генрих IV основал орден, отличительной кавалеры которого имели привилегию использовать мыло при мытье в бане.

Четвертым членом компании стал граф Энтони Льюис – Тони, как его называли близкие и друзья. Был он чуть выше среднего роста, с бледным худощавым лицом, тонким носом и с большими, немного близко посаженными глазами синего цвета. Острый подбородок и ярко каштановые волосы, отливающие золотом, подчеркивали его шотландское происхождение. После окончания Оксфорда родители Тони приобрели земли неподалеку от поместья Блэквин и покинули Шотландию. На первом же светском мероприятии они были представлены привилегированным слоям аристократии. Как и Андерсон, он был лидером по натуре. Природные организаторские способности, целеустремленность и незаурядный ум позволяли ему успешно достигать поставленных целей. Он, словно сейф, был загадочен и надежен, умел хранить чужие секреты. Тони отлично разбирался в людях: ему не нужно было что-либо объяснять, он на интуитивном уровне чувствовал слабые и сильные стороны окружающих. Стратег и психолог от природы, молодой человек обладал даром убеждения, а его практичный, расчетливый и цепкий ум помогал справиться с любой задачей.

Семья Льюисов занималась разведением овец. Объемы производства позволяли не только полностью удовлетворять собственные потребности, но и большую часть товара отправлять за пределы страны.

Молодые аристократы быстро нашли общий язык и через несколько совместных прогулок верхом стали неразлучны. Энтони прекрасно вписывался в этот квартет. Он был не из тех, кто идет напролом к достижению цели. Ему больше импонировало терпеливое и осторожное ожидание подходящего момента, чтобы получить желаемое. Часто проявлял эгоизм, однако это не мешало ему быть достаточно благородным и бескорыстным в отношениях с окружающими. Юноша имел сильный характер, предпочитал не говорить, а делать, был искренним и честным. Иногда его высказывания казались слишком прямолинейными и грубыми. Энтони стремился максимально расширить границы своих возможностей, и в этом был схож с Кристианом и Андерсоном.

И, наконец, завершающим звеном компании стал граф Эрл Дэвис. Человек, который отличался от своих друзей чрезмерным честолюбием. Внутренняя энергия, которая горела в нем, помогала в достижении глобальных жизненных целей. Был он среднего роста, худощавого телосложения, с бледным лицом и пронзительно-голубыми глазами. Граф Дэвис обожал быть в центре внимания, и это переросло в привычку затмевать, подавлять и царить. Излишняя импульсивность и горячность вовлекали юношу в опасные ситуации, из которых его вытаскивал Кристиан.

Семья Дэвисов выращивала пшеницу, ячмень, клевер и овес – все имело высокий спрос. Позже этот список был пополнен лавром и хмелем.

Парни много времени проводили вместе. Обсуждали политические вопросы, посещали светские мероприятия. Из-за того, что они повсюду появлялись вместе, их компания заработала прозвище «Блэквинский квинтет», что означало «пятеро из Блэквина». Как и любом высшем обществе, они хорошо владели рапирой и так же искусно скрипкой и фортепьяно. В общем, каждый из них считался завидным женихом, способным составить достойную партию даже самой привередливой особе.

В средние века Ирландия стала самым большим источником человеческого ресурса для английских купцов. Большим спросом у английских хозяев пользовались ирландские женщины, их нанимали в качестве кухарок, горничных, том числе и для личного удовольствия.

Ирландкой была и Агнес.

Рыжеволосая девушка с большими зелеными глазами, четкими чертами лица и изящной тонкой шеей сразу привлекала внимание.

Девочка появилась в доме Грандов через два года после рождения Андерсона. Ее мать была служанкой в поместье, но умерла при родах. Поговаривали, что Агнес являлась внебрачной дочерью хозяина, и это подтверждалось трепетным и теплым отношением господина Олдина Гранда к малышке. Воспитанием девочки занималась миссис Мирин Бенуа, которая вырастила ее как родную дочь.

Мирин приехала в дом Грандов из Франции – ее пригласили в качестве эксперта по селекции винограда. Агнес ходила за ней по пятам, и уже к пятнадцати годам отлично разбиралась в особенностях виноделия и знала правила сочетания вин с разными блюдами и особенности хранения, а также умела различать вина на вкус. Учитывая сферу деятельности владельцев, знания Агнес имели первостепенное значение.

С Оливером девушка познакомилась давно. Когда хозяин поместья созывал гостей продегустировать новое вино, ее приглашали в качестве консультанта. На одном таком вечере они и обратили друг на друга внимание.

Девушка испытывала симпатию к Оливеру. Было между ними что-то общее. Она не обучалась в университете, но прекрасно играла на фортепьяно и увлекалась поэзией и живописью. Именно любовь к прекрасному и сблизила их. Парень был заворожен ее красотой и тонким умом, а крупные выразительные глаза девушки притягивали, словно магнит. Но их союз был невозможен: она полукровка – он аристократ, поэтому мечты о браки были лишь иллюзией.

В декабре 1826 года отец Андерсона заболел чахоткой. Перед смертью он позвал к себе Агнес и передал ей сверток со словами:

– От тебя всегда скрывали правду, но настало время открыть ее. Я твой отец. Мы познакомились с твоей матерью задолго до моей женитьбы, но я не смог отстоять право остаться с ней, так как она не имела ни титула, ни состояния. И только после смерти моего отца я смог взять Лауру в этот дом в качестве прислуги. Но скрыть наши отношения нам не удалось, и вскоре стало известно, что Лаура беременна. Она отдала богу душу, даруя жизнь тебе. Ты была лишена отцовской любви, но я постарался дать тебе, все что было в моих силах. Возьми это. Это подтверждение того, что ты моя дочь, с правом владения титулом и фамилией.

– Мне ничего не нужно, господин, – начала было отказываться Агнес.

Но отец силой вложил сверток ей в руки и продолжил:

– Это твое приданое. Прости меня, дочка. Исполни последнюю мою просьбу: оставь наш разговор в тайне. А теперь ступай.

Поговорив с отцом, девушка вышла из его покоев сама не своя. То, что она услышала, стало для нее шоком. Она поспешила в свою комнату, чтобы рассмотреть полученный подарок.

Но старик скрыл истинную правду о смерти ее матери, которая произошла вовсе не от тяжелых родов, как все думали. Ее убил он. У Лауры была странная метка, которая и погубила ее. О чудодейственном камне и ключе он узнал из записей прадеда. Тот практиковал черную магию и совершенно случайно завладел этой информацией. Олдин знал из рассказов прадеда, что у владелица родимого пятна в форме «ламед»1 есть лишнее ребро, которое способно открыть врата в сокровищницу Люцифера. Ключ притягивал к себе эти врата, и где бы ни находилась девушка, в определенный день и час врата появлялись поблизости от нее, ожидая гостью. Не любовь, а желание Гранда-старшего обладать артефактом и послужило причиной появления Лауры в поместье. Когда пришло время и Агнес появилась на свет, обессиленная женщина потеряла сознание, и Олдин воспользовался случаем и задушил бедняжку подушкой, после чего вспорол ей живот и забрал ребро. Ключ сам привел Олдина к вратам.

