Освободи меня

Каждый, кто позволяет себе сломать тебя,

будет сломлен сам.

Пролог

– Здравствуйте, мистер Браун, – неуверенно начинаю. – Мне сказали, что вы хотите меня видеть.

– Конечно, детка! – Моих ушей касается голос человека, которого я меньше всего хотела бы здесь видеть. – И не только видеть.

Он поворачивается на кресле, складывая ладони вместе, и стучит пальцами одной руки о другую, выражая нетерпение. На его лице играет зловещая и не предвещающая ничего хорошего улыбка.

Что происходит? Зачем он меня позвал сюда?

«Дурочкой не прикидывайся, а уходи отсюда», – подсказывает мне мой инстинкт самосохранения.

Я резко разворачиваюсь, стремительно направляюсь к двери и пытаюсь ее открыть, но она не поддается моим попыткам. Она заперта.

«Кто-то закрыл нас снаружи? Что за черт?»

Слышу скрип кресла, а затем характерные, слишком медленные, но уверенные шаги, заставляющие меня напрячься всем телом.

–Тише, тише, не бойся ты так. Мы всего лишь поболтаем с тобой, —шепчет на ухо, проводя указательным пальцем по моему подбородку.

Я поворачиваюсь и выставляю руку вперед в надежде отстраниться от него.

– Марк, что ты от меня хочешь? – спрашиваю, дрожащим голосом, пытаясь собрать все силы внутри себя в кулак.

–Ох, я думаю, ты догадываешься, чего я хочу.

Он улыбается на одну сторону, с силой хватает меня за запястье и тянет к столу, как тряпичную куклу. Другой рукой скидывает с него все бумаги, папки и гаджеты, которые с шумом падают на пол. Я пытаюсь вырвать руку из его цепкой хватки, но, с целью отрезвить меня или унизить еще больше, он бьет меня по лицу. Моя кожа мгновенно загорается от нестерпимой боли, которая распространяется ниже по всему телу.

Марк усаживает меня задницей на стол, обхватывает колени руками и, грубо раздвинув их, становится максимально близко, что меня начинает тошнить от него. Я хочу сдвинуть или поднять их, но он блокирует мои попытки, толкает в грудь, и я падаю на лопатки, ударяясь головой о деревянное покрытие стола.

Одной рукой он удерживает мои, а другой – начинает нагло и неприятно блуждать по моему телу: сжимает до боли грудь, надавливает на шею так, что в глазах начинают кружиться звездочки, утопая в грязной темноте.

– Не надо… Прошу, остановись… – прерывисто шепчу, когда он отпускает мое горло.

Марк лишь шире улыбается, а его глаза чернеют настолько, что, кажется, на меня смотрит сам дьявол, который специально поднялся из глубин ада, чтобы уничтожить меня. Он резким движение руки разрывает мой топ, оголяя грудь, и довольно облизывает губы, изучая голые участки моего тела. С силой сжимает нежную кожу обеими руками, пока я тщетно кричу и умоляю, чтобы он оставил меня в покое. Слезы заливают мое и без того мокрое лицо. Глаза настолько сильно болят, будто наполнены аммиаком.

– Отпусти меня! Я не хочу этого, ты делаешь мне больно!

Я делаю еще одну попытку вырваться из рук этого злодея, но все безуспешно… Я нахожусь в капкане, из которого попросту невозможно выбраться.

– Продолжай, детка, меня только сильнее возбуждают твои попытки дать мне отпор., когда ты пытаешься дать отпор, – говорит он, наклоняясь к моему уху. Он зарывается носом в моих волосах, опускается к уху и до моего оглушающего крика прокусывает мочку, кажется, насквозь.

– Сейчас я трахну тебя, а ты, как хорошая маленькая девочка, будешь стонать от удовольствия подо мной, – шепчет, скользя языком по шее и оставляя жгучий след своим мерзким поцелуем. – Тебе понравится, просто расслабься. Я очень опытен в этом. Наслаждайся каждой секундой, проведенной рядом со мной.

