Ведунья из Балашихи
Глава 1. Тревожный выход в город и неожиданная встреча.
Ясное голубое небо. Сверху слой синего более густой и темный, немного ниже он уже светло-голубой, и там где появляются верхушки деревьев уже почти белый. Силуэт верхушек деревьев похож на волну, которая сначала на гребне, затем спадает сильно вниз, а затем, снова устремляется вверх по синусоиде. В основании волны слева листья сливаются в одно почти сплошное насыщенное жёлтое пятно, чуть выше они уже посветлее, а у края волны листья полупрозрачные. Отдельные листочки, иногда по два-три листочка, кажется, висят в небе невесомо. Особенно на верхушках деревьев – они тянутся вверх к светло-голубому небосводу.
Немного ниже две ветки деревьев словно щупальца упираются в калейдоскоп листьев разного оттенка желтого и зеленого. Одна ветка выше другой и ближе, вокруг неё перекинута подвязка, похожая на оберег, потому что к ней привязана два гусиных пера посередине, маленькая куриная косточка на конце, два жёлудя, и лавровый лист с другого конца.
Внизу ближе к земле, под густой листвой, рассыпающейся в лучах утреннего солнца, и стволами, похожими на рогатки, видна игра света и тени. Солнечные пятна на фоне размытых теней от деревьев.
Молодая женщина торопливо шла по лесной тропе. Она смотрела вперед и под ноги широко раскрытыми глазами. Левая рука была согнута в локте, на ней – лукошко с каким-то травами. На голове у неё развивались волнистые иссиня-чёрные волосы цвета вороньего глаза. По краям тропы росли густые заросли орешника.
«Инга, почему ты вечно не можешь найти эту надоедливую травинку!», – вертелось в голове у девушки.
Спустя пару часов Инга вышла из лесной чащи к небольшому домику с симпатичной верандой и маленькой трубой из красного кирпича. В руках у неё всё ещё было лукошко, уже набитое разными травами. На ногах красовались кирзовые сапоги, изрядно обляпанные грязью. Выше сапог виднелись белые голени, а выше колена старое вязаное тёмно-зелёное платье.
«Вот я и дома, слава Богу», – подумала Инга, открывая калитку у ограды.
Проходя мимо грядок с молодой картошкой Инга вдруг вспомнила: «Ух, сегодня надо прополоть огород, зарос он прилично, а у меня всё время руки не доходят».
«Ещё надо кур покормить», – подумала Инга, открывая дверь в прихожую дома. «И тесто поставить, чтобы потом хлеба напечь!».
Над самым входом были привязаны шнурком ветки шалфея и штук шесть желудей.
Инга посмотрела в зеркало и поправила рукой свою чёлку, села на табуретку и сняла свои сапоги.
Пройдя по коврику, который был постелен на деревянные крашенные половицы, она подошла к столу, и взяв в руки свой блокнот, мельком взглянув на записи рецепта, сказала вслух: «Отлично, наконец-то, я могу сделать свой любимый отвар из целебных трав!». Карие глаза Инги заблестели, на лице появилась улыбка.
«Тук», – это стукнула корзинка с травами, когда Инга поставила её на стол. Она уперлась руками о полотно стола и наклонилась вперёд, чтобы выбрать травы, грудь стала немного навыкате (Инга сняла свое темно-зеленое вязаное платье и осталась в одной сорочке). «Вот мои травы, вот мои заметки – пора начинать», – сказала Инга про себя.
После этого она одела белый фартук и завязала его за спиной. Инга упёрла руки в бока и, став в позу франта, посмотрела ещё раз на стол. Затем она взяла за ручку ступку и оценила насколько она подойдёт, чтобы растолочь траву в ней.
«В самый раз!», – подумала Инга. Вокруг неё слева и справа стояли горшки с цветами. На стене были прибиты две полки, одна над другой, на них стояли разные горшки и баночки. У Инги было деловито настроенное, но красивое лицо, несмотря на тонкий, но заметный шрам, начинающийся над бровью и продолжающийся под глазом на щеке. Она забыла прибрать свои черные локоны косынкой, глаза её были задумчивы и смотрели на чашку для приготовления отвара. Большие ресницы и вскинутые брови, сосредоточенный взгляд и сжатые губы придавали её лицу особое глубокое очарование, несмотря на то, что она неделю не пользовалась косметикой.
Блокнот с заметками и рецептом целебного отвара лежал на столе и был открыт в нужном месте, поперёк него лежал ярлычок. Вокруг откуда-то очутился рассыпавшийся лавровый лист. В самом блокноте местами даже были аккуратно нарисованы нужные травы, чтобы не пройти мимо на лесной тропе, а высмотреть и собрать для чудесного отвара.
Недалеко на полке в бутылочке из-под бренди, закупоренная пробкой, с ярлыком, обернутым вокруг горлышка, и с приклеенной этикеткой стояла сыворотка для роста волос. «Так, это для того лысеющего парня!», – подумала Инга, взглянув на полку.
Рядом стоял небольшой глиняный горшочек с приклеенной на него бумажкой, горлышко его было закрыто с помощью куска ткани и резинки. «А это мазь для суставов для женщины с седыми волосами!», – вспомнила Инга.
На полке выше лежал аккуратно сложенный конвертом кулёк, тесно перетянутый тетивой. «Порошок от клещей для пекаря!», – отметила про себя Инга.
«И, наконец, готов мой отвар, для ребёнка, у которого постоянно болит животик от колик!», – сказала Инга, держа в одной руке стеклянную банку, закрытую пластмассовой крышкой, а другую, засунув в карман фартука. Она выдохнула с довольной улыбкой, вскинув брови домиком, и довольно прикрыв глаза. На лбу у Инги блестела испарина, готовить целебный отвар – непростое дело!
После этого она собрала все свои целительные средства в одном месте, выставив банку, горшочек, бутылочку и конверт на стол. Вся эта картина очень порадовала ведунью!
«Теперь я просто… отвезу их в город», – решительно подумала Инга. Она хоть и улыбалась, но выглядела озабоченной при этом, на лбу и щеках ещё больше проступила испарина, глаза смотрели в одну точку и не двигались… В руках, где-то на уровне груди, она крепко сжимала кухонное полотенце.
«Хорошо, хорошо…» – повторила в слух Инга. «Не ахти какое дело!», – добавила она, прохаживаясь из стороны в сторону вдоль стола, на котором всё ещё лежал блокнот с рецептами, кухонная деревянная доска с остатками листьев, рядом нож, ступка, котелок, перечница и какие-то бутылки со специями.
Руки у неё были согнуты в локте, Инга держала их перед собой на уровне пояса и перебирала пальцами, словно это были два краба. Очевидно она нервничала.
«Возможно, мне не стоит идти сегодня, вдруг позже пойдёт дождь!», – подумала Инга. Она слегка наклонилась, одной рукой опёрлась на подоконник, а в другой всё ещё держала кухонное полотенце. Рядом на стене висели три полки, до потолка набитые разными пустыми банками и склянками, ступками и котелками. На подоконнике одиноко стоял гранёный стакан с одуванчиками. Инга с надеждой посмотрела на небо. Оно было ясное и отливало синевой, солнце висело в зените и его лучи расплескалась в разные стороны по всему небу.
«Вот зараза, брезжит во всю, когда его не просят!», – высказал недовольная Инга вслух претензии к солнцу. Глаза её смотрели с укором на солнце.
Инга опустила голову, закрыла глаза и, упёршись обеими руками в подоконник, молча сокрушалась на фоне окна, сверкающего всеми яркими красками бабьего лета.
Инга, охнув, посмотрела на всё приготовленное, рядом стояла её плетёная корзина, ожидая поклажи.
«А не забыла ли я что-нибудь, надо подумать, тогда пришлось бы пойти в город завтра или даже в какой-то другой день!», – осторожно предположила Инга про себя. Она все ещё стояла у окна с круглыми от волнения глазами, фартук был уже наполовину отвязан, в руках всё ещё теребила кухонное полотенце.
«Должно же быть что-то!», – с тревогой вчитывалась Инга в свой листок, где у неё были записаны все задачи на ближайшие дни по порядку.
На листке было написано сверху: «На сегодня», – далее шёл список всех дел по порядку. Однако, все их прочитав, и не найдя ни одного забытого, Инга сделала неутешительный вывод: она должна была отправиться в город, как бы ей этого не хотелось!
Инга надела своё старое серое пальто и тёмно-красный платок, взяла своё лукошко со всем скарбом, вышла за дверь и установилась у порога. Позолоченная листва деревьев возвышалась над домом, освещенная ярким сентябрьским солнцем.
Инга держала свою корзинку двумя руками, выставив её вперёд, молча уставившись себе под ноги. Справа от неё стояла её любимая клумба с цветами. Штукатурка под окном дома давно дала трещину, но у Инги всё не было времени зашпаклевать.
В горле у неё пересохло от напирающей тревоги, она крепко сжала своё лукошко обеими руками. Глаза смотрели в прострации на клумбу с цветами, в голове был какой-то тёмный и тягучий туман страха.
Инга зажмурила глаза, представляя себе тёмные фигуры людей, угрожающе проходящие мимо неё.
«Ладно, Инга, соберись! Надо просто сделать это и всё!» – сказала она сама себе и встряхнула головой.
«Это просто одна маленькая поездка в город. Это не значит, что от этого жизнь изменится!» – повторяла Инга себе под нос, когда снова шла по лесной тропе, но уже по направлению в город.
***
На голубом ясном небе виднелись лёгкие облака разорванные словно клочки ваты.
Серые улицы и старые панельные дома-пятиэтажки с зашторенными окнами окутывала полупрозрачная дымка утреннего тумана.
Какая-то женщина шепчет своему спутнику что-то приложив ладонь ко рту.
Продавщица захлопнула дверь в цветочном киоске.
Рядом стоит мужчина в кепке, он скрестил руки на груди, и смотрит угрюмо на тротуар и проезжую часть.
Две женщины сначала стоят разговаривают, потом когда мимо проходит Инга прерывают разговор. Одна из них придерживает заигравшегося маленького ребёнка за грудь, чтобы тот не выбежал на дорогу.
Инга поправляет платок и идёт опустив голову. «Может я зря переживаю, что тут страшного в этом городе», – размышляет она.
Лохматый грязно-серый пёс догрызает кость у мясного отдела.
На другой стороне улицы стоит молодая симпатичная девушка со светлыми волосами и голубыми глазами с испугавшимся ребёнком лет семи, придерживая его за плечи.
На встречу Инге высокий мальчик со школьным рюкзаком за спиной ведёт на ошейнике большого ротвейлера. «Хорошо, что на этом большом клыкастом чудовище есть намордник», – подумала Инга.
Какой-то мужчина в сером пальто и кепке обернулся, проходя мимо неё. Инга вздрогнула.
За многоэтажной виднелась большая серая труба от котельной.
На углу женщина с седыми волосами стояла, заложив левую руку под локоть правой, большим и указательным пальцем, держалась за свой подбородок, уставившись в одну точку с задумчивым выражением лица.
Плечистый коренастый мужчина с рыжей щетиной затаскивал старую покрышку от большого колеса к себе в гараж. Рукава его спецовки были завёрнуты до локтя. В левом ухе у него была серебряная серьга в форме поверженной крестом змеи в форме полумесяца.
Он зашёл в свой гараж и махом закинул обеими руками покрышку в дальний угол, туда, где лежали остальные.
«Эй, Артём, как у тебя дела?», – спросил его напарник.
«Фу-у-ух, хорошо, что это последняя работа на сегодня, а то, что-то я подустал!» – сказал мужчина в слух, уставившись на кипу старых покрышек.
Говоря это, Артём тыльную сторону ладони, повернув внутренней испачканной стороной наружу, уткнул себе в пояс, а другой пытался почесать затылок, но остановился.
«Пойду посмотрю, кажется, я оставил инструменты у машины», – сказал Артём напарнику.
Когда Артём выходил из гаража, Инга, как раз шла и оглянулась на испугавший её лай собаки. Она не успела его заметить и, больно ударившись грудью об его плечо, зажмурилась.
«Куда же ты спешишь красавица, так и покалечиться можно», – сказал Артём.
Инга испугалась, и не нашлась ничего сказать, отскочила назад и оторопела.
«Немая, что ли», – подумал Артём.
Инга опустила голову и молча пошла дальше, крепко держа свою корзинку обеими руками.
Но пройдя ещё мимо трёх или четырёх гаражей-боксов, она снова обернулась, и не успела заметить уже другого мужчину, который выносил апельсины в деревянном ящике для погрузки в свой небольшой грузовик.
Инга, снова развернувшись вперёд, попала своим плечом как раз в этот ящик с апельсинами, да так что они все рассыпались на дорогу, а её корзинка с целебными средствами вылетела у неё из рук. Тот, кто выносил эти фрукты – чернобровый и чернобородый мужчина в бейсболке, был возмущён, ногой он отшвырнул лукошко Инги, рукой схватил её за предплечье, и громко выругался: «И что мне теперь делать с таким товаром, мерзавка!? Выбросила мне всё апельсины на землю! Кто же их теперь купит!?».
Было видно, что Инга ошарашена стоя на одном колене, и схваченная незнакомцем за руку. Она была оглушена произошедшими столкновениями, поэтому не сразу разобрала, слова того первого парня, который, подбежав, сказал этому: «Жора, ну, что ты пристал, к человеку, твои апельсины помыть и будут они, как новенькие, я же знаю, какие они толстокожие, впрочем такие же, как и из хозяин. А ты тут налетел на бедную девушку!».
– Артём послушай, да, она сама на меня налетела!…, – уже немного успокоившись, сказал Жора.
– Да, я видел, видел, что ж… стечение обстоятельств.
Артём схватил узелок с целебными отварами, вывалившийся из корзинки, сам встал на одно колено и другой рукой помог подняться растерявшейся Инге.
Она очень испугалась и нагнулась чтобы поднять свою корзинку, Артём опередил её. Он схватил её лукошко и сложил туда её поклажу.
«Удачи, Вам, сударыня, будьте, пожалуйста, осторожнее и внимательно смотрите вперёд», – отметил Артём в ироничном тоне.
Инга только молча кивнула, понурила голову и быстро пошла дальше.
Артём удивленно стоял и смотрел на неё, пока та не скрылась за углом дома.
Спустя полчаса Инга была снова под ореолом жёлто-зелёных и золотисто-оранжевых листьев леса, она спускалась по тропинке в глубину леса, громко топоча своими сапогами.
Он почти бежала и повторяла про себя: «Ничему меня жизнь не учит, зачем я опять пошла в этот город… будь он не ладен!». Опавшие листья разлетались в разные стороны от стремительно летящей по лесной тропе Инги.
Она бежала расстроенная, с недовольным оскалом, тяжело дыша, поправляя свой платок, из которого развевались её черные локоны.
Сверху из-под золотой шапки листьев всё также разливался солнечный туман. Ветки деревьев скрипели слева и справа.
Инга вдруг остановилась и прижалась спиной к дереву, тяжело дыша. Она остановилась в том месте, где лесная тропа поворачивала вправо. Обычно так далеко в лес никто не заходил.
Инга, отдышалась, выдохнула, и сказала самой себе: «Всё нормально, успокойся, здесь никто не побеспокоит».
Инга выпустила корзинку из рук, которая соскользнула на землю.
«Почему-то я всегда надеюсь, что всё будет хорошо во время этих походов в город. Но всегда что-то идёт наперекосяк!», – сделала досадный вывод Инга с тенью грусти на лице и присела на корточки, оперевшись спиной о дерево.
«Господи, это так глупо!» – сказала Инга вслух, стукнув кулаком по коленке. – «Каждый раз я в глубине души знаю, что всё получится кошмарно, что снова попаду в какую-то дурацкую ситуацию и всё же иду на это!…».
Слеза обиды потекла у Инги по щеке, но она её быстро смахнула тыльной стороной ладони, оторвалась от дерева, в которое упиралась спиной, и пошла по тропинке домой.
***
Инга широким хватом зачерпывала зерно и вечером рассыпала его своим курам на заднем дворе, огороженном околицей, чтобы те не сбежали. Вокруг был лес, всё также сияющий осенней позолотой листьев. Вблизи стояли два больших крепких вяза, которые как будто ограждали курятник и жилище ведуньи от опасностей окружающего мира. На одном из них вокруг ствола был обвязан оберег в виде тетивы с желудями и сосновыми ветками.
Три белых и две бурых наседки, кудахча и хлопая крыльями, бегали и клевали зерно.
«А потом он громко крикнул и…», – рассказывала Инга курам о своих переживаниях. «Я ведь знала, что так и произойдёт, так всегда бывает!», – с досадой продолжила она.
Она была во всё том же тёмно-зеленом вязаном платье чуть выше колена, из-под которого виднелись её красивые белые ноги, одетые в калоши. Во дворе было довольно сыро.
Куры продолжали кудахтать и клевали зерно, только одна бурая наседка по имени Варя (так называла её Инга, потому что она была очень любопытная), повернула голову в сторону Инги и внимательно слушала.
«И… я знаю, что… пугаю людей, просто потому что я другая», – раскрывала Инга свою душу Варе, зажимая зерно в кулак, отхватив его сверху из тазика и веером рассыпая курам.
Она говорила громко, эмоционально, вскинув брови, широко раскрывая глаза и рот.
«Просто я хотела… хотела…», – кажется заканчивала свою речь Инга, держа обеими руками уже опустевшую миску ребром вниз.
Инга понурила голову и печально смотрела себе под ноги.
«Ох… неважно», – сделала неутешительный вывод Инга. Она всё также одиноко стояла в кампании кур в своем дворе, охраняемом двумя большими вязами, склонявшимися над ним и роняющими тень из-под своих тучных ветвей.
***
Тёмно-желтые листья липы колосились на ветру, бросая тень на зелёную траву. Солнечный свет, просеянный через густые охапки ветвей, растушёвывал краски осени, время от времени превращая всё вокруг в картины импрессионистов, до той поры пока ветер не нагонит чёрные дождевые тучи.
«Иногда… иногда ко мне приходит эта мысль, что здесь не всегда была только я одна, а рядом всегда была мама!», – так размышляла Инга, сидя под ветками липы, обняв колени руками, и смотря сквозь деревья на небо.
Брови её были подняты, уголки губ опущены, она была раздосадована и жалостливо смотрела наверх сквозь ветки, сидя в их тени.
«Это были я и мама…», – продолжала размышлять Инга. В этот момент ей почудилось, что её мама жива и также сидит рядом, обняв колени, и смотрит отстранённо на голубое небо через золотистую листву деревьев.
Инга выпрямила руки и упёрлась ими в травяной покров землю, усыпанной опавшими листьями. Она сжала кулак, собрав листья вокруг него в охапку.
«В такие дни я скучаю по ней больше, чем когда-либо», – озвучила Инга свои мысли вслух и откинулась спиной вниз на траву, разведя руки в стороны и повернув ладони вверх к небу.
«Она всегда знала, что сказать», – отметила про себя Инга смотря на калейдоскоп тёмно-рыжих и жёлто-зелёных листьев на верхушках деревьев, подпираемых их стволами и ветками словно кистями рук человека, тонкими и длинными, уходящими ввысь в светло-голубое небо.
Солнце было в зените, и ярко светило прямо в глаза, и Инга выставила руку вверх и перегородила его ореол своей пятернёй и по-прежнему предавалась своим размышлениям: «Да, я всё ещё крепко помню свою маму, у меня о ней настолько сильные и тёплые воспоминания, что я всегда могу просто представить её рядом и улыбнуться».
Инга лежала, зажмурив левый глаз, правый прикрыв ладонью с сомкнутыми пальцами и выставив руку вперед от себя. Её волнистые густые волосы были распластаны по траве словно клубок из дюжины чёрных змей. Медальон с портретом матери на груди сбился в сторону.
«Всё же я совсем одна в этом мире», – сказала вслух Инга. Она лежала на земле под золотистыми кронами деревьев, сложив руки на животе, приподняв одно колено и упираясь ступнёй в траву. «И я совсем не знаю, что с этим делать», – добавила она про себя.
***
В гараже у Артёма раздавался гул, который было слышно на всю округу.
Он методично наносил удары кувалдой, выправляя покрышку из-под колеса.
Артём задумался, вспоминая встречу с Ингой, как она упала, уронив ящик с апельсинами, как она была напугана, как она тянулась за своим лукошком.
«Вот ведь жизнь, постоянно удивляет своими поворотами», – заметил про себя Артём, в очередной раз замахиваясь кувалдой по покрышке. Он остановился, поддев покрышку монтировкой, снял её и размял шею рукой, поворачивая голову влево и вправо, выпрямившись.
– Думаю, на сегодня хватит, – сказал вслух Артём.
– Надо, пожалуй, пойти развеяться, зайду к Ване в магазин и посмотрю, чем он там сейчас занят, – рассудил Артём про себя и направился к выходу из гаража.
У Вани был небольшой, но вместительный магазин в форме крытого павильона по продаже колёс и автожидкосткей. Он по роду своей профессии продавца всегда выслушивал приходящих к нему людей и был отчасти тонким психологом по своей природе. Ведь только так можно сделать хорошие продажи!
Артём открыл дверь и зазвенел колокольчик специально прикреплённый над дверью для того, чтобы уведомлять о приходе посетителей.
– Привет, Артём!
– Здравствуй, Ваня!
– Как дела!? Что нового за день? – приветливо поинтересовался хозяин павильона.
Артём облокотился о высокий прилавок и заложи одну руку в другую начать рассказывать на фоне стенда с зимними шипованными колёсами о том, что у него на душе: «Понимаешь, Вань, я иногда думаю, почему люди такие, то ли просто недалёкие, то ли на самом деле жестокие, как звери! Вот живёшь ты себе, никого не трогаешь, делаешь свою работу хорошо, так обязательно, найдется какой-то негодяй, который захочет тебе нахамить или обмануть!».
– Возможно у людей есть какие-то негативные паттерны поведения в обществе в целом, но для каких-то других людей, например, своих близких они могут оказаться вполне вежливыми и добрыми людьми! – философски отметил Иван.
– Вань, вот откуда ты такие умные слова-то знаешь… паттерны поведения… наверное книжки читаешь! – продолжил беседу Артём. – Кстати про поведение, сегодня некрасиво себя повёл наш сосед по гаражному кооперативу, Жора, выносил он свои апельсины в ящике, а тут девушка шла и его случайно задела, апельсины его рассыпались по пыльной улице! Ругани, было ты не представляешь! Вот спрашивается, откуда у человека столько злости!».
– Знаешь, так достают иногда все эти сплетни и комментарии посетителей моего шиномонтажа. Вечно всё обсуждают друг друга, у кого машина сломалась, кого жена бросила, как будто им от этого легче, если у соседа корова сдохла! – возмущался Артём. – Представляешь приходит ко мне один такой кадр и говорит, а я думал, ты будешь ниже ростом!
Говоря эту последнюю фразу гость павильона автошин активно жестикулировал и показывал пальцем на владельца магазина, от чего тому стало неуютно так, что он съёжился, сделал кривую гримасу, зажмурив один глаз и сделал отталкивающий жест рукой.
Справедливости ради надо отметить, что Иван был выше Артёма на голову и моложе его, поэтому, с одной стороны не разделял его пессимистических взглядов на жизнь, а с другой, понимал, что возможно Артём, как-то переживает то ли из-за роста, то ли из-за своей неустроенности в жизни.
«Послушай, Артём, а может тебе стоит, не принимать это всё близко к сердцу! Из того, что ты сейчас сказал, следует сделать, как минимум два положительных вывода: во-первых, тебя знают и уважают, как профессионала по автоделу и шиномонтажу, а во вторых, люди тебе доверяют, раз рассказывают всякое!», – высказал своё мнение Иван, левый локоть положив на прилавок, обхватив его ладонью правой руки. При этом он придвинулся вперёд с доброй улыбкой, ободряющим взглядом и немного вскинутыми бровями, стараясь ещё больше убедить оппонента в правдивости своих слов.
«А знаешь, может ты и прав, Иван, что-то я разошёлся не на шутку со всей этой критикой человеческой натуры! Да, и действительно, что же это я так переживаю, ведь не детей же, мне с ними крестить!», – согласился гость с хозяином павильона. Порядком успокоившись, он облокотился на стойку магазина спиной, кулаки у него уже были разжаты, кисти рук расслаблены и смотрели вниз.
«Да, почему бы и нет… почему бы и не смотреть на жизнь с такой стороны! Раздражают, конечно, отдельные индивидуумы, но ведь всё это диалектика окружающего нас мира! Или как там в твоих книжках по философии пишут, а Вань?», – продолжил Артём, слегка повернув голову в сторону собеседника.
– Послушай, Артём, а как же та девушка, которая попала под натиск Жоры с его апельсинами?
– А что девушка!?
– Что произошло дальше? Что с ней стало?
– Девушка была очень пуглива, хоть и красива! Отряхнулась и убежала.. Пришлось правда за неё немного вступиться перед Жорой, а то уж больно он возмущался сильно…
– Хорошо, Тёма, мы с моим помощником Колей, хотим зайти в ближайший паб, выпить пару пива, составишь кампанию!? А то ведь ты оставил впечатление сильно загруженного человека, которому бы не помешало немного расслабиться!…», – говоря это Артём развёл руки в стороны, на лице его была ухмылка, и весь вид говорил о выражении сомнения, стоит ли отказываться от выпивки.
«Нет, Иван, сегодня я не готов к такому праздному времяпрепровождению…», – почесав затылок, сделал заключение Артём.
– Пойду, пожалуй, восвояси!… – сказал он, уже повернувшись спиной к Ване и направляясь к выходу. – Давай пока, может быть в следующий раз!
– Хорошо, пока Артём! – сказал Ваня, оставаясь позади за прилавком магазина, и махая правой рукой на прощание на фоне новеньких зимних шин.
Глава 2 Чудовище в отражении
Артём вышел из павильона по продаже новых автошин, который был на втором этаже, прямо над его мастерской. Вниз вела наружная лестница, и при выходе можно было встать на небольшой площадке и осмотреть всю улицу.
Вечерело. На другой стороне улицы шла молодая пара – мужчина с рюкзаком через плечо и девушка в симпатичной розовой блузке. Ближе на этой стороне в противоположную сторону шёл пожилой лысоватый мужчина в сером растянутом свитере, держа перед собой, обхватив обеими руками накрытую одеялом переноску для кошек. Справа от Артёма недалеко на скамейке сидел мужчина в зеленой ветровке, небритый, но с довольным выражением лица смотрящий на улицу с бутылкой почти допитого пива в руках.
«Да уж, наверное, каждому в этом городе, иногда просто стоит немного погулять и подышать вечерним воздухом! Фу-у-х…», – вздохнул, Артём и продолжил спускать с лестницы.
Он ещё не решил точно, куда отправиться, то ли домой, но спать-то ему совсем не хотелось, так как в голове вертелись какие-то мысли, которые не отбрели ещё свою смысловую форму и Артём боялся, что не сможет заснуть, то ли в мастерскую, чтобы позаниматься ещё какими-нибудь делами и нагнать сон. Немного помешкав, Артём выбрал второй вариант и отправился, охая, к себе в гараж.
Тягучее чёрное небо, усыпанное яркими ночными звёздами, возвышалось над мастерской Артёма, пока он раскладывал по полкам свои инструменты и укладывал запасный части по специальным ячейкам. Уже была середина ночи, весь город спал, и в окнах многоэтажек не было видно света, и только из окошка мастерской сочился холодный свет.
Артём решил отполировать диски для колёс от машины, которую ему пригнал недавно один старый клиент. Он уже долго возился с этой работой, и у него остался последний диск, который он уже обработал полировальной машиной и протирал тряпкой, с усталым видом, сидя на стуле.
Справа от него стояла настольная лампа, которая ярко освещала предмет работы, на столе были разложены несколько отвёрток разного назначения.
Артём отложил работу, и устало выдохнув, откинулся на спинку стула, положив свою левую руку на ногу, а правую ладонь себе на темя. Посидев так минутку, он опустил правую руку и немного привстал на стуле, упёрся костяшками пальцев в стул, развернув кисти рук тыльной стороной от бедра и уставившись в потолок сказал: «Есть шанс, что я посплю сегодня ночью?».
Артём продолжил протирать диск мягкой тряпкой, уже видя своё отражение в нём, когда вдруг увидел нечто пугающее!
В отражении на него посмотрела пугающая морда волка-оборотня, вурдалака с кроваво-рыжей густой шерстью, которая накрывала тёмные плечи словно царская мантия. Под большим чёрным волчьим носом виднелись крупные клыки, а над ним сияли в тёмных глазницах маленькие жёлтые глазки. Острые большие уши торчали сверху над густой копной шерсти на этой страшной голове.
Артём оторопел, но машинально ещё несколько раз с усилием прошёлся тряпкой по жуткой морде, отражающейся в диске.
Руки у него уже начали гудеть от усталости, он зажмурился и отвернул голову. Когда он открыл глаза, он увидел себя прежнего.
Артём стукнул кулаком по столу и выдал: «Да, что не так!? Почему это происходит именно со мной!?».
Он провёл ладонью левой руки по своему отражению в диске. Артём посмотрел на своё расстроенное побледневшее лицо, на вспотевший лоб, и снова откинулся на спинку стула, положив левую руку на левую ногу, правую ногу распрямил под столом. «Наверно, теперь не буду спать сегодня вообще!», – подумал про себя Артём, откинув голову и ладонью правой руки закрыв себе глаза.
На рабочем столе у него всё ещё лежал отполированный диск от колеса с тряпкой, стол освещал рассеянный тёплый свет лампы.
***
Рдела своим застенчивым бледно-розовым сиянием утренняя заря над спящим городом. В вышине не было ни облачка, небо было ясным, но ещё пока бледно-голубым.
Проезжая часть центральной улицы, проходящей вдоль пятиэтажек, была пуста и свободна от машин и людей. Жалюзи во многих окнах были ещё закрыты. Пожелтевшая листва на деревьях не шевелилась, было безветренно, но звонкое щебетание птиц увещевало всех жителей города о том, что природа просыпается.
Утренний свет освещал и небольшое квадратное окно мастерской Артёма. На подоконнике стояло пару справочников по автоделу и старая настольная лампа.
Артём проснулся, тяжело привстав в кровати, сел, опершись ладонью правой руки на правую ногу, пятерню левой руки запустив в свои рыжие волосы, почесывая затылок.
У Артёма была широкая спина и крепкие мышцы, а правом плече виднелась татуировка в форме паутины, на узлах которой прикреплены волчьи клыки.
Артём, не вставая, взял рубашку, аккуратно сложенную на спинке дивана, за ворот и быстрым круговым движением одел рукав на правую руку, прикрыв устрашающую татуировку на своём плече.
Глава 3. Прогулка по лесу и бодрое утро
Артём подумал, что небольшая утренняя прогулка по лесу хорошо его взбодрит и схватил свой рюкзак, предварительно положив туда литровый термос с горячим чаем и пару бутербродов из холодильника.
Он закрыл дверь мастерской, постояв немного, растёр себе лицо и уши обеими ладонями, и быстрыми шагами пошёл по дороге в сторону величественного царства скрипучих стволов деревьев в золотистых пышных одеяниях.
Артем долго шёл по лесу и ни о чём не думал. Он только слушал шорох листьев, потревоженных ветром, и смотрел сначала себе под ноги, а потом вверх, рассматривая ветки с пожелтевшими листьями на деревьях. Под ногами была утренняя роса на траве, а деревья, находящиеся всего лишь немного в отдалении были окутаны дымкой тумана.
Он наткнулся на несколько грибов-боровиков под старым дубом, когда из-за дерева справа, показалась довольно смышлёная морда лисы, с интересом смотрящей своими раскосыми желтыми глазами и прислушивающейся своими треугольной формы ушами с острыми верхушками. Грудка у лисы была белая на фоне остального густого рыжего меха. «Должен признать, ранний подъём имеет свои преимущества», – подумал про себя Артём. «Вон даже какого красивого зверя встретил!» – продолжил он размышлять, молча уставившись на лису. Та недолго смотрела в ответ и скрылась в лесной чаще.
Артём поправлял лямки у своего рюкзака, когда вдруг услышал, как кто-то идёт по лесу, негромко напевая какую-то песенку. Он с интересом понял, что это приятный женский голос и, не желая быстро раскрывать своё местонахождение, прислонился к стволу широкого дуба.
Подождав немного, он украдкой выглянул из-за ствола дерева, и его глаза округлились от удивления, потому что он увидел ту молчаливую пугливую девушку, которая его чуть не сбила с ног, когда он затаскивал старые покрышки в гараж. Она быстро шла по лесу, широко шагая и махая руками, осматриваясь по сторонам, вертя своей головой с черными и густыми волнистыми локонами волос, одетая в коричневую толстовку с капюшоном, с широкой юбкой карамельного цвета ниже колен, волнистой и с рюшками как у цыганки, в легких сапожках телесного цвета.
Волосы у неё развивались во время быстрой ходьбы. Она то осматривалась, то изредка останавливаясь, задумчиво смотрела наверх с улыбкой. Артём разглядел, что у неё были правильные черты лица и большие глаза, и её можно было найти по-настоящему красивой, если бы не тонкий длинный шрам на щеке.
«Чёрт возьми, а она ведь довольно привлекательная девушка!», – вдруг подумал подсматривающий и даже немного покраснел при этом.
«Подойти мне к ней?», – терзался в своих размышлениях Артём. «Хотя нет, наверно не стоит, не хочется её пугать, ведь она явно чувствует здесь себя непринуждённо!» – такое в итоге он сделал умозаключение.
Инга в этот момент собирала какие-то ягоды с кустов за старым большим ясенем. Через пару минут она положила их в карман и такой же быстрой походкой пошла дальше, провожаемая взглядом Артёма, подсматривающего за ней украдкой из-за дерева. «Нет, пожалуй, не буду её беспокоить… Ведь она выглядит такой счастливой в уединении в этом лесу!» – продолжал размышлять Артём.
«А ведь действительно бывает приятно прогуляться ранним утром!» – напутствовал самого себя подглядывающий, ретировавшись быстро в противоположную от Инги сторону.
Инга широкой шагала, скрестив руки за спиной, держа левой ладонью правую. «Какое прекрасное утро!» – размышляла ведунья с улыбкой оглядываясь по сторонам, время от времени взлохмачивая свои волнистые черные волосы.
«Свет сквозь листья так красиво подчеркивает разные оттенки желтого и оранжевого на этих листьях!» – вдруг сентиментально подумала Инга, вглядываясь в ветки клёна, сквозь ветки которого мягко пробивался солнечный свет.
«Мама любила такие прогулки!» – снова нахлынули воспоминания на Ингу. Она опустила голову и сложила руки впереди, держа кончики пальцев на левой руке правой. Её фигура стороннему наблюдателю могла бы показаться довольно одинокой среди величественных деревьев, сквозь золотистые верхушки которых пробивался солнечный свет.
«Вот опять я расчувствовалась… – подумала про себя Инга, поглаживая волосы правой рукой. – с другой стороны, когда её вспоминаю, то чувствую себя менее одинокой!».
Инга шла по лесу, когда вдруг услышала сильный шорох и хруст в кустах. Она так резко отпрянула назад, вскинув брови и округлив глаза, что волосы её взъерошились, а подол юбки немного приподнялся под потоком воздуха. Инга прижала руки к груди, сжав кулаки, и лицо её искривила гримаса страха.
Вдруг из-за кустов показался мурчащий изгибающийся дугой чёрный котёнок с большими зелёными глазами, симпатичной мордашкой и торчащим трубой хвостом!
«Извини, котик, я тебя побеспокоила!?» – сказала Инга, приветливо подняв руку и улыбнувшись котёнку.
Пару минут она с удивлением рассматривала нового знакомого, а потом, резко подогнув колени, плюхнулась на землю, так что её волосы растрепались в разные стороны, потянув руку к котёнку, показывая, как будто у неё что-то есть в руке, стала призывно его зазывать: «Кис-кис, кис-кис!»
Глава 4 Знакомство с девушкой и кошечкой
Чёрная симпатичная кошка с красивыми зелёными глазами смотрела, наверное с минуту, не отрывая глаз, на Ингу.
Затем она перевернулась на спину, изогнувшись и навострив уши.
Ведунья почувствовала волну нежности и любви к этой кошке.
Кошка, убегая, скрывается в кустах, да так что видно только хвост кошки и задние лапы.
Инга, в недоумении и огорченная тем, что кошка убегает, смотрит в след, вытягивая правую руку вперёд с открытой ладонью, пытаясь то ли остановить усатую, то ли дать понять, что она не опасна.
После нескольких минут преследования, Инга стоит слева, а кошка справа недалеко от большущего вяза, покрытого шапкой золотистой листвы. Они замерли напротив друг друга на расстоянии десяти шагов.
Инга продолжает стоять и мягко подзывает хвостатую: «Иди сюда, киска!».
«М-р-р-р», – отвечает ей кошка взаимностью и снова, перевернувшись на спину, хлопается на землю.
Инга садится на землю на голени, поджав под себя ноги, и говорит кошке: «А-ха-ха… наконец-то… видишь! Ведь я не такая уж и страшная!».
Инга, с горящими глазами и широко улыбаясь гладит кошку ладонью по мордашке.
Кошка получает поглаживание от Инги между ушами сверху по голове, приговаривая: «Во-о-от… видишь? …так, глядишь, мы с тобой и друзьями станем!». Кошка с торчащими длинными усами и бровями, седыми и белесыми на фоне черной и густой шерсти, в ответ довольная закрыла глазки.
Через пару минут кошка уже сидит на двух задних лапах и смиренно снизу смотрит, немного приподняв голову на Ингу.
«Эх-х-х, ты видимо просто хотела, чтобы я, немного потрудившись и побегав за тобой, могла погладить и подружиться с тобой», – утверждает Инга, стоя, упёршись кулаками себе в бока.
Некоторое время кошка стоит, в пол оборота повернувшись к Инге, и в тоже время как бы собираясь убегать от неё, посматривая своими милыми зелёными глазками.
«Ох, и куда мы сейчас!?» – продолжает свой диалог ведунья.
Кошечка идёт вперед, едва слышно ступая своими мягкими лапками по опавшим листьям.
Инга с интересом и улыбкой, держа руки ладонями вниз с растопыренными пальцами, делает неспешно первый шаг и решительно следует за черной зеленоглазой фурией.
«Хорошо, я поиграю, веди меня моя подружка-кошечка!», – говорит Инга.
Они идут дальше между деревьев, на некоторых из которых растёт жёлто-коричневый древесный гриб. Кошка бежит галопом, а Инга за ней широким шагом.
«Никак не пойму, куда ты меня ведёшь, киса, а всё равно гулять с тобой приятно!» – поддерживает беседу Инга.
Ведунья идёт по лесу, рядом идёт кошка с хвостом трубой, посматривающая на неё, и видно, что ей эта компания нравится.
И вдруг внезапно перед ней возник мужчина с рюкзаком за спиной. Это оказался тот мужчина, с которым она недавно сталкивалась в городе.
