Случайный брак с магнатом

Глава 1

– Впервые вижу такого симпатичного козла отпущения, – бросает мужчина с циничной усмешкой и переводит взгляд на мои ноги. – Так еще и в короткой юбке.

Вообще-то, на мне юбка средней длины.

Но он специально, я понимаю.

– Все бумаги здесь, – я игнорирую его остроумие и заодно делаю вид, что не замечаю, что он продолжает пристально разглядывать меня. – Если потребуется еще что-то, вам стоит связаться со мной. Свои контакты я прикрепила к последней странице, там почта и телефон.

Я говорю ровным голосом, но сердце стучит быстро-быстро. Я попала в ужасную ситуацию! Мужчину передо мной зовут Станислав Марков. Он владелец целого холдинга, в который входит столько бизнесов, что потребуется очень мелкий шрифт, чтобы поместить их на одном листке. А еще он высокий мощный блондин с подавляющей энергетикой. И он уже ненавидит меня.

– Я же сожру вас здесь. Вы это понимаете… – Марков заглядывает на страницу, где есть мои контакты, – …Полина?

– Полина, – я киваю. – Меня предупреждали, что с вами будет трудно.

– Трудно? Нет, Полина, будет невыносимо.

Он встает со своего кресла босса и делает шаг в моем направлении. Вокруг просторный кабинет, который создан, чтобы подчеркивать успешность его владельца. Статусные вещи из природных материалов – золото, гранит, дерево – подобраны со вкусом, но всё равно давят.

– Значит вы работаете на мою бывшую жену? – произносит Марков удивительно спокойным тоном.

– Да, я ее личный ассистент.

Или проводник ее мести.

Так будет точнее.

Я знаю, что в этом кабинете только что завершилось голосование акционеров. Марков стал новым боссом компании, а меня прислали, чтобы испортить его миг триумфа. Вот такое у меня незавидное положение. И что самое скверное – у меня не было времени нормально подготовиться. Приказ ехать в «НилИнвест» свалился как снег на голову. Все-таки зря я вписала в резюме строчку о стрессоустойчивости. Это вообще не про меня.

– И давно вы работаете на мою бывшую?

– Два года, – отвечаю.

Я знаю, что у Маркова с бывшей супругой ужасные отношения. Моя начальница не может даже слышать его имя. Она женщина вспыльчивая и является обладательницей тяжелого склочного характера. Она не стесняется в выражениях и как-то на корпоративной вечеринке под перестук бокалов с шампанским загадала, чтобы ее бывший муженек побыстрее сдох. Это почти что цитата.

Я никогда не лезла в ее личную жизнь, но сегодня меня запихнули в нее силой. Моя начальница выкупила акции компании Маркова и послала меня работать в ней. И это только первая ступенька ее коварного замысла.

– Мы с ней были в браке два года, – бросает Марков. – Больше я не выдержал. Может, вам тоже пора уходить?

Я бросаю взгляд на его строгое волевое лицо. В мужской привлекательности Маркову не откажешь. В другой ситуации я бы оценила его глубокие глаза, в которых мерцают искры орехового цвета, и волевую линию подбородка… Но сейчас я отворачиваюсь к окну от греха подальше.

– Мне нужно выделить кабинет в этом офисе, – говорю уверенно. – На этаже начальства и с панорамными окнами. Выглядеть он должен презентабельно и современно. Мне придется проводить много встреч.

– Зачем вам «много встреч»?

– Ольга Викторовна, – я называю имя своей начальницы и вижу, как на лице Маркова отражается гримаса страдания, он тоже не может слышать имя своей бывшей жены, – хочет как можно быстрее вникнуть в дела компании. Она собирается принимать активное участие в ее жизни.

Марков неприятно усмехается.

Я понимаю, что первая цель достигнута. Настроение я ему испортила. Момент триумфа, когда он получил в свое распоряжение новую компанию, тоже.

– Кабинет, – недобро повторяет Марков. – Я вам покажу одно место.

Он указывает ладонью на дверь и ожидает, когда я пройду первой. Я жду подвох, но делать нечего. Я коротко киваю и иду на выход. В этот момент мне мерещится, что даже мои каблуки стучат жалобно. Я же чувствую, что он завелся. Его штормовые выдохи обжигают воздух. Марков вообще не из тех людей, которые скрывают эмоции и делают вид, что им всё нипочем. Нет, этот если злится, то злится. Я это даже спиной ощущаю!

– Надеюсь, моя бывшая жена вам хорошо платит, – цедит он и вдруг ловит меня за локоть.

Меня поражает его бесцеремонность. Я перевожу на него пылающий взгляд и тут же встряхиваю рукой.

– Нам сюда, – он кивает направо.

– Можно было сказать словами.

– Можно было. Но я пока сделал вывод, что словами вы ни хрена не понимаете, Полина. Иначе бы вы уже испарились из моего офиса.

Я щурюсь.

Его поведение задевает меня, особенно вот эти пылающие искры в его глазах. Да, я не ошиблась – высокомерия в нем хватит на целый бизнес-зал в Шереметьево. А у моей натуры есть одна особенность. Если меня что-то задевает за живое, мне становится все равно на другие эмоции. На страх и переживания. Поэтому я вздергиваю подбородок и гляжу в его настырные глаза.

– Зачем вы тратите на меня силы, Станислав Олегович? – спрашиваю его.

– О чем вы?

– Я всего лишь исполнитель. Мне приказали, я делаю. Даже если вы напугаете меня и я сбегу отсюда куда глаза глядят, моя начальница просто-напросто пришлет другого человека. У Ольги Викторовны немаленькая фирма, она с легкостью найдет кем меня заменить.

– Но прислали именно вас. Вы, наверное, ее любимица. Лучший кадр.

Ох, если бы.

– И вы что-то не сбегаете, – добавляет Марков, скалясь. – Вы явно собрались стоять за дело своей начальницы до победного.

Он не ждет моего ответа. Марков первым сдвигается с места и поворачивает в другое крыло здания. Я иду за ним, стараясь успокоить дыхание, и сразу догадываюсь, что меня ждет новое испытание. Плевать он хотел на мои слова, что мне нужен презентабельный кабинет. Такие глупости он явно пропустил мимо ушей.

– У нас тут ремонт скоро будет, – произносит Марков и кладет ладонь на ручку двери. – Прошлый владелец не пользовался этими помещениями, но я планирую расширяться.

– А можно расширяться за счет других сотрудников?

– Нет, Полиночка. Право первой ночи ваше.

Он уверенно толкает дверь и ныряет внутрь комнаты, откуда долгое время не доносится щелчок выключателя. Просто отлично. В этом кабинете даже свет не сразу включишь!

– Не называйте меня Полиночкой, – сообщаю грозно. – У меня есть отчество, Станислав Олегович.

– Да? И какое?

Я все же решаюсь и поворачиваю ко входу. Заглядываю в кабинет как раз в тот момент, когда в нем загорается свет.

– Сергеевна, – выдыхаю обреченно.

Передо мной самая натуральная кладовка. Не хватает только паутины и полок с бытовой химией. Всю правую стенку занимают стеллажи с бумагами, а рядом с узеньким окошком стоит стол. Стула вообще нет, как и намека на современный ремонт.

– Вы шутите? – я снова ловлю взгляд Маркова.

– Не нравится? – он даже хмурится, как будто не может взять в толк, что могло меня разочаровать. – Стул принесут, пыль протрут. Хороший кабинет.

Он пожимает плечами. Мое же возмущение успевает проделать путь к щекам, которые вот-вот начнут покрываться пятнами.

– Тут от пыли дышать нечем. Это первое. Второе, здесь тесно и темно. И, наконец, где панорамное окно?

Я указываю на недоразумение, которое скорее выглядит как отверстие для стрельбы.

– Сделаем панорамное, – отвечает Марков и бровью не ведет.

Он меня за идиотку принимает?