Я чувствую, как его правая рука скользит все ниже по моему телу, опускается между моих бедер. Подняв взгляд на него, я замечаю, как он закатывает от удовольствия глаза.

Когда он тянется к бляшке ремня на своих джинсах, я, пользуясь моментом, освобождаюсь от его хватки и бью его по щеке с такой силой, что моя ладонь начинает пылать и пульсировать.

–Ты, сука, совсем рехнулась?! – он замахивается и бьет меня в висок так, что, если бы я не лежала под ним на столе, я отлетела бы на несколько ярдов. – Я не разрешал тебе распускать свои ручонки, дрянь! Лежи смирно и просто получай удовольствие! Вряд ли тебя когда-либо трахали так, как это сделаю я.

–Отпусти меня, пожалуйста, – снова умоляю его. —Я не могу… я не хоч… – не успеваю договорить, и чувствую внезапную легкость, чувствую, что могу вдохнуть полной грудью.

Он поднимается с меня и отходит в сторону.

–Ну, раз ты сказала «пожалуйста», то конечно, – спокойно отвечает, не сводя с меня глаз, и скрещивает руки на груди.

Я удивленно смотрю на него, но решив не упускать свой единственный, но очень подозрительный шанс на спасение, на ватных ногах поднимаюсь со стола. Прикрывая грудь, порванной тряпкой в виде своего сценического топа, подбегаю к двери и дергаю ручку, стучу кулаками и отчаянно зову на помощь.

– Ты серьезно думаешь, что я трахал бы тебя в месте, в котором к тебе кто-то сможет прийти на помощь? – громко смеется, стоя прямо за моей спиной и опаляя горячим дыханием кожу.

Каждый дюйм моего тела замирает. Последнее, что я чувствую – острое проникновение иглы в свою шею. Я не успеваю его остановить. Приложив руку к месту укола, я ощущаю неприятную пульсацию, растекающуюся по всему телу. Твердое напольное покрытие вмиг пропадает под моими ногами. Мое тело парализовано. Я падаю.

– Теперь ты будешь паинькой.

Он тянет меня по полу за онемевшую руку, поднимает и, развернув к себе спиной, укладывает на стол так, что моя грудь, живот и лицо ощущают всю жесткость холодной поверхности. Я стараюсь сосредоточиться на дыхании, но у меня не получается… В этот момент я окончательно поняла, что у меня больше нет ни выхода, ни единого шанса спастись.

Я виновата в том, что оказалась здесь.

Я виновата, что согласилась на эту работу.

Я виновата, что зашла в этот кабинет.

Я виновата, что попала в лапы зверя.

И теперь мне не удастся сбежать…

***

Я выныриваю из своих воспоминаний, чувствуя, как волна страха окатывает меня с головы до головы. Это он. Здесь. Стоит напротив меня. Я снова пришла в логово хищника.

Я стою и не могу отвести взгляда от человека, который разрушил мою жизнь. Прямо сейчас я могу нажать на курок – освободиться от оков своих кошмаров, стать свободной, расплатиться с ним и попрощаться со своей болью. Но почему я смотрю на него и не могу ничего сделать? Почему я просто не выстрелю? Мне же станет легче, так ведь? Или не станет?

С ним что-то не так? Он не узнает меня? Он не помнит, что со мной сделал?

– Ты не ошиблась с гнездышком, птичка? – интересуется парень, приподняв одну бровь.

Его лицо выглядит точно так же, но вот голос… голос не похож на тот, который преследовал меня в кошмарах последние шесть лет.

Часть I

«Сломай меня»

Глава 1

ДЖОСЕЛИН

Остался ровно месяц до того дня, о котором я мечтала всю свою жизнь – моего переезда в Нью-Йорк и поступления в Бронкскую академию искусств и танца. Каждый день я просыпаюсь с одной мыслью: еще чуть-чуть, и я сбегу из этого города, из своего дома, который снаружи кажется таким красивым, а внутри – таким холодным и пустым. Совсем скоро я буду свободна.