Инга удивилась и отпрянула, вскинув руки в защитную стойку и остановившись на полушаге. Кот тоже остановился, упёршись во все свои четыре лапы и распушив хвост.
Артём тоже остановился с удивлением на лице. Он как раз держал в правой руке перочинный нож (пробовал собирать грибы), а левой ухватился за лямку рюкзака на груди.
Холодный пот проступил у Инги на спине, а лицо искривила гримаса страха.
В этот момент кошка все ещё стояла, изгибаясь, у подола её юбки и заискивающе смотрела на неё своими изумрудными очами.
Артём был удивлён, но не сказать бы, что сильно напуган. Он просто стоял и ждал, что же будет дальше.
Кошечка все ещё мурлыкала и тёрлась об сапог Инги, жмурясь от удовольствия.
Так стояли они друг напротив друга. Инга, отпрянув и прижав руки к груди. Артём, держа в одной руке нож, а другой, ухватившись за ремешок от рюкзака. Инга вдруг поняла, что Артём почти наголову её ниже.
«Доброе утро», – наконец с улыбкой сказал Артём.
«Извините, я не ожидала здесь увидеть кого-то другого!» – сказала Инга, уже немного успокаиваясь, и страх на её лице сменился скорее на взволнованность.
«Нет, это Вы извините, милая девушка, я просто гулял, дышал, чтобы развеяться. Вот грибы по не многу собирал», – ответил Артём, складывая перочинный нож и кладя его в карман.
«Артём, если что так меня зовут», – представился Артём, прижав ладонь правой руки с растопыренными пальцами к своей груди. «Помните, Вы на меня случайно наткнулись, когда я выходил из своей мастерской в городе! Наверное, спешили куда-то!» – продолжил Артём, обращаясь к Инге.
Чёрная как уголёк кошечка тоже глядела на мужчину, внезапно появившегося на их с его новой хозяйкой пути, искоса поглядывая на Ингу.
«Я – Инга!» – сказала ведунья в ответ.
«Инга, очень приятно! Я рад нашему знакомству» – ответил Артём, и глаза его заблестели.
«Я тоже», – застенчиво ответила Инга, отведя глаза вправо и вниз, сведя руки вместе и постукивая кончиками указательных пальцев левой и правой руки друг о друга.
«Так, ну, я, наверное, пойду, а то мне пора скоро мастерскую открывать!» – сказал Артём, подтягивая обеими руками ремни у рюкзака.
«А-а, да, хорошо!» – ответила Инга, не зная, куда деть свои руки и зацепившись правой рукой за воротник своей толстовки.
«Может быть, как-нибудь увидимся в городе? Если что, моя мастерская всегда открыта для Вас! Если понадобиться какая-нибудь помощь, то обязательно обращайтесь!» – сказал на прощание Артём.
Они оба развернулись и пошли в противоположных направлениях.
Инга хотела обернуться и посмотреть вслед своему новому знакомому, и она уже повернула голову в пол оборота, но так и не решилась!
Между тем, Артём шёл ровной походкой, намереваясь скрыться через минуту в легком утреннем тумане, который растелился в лесу среди деревьев.
В тот момент, когда Инга уже шла довольная с лицом, намекающим на улыбку, Артём всё-таки решил обернуться и посмотреть на неё. Затем он немного постоял, провожая её взглядом, и пошёл дальше по своим делам.
Глава 5 Последствия ночной стихии
На следующий день утром небо над лесом было сиреневого цвета. Тёмно-синие густые тучи были рассеяны по облакам, создавая загадочную атмосферу. Утреннее солнце разливалось своими лучами вдоль горизонта, озаряя ближайшие поля и холмы, которые пока ещё были скрыты за мутной пеленой рассвета. Листва на верхушках деревьев становилась ярко-золотой, превращая лес в сказочный пейзаж. Бледно-жёлтые, светло-рыжие и тёмно-рыжие тона листьев создавали неповторимую игру красок.
На ветках деревьев капли росы блестели, словно маленькие звёздочки, добавляя волшебства этому утру. Вдали деревья были видны не полностью, их силуэты терялись в утреннем тумане, создавая ощущение таинственности и загадочности. Это утро было поистине прекрасным и незабываемым.
Дождь прекратился, и из-под веток деревьев показалась промокшая крыша домика Инги. Опавшие листья, лежащие на крыше, создавали контраст с окружающей зеленью. Туман окутал силуэты деревьев, делая их похожими на волшебных великанов.
Инга вышла из дома, чтобы насладиться тишиной и спокойствием после дождя. Она глубоко вдохнула свежий воздух, наполненный ароматом мокрой земли и зелени. Её взгляд был устремлён на туман, который скрывал от неё окружающий мир.
Вдруг Инга услышала шорох в кустах. Она осторожно подошла к ним и увидела маленького ёжика, который искал пищу после дождя. Ёжик был удивлён появлением человека, но Инга улыбнулась и протянула ему кусочек яблока. Ёжик взял яблоко и скрылся в кустах.
Инга вернулась к своему домику и села на крыльце, наслаждаясь тишиной и красотой природы. Дождь прекратился, и теперь она могла наслаждаться свежестью и красотой окружающего мира.
Инга стояла перед домом, прижимая к груди свою кошку. Её волосы были растрёпаны, а в глазах читалось беспокойство и досада. Уголки рта её были опущены вниз, так как она была огорчена. Кошка, казалось, тоже была взволнована. Её усы торчали в разные стороны, глаза были круглыми, как пятаки, голова приподнята, грудь колесом, а хвост изгибался дугой. Киса тёрлась своей щекой о медальон, который висел на груди у Инги.
Она всегда носила с собой медальон с изображением матери. Этот медальон был для неё символом памяти о самом близком человеке, которого она потеряла. После смерти матери Инга стала замкнутой и печальной. Она редко улыбалась и почти никогда не смеялась. Каждый день она вспоминала свою маму и думала о том, как ей её не хватает. Каждый вечер перед сном она доставала медальон и смотрела на фотографию.
«Ума не приложу, как теперь чинить эту крышу!?» – сказала Инга то ли кошке, то ли самой себе. Обе они видели, что крупная обломленная ветка дерева проломила черепицу крыши и застряла в образовавшейся дыре.
Ни кошка, ни Инга не знали теперь толком, что делать, и пребывали в растерянности. Над крышей возвышались деревья. Они стояли в утреннем тумане в светлых лучах утреннего солнца на фоне позолоченных листьев. Кошка положила голову на плечо Инге и зыркала своими зелеными глазищами, не моргая. Инга улыбнулась и погладила кошку по мягкой шёрстке. Она знала, что животное чувствует её настроение и старается поддержать в трудную минуту. Девушка вспомнила, какой страшный грохот они слышали ночью.
Ночью Инга проснулась и вскочила на кровати от услышанного ей страшного грохота и хруста на крыше. «А-а-а-х!» – воскликнула она от страха. Она вцепилась в одеяло и прижала его к груди. Ей кошка, лежащая у ног, тоже подскочила на все четыре лапы. И шерсть у неё была дыбом. За окном сверкала молния и скрежетал гром. По стеклу окна хлестал очень сильный ливень.
Инга встряхнула головой, чтобы избавиться от нахлынувших воспоминаний о прошлой ночи.
Она погладила, аккуратно проведя ладонью правой руки по спинке своей кошечки, левой рукой прижимая её к своей груди, там посмотрела на неё с благодарностью.
«Думаю, здесь можно обойтись без поездки в город! Попробуем немного поколдовать!» – после этих слов киса спрыгнула с рук Инги на землю. «Хлоп», – мягкие лапки животного еле слышно ударились о землю.
«Может быть, нам поможет чуточку магии!?» – обратилась Инга к своей кошечке, сидевшей на этот раз у её ног, и смотревшей на неё с низу вверх. «М-р-р-р», – замурлыкала Киса в ответ.
