Даниэль Львов. Мальчик, обреченный спасти Айяк

1. Письмо

– Даниэль, Даниэль, мальчик мой, наконец-то! – толстенькая женщина невысокого роста, тяжело дыша, взбегала по лестнице на второй этаж. Ее голос звучал уже совсем хрипло.

– Что тетя? Что там? – на ее зов из детской выбежал мальчик лет десяти. – Это письмо? – в нетерпении спросил он.

– Письмо, письмо, мой милый, – чуть отдышавшись, толстенькая женщина, протянула мальчику большой конверт с четко выведенными на нем именами отправителей: «Марк и Анна Львовы».

– Наконец-то! – мальчик чмокнул раскрасневшуюся тетю в ее пухлую щеку и, не помня себя от радости, кинулся назад в комнату. С разбегу плюхнувшись на кровать, он разорвал конверт и вынул оттуда целую пачку мелко исписанных листов.

Даниэль уже целый месяц ждал письма от родителей и вот только теперь – в самой середине лета он его получил. У родителей Даниэля всегда было много дел: они постоянно куда-то уходили, уезжали и подолгу не возвращались. Поэтому каждое лето отправляли своего сына к Олесе Ботиковой, – старшей сестре Анны Львовой. Олеся была одинокой женщиной: ни мужа, ни детей, только старая кошка Ульяна – вот и все ее общество.

В гостях у тети Даниэль чувствовал себя одиноким, – друзья были далеко. В чужом городе все казалось чужим, даже ребята, их игры и образ жизни.

Здесь Даниэлю, которого, в общем-то, всегда удручала обыденность, особенно сильно хотелось чего-то необычного.

Что касается внешности мальчика, то она соответствовала его внутреннему миру. Выглядел Даниэль не вполне обычно. Он носил длинные, спадающие до плеч волосы. Темные вьющиеся локоны которых, контрастировали с большими изумрудными глазами и светлой кожей мальчика.

Получив долгожданное письмо, Даниэль в волнении принялся за чтение, ожидая найти сообщение о скором приезде родителей. Но, прочитанный лист сменялся другим, а родители писали лишь о своих делах, задавали кучу вопросов и давали еще большую кучу советов.

2. Чужая планета

Незаметно для Даниэля наступила ночь, но спать не хотелось. Мальчик развернулся к окну и начал любоваться звездным небом – кто знает, может быть, там есть что-нибудь интересное, просто пока неизвестное.

От неба Даниэля отвлек неожиданный шум, донесшийся сверху. Он перевел взгляд на потолок и замер в изумлении: вместо белого потолка над ним было то же черное небо, что и в окне. Секунду спустя, черноту неба поглотили клубы синего дыма, которые приближались к мальчику. Даниэль затаил дыхание и почувствовал, как его, словно магнитом, тянет вверх. Оторвавшись от кровати, он начал подниматься к дыму. Откуда-то дул сильный ветер. Мальчик повернул голову и увидел, что его комната становится все меньше и меньше. Попав в самую глубину синего облака, он провалился в сон.

Спустя некоторое время Даниэль очнулся. Но, оглянувшись по сторонам, решил, что все еще спит. Место, где он находился, даже не походило на его комнату. Только четыре зеркальные стены окружали мальчика – и больше ничего. Даниэль встал и прошелся кругом, – ни окон, ни дверей. Вместо потолка – подобие темной бездны. Зеркальные стены были настолько гладкими и высокими, что не стоило и мечтать перелезть через них. – «Какой странный сон» – подумал Даниэль.

От необычной обстановки мальчику стало не по себе, он силился проснуться, но не мог. – «Ну ладно, во сне можно все» – сообразил Даниэль и ударил ногой по стене, надеясь, что она рассыплется на осколки. Однако стена ничуть не пострадала, а вот в ноге мальчик ощутил сильную боль.

Уже не думая о сне, Даниэль принялся долбить по стене кулаками и громко кричать. Но скоро понял, что все безнадежно, – звуки лишь бесцельно блуждали по странной комнате, отзываясь эхом, то с одной, то с другой стороны.

Мальчик опустился на корточки. И прикрыв глаза, постарался собраться с мыслями. Но его разум не хотел признать нереальное – реальностью. Сейчас он предпочел бы, чтобы мечты о необычном, так и остались мечтами.

– «Жаль, что рядом никого нет, хотя бы незнакомца», – подумалось Даниэлю. Ведь, находясь даже в нелепом положении, чувствуешь себя лучше, понимая, что ты в этом не одинок.

– Впрочем, нас здесь много. Точнее, много меня, – мальчик стал присматриваться к собственным отражениям, будто рассчитывая встретить среди них кого-то другого. В какой-то момент, он даже приготовился заключить в объятья, спешащего к нему друга. Но ладони соприкоснулись с холодным стеклом и мечты рассеялись.

Заглянув в глаза самому себе, Даниэль не увидел в них ничего кроме растерянности.

– Ну, что ты стоишь за этим стеклом? – спросил мальчик отражение. – Почему не поговоришь со мной? – Замолчав, Даниэль прислушался к собственным словам, которые повторяясь, постепенно удалялись. Мысленно следуя за звуком, он поднял голову вверх. – «А что, если там кто-нибудь есть?» – осенило его.

Быстрыми шагами мальчик прошел в центр комнаты и закричал прямо в глубину бездны:

– Эй, вы, там! Отзовитесь! Я не знаю кто вы, но я вам не враг. Поговорите со мной. Я уверен, что вы ошиблись, заточив меня в эту тюрьму. Я обыкновенный мальчик. – Разминая затекшую шею, Даниэль тряхнул головой. Локон волос упал ему на глаза. Мальчик замер, решив, что видит чью-то тень, но, разочаровавшись, грустно усмехнулся.

– Вы что там уснули? – прокричал он так громко, как только мог. Его слова долетели до верха и, вдруг, вернулись назад.

«Наверное, там все-таки есть потолок», – с немалым огорчением подумал Даниэль. – «Я сижу здесь, как сверчок в банке». – Мальчик был готов отчаяться окончательно, но тут на его лице появилась улыбка. Что он только что слышал? – свои слова? Да, свои слова, но не свой голос! Кто-то просто передразнил пленника!

– Отличная шутка! А теперь давай поиграем наоборот, – предложил Даниэль, предпринимая попытку, разговорить того, кто находился наверху. Но, услышав желанный ответ, мальчик от волнения онемел.

– Ну что ты молчишь? Кто сказал: «давай поиграем»? Почему не отвечаешь?

Даниэль нерешительно раскрыл рот и медленно слово в слово повторил услышанное.

– Вот так-то лучше,– послышалось сверху.

– Вот так-то лучше, – повторил мальчик с радостью.

– Да, точно, – прозвучал голос сверху, превращаясь в смех.

– Да, точно, – повторил Даниэль и тоже рассмеялся, позабыв на время о своем положении.

– Ха-ха-ха! – доносилось сверху.

– Ха-ха-ха! – эхом повторялось внизу.

– Хо-хо-хо!

– Хо-хо-хо!

– Ух-ху-ху!

– Ух-ху-ху! – Мальчик, держась за живот, повалился на пол и, продолжал смеяться и радоваться подобно маленькому ребенку, пока не увидел в зеркале свое отражение.

– «Зачем я смеюсь? – подумал Даниэль. – Я даже не знаю, кто наверху – друг или враг. Может, он просто решил немного позабавиться перед тем, как предать пленника смерти? Или, – что еще хуже, – оставить в этой стеклянной коробке навсегда».

Даниэль поднялся на ноги и уже с самым серьезным видом прокричал:

– А с тобой весело!

– А с тобой весело, – послышалось сверху.

– Кто ты?

– Кто ты? – повторил собеседник.

– Я – Да-ни-эль Львов, – по слогам прокричал мальчик.

– Я Да-ни… – начал повторять голос и его владелец осекся. Видно, решив, что нехорошо называться Даниэлем, если он им не является.