Сейчас я стою на автобусной остановке и легонько пинаю носком своих стареньких кроссовок мелкие камушки на дороге. В наушниках играет любимый трек группы Chase Atlantic, усиливая мои чувства. Вечерний город утопает в полумраке, и, когда я вижу свет фар приближающегося автобуса, на автомате хватаю с лавочки подарочный пакет и подхожу к самому краю дороги. Вскоре я уже в салоне автобуса, занимаю место в конце и погружаюсь в свои мысли о будущем.

Но мой телефонный звонок возвращает меня к реальности. Это Кайл.

– Привет, Блуми! Ну что, где ты пропала? Мы уже на месте, ждем тебя. Или ты передумала? – с иронией в голосе спрашивает он, и я представляю, как его лицо иронично перекошено в ухмылке.

Ах, да, я та самая «хорошая девочка», которая не ввязывается в сомнительные авантюры и старается быть примерной дочерью. Но сегодня все будет иначе. Сегодня я собираюсь стать «плохой девчонкой», потому что у моей лучшей подруги день рождения, и она решила отметить его в своем стиле – слегка безумно.

– Только что села в автобус. Буду через десять минут, – отвечаю, мельком взглянув на часы.

– Ждем. А то Эшли уже готова что-нибудь натворить! – с усмешкой добавляет он.

– Не сомневаюсь, – закатываю глаза. – Только постарайся предотвратить катастрофу, ладно?

Я смотрю в окно автобуса на мерцающие огни города, отражающиеся в мокрых лужах после дождя, когда до меня снова долетает голос:

– Джо, давай быстрее! – кричит Эшли, едва ли не в полуопьяненном состоянии.

– Скоро буду, – коротко отвечаю и сбрасываю звонок.

Через пару минут я оплачиваю проезд и выхожу на нужной остановке. Оглянувшись, уверенно направляюсь к клубу, где работает Эшли.

– А вот и наша главная «бунтарка»! – встречает меня Эшли с громким смехом, крепко обнимая, и мы обмениваемся улыбками.

– С Днем рождения, Эшли! Вот, держи, это тебе, – с улыбкой протягиваю ей блестящий пакет.

– Неужели это то, о чем я думаю? – смеется она, заглядывая внутрь.

– Посмотри сама, – многозначительно подмигиваю.

– УНАГИ! О мой Бог, Джо, ты серьезно? – визжит она, развернув толстовку с культовой надписью из сериала «Друзья». Эшли бросается ко мне в объятия.

– Ну хватит уже, фанатка Росса, – поддевает ее Кайл, слегка толкнув локтем. – Давайте уже зайдем в клуб.

Мы заходим внутрь, и меня сразу же захватывает атмосфера: клубные огни слепят глаза, музыка гудит так громко, что внутри будто начинается ураган эмоций. Я чувствую, как внутри меня танцуют гнев, радость, страх – все мои чувства перемешались в один дикий коктейль. Подойдя к барной стойке, мы с Кайлом садимся на высокие стулья, а Эшли, взволнованная, скрывается в подсобке, чтобы убрать подарок.

– Что будете заказывать, леди и джентльмены? – спрашивает Эшли, вернувшись за барную стойку с игривой улыбкой.

– Я ничего не буду. Я с вами готова повеселиться, но пить не буду, – твердо заявляю, подняв руки.

– ЗА-НУ-ДА! – наигранно разочарованным тоном протягивает Кайл, заказывая ром для себя и маргариту для Эшли.

– Ну что? – Эшли искоса смотрит на меня, пытаясь прочитать мои мысли. – Ты же понимаешь, если мама учует от меня запах алкоголя, мне конец.

– Когда же ты станешь по-настоящему свободной? – бросает Кайл, быстро выпивая свой шот.