Дождавшись нужного дня и часа, Олдин вошел в сокровищницу преисподней и забрал камень, но не стал использовать его. Ему нравилось владеть, тем чего нет у других. И неважно, что об этом было известно только ему.

Мирин стала случайным свидетелем преступления Олдина, но осталась незамеченной. Она сохранила в тайне то, что увидела. Однако перед возвращением во Францию написала Агнес письмо, в котором рассказала правду о смерти матери, но той так и не удалось его прочесть. В ту ночь Агнес пришлось спасаться бегством.

Андерсон даже не подозревал о том, что Агнес его сводная сестра. Он не верил слухам, и к тому же она совершенно не была похожа на старшего Гранда, поэтому молодой человек относился к ней как к обычной прислуге.

После разговора с Агнес Олдин пригласил к себе сына и рассказал о том, что в подвале хранится вещь, которая сможет помочь, когда того постигнет нужда, и что она якобы может исполнять желания.

– В моем дневнике об этом подробно написано, береги его, – прохрипел старик.

Андерсон не воспринял слова отца всерьез, подумав, что старик на смертном одре, тронулся умом. Не придав словам родителя значения, попрощался с ним и удалился. К полуночи Олдина Гранда не стало.

1827 год, декабрь

В начале XIX века в Великобритании наступили непростые времена. По стране активно «шагал» промышленный переворот, а обострение классовой борьбы и политический кризис повлияли на торговлю и поставки товаров из других стран. Дела в поместье шли из рук вон плохо. Молодой хозяин за год умудрился спустить наследство отца. За долги поместье пришлось заложить в банк. Обстоятельства заставили Андерсона оставить праздную жизнь и заняться хозяйством. Ему пришлось проводить много времени в кабинете, изучая документы и купчие. Перебирая в очередной раз бумаги, молодой человек неожиданно наткнулся на потертую старую тетрадь с листом папируса внутри. Это был дневник отца. Развернув пожелтевший лист, Андерсон увидел нарисованную карту – но изображены на ней были не сокровища, спрятанные на необитаемом острове, а план его родового гнезда, точнее подвала. Пробежав глазами по рисунку без особого любопытства, отложил его в сторону; больше его интересовали записи загадочной тетради. Начав читать, молодой человек узнал о своем прадеде-ведьмаке, и о том, что любую проблему можно решить, если заключить сделку с дьяволом. Дневник повествовал о том, о чем Андерсон и не подозревал ранее.

Андерсон внимательно изучил записи, после чего пришел к определенному выводу.

– Вот решение моих проблем! – проговорил он, крепко сжимая дневник в руках.

Испокон веков люди желали решить свои проблемы словно по мановению волшебной палочки, нежели за счет собственного ума.

Андерсон начал поиски человека, о котором прочел в дневнике и приступил к его поиску, но выяснилось, что тот умер, и ему посоветовали обратиться к его последователю: некоему Чарльзу Шертону, магу и чернокнижнику – главе ведьминского клана.

В XIX веке в Англии появление и расцвет интереса к мистицизму и оккультизму привели к росту популярности чернокнижников. Люди со всей страны стремились обрести знания и силу, которые эти магические существа обещали дать. Тем не менее поиски чернокнижника в Англии в те времена оказывались сложной задачей, поэтому люди прибегали к разнообразным средствам и методам, чтобы отыскать того, кто владел темными силами. Таким образом, нахождение чернокнижника требовало от искателя не только терпения и отваги, но и готовности к возможным последствиям, которые были предусмотрены законами церкви того времени.

Люди могли сообщать о подозрительной деятельности или поведении, которые, возможно, указывали на наличие колдунов в округе. Поэтому чтобы попасть к Шертону, Андерсону пришлось ехать с завязанными глазами окольными путями. И после того, как слуга убедился, что за ними нет слежки, они прибыли на место.

Экипаж подъехал к огромному замку. У входа в ожидании гостя стоял мужчина. Андерсон подошел к встречающему.

– Здравствуйте, я…

– Пойдемте, господин ожидает вас, – перебил его незнакомец.

Мужчина в темном суконном плаще повел Андерсона по узким коридорам, освещая путь факелом. Наконец они вошли в огромный зал с покатым полом. У входа уровень пола был ниже, нежели у противоположной стены. Пологий бесступенчатый подъем вел к нише, в которой стоял трон. В центре зала размещался стол, на котором находился, судя по очертаниям, шар, накрытый черной материей.

Незнакомец повернулся к гостю и сказал:

– Господин сейчас придет, ожидайте.

После чего удалился.

Гранд с любопытством рассматривал помещение. Дверь заскрипела, и в зал вошел Чарльз Шертон.

Андерсон резко обернулся.

Высокий худощавый мужчина с длинной седой бородой и такими же волосами. На нем была мантия из бархата темного цвета, на голове феска2, а завершали образ башмаки на невысоком каблуке с длинным языком и увесистой пряжкой на союзке3.

– Вы хотел встречи со мной, и вот я здесь, – проговорил мужчина. – Зачем пожаловали?

– Я внук Мефеста Гранда, в его записях прочел, что, прибегнув в магии, можно избавиться от проблем, я искал некого господина Ходжа, о котором мой прадед упоминал, но выяснилось, что он давно покинул наш мир и мне посоветовали обратиться за помощью к Вам.

– Это заблуждение. С помощью магии возможно решить многое, но далеко не все, – вставил мужчина, заполнив паузу, которую Андерсон создал.

Андерсон настороженно посмотрел на ведьмака, а затем продолжил:

– Дела в моем поместье идут из рук вон плохо. Помогите исправить ситуацию, и я в долгу не останусь, – озвучил желание молодой граф.

Мужчина удивленно повел бровями.

– Молодой человек, вы, видимо, не понимаете всей серьезности ситуации. Я не иллюзионист на цирковой арене и не занимаюсь фокусами ради развлечения публики. Вы считаете, что можно вот так прийти, попросить – и желания исполнятся? – возмутился он.

Андерсон замялся и виновато опустил голову.

– А что вы можете предложить взамен? – спросил маг, поглаживая бороду.

– Любую цену, которую назначишь! Душу – забирайте! – безцеремонно проговорил гость с просящими глазами.

Мужчина рассмеялся.

– Мне льстит, что Вы так высоко цените меня, но я всего лишь мирянин, который служит Темному властелину, так что твоя душа мне ни к чему.

Граф насторожился. «Неужели откажет?» – пронеслось у него в голове.

Шертон задумался и после непродолжительного молчания озвучил условие сделки:

– Я помогу тебе, но об этом никто не должен узнать! Взамен принесешь мне ребро девушки, у которой есть родимое пятно в виде буквы «ламед». Известно, что девушка эта живет в твоих владениях. Доставь его сюда не позднее наступления следующего полнолуния.

Андерсон выслушал условие и заговорил:

– Ребро… но для этого ее придется убить? – ужаснулся он.

– Именно такова цена твоей будущей безбедной жизни.

– А если я не смогу выполнить задание? – засомневался молодой человек.

– На твоих запястьях появятся «оковы покорности», и ты станешь моим вассалом4. Будешь служить мне. Ну как, согласен?

Андерсон немного помолчал, затем ответил:

– Согласен.

– А теперь ступай. И помни: сделку нельзя отменить.

Это был самый самонадеянный и безрассудный поступок графа, но мысли о праздной жизни обуревали его.

До полнолуния оставался месяц, а юноша понятия не имел, как и где будет искать эту девушку.

– Вы уверены, что он сможет принести его? – поинтересовался один из учеников ведьмака.

– Конечно нет, но у него есть то, что мне нужно. Хорошо, что он об этом не знает! Его поместье – это не простые владения. Очень странно, что потомок Мефеста настолько бездарен. Кровь должна была призвать его. Ну да ладно, это даже к лучшему – не сможет помешать, и я наконец доберусь до сокровищницы Люцифера.

– Но, господин, без ключа их не открыть.

– Знаю, но должен быть способ, должен, – тяжело вдохнул чернокнижник и задумался.

– Даже палантир5 не может найти ее? – задал последователь очередной вопрос.

– Нет. Нитукс6 сокрыт в ее теле и создает купол, который не дает возможности обнаружить его. Я узнал только местность, где она находится, но кто она, палантир не показывает.

– А как насчет его просьбы?

– Ну, он получит что хочет, а затем свою долю получу я, – злобно захохотал маг, сверкая глазами.

Как-то на заре молодости Чарльз практиковал одно заклинание, но ошибка, которую он совершил при его исполнении, стала для него фатальной. Неверно проведенный ритуал накликал на колдуна тяжелую болезнь. Сущность, что Чарльз подсадил к себе, начала высасывать из него жизненную энергию. Чтобы избежать смерти, молодой человек заключил сделку с Темным властелином – правителем преисподней. Когда тот появился перед ним, Чарльз попросил избавить его от недуга и продлить жизнь хотя бы на полтора века. Взамен он пообещал служить Темному властелину, исполняя его волю. Только после того, как сделка была заключена, колдун понял, что продешевил. С тех пор его мечтой стало избавиться от зависимости, а для этого ему нужен был ключ от врат Леттерии, сокровищницы властелина. Там Чарльз смог бы забрать то, что исполнит его желание и освободит от оков.

Он прекрасно понимал, что Андерсон не выполнит условие сделки и станет вместо него исполнять волю Темного правителя.

Глава II

1828 год, январь

За два дня до наступления полнолуния

Спустя пару дней после визита к чернокнижнику дела поместья пошли в гору. Оказалось, что долги были приписаны поместью ошибочно и за причиненный ущерб была выплачена моральная компенсация. После этого положение семейства Грандов укрепилось, и поместье стало процветать. Андерсон был несказанно рад такому повороту. Шелтон выполнил свою часть сделки, теперь настала очередь Андерсона вернуть долг.

В округе стали пропадать женщины. Жертв было уже восемь. Поползли слухи о том, что демоническая сущность поселилась в этих краях. Женщин находили неподалеку от поместья с раздробленной грудиной. Страх заставлял людей бежать из этой местности.

Никто даже и подумать не мог, что за этими зверствами стоит молодой и красивый хозяин поместья Блэквин.

Приближалось срок исполнения условий сделки, но девушка так и не была найдена.

За пару дней до полнолуния случайное стечение обстоятельств вселило в Андерсона надежду на успех.

В эту ночь он возвращался домой с очередной вечеринки и случайно увидел в окне Агнес, которая расчесывала волосы перед сном. Вид огненной шевелюры длиной до пояса задержал мужчину у окна. Когда девушка наклонила голову к предплечью, чтобы заплести косу, на лопатке у нее мелькнуло что-то темное, и парень прищурился. Агнес, не замечая шпиона, повернулась к окну обнаженной спиной, и тот неожиданно увидел метку.

– Наконец-то ты и нашлась! – прошептал он и зловеще сверкнул глазами.

Агнес смирилась с положением служанки. После смерти Олдина отношение к ней изменилось. Ревность Андерсона из-за отношения отца к Агнес вышла на свободу, и условия проживания у девушки уже не были прежними. Андерсон при каждой удобной возможности указывал Агнес на ее место. Ей ничего не оставалось, кроме как влачить свое существование и играть роль, которую определила ей судьба: «Служанкой родилась, служанкой и умру», – говорила она, вытирая слезы после очередной стычки с братом. Поэтому, когда Оливер начал оказывать ей знаки внимания, она без раздумий приняла их. Оба понимали, что отношения эти никуда не приведут, но решили, что нужно жить здесь и сейчас. Несмотря на разницу в социальном статусе, в их душах горел огонек надежды на то, что когда-нибудь они смогут быть вместе.

Ночью следующего дня

Агнес уже собиралась ложиться, когда в окно постучали. Она набросила халат и увидела, что на улице стоит Оливер, держа букет полевых цветов. Девушка улыбнулась и открыла створки:

– Тебя могут обнаружить! – забеспокоилась она.

– Днем я увидел их, и они мне напомнили о тебе, а теперь будут благоухать и напоминать обо мне! – и подарил ей букет со словами: «Что без тебя просторный этот свет? Ты в нем одна. Другого счастья нет7».

Послышался шум. К главному входу подъехал экипаж, из которого вышел Андерсон. Девушка закрыла окно. Оливер спрятался за башней и случайно стал свидетелем следующего разговора:

– Завтра вечером отведете Агнес в подвал и после того, как я закончу с ней, выбросите тело в канаву у перекрестка.

– В доме полно слуг. Она будет кричать, что тогда делать? – поинтересовался собеседник.

– Это ваша проблема. Я вам плачу за то, чтобы вы исполняли приказы четко и не оставляли следов, – проговорил Гранд и вошел в дом.

Если бы не сильные и глубокие чувства Оливера, эта ночь для девушки стала бы последней. Он хотел предупредить девушку об опасности, но привратник уже выпустил собак, и ему ничего не оставалось, кроме как уносить ноги. Он не верил тому, что услышал, но, как бы то ни было, в одиночку не смог бы помешать планам тирана. Ждать было нельзя, и рано утром Оливер отправился к Энтони.

Тони жил между поместьями Блэквин и Коллинз. Родители давно передали ему право управлять делами, а сами отправились путешествовать по миру. Молодой человек прекрасно изъяснялся на нескольких языках, был успешен в математике и хорошо справлялся с возложенными на него обязательствами.

По счастливой случайности в гостях у Льюиса были Кристиан и Эрл – заехали кое-что обсудить. Молодые люди о чем-то громко спорили, когда в кабинет на всех парах влетел Оливер.

– Что случилось? Ты бледный как смерть, – заволновался Энтони, – и где твои манеры…

– Прости, Тони, но дело не терпит отлагательств, – задыхаясь, объяснил друг. – А, и вы здесь, отлично, – оглядел он ошарашенных друзей.

– Оливер, объяснись! – вступил Эрл и встал с кресла.

– Завтра ночью Андерсон собирается убить Агнес, – протараторил гость.

– Что? Ты пьян, что ли? Откуда такие мысли? – удивился Энтони.

И тут Оливер рассказал обо всем, о тайной связи с Агнес тоже пришлось упомянуть. Иначе как бы он объяснил свое присутствие ночью у особняка Грандов? Не звездами же он любовался.

– Бред какой-то, – засомневался Крис.

– Нужна ваша помощь. Прошу, помогите. Один я не справлюсь, – умоляюще смотрел Оливер на друзей.

– Ты уверен в том, о чем рассказал? – спросил Энтони.

– Да, даю слово джентльмена, – твердо ответил друг.

– Раз так, мы не можем остаться в стороне! – решил Энтони.

– Что ты предлагаешь? – спросил Крис.

– Нужно остановить Андерсона. Что еще за выходки! – вмешался Эрл.

Тони задумался. Известие настолько ошарашило его, что он никак не мог сосредоточиться. Оливер был уверен, что, раз друг взялся за дело, придумает, как спасти его возлюбленную.

– Тони, у тебя есть план? – нервничал Оливер.

– Подожди, я думаю, – оборвал его тот и озадачено сел в кресло. После продолжительного молчания он наконец произнес:

– Сегодня вечером я неожиданно нагряну в Блэквин и отвлеку Андерсона. Кристиан и Эрл проберутся в подвал и заберут Агнес. Охранять ее не будут, никто не ожидает побега. На всякий случай возьмите с собой песок, бросите в глаза, если кто появится. А Эльф, как самый эмоциональный из нас, начнет представление: учитывая ваши постоянные разногласия, ты притворишься пьяным и устроишь дебош. Пока все отвлекутся на скандал, вы увезете Агнес. Слуг я предупрежу, комнату ей подготовят.

– А почему Агнес поедет именно к тебе? – насторожился Оливер, прищурив глаза.

– Угомонись ты уже, мое поместье ближе остальных. Мы должны успеть провернуть все это до полуночи. Чем меньше людей будут знать об этом, тем больше шансов на успех.

– Я, да и еще и пьяный, но почему? Он же убьет меня! – начал нервничать Оливер.

– А ну хватит, в конце концов! Пора уже становиться мужчиной, и это твой шанс, ты понял? Или хочешь навсегда потерять ее, а потом мучиться угрызениями совести, что ничего не предпринял? – с укором произнес друг.

Оливер вздрогнул. От одной мысли, что с Агнес может что-то случиться, по телу пробежала дрожь.

– Ну так как, ты готов? – поинтересовался Энтони.

Друг молча кивнул.

– А что потом будет с Агнес? – спросил Кристиан. – Он же наверняка будет ее искать.

– Об этом будем думать потом, – озадачился Энтони.

Молодые люди никогда не возражали Андерсону, и то, что они решили дать бой подобному беззаконию, стало неожиданностью и для них самих. После этого происшествия друзья планировали закончить с ним дружбу, но, к сожалению, этому не суждено было случиться.

***

В викторианскую эпоху опиум был доступен всем слоям населения, его оборот долгое время никак не контролировался. Снадобье стоило дешевле, чем алкоголь, что вызывало высокий спрос. Настойка оказывала расслабляющее действе и вызывала чувство удовольствия. Опиум принимали для вдохновения и путешествий в параллельные реальности. Многим это средство казалось безопасным, но зависимость, которую оно вызывало, порождало новые, более существенные проблемы.

Купив зелье в одной из аптек, молодой человек уже четко знал, как будет действовать. Он не хотел опаивать Андерсона до бессознательного состояния, целью было лишь притупить его разум и дезориентировать. В таком состоянии он не сможет реализовать свой чудовищный план.

Андерсон недавно проигрался в карты, и ставкой был один из рабов. В Англии того времени купить или продать раба было обычным делом. Энтони подготовил купчую, но вписывать имя не стал. Если бы не чрезвычайная ситуация, он никогда бы не потребовал уплаты карточного долга, но не в этот раз. У Андерсона был раб по имени Адам – сильный и крепкий юноша из Южной Африки, именно его и решил потребовать Энтони в счет долга.

Было около десяти вечера, когда экипаж остановился у парадного входа поместья Блэквин. Андерсон никого не ждал, поэтому поспешил встретить гостя:

– О, как неожиданно, что-то случилось? – занервничал хозяин поместья.

– Есть разговор, – сообщил Энтони.

Хозяин кивком пригласил гостя войти.

– Я не отниму много времени. Выпьем? – предложил друг с порога.

Андерсон посмотрел на часы и жестом показал, что не возражает. Энтони незаметно влил несколько капель настойки опиума в стакан с виски и протянул его хозяину, начав незатейливый разговор:

– Я сегодня вспомнил, что ты мой должник, – произнес гость, усаживаясь в кресло и закидывая ногу на ногу.

– Как это, когда я тебе задолжал? – удивился собеседник, широко раскрыв глаза.

– Пару недель назад. Ты проиграл в карты, помнишь?

– Ах да, карты… что было ставкой?

– Да мелочь, один из твоих рабов. Ты пообещал, что я могу выбрать любого.

Андерсон прикусил губу и, немного помолчав, спросил:

– И кого же ты хочешь?

Гость заинтригованно помолчал, вращая виски по стенкам стакана, а затем сказал:

– Конюха Адама.

Друг заскрипел зубами, отпил несколько глотков спиртного и произнес:

– А ты очень практичен! Что ж, карточный долг дело святое. Забирай!

– Виски замечательное, какой возраст? – поинтересовался Тони.

– Семь лет! – гордо ответил друг.

Опиум к тому моменту уже начал свое действие: Андерсон заметно обмяк и расплылся в улыбке.

– Ну, раз все вопросы решены, осталось подписать купчую, и дело будет сделано.

– Дружище, мне так не хочется сегодня заниматься бумагами. Давай все формальности потом, а раба забирай сегодня, – лениво предложил мужчина, отмахиваясь рукой.

– Я обо всем уже позаботился, нужна лишь твоя подпись, – уверил хозяина Энтони.

– Ну ты педант. Ладно давай свою бумагу, подпишу.

Тони и надеяться не мог, что вопрос так легко решится. Андерсон даже читать не стал, подписал не глядя и вернул листок гостю.

– В твоих владениях творится чертовщина, тебя это не беспокоит? – неожиданно спросил гость.

– Нет. Почему меня должны беспокоить рабы? Они всего лишь чернь и моя собственность, я могу с ними делать все что пожелаю, – ухмыльнулся Андерсон.

Невежество Андерсона и здесь сыграло с ним злую шутку. Услышав условие сделки с Шертоном, он даже не поинтересовался, как именно выглядит нужная метка. После того как восемь его попыток потерпели неудачу, он наконец обратился к алфавиту иврит и изучил подробно его буквы, которые приведут к спеху.

– Не твоих ли это рук дело? Но зачем? – удивился Тони.

Андерсон не пожелал продолжать разговор.

– Не хочу показаться невежливым, но у меня на сегодня запланировано важное дело, поэтому… – попытался хозяин избавиться от непрошеного гостя.

– Ты изменился. Что же такого сделали эти люди, раз ты решил с ними так жестоко расправиться? – продолжал допытываться друг, игнорируя слова Андерсона, который то и дело смотрел на часы и заметно нервничал.

Друг подлил горячительного напитка в бокалы, и под действием опиума Андерсон вдруг начал откровенничать. Планы, которыми он делился, были похоже на бред сумасшедшего. Все, о чем говорил Оливер, подтвердилось.

От услышанного у Энтони заходили желваки, но он максимально скрывал свое негодование. С каждой услышанной фразой в нем закипала кровь, с каждой минутой он становился все решительнее.

– Но как ты решишь проблемы, убивая? – допытывался Тони.

– Я заключил сделку, благодаря которой поместье избавилось от долгов. И теперь мне нужно забрать одну вещь, которая и станет платой за услуги. Мне больше не придется ни о чем беспокоиться… – шептал Андерсон, глядя на друга безумными глазами.

– Так забери, и все, зачем убивать-то? – не унимался друг.

– Не могу, чтобы достать это, нужно проникнуть в ее плоть…

Энтони больше не желал слушать пьяный бред, поэтому предложил:

– Может, еще виски?

– Нет, что-то оно сегодня на удивление хмельное, а у меня впереди дело.

Гость тоже следил за временем, вот-вот уже должен был появиться Оливер. Поводов оставаться в особняке у него больше не было, и Тони засобирался уходить. «Струсил», – пронеслось в него голове, но даже на этот случай у него был план «Б».

Тем временем недалеко от поместья Блэквин

Спасать Агнес было решено на двуколке8.

– Почему именно на ней? – возмутился Кристиан. – Она тесная и неудобная.

– Потому что мы не природой едем любоваться, а человека спасать. Двуколка легкая и проходимость хорошая, так что до Льюисов вмиг доберемся, – пояснил напарник.

– Может, Оливер что-то напутал, вдруг там и нет никого? – продолжал сомневался Кристиан.

– Вот поедем и узнаем, напутал он, или Андерсон сошел с ума! – решительно ответил Эрл.

На обоих были надеты черные плащи с глубоким капюшоном. Сапоги выбрали специально без шпор, чтобы бесшумно пробраться к пленнице. Прибыв на место, друзья прошмыгнули на задний двор, где и находился вход в подвал. Не говоря ни слова, открыли дверь и вошли. Спускаясь по каменным ступенькам мрачного коридора, они услышали женский плач, доносившийся из дальнего угла подземелья. Молодые люди тут же ускорили шаг, спеша к источнику звука.

– Агнес, это ты? – негромко произнес Кристиан.

Плач прекратился.

– Это Кристиан. Ты здесь? – повторил юноша.

– Помогите мне, пожалуйста, я не понимаю, что происходит… – слезно умоляла девушка.

Молодые люди, освещая помещение факелом, наконец увидели ее. Пленница была заточена в клетку и ждала спасителей, держась за прутья.

– Тихо, мы пришли за тобой. Ни звука, – шикнул на нее Эрл.

Агнес зажала себе рот ладонью, продолжая всхлипывать. Эрл дернул дверь, но та была заперта на ключ.

– Черт. Об этом я не подумал. Что же делать? – озадачился парень, рыская по сторонам глазами.

– Нам нужен рычаг, штырь в петлях короткий, – поделился знаниями Кристиан, рассматривая крепление двери. – Если применить правильно силу, дверь сойдет с петель.

Он осмотрелся и задержал взгляд на деревянной лавке – вот это то, что нужно!

Недолго думая, Кристиан перевернул находку и, просунув ножки в нижний ряд двери клетки, скомандовал:

– Навались!

Молодые люди налегли на свободный край лавки, тем самый соорудив таким образом импровизированный рычаг, и дверь поддалась. Агнес бросилась в объятья к спасителям. Она была избита, босые ноги посинели от холода, платье местами было порвано, ее трясло. Крис снял с себя плащ и укутал им бедняжку.

– Уходим! – скомандовал Эрл и пошел вперед.

Кристиан с Агнес осторожно следовали ним, держась от него метрах в двух. Эрл первым, прошел вверх по лестнице, убедившись в том, что там безопасно, вернулся и махнул факелом – это означало, что выход чист. Пара прошмыгнула к повозке, спешно покидая зловещее место. Пока гость отвлекал Андерсона, они уже мчались на всех порах к поместью Льюисов. Агнес никак не могла успокоиться. Уткнувшись в грудь Эрла, она горько рыдала. Тот обнял ее и, слегка похлопывая по плечу, прошептал:

– Тише, тише! Все закончилась, теперь ты в безопасности.

– Спасибо, Кристиан! – икая от слез, поблагодарила Агнес.

Тем временем в гостиной «Блэквин»

Оливер ждал своего часа. Как только Эрл и Кристиан войдут в подвал, он должен начать свое представление. Увидев, как во дворе промелькнули две тени, он приступил к своей роли. Шатаясь из стороны в сторону, Оливер вошел в поместье.

В парадной послышался шум:

– Я сказал, пошел вон! Ты кто такой, чтобы мне указывать? – раздался мужской голос.

Тони облегченно выдохнул. Андерсон попытался подняться с кресла, но опиум не дал ему этого сделать: ноги стали ватными, и он рухнул обратно.

– Я сказал, убери от меня руки, чернь! – продолжал кричать мужчина.