Глава 6 Попытка решения проблемы
«Может быть для начала простое магическое заклинание, управляющее малой стихией воздуха», – сказала Инга вслух и направила кисть руки кончиками пальцев по направлению к опавшей ветке.
Инга схватила в правую руку опавшую ветку и сжала её, прижав к груди, а правой рукой обводила круг рукой. Постепенно вокруг руги Инги стали кружиться охапки листьев и ветки деревьев.
«И-и-и… поехали!» – вдруг воскликнула Инга. В этот момент её кошечка встала на задние лапки, передними лапками упёрлась своей хозяйке в ногу, навострила ушки и с интересом наблюдала, что будет дальше.
А дальше, ветка, торчащая в крыше, зашевелилась… После того, как ведунья закружила рукой сильнее, ветка в крыше с трудом поднялась, закружилась и слетела вниз в огород Инги!
Киса рядом с замерла, округлив глаза, прямо в тот момент, когда облизывала язычком свои передние лапки.
«Хрясь!» – это ветка упала между грядок с картошкой.
«Ха, проще простого… Это будет легче прогулки по лесу!» – бодро обратилась ведунья к своей хвостатой напарнице, отряхивая руки от веток.
«Да, не ожидала я такой дырищи над своей головой. Но это исправимо я думаю. Посмотрим, как внутри!» – всё же продолжила сокрушаться Инга, глядя на крупную пробоину на крыше своего дома.
После этого Инга прошла внутрь дома, её хвостатая подруга последовала за ней.
«Ничего слишком важного не испортилось», – подумала Инга.
«Да, проблема в том, что у меня нет подходящего материала для ремонта ни в моей мастерской, ни на кухне, ни где бы то не было!» – продолжила размышлять ведунья, скрестив руки на груди, после нескольких минут тяжёлых раздумий. Её кошечка сидела рядом, и повернув свою усатую мордашку в сторону хозяйки, внимательно следила за ней, сидя на задних лапках и повиливая своим чёрным пушистым хвостом.
«Хм, моя исправляющая магия не лучшая, и я ничего не знаю о строительстве дома!» – подумала Инга на этот раз про себя, держась указательным пальцем правой руки за свой подбородок, а левую руки уперев себе в бок, отставив локоть немного в сторону.
«Возможно стоит попробовать ещё одно заклинание, управляющее стихией воздуха», – размышляла ведунья, нагнувшись, собирая левой рукой листья и небольшие ветки, перекладывая всё это в правую руку. Её Киса бесилась рядом, быстрым движением своих лапок подкидывая и разбрасывая опавшие листья, оказавшиеся внутри дома в результате образования пробоины во время произошедшего ночного урагана.
«Может немного этого», – сказала Инга вслух, и, закружив, вертя обеими ладонями, запустила большой комок листьев и обломанных веток в дыру в крыше.
«Ха, я сделала это!» – воскликнула Инга, упираясь открытыми ладонями и смотря вверх, только что заткнув дыру в крыше охапкой листьев. Волосы её были взлохмачены, вокруг витали остатки листьев в воздухе. На лице её светилась радостная улыбка, глаза блестели.
«Хлоп!» – это охапка веток и листьев упала Инге сверху прямо в лицо в тот момент, когда она ещё держала обе руки, поднятыми к верху.
«Кажется мне снова нужно поехать в город, к сожалению!» – раздосадовано сказала Инга самой себе, опустив голову и руки, ссутулившись. «М-р-р-р, мя-у-у», – мурчала рядом её кошечка.
***
Артем работал монтировкой, снимая покрышку с колеса, когда в его мастерскую вошла Инга. «Извините, пожалуйста, могу я у вас спросить!?» – сказала она.
Он был удивлен, услышав сначала её поступь, а затем и голос, так как редко слышал женские шаги в своей мастерской. Внезапно его щёки заметно зардели. Артем обернулся и увидел Ингу. В левой руке он держал монтировку, а правой придерживал покрышку от колеса.
Инга также была смущена. Левой рукой она поправляла свой капюшон у толстовки, а другой рукой теребила плохо пришитую пуговицу на своём старом пальто. Отвела голову в сторону.
– Не хотела Вас беспокоить, но вот пришлось, – сказала Инга.
– Нет проблем, – ответил Артём.
– Что я могу для Вас сделать?
Сразу после этого вопроса Артём выпрямился, и, взяв уже изрядно промасленную тряпку, и вытирая ей руки, с открытым лицом стал смотреть на Ингу, ожидая от неё ответа.
– Ох, спасибо… Понимаете, моя крыша… она получила повреждение во время вчерашней грозы!
Инга все ещё держалась за капюшон толстовки, но уже смотрела прямо на Артёма, со страху выпучив глаза…
– Да, прошлой ночью был сильный шторм!
Глава 7 Ведунья принимает помощь в мастерской
– Сейчас я просто ищу какие-то инструменты, с помощью которых я могла бы попробовать отремонтировать крышу, ¬– сообщила ведунья Артёму, находясь все ещё в достаточной степени в смятении, – конечно, я не представляю себя плотником и, к сожалению, не являюсь каким-то квалифицированным специалистом в сфере починки домов!
– Однако огромная дыра над головой фактически не оставляет мне выбора, думаю мне стоит предпринять определённые меры первой необходимости, которые позволять срочно, возможно на время решить проблему! – отметила Инга уже с улыбкой на своём симпатичном лице, мечтательно повернув зрачки глаз вверх и влево, как бы представляю свершившийся положительный итог своих злоключений.
Артём молча слушал ведунью и думал про себя: «Может мне сказать ей, что я толком тоже совсем ничего не понимаю ни в строительстве домов в целом, ни в действительно стоящих вариантах и правильных методических подходах к ремонту крыш! Опять жен инструментов у меня нет подходящих для этого! Наверно, всё же не стоит, а то ведь развернётся и уйдёт!».
«Речь идёт о временном исправлении, правильно я Вас понял, милая девушка!? То есть чтобы сделать что-то прямо сейчас и, чтоб был шанс прожить пару недель без протечек от дождя… Верно я Вас услышал!?» – обратился Артём к Инге. «Рано или поздно Вам придётся правильно решить проблему, отремонтировать всё чин по чину, то есть как следует!» – продолжил мастер, глядя на озабоченное лицо Инги со вскинутыми бровями и округленными глазами, не перестающую тереть круговыми движениями кисти правой руки запястье левой руки. «Ох, я думаю, хотя бы так пока! И очень была бы признательна за возможную помощь с Вашей стороны!» – ответила ведунья.
«У Вас должен быть кто-то, чтобы исправить эту сложную ситуацию в дальнейшем», – продолжил размышлять вслух Артём, щупая покрышку от легкового автомобиля пальцами правой руки, согнутой в локте, пробуя подковырнуть её монтировкой, которую он держал в левой руке. «Нет!» – вдруг воскликнула Инга и вскинула обе руки, растопырив пальцы, как бы отталкивая невидимого человека. «Извините, пожалуйста, я только хотела сказать, что мне не нужна полная Ваша профессиональная помощь, а только инструменты на время», – озвучила Инга ещё раз свою просьбу мастеру. Говоря последнюю фразу, она смиренно стояла, держась ладонью правой руки за тыльную сторону кисти левой руки.
Услышав это, Артём повернул свою голову влево и почесал свою рыжую щетину. «Хорошо, я думаю, что смогу Вам помочь! Подождите меня здесь, стойте прямо на этом месте и никуда не уходите, я скоро вернусь», – сказал он, вытирая руки промасленной тряпкой, повернувшись, и шагая в сторону своей подсобки. Услышав это, Инга сложила обе руки как при молитве, наклонила голову и улыбнулась, замерев вся в ожидании.
***
В лесу стоял светло-жёлтый как манная каша туман. Между деревьями с листьями разного оттенка рыжего располагалась его прозрачная консистенция.
Инга шла по лесу широким шагом, прижимая к груди и крепко держа обеими руками инструменты, закутанные в плащаницу и крепко перевязанные бечёвкой.
«Хлоп», – это ведунья сбросила тяжёлую ношу на землю, чтобы передохнуть и отдышаться. Она упёрлась руками в поясницу и выгнула спину назад, пока поклажа ожидала её внизу на земле. После того как Инга размяла поясницу она положила обе руки на колени, и нагнулась вперёд, прерывисто дыша и переводя дух.
До дома брикет с инструментами она уже донесла волоком, держась за бечевку, перетянутую через рулон с инструментами по середине (один конец рулона ворочался по мягкой сырой земле).
«Теперь мне просто нужно закрыть дыру… Очень просто! Что он сказал там сделать, надо вспомнить ещё раз», – подумала Инга про себя, вытирая пот со вспотевшего лба тыльной стороной ладони.
«Какая у Вас крыша? Черепичная? Хорошо этого должно хватить! Подойдите ближе, я Вам объясню, что нужно делать!» – вспоминала Инга диалог с Артёмом в его мастерской в тот момент, когда стояла, смотря в потолок, вежливо ожидая его, а он доставал мешок с инструментами из какого-то большого металлического ящика.
Глава 8 Размышления во время ремонта крыши
– Итак, у Вас есть брезентовое полотнище, чтобы не допустить попадания влаги, а также молоток и несколько гвоздей.
– Во-первых, Вам нужно убрать обломки старой разрушенной черепицы, чтобы получить чистый участок для работы… Кроме того, обязательно закрепляйте ткань по краям с помощью гвоздей, чтобы она не протекала. Это позволит Вам временно устранить Вашу проблему с крышей.
– Это довольно тяжёлая работа, Вы уверены, что справитесь с ней? Вам помочь донести инструменты до дома?
– О нет… нет! Я вполне могу с этим справиться самостоятельно! Я сильнее, чем кажусь с виду, – ответила Инга на вопрос Артёма, обхватив свёрток с инструментами обеими руками и посматривая на него с улыбкой (лишь слегка приподнятые брови выдавали её беспокойство по поводу необходимости доставить грузную поклажу с инвентарём до своего домика в лесной чаще).
– И я просто… просто хотела Вам сказать спасибо… Спасибо Вам большое! – сказала Инга, опустив глаза, и поправив локон своих черных волнистых волос, который вылез из-под капюшона на лоб.
– Ох, нет проблем, милая девушка! Надеюсь, этот скромный набор инструментов поможет Вам решить Вашу проблему, – ответил, Артём, отведя глаза вправо, и почесывая затылок правой рукой.
Инга вспоминала этот диалог, сидя на мешке с инструментами около дома, так как ей нужно было устроить себе передышку, прежде чем начать ремонт крыши.
Инга передохнула, затем сняла свою накидку в виде плаща, сходила в дом и одела вместо платья удобный рабочие штаны, засучив их до колен, и старую майку из хлопчатой ткани.
Она снова подошла к мешку с инструментами, свернутыми в рулон, уперла руки в бока и посмотрела на верх на крышу, раздумывая как же его поднять. Инга попробовала схватиться обеими руками за бечевку – толстую верёвку, которой был крепко перевязан брезентовый рулон с инструментами, раскрутить со всей силы и кинуть вверх на крышу.
Но, к сожалению, у неё ничего не получилось, мешок лишь слегка коснулся края крыши во время своего полёта и соскочил обратно на землю. От бессильной злобы и физической усталости Инга упала на колени и обеими ладонями упёрлась в землю.
«Ладно, я справлюсь», – сказала сама себе Инга и пошла за лестницей в сарай.
Минут через пять она уже махала молотком на крыше, оббивая края растянутого над дырой брезента гвоздями.
Её зеленоглазая черная кошка гуляла рядом на крыше.
– Откуда я могла знать, что это так тяжело? Фу-у-ух, ну, кажется этот водонепроницаемый брезент должен помощь уберечь наше жилище от следующего дождя, – сказала Инга, обращаясь к кошке.
– Да почему-бы и не пустить совершенно не знакомого человека к себе в дом!? А с другой стороны, может быть это было бы и здорово! – рассуждала ведунья.
– Фу-у-ух, вместо того, чтобы просто попросить хорошего мужика о помощи, я тут какой-то ерундой занимаюсь, – продолжила Инга с бешенными глазами, остервенело завязывая узел на коньке – верхней грани крыше, продолжая закреплять брезент.
– Факт в том, что навряд ли мне кто-то ещё согласился помочь, кроме него, сказала Инга, закончив с брезентом, и уже немного успокоившись, и присев на крышу, держа в одной руке молоток, а в другой оставшийся гвоздь.
Кошка тёрлась об левый локоть, во всю мурлыча.
– Хорошая малышка, – сказала Инга, почесывая у неё за ушком.
– Просто это был долгий, долгий день… И мне тоже иногда можно дуться.
– А всё-таки, что-то в его словах запало мне в душу. Не могу перестать о нём думать, – продолжала Инга, отряхивая брезент правой рукой как щёткой.
– Это всего лишь тупой, рыжий мужик, да ещё и низкого роста, а я не могу никак выкинуть его из головы!
– Хотя глаза у него интересные… – она покраснела, её глаза стали как два блюдца, кажется, Инга поняла, что влюбилась в Артёма.
– Нет, нет прочь, все эти мысли, ну что за глупость, делать мне больше нечего! ¬– Инга зажмурила глаза, сказав эти слова, и стала размахивать руками, как будто пытаясь отогнать образ Артёма.
¬– Он был добр с тобой… вот и всё Инга…
Кошка рядом мурлыкала с довольной гримасой на своей мохнатой мордочке.
– Признаю, так рассуждать довольно жёстко, но что же мне остаётся делать, а, как думаешь, Киса?
Глава 9 Дружеское чаепитие перед дорогой
Листья уже опали с большинства деревьев. Лишь одинокие поникшие листочки висели на ветках. Небо было пасмурным. В городе стояла влажная и сырая погода. Ранним утром на многих окнах ещё висели тёмные шторы, хотя яркое утреннее солнце в последние дни было редкостью, скорее наоборот, чаще город навещали тёмные тучи. Возможно люди просто стремились укрыться от посторонних глаз как-можно лучше, так как не доверяли всем вокруг.
«Где он, я точно думал, что у меня есть ещё один», – бурчал в слух Артём в своей мастерской, роясь в ящике с инструментами. «Это странно! Ведь я действительно везде посмотрел», – продолжал он свои размышления, упёршись большим пальцем правой руки в свою угловатую скулу, заросшую рыжей щетиной, а ребром указательного пальца елозя горизонтально то влево, то вправо. Некоторое время он простоял в такой задумчивой позе.
Артём вынул из кармана левой рукой листок, сложенный вдвое, а затем развернув его, стал сверяться со списком нужного ему в командировке инвентаря: напротив каких-то строк уже стояли галочки, какие-то были вычеркнуты.
Он хмыкнул и тут же передёрнулся от сквозняка, подувшего в открытую форточку. Осень наступала и каждый день приближал этот город к зиме, вместе с тем становилось значительно мрачнее и холоднее в каждым следующим оторванным листом календаря.
***
– Так ты едешь в большой город!?
– Похоже, что так! Погода в последнее время это какое-то проклятье, хорошо хоть до наступления заморозков еду, – ответил Артём Ивану, к которому он поднялся (в его магазинчик над мастерской), и который угостил его стаканом горячего чая, заваренного правда из пакетика, но вкусного и щедро сдобренного тремя ложками сахара с горкой, себя он тоже не обделил (перед ним также стоял стакан чая с исходящим от него ароматным водяным паром).
– Послушай Артём, а я думал всё время, что ты любишь этот город!
– Знаешь, Ваня, как бывает, человек предполагает, а судьбы располагает! Да и в последнее время, я чувствую себя как-то не в своей тарелке! А тут, как раз эта командировка подвернулась на две недели! В общем есть вариант съездить, получить новые впечатления! Знаешь, как говорят, себя показать, людей посмотреть!
– Возможно, это как раз-то