– Остался ровно месяц, и я уеду. Через это время у меня будет нужная сумма, и я смогу спокойно покинуть этот город.

– Почему ты не хочешь поработать здесь? Ты прекрасно танцуешь, и, я думаю, для тебя это будет хорошей практикой перед академией. Да и платят здесь гораздо больше, чем на твоей автомойке. Ты за неделю здесь заработаешь, как за два месяца там, – настаивает девушка, допивая коктейль и заказывая еще один.

– Это слишком. Я не смогу танцевать, как эти девушки. Да и как я объясню это маме?

– Никак. Вот, посмотри туда, – Эшли разворачивается и указывает в сторону, где девушка в маске и розовом парике грациозно двигается вокруг пилона. – Здесь ты можешь быть кем угодно, милая.

– Все равно не могу. Лучше буду проводить время с водой, пеной и машинами, – отвечаю, отрицательно качая головой.

Закончив «набираться храбрости» в клубе, мы направляемся исполнить мечту Эшли: раскрасить стены ее родного района, чтобы он стал красочнее, живее и веселее.

Она выросла в месте, где каждый день был серым, скучным и грустным. И сейчас она хочет подарить радость людям, чтобы они, по пути на работу, видели и понимали, что даже в самом тусклом месте есть крошечный намек на свет. Поэтому мы здесь – одеты во все черное, с кепками на головах, с темными масками, скрывающими нижнюю часть наших лиц, и с рюкзаками, наполненными баллончиками с краской.

– Ну что, ребятки, готовы? – скорчив рожицу, спрашивает Эшли, потирая руки друг о дружку.

– Да, обезьянка, готовы, – Кайл поправляет капюшон на голове девушки и протягивает нам инструменты.

Отойдя на небольшое расстояние, я приступаю к работе, взмахивая баллончиком по поверхности стены. Я настолько вживаюсь в роль художницы, что не замечаю, как летит время. Использовав пять баллончиков краски, я заканчиваю свой рисунок и оцениваю свое творение.

Нет, я, конечно, не художница, как Эшли, но в школе рисовала неплохо. Со стены на меня смотрит птица с крылом, перевязанным яркими разноцветными бинтами. Птица, вырывающаяся из клетки, стремится к долгожданной свободе, пусть и через потери, но она обязательно достигнет своей цели. Рядом с ней идет девушка с яркими лентами в волосах – олицетворение этой самой птицы, и она тоже движется к своей мечте.

– Джо, ты точно в танцевальную академию собралась? – спрашивает Кайл, открыв рот от восхищения.

– А ты, я смотрю, сам метишь в художники? – ухмыляюсь, кивая на рисунок Кайла. – Нет, Кайл, нам там точно нечего делать, – скрещиваю руки на груди и качаю головой, разглядывая картину, созданную подругой.

Мы стоим и любуемся творчеством Эшли. Она оживила этот район: на стене нарисован зеленый, спокойный и красочный лес. Высокие деревья, между ними стоит одинокий олененок, а позади него яркими бликами проскальзывают солнечные лучи, как бы намекая, что несмотря ни на что, каждый его день будет светлым и радостным.

– Ребята, нужно уходить! – кричит Эшли, указывая на противоположную сторону, откуда доносится гул сирен приближающейся полицейской машины.

Мы переглядываемся, закидываем рюкзаки на плечи и разбегаемся в разные стороны. Я чувствую, как пыль поднимается под ногами, оседая на моих джинсах, а внутри нарастает чувство тревоги. Адреналин бьет в висках и холодной волной разливается по венам.

Я почти добегаю до поворота на улицу, где живет Эшли, как вдруг спотыкаюсь о развязавшийся шнурок. Быстро прячу его внутрь кроссовка, наклоняясь на ходу. Оглянувшись, замечаю, что полицейская машина уже всего в двадцати метрах от меня, а моих друзей нигде не видно. Поднявшись, я сворачиваю на соседнюю улицу, и, бросив взгляд на припаркованную у аптеки машину, решаю перебежать через дорогу. Замедлив шаг, осторожно пробираюсь к пассажирской двери, стараясь привлечь как можно меньше внимания.