– Что тут можно сделать? – переспрашиваю. – Это фасад здания, его нельзя трогать!

– Мы же строительная компания, что-нибудь придумаем.

Он непробиваемый. С ним бесполезно разговаривать, с таким же успехом можно упрашивать банкомат налить газировку. Я сжимаю кулаки, не понимая, как мне его побороть. И с внутренним удовлетворением наблюдаю, как Марков откашливается. Пыль добралась и до его горла. Он кривится и шагает к двери, но я выступаю ему навстречу и не даю так легко выбраться на свежий воздух. В коридоре, как и во всех нормальных кабинетах, исправно работает система вентиляции.

– Располагайтесь, Полиночка, – бросает Марков, не давая мне открыть рта. – Надеюсь, ваша начальница скоро приедет. Я буду только рад, если она станет частой гостьей вашего кабинета.

После этих слов он вновь бесцеремонно кладет свои широченные ладони на мои плечи. И переносит меня в сторону, как предмет мебели! Буквально отрывает от пола и ставит на место рядом со стеллажом. А потом молча уходит.

Глава 2

Я открываю окно. Хоть какой-то воздух.

Потом осматриваюсь по сторонам еще раз и прихожу к выводу, что все-таки работать здесь невозможно. Я покидаю кабинет и пытаюсь сориентироваться. Что-то подсказывает, что никто здесь мне помогать не будет. Во-первых, я непрошеный гость. Так еще со вражеской стороны. А во-вторых, у Маркова и его сотрудников без меня хватает забот. Он, считай, только принял компанию. Ему предстоит навести здесь свои порядки, разобравшись со всеми делами и проектами.

– Добрый день, – я обращаюсь к девушке, которая попадается мне на глаза в коридоре. – Не подскажете, где здесь можно выпить кофе?

– Для сотрудников?

Я киваю.

– До конца коридора, – она взмахивает ладонью, – там сразу увидите.

– Спасибо. А пароль от вай-фая не подскажите?

Она хмурится.

– А вы из какого отдела? – вместо ответа на мой вопрос бросает девушка.

– Я из кладовки.

Я поправляю сумку на плече и иду дальше по коридору. Зона для отдыха оказывается довольно просторной. Несколько диванчиков, пуфов и круглые компактные столики. Еще есть кухня и автоматы с напитками и перекусами. Я открываю кошелек, но, оказывается, деньги не нужны. Автомат реагирует на простое нажатие кнопки.

Я вооружаюсь стаканчиком с черным кофе и сажусь за столик у окна. Оно тут, кстати, панорамное. Я открываю ноутбук, переключаюсь на мобильный интернет и делаю то, что не успела перед поездкой сюда. Я вбиваю в поиск Станислава Маркова.

Ох…

Сколько фотографий.

Вы только посмотрите на него, как будто заплутал по пути в Голливуд. И красные дорожки премьер он посещает, и на форумы его приглашают, и с девушками модельной внешности красуется. Плейбой как есть. Привлекательный, статный, успешный мужик. И что самое скверное – он в курсе, что он такой офигенный. Скромности в нем нет и никогда не значилось.

Так, дальше…

У Маркова два высших образования: экономическое и юридическое. Знает три языка, вел бизнес в Европе, имеет награды. Заслужил репутацию хищника в деловых кругах, потому что впивается в чужие бизнесы и доводит до разорения, пока не перекупит их активы.

Да уж, интересный человек.

– Только взгляну, – бросаю себе под нос и разворачиваю экран так, чтобы точно никто не увидел.

Я добавляю в поиск имя своей начальницы.

А тут тишина.

Даже странно.

Ни одной новости на тему их брака или развода. На глаза попадаются только несколько их общих снимков, на которых они выглядят довольно мило. Марков приобнимает Ольгу Викторовну за талию, Марков придерживает над ее головой большой зонт, Марков открывает для нее дверцу черного седана. Пресные снимки папарацци, в которых нет сенсации. Просто жизнь.

Меня отвлекает звонок на сотовый.

А вот и она, стоило только вспомнить.

На экране горит «Досчитай до десяти» – я так записала контакт Ольги Викторовны. Но считать некогда, даже до трех.

– Да, Ольга Викторовна.

– Ты уже там? – быстро спрашивает она. – Увидела его?

– Да, мы провели встречу. Я оставила Станиславу Олеговичу все документы.

– И что он сказал?

– Он дал понять, что не рад нашему сотрудничеству.

Ольга Викторовна довольно смеется на том конце.

– Я завтра приеду, – сообщает она.

– Да, только есть одна загвоздка…

– Какая?

– Проблема с кабинетом. Вам не понравится тот вариант, который предложил мне Марков.

– Так выбей другой! – От хорошего расположения духа начальницы не остается ни следа. – Даже не думай прогибаться под этого подонка!

Как всё просто, оказывается!

Надо пойти и выбить другой кабинет.

Это же легче простого…

Ольга Викторовна отключается, оставляя меня один на один с новой проблемой. Мне уже кажется, что она мстит не своему бывшему, а лично мне. Я смотрю на наручные часы, прикидывая, сколько времени у меня есть. Моя начальница не жаворонок, но завтра часов в двенадцать может приехать. Значит, до этого времени мне нужно найти нормальный кабинет.

Хм…

Может, заночевать здесь? И под покровом ночи устроить рейдерский захват кабинета Маркова?

– Вот эта девушка, – справа доносится женский голос.

Я отрываю глаза от циферблата и вижу девушку, с которой повстречалась в коридоре. Я спросила у нее пароль от вай-фая и, кажется, этим навела на себя подозрения. Я делаю такой вывод, потому что рядом с ней стоит высокий охранник с хмурым лицом.

– Добрый день, – бросаю им обоим. – Что-то не так?

– Можно ваш пропуск? – Охранник подходит к моему столику.

– Я без пропуска, его еще не сделали.

– Как вас зовут?

– Полина Сергеевна.

Я тянусь к своей папке, чтобы поискать бумаги, которые могут помочь. Но потом кидаю недобрый взгляд на эту парочку. Почему я должна оправдываться, как преступница? Сначала Марков издевался, теперь еще двое явились. А я здесь на своем месте, я вошла через главный вход и имею полное право находиться в здании. К тому же я не могу подвести Ольгу Викторовну. У меня есть цель, и для этой цели очень нужно сохранить работу и получить зарплатный бонус в конце года.

– А в чем, собственно, проблема? – Я запрокидываю голову и уверенно смотрю на охранника. – Почему вы подошли ко мне?

Я ищу строчку с именем на его бейджике, и это заметно нервирует его. Он даже бросает взгляд на сотрудницу, которая подошла вместе с ним.

– Как вы сказали? Полина Сергеевна? – она вступает в разговор. – Вы новый бухгалтер?

– Нет, я представитель акционера.

Я начинаю понимать, что здесь мне тоже не дадут поработать. Я поднимаюсь со стула, но в этот момент охранник внезапно решает поухаживать за мной. Моя должность произвела на него слишком сильное впечатление. Он торопится отодвинуть мой стул и задевает столик бедром.

А дальше как в замедленной съемке.

Столик сдвигается, покачиваясь. Цепная реакция запускает процесс дальше, и мой стаканчик с кофе кренится. Еще мгновение, и он падает на край стола, а его содержимое оказывается на моей блузке. Я запоздало реагирую и отскакиваю к окну с громким возгласом.

– Ох, – выдыхает охранник.

Я дергаю край блузки, чтобы она не касалась тела. Вроде бы не обожглась… Вернее, обожглась, но не сильно. А вот выгляжу я теперь ужасно. И перепугалась я, сердце до сих пор колотится.

– Я помогу вам. – Сотрудница собирает со столика мои вещи и что-то вполголоса бросает охраннику. – Пойдемте, тут есть комната неподалеку. Я найду вам новую блузку.

Она указывает направление ладонью.

– Какой у вас размер?

– Эм.

После моего ответа она быстро набирает сообщение в сотовом, потом поворачивает направо и открывает дверь кабинета.

– Я Элина, пиар-менеджер, – произносит сотрудница. – Я не представилась сразу, вы извините.

– Ничего страшного…

Я оглядываюсь по сторонам, оказываясь в просторной комнате. А вот это достойный кабинет. За такой Ольга Викторовна даже может похвалить меня. Тут и окна большие, и лаконичный стильный дизайн, и есть длинный стол для переговоров.

– Вот тут можно привести себя в порядок, Полина Сергеевна, – сообщает Элина.

Она подходит к следующей двери и показывает мне душевую.

– Я подожду здесь. Если будет нужна помощь, позовите. Блузку уже скоро должны принести.

– А чей это кабинет?

– Тут никого не будет, не беспокойтесь. Сотрудник, который его занимал, ушел вместе с прошлым боссом.

Я киваю. Потом иду в душевую, в которой уютнее и комфортнее, чем в ванной в моей квартире. Здешний сервис тянет на все пять звезд. Даже маленькие бутылочки с кремами и гелями стоят на столешнице из природного камня. И есть мешок, в который можно сложить вещи для химчистки.

И огромное зеркало во всю стену.

Оно меня смущает.

Я останавливаюсь перед раковиной и несколько секунд не могу уговорить себя снять блузку. Я не люблю разглядывать себя, особенно при таком ярком освещении. При нем видно каждый бугорок. А я давно научилась смотреть на себя под определенным углом. Делаю это бессознательно. Просто подхожу к зеркалу так, чтобы все следы увечий остались «за кадром».

В моей жизни кое-что случилось, и теперь мое тело претендует только на то, чтобы вызывать жалость. Ну или отвращение. Я свыклась с этим, как свыкаются с неправильной формой носа. Хотя свыклась – это громко сказано, я коплю на процедуры и надеюсь когда-нибудь всё исправить. Убрать все шрамы, которые покрывают мой живот и спускаются по левой ноге. Я ношу юбки только определенной длины, чтобы их не было видно.

В моей жизни вообще много ограничений.

Я открываю кран теплой воды и смачиваю квадратное полотенце. Потом все же расстегиваю пуговицы блузки и распахиваю ее. Снимать не решаюсь: вдруг кто зайдет? Я промакиваю кожу, стирая сладкий кофе, и вздрагиваю всем телом, когда в дверь стучат.

– Да, – отзываюсь.

– Ваша одежда, Полина Сергеевна.

Дверь приоткрывается, и сотрудница протягивает белую блузку на плечиках. Она не заходит внутрь, а только вытягивает руку, чтобы я могла забрать блузку.

– Спасибо, – произношу, забирая плечики.

Я переодеваюсь и возвращаюсь в кабинет. Элина ждет меня рядом со стулом, она почему-то не садится и напоминает солдата на посту.

– Вам подошло, – то ли спрашивает, то ли утверждает она. – Как хорошо, что мы сгладили эту неловкость.

– Да, блузка мне как раз.

Я держу в ладони пакет для химчистки, в который положила испачканную одежду. Я выдвигаю кресло, которое стоит во главе стола, и забрасываю пакет на него. Потом придирчиво оглядываюсь по сторонам, чувствуя, что Элина заинтересованно следит за каждым моим движением.

– Значит, этот кабинет свободен? – спрашиваю ее.

– Кабинет? – она не ожидает такого вопроса. – Да, я думаю, свободен… А что, нужно уточнить, какие на него планы?

– На него уже есть планы, – я добавляю голосу металлической уверенности. – Мне нужен этот кабинет, чтобы проводить встречи и делать отчеты для своего босса. У нее высокие требования, так что мне необходимо просторное помещение с дизайнерской мебелью. Тут это есть. Значит, мне подходит.

Элина выглядит сбитой с толку.

Она открывает рот, чтобы что-то произнести, но остается беззвучной. Я же раскрываю нижний ящик и перекидываю в него пакет с блузкой. Потом подтягиваю свой ноутбук, сдвигаю глянцевые журналы на другой край стола и опускаюсь в кресло.

Так-то лучше.

Сразу чувствуешь себя человеком.

Чего не скажешь о кладовке, которую мне выделил Марков.

Нет уж, туда я точно не вернусь. И дело не только в приказе моей начальницы, мне тоже хочется работать в нормальных условиях. Я ведь проведу далеко не один день в «НилИнвест», так что мне нужно обустроиться здесь.

Интересно, вон та софа у противоположной стены удобная?

Я уже понимаю, что мне придется заночевать в этом кабинете. Я не собираюсь покидать его до приезда Ольги Викторовны. Пусть обвиняют в самозахвате, грозят охраной – мне все равно. Я выбрала кабинет и имею право на имущество компании, как представитель акционера. Точка.

– Я, пожалуй, все-таки уточню информацию, – отзывается Элина. – Я не занимаюсь кабинетами, но я найду человека, который поможет вам обустроиться или подберет другой вариант.

– Другой вариант я уже видела, – комментирую мрачно. – Элина, лучше найдите человека, который отвечает за доступ к документам. Мне нужно просмотреть отчеты до завтрашнего дня.

Элина кивает и уходит, стуча шпильками.

И славно.

Я лучше думаю, когда остаюсь одна. Я открываю ноутбук и сверяю список дел, который мне прислала Ольга Викторовна. Потом я встаю из-за стола и прохожусь по кабинету. Первым делом проверяю зону с кофемашиной. В шкафчике оказывается негусто. Капсулы, сухие сливки, леденцы и печенье с предсказаниями. Я смотрю на рацион, который максимум тянет на семьсот калорий, и очень сильно жалею, что не позавтракала как следует. Тут явно маловато еды, чтобы продержаться сутки. Так можно и сдать осажденную крепость из-за пачки орешков в ближайшем автомате.

Вторым пунктом я проверяю софу. Ложусь на нее и пару раз усердно ворочаюсь с одного бока на другой. Вот тут всё хорошо, софа удобная.

Потом я заглядываю в ванную комнату и беру еще один пакет. Я прохожу по кабинету и складываю в него ненужные вещи. Грамоты прошлого сотрудника, его фоторамки и черные ручки, которые выглядят по-мужски брутально. Журналы и бумаги из ящиков я тоже отправляю в пакет.

Вот теперь можно сделать себе кофе и сесть за первый отчет. Я возвращаюсь в большое кресло и открываю ноутбук.

– Полина Сергеевна? – раздается знакомый голос.

В кабинет входит охранник, который опрокинул на меня стаканчик с кофе.

Ох, отлично.

Значит, все-таки прислали охрану. Неужели будут выводить силой?

– Вы не постучали, – замечаю, отрывая взгляд от экрана.

Охранник оглядывается на дверь, как будто в самом деле раздумывает над тем, чтобы постучать сейчас.

– Меня прислали, чтобы проводить вас в ваш кабинет, – продолжает он после паузы. – Это помещение нельзя занимать.

– Это кто сказал?

– Начальство.

– А конкретнее?

Охранник устало выдыхает, а потом делает шаг к столу. Я тут же реагирую и выставляю ладонь.

– Нет, подходить ближе не нужно. Вы уже один раз облили меня кипятком, – я указываю подбородком на новый стаканчик, от которого исходит пар, – больше рисковать не нужно.

– Давайте решим этот вопрос по-хорошему.

– Давайте. – Я с готовностью киваю. – Для этого закройте дверь с другой стороны.

С его тонких губ слетает еще один обреченный выдох.

Мне даже жалко его.

– Полина Сергеевна, вы же сами делаете хуже…

Я выставляю ногу и подталкиваю соседний стул. Тот с грохотом падает на пол. Охранник бросает на меня непонимающий взгляд, забывая, что хотел сказать.

– Можете сказать, что попробовали вывести меня, но я сопротивлялась, цеплялась за мебель и не далась. – Теперь я киваю на дверь. – Я правда не дамся. Я собираюсь ночевать в этом кабинете.

Охранник некоторое время молчит. Смотрит на упавший стул.

– Я еще вернусь, – бросает он и разворачивается на выход.

Глава 3

Меня не трогают весь день.

Я занимаюсь своими делами и даже в какой-то момент забываю то и дело коситься на дверь. Да и работы полно, так что время пролетает незаметно. За окном успевает стемнеть, а умные часы в который раз призывно вибрируют. Горит оповещение, что я слишком долго сижу на одном месте. Нужна разминка – считают часы. А я считаю, что мне необходимо немного передохнуть.

Я снимаю пиджак и оставляю его на спинке кресла. Подхватываю печенье с предсказанием, после чего скидываю туфли и ложусь на софу. Я оставила только подсветку над столом, так что в кабинете царит полумрак. Поэтому сразу клонит в сон. Я разламываю печенье, которое оказывается совершенно пресным, и выставляю ладонь, чтобы разглядеть хоть что-то на клочке бумаги.

«Никогда не сдавайтесь. Путь – это тоже опыт».

Странное предсказание, больше похоже на мотивационную банальность.

Я сминаю бумажку и кладу ее под подушку. Потом прикрываю глаза, обещая себе еще поработать над пресс-релизом. Чуть переведу дух и сделаю правки…

Просыпаюсь от чего-то странного. Звук? Что-то треснуло?

Я тру глаза, понимая, что провалилась в сон по-настоящему и совершенно потеряла счет времени.

Сколько уже на часах?

В этот момент раздается шорох! Совсем рядом… И следом с глухим щелчком загорается торшер, который стоит у стены. Я зажмуриваюсь, пережидаю пару секунд, привыкая к свету, и снова гляжу в ту же точку. Рядом с торшером находится высокий мужской силуэт. Он стоит спиной к лампочке, так что его лица не видно, но я могу оценить широченный разворот плеч и массивную фигуру.

– Выспались? – спрашивает мужчина.

Хотя это не просто мужчина, я моментально узнаю его голос и отрываю голову от подушки. Ладонь сама цепляется за спинку софы, я за мгновение подтягиваю себя наверх и оказываюсь в сидячем положении.

Марков.

Это Марков.

Сам Босс явился.

– Нет, не выспалась, – я встряхиваю головой, – вы разбудили меня.

– Какая жалость, – тянет фальшиво.

– И давно вы здесь?

Он делает шаг в моем направлении и наступает на мои туфли. Те жалобно скрипят. Но Марков не тушуется, он наклоняется и цепляет их одной ладонью за каблуки. Он подходит к софе и садится рядом. Я же не могу оторвать взгляд от своих туфель, зажатых в мужской ладони. Этот жест почему-то кажется мне интимным. Словно он не обуви моей коснулся, а нижнего белья.

– Почему вы спите в кабинете, Полина? – баритон Маркова звучит иначе, глубже и вкрадчивее.

– А я трудоголик. Живу в офисе.

Я отодвигаюсь к краю, стараясь увеличить дистанцию между нашими телами. Вообще, всё это очень странно. На грани позволительного. Сидеть в полумраке с малознакомым мужчиной, который к тому же обещал мне неприятности.

– И отдайте мои туфли. – Я выставляю ладонь, которую нетерпеливо встряхиваю через секунду. – Станислав Олегович…

Он движется порывисто. Перекидывает ладонь и бросает туфли рядом со мной, но дотронуться до них не дает. Марков перехватывает мои пальцы, обжигая. От его касания по моей коже растекаются покалывающие импульсы. Я не понимаю, что на него нашло, и нерешительно дергаюсь. Только куда там?! В нем хватит уверенности на нас двоих – и еще на целый небоскреб останется. Он совершенно не сомневается, что может трогать девушку без разрешения.

– Я хочу перекупить вас, – выдыхает он мне в лицо. – Сколько вы стоите?

– Что?

– Сколько вам нужно заплатить, чтобы вы ушли от Ольги?

– Я же говорила вам, что тогда она найдет другого сотрудника. В этом нет смысла.

– Другого я тоже куплю.

– Ах, – его зашкаливающая самоуверенность вновь действует на меня, – но я не хочу портить отношения с Ольгой Викторовной.

– А со мной?

– Они уже испорчены.

Марков чуть ослабляет хватку, и мне удается вытянуть пальцы. Всего на пару сантиметров… Ведь он не отпускает меня, а всего лишь играется. Он кладет ладонь выше моего запястья и притягивает к себе. Я неуклюже падаю на его грудь, вдыхая морской аромат мужской туалетной воды.

И, кажется, это останавливает Маркова.

Не рассчитал силу?

Наконец понял, что переходит границу?

Он замирает, а потом помогает мне сесть ровно. Я же пытаюсь осмыслить, что у него под рубашкой самая настоящая сталь.

– Я посмотрел ваше дело, Полина, – бросает Марков, поднимаясь на ноги. – Вы прибедняетесь, вас будет непросто заменить. Вы очень ценный сотрудник в фирме моей бывшей жены. Поэтому она и послала вас сюда.

Я молчу.

– Я дам вам один день, чтобы подумать. Если согласитесь перейти ко мне, напишите на листке сумму, которую хотите, и положите на мой стол. Я заплачу.

Он заплатит?

Для меня это звучит оскорбительно. Причем дело не в самой фразе, а в уверенности Маркова. Он буквально источает ее, словно знает со стопроцентной убежденностью, что я продамся.

– Я тоже посмотрела ваше дело, – произношу, хотя стоило бы молчать.

Все-таки мой неуемный характер – это мое проклятье.

– И меня кое-что удивило, – продолжаю на запале, тем более говорить в темноте просто, я едва различаю лицо Маркова и понятия не имею, как он реагирует на каждое мое новое слово. – Я уже уяснила, что у вас с моей начальницей вражда и соревнование, кто кому сильнее испортит жизнь. Только в интернете нет ни слова о вашем разводе. То есть вы тихо и мирно расстались? Как вам это удалось?

Марков молчит.

Кажется, мне удается удивить его.

Или сбить с толку.

– Я жду вашу цену, – изрекает Марков и разворачивается.

Он уходит, оставляя меня в большом кабинете одну. А еще он забирает с собой мой сон. Мне приходится встать и выключить торшер, но я понимаю, что так сразу не засну. В груди бродит предчувствие тяжелых деньков. И мне кажется, что я действительно сказала лишнее только что. В голосе Маркова появилась плохая угрожающая хрипотца после того, как я заикнулась о его разводе с Ольгой.

Черт его знает, что там произошло между ними.

Мне в это лучше не лезть.

Целее буду.

Я с тоской смотрю на софу, но все же поворачиваю к рабочему столу. Дописываю пресс-релиз, проверяю другие документы и только где-то через два часа чувствую, что стоит снова попробовать заснуть. Ведь жуткая усталость лучше всякой колыбельной.

Мой второй день в офисе «НилИнвест» начинается с быстрого душа и счастья, что в ящике под раковиной находится фен. Я освежаю прическу и высыпаю из своей сумочки всё, что есть. Из полезного нахожу блеск для губ и пробник туши. Это немного спасает ситуацию.

– Полина Сергеевна, – в мой кабинет входит Элина с большой стопкой бумаг, – я принесла отчеты, которые вы просили.

– Я просила их вчера.

– Немного задержались. – Элина не обращает никакого внимания на мое недовольство и с невозмутимым видом сгружает папки на стол. – Тут, правда, возникла путаница, я не смогла найти отчеты за период, который вас интересует. Так что тут сразу за несколько лет. К сожалению, в хаотичном порядке.

Она разводит руками.

– Мой помощник скоро принесет остальные. Думаю, вы разберетесь.

– А в базе их нет? – Я указываю на компьютер. – Зачем вообще копаться в бумажках?

– Вам пока не положен доступ к базе. Нужно соблюсти все формальности.

– Я вас поняла. – Я улыбаюсь ей ее же насквозь фальшивой улыбкой.

Впрочем, к этому я была готова.

Мне будут мешать, разводить бюрократию, показывать зубки.

– А вот и мой помощник, – сообщает Элина и придерживает для него дверь кабинета.

В этот момент я понимаю, что издевательство выходит на новый уровень. Помощник вкатывает в кабинет целую тележку с офисными коробками. И каждая из них доверху набита папками.

– Я же говорю – путаница, – снова отзывается Элина и взмахом ладони показывает, чтобы помощник кинул тележку у стены. – Мы сами только приняли компанию от прошлого владельца, только разбираемся в документации.

– Может, оставите своего помощника и мы разберемся с бумагами вместе?

Элина усмехается. Мол, неплохая попытка.

– У него слишком много работы. Но если освободится, сразу пошлю к вам.

– Не сомневаюсь.

Мы второй раз обмениваемся колючими взглядами. Я дожидаюсь, когда Элина вместе с мужчиной уйдут. Потом прохожу к тележке с коробками и обреченно выдыхаю. О быстрой и эффективной работе можно забыть. Как и о сладком сне в своей кроватке. Похоже, эту ночь я снова проведу в «НилИнвест».

В кармане пиджака пиликает сотовый. Я смотрю на экран, на котором горит короткое сообщение: «Я в офисе».

Черт!

Я машинально поправляю прическу, проверяю пуговицы на блузке и быстро выглядываю в коридор. Ольга Викторовна уже здесь. Я застаю ее ровно в тот момент, когда она выходит из лифта. Высокая, статная, она сразу приковывает к себе взгляды сотрудников. Перед ней идет шкафообразный охранник. Ольга повсюду таскает его с собой. Ее безопасности ничего не угрожает, но она с трудом переносит посторонних людей и использует его как устрашающий элемент имиджа.

– Ольга Викторовна, доброе утро, – здороваюсь с начальницей и провожу ладонью по воздуху, указывая на дверь. – Я не ждала вас так рано.

– Это главное крыло? – задумчиво произносит она и делает полуоборот на каблуках, разглядывая офис. – Точно?

– Да, Ольга Викторовна. – Я киваю.

– А таблички еще нет? – Она указывает дужкой солнцезащитных очков на кабинет. – Я хочу, чтобы здесь было мое имя. И покрупнее.

– Я распоряжусь.

– Где кабинет Маркова?

Я выступаю вперед и показываю направление.

– Его кабинет больше? – уточняет Ольга Викторовна.

– Да, он же управляет здесь всем.

– Управляет, – передразнивает начальница с холодком. – Я пока осмотрю кабинет, а ты найди Маркова и приведи его сюда. Я хочу обсудить некоторые моменты.

После этих слов Ольга Викторовна молча проходит внутрь. Охранник следует за ней, бросая на меня короткий взгляд. Я же сжимаю кулаки и уже в красках представляю, как Марков пошлет меня подальше. Он от меня ждет бумажку с суммой, остальное его совершенно не волнует.

Глава 4

У кабинета Маркова меня перехватывает его секретарша.

– Вам назначено? – строго спрашивает она и всем видом показывает, что знает ответ и что тот отрицательный.

Именно поэтому я ничего не говорю. Молча толкаю дверь кабинета и под ее возмущенный выдох перешагиваю порог. Впрочем, секретарша быстро отходит от шока и спешит ко мне на перехват. Я слышу, как скрипят колесики офисного кресла, а затем стучат ее каблуки. Неужели бросится закрывать босса грудью? Марков так хорошо платит? Или у него есть другие крючки, которые обеспечивают ему верность подчиненных?

– Вы что себе позволяете? – шумит секретарша, когда я уже оказываюсь в кабинете. – Я сейчас позову охрану!

– Зовите, – отвечаю ей, оглядываясь по сторонам. – Я буду только рада, если они помогут отыскать Станислава Олеговича.

Вот где он?

Его кресло пустует.

Я вспоминаю, что здесь тоже есть комната отдыха, и направляюсь к ней. От такой наглости секретарша все же теряется. Она замирает, не веря своим глазам или впервые наблюдая карьерное самоуничтожение в реальном времени. Видно, ей такое не пришло бы в голову и в страшном сне.

– Станислав Олегович. – Я сохраняю последние крупицы делового этикета и стучу в черную дверь.

Следом распахиваю ее и вхожу, не раздумывая, пока не иссякла слепая смелость. Правда, вхожу – это громко сказано! Пробраться внутрь не дает неожиданная преграда, которая вырастает прямо на пороге. Эта преграда и есть Марков. Я сталкиваюсь с ним и едва не падаю, словно наткнулась прямиком на стену. Марков молниеносно выставляет ладонь и не дает мне свалиться на пол. Еще через секунду я чувствую, как мое лицо обжигает его удивленный взгляд.

– Анастасия, вы свободны, – бросает он секретарше.

– Я правда пыталась, – тихо отзывается она. – Но она ворвалась, как дикая…

– Я понял. Идите.

Всё это время я стою перед Марковым и не догадываюсь отойти подальше. Меня сбивает с толку не только его неожиданное появление, но и его внешний вид. На нем нет пиджака, а рубашку он только-только накинул на тело. Пуговицы не застегнуты, так что можно разглядеть, что этому наглому хаму не только достались деловая хватка и бизнес-чутье, но и внешностью его не обделили. Это и раньше было понятно, достаточно взглянуть на правильные и волевые черты его лица, но он и сложен как бог. Отфотошопленный бог.

– Вы тоже ночевали в офисе? – срывается с моих губ.

Боже, что я несу?

Я сама не понимаю, почему задаю именно этот вопрос.

Просто догадка.

Я подумала, что он только из душа, а значит, не принял его дома. А еще стресс… Я обычный человек, который делает глупости на нервах.

– Я так понимаю, Ольга уже тут, – усмехается он.

Марков отходит в сторону, чтобы обойти меня. Он поправляет полы рубашки и начинает застегивать пуговицы. Я остаюсь стоять к нему спиной, чтобы не подглядывать. И так уже увидела лишнее. И так его косые мышцы, которые выпирают буквой V и ныряют под брюки, стоят перед глазами.

– Да, Ольга Викторовна послала меня, чтобы пригласить вас к себе.

– К себе? Это в тот кабинет, который вы захватили?

– Выбрала. Я его выбрала, Станислав Олегович. Вы же не думали, что я правда останусь работать в той кладовке, что вы мне показали?

– Я закончил. Можете перестать разглядывать стенку.

Я оборачиваюсь. Марков как раз защелкивает последнюю золотую запонку на манжете. Потом он снова подходит ко мне. Я успеваю забеспокоиться, но он минует меня и заглядывает в комнату отдыха.

Он снимает с напольной вешалки пиджак темно-синего цвета и надевает его. Марков явно проще относится к офисному дресс-коду. Кроме пиджака и белой рубашки на нем потертые черные джинсы и темные лоферы. Если нужно подобрать одно слово, чтобы описать его стиль, это будет расслабленность. А если два – дорогостоящая расслабленность.

– Она зла или предвкушает? – неожиданно спрашивает Марков.

Он оглядывается на меня через плечо и смотрит так, словно правда верит, что я буду давать ему подсказки.

– Ладно, можно по-другому, – он усмехается. – На ней юбка или брюки? Или нет, на ней точно брючный костюм. Какого цвета? Зеленый?

Правильный ответ – темно-зеленый, но я молчу.

– Я его ненавижу, – добавляет Марков, не дождавшись моего ответа. – Единственный цвет, который меня раздражает.

Он оставляет галстук на перекладине. Верхнюю пуговицу на рубашке тоже не застегивает. Он возвращается в кабинет, но не проходит к столу, а останавливается рядом со мной.

– Я вот не помню, – произносит он задумчиво. – В том кабинете, который вы заняли… Там много тяжелых предметов? Я вчера не обратил внимания. А как-то хочется вернуться живым.

– Просто выполните требования Ольги Викторовны, и всё пройдет хорошо.

– О, да вы наивны, Полина.

Он грустно улыбается.

Потом смотрит на наручные часы и показывает жестом ладони, что можно идти.

– Ладно, пойдемте. Попробуем по-хорошему.

Его поведение удивляет меня. Мне радостно, что не пришлось тащить сюда тележку, на которой мне привезли груду документов из архивов. Я уже думала использовать ее, чтобы транспортировать Маркова к моей начальнице. Да, я была готова на самые решительные меры. А он согласился даже без угрозы насилия… Он вообще в этот момент выглядит как мужик, который сотню раз пробовал по-хорошему, а добился лишь зверской усталости и разочарования.

Мы вместе выходим в коридор.

Я держусь позади Маркова, отдавая ему первенство. Я с интересом наблюдаю за тем, как он двигается. Он предельно собран, словно ему предстоят переговоры на миллиарды рублей, и в то же время он кажется отстраненным.

Я тоже стараюсь выставить защитную преграду. Я не жду ничего хорошего от предстоящего разговора и надеюсь, что мне удастся переждать хотя бы его часть за дверью.

– Вы побледнели, – вдруг произносит Марков.

Он бросает на меня короткий взгляд, а затем толкает дверь кабинета.

Его неожиданная фраза сбивает меня с толку. Я прикладываю ладони к щекам и не могу понять, он сказал правду или пошутил.

– Доброе утро, – уверенный голос Маркова уже доносится из комнаты.

Я делаю вдох поглубже и тоже вхожу внутрь.

– У тебя новый охранник? – продолжает Марков. – У него имя есть или он только команды понимает?

Он проходит мимо стола и останавливается у окна, которое открывает вид на деловой центр. Ольга Викторовна остается на месте. Она отталкивается ножкой и поворачивается во вращающемся кресле в сторону бывшего супруга. И она буквально уничтожает его взглядом. В это мгновение мне становится ясно, что все ее гневные слова в его адрес не были преувеличением. Она на самом деле презирает его. Всем сердцем и со всем желанием испортить ему жизнь.

– А у тебя новая компания, любимый, – ядовито усмехается Ольга. – Тут довольно мило. Наверное, прошлый владелец вложил в нее душу.

– Дать его телефон? – Марков оборачивается к ней через плечо. – Позвонишь и уточнишь?

– Я и так всё знаю. Я успела изучить твои методы. Ты умеешь только ломать и забирать. – Она с раздражением отпихивает от себя папки, которые рассыпаются по столу.

Я знаю, как ее раздражает беспорядок. Поэтому быстро подхожу к столу и собираю папки. Я перекладываю их на другой стол. Рядом с ним стоит охранник Ольги, с которым мы обмениваемся красноречивыми взглядами. Мы оба просто надеемся пережить эту встречу с минимальными потерями. Я прикладываю палец к губам, показывая, что главное – помалкивать. Охранник соглашается одними глазами, моргая.

– Ты забрал эту компанию, Стасик, – добавляет Ольга. – Ты залез в нее, как варвар, и выкинул ее хозяина на улицу.

Марков выставляет ладонь и кулаком упирается в стекло. Он смотрит куда-то вниз, разглядывая вид с двадцатого этажа. Он как будто ждет, когда Ольга закончит с первой атакой и можно будет поговорить по сути.

– Ничего не меняется. – Ольга откидывается на спинку кресла и закидывает ногу на ногу. – Как только тебя земля носит!

– Я подонок, мерзавец, корыстный урод, – спокойно перечисляет Марков. – С этим мы давно разобрались.

– Не смей, – вспыхивает Ольга.

Она резко реагирует на Станислава, словно он произнес больше слов, чем она в силах вытерпеть. Ее буквально подбрасывает на месте. Она вскакивает с кресла и делает слепые шаги в сторону бывшего мужа. Это выглядит довольно угрожающе. Я вновь переглядываюсь с охранником, не понимая, кого ему надо защищать. В это мгновение я больше разделяю переживания Маркова насчет тяжелых предметов в кабинете. Он не зря спрашивал об этом. Ему и правда может достаться здесь.

– Не говори при мне слово «давно», – шипит Ольга. – Вообще не смей ничего упоминать из прошлого.

Марков поворачивается к ней.

– Я не собирался. Я хочу поговорить о деле. О сейчас.

– А что сейчас? Тебе не нравится, что я здесь?

Она издевается, включая тонкий голосок эталонной стервы. Даже меня передергивает, а на лице Маркова появляется черная судорога. Он опускает ладони в карманы джинсов.

– Чего ты хочешь, Ольга? Зачем тебе акции «НилИнвест»?

– Это же крутая компания, столько крутых проектов. – Ольга отбрасывает длинные волосы и оборачивается ко мне. – Полина, где отчет?

Я беру верхнюю папку, в которой лежит отчет. Я едва успела закончить его, составив ознакомительную справку по всем основным проектам компании.

– Вот, Ольга Викторовна. – Я протягиваю ей папку, но начальница не смотрит на меня.

– Тебя никогда не интересовал строительный бизнес, – отвечает Марков.

Он забирает папку и коротко кивает мне в знак благодарности. Я зависаю от неожиданности. Мне же теперь не надо драться за папку? Там все равно никакой секретной информации. Да и Марков не открывает ее.

Он скорее спасает меня от неловкой ситуации, теперь он держит отчет и ждет, когда Ольга заберет его. И он смотрит на меня, отгоняя обратно к стенке. Он как будто хочет, чтобы посторонние держались подальше от эпицентра их конфликта.

– Теперь заинтересовал, любимый.

– Хватит меня так называть, Ольга.

Марков выпускает перекрученный выдох и разжимает пальцы. Папка падает на пол.

– И хватит мстить мне, – произносит он тише и весомее, из-за чего в его низком голосе появляются сугубо мужские брутальные интонации.

– Ах, мы все-таки дошли до угроз…

– Пока что ты сама себе делаешь хуже. Ты не видишь себя со стороны. Ты не тянешь это, тебя выкручивает от одного моего вида. Тебе плохо оттого, что я рядом. Ты так сильно презираешь меня, что это отравляет тебя.

Я забываю, как дышать.

Я проваливаюсь в невидимую пропасть. Я и правда стою слишком близко к ним, чужие оголенные эмоции начинают обжигать меня. Я не понимаю, о чем идет речь, но ощущаю и ненависть, и горечь, и отчаяние, и еще столько всего, что даже не могу назвать. Это стоит завесой между ними.

– Не приезжай сюда, Ольга. Для своего же блага. Ты слишком упряма, чтобы отдать мне акции, – это я понимаю. Но оставь здесь своего управленца, а сама не появляйся.

– Это занимательно, – с ядовитым смешком отзывается Ольга. – Ты самый жестокий и эгоистичный человек, которого я знаю, и ты говоришь о моем благе? Да тебе плевать на всех вокруг, Марков.

Она вздергивает подбородок и приближается к нему вплотную. Ольга сильно проигрывает ему в росте даже на больших каблуках, но дело в другом. Я вдруг ясно вижу, что Станислав прав в каждом своем слове. Ольгу несет на эмоциях, но она явно не тянет эту битву. Она рвано дышит и обнимает себя ладонями, оказываясь под ровным взглядом бывшего мужа. Она ежится и захлебывается собственными переживаниями.

Это длится всего пару секунд, Марков прекрасно ее читает и отступает, делая шаг назад, чтобы ей было легче дышать.

– Да, мне плевать на всех, – соглашается Марков. – Но ты была моей женой. И что бы ты себе ни придумывала, я никогда не был и никогда не буду с тобой жестоким.