Мальчик ожидал, что собеседник вот-вот представится. Но тут услышал другой голос. Наверху появился кто-то еще. Даниэль притаился. И только, когда разговор сверху стих, предпринял новую попытку.

– Ты кто? – выкрикнул он. Но ответа уже не последовало. «Они ушли» – сообразил мальчик, почувствовав обиду на похитителя собеседника.

Даниэль отошел к стене, сел на пол и опустил голову на колени. Странные события утомили его. Мысли начали путаться в голове и постепенно уступили место сну, где все встало на свои места. Даниэль был дома, вместе с родителями и друзьями – у себя дома, где так хорошо, уютно и спокойно, спокойно….

3. Дуэль?

Проспав несколько часов, Даниэль, не открывая глаз, потянулся. Его правая рука коснулась прохладной стены и в памяти тут же всплыли недавние события. Мальчик невольно поежился. Откровенно говоря, проснувшись, он рассчитывал увидеть свою уютную комнату с ее живописным беспорядком. А зеркальную клетку – забыть как страшный сон.

Вспомнив о собеседнике, Даниэль поднял голову и вздрогнул от неожиданности. Посреди черной дыры что-то вырисовывалось. И это что-то увеличивалось в размере.

Минуту спустя, Даниэлю удалось разглядеть таинственный предмет. Это был, своего рода, лифт цилиндрической формы. Он спускался на позолоченных цепях. А за его матовыми стеклами виднелось некоторое подобие человеческого силуэта.

Мальчиком одновременно овладели и страх и радость и любопытство. Еще пара секунд и стеклянная кабина приземлилась на стеклянный пол. Дверца беззвучно отворилась и из-за нее показалась огромная мужская голова, увешанная взъерошенными кудрями. Постепенно посетитель предстал перед Даниэлем во всем своем мрачном великолепии.

– О-о! – вырвалось у мальчика. Его глаза расширились и попеременно смотрели то на человека невероятного роста, то на кабину – весьма ограниченного размера.

Посетитель, перехватив озадаченный взгляд пленника, усмехнулся.

– Пустяки, – коротко сказал он и вытянул перед собой огромные ручищи с двумя подносами на ладонях. На первом подносе стояли тарелки: одна с зеленой кашей, а другая – с оранжевым бульоном. А на втором – пара высоких бокалов, – один с горячим напитком – с его поверхности поднимался пар, а другой – с холодным – его стенки запотели.

– Нус-с…, – голос посетителя был хриплым, но мягким, – принимайте угощение.

Даниэль нерешительно потянулся за первым подносом.

– Бери, бери! не бойся, – подбодрил мужчина. – А то с такой скромностью и с голоду помереть не долго. – И ласково добавил: – Ты ведь, небось, уже совсем оголодал, а?

Голос и слова посетителя придали мальчику храбрости. Несмотря на недоверие к необычной пище, он взял поднос, уселся прямо тут же на пол и принялся есть. К его удивлению, еда оказалось очень вкусной. Опустошив тарелки, Даниэль принялся за напитки и с истинным наслаждением опустошил оба бокала.

Лицо мальчика озарила благодарная улыбка, что порадовало посетителя. Собрав посуду, мужчина хотел удалиться, но испуганный пленник обеими руками вцепился в рукав его куртки.

– Подождите! – закричал Даниэль. – Скажите мне, кто вы? Как я сюда попал? Когда меня выпустят?

Мужчина снисходительно посмотрел на взволнованного мальчика и, без усилий, высвободил свою руку.

– Потерпи, дружок, и ты все узнаешь, – сказал он. – У меня нет права оказать тебе услугу, о которой ты просишь. Я всего лишь охранник Комнаты ожидания.

– Комнаты ожидания?

– Именно. За любое лишнее слово я буду строго наказан. Поэтому, прошу, пощади меня, – отложи допросы до встречи со следующим гостем.

– А кто этот следующий гость и скоро ли он явится?

– Явится, когда пожелает. А кто он – узнаешь у него самого. – Охранник с необыкновенной ловкостью скользнул в маленькую кабину и лифт начал подниматься.

– Надо же, таинственность какая, – пробубнил Даниэль. – Придет неизвестно кто, неизвестно когда и расскажет мне – неизвестно что. – Слегка рассерженный, но все же, довольный первым посетителем, он лег на пол и, подложив под голову руки, принялся размышлять о доме. Мальчик, всю жизнь мечтавший о чем-то фантастичном, сейчас мечтал о самом обыкновенном.

В каком-то забытье Даниэль пролежал на одном месте около часа, прежде чем его взору вновь предстала медленно возрастающая точка.

– Ну, вот и гости, – мальчик торопливо поднялся на ноги.

Пока лифт приближался, Даниэль разглядел, что его кабина была золоченой.

– Какая роскошь! Ну, сударь, приготовьтесь принять высокого гостя! – сказал мальчик сам себе.

Отступив от центра комнаты несколько шагов, Даниэль попробовал представить человека, который с минуты на минуту должен был появиться перед ним. Его фантазия быстро нарисовала высокого мужчину с черными волосами и сдвинутыми к переносице густыми бровями. Нос с горбинкой, тонкие, плотно сжатые губы, впалые щеки, пронзительный колючий взгляд, сильные руки с золотыми перстнями на каждом пальце.

Между тем, лифт приземлился. Из-за распахнувшейся двери появился посетитель, при виде которого пленник в изумлении разинул рот. Гость оказался не грозным мужчиной, а всего-навсего мальчиком лет одиннадцати. Не с черными, а со светлыми волосами. И с обычными мальчишескими руками, правда, слишком ухоженными.

Почувствовав облегчение и радость, Даниэль даже хотел заключить незнакомого сверстника в объятья. Но, воздержался и просто вытянул вперед руку и с доброжелательной улыбкой.

– Ну, привет! – выдохнул он.

Однако гость не пожал протянутой руки, и не улыбнулся в ответ. Напротив, его брови нахмурились, а миловидное лицо стало грозным.

При виде внезапной перемены, Даниэль отшатнулся назад.

– Ах, так ты приветствуешь своего повелителя!? – Прогремел гость таким голосом, от которого задрожали стены. – На колени!

На колени…, на колени…, на колени…, – отозвалось со всех сторон.

– Ты – в моей власти! Я твой повелитель! На колени!

Под жгучим взглядом странного посетителя, Даниэль и сам не заметил, как, постепенно отступая, дошел до стены.

– Нет. С чего это ради? – тихо возразил он. – Перед каким-то мальчишкой – на колени? – ни за что.

– На колени!

– Ни за что! – Уже громче повторил Даниэль.

Словно переплетаясь, голоса отдавались со всех сторон. Один – громкий и холодный, другой – звонкий и живой.

– На колени!

– Ни за что!

– Ах, так! Ты осмеливаешься мне перечить?! – яростно блеснув глазами, вскричал гость. – Ты – мерзкий мальчишка! Я вызываю тебя на дуэль! – при последних словах, посетитель сорвал со своей шеи платок и бросил его к ногам Даниэля. – Теперь ты не только мой пленник, ты – мой враг! – Напоследок гость так расхохотался, что стены задребезжали сильнее прежнего.

Через пару минут позолоченная кабина была уже высоко. Даниэль медленно нагнулся и поднял легкий, вышитый серебряной нитью платок.

– Дуэль…, – пробормотал он таким тоном, как будто никогда прежде не слышал этого слова. – Меня вызывают на дуэль?!

4. Друг

После всего происшедшего с ним за последнее время, Даниэль решил, что его уже больше ничто не сможет удивить. Сейчас он бы не удивился даже внезапному появлению трехглавого дракона. Но дракон вовсе и не собирался появляться перед мальчиком. Вместо этого над головой Даниэля раздалось звяканье цепей.

– Ну вот, еще гость. Похоже, у меня сегодня день открытых дверей. Или потолков…, – произнес мальчик.

Уже уяснив, что о значимости гостя следует судить по кабинке лифта, Даниэль стал всматриваться в то, что спускалось сверху. На этот раз, кабинка спускалась всего на одной цепи. Она была черного цвета и подобно маятнику сильно раскачивалась из стороны в сторону, касаясь стен. И, как будто, даже изгибалась.

– Ой, да это же не кабинка! – немного погодя, выкрикнул Даниэль, снова позволяя удивлению овладеть им. – Ну, дает! И как только не боится разбиться?

И в самом деле, на этот раз вниз спускался не лифт, а просто-напросто мальчик. Цепко ухватившись руками за толстую цепь, он со всей силы отталкивался ногами от стен, заставляя цепь уносить его то в одну, то в другую сторону.

Даниэль невольно залюбовался ловким незнакомцем, и даже немного позавидовал ему. Но когда расстояние между мальчиками сократилось до нескольких метров, Даниэль предусмотрительно отступил к стене. Будучи еще метрах в трех от пола, незнакомец неожиданно разжал руки и громко приземлился на ноги с радостным криком – «О-оп-ля!».

А секунду спустя, гость уже с любопытством рассматривал Даниэля, наклонив в бок свою красивую голову с густыми каштановыми кудрями. А Даниэль, в свою очередь, принялся разглядывать гостя. Это был худощавый загорелый мальчик, похожий на предыдущего только лишь возрастом. А в остальном – его противоположность. Во-первых, одет он был гораздо проще. Во-вторых: – его руки не были изнеженными. А в-третьих: – карие глаза смотрели по-дружески. Что обнадежило Даниэля. Но заговорить первым он все же не отважился, опасаясь повторения ошибки и очередного вызова на дуэль. – «Жизнь-то у меня – одна, – сказал он себе мысленно, – на два поединка ее может не хватить».

– Ух, ты! – наконец, наглядевшись на пленника, воскликнул гость. – А ты – не старше меня! Таких у нас еще не было. – От радости гость чуть ли не захлопал в ладоши, но неожиданно его радость сменилась беспокойством.

– Слушай, а как же ты, такой юный, будешь участвовать в дуэли?

– А что у вас были еще пленники и они тоже вызывались на дуэль? – Удивленно спросил Даниэль.

– Ну да. Хотя не совсем так…. Долго объяснять.

– И они смогли одержать победу потому, что были старше меня?

Гость опустил голову и пробормотал себе под нос что-то непонятное.

– Так они проиграли? – не сдавался Даниэль.

– Ну, вообще, – да. Раньше, правда…. Но последний раз…. Я хочу сказать….

– Так да?

– Да.

– И что же это за дуэль?

Гость снова замялся, и резко сменил тему.

– Как тебя зовут-то?

– Даниэль Львов, а тебя?

– А меня – Кристик. Ну, будем знакомы! – Кристик с радушной улыбкой протянул руку Даниэлю. Тот же, в радостном волнении, ухватился за нее сразу двумя руками.

– Ну что, друзья? – звучным голосом спросил Кристик.

– Друзья, – энергично закивал Даниэль. В происходящее пленнику верилось с трудом. А вот доверие к мало знакомому мальчику росло с каждой секундой.

Даниэль еще крепко сжимал руку Кристика, когда почувствовал, что тот пытается высвободиться. Перехватив взгляд новоиспеченного друга, он посмотрел вверх и прислушался – сверху доносились какие-то звуки.

– В чем дело? – заволновался Даниэль.

– Это предупреждение от Пиджи – доброго стражника, с которым ты уже знаком. Скоро на его место заступит другой. Мне пора. Извини.

– Но, подожди, разве ты не объяснишь мне всего?

– Объясню, только потом. Если они узнают, что я был здесь, то беды не миновать. Никому не говори о нашей беседе. Никому не задавай важных вопросов, прибереги их до нашей следующей встречи.

– Ты еще придешь? Ты обещаешь?

– Обещаю. Сейчас же, – пока! Жди!

– Жду! – тихо сказал Даниэль, и его рука замерла в прощальном жесте.

Кристик крепко ухватился за цепь и, сильно дернув ее, дал знак тому, кто был наверху, что можно поднимать.

Пленник вновь остался один, но теперь у него был друг, а значит, была надежда, и можно было терпеть, и ждать.

5. Рука в стене

По окончанию мертвого часа, мир сверху начал оживать, – послышался слабый шум и приглушенные расстоянием голоса.

– Надеюсь, это обед, – сказал Даниэль и поднялся, готовясь встретить уже знакомого гиганта. Как он и думал, кабина оказалась матово-белой. – Значит, я не ошибся – облегченно вздохнул мальчик и от удовольствия потер руки, – голод давал о себе знать. Лифт плавно приземлился и его дверь сразу распахнулась. Даниэль вытаращил глаза – кабина лифта была пуста.

– Они что, забыли посадить в нее охранника? – в раздумье проговорил пленник. – Или…, – его вдруг осенила догадка – мой новый посетитель – невидимка? Как же мне тогда узнать, друг это или враг? И, как стоит его встречать?

Как бы там ни было, мальчик решил не пренебрегать таинственным гостем и слегка поклонился в знак приветствия. Но ответа не последовало. И тогда внутреннее чутье подсказало пленнику, что кабинка предназначена для него. Устыдившись собственной ошибки, Даниэль, волнуясь, зашел в стеклянный цилиндр. Дверь лифта тут же захлопнулась.

– Ух, ты! – воскликнул мальчик. И, почувствовав, что кабина оторвалась от пола, добавил:– Мне это начинает нравиться!

Лифт поднимался так плавно, что казалось, будто он не двигается. Но Даниэль не сомневался, что мчится наверх. И, хотя он не знал, радоваться ему предстоит или страдать, все же с большим облегчением покидал зеркальную клетку. И лишь одна мысль сейчас беспокоила его: – сможет ли он теперь встретиться со своим новым другом.

Минут пять спустя, через стекло кабины Даниэль начал различать какие-то тени и понял, что он на месте. Дверь распахнулась, и мальчик увидел перед собой грозного охранника в росте не уступавшего прежнему. Только этот был хмур и недружелюбен.

– Пошли, – прохрипел мужчина, кивнув в сторону тропинки, ведущей к высокой каменной стене.

Мальчик послушно зашагал вперед, подгоняемый возгласами сзади:

– Быстрей, не останавливайся! Не шаркай ногами!

При каждом возгласе, в спину пленника упирался тупой конец штыка.

Когда Даниэль приблизился к стене, в ней образовалась трещина. Мальчик даже подумал, что стена вот-вот разрушится и камни посыплются ему на голову. Но, вместо этого, в стене образовался проход.

Охранник обогнал пленника и оказался за стеной первым. Даниэль шагнул следом но, вдруг почувствовал, как кто-то ухватил его за локоть. От неожиданности мальчик чуть было не вскрикнул, но вовремя одернул себя. Резко повернув голову, он обнаружил, что схватившая его рука тянется прямо из стены. Тем временем, странная рука перешла от его локтя к ладони и вложила в нее свернутый листок бумаги. Даниэль крепко сжал кулак и поспешил догнать охранника.

– «Мы в лесу» – сообразил пленник, – кругом росли высокие деревья, длинные ветви которых, переплетались между собой. Листва на деревьях отличалась не только размером, но и цветом.

– Нечего любоваться! – гаркнул охранник и снова толкнул Даниэля.

Через несколько шагов перед мальчиком открылась поляна. На поляне стояла черная карета. А за каретой виднелись черные лошадиные головы.

Даниэль послушно уселся в карету. Гигант, сгорбившись, опустился рядом с ним.

– Извините, а как же мы поедем? – в этом лесу и для муравья тропинки не найдется, – не в силах, сдержать недоумения, спросил пленник.

– Увидишь, – зло усмехнулся охранник.

Понимая, что толкового ответа ждать не следует, Даниэль выглянул в окно, надеясь увидеть, как деревья начнут расступаться. Но карета резко качнулась, и мальчик свалился с сиденья. Он тут же хотел подняться, но пол кареты ходил ходуном. Охранник молча смеялся.

С огромным трудом вернувшись на свое место, мальчик обнаружил за окном лишь верхушки деревьев и голубое небо. С содроганием сердца он глянул вперед и тут же все понял – большие черные крылья, разрезая воздух, поднимали их выше и выше.

Постепенно карета выровнялась, и полет стал плавным. С непостижимым удовольствием Даниэль наблюдал за проплывающими вдалеке облаками, и испытывал неподдельный восторг, когда карета окуналась в одно из таких облаков, а окна заволакивал туман.

– «Мне бы крылатую лошадь! Я бы скакал по облакам галопом и рысью проносился над самыми высокими горами», – с упоением думал Даниэль, забыв про все неприятности.

Во время полета охранник мирно дремал, понимая, что в небе пленник никуда от него не денется. Но, полчаса спустя, Даниэль с огорчением почувствовал, что карета начинает спускаться.

При посадке карету вновь сильно тряхнуло, но на этот раз мальчик был готов и удержался на своем месте.

6. Лесная квартира

– Приехали! – сказал охранник, выпрыгивая из кареты. – Выходи.

Даниэль выбрался наружу и понял, что по-прежнему находится в лесу. Только не в таком густом. За деревьями виднелось серое здание похоже на старую коробку с дырками-окнами со всех сторон. Тусклые стекла окон скрывали мрачные черные решетки.

– Это твой новый дом, – прохрипел мужчина и, проведя пленника между двумя местными охранниками, втолкнул его в распахнувшуюся перед ними дверь.

В здании не хватало света. Поначалу Даниэль шел осторожно, вытянув перед собой руки, но вскоре его глаза привыкли к темноте. Что оказалось, кстати, так как в это время они подошли к лестнице, ведущей наверх.

Охранник и Даниэль поднялись на второй этаж. Там свернули направо и оказались в узком и еще более темном коридоре, в конце которого чернела каменная дверь. Мужчина пошарил рукой где-то у косяка двери, что-то нажал, и каменная плита с жутким скрежетом поползла к потолку. Как только проем оказался достаточным для мальчика, охранник втолкнул его внутрь и, подождав, пока дверь вновь опустится, удалился.

Видя здание снаружи, Даниэль предполагал, что его ждет еще более худшая камера, чем первая. Маленькая пустая темная комнатушка. Но к счастью и большому удивлению пленника, эти ожидания не оправдались.

Комната, в которой сейчас находился мальчик, была просторной. У одной из стен стояли два мягких стула, между которыми возвышался каменный столик. На столике стояла ваза. В вазе красовался букет из цветных листьев. У противоположной стены стояло низкое, но очень широкое кресло. С правой стороны от кресла в высокой прямоугольной кадке росло какое-то чудное дерево. Его почти черные ветви были похожи на скрюченные, торчащие во все стороны высохшие руки. В стене напротив двери, на полутораметровой высоте от пола находилось небольшое окно. Его стекло было серым и почти не пропускало солнечный свет. Потому от мрака комнату спасала лишь свисающая с потолка лампа.

Плюхнувшись в мягкое кресло, мальчик закрыл глаза и подумал, что для полного счастья ему недостает только вкусного обеда. Когда же, немного передохнув, он вновь открыл глаза, то заметил, что небольшая часть противоположной стены как-то выделяется на остальном фоне.

Даниэль поднялся и, подойдя к стене, начал шарить по ней руками, как это недавно делал охранник. И, минуту спустя, нащупал потайную кнопку. Кнопка легко поддалась, и в стене беззвучно образовался дверной проем.

Мальчик шагнул в проем и оказался в коротком коридоре, по обе стороны и в конце которого было по одной двери. Даниэль заглянул в дверь справа и обнаружил за ней ванную комнату. Самая дальняя дверь, как оказалось, вела в спальню. В центре спальни стояла небольшая, но мягкая кровать. У одной из боковых стен расположился шкаф, в котором находились кое-какие вещи, вероятнее всего приготовленные именно для Даниэля, – так как соответствовали его размеру.

Выйдя из спальни, Даниэль подошел к последней двери.

– Кухня, – прошептал он в надежде. И тут же услышал громкое: «ура!» из собственных уст.

На кухне имелся шкафчик с посудой, небольшая мягкая скамейка и стол. На столе стояла пустая тарелка, также пустой стакан, закрытый крышкой сосуд стального цвета, и высокий графин. Мальчик тут же ощутил приятные ароматы великолепно приготовленного кушанья и сладкого напитка. И, не теряя времени, принялся поглощать неземное угощение.

Ощутив сытость после пары тарелок бульона, и пары стаканов напитка, Даниэль умылся и плюхнулся на кровать. Он уже собирался вздремнуть, как вспомнил о руке, под каменной аркой. Резко сев, мальчик растерянно огляделся по сторонам.

– Куда я дел записку? – воскликнул он уже на ходу. И, залетев в первую комнату, окинул ее быстрым взглядом. – Неужели потерял? Этого я себе не прощу, – его руки начали судорожно обшаривать все имевшиеся на одежде карманы и, наконец, в одном из них что-то зашелестело. Мальчик поднес находку к лицу и облегченно вздохнул: – она.

Опустившись в кресло и, развернув листок, Даниэль принялся внимательно читать начертанные на бумаге строки, и вот что он прочитал:

«Здравствуй, Даниэль! Как только на твоих часах будет семь часов тридцать минут, пройди к окну и встань прямо под ним, посередине, лицом к двери. Далее, развернись в левую сторону и сделай три обычных шага. Повернись к стене. Если прямо перед тобой окажется коричневая галочка (которых, собственно, по всей комнате навалом, только остальные чуть меньше данной), то ты на месте. Здесь сожми руку в кулак и постучи под галочкой одиннадцать раз. Потом поставь палец над галочкой и проведи им вокруг нее по часовой стрелке три с половиной раза по окружности, радиус которой должен составлять не более пяти сантиметров. После, проведи по всей галочке ногтем или иголкой, начиная с того усика, который находится по твою левую руку. Делая это, четко по буквам назови свое имя и фамилию. И жди. Как только ты увидишь образовавшееся внизу стены отверстие, ныряй в него вниз ногами. Не бойся, там не глубоко. Оказавшись в кабинке, еще раз назовешь свое имя и быстро возьмешь то, что увидишь перед собой. Быстро потому, что как только ты назовешься, плита под твоими ногами, поползет вниз. Дальнейшие указания найдешь внизу. Желаю удачи!

Друг.

P.S.: записку захвати с собой».

Даниэль прочитал записку на два раза, жадно поглощая каждое слово и все больше наполняясь любопытством. Стрелки на часах показывали четверть восьмого. Откинувшись на спинку кресла и, прикрыв глаза, мальчик попытался воссоздать в своем воображении портрет Кристика.

– Друг, – с теплом проговорил Даниэль. – Здесь у меня только один друг, значит записка именно от него. Какой же я глупец, что не сообразил сразу. Интересно, как он оказался в той стене? Ничего, скоро я все узнаю. Главное, вовремя вспомнил о записке. Надо же быть таким растяпой, чуть не подвел друга. – Даниэль еще раз взглянул на часы и, поднявшись с кресла, начал нетерпеливо ходить по комнате. – Как же медленно тянется время в ожидании. – Когда стрелки часов показали двадцать девять минут восьмого, он уже стоял под окном, в очередной раз, пробегаясь глазами по записке.

– Итак, налево – три шага – хорошо. – Дойдя до нужного места, Даниэль резко развернулся к стене и уткнулся носом в ту самую галочку, о которой писал Кристик. Не медля ни секунды, он в правильной последовательности выполнил все данные ему указания и, в заключении, по буквам проговорил имя и фамилию. Как только мальчик умолк, в стене у его ног образовалось отверстие. Даниэль тут же спрыгнул в него. Ниша, в которой он очутился, была тесна, так как располагалась прямо в стене здания. К тому же, в ней было абсолютно темно.

– Даниэль Львов, – четко произнес мальчик, держа правую руку наготове с растопыренными пальцами. Через секунду прямо перед ним что-то засветилось. Он, не раздумывая, схватил это что-то и тут же почувствовал, как плита под его ногами поползла вниз. – «Фонарик, весьма кстати» – подумал Даниэль, разглядев добычу.

Когда плита остановилась, мальчик оказался на перекрестке четырех узких туннелей. Посветив вокруг себя, он заметил на стенах одного из туннелей красные стрелки и, шагнув в него, устремился вперед. Пройдя метров двадцать, Даниэль попал в тупик.

– Не может быть, – испуганно прошептал он. – Не желая терять надежду, мальчик принялся тщательно исследовать каждый камешек стены. Пятно света, без конца меняя одну причудливую форму на другую, зигзагами ползло от потолка к полу и, вдруг, замерло, распластавшись на большом сером камне.

Даниэль вплотную подступил к стене и вгляделся в то, что привлекло его внимание. Это были ладони, выбитые в камне, – одна большая и две поменьше. Одна из меньших, была отмечена красной точкой. Даниэль спешно приложил к ней правую руку и понял, что ладонь в стене в точности повторяет его. Он надавил на камень и стена, образующая тупик, начала разворачиваться.

Мальчик оказался в просторной комнате, из которой вели три двери. Найдя отмеченную красной галочкой, он беспрепятственно отворил ее, и попал в следующий туннель. Настолько длинный, что на его преодоление ушло более часа. И снова – тупик.

Даниэль еще издалека заметил что-то белеющее между камнями тупиковой стены. Это была записка с дальнейшими указаниями.

Она гласила: «Еще раз приветствую тебя, друг. Нагнись и опусти руку в левый угол. От самого крайнего камня отсчитай ровно четырнадцать камней. Четырнадцатый камень должен быть очень маленьким. Нажми на него, поверни и вынь из стены. Затем встань, закрой глаза, сделай вперед семь шагов, открой глаза и громко скажи такие слова: «Я друг Костерико Лоо, я и ваш друг» – и просто жди. Когда ты увидишь, что твой путь окончен, крикни три раза по совиному, и опять жди».

7. Гринхики

Повинуясь данным ему указаниям, Даниэль взял маленький серый камень. Преодолевая сомнения, он закрыл глаза и, отсчитав семь шагов, резко обернулся посмотреть, куда делась стена. Но та по-прежнему была на своем месте.

Теперь Даниэль находился в комнате с множеством крошечных ниш, под которыми вырисовывались столь же крошечные двери. «В такую и ребенок не пройдет, ну разве что ползком – подумал мальчик. – Но куда же теперь? Ах, да…»

– Я друг…. – Даниэль произнес эти слова почти торжественно, чувствуя, что они имеют большое значение.

От стен отделились тени. Мальчик вздрогнул от неожиданности и, наведя фонарь на одну из теней, разглядел в ней белобрысого человечка с добродушным лицом и блестящими голубыми глазами. Человечек был ростом не более полуметра. Из-под его длинного красного платья, подпоясанного золотым шнурком, торчали острые носы позолоченных башмаков.

Человечек низко поклонился остолбеневшему от изумления гостю и громко свистнул. Целая толпа крошечных человечков моментально обступила мальчика.

Стыдясь собственной невежливости, Даниэль поклонился так низко, как только мог и произнес, что первым пришло ему в голову:

– Друг Костерико Лоо и ваш друг, приветствует вас!

Главный человечек улыбнулся по-отечески и указал рукой на нечто напоминающее носилки, но красивое и мягкое. Это нечто держали около двадцати малышей в красочных платьях.

– Отдохни, – сказал человечек. И гость, соблюдая осторожность, улегся на носилки. Хотя и не понимал, для чего.

Человечки дружно двинулись к одной из дверей, и вся делегация погрузилась в полный мрак.

Мальчик ощутил, с какой неимоверной скоростью передвигаются носильщики. Удивительно, но малыши ориентировались в темноте лучше, чем он – при свете.

После десятиминутного бега, носильщики резко остановились, аккуратно опустили носилки на пол, и Даниэль почувствовал, что его поднимают множество миниатюрных ручек. Человечки донесли мальчика до какого-то кресла и, усадив в него, принялись крутить колесо на стене.

Кресло вздрогнуло и поползло вверх. Человечки замахали руками, прощаясь с гостем. Он поблагодарил их и тоже помахал рукой.

Немного погодя кресло остановилось перед деревянной лестницей. Даниэль взобрался по лестнице на крошечную деревянную площадку и увидел как деревянная корявая крышка, отделившись от деревянной стены, опустилась туда, откуда он только что появился.

Обнаружив напротив себя круглое отверстие, вид из которого открывался на множество тесно растущих деревьев, Даниэль догадался, что его пути пришел конец, и закричал по совиному.

Мальчик ожидал, что на его крик из-за деревьев появится Кристик. Но ни одна веточка, ни один листочек на них не пошевелились. Лишь минуту спустя что-то зашелестело сверху и, прямо перед лицом Даниэля возникла голова. Она была перевернута. Даниэль вскрикнул, но, убедившись, что голова принадлежит Кристику, улыбнулся и сильно наклонил свою голову набок. Голова в отверстии тоже наклонилась, и глаза мальчиков встретились.

– Почему ты свисаешь сверху? – поздоровавшись, осведомился Даниэль.

– Сейчас ты все узнаешь, – радостно заверил Кристик и протянул другу руку. – Вылезай из дупла и следуй за мной. Надеюсь, ты умеешь лазить по деревьям?

– Конечно, – кивнул Даниэль, только сейчас сообразив, что находится в дереве.

– Вот и отлично.

Кристик помог другу и с ловкостью кошки, полез вверх. Даниэль следовал за ним по пятам, ничуть не отставая, чем немало удивил самого себя.

– Приятно видеть достойного соперника! – крикнул Кристик, спрыгнув на площадку, устроенную прямо среди ветвей.

– Рад слышать! – отозвался Даниэль и тоже спрыгнул на площадку. – Где это мы?

– А вот смотри. – Кристик раздвинул руками ветви, преграждавшие дальнейший путь и Даниэль увидел за ними каменную дорожку которая, извиваясь, уходила далеко вперед. – Это тайный мост, по нему можно ходить в любое время суток, не опасаясь, что тебя заметят сверху или снизу.

– Ловко придумано.

– Собственно говоря, это мая задумка. Я даже принимал участие в его строительстве.

– Серьезно?

– Да.

– Здорово! А кто посвящен в тайну его существования?

– О нем знают только гринхики, я, мой отец, и теперь еще – ты.

– Кто такие гринхики?

Услышав вопрос, Кристик улыбнулся:

– Да те самые крошечные человечки, с которыми ты познакомился внизу.

– Ясно. И многие из них знают про мост?

– Все.

– Как все? Разве не опасно посвящать в тайну целый народ?

– Ничуть. Открыть тайну гринхикам то же, что не открывать ее никому. К тому же, они всецело на нашей стороне.

– На вашей стороне? Как это понимать? У вас что, есть враги?

– К сожалению, да. Но пока не будем об этом. Лучше пойдем, отец уже заждался.

– Твой отец?

– Да, он желает тебя видеть. Я рассказал ему о тебе все, что знаю, и он согласился, что должен с тобой встретиться.

– Но ведь ты знаешь обо мне слишком мало. Я бы даже сказал, – не знаешь ничего.

Кристик снова улыбнулся:

– Ну, здесь ты не прав.

– То есть, ты знаешь обо мне многое, так?

– Не то чтобы многое, но достаточно.

– Из какого источника ты получил информацию обо мне?

– Этот источник – твои глаза.

– Глаза?

– Конечно, в них написана вся правда о тебе.

– И какого же ты обо мне мнения?

– Честно говоря, – хорошего. Увидев тебя, я понял, что, наконец, нашел того, кого искал.

– Я тебе для чего-то нужен – я правильно понял?

– Правильно.

Даниэль остановился и смущенно пожал плечами.

– Я очень боюсь, что разочарую тебя. Поэтому прошу не возлагать на меня больших надежд. Быть может, я не справлюсь с тем, чего ты от меня ждешь. Конечно, я был бы рад помочь. Но не представляю, в чем может заключаться моя помощь. Я ни силач, ни мудрец и ни какой-нибудь там властелин.

– Ты – это ты, – сказал Кристик. При этом его глаза смотрели так уверенно, что Даниэль решился довериться другу и его убеждениям.

– Здесь очень красиво, – сказал Даниэль, разглядывая пестреющие в пятне света, стены туннеля, который образовывала собой густая листва деревьев.

– Да, я тоже так думаю. Этот живой туннель, не сравнится ни с каким другим. Если его стены опрыскать соком галия, цветные листья начинают переливаться лучше любого бриллианта.

– А что это за сок?

– Сок царя всех цветов. Его бутон достигает огромных размеров. До того, как раскрыться, бутон имеет форму шара и наполнен ароматнейшей жидкостью серебряного цвета. Когда приходит время, бутон лопается и жидкость окропляет все находящееся вокруг. Те, кому доводилось видеть, как распускается галий, говорят, что никогда до этого не видели такой яркой, величественной и сказочной красоты. Именно – “до этого”, потому что после они уже не видели ничего.

– Все они ослепли?

– Да, но говорить "все", не совсем уместно, так как таких людей в наше время всего двое. Галий стотельмиус – цветок очень редкий. Ему нужно сто лет, чтобы созреть. Так что, мало кому удается лицезреть торжественный момент. Хотя почти каждый старик в нашем мире мечтает об этом. Молодые дорожат зрением. А старики говорят так: «Я прожил долгую жизнь, мои глаза уже достаточно повидали, теперь им недостает лишь одного: увидеть цветение великого стотельмиуса».

– Как интересно. А тебе хотелось бы увидеть сияние стотельмиуса?

– Конечно, но я не хочу лишиться зрения, поэтому довольствуюсь малым. Мой прадед умудрился посадить стотельмиус в саду. Никто другой – ни до, ни после него не смог этого сделать. Если стотельмиус выкопать из места, где он родился, он погибает. Но мой прадед был человеком очень умным. Он придумал какую-то жидкость, в которую поместил маленький галлий на полгода. И только потом посадил его в наш тайный сад. Удивительно, но цветок прижился. Два года назад он созрел. Мой отец, боясь, что галий кого-нибудь ослепит, проколол бутон и выкачал из него сок. Теперь большая черная бутылка с соком стотельмиуса, хранится в сейфе отца. Цветок, к сожалению, так и погиб, не распустившись. Но мы стали первыми обладателями сияющей жидкости и можем применять ее по своему усмотрению. Отец дает мне по несколько капель сока в разбавленном виде. Я опрыскиваю им этот туннель, и целыми часами просиживаю здесь, наслаждаясь красотой.

– Хоть глазком бы взглянуть на сияющий туннель.

– Ну, это я для тебя в силах устроить. Только позже, когда все, что нам предстоит преодолеть, останется позади. И я даю тебе слово: твою победу мы отпразднуем здесь! Договорились?

– Договорились!

Мальчики торжественно пожали друг другу руки и продолжили путь.

8. Лоо

– Ну, вот мы и на месте – сказал Кристик. И, сняв с шеи шнурок с маленьким ключиком, отворил дверцу, неожиданно выросшую на пути за одной из веток, опустившейся прямо в туннель.

Пройдя вперед, Кристик предупредил друга о ступеньках. У подножья лестницы мальчиков ждал лифт. Он спустил ребят еще ниже. Покинув кабину лифта, Кристик приложил руку к стене, и та раздвинулась. Мальчики оказались в просторной комнате с очень низким потолком и множеством колонн.

– Это наш чердак, – пояснил Кристик.

Друзья быстро прошли чердак и снова оказались на лестнице.

– В подземелье, есть три отпечатка ладоней, – чьи они? – задал Даниэль, давно напрашивающийся вопрос.

Кристик усмехнулся:

– Ну конечно, мой, моего отца и твой.

– Понятно. А откуда взялся мой?

– Я его выбил.

– Серьезно? Наугад?

– Конечно же, нет. Делать что-то наугад – не безопасно. Я приходил к тебе с потайным фотоаппаратом. На фотокарточках, полученных благодаря нему, отмечены все размеры и особенности твоих рук.

Даниэль улыбнулся, все больше приходя в восторг от нового друга.

За разговором мальчики не заметили, как дошли до большой двери, на которой красовалась золоченая ручка, представляющая собой голову необычного и грозного животного. Кристик постучал. Дверь отворилась и перед мальчиками появился высокий смуглый человек, одетый в широкие штаны и столь же широкую рубаху.

– О, маленький господин, – сказал он, при этом, низко поклонившись. – И ваш друг с вами! Приветствую вас, друг Кристика! Ну что же вы стоите в дверях? Проходите, проходите. Ваш отец ждет вас в своем кабинете о, маленький господин.

Кристик поблагодарил высокого человека и в смущении повернулся к Даниэлю.

– Не обращай, пожалуйста, внимания на это: «о, маленький господин». Такхим очень хороший и верный старый слуга моего отца. Он знает меня с младенчества. Потому, видимо, я навсегда останусь для него маленьким господином. Но с моей стороны было бы полнейшей неблагодарностью сердиться на него за это.

– Я постараюсь не обращать внимания.

– Ты окажешь мне большую услугу, – сказал Кристик, открывая очередную дверь.

Глазам Даниэля предстал небольшой кабинет. Одну из его стен полностью скрывали стеллажи, забитые книгами. Названий книг Даниэль прочесть не смог, так как написаны они были странными значками, ничего ему не говорящими. У окна стоял деревянный стол с красивыми резными ножками, и стул такой же работы. Кроме того, в кабинете было еще несколько шкафов и множество картин и портретов. Прямо под одним из портретов, между двумя цветущими деревьями, стояло большое кресло. В кресле сидел человек лет пятидесяти, с красивым строгим лицом и подернутыми сединой каштановыми волосами. Его костюм, необычного покроя, был не строг, даже прост, но всем своим видом подчеркивал важность того, на ком был надет.

Завидев мальчиков, мужчина тут же поднялся с кресла.

– А, вот и вы, – сказал он приятным чистым голосом, протягивая руку Даниэлю. – Очень рад вас видеть, юный друг. Насколько я знаю, вас зовут Даниэль Львов?

– Да.

– А меня – Костерико Лоо. Думаю, вы уже догадались, что я – отец Кристика.

– Кристик сказал, что вы нас ждете.

– Да, это так. Присаживайтесь в кресло, нам предстоит долгая серьезная беседа.

Мальчики свободно уместились в кресле вдвоем. Костерико выдвинул стул из-за стола и тоже сел.

– Я думаю, вас, мой юный друг, с момента попадания в наш мир, мучает множество вопросов. Таких как: Где вы? С кем вы? И для чего вы здесь?

Даниэль энергично кивнул.

– Итак, отвечаю на ваш первый вопрос: – вы находитесь на планете Айяк. Она надежно скрыта от глаз вашего человечества в другом мире. И ни один житель Земли не может попасть на Айяк самостоятельно. Впрочем, земляне и не пытаются этого сделать, так как не подозревают о нашем существовании. Айяк значительно меньше Земли. У каждого народа Айяка есть свой предводитель, но правитель – на всех один. Народы наши весьма разнообразны. С некоторыми вы уже познакомились, а с другими – вам еще предстоит встретиться. Все Айяковцы говорят на одном языке, не знакомом вам.

– Но, со мной все говорят на моем родном языке, – возразил Даниэль.

– Объяснение очень простое, – улыбнулся Костерико. – Потрогайте Ваши уши. Нащупали крошечные сережки? На самом деле, это переводчики, – стоит вам их снять, как вы тут же перестанете нас понимать.

– Когда же мне их надели?

– Сразу, как только вы попали к нам. Еще до того, как пришли в себя в Комнате ожидания.

– А если я их потеряю?

– Об этом можете не волноваться, – их невозможно потерять. Снимаются и надеваются переводчики только при помощи специального аппарата.

– Хорошо. Но, как же вы понимаете меня?

– Если снять с вас переводчики, вы обнаружите, что сами говорите на нашем языке, и перестанете себя понимать. Попав на нашу планету, на своем языке вы можете только думать, но не говорить, – объяснил Костерико. – А вот, если попадете на Землю, не сняв переводчики, то и там будете говорить по-нашему.

– Теперь и это понятно. Но зачем я здесь?

– Потерпите, я бы хотел соблюдать последовательность. С давних времен на Айяке правили мужчины из великого рода Лоо. Все они были верны подданным и защищали их от восстающих злостных народов. Справедливо судили и окружали заботой. Думаю, вы догадались, что рядом с вами сейчас находятся представители этого рода.

Удивленный гость кивнул.

– У наших предков было заведено, каждые пятьдесят лет брать с Земли по одному человеку. Конечно, не для того чтобы причинить ему вред. А, чтобы он принял участие в захватывающей игре. Народы Айяка любили эту игру и с нетерпением ждали ее. Честные и благородные Лоо брали с Земли только одиноких людей, которым пребывание на Айяке доставляло лишь радость и утешение. Условия игры были таковы: если ваш человек проигрывает, то остается у нас. А если выигрывает, – свободен. Земляне добровольно соглашались на эти условия. И с большим желанием принимали участие в игре, даже если не имели шанса на победу. К сожалению, выигрывали далеко не многие из них. Впрочем, погостив у нас, земные люди все равно уже не желали возвращаться к себе. Ссылаясь на то, что на Земле их никто не ждет, они оставались доживать свой век здесь. Наши народы становились им друзьями и скрашивали последние годы их жизни.

– Что же пошло не так? – полюбопытствовал заинтересованный Даниэль.

– Когда на трон заступил мой отец, пришла беда. Я в то время был еще мальчишкой и не понимал величины постигшего нас несчастья. – Продолжил Костерико. – За день до того, как отец погиб, он увез меня в этот самый дом, в котором я, наследник престола, прожил до сих пор. Мой отец пал от руки Гостиха Тортоломио, отца нынешнего правителя Айяка. Тортоломио – тоже очень древний род. Его представители всегда слыли бунтовщиками и заговорщиками. Гостиху, в отличие от его предков, показалось мало просто ссорить народы между собой или с властью. Он захотел сам стать властелином и, склонив на свою сторону некоторые горные народы и народы нескольких островов, жестокой ценой добился своего.

Все больше чувствуя, что он уже как-то связан с судьбой Айяка, Даниэль поежился.

– С тех пор у нас многое изменилось. – Не прерывался Костерико. – Наши народы жаждут правосудия, но не находят его. Ярким примером этого служит народ гринхиков. При правлении Лоо они жили в подземелье дворца, где наши предки создали для них все условия. Гостих же, придя к власти, прогнал их, и даже хотел уничтожить, но они скрылись в лесу и отыскали меня. Я нашел для них жилище, с которым вы, мой юный друг, уже знакомы. Это подземелье было построено по приказу моего прадеда Пиринольто Лоо. Тайна о нем передавалась только наследникам престола. Никто кроме нас не знает, как попасть туда. А если бы кто и проник в подземелье, то непременно попал бы в один из его тупиков, и никакая хитрость не помогла бы ему добраться сюда.

– Об этом доме тоже никто не знает?

– Именно так. Мы с сыном живем здесь почти затворниками, ожидая своего часа. Моя жена умерла несколько лет назад. Как ни странно, я познакомился с ней в этом самом лесу. Это необыкновенная история, если вам будет интересно послушать, я как-нибудь на досуге поведаю ее вам. А пока скажу только, что моя жена была из знатного и доброго рода, и являлась самой красивой женщиной на всей нашей планете.

– Не сомневаюсь, – грустно улыбнулся Даниэль.

– Но мы отвлеклись, – глаза Костерико заблестели от влаги. – При Тортоломио изменилась и игра с участием земных жителей – в ней появились опасные препятствия. И игра стала называться дуэлью. А поучаствовать в ней уже не приглашают, а вызывают. Правда такая игра проходила еще только один раз, но не пятьдесят лет назад, а тридцать. Участник с вашей планеты чуть не погиб. Он остался жив лишь благодаря тому, что я тайно дал ему некоторые советы. Но, к сожалению, я поздно узнал о нем и не успел научить вещам, которым можно научиться только на практике. К тому же, он был уже не молод, и давно потерял мальчишескую ловкость. Следующим участником игры должны стать вы. Ведь вас уже вызвали на дуэль?

– О да.

– Мой сын натренирует вас и научит преодолевать сложнейшие препятствия. Вы должны победить. Знайте, на карту ставится не только ваша жизнь, но и судьба моих народов. – Произнося последние слова, Костерико подался вперед и устремил проницательный взгляд прямо в глаза Даниэля, отчего тому стало не по себе.

– Судьба народов?– тихо переспросил мальчик. – Но почему?

– Мои народы уже не раз восставали против Тортоломио. Однако свергнуть этот жестокий род не просто. И только благодаря словам одного из моих предков, народы не отчаиваются. Он говорил: «Когда придет беда, и враг будет угнетать вас, не теряйте надежды. Настанет день, и чужой вам человек, победив в нечестном смертельном бою, даст вам знак, что пришло время освобождения. А до тех пор будьте мужественны, едины и верны своему настоящему правителю». Если вы победите, род Тортоломио будет в вашей власти. Таковы условия игры, поставленные самим Гостихом. А мои народы, объединившись, прогонят сторонников врага, если те не захотят признать свою неправоту. И на Айяк вернется мир. – Костерико разволновался больше прежнего и, откинувшись на спинку стула, несколько долгих минут молчал.

– Поймите меня правильно, мой юный друг, – продолжил он. – Я вовсе не хочу ввести вас в заблуждение: победить в дуэли практически невозможно. От вас требуется большое терпение и серьезные усилия. Но, согласны ли вы пойти на это?

– Разве у меня есть выбор?

– И да, и нет. Тортоломио его не предоставит, но предоставим мы. Если вы откажетесь от дуэли, мы оставим вас здесь. Вы будете жить с нами. Отсюда мы не в силах отправить вас домой. Но, по крайней мере, ваша жизнь будет в безопасности.

– Вы предлагаете мне пойти на попятную?

– Мы лишь предоставляем выбор. Дело касается вашей жизни. Значит, решать вам.

Даниэль задумался, – предстоящая дуэль, внушала ему страх. Но, отказаться от нее, тем самым, разрушив надежды многих народов, по его мнению, было слишком низко.

– Я принимаю вызов! – Уверенно сказал мальчик и обратился к Кристику: – Думаю, ты будешь мне хорошим учителем.

Теперь глаза Кристика наполнились слезами, в эту минуту его переполняли противоречивые чувства: страх потерять друга и гордость за него.

– Мой сын не ошибся в вас! – опустившись перед Даниэлем на колени, и взяв его за плечи, воскликнул Костерико. – И я верю в вашу победу, пусть даже у вас есть лишь один шанс из ста. – Он крепко пожал Даниэлю руку и, поднявшись на ноги, велел слуге, хорошо накормить мальчиков.

Ребята спустились в столовую, где их уже ждал накрытый стол. Особенно порадовали гостя ореховое печенье, и пирожные с начинкой из цветочных лепестков.

– Продукты для приготовления вашей еды растут прямо за окном? – поинтересовался Даниэль у Кристика, указав на цветные листья деревьев.

– Да. Лесные листья, лепестки и плоды питательны и полезны. И, к тому же, у них чудесный вкус, – по крайней мере, так считают жители нашей планеты. – Ответил Кристик.

– Я с вами согласен, – сказал гость, действительно получая от еды большое удовольствие. – А тренировки мы начнем сегодня?

– Нет, сейчас уже поздно. Как только мы поедим, я провожу тебя туда, где надлежит быть пленнику.

– А что если меня уже хватились?

– Нет, я хорошо знаю тамошние порядки. Гостей можешь ждать только завтра. Охранникам нет до тебя никакого дела. Их основная задача, следить, чтобы никто не прошмыгнул в здание, и не вышел из него. А ты, вроде, и не выходил.

– Когда же мы встретимся?

– Завтра. В три часа дня ты покинешь свою квартиру тем же путем, что и сегодня. Я буду ждать у дупла.

– Хорошо.

– Стардейский камень у тебя?

– Стардейский камень? Не тот ли это, который позволяет проходить сквозь стены?

– Да, именно он. Завтра он тебе снова пригодится.

– А почему бы мне не проходить с его помощью через все стены, – так было бы проще.

– Нет, стардейским камнем нельзя пользоваться часто, – его энергия истощается. А такие камни – большая редкость. Этот продал моему отцу за большие деньги какой-то путешественник. Так что он у нас – единственный. Поэтому мы пользуемся им только в тех случаях, когда это действительно необходимо. К примеру, тупик, который ты преодолел с его помощью, в отличие от прочих – настоящий.

Встав из-за стола, ребята отправились на чердак. Кристик проводил друга до тупика и попрощался. Дальше Даниэль пошел без него. Дорога была уже знакомой и более не наводила на земного мальчика страх.

9. Беседа с охранником

Даниэль оказался у себя в тот момент, когда часы показали двенадцать ночи. Он наскоро умылся и лег в постель. Завтра предстоял трудный день и Кристик посоветовал хорошо выспаться. Но, как назло, навязчивые мысли не хотели покидать голову пленника, мешая уснуть.

Даниэль успел подумать обо всем и обо всех. Даже о своей болтливой тете, – она, наверное, давно заметила отсутствие племянника, подняла на ноги всю полицию, и оповестила об исчезновении его родителей. Мальчик забыл про обиду, которую держал на старших Львовых. Ему было даже совестно, что он исчез без всякого предупреждения, хотя его вины в этом и не было.

– «Надо будет посоветоваться с Кристиком насчет родных. Возможно, он подскажет, как передать им весточку». – Напоследок подумал Даниэль и, наконец, провалился в сон.

Проснулся пленник, когда айякское светило уже давно восседало на своем голубом престоле. Мальчик чувствовал себя отдохнувшим и новый день уже не пугал его.

Зайдя на кухню, Даниэль нашел там пирог с напитком и, вернувшись в спальню, принялся за завтрак, взобравшись на широкий подоконник. За окном суетились птички сказочного вида, не давая пленнику заскучать.

Еще сидя на подоконнике, мальчик услышал скрип. Догадавшись, что звук исходит от открывающейся двери в его квартиру, он тут же отправился в первую комнату навстречу посетителю.

Посетителем оказался один из охранников. Увидев пленника, он сразу начал задавать ему вопросы:

– Доволен ли ты предоставленным помещением?

– Вполне, – удивленно ответил Даниэль. Ему и в голову не приходило жаловаться на такую комфортную тюрьму. Тем более что она открывала путь к друзьям.

– Доволен ли ты едой?

– Еда мне очень нравиться.

– Нуждаешься ли ты в чем-нибудь? – продолжал допрос охранник.

Мальчик задумался, но лишь на мгновение.

– Нет.

– Знаешь ли ты о том, что в скором времени удостоишься чести принять у себя высокого гостя?

– Нет. – Даниэль сразу сообразил, о чем идет речь, но не подал виду. – А что, этот гость действительно очень высокого роста? – приняв наивнейшее выражение лица, спросил он.

Охранник нахмурился:

– Речь идет не о росте, а о положении. И если ты хочешь снискать расположение великого Маланьи Тортоломио, тебе следует хорошо следить за своим языком.

– Как же я могу за ним следить, если я его не вижу?

Охранник выпучил свои и без того огромные глаза, и воззрился на мальчика так, будто желал испепелить его взглядом.

– «Ого! Неужели он так сильно уважает своего хозяина? – подумал Даниэль – Или просто боится? Пожалуй, все-таки боится».

– Или ты полный глупец, или придуриваешься, – сдерживаясь с трудом, сказал охранник. – Если верно первое, – то это хуже для тебя. А если – второе…, то тебе же хуже.

Даниэль проглотил усмешку.

– Простите, я не хотел вас обидеть.

– Мой тебе совет: тщательно подбирай слова, когда говоришь с тем, в чьей власти находишься.

– Я постараюсь. Но кто этот великий Тортоломио, который окажет мне, – ничтожному пленнику, – такую честь, что снизойдет со своих недосягаемых высот в мой недостойный мирок?

Услышав такую речь, охранник порозовел:

– Вот это ты хорошо сказал. Вот тут ты уже молодец. О, великий Тортоломио – это наш повелитель. Маланьи Тортоломио – великий сын своего великого отца Тираниуса Тортоломио.

– О! и когда же великий сын великого отца посетит меня?

– Он приходит и уходит когда сам того захочет.

– Но мне все-таки хотелось бы знать, когда он явится, чтобы я мог, как следует встретить столь высокого гостя.

– И это верно, – согласился охранник. – Я постараюсь узнать точнее день и час, в которые он посетит нас. И завтра назову их тебе. Что-нибудь еще?

– О нет. Я очень благодарен вам за понимание.

– Да ладно, что там, – охранник растянул губы в кривой улыбке. И, вполне довольный пленником, поспешил удалиться, чтобы вновь занять пост у входа в здание. Где мог поболтать со вторым охранником на любую, попавшую на язык, тему.

Даниэль подождал, пока шаги охранника стихли, и вернулся на уютный подоконник. – «Какую же чепуху я наплел этому громиле, – подумал он. – Но ничего, главное, я узнаю, когда сюда явится Тортоломио. Страшно представить, что будет, если, придя, он не застанет меня на месте».

10. Хотукаскатский бестер и Почито

– Привет! – Кристик, свисавший сверху, протянул другу руку.

Сегодня Даниэль добрался до заветного дупла быстрее, чем в прошлый раз. Хотя и позволил себе внимательно оглядеть подземелье и его симпатичных обитателей.

– Ну, как твои дела? – спросил Кристик уже на каменном мостике.

– Все отлично. Завтра я узнаю день и время, когда меня посетит ваш великий лжекороль.

– О-о, это будет весьма кстати!

– Думаешь, не застав меня, он догадается, где я?

– Нет. Другое дело, если ты вернешься в квартиру на его глазах. Впрочем, до нас враги и тогда не доберутся. Даже не из-за тупиков. Главной преградой станут гринхики, – они хоть и малы, но в бою не уступят ни одному умелому воину. Хуже, если увидев твое возвращение, враги завалят туннель. Тогда нам с тобой еще долго не удастся встретиться. А, если ты вернешься, когда Тортоломио уже покинет квартиру, боюсь, тебе будет трудно объяснить свое отсутствие.

– Согласен. Кстати, – Даниэль немного замедлил шаг – у меня появилась к тебе еще парочка вопросов.

–Так задавай их.

– Вопрос первый: Почему твои записки были написаны на моем языке? Ты знаком с ним? Или в мои глаза вставлены линзы-переводчики?

Кристик усмехнулся и энергично замахал руками.

– Никаких линз в твоих глазах нет. Я действительно немного умею писать на твоем языке. Земные люди с радостью учили правителей Лоо писать по-вашему. И так, как каждый последующий правитель прибавлял к познаниям своего отца – новые, наши знания вашей письменности все �