«Хоть бы была открыта», – мысленно прошу, закрыв глаза и прикусив нижнюю губу.

Дергаю ручку двери и, облегченно вздохнув, забираюсь на пассажирское сидение, наклоняя голову максимально низко к бардачку.

– Да, детка, через пять минут буду, – слышу я низкий голос человека, который тянется за ручкой водительской двери, он проникает внутрь и бросает в мою сторону несколько коробочек, которые бьются о меня и вместо сидения приземляются на пол.

«Ну, конечно, презервативы, что еще может купить в аптеке парень? Не лекарство от кашля ведь, правда?»

– Твою мать! – рычит парень, взглянув в мою сторону, и убирает телефон в карман толстовки. – Ты еще кто такой? Что ты забыл в моей машине? Украл что-то? Показывай! – кричит он и грубо тянет меня за рукав.

Я поднимаю испуганный взгляд и бегло изучаю его лицо: передо мной красивый парень с полными губами в солнцезащитных очках. Его растрепанные волосы небрежно падают на лоб, почти прикрывая морщинку между густыми бровями.

«Ну вот и все. Надо будет сказать Эшли, чтобы приносила мне еду в тюрьму».

– Почему молчишь? Немой, что ли? – недовольно вглядывается парень в мое лицо.

«Немой? Значит, он думает, что я парень? Джо, ну конечно, видела бы ты себя: вся в черном и с маской на лице».

Я отвожу взгляд и утвердительно киваю. Глянув в окно со стороны водительского сидения, я замечаю мигающие красно-синие огни и рефлекторно пригибаюсь в сторону бедер парня.

– Совсем с ума сошел!? – орет он, пытаясь оттолкнуть меня, но я поднимаю голову и киваю в сторону удаляющейся полицейской машины. Скрещиваю руки в знаке мольбы, отворачиваюсь и мечусь между рулем и его джинсами. – Вылезай! Они уехали!

Я слегка приподнимаюсь и осторожно осматриваюсь. Он прав, теперь можно выдохнуть. Обрадовавшись, тянусь к дверной ручке и собираюсь выйти из машины, но он ловит меня за руку и неожиданно спокойно спрашивает:

– Что ты натворил? Надеюсь, мне не придется жалеть об этом всю жизнь?

Я качаю головой и показываю отрицательный жест, затем киваю на дом с его стороны, чтобы он отвернулся. Пользуясь моментом, пока он с хмурым лицом изучает здания, я возвращаюсь к дверной ручке и быстро выскальзываю из машины.

Убегая от машины и незнакомца, мысленно благодарю его за временное укрытие и, как мне казалось, с дикой скоростью заворачиваю за угол здания. Прислоняюсь к стене, чтобы перевести дыхание, слышу поблизости рев мотора и думаю, какой «замечательный» денек выдался.

Не знаю, что мной движет – адреналин в крови или пары алкоголя из клуба, который я недавно посетила, – но я решаюсь на кое-что необычное: сбросить толстовку, кепку и маску и быстро спрятать все в рюкзак. Оставшись в коротком топе и узких черных джинсах, распускаю и кое-как расчесываю пальцами волосы и иду в сторону дома Эшли легкой, непримечательной походкой.

Оборачиваюсь и замечаю, что мой «защитник», оглядываясь по сторонам, ищет сбежавшего «преступника». Когда я пересекаю дорогу на перекрестке, он резко тормозит прямо передо мной, и, распахнув глаза, встречаюсь с его угрюмым взглядом через лобовое стекло. Это напоминает столкновение двух самолетов в небе – последствия могут быть плачевными, но они неизбежны. Встряхнув головой, я прихожу в себя, отворачиваюсь и быстрым шагом двигаюсь к подруге.