Привратник попытался задержать молодого господина, но был отброшен в сторону. Энтони направился посмотреть, что происходит, и в этот момент в гостиную ввалился Оливер.

– Это что еще такое? Как ты смеешь так себя вести в чужом доме? – закричал Тони.

– С дороги, я сказал, иначе за себя не отвечаю! – отмахнулся Оливер, держа в руке полупустую бутылку виски, но споткнулся и упал в объятия Энтони.

– Не переигрывай! – шепнул ему друг.

Эльф кивнул.

– Вот это номер! Вы посмотрите на нашего тихоню! – изумился Андерсон. – Это ты с чего так осмелел, а?

– Ты мразь и скотина, для тебя нет ничего святого! Ты что думаешь, тебе все позволено, – как бы не так! – орал Оливер, размахивая бутылкой.

– А ну-ка повежливее! Завтра на коленях будешь прощения просить! – начал закипать Андерсон и все-таки поднялся с кресла.

– А что ты мне сделаешь? Ну, давай, ударь меня! Смелее! – прокричал пьяный гость и встал боевую стойку, пытаясь удержать равновесие.

Энтони стоял вполоборота у окна и наблюдал за происходящим, время от времени бросая взгляд на улицу. Он прекрасно знал, каков круг общения у Андерсона, и переживал, что кто-то из этих головорезов сможет помешать осуществлению их плана.

– Ты с ума, что ли, сошел? – недоумевал Андерсон.

От увиденного Гранд был в шоке, но больше всего поразило то, личность того, кто бросил ему вызов: стеснительный и скромный парень, избегающий риска, вдруг открылся с неожиданной стороны.

– Энтони, угомони его, иначе… – В этот момент часы начали бить полночь. – Черт бы тебя побрал! – вознегодовал Андерсон и, отталкивая Оливера в сторону, бросился в подвал. Тони побежал следом, бросив на ходу:

– Уходи отсюда, живо!

Оливер как ни в чем не бывало рванул к выходу, впрыгивая в экипаж со словами:

– Гони!

Тем временем опиум завладел телом Андерсона, делая его жесты размашистыми, а движения нескоординированными. Мужчина бежал вниз по лестнице, шарахаясь от стены к стене и размахивая факелом. Все его планы летели в тартарары.

– Оливер, вот сука! – негодовал он. – Ну ничего, я все равно это сделаю.

Подбежав к клетке, обнаружил, что та пуста. Он вошел внутрь и факелом осветил все углы, но внутри никого не было. Энтони стоял и наблюдал за происходящим. План по спасению девушки удался, что не могло его не радовать.

– Где она? – растеряно спросил Андерсон у друга.

– Кто? – растерялся тот.

– Девка!

– Не знаю, – и начал пятиться в сторону выхода.

– Найти! Срочно разыскать эту рыжеволосую бестию! – взревел Андерсон что есть мочи.

Энтони, понимая, что ситуация выходит из-под контроля, побежал к выходу. Андерсон последовал за ним, но, запутавшись в полах халата, упал и от удара головой об пол потерял сознание.

Энтони не оборачиваясь помчался по ступенькам вверх. Выбежав из подвала, он влетел в экипаж и был таков.

Андерсон очнулся только утром, в своей постели. В голове звенело. Воспоминания о прошедшей ночи не хотели возвращаться. Он позвонил в колокольчик, и в комнату тут же вошел слуга.

– Что произошло? – прохрипел он.

– Вы упали в подвале и ударились головой, но травма несерьезная, только небольшая шишка, сэр, – пояснил тот.

Как оказалось, слуги, найдя его в подвале, притащили в спальню.

– Принеси воды! – прохрипел хозяин.

Дворецкий удалился. Андерсон лежал и смотрел в потолок, пытаясь вспомнить вчерашний вечер, но безуспешно. Головная боль не давала возможности сосредоточиться. Ближе к вечеру память начала возвращаться.

– У-у-у-у, черт бы побрал этого Эльфа. Ну ничего, ее найдут, никуда она от меня не денется, – шипел он, стиснув зубы. – Но как ей удалось сбежать? Ей явно кто-то помог – но кто осмелился? Я это выясню, и тогда…

Он замолчал. В голове стучало, и это не дало завершить фразу.

Глава III

На следующий день силы вернулись к молодому хозяину, и он решил навестить Энтони в надежде, что визит поможет пролить свет на загадочное исчезновение девушки – тот все время находился с ним и, возможно, мог что-то заметить.

Андерсон никогда не бывал с визитом у Льюисов, и то, что он решил наведаться к другу, стало для Тони неприятным сюрпризом. Но сюрприз ждал и Андерсона.

К парадному входу поместья Льюисов подъехал экипаж. Тони не сразу понял, что за гость к нему пожаловал, но, когда ему сообщили, было уже поздно, и вслед за слугой вошел сам гость.

– Привет! Не ждал? – поздоровался Андерсон, деловито войдя в гостиную.

– Да, удивил! Столько раз приглашал, но ты так ни разу не собрался! Что привело тебя? – скрывая нервозность, поинтересовался Энтони. – Чаю или чего покрепче?

– Чаю! – сухо ответил гость, усаживаясь в кресло.

Молодой человек распорядился принести чай и легких закусок. В это время Агнес была на кухне. Никто не знал ее историю, и потому ее приняли как новую служанку. Девушка была невероятно благодарна Энтони за спасение, и услышав пожелание владельца, захотела быть максимально полезной и вызвалась самостоятельно выполнить его распоряжение. В тот момент она понятия не имела, кто приехал к хозяину. Если б только она могла бы угадать личность гостя и предположить, чем ее рвение обернется.

Энтони ждал ответа на вопрос, сверля гостя глазами.

– Позавчера ты со мной был весь вечер, так? – наконец начал он.

Тони кивнул.

– Может быть, видел что-то подозрительное? Девка как в воду канула. Мне необходимо найти ее, – рассуждал Андерсон, – сама она не могла сбежать, ей явно кто-то помог.

Не успел Энтони сказать и слова, как в гостиную вошла Агнес, грациозно неся поднос с угощениями. У Тони вытянулось лицо, лишь только он увидел ее, Андерсон же сидел спиной к входу и не сразу понял, в чем дело. Заметив странную реакцию друга, он стал медленно оборачиваться. Девушка уже подходила к столу, когда увидела прежнего хозяина, и от неожиданности уронила поднос.

– Агнес? Что, черт возьми, здесь происходит? Я требую объяснений! – взревел гость, вскакивая с кресла. – Почему она находится здесь, когда ее ищут по всей округе?

Энтони в первый раз в жизни почувствовал, что его застали врасплох. Он никак не мог предположить такой ситуации и поэтому плана у него не было.

– Агнес, можешь идти, и пусть миссис Лот уберет здесь, – как только мог спокойно обратился молодой человек к побелевшей от страха девушке.

– Никуда она не пойдет и сию минуту вернется в Блэквин, – заявил гость и попытался схватить девушку за руку.

– Ты что, оглохла, я приказал тебе уйти! – выкрикнул Тони.

Девушка вздрогнула и, опомнившись, убежала.

– Что-то я не понимаю твоих претензий. Ты же сам отдал ее мне в уплату карточного долга, – напомнил Энтони.

– Что? Этого не может быть! Разговор шел о конюхе, не о ней.

– Андерсон, если не умеешь пить, то заканчивай с этим. Вот купчая, здесь черным по белому написано, кто продает и кого, – Тони развернул документ, указывая на подпись и печать Андерсона.

Гость от возмущения пришел в бешенство. Он схватил бумагу и пробежал текст глазами.

– Вот оно что. Ах ты, сукин сын, провести меня решил?

Энтони молчал. Андерсон, опешив, стоял посреди гостиной, сжимая от злости кулаки. Все, что произошло, было тщательно спланировано, и теперь стало ясно, кто за его спиной вступил в сговор и сорвал его планы.

– Да, это так. Я больше не хочу иметь с тобой ничего общего. Прошу покинуть этот дом и больше никогда не переступать его порог.

Энтони был уже вне себя от злости, выдворяя непрошеного гостя.

– Ты об этом пожалеешь! Все пожалеете, ей все равно не жить! – орал Андерсон, покидая особняк Льюисов.

Негодование, злость, ярость кипели в его жилах. Он не мог поверить в то, что его так легко провели. Воспоминания того вечера словно кинопленка прокручивались в его голове, и он снова и снова находил подтверждения тому, что имел место заговор против него.

– Предатели, из-за какой-то рабыни… – разочарованно ухмыльнулся он.

Вернувшись в Блэквин, Андерсон вызвал помощников.

– Агнес находится в поместье Льюисов, вы должны привезти ее сюда, – приказал он. – Можете идти, – злобно сверкнул глазами хозяин.

Мужчины переглянулись и, не сказав ни слова, удалились. Жить Агнес оставалось недолго.

***

Андерсон прокручивал в голове произошедшее и никак не мог понять, почему потерял бдительность и не заподозрил подвоха.

– Я проиграл битву, но не войну, – бормотал он.

Злость была настолько сильной, что черные мысли словно блохи скакали в голове. Он окропил лицо холодной водой, и тут у него неожиданно созрел план. Мысли вдруг стали четкими и ясными, он смог сосредоточиться. Молодой человек, подобно адмиралу, сидел за рабочим столом и разрабатывал план действий. Шансов на проигрыш не было. И вдруг он вспомнил о странной вещице, о которой говорил отец перед смертью, и то, что она способна исполнять желания. Достав дневник, он спешно стал листать его, ища информацию, и тут на пол упал сложенный вчетверо листок. Из дневника Андерсон узнал, что хранилась эта вещь в тайнике. Старший Гранд специально создал его, чтобы артефакт был надежно спрятан. Развернул упавший листок, мужчина начал изучать изображенный на нем рисунок, и после чего направился в подвал. Там, глубоко под домом, под тяжелым камнем, он нашел деревянный сундучок. В нем и лежал желанный артефакт – «Меч возмездия».

На вид это был непрозрачный кристалл черного цвета. На ощупь он оказался холодным, словно глыба льда.

В сундуке он нашел письмо, в котором говорилось следующее:

«Если ты читаешь это послание, значит, меня уже нет в живых, а у тебя большие проблемы. Этот камень способен решить их. Он может исполнить желание, но только одно. Хорошо подумай о том, чего решишь пожелать, – обратить все вспять будет невозможно. Произнеси желание вслух и разбей камень. После этого твое желание исполнится, а камень исчезнет навсегда».

– На этот раз никто не сможет мне помешать! – процедил Андерсон, сжимая камень в кулаке.

Энтони точно знал, что угрозы Андерсона не были пустым звуком, потому как парень никогда не отступал от задуманного и понимал, что Агнес угрожает опасность. После того, как гость покинул дом, он позвал до смерти напуганную девушку. Предложение, которое он ей сделал, повергло ее в еще больший шок, но иного выхода не было. На кону стояла ее собственная жизнь, и ей пришлось согласиться.

С переполоха, устроенного друзьями, прошло две недели. Неожиданно каждому из них пришло приглашение на прием в поместье Блэквин. Не подозревая ничего плохого, они приняли приглашение, уверенные в том, что Андерсон не посмеет причинить вред наследным аристократам графства Глостершир. В назначенный день и час молодые люди прибыли в поместье.

Андерсон встретил гостей дружелюбно и спокойно. Ни о чем не догадываясь, друзья расположились в гостиной, как в прежние времена.

Хозяин дома занял место во главе стола и начал говорить:

– Я долго думал о случившемся и понял, что был не прав. Я не знаю, что на меня нашло. Мне тяжело это признавать, но… – он замолчал и спустя несколько секунд продолжил, – я благодарен вам за то, что вы помешали мне совершить эту непростительную ошибку. Если бы не вы, страшно даже представить, чем все это могло закончиться. Спасибо вам. Надеюсь, вы простите меня, и мы снова будем дружить, как прежде.

Гости переглянулись; за время их общения они никогда еще не видели Андерсона таким вежливым. Он казался искренним, абсолютной противоположностью того, кого они знали. Тишину нарушил Энтони.

– Судя по тому, что ты убил уже восемь девушек, непохоже, что сожалеешь о случившемся. Что ты задумал? – недоверчиво спросил он.

– Ты в одночасье решил так просто отказаться от своих планов? – добавил Кристиан.

Эрл и Оливер молча и настороженно наблюдали за происходящим.

– Я признаю, что заигрался. Наша жизнь, подобна коробку каминных спичек, относиться к ним серьезно неблагоразумно, а безрассудно – опасно. Я вдруг понял, что хочу все исправить.

– Что ж, если ты действительно так считаешь… каждый раскаявшийся человек имеет право на прощение, – произнес Оливер.

Эрл лишь покачал головой, соглашаясь с другом и смотря на Андерсона исподлобья.

– Обещаю, что наша дружба станет вечной, и я, как самый старший из нас, позабочусь об этом, – улыбнулся Андерсон. – О, это звучит как тост! Ради такого события я открою особенное вино. Такого вы еще никогда не пробовали и, хочу заметить, и не попробуете, – торжественно произнес хозяин поместья и удалился.

– Вам не кажется, что он странный? – поинтересовался Энтони у друзей.

– Да, но все мы слышали озвученную им причину подобного поведения. Он все осознал. Ну не будет же, в конце концов, он нас травить… – усомнился Кристиан.

Разговор был прерван возвращением Андерсона.

– Итак, мои дорогие друзья, прошу поднять бокалы и вкусить этот чудодейственный напиток.

В его словах никто не услышал никакого скрытого подтекста или фальши – а зря.

Разлив вино, гости сдвинули бокалы и затем отпили по глотку, смакуя новый неповторимый вкус.

– Отличное вино. Что в него добавили? Я никак не могу распознать этот ингредиент, – поинтересовался Энтони, продолжая смаковать напиток.

Главным условием реализации плана Андерсона как раз и было то, чтобы каждый из гостей выпил предложенный им напиток.

– О, мои наивные друзья, как вы заметили, у вина специфический вкус. Я добавил сок плодов актеи – именно он вам и понравился.

Гости с интересом уставились на Андерсена. Через некоторое время кисти рук друзей обмякли, и бокалы полетели на пол. Гости оказались обездвижены.

– Что ты с нами сделал? – еле выдавил из себя Кристиан.

– Актея расслабила мышцы, но не переживайте: я добавил ее немного, так что жизни она вас не лишит. Мне было необходимо позаботиться о том, чтобы никто из вас не смог помешать возмездию. Я всегда верил в то, что мы с вами заодно, что вы поддерживаете меня, но вы решили променять нашу дружбу на какую-то девку, – голос Андерсона стал колючим и резким.

Он достал из кармана камень и продолжил:

– Я хочу познакомить вас вот с этой удивительной вещицей. Он мне достался от отца. Если бы не ваше благородство, я даже и не вспомнил бы о нем. Это не простой камушек: его секрет отец хранил всю жизнь, но сегодня я готов продемонстрировать его свойства вам.

– Что ты задумал? – еле выговорил Оливер.

– Я желаю видеть, как вы страдаете, – произнес Гранд.

– Что ты несешь? – более связано проговорил Эрл.

– Когда вы помогли сбежать Агнес, вы прошли точку невозврата в наших отношениях.

Парни изумленно смотрели на друга, не понимая, что происходит.

– За предательство, что совершили, я приговариваю вас к заключению и отправляю вас в картины. Там, на стыке двух миров, вы будете влачить свое жалкое существование. Себе же я дарую вечную жизнь! Наслаждайтесь представлением из века в век, – произнес Андерсон и со всей силы ударил кристалл об пол.

Камень разлетелся на осколки, затем они поднялись в воздух почти на метр, завертелись будто карусель и, вспыхнув ярким светом, исчезли.

В тот же миг тела парней побледнели и стали полупрозрачными, затем вытянулись и полетели в галерею. Одного за другим картины затягивали их в себя, а затем, словно по задумке художника, их образы появлялись на фоне пейзажей.

Андерсон спокойно наблюдал за исполнением своей мести. Когда все закончилось, голова у него вдруг закружилась, и он рухнул на пол.

В это же время в графстве Льюиса Чарльза Шертона

Шертон сидел в кабинете и записывал что-то в тетрадь, как вдруг через окно увидел яркое зарево на небе. Этот знак магического воздействия нельзя было спутать ни с чем. Шертон бросил свое занятие и ринулся в тронный зал, где находится всевидящий шар. Покрывало, которое его укрывали, лежало на полу, а шар светился красным цветом. Магические артефакты в одном измерении связаны между собой, словно паутина. Обмениваясь энергией других миров, они становятся сильнее, но, если какой-либо артефакт покидает наше измерение, у остальных сила ослабевает, и на восстановление требуется время. Каждый артефакт при исчезновении показывает свой цвет, у камня желаний он был красный – цвет преисподней.

– Не может быть! Как же так? – завопил маг, глядя в шар.

Следом вбежал ученик Шертона.

– Что случилось? Вы видели это…

Парень замолчал и уставился на шар.

– Кто-то нашел «Соулсонг9» и воспользовался им – произнес маг. – Покажи мне виновника! – обратился он к шару и занес над ним ладонь.

Свет шара сменился на белый, и в отражении Шертон увидел образ Андерсона Гранда.

– Как же так? Но откуда он узнал? Если владел таким артефактом, почему пришел ко мне за помощью и заключил сделку? – недоумевал маг.

Вопросов было больше, чем ответов.

***

Неизвестно, сколько Андерсон пролежал на полу. Очнулся он от громких ударов в дверь. Слуги побоялись открыть зал ключом и поэтому беспрестанно стучали.

– Голова словно чугунная, – пробурчал Андерсон, держась за затылок. – Какого черта вам надо? – рявкнул он.

– Господин, с вами все в порядке? Уже полдень, а вы не завтракали, – услышал он из-за двери.

Он с трудом поднялся с пола и, шатаясь из стороны в сторону, открыл дверь.

– Воды, – прошипел молодой хозяин, опираясь о дверной косяк.

– Что, простите? – переспросил слуга, не расслышав.

– Воды, бездарь, – уже громче произнес тот.

Слуга удалился. Андерсон стоял, не понимая, что с ним произошло, он ничего не мог вспомнить из событий прошлого вечера. Залпом осушив стакан, почувствовал, что память начала возвращаться. Когда наконец в голове прояснилось, тут же бросился в галерею, перепрыгивая через ступени. Вбежав в нее, подошел сначала к одной картине, затем к другой. Он увидел, что действительно картины изменили свой облик, и теперь с пейзажей на него с сожалением смотрели бывшие друзья.

– Неужели сработало, неужели получилось! – веселился он, судорожно осматривая картины с пленниками. – Теперь никто не помешает мне завершить начатое, а вы будете истлевать вместе с этими картинами до скончания времен.

С этого дня его жизнь разделилась на до и после. Но Андерсон не знал, что и в магическом мире есть равновесие и ни один поступок не остается незамеченным. Каждое колдовство, как и любая болезнь, имеет свое средство излечения. Нужно лишь его добыть. Однако из-за наложенного им заклятия вокруг особняка образовалась невидимая стена, и никто из друзей не может пересечь. Ожидание помощи затянулось на десятилетия.

Лишь после захода солнца, заключенные могли выходить из своих камер-картин и бродить по особняку.

Счастье Андерсона не имело границ. Чтобы проверить свою неуязвимость, он взял клинок и сделал на ладони глубокий разрез. Боль он чувствовал, но след от лезвия тут же затянулся, и не пролилось ни кровинки. Это стало доказательством того, что теперь он в самом деле бессмертен.

Месть настолько поглотила его, что он даже не задумался о возможности использовать камень во благо поместья. Однако же оккультизм, колдовство и им подобное могли принести вред даже бессмертному человеку. Поэтому афишировать свое превосходство над другими он не стал. Но, чтобы стать окончательно свободным, необходимо было вернуть дол