После этих слов, которые буквально отдаются эхом в воздухе, он поворачивается ко мне и продолжает:

– Полина, подготовьте отчет. Мне нужно знать, какие проекты Ольга Викторовна хочет забрать себе.

Глава 5

Марков уходит, и я остаюсь с начальницей одна.

Охранника тоже удается выпроводить. Оно и к лучшему, потому что Ольга Викторовна сама не своя. Ей сейчас не нужны лишние глаза.

Мне даже становится жутковато.

Что за монстр этот Марков?

Довел женщину до помутнения одним своим видом. Причем женщину далеко не сахарную. Ольга сама кого хочешь заткнет и доведет до нервного тика.

– Подготовь ему отчет, – бросает Ольга и забирает из моей ладони стакан с водой, который я только наполнила. – Пусть видит, что я не шучу.

– Хорошо, Ольга Викторовна.

– Я хочу залезть по локоть в эту компанию, хочу быть в курсе всех событий. – Она отпивает из стакана и слепо смотрит перед собой. – И я хочу разрушить ее.

– Разрушить?

Мне кажется, что я ослышалась.

Или Ольга оговорилась.

Зачем покупать акции компании, из которых собираешься сделать мусор?

– Марков давно охотился за этой компанией. Он мечтал о ней, – она хмыкает. – Он сломал мои мечты, а я сломаю его.

Она делает еще глоток. Потом указывает мне ладонью, чтобы я подняла отчет с пола. Ольга проходит к главному креслу, которое стоит во главе стола, и всем видом показывает, что готова посмотреть бумаги.

Я подаю ей отчет.

– Ты уже с кем-нибудь познакомилась здесь? – спрашивает начальница, перелистывая первую страницу.

– Только с пиар-менеджером. Ее зовут Элина.

– Подружись с ней, – отдает приказ Ольга, как будто это простая задача.

– Мне кажется, она человек Маркова и это будет затруднительно.

Ольга отрывает глаза от строчек. Она смеряет меня ледяным взглядом, который я уже научилась выдерживать.

– Знаешь, что было затруднительно? – спрашивает она с той интонацией, после которой надо помалкивать. – Или даже не просто затруднительно, а архисложно. Я тебе скажу, Полина. Достать контакты хирурга, который возьмется за твой случай и согласится записать тебя в свой график. Ты же понимаешь, как сложно попасть в очередь?

– Понимаю.

– И сколько стоит операция у именитого врача, тоже понимаешь?

– Да, Ольга Викторовна.

Еще я понимаю, что у меня нет таких денег.

Только благодаря связям начальницы мне пообещали сделать огромную скидку и включить в лист ожидания. Мою запись подтвердят, когда я внесу всю сумму, которую я почти скопила. Мне только нужно получить зарплатный бонус, и тогда, наконец, все сложится. Я смогу сделать операцию, о которой мечтала.

– Это хорошо, что ты всё понимаешь. – Ольга Викторовна довольно кивает и снова обращается к отчету.

Она молча изучает его несколько минут.

– Молодец, – подытоживает она, откидывая папку подальше. – Я тоже не теряла времени.

В ладонях Ольги появляется блокнот, который она достает из своей сумочки. Она раскрывает его там, где лежит закладка, и выдергивает нужный листок.

– Вот, Полина, – она протягивает листок мне, – это адрес твоей новой служебной квартиры.

Я беру листок, но ничего не понимаю.

У меня есть жилье, и я не в командировке, чтобы была нужда выделить мне квартиру. Да и обычно снимают номера в отелях с тремя звездами.

– А зачем?

– Что зачем? – Ольга Викторовна хмурится, словно я спросила странную вещь. – Мне нужно, чтобы ты переехала в центр. Прямо сегодня. Это не обсуждается, Полина. Пока ты занимаешься «НилИнвест», ты будешь жить там. Я оплачу грузовик для перевозки твоих вещей.

Она отмахивается. Хотя я вообще-то не собиралась рассыпаться в благодарностях. У меня довольно скромная и съемная квартира, но я привыкла к ней. И переезд – это всегда головная боль. И мне по-прежнему непонятно – зачем вообще это делать? Что за каприз?

Ольга Викторовна погружается в другие записи. Она не замечает меня минут десять, занимаясь своими делами. Я не трогаю ее. Она и так на взводе после встречи с бывшим мужем, на мои уточняющие вопросы она точно взорвется.

Эти последние дни надо просто пережить. Я уже приняла решение, что не вернусь в ее фирму после операции. Отработаю, как полагается, постараюсь всё сделать на высшем уровне, а потом буду искать другое место.

– О, а сколько уже времени? – Начальница наклоняет к себе экран сотового и кривится. – Полина, тебе уже надо ехать. Риелтор должен отдать тебе ключи, я назначила вашу встречу на двенадцать.

Она подгоняет меня строгим взглядом.

– Тебе там понравится, – добавляет она. – Это очень хорошая квартира, ты в таких еще не бывала.

Узнаю фирменный стиль Ольги Викторовны. Она даже в похвалу умеет спрятать шпильку. Все равно что развернуть красивую упаковку, а внутри увидеть не конфету, а зубчик чеснока. Вот так выглядят ее комплименты.

Делать нечего, я спускаюсь на первый этаж. У ступенек уже стоит белое такси, которое я вижу через стеклянную вертушку. Я опускаюсь в салон класса комфорт и отвечаю риелтору в мессенджере. Минут через пять я начинаю осознавать, что ситуация складывается даже страннее, чем я подумала сперва.

Это не просто квартира в центре.

Она располагается в элитном и жутко пафосном доме, к которому разрешено приближаться, только если готов заплатить за недвижимость заоблачные деньги. Сама Ольга Викторовна живет в доме такого класса. Я совершенно не понимаю, откуда такая щедрость… Да и я не вчера родилась, чтобы засчитать это за щедрость.

Тогда что это?

Зачем это ей?

Такси останавливается у шлагбаума. Здесь меня встречает риэлтор.

– Добрый день, Полина. – Он широко улыбается, подсказывая, что окончил не один профессиональный тренинг, и сразу создает приятное впечатление. – Меня зовут Вячеслав, я покажу вашу квартиру.

– Очень приятно. – Я киваю. – Это служебная квартира, а не моя.

Я запрокидываю голову и оглядываю новенький жилой комплекс. В нем есть почти всё, что может понадобиться для городской жизни. Свои магазины, кафешки, парки и даже кинотеатр под открытым небом. Вячеслав проводит меня к стеклянной двери подъезда и вручает ключи.

– Тут электронная карточка для домофона и подземного паркинга. Второй ключ от почтового ящика, он располагается вот здесь. – Вячеслав толкает дверь и сворачивает направо. – А третий ключ непосредственно от квартиры.

Я останавливаюсь посреди лобби с мраморным полом. И что-то подсказывает, что это не имитация, а натуральный камень. С потолка свисают позолоченные светильники изогнутой формы, а по углам разбросана мягкая мебель. Здесь красивее и уютнее, чем в большинстве квартир, в которых я бывала.

Да уж, богатые люди действительно живут в другой реальности. Тут даже есть специальный тамбур, чтобы гость не стоял на ветру или морозе, пока ты отвечаешь на вызов домофона.

Мы поднимаемся на двадцать второй этаж. Это самый высокий этаж, откуда обязан открываться красивый вид на город. Я беру побольше воздуха в легкие, пытаясь приготовиться. Вячеслав входит первым и сразу начинает рассказывать о комнатах.

Мне же хочется развернуться и уехать отсюда.

Что будет, если я что-нибудь сломаю?

Тут как в музее, честное слово!

Богемная роскошь и дорогущая техника, к которой страшно прикасаться.

И картины на стенах выглядят как настоящие. Еще, небось, привезенные с закрытых аукционов.

Я вспоминаю, как однажды попала в дорогой отель и не смогла справиться с их новомодной душевой кабинкой. В ней был миллион кнопок и функций, а у меня не хватило самоуверенности, чтобы позвонить на ресепшен и попросить инструкцию. Я банально постеснялась. Побоялась показаться лохушкой, которая не знает, как включить воду в кране.

Я сейчас закалилась и стала другой. Но все равно перед глазами рождается картинка, как я сижу тут без воды, тепла и интернета.

– Квартира занимает всю левую сторону этажа, – добавляет Вячеслав.

– А правую кто занимает?

– Ваши соседи. Здесь на этаже всего две квартиры.

– Должно быть тихо, – говорю, чтобы поддержать разговор.

Мне плохо удается скрыть свое замешательство.

Планы моей начальницы беспокоят меня. Я жду подвоха, потому что иначе просто не может быть.

– Я могу остаться и помочь вам с грузчиками.

– Я еще не собирала вещи.

– Но у меня в расписании стоит машина, Ольга Викторовна сказала записать время. – Вячеслав заглядывает в свой сотовый. – Да, вот… Уже скоро должна приехать.

В этот момент раздается легкая трель. Вячеслав облегченно выдыхает.

– Значит, ничего не напутал, – делится он и идет к входной двери.

Он отвечает по видеофону и дает распоряжения грузчикам. Мне остается только принять роль стороннего наблюдателя. Я уже ничего не понимаю.

– Осторожнее на повороте! – прикрикивает Вячеслав, встречая мужчин в спецовке на пороге. – Синие коробки и чехлы оставляйте здесь. Диван нужно занести в спальню.

На моих глазах квартира заполняется новыми вещами.

Но больше всего меня беспокоят именно чехлы. Я понятия не имею, что в коробках, а вот в них точно одежда.

Это мне?

Ольга Викторовна решила обновить мой гардероб?

Для «НилИнвест» нужен особенный дресс-код?

Пока мужчины занимаются физическими упражнениями, я расстегиваю молнию верхнего чехла. Внутри оказывается коктейльное платье известного люксового бренда. В принципе, его можно надеть в офис, но для меня это перебор.

Я наклоняюсь и раскрываю одну из коробок.

Господи…

Тут еще и сумочки. Тоже дорогущие.

Нет, это точно не мне.

– Мы закончили, – сообщает Вячеслав, возвращаясь ко мне. – Может, коробки надо куда-то переложить? Я скажу мужикам…

– Нет, не надо, – я качаю головой, – это вещи Ольги Викторовны. Она, наверное, их позже заберет.

– Хорошо. – Риэлтор смотрит на наручные часы. – Мне уже пора. Если возникнут какие-то вопросы, пишите или звоните. Я всегда на связи.

– Спасибо, Вячеслав.

Он уходит вместе с грузчиками.

Остаются звонкая тишина и мое полнейшее замешательство.

Я снова прохожу по огромной квартире и не могу представить, как я буду здесь жить. Она чужая для меня… даже чужеродная.

«Заселилась?» – сотовый пиликает сообщением от Ольги Викторовны.

«Да, я на месте», – отвечаю ей.

«Поработай сегодня оттуда. Тебе нужно дождаться мастеров».

«Каких мастеров?»

«Там что-то с вентиляцией, надо перезапустить систему».

«Тут еще привезли коробки. Мне кажется, в них личные вещи. Их куда-то отложить? Или отправить на ваш адрес?»

На этот вопрос начальница не отвечает.

А мой день проходит в окружении тех самых мастеров. Приезжает то одна фирма, то другая, они что-то делают, но я занимаюсь работой. Сажусь на барный стул и концентрируюсь на отчете, который мне нужно подготовить. Потом я нахожу в квартире принтер и распечатываю первый вариант, чтобы пробежаться по нему глазами.

– Хозяйка, – зовет мастер. – Распишитесь тут, и мы поедем.

Я ставлю росчерк, прощаясь с последней на сегодня фирмой. За окном уже сереет – это намек, что надо бы заглянуть в холодильник и проверить, что можно придумать на ужин.

– Вы кепку забыли! – спохватываюсь и снова широко раскрываю входную дверь.

– О! Спасибо, – тянет работник, который уже почти повернул к лифту.

Меня же прошивает шоковая оторопь.

Я вижу перед собой Станислава Маркова.

Он как раз подходит к двери соседней квартиры.

Глава 6

Наши глаза встречаются.

Я замираю на месте, забывая, как дышать, и прихожу в себя только в тот момент, когда из моей ладони выскальзывает кепка. Работник сам забирает ее и рассеянно кивает.

– Это уже занятно, – тянет Марков.

Он стряхивает с себя удивление, как капли дождя с зонта. И у него это выходит намного лучше. В следующую секунду он убирает ключ в карман пиджака и поворачивает ко мне. Собранный, деловой, уверенный в себе… А вот я ловлю воздух губами и пытаюсь понять, что вообще здесь происходит.

Он живет здесь?

Да?

И Ольга Викторовна ведь знала об этом?

– Вы здесь подрабатываете, Полина, или моя бывшая супруга настолько щедра, что вам хватает на съем в этом доме?

Марков приближается ко мне неспешным шагом.

Это хорошо, что он не торопится, у меня пока туго с обработкой информации. Я ужасно устала сегодня, да и вчера тоже. И у меня еще не было нормального сна. Зато энергозатратных событий хоть отбавляй!

– Я не жалуюсь на свою зарплату, Станислав Олегович.

– Да, это точно. Вы до сих пор не согласились взять мои деньги.

Он останавливается передо мной, обдавая энергетикой крутого мужика. По-другому и не скажешь. Нет смысла искать обороты изящнее и метафоричнее. Он скала. Камень. Монолит.

Из его нагрудного кармана торчит галстук. Верхние пуговицы рубашки ослаблены, из-за чего становится заметна тонкая золотая цепочка.

– Там крест, – произносит Марков.

– Что?

– Или вас заинтересовала моя шея? – Он коротко усмехается и подцепляет длинными пальцами цепочку.

Он поднимает ее выше, и я вижу скромный нательный крестик.

– Коробки, – произносит он, заглядывая в квартиру поверх моей макушки. – Значит, только перебрались.

Я запоздало понимаю, что Станислав отвлек меня дурацким фокусом с цепочкой и использовал момент, чтобы осмотреться.

– И в чем план? Для чего вы здесь, Полина?

В его низком голосе появляется холод. Словно морозные узоры распускаются на стекле. И я прекрасно его понимаю. Меня царапают те же вопросы. Будь моя воля, я бы тоже строго спросила свою начальницу. И крепкое словцо бы не забыла добавить.

– Уже поздно, Станислав Олегович. Я собиралась…

Мне не дает договорить резкий звук. Он вдруг рождается под потолком и разлетается во все стороны оглушающей волной! Я цепенею от неожиданности, а вот Марков не теряется. Он перешагивает через порог квартиры, оттесняя меня, и быстро осматривается по сторонам.

– Это пожарная сигнализация, – он почти что кричит, чтобы я смогла услышать его. – На десятом этаже идет ремонт, и она, бывает, срабатывает на пыль.

– Ремонт поздним вечером?!

– А вы думали, в элитном доме живут другие люди? Недоумков везде хватает. – Марков запрокидывает голову, находя динамик. – В квартире есть стремянка?

– Я не знаю…

Я закрываю уши ладонями. Это не оповещение, а самая настоящая пытка! Для чего сделали такой противный, пробирающий до самых костей звук? У меня подскакивает уровень стресса в крови и без пожара. Разве можно в таком состоянии нормально собраться, да вообще действовать осмысленно?

Хотя Марков уже раздобыл стул. Он забирается на него и тянется к орущему динамику. Я подхожу к нему, чтобы помочь или подстраховать, вдруг покачнется. Даже его высоченного роста едва хватает, чтобы добраться до цели. Правда, вскоре я понимаю свою опл