«Ну и денек получился. Вот это мы отметили день рождения».

Глава 2

КСАВЬЕР

Откинувшись на спинку пассажирского сидения машины своего лучшего друга, я стягиваю на переносицу очки, протираю указательными пальцами глаза и прикрываю их, наслаждаясь успокаивающей тишиной автомобиля.

Услышав звук открывающейся двери, я смотрю на водителя.

– Ты выглядишь не очень, парень! – говорит Шон и протягивает мне банку с энергетическим напитком.

– Ты себя видел? – возмущаюсь, приподнимая брови. – Как будто ты всю ночь провел в аквариуме с алкогольными рыбками.

– Да ладно тебе, все настолько плохо? – резко поворачивает к себе зеркало заднего вида и рассматривает в нем свое отражение.

– И не был я ни с какими рыбами. Ты знаешь, что мы с Элизой просто немного поругались и я ушел в себя. Я верен твоей сестре и себе в первую очередь, так что заканчивай нести чушь. А вот, чем ты вчера занимался – это уже интересно, – кивает в мою сторону и заводит двигатель автомобиля.

– Десять из десяти, Шон! – хлопаю в ладоши, выражая свою похвалу. – Я верю тебе. А что касается меня, то я неплохо провел время с Мелиссой.

– Ты же не любишь ее.

– У нас это взаимно. Мы просто друг другу немного помогаем, когда нет других вариантов, – улыбаюсь и делаю глоток напитка.

– Удобно устроился! – посмеиваясь подмечает Шон. – Смотри, – мы проезжаем вдоль старых зданий, и он поворачивает голову в сторону одного из них. – Кажется, вчера днем этого не было, неплохо постарались!

Я разворачиваюсь и смотрю на здание, замечая три художественные работы. Мое внимание привлекает самый дальний: покинувшая клетку птица и символично идущая рядом девушка – выглядит красиво и в этом есть смысл.

Я задумываюсь и вспоминаю о вчерашней случайной встрече с худощавым пацаном, который пробрался в мою машину. Я видел на его толстовке и маске пятна краски, но не предал этому особого значения. Это должно быть был он. Он автор этого творчества.

«Что же… Неплохо.»

– Я, кажется, знаю человека, который мог это нарисовать, – задумчиво произношу, продолжая рассматривать рисунки.

– У тебя есть знакомые райтеры?

– Нет, видел его вчера.

– Где? На вечеринке?

– Нет, у себя в машине.

– Что? – поперхнувшись напитком, спрашивает друг, резко затормозив на красный сигнал светофора.

– Это случайность. Но теперь все сходится. Он прятался от копов и, видимо, заметив мою тачку решил, что варианта лучше он не найдет, поэтому и залез внутрь.

– А ты как обычно не закрыл ее? – вопрос звучит риторически.

– Какой в этом смысл, если я отошел всего на две минуты? – Шон пожимает плечами и оставшееся время мы проводим в тишине.

Я захожу в дом и сразу направляюсь в ванную комнату. Сбросив с себя одежду, я становлюсь под прохладный душ и прислоняюсь к стене кабины, в попытке охладиться и освежить голову. Когда я закрываю глаза и начинаю расслабляться, слышу пронзительный крик младшей сестры за дверью:

– Ксави! Выходи! Хватит тратить воду! – возмущается Элиза и стучит по двери.

Я глубоко вздыхаю и, выключив воду, вытираю мокрые капли с тела и оборачиваю полотенце вокруг своих бедер. Захожу в комнату и замечаю, что на моей кровати сидит раздраженная сестра, покачивая ногами вперед и назад. Она морщит свой носик и скрещивает руки на груди – так похожа на маму из моих воспоминаний. Я искренне улыбаюсь ей и иду в гардеробную, чтобы надеть на себя шорты и футболку.

– Ксав, что там произошло? Он мне изменил, да?

Слышу, как Элиза поднимается на ноги и нервно ходит из стороны в сторону. