За тёмным лесом

1

Рита робко заглянула в палату. Протиснув каталку с лекарствами сквозь узкий проем, она зашла следом. В первый же рабочий день на нее свалили тяжелого больного. Заправив под шапочку выбивающиеся из хвоста белокурые пряди, Рита в растерянности вытаращилась на монитор пациента, показатели которого внезапно изменились. Обреченно съежившись, молодая хрупкая медсестра дрожащими руками набрала в шприц прописанный лечащим врачом препарат.

– Эзра, – прошептала девушка, ерзая на больничной койке.

Рита поспешила успокоить встревоженную пациентку.

– Вы помните, как вас зовут? – обеспокоенно поинтересовалась медсестра.

– Ярослава, – сдавленно прохрипела девушка и слабым голосом спросила: – Где я?

Рита нахмурила белесые брови и, отгоняя безумные мысли, заглянула в карту пациента, где в графе «Ф. И. О.» ровным почерком было написано: «Ларина К. Г.».

2

Солнце едва поднялось над острыми верхушками могучих деревьев и осветило заснеженный лес, как вмиг исчезло на долгие месяцы, предоставив тьме полное право господствовать на неизведанных землях. Извергаясь из глубин густой чащи, хруст снега под ногами эхом разносился в ночной тиши. Наполненный морозной свежестью воздух холодил бледную кожу, однако неприкрытые черным плащом отдельные ее участки совершенно не страдали от лютого холода. Движимый незримой силой мрачный силуэт, невзирая на надвигающуюся метель, упорно продолжал путь по извилистой тропе, петляющей меж громадных лиственниц. Вдали мелькали отблески пламени. Разгораясь, оно манило редких путников в дурманящие объятия. Около костра бесновались размытые фигуры. Вскидывая к небу руки, небольшая толпа женщин хором призывала дух спящего леса.

По мере приближения к безумному сборищу шаги теряли былую уверенность

– Мы заждались, – проворковал приятный нежный голос.

Толпа замерла. В центр импровизированного круга к старому пню неспешно вышла высокая стройная женщина. Откинув капюшон, она обнажила худощавое вытянутое лицо, ехидная улыбка на котором манила горьковатым дурманом, а выразительные янтарные глаза застыли в нетерпеливом ожидании. Молодая особа гордо смотрела на смущенную гостью.

– Я готова, – раздался в тишине тихий голосок.

– Добро пожаловать на шабаш, – хрипло произнесла одна из присутствующих.

Отдаваясь на волю судьбы, девушка сначала неуверенно пошатнулась на месте, но затем, переступив через воображаемую черту собственных ограничений, вполне осознанно сделала шаг. Остановившись напротив ведьмы, она без лишних эмоций раскрыла мешок, до этого болтавшийся у нее на поясе, и спокойно продемонстрировала его содержимое. В свете костра виднелась отрубленная голова с застывшей на неподвижном лице гримасой ужаса.

– Эта тварь сполна расплатилась за свои прегрешения, – оправдывая убийство, вымолвила женщина.

Перехватив останки некогда живого мужчины, она зачерпнула пальцем сгустки запекшейся крови и со знанием «благого» дела ловко разрисовала лоб гостьи: нанесла узоры под впалыми карими глазами, обвела контур маленького вздернутого носа, оставила пару отпечатков на тонких сухих губах, слегка подчеркнула приплюснутый подбородок и ровными полумесяцами отметила угловатые скулы.

Избавившись от мертвого груза, девушка скинула плащ и вскарабкалась на корявый пень, тем самым объявив о начале ритуала посвящения. Магическое пение опьяняло неокрепший разум. Женщины под безудержный хохот перекидывали мертвую плоть из рук в руки. Каждая старалась внести свою лепту, уродуя останки несчастной жертвы. Пройдя круг, главный артефакт прилетел к ногам новоявленной убийцы, где немедленно вспыхнул синим пламенем. Колдуньи торжественно обнажились и взмыли в воздух. Под жуткий свист они то приближались к пылающим останкам, то отдалялись от них. Окутанная огнем виновница дикого празднества стойко сносила внутреннюю боль. Перерождаясь, организм страдал в муках, однако новая форма существования возносила молодую ведьму над примитивной обыденной жизнью.

3

Стояла жара. Столбик термометра достиг отметки в тридцать девять градусов по Цельсию в тени, однако в новостях синоптики упорно твердили о повышении температуры на два-три градуса выше среднемесячной нормы.

– Их бы к нам в мастерскую, – раздраженно причитал пожилой мужчина, злорадно передразнивая диктора, озвучивающего прогноз погоды с плазменного экрана.

Аккуратно закрыв капот автомобиля, старик недовольно покосился на молодого коллегу, с усердием перебирающего клеммы в аккумуляторе.

– Игорь, ты скоро? – вскипая, воскликнул старший автослесарь. – До Нового года копаться собираешься?

Выпрямившись, рослый парень висящим на шее грязным полотенцем смахнул пот с висков и пригладил прилипшие ко лбу огненные пряди. Раздался резкий грохот. Влетев в душное помещение, чернявый мальчишка восторженно воскликнул:

– Андрей Петрович, к нам клиенты пожаловали!

– Ох, Герман, хоть ты меня сегодня радуешь, – ворчливо произнес пожилой мужчина и прихрамывая поторопился на выход.

– Он сегодня не в духе? – настороженно поинтересовался подросток, тараща карие глаза.

Нервно усмехнувшись, Игорь устало привалился к стене. С его тонких губ небрежно сорвалось:

– Можно подумать, он бывает в хорошем настроении.

– Рыжий, тебя спрашивают, – донесся грубый возглас сквозь приоткрытую дверь.

Сорвавшись с места, удивленный парень поспешил на требовательный зов.

Провожая молчаливого коллегу к дорогой иномарке, припаркованной напротив мастерской техобслуживания, старик не упустил возможности поглумиться над ним.

– Плетешься как деваха, – не унимался он.

Вдохнув раскаленного воздуха, Игорь прикрыл ладонью взмыленное лицо от палящего солнца. С пассажирского сидения выпорхнула очаровательная особа в коротком зеленом платье на высоких каблуках. Она игриво подмигнула парню.

– Мне посоветовала вас подруга, – улыбаясь выговорила девушка. – На тормозах стучат колодки, – бурно жестикулируя, заявила она.

– Загоняйте в гараж, разберемся, – смущенно сказал Игорь, избегая пронзительного взгляда янтарных глаз собеседницы.

Кивнув водителю, незнакомка отодвинулась в сторону. Под чутким руководством пожилого автослесаря машину быстро поставили на стойку. Андрей Петрович вальяжно расхаживал перед роскошной девицей, не столько принося пользу, сколько красуясь. Зачесывая на лысину остатки седых волос, он с напыщенной важностью разглагольствовал о вреде выхлопов для женского организма и настоятельно рекомендовал незнакомке оставить тяжелый труд мужчинам. Одним презрительным взглядом она лихо заткнула неугомонного старика. Покинув водительское сидение, коренастый мужчина ошарашенно вытаращился на Игоря.

– Обождите минут пять-десять, – задумчиво произнес молодой мастер.

Кивнув, пара покинула тесное пространство. Оценив масштабы проблемы, Игорь последовал за клиентами, дабы обсудить сроки и стоимость ремонта. Примостившись в тени дерева, мужчина и девушка что-то громко обсуждали.

– Ульрик, угомонись, – с мольбой взывала спутница, но тут же смолкла, завидев приближающегося парня.

Разъяснив им подробности предстоящей работы, Игорь замер в томительном ожидании окончательного решения. Мужчина согласно потянулся за бумажником.

– Спасибо, – любезно поблагодарила девушка и, подхватив под руку партнера, помчалась на пешеходную дорожку.

Спрятав наличку за пазуху, Игорь устало направился в обратный путь, когда его внимательный взор упал на отблескивающий в ярких лучах предмет. Подобрав золотое кольцо с земли, он окликнул клиентов. Отозвавшись, девушка вернулась.

– Это не мое, – спокойно заключила она, внимательно осмотрев драгоценную находку.

– Но его здесь точно не было, – растерянно буркнул Игорь.

Мягкая вибрация разливалась по пальцам. Мужчина хотел вручить украшение незнакомке, однако она и ее спутник скрылись из виду на соседней улице. Пожав плечами, Игорь закинул потерянную вещь в карман и отправился в мастерскую.

4

Кира очнулась в мягкой постели. Тихая уютная спальня радушно приветствовала возвращение хозяйки из мира грез. Сглотнув плотный комок, подкативший к горлу, девушка тяжело вздохнула.

– Это всего лишь сон, – повторила она, мысленно прокручивая в голове подробности кровавого ритуала.

Завернувшись в махровый халат, Кира неспешно побрела в ванную комнату. Плотной струей воды она попыталась смыть навязчивые кошмары. Устроившись на кухне за столом с чашкой крепкого кофе, девушка бегло пролистывала новостную ленту. Телефон внезапно завибрировал, в уведомлениях отобразилось непрочитанное сообщение. «Знаю, сегодня выходной, но ты просто обязана это увидеть», – гласило краткое послание. Нахмурившись, Кира уже намеревалась отключить смартфон, дабы никто не тревожил ее покой, однако любопытство стремительно овладевало взбудораженным известием разумом. Наскоро одевшись, девушка помчалась в офис.

Ледяной ветер обдувал нежную кожу. Натягивая на уши шапку, Кира невольно ежилась от пронизывающего холода. Солнце слепило взор. Едва не угодив под вылетевший из-за поворота мусоровоз, девушка всерьез задумалась о возвращении в теплую просторную квартиру. Вопреки здравому смыслу, ноги будто сами несли ее на встречу с неизведанным.

Оказавшись во дворе высотного здания, Кира запасным ключом открыла дверь, ведущую в нежилое помещение. Пробравшись по узкому темному коридору, она очутилась в подвальной комнате. Протянувшиеся вдоль стен металлические полки освещала тусклая лампочка. Разнообразные предметы, будь то ценный антиквариат, дешевые безделушки, старинные книги и прочие объекты пристального внимания опытных скупщиков, дожидались будущих хозяев – любителей диковинок и раритетов.

– Когда ты успел убраться, Миша? – в удивлении воскликнула девушка.

Сзади послышались суетливые шорохи. Копошась на антресоли, низкорослая полноватая фигура чуть не рухнула с шаткой стремянки. Тяжело вздохнув, мужчина поправил квадратные очки с толстыми линзами.

– Ты меня напугала! – в сердцах выпалил он.

– Ты же сам меня позвал, – растерянно отозвалась Кира.

– Да, но подкрадываться-то зачем?

Спустившись, Михаил отряхнул от пыли красный спортивный костюм. Почесывая выпирающее пузико, он недовольно пробурчал:

– Триста раз просил оставлять верхнюю одежду в прихожей.

Под натиском суровых маленьких зеленых глаз девушка подчинилась строгому наказу. Избавившись от громоздкого пуховика, она предстала пред грозным товарищем в обтягивающих джинсах и домашней футболке. Вычесав остатки мелкого мусора из коротких черных волос, мужчина влажной салфеткой протер скошенный подбородок, заросший неопрятной щетиной.

– Что случилось? – поторапливала Кира незадачливого собеседника.

– Сегодня к нам наведалась одна очаровательная особа, – растянуто пояснил Михаил, – ты плохо выглядишь, – добавил он, всматриваясь в синие круги под глазами подруги.

Зевнув, девушка плюхнулась на облезлый диван, расположенный сбоку от стеллажей.

– Опять кошмары? – разочарованно осведомился товарищ.

– Один и тот же, – обреченно вздохнула Кира. – Ведьмы, шабаш, отрезанная голова, и я, стоя посреди заснеженного леса, добровольно сгораю на костре.

– Сочувствую, я бы давно уже с ума сошел от таких сновидений.

Подложив под голову подушку, девушка закинула ноги на выцветший подлокотник.

– Так вот о чем я, – вернулся мужчина к прерванной теме, – дамочка, возрастом примерно как ты, заказала экспертизу полотна начала двадцатого века, доставшегося ей в наследство от бабушки. Картину украли еще в революционное время их дальние родственники. В результате не сохранилось ни сведений об изображенной на ней паре, ни имени художника. Но самое интересное впереди.

Михаил торопливо забрался по деревянной лестнице, ведущей в офисное помещение, и, на мгновение скрывшись в залитой дневным светом комнате, вернулся, притащив широкую раму, обернутую черной простыней. Он с воодушевлением взгромоздил таинственную ношу на подпорку в виде стула напротив коллеги и торжественно сдернул полотно, обнажая холст.

– И? – мельком оглядев картину, поинтересовалась Кира.

Задыхаясь в праведном негодовании, мужчина возмущенно изрек:

– Ты ничего не замечаешь?!

– Обычная работа.

– Присмотрись внимательнее.

Нехотя поднявшись, девушка мутным взором впилась в незаурядный объект занудных препирательств. Магическое влечение окутывало невольного свидетеля, вырисовывая в воображении подробности минувших лет. Бездомный, презираемый обществом, но безумно талантливый художник ловко орудовал кистью. Мелкие мазки складывались в четкие контуры. Опытный мастер умело подбирал сочетание света и тени, одухотворяя запечатленную на холсте супружескую пару. Изображенный на картине высокий статный мужчина ехидно усмехался, излучая скрытую угрозу. От одного его пронзительного взгляда по коже пробегали мурашки.

Нахмурив высокий лоб, Кира всмотрелась в тусклый силуэт, притаившийся в тени властного господина. На изможденном лице прекрасной юной девы отражался страх, а в испуганных глазах читалась мольба о помощи.

– Невероятно, – завороженно прошептала Кира.

– Видно, портрет пострадал при пожаре, – слоняясь из угла в угол, рассуждал Михаил, – о чем свидетельствуют обугленные края.

Но подруга не внимала его речам.

– Это, должно быть, шутка, – не унималась она.

В молодой особе она узнала себя. От переизбытка чувств Кира закурила припасенную в сумочке сигарету.

– Учитывая обстоятельства, я промолчу, – раздраженно произнес товарищ.

– Есть водка? – поинтересовалась Кира.

– Ты еще самогонки бы спросила. Знаешь ведь, я пью вино.

– Давай его.

Смоля вторую сигарету и прихлебывая вино из бокала, девушка рассуждала вслух:

– Чахотка, грипп, сифилис, чем она болела?

– Может, с супругом не повезло? – с долей сарказма предположил Михаил.

– Подобное сходство нереально! – освободив руки, уверенно заявила Кира. – Кто-то насмехается над нами.

– Уловки конкурентов?

В сумбурных мыслях девушка покинула офис и узкими улочками спустилась к набережной. В гордом одиночестве она вышагивала вдоль моря. Горный хребет окутывали потоки холодного воздуха, а ее думы терялись в густой мгле, опускающейся на город.

1

Над каменистым берегом разносился девичий смех. Бурлящий поток воды, спадая с невысоких гор, подхватывал задорный хохот и уносил его вниз по склону к мелководному озеру. Устроившись на покатых валунах, две девчушки напевали задорную мелодию и всячески ребячились: падали в траву, прятались за деревьями, дразнили друг друга, однако холодные брызги, выбиваясь из общей массы течения, обжигали нежную кожу, чем отрезвляли легкомысленные порывы.

– Ярослава, подожди! – запыхавшись, выпалила одна из девушек.

Притормозив, она поправила свои светлые волосы, в ярких солнечных лучах переливающиеся огненно-красным оттенком.

– Ирис, ты будто рыжая бестия, – нахмурив густые черные брови, подметила Ярослава. – Ведьма! – ехидно воскликнула она.

– Мы же сестры.

Надув пухлые губы, Ирис обиженно скрестила руки на груди и умостилась под старым деревом с пышной кроной. Издевательски подшучивая над ней, Ярослава, невзирая на приличия, посмела распустить темные густые локоны.

– А если увидят? – забеспокоилась Ирис.

– Кто? Мы в глухой чаще.

Сосредоточившись на коварной «преступнице», маленькие серые глазки потребовали немедленных действий. Ярослава тяжело вздохнула. Под пронзительным взглядом сестры она старательно заплела волосы. Наморщив высокий лоб, девушка на миг замерла и вслушалась в звуки леса. Повязав косынку на голову, она прижалась к сестре. Шум нарастал. Заняв оборонительную позицию, Яра лихорадочно продумывала пути к отступлению.

Внезапно массивные ветки разомкнулись, обнажая узкую тропу, по которой неспешным шагом ступали гнедые кони. Два всадника кивнули в знак приветствия. Рослый темноволосый мужчина немедленно натянул поводья, в то время как его приземистый товарищ юных лет, встряхивая золотистыми кудрями, улыбался случайным прохожим.

– Куда путь держите, милые дамы? – игривым тоном поинтересовался он, стремительно приближаясь к ним.

– Собираем ягоды, – тихо произнесла Яра. Ее смущенный голос мог показаться излишне грубым.

– Может, вас подвезти? – настойчиво предложил незнакомец, направив лошадь к испуганным барышням.

– Мы еще не закончили, – непреклонно выдавила Яра.

– Так мы подождем, – нахально заявил докучливый наглец. Словно лютый зверь, он готовился к разбойной атаке.

– Прошу прощения за дерзость, – вмешался второй всадник.

Властным тоном он потребовал от безрассудного товарища немедленной капитуляции. Покорно отступив, тот не упустил возможности подмигнуть переполошенным дамам. Хмуро оглядев девушек, высокий статный мужчина задержал взгляд ясных голубых глаз на старшей из сестер и последовал за спутником, чьи коварные планы он беспощадно разрушил.

Прогулка была испорчена. Одетые в легкие ситцевые платья девушки скрылись в густом лесу. Выбравшись из чащи, они побежали к деревне, на окраине которой виднелись высокие стога сена. Завидев знакомые лица соседей, сестры поуспокоились и снизили темп.

На бледном личике Ярославы застыло безмятежное спокойствие. Кокетливо хлопая густыми черными ресницами, она украдкой высматривала следы присутствия чужеземцев. На щеках ее играл легкий румянец. Приподняв брови, Ирис отстраненно взглянула на мирное пастбище, раскинувшееся по обе стороны дороги.

Девушки нехотя переступили порог родительского дома, размышляя о том, как лучше оправдаться перед матерью за невыполненную до конца работу. Из узкого коридора сквозь широкий проем виднелась просторная кухня. Согнувшись над обеденным столом, уставшая женщина замешивала тесто.

– Вы сегодня рано, – раздраженно пробурчала она, не отрываясь от своего занятия. – Надо принести воды из колодца.

Послушно взявшись за тонкие ручки ведер, сестры беспрекословно помчались на очередное задание. Будучи под впечатлением от неожиданной встречи, они слаженно расправлялись с бытовой рутиной.

2

Отец вернулся домой затемно. Не заходя в прихожую, он на лужайке отряхнул остатки щепы с одежды и, прихватив заранее заготовленный супругой на веранде узелок с банными принадлежностями, отправился в баню – хлипкую деревянную пристройку, скрытую от всеобщего обозрения фруктовыми деревьями. Жесткая мочалка стерла следы тяжелого трудового дня, мужчина лениво доковылял к заднему входу и с внутреннего двора зашел прямиком на кухню. Обессиленный, он рухнул на деревянную скамью, даже не удосужившись подложить под голову мягкое покрывало. Прислуживая измотанному родителю, сестры по наитию создавали уютную атмосферу, пока мать в поте лица продолжала колдовать над мутным варевом, гордо именуемым целебным снадобьем.

Поздним вечером девушки, запершись в своей комнате, при свечах штопали самодельные наряды, воображая себя королевами праздничных торжеств средь знатных дам из высших сословий. Будь их семья богаче, имея статус или расположение влиятельных лиц, они бы точно смогли найти достойных мужей и жить припеваючи до конца своих дней, вот только все, что им оставалось в глухой деревушке, это работать не покладая рук, изредка прерываясь на ребяческие увлечения и мечты о благосклонности суровой судьбы.

Глубокой ночью, пугая друг друга выдуманными страшилками, сестры крепко обнимались. В тишине разносились редкие скрипы и бурчание гнилых половиц – не то сквозняк, не то мыши, не то заблудшие души… Внезапный настойчивый гул нарушил покой. Подпрыгнув на кровати, взбалмошные девицы испуганно выискивали источник шума. До обостренного слуха донеслись неторопливые шаги, щелчок отворяемого замка и приглушенные мужские голоса. Заплутавшие в чаще гости искали ночлег. Разговор стих – его оборвал резкий хлопок. Переместившись к окну, девушки с подоконника наблюдали, как несколько огоньков быстро перемещаются по заросшей высокой травой поляне и теряются на веранде гостевого домика.

– Чутье подсказывает, это те самые бродяги, повстречавшиеся нам в лесу, – уверенно заявила Ярослава.

Зевнув, Ирис плюхнулась на кровать.

– Завтра рано вставать, – напомнила она.

– Вряд ли мать выпустит нас на улицу, учитывая количество незнакомых мужчин в окрестностях, – ехидно отозвалась Ярослава.

– Но никто не отменял работу по дому.

Взглядом проводив отца, одиноко возвращающегося к порогу, Ярослава последовала примеру сестры и зарылась в мягкую теплую постель. Предаваясь несбыточным мечтам, девушка быстро погрузилась в глубокий и безмятежный сон.

3

Ярослава проснулась раньше остальных домочадцев. Приготовив всем завтрак, она наскоро перекусила и отправилась в постирочную. Замочив грязное белье, девушка выпорхнула во внутренний двор и принялась с особым усердием косить заросли, изредка оборачиваясь и бросая блуждающий взор на гостевую хижину. Ощутив затылком чей-то пристальный взгляд, Ярослава поспешила в укрытие. Мечась на кухне, она отвлеченно напевала мелодию. Спрятавшись за тюлем, девушка в окне гостевого домика увидела статную фигуру человека, наблюдающего за открытой местностью. Внимательно ощупывая бескрайние зеленые просторы, его суровый взгляд будто выискивал нечто ценное. Ярослава перевела дух и, прихватив ведра, отправилась к колодцу. Гордо вышагивая по каменистым тропам, она не упускала возможности покрасоваться перед незваным гостем. Натаскав воды, девушка устало прилегла на мягкую кушетку, стоящую посреди веранды.

– Немедленно в дом, – услышала Ярослава встревоженный голос матери, ослушаться которой она не имела права.

Улыбнувшись, Ольга похвалила дочь за старания, не догадываясь об ее истинных намерениях, однако при этом строго запретила появляться на улице без причины.

– Кто к нам приехал, мама? – сонно зевая, спросила Ирис, спускаясь по лестнице из спальни.

– Пока не знаю.

Пожимая плечами, высокая худощавая Ольга заправила золотистые кудри в косынку и с нескрываемым любопытством бросала взгляды на хижину.

– Ирис, поторапливайся! – возмущенно воскликнула женщина, одергивая младшую дочь, без дела слоняющуюся в ночнушке.

– Я переодеваюсь, а вы готовьте тетради, – все тем же повелительным тоном наказала мать.

Не имея возможности отдать дочерей в общеобразовательное учреждение или хотя бы в церковно-приходскую школу в связи с отсутствием в деревушке таковых заведений для девочек, Ольга самостоятельно организовала учебный процесс, по возможности давая дочерям знания с помощью имеющихся в местной библиотеке книг. И если Ирис неохотно обучалась наукам и письму, то Ярослава словно губка впитывала каждое слово, срывающееся с тонких губ матери. Любуясь своими дочерьми, женщина мысленно восхищалась их талантами. Пусть и не всегда просвещение незрелых умов давалось легко и играючи, без сомнений оно отражалось на прекрасных лицах юных девушек.

4

Поздним вечером Ольга с нетерпением дожидалась мужа. Она не находила покоя ногам и без дела слонялась меж комнат. Наконец грохотнула парадная дверь, и на пороге появился уставший глава семейства. Провожаемый пристальными взорами, он, распаренный после бани, рухнул на стул и жадно накинулся на горячий ужин, предвкушая море вопросов. Наперебой зазвенели голоса. Усмехнувшись, Борислав огладил седые усы и, громко кашлянув, призвал многоголосый хор немедленно смолкнуть. Мужчина обессиленно потер толстыми шершавыми пальцами веки и, не без труда распахнув покрасневшие глаза, тихо молвил:

– К нам пожаловал средний сын графа Несвицкого – Олег. Молодой человек унаследовал от покойного деда значительную долю имений, а также угольный завод. Дабы полностью вступить в законные права на имущество, он должен жениться. В провинциальном городке к северу от нас намечается скромный бал, где наш дорогой гость и планирует присмотреть себе невесту, вот только они с младшим братом Дмитрием сбились с пути и затерялись в наших лесах. Завтра к обеду братья выдвигаются в путь.

Удовлетворенно кивнув, Ольга поставила на стол заварник с чаем, а пораженные интересным рассказом дочери принялись и дальше мучать отца назойливыми расспросами.

– А ну хватит! – с напускным негодованием осадил их Борислав. – Приличным девицам нечего беспокоиться о мужских заботах.

Сестры смолкли, но в том, как они переглядывались, читалась непокорность, свойственная юным девицам, едва переступившим порог зрелости.

5

– Как думаешь, это те самые всадники, которых мы вчера видели в лесу? – вопрошала Ирис.

Копошась в постирочной, сестры не упускали возможности обсудить странных гостей.

– Безусловно! – выпалила Яра. – Папа сказал, один из них черноволосый.

– Подходит под описание.

– Ярослава! – оглушительный крик матери оборвал разговор.

Вздрогнув, обе девушки поспешили на неожиданный призыв. Вцепившись в сестру, Ирис готовилась обороняться за двоих. Однако мать встретила их доброжелательно и спокойно. Жестом указав на мягкую кушетку под окном, Ольга развесила тряпки над печкой и устроилась в старом скрипучем кресле напротив переполошенных дочерей. Сестры не сводили взволнованного взгляда с матери, предвкушая строгое наказание за случай в чаще. Вот только женщина заговорила совсем о другом.

– Ярочка, – начала она издалека, – к нам едет Лука.

Насупившись, девушка напрягла плечи и подалась всем телом вперед, словно пытаясь распознать, казалось бы, очевидные намеки.

– Мы решили вас засватать, – довольно улыбнувшись, заключила Ольга.

– Кто это «мы»? – осведомилась дочь в нарастающей панике.

– Он хороший человек, – заверила ее мать.

– Фу, – вмешалась Ирис, – он же старый и страшный.

– В мужчине это не главное.

Вот только лица дочерей говорили об обратном.

– Я понимаю ваши чувства, – убедительно сказала мать, – но Лука отличный работяга. Я более чем уверена, он окажется примерным семьянином, и … – Ольга нерешительно замялась, – он из тех мужей, которые не бьют своих жен.

Признание обнажило неприглядную изнанку супружеской жизни. Встрепенувшись, Ирис под впечатлением пустила слезу, в то время как на застывшей физиономии сестры читался протест.

– Нет, – твердо обозначила Ярослава свою непреклонную позицию.

– Пойми ты, мы всего лишь женщины, и наша миссия заключается в послушании и повиновении мужчинам. Они сильнее и мудрее.

– Но, маменька, – вмешалась Ирис, – бьют только плохих жен.

Недобро усмехнувшись, Ольга отрицательно качнула головой.

– Власть в руках сильных, – молвила она, – порой наказание несоизмеримо с проступком. Бывает, мужчина просто вымещает злобу на женщине или жаждет избавиться от нее, развязав стесняющие его свободу узы неугодного брака.

– Отец никогда не поднимал на тебя руку, – настороженно выговорила Ярослава, она будто задавала вопрос.

– Ваш отец не первый красавец, но добрый верующий человек, порядочный семьянин и верный муж. Таких единицы.

Женщина смолкла. Неспешно поднявшись с места, она вышла из кухни, оставив дочерей наедине с сумбурными мыслями. Девушкам было о чем подумать.

6

Глубокой ночью мучимая бессонницей Ярослава, сидя на подоконнике, всматривалась в горящие в деревне огни. Сквозь мирное посапывание сестрицы доносился шум торжественных гуляний. Протиснувшись в форточку, девушка выскользнула наружу и осторожно спустилась по карнизу. Прихватив на веранде корзину, она в грустных раздумьях помчалась навстречу оживленной суматохе. Чтобы сократить путь, Яра прошла лесной тропой, нарвала по дороге цветов и с переполненной плетенкой выбралась прямо к празднующим.

Бесовской хоровод из молодых юношей и девушек под бурные овации несся против холодного ветра. В центре круга молодая девица, распустив длинные рыжие косы, нежным голосом распевала веселую песню.

– Кто они? – осведомилась Яра у местной товарки.

– Проклятые ведьмы и колдуны. Вот кто! – уверенно заявила недовольная старушка.

Прихрамывая, пожилая особа медленно обходила многолюдное сборище, покрывая присутствующих скверными словечками.

– Приезжие из соседних сел, – пожимая плечами, предположила она, – праздник весны все-таки. Молодежь со всей округи слетается.

Странное тепло разливалось по телу. Подобно торнадо, оно закручивало в буйный вихрь из будоражащих голову эмоций. Столкнувшись с неожиданным препятствием, Ярослава повалилась наземь. Рассыпаясь в извинениях, крепко сложенный молодой мужчина бросился на подмогу. Склонившись над девушкой, он протянул ей руку. В тусклом свете фонарей Ярослава мельком оглядела его взъерошенную рыжую копну, яркие веснушки на бледной коже и зеленые глаза. На миг растворившись в них, она смущенно отпрянула.

– Держи, – улыбнулся незнакомец, протягивая корзину, – ты выронила.

Схватившись за ручку плетенки, Яра тут же поспешила прочь, однако развернувшись налетела на мрачную фигуру. Та сбросила капюшон черного плаща, открыв прекрасное лицо с тонкими выразительными чертами.

– Присоединяйся к нам, – повелительно изрекла женщина.

Взгляд ее янтарных глаз насквозь пронзал невольного собеседника, будто считывая его мысли и чувства. В панике Ярослава выпалила невнятное «нет» и затерялась средь знакомых людей.

Неподалеку разгружал телегу с товаром новоявленный жених. Девушка узнала его сразу по глубокому шраму, извилистой дугой соединяющему височную впадину с широкой точеной скулой. Рослый коренастый мужчина, уловив затылком любопытный взор, обернулся. Изрезанная рубцами кожа его свидетельствовала о ранее перенесенном тяжелом заболевании, что не добавляло ни симпатии, ни сочувствия юному сердцу. Съеживаясь в отвращении, Ярослава постаралась быстрее скрыться из поля зрения жениха и бегом через лес ринулась домой.

Отлично ориентируясь в непроглядной темноте, она угадывала каждую неровность, впивающуюся в ступни. В идеальной тишине звонко стучали ее торопливые шаги и разносилось свистящее дыхание. Когда огни отчего дома уже виднелись меж ветвей, Ярослава налетела на высокую преграду. Сдержав вопль, она судорожно огляделась и тараном кинулась на безмолвную тень, но та вдруг отступила, и девушка, кувыркнувшись, распласталась на сырой земле. Грубо выругавшись, она приподнялась.

– Тише, тише, – донесся насмешливый мужской голос, – я тебя не обижу, – предусмотрительно добавил он и одним рывком поставил девушку на ноги.

В лунном свете Яра узнала темноволосого всадника. Поблагодарив его еле слышным голосом, девушка вцепилась в ручку корзины и со всех ног помчалась к дому.

7

– Дрянь! – вопила женщина. – Блудная девка!

– Дорогая, успокойся, – закрывая дочь своим телом от чувствительных ударов мокрым полотенцем, умолял Борислав.

– Какой позор, какой позор! – не унималась Ольга.

– Я не могу вечно сидеть взаперти, – оправдывая непростительную шалость, защищалась Ярослава.

– Ты на выданье! Что люди-то подумают! – женщина заливалась горькими слезами.

В гневе девушка ударила кулаком по столу.

– Я не маленькая! – воскликнула она. – Как выбрать жениха, если я все время сижу взаперти, пока остальные танцуют в хороводе?

Ольга умолкла, испуганно таращась на дочь. Без объяснений она заперла обеих дочерей в комнате. Яра раздраженно слонялась у окна, она не испытывала ни капли сожаления, только бурный протест разъедал переполошенный разум. Ранее неизведанная сила будоражила все внутри. Зарождаясь в глубинах естества, она рвалась на волю, дабы в потоках ненависти испепелить заклятых врагов и устаревшие предрассудки.

Свернувшись на кровати калачиком, Ирис тихонько плакала. В приглушенном свете догорающей свечи девушка отрешенно следила за меркнущими тенями, когда слабое пламя вдруг взмыло к потолку. На миг осветив комнату, оно погасло, уступив право господства полуночному мраку. Повисла гробовая тишина. Сгруппировавшись, сестры дружно забились в угол, не в силах объяснить загадочное событие. Съежившись от страха, они так и не решились позвать родителей. Обнявшись, девушки незаметно проваливались в сон, плавно ускользая в безмятежный мир сказочных видений.

8

Солнечные лучи игриво скользили по спальне. Подняв тяжелые веки, Яра неохотно встала. Опасаясь праведного родительского гнева, она тихо прошмыгнула в уборную и услышала злобный шепот – он доносился из комнаты. Не привлекая внимания, девушка высунулась из приоткрытой двери. Напряженный взор упал на порожек, отцовской обуви там уже не было, однако красовались аккуратно поставленные с краю белые лодочки из расшитой драгоценными камнями кожи. Навострив уши, Яра на цыпочках подкралась к кухне, откуда доносились подозрительные звуки.

– Прошу, услышь меня! – умолял нежный бархатный голос, нотки которого уже звучали в свежих воспоминаниях девушки. – Девочку переполняет невероятная мощь.

– Не впутывай моих детей в свои греховные распри, – злобно огрызалась Ольга, – пусть живут нормальной жизнью.

– На ней метка! Рано или поздно судьба настигнет каждого, не стоит противиться, исход может оказаться печальным, – твердила странная гостья, – нас подслушивают, – внезапно добавила она.

Подпрыгнув на месте, Яра отпрянула от запертой двери. Прошмыгнув в кладовую, она сделала вид, будто трудится в поте лица, вот только дрожащие руки ее выдавали. Кто-то в бархатном черном плаще выпорхнул в коридор, мельком одарив девушку проницательным взглядом. Растворяясь в янтарных глазах, Яра ощущала успокоение, благодатным теплом обволакивающее бренную плоть.

– До свидания, – вежливо попрощалась гостья, покидая дом.

– Прощай, Лилит, – прошептала Ольга, наглухо задвигая засов.

Даже не взглянув на нерадивую дочь, женщина поднялась в спальню. Любопытство терзало юный разум. Оно манило устремиться за ведьмой, но страх перед родительским гневом перевешивал чашу весов и охлаждал пылкий темперамент.

Позавтракав, Яра взялась чистить печь. Выгребая золу, девушка рассуждала о словах колдуньи, никак иначе она не могла назвать мрачную посетительницу. Припоминая родимое пятно Ирис, Яра ощупывала собственный шрам на лопатке, из-за чего замарала халат. Покончив с нудным занятием, она, вся в саже и копоти, поплелась за дровами во двор. Невзирая на запреты матери, девушка посчитала тяжелый труд весомым оправданием своей непокорности. Она жаждала мимолетно полюбоваться на постояльцев. Красивые мужчины в дорогих нарядах, словно явившиеся из мира книг и фантазий, слонялись по грязным деревенским улочкам. Натаскав громоздких поленьев, Яра наконец выдохлась, так никого и не повстречав. Оценив масштабы проделанной дочерью работы, Ольга одобрительно кивнула в знак примирения.

Намыливаясь в ванне, девушка тщательно оттирала въевшиеся в кожу пятна.

– Освободишься, зайди ко мне в спальню, – крикнула ей мать из коридора.

Яра сгорала от любопытства, предвкушая нежданный сюрприз, будь то изысканная вещь, неприятный разговор или увлекательные сплетни. Завернувшись в полотенце, девушка босыми ногами ступала по вычищенным до блеска половицам. Растерянно оглядевшись, она заметила нарядное свадебное платье, разложенное на кровати.

– Примерь, – небрежно вымолвила Ольга, всем видом демонстрируя великую обиду. – Я сама сшила, – гордо заявила она, заметив удивленный взгляд дочери.

Приблизившись, Яра осторожно взяла в руки белое одеяние. Нежная ткань приятно льнула к телу. В нерешительности девушка медлила, пока мать бережно натягивала роскошный наряд на безвольную фигуру. Тонкий материал, будто вторая кожа, обволакивал стройный силуэт. От узкой горловины к расшитому золотой нитью поясу сползал ступенчатый волан. Пышные рукава с ажурными вставками по краям плотно крепились к запястьям удлиненными манжетками, а ровный подол волнообразными перекатами ниспадал до пола.

– Это на свадьбу? – отрешенно поинтересовалась Яра.

Ольга кивнула. Прекрасное юное создание возвышалось на импровизированном пьедестале из старой табуретки. Распустив каштановые косы, девушка присела, бережно оправив платье. С любовью женщина расчесывала вьющиеся пряди дочери, напевая старинную мелодию. Яра с тяжелым сердцем прощалась с беззаботными деньками стремительно канувшего в небытие счастливого детства, но, умей она читать мысли, удивилась бы, сколь схожими были ее предпочтения с желаниями матери. Ольга вовсе не хотела отдавать дочь на растерзание миру: алчному и жестокому.

9

Отец вернулся позже обычного. Взволнованный, он расхаживал по кухне и ждал, пока все соберутся. Рассевшись за столом, переполошенные домочадцы с нетерпением предвкушали настоящую сенсацию.

– У меня радостные известия! – торжественно заявил Борислав. – Особенно для тебя, Ярослава.

Поперхнувшись, девушка недоверчиво уставилась на родителя.

– Один почтенный господин сегодня попросил твоей руки, – с ликованием сообщил отец.

– Дай, догадаюсь, – ехидно произнесла Ярослава. – Ты говорил с Лукой?

Недовольно морщась, она ковырялась в тарелке с едой.

– Это не Лука, – осторожно выговорил отец, заприметив полное равнодушие на безучастном лице дочери.

Отложив вилку, девушка с любопытством уставилась на родителя.

– Ты, дорогая моя, – неспешно молвил он, – приглянулась нашему гостю, Олегу.

Ирис чуть не подавилась куском хлеба. Ольга в ужасе отпрянула от стола. А Ярослава, побелев, застыла неподвижной статуей.

– Ты, должно быть, сошел с ума, – прошептала супруга.

Странное известие черной тучей спустилось на тихий семейный очаг.

– Папа, шутка неудачная, – выдавила Ярослава.

– Это не шутка, – разочарованно возразил Борислав. – Твой новоявленный жених влюбился с первого взгляда.

Не дождавшись восторженных оваций, он продолжил.

– Мужчина молодой, красивый, богатый, к тому же из знатного рода, славится благими делами и добрым нравом, ну кто еще может быть лучше?

– Если наша дочь выйдет замуж за этого молодого человека, – осторожно вмешалась Ольга, – как часто мы будем с ней видеться?

– Солнце мое, – перебил ее муж, – разве может быть что-то важнее благополучия нашей крошки, разве не счастливого замужества ты ей желала? А тут такая партия нарисовалась.

Вскочив с места, Борислав принялся расхаживать по комнате и, брызжа слюной, разглагольствовать о преимуществах удачного союза. Яра не вникала в споры родителей. Даже в самых сладостных мечтах она и представить не могла подобного поворота судьбы. Ольга к щедрому предложению сразу отнеслась скептически, выдвигая слабые доводы в пользу Луки, в то время как дочь уже мысленно отказалась от деревенского уродца и с легкостью отправилась на край света за прекрасным принцем, свалившимся к ее ногам.

10

Невзирая на отчаянные уговоры матери, положительный ответ жениху был дан к полудню следующего дня. Вот только материнское сердце ныло то ли от тоски из-за предстоящей разлуки, то ли из-за дурного предчувствия. Ольга уповала на высшие силы, надеясь, что те предотвратят катастрофу. Каждый раз, глядя в окно, она с ненавистью косилась на гостевой дом и слоняющихся по двору постояльцев, а затем со злостью задергивала шторы. Женщина искренне проклинала тот день, когда чужеземцы переступили порог их скромного мирного жилища.

Воодушевленный Борислав вел важные переговоры. Приданое невесты состояло из двух лошадей и старой коровы, о чем отец не преминул сообщить жениху. Олег с легкостью отказался от такого сокровища и великодушно взял на себя все предстоящие расходы.

Прекрасная партия, выпавшая старшей дочери, вселяла слабую надежду, что и младшей повезет не меньше.

11

Теплый пасмурный день, напоенный ароматами цветов, обернулся тяжким испытанием для встревоженной матери. Она занималась подготовкой к званому ужину. Охваченная тягостными думами Ольга чуть не испортила горячие блюда, поданные ею на стол. Глядя на взволнованную беготню дочери, она в конце концов сжалилась и решила не препятствовать ее счастью. «Может, оно и к лучшему», – настраивала себя женщина, с ненавистью сжимая рукоятку кухонного топорика.

Скромный стол с достоинством ожидал гостей, которые смущенно мялись у ветхой деревянной оградки и не решались войти без приглашения. Олег вышел навстречу припозднившимся визитерам. Невысокая хрупкая женщина крошечной ручкой поправила пышный кружевной волан и, придерживая подол платья, торопливыми шажками засеменила навстречу сыну, опираясь на тонкий высокий зонтик. Ее золотистые локоны выбивались из-под широких полей фетровой шляпки, украшенной красными розами, и небрежно обрамляли круглое пунцовое лицо. Статный пожилой мужчина вслед за супругой приближался к своей молодой копии. Выскочивший во двор Борислав приветствовал гостей.

Невзирая на знатное происхождение, Светлана Викторовна и Роман Николаевич непринужденно поддерживали застольную беседу. На мгновение могло показаться, что это старые друзья встретились после долгих лет разлуки, дабы насладиться совместным времяпрепровождением. Но за маской доброжелательной беспечности скрывались актеры, талантливо отыгрывающие роли. Ольга заглушала неприязнь вином, пока Светлана Викторовна с фальшивой улыбкой брезгливо опустошала тарелку, пользуясь лишь двумя столовыми приборами. Виновники торжества смотрели лишь друг на друга, игнорируя пустой взгляд Ирис и похотливые ухмылки Дмитрия. Солнце медленно скрывалось за горизонтом, покидая нелепый маскарад лгунов и лицемеров.

Семейство Несвицких росло и процветало не только в финансовом плане. Светлана и Роман прожили в браке тридцать лет, произвели на свет пятерых детей и уже имели шестерых внуков от старших сына и дочери. Третий их ребенок, Олег, к двадцати шести годам остался вдовцом. Этот неприятный факт больно ударил по самолюбию юной невесты. Она нахмурилась и перестала кокетничать с женихом.

– Моя первая жена умерла в родах год назад, – поделился подробностями личной трагедии Олег, поймав на себе пристальные взгляды хозяев.

– Не в обиду будь сказано, – вмешалась Светлана, – но покойная, как и вы, была родом из крестьянской семьи, даже менее зажиточной, чем ваша.

На семейном собрании единогласно решили венчаться в местной приходской церкви. Дальше события развивались стремительно.

12

Словно нежный цветок среди целого поля сорняков, Ярослава так и светилась от безграничного счастья. Широко улыбаясь, она пробиралась сквозь густые заросли.

– Ты же его совсем не знаешь, – ворчала Ирис, едва поспевая за сестрой. – А если он обидит тебя?

– С таким красавцем семейная жизнь не может быть в тягость, – заносчиво заявила Яра.

– А как же наши походы в лес? – не унималась Ирис. – Как же я буду без тебя?

Яра резко остановилась и обняла сестру. Ирис разревелась и всем телом прижалась к родной кровиночке, не желая так просто отпускать дорогого сердцу человека в неизвестность. Добравшись до рынка, девушки быстро заполнили плетеные корзины необходимыми товарами по списку, который им дала мать. Новость о внезапной женитьбе знатного богача на простой деревенской девчушке быстро разлетелась по округе, и болтливые языки без устали говорили только об этом.

Подтверждая слухи, невеста радостно принимала искренние и фальшивые поздравления, не обращая внимания на лицемерное перешептывание за спиной, хотя в большинстве своем все сельчане гордились землячкой, вскружившей голову знатному вельможе.

– Ты уже готова к первой брачной ночи? – ехидно интересовалась местная старушка Майя, подмигивая смущенной невесте. – Могу подобрать ночнушку.

Будучи бедной вдовой, пожилая женщина невольно приобрела репутацию легкомысленной особы. Отзывчивость и трудолюбие не уберегли ее от пересудов злых языков. Страдая от одиночества, она напивалась в здешнем кабаке, а потом цеплялась на улице к юным девицам, посвящая тех в секреты отношений мужчин и женщин.

Отделавшись от любопытных прохожих с их назойливыми расспросами и бестактными предложениями, сестры скрылись в лесу. Прогуливаясь по милым сердцу местам, Ярослава мысленно прощалась с радостями беззаботной юности.

13

Стоя перед зеркалом в свадебном платье с кринолином, юная невеста боялась лишний раз пошевелиться. Даже когда пышный белоснежный наряд висел на вешалке, Ярослава, всматриваясь в его ажурные вставки, чувствовала прилив жара. Вышитое Ольгой платье явно не соответствовало жаркой солнечной погоде. Задыхаясь в корсете, девушка отчаянно умоляла ослабить тугую шнуровку. Глядя в зеркало, Ярослава восхищалась собственной красотой, однако за внешним блеском скрывались страдания и желание поскорее избавиться от праздничного убранства. Ирис, Ольга и Светлана заботливо облачили невесту в дорогой наряд.

Оставшись наедине с будущей свекровью, Яра смущенно потупила глаза. Светлана глубоко вздохнула, собираясь сказать нечто важное.

– Ты потрясающая девочка, – вымолвила она и, чуть помедлив, добавила: – Но я обязана тебя предупредить. Мой сын – нехороший человек. У тебя еще есть время передумать.

По красным глазам Светланы было видно, что она плакала. Пряча слезы, она выскочила из спальни и не увидела, как огонек догорающей свечи с треском полыхнул ярким пламенем и осветил сумрак комнаты.

Тревожное известие словно парализовало невесту. В смятении она не придала значения ослепительным бликам, на мгновение озарившим спальню. Многочисленные вопросы не давали покоя. Что это было? Проявление агрессии, яростное возражение против нежелательной свадьбы или исповедь матери, разочарованной в сыне? Воздух перестал поступать в легкие. Прибежавшая Ирис догадалась открыть форточку и слегка ослабить корсет сестры.

– Легче? – обеспокоенно спросила она у невесты.

– Да, – с облегчением выдохнула Яра.

В порыве чувств она бросилась в объятия сестры.

– Мне страшно, – призналась девушка, вспоминая слова будущей свекрови.

Виновницу торжества охватила предпраздничная суматоха – по крайней мере, именно так Ирис объяснила причину горьких слез сестры.

14

В церковь явились почти все жители деревни. Гости с восхищением смотрели на невиданную красавицу, которая еще вчера была обычной деревенской девчушкой, и перешептывались за спинами молодых. Не менее потрясен был и сам жених, не сводивший завороженного взгляда с юной нимфы.

Стоя перед алтарем, супруги произнесли брачные клятвы. Яру беспокоили неожиданно вспыхнувшая влюбленность новоиспеченного супруга, напутственные слова свекрови, ужасно неудобное платье и обиженный Лука, жадно глазеющий на виновников торжества.

– Ведьма! – недовольно проворчала местная старуха.

Язвительное замечание, вылетевшее из ее беззубого рта, скорее прозвучало как похвала, нежели как оскорбление.

После завершения церемонии Ольга подбодрила парализованную страхом дочь.

– Эта ночь последняя, – шепнула ей на ухо мать. – Проведешь ее с нами, а завтра вместе с мужем отправишься в новый дом.

Свою свадьбу Яра представляла несколько иначе. В сладостных мечтах она рука об руку с любящим супругом гордо стояла у алтаря и, улыбаясь, принимала искренние поздравления. На деле же измотанная жарой, напуганная пристальным вниманием толпы и угнетенная едкими пересудами девушка стремилась сбежать с торжества и повернуть время вспять, дабы вернуться туда, где она беззаботно гуляла по густому лесу, а порой вместе с местной детворой докучала работавшим в поле селянам.

Жизнь принимала новый оборот, а Яра, будучи не в силах приспособиться к новым обстоятельствам, оставалась в стороне. Мысленно проклиная замужество, она, едва переступив порог родительского дома, избавилась от ненавистного платья. Сидя в холодной ванне, девушка ожесточенно терла мочалкой разгоряченную кожу, словно стремясь навсегда стереть воспоминания о минувшем дне.

Лежа в постели, Ярослава заливалась горькими слезами. Утешая дочь, Ольга искренне сопереживала ее бурным эмоциям, заодно припоминая собственную свадьбу.

– В первую брачную ночь я готовилась к побегу, – со смехом вспоминала женщина, объясняя таким образом Ирис помешательство сестры. – Я была совершенно не готова к супружеским обязанностям, – стыдливо призналась она и, помедлив, смущенно добавила. – Понимаете, мужа и жену связывают определенные отношения, которых не избежать…

– Соитие, – внезапно перебила ее Ярослава.

– Майя нам обо всем рассказала, – тоненьким голоском призналась Ирис.

Поперхнувшись, Ольга недовольно закатила глаза, но мысленно поблагодарила высшие силы, избавившие ее от ненужных объяснений.

Ночью Яра любовалась звездами за окном под мирное сопение сестры.

– Ты не спишь? – раздался удивленный голос Ольги.

– Смотрю, ты тоже, – усмехнувшись, отозвалась девушка.

– Не хочу отпускать тебя.

– А я не хочу уходить.

– Милая, а ты не замечала за собой ничего странного?

Резко сев на кровати, девушка удивленно уставилась на мать.

– Что ты имеешь в виду? – настороженно спросила она.

– Демоническую силу, – откровенно ответила Ольга.

– Ты полагаешь, я колдунья?

Ирис перевернулась на другой бок. В воцарившейся тишине ее дыхание вновь стало ровным.

– Ты же знаешь, я потомственная целительница, – спокойно пояснила Ольга. – Возможно, ты унаследовала этот дар, – продолжила она тем же тоном, но, сощурив глаза, напутственно произнесла. – Если ты ощутишь в сердце тьму – молись, дитя мое. Бог твой наставник и проводник.

Ярослава послушно кивнула и позволила матери заключить ее в ласковые объятия. Свернувшись калачиком, она проспала до самого утра.

1

Проваливаясь в бездну, Кира отчаянно пыталась разлепить веки. Очнувшись в мокрой постели, она лихорадочно огляделась по сторонам. Под бешеный стук колотящегося сердца девушка дрожащими руками потянулась к смартфону. Тот выскользнул из потных ладоней и громко шлепнулся на пол. От череды странных оплошностей Киру отвлекло щекочущее покалывание над губой. Стряхнув липкую жидкость, она с удивлением посмотрела на окровавленные пальцы. Из носа хлестала кровь. Девушка поспешила в ванную комнату, где струей воды попыталась смыть последствия ночного кошмара.

Завернувшись в махровый халат, Кира с чашкой горячего кофе в руках стояла у окна, выходящего на бухту. Навязчивые видения пульсирующей болью отдавались в висках и казались почти реальными. Вздрогнув от резкого звука, она принялась искать телефон. Три пропущенных от Михаила словно кричали о надвигающейся катастрофе. Кира уже морально приготовилась выслушивать его гневную тираду, как вдруг взгляд ее упал на настенные часы.

– Еще рано, – недовольно проворчала она, отвечая на очередной звонок.

– Знаю, прости, – раздался настойчивый голос Михаила. – Не терпится поделиться новостью, – затараторил он, – пришли результаты экспертизы. Помнишь последнюю картину?

– Да.

– Она действительно из частной коллекции начала двадцатого века, а изображены на ней граф Несвицкий и его супруга.

Кира поперхнулась кофе. «Чертовщина какая-то», – подумала она. Внутренний голос взывал к благоразумию, однако неоспоримые факты настойчиво твердили обратное.

– Тогда объясни, что делает мое лицо на портрете столетней давности, – с сарказмом спросила девушка.

– Послушай, это, скорее всего, случайное совпадение, – спокойно рассуждал коллега. – По статистике, на Земле есть как минимум семь человек, внешне схожих друг с другом. Не парься. Жду в офисе.

– А как же кошмары? – растерянно спросила Кира, но в трубке уже послышались короткие гудки.

2

Сведя результаты в таблицу, Кира исправила ошибки в исходных данных и лениво зевнула. За окном уже начинало темнеть. Отправив заказчику готовый отчет по электронной почте, девушка созвонилась с Михаилом и, уведомив друга об окончании скучных расчетов, отправилась запаковывать посылки. Пара чашек кофе и энергетик взбодрили утомленный бессонницей и трудоемким процессом мозг. Послышался звук отодвигаемого засова и суетливое шуршание в коридоре. Из подвального помещения появилась невысокая худощавая блондинка на высоких шпильках.

– Эля, уже ночь на дворе, – раздраженно сказала Кира. – Осталась бы дома.

– Да конечно! – возмущенно отозвалась собеседница.

Собрав прямые крашеные волосы в тугой хвост, она аккуратно разложила коробки в соответствии с заявленной документацией и принялась сортировать товар.

– С этой трубой не в первый раз проблемы, – оправдывалась Эля за свое опоздание. – А если бы в квартире никого не было? Мы бы соседей затопили! Это что, все на аукцион? – поинтересовалась она, не меняя тона.

– Да.

– Ты что-то плохо выглядишь. Иди, я сама справлюсь. Вся ночь впереди.

Кира нервно усмехнулась. Покосившись на дверь, Эля заботливо спросила:

– Ты на машине? На улице дождь.

– Пешком, – призналась Кира. – Но у меня зонтик.

Заметив недовольный взгляд коллеги, она сдалась и сказала:

– Ладно, вызову такси.

Ерзая на неудобном сидении, Кира нетерпеливо поглядывала в окно, предвкушая горячую ванну и крепкий сон. Под монотонный шум проливного дождя она провалилась в сон.

3

– Ярослава! – послышался резкий окрик.

– Яра! – повторила тьма.

Обуздав пламя, девушка спрыгнула с импровизированного помоста. Монотонный гул десятка голосов эхом разнесся меж вековых деревьев. Не теряя решительного настроя, новоиспеченная ведьма устремилась навстречу последнему испытанию. Оно не было обязательным, однако давало четкое представление о колдовских способностях.

В сотне метров от шабаша с гор низвергалась река. Достигнув цели, Яра прыгнула с уступа. Ледяная вода острыми иглами пронзила тело. На мгновение девушка, предавшись воспоминаниям, захотела упокоиться, исчезнув из бренного мира. Некая сущность настойчиво овладела ее разумом и велела принять иной облик, дабы в полной мере насладиться чуждой человеческому сознанию реальностью.

Яра вынырнула на поверхность. Ее кожа очистилась от запекшейся крови, а мысли – от разрушительных эмоций. Призраки прошлого канули в небытие, а душа воспарила над обыденностью. Внутреннее пламя разгоралось, согревая живую плоть и окружающее пространство. Нечто совершенное разливалось по венам, доставляя удовольствие.

4

– Девушка, девушка, с вами все в порядке? – испуганно спрашивал таксист, тормоша пассажирку.

Кира неохотно приподнялась, чувствуя звон в ушах.

– Может, вас в больницу отвести? – предложил водитель, протягивая пачку влажных салфеток.

В салонном зеркале девушка заметила тонкую струйку крови. Она лилась из носа и бурыми пятнами растекалась по одежде.

– Все нормально, – отмахнулась Кира, однако пару салфеток все же позаимствовала.

5

Кира проснулась только к обеду. Вдоволь выспавшись, она даже не переживала по поводу опоздания на работу. Однако в отдохнувший мозг закрадывались навязчивые мысли. Странные картины, жуткие видения – неужели она тронулась умом? Списывая кошмары на стресс и волнение от предстоящей деловой поездки в столицу, девушка руководствовалась здравым смыслом и старалась найти логическое объяснение непонятным событиям, происходящим в ее привычной жизни.

Тщательно обматывая защитной пленкой старинную статуэтку, Кира краем уха слушала какие-то причитания Михаила, как вдруг по всему ее телу пробежала сильная судорога. Перед затуманенным взором промелькнула череда непонятных событий – дуло пистолета у виска, оглушительный выстрел и тишина. Вскрикнув, Кира едва не выронила из рук драгоценный артефакт.

– Ты чего? – испугался Михаил.

Присев на корточки, девушка вспотевшими ладонями потерла виски.

– Может, тебе обследоваться? – заботливо предложил коллега.

– Все хорошо, – раздраженно отмахнулась Кира.

Внезапно в помещении появилась Элина.

– Ребята, помощь нужна, – смущенно попросила она.

– Ты не видишь, сколько у нас коробок на отправку? – раздраженно отозвался Михаил.

– Знаю, но принесли очень дорогое кольцо. Нужен оценщик.

Кира залпом осушила стакан воды и без лишних слов поднялась в офисное помещение, из которого вышла к прилавку. В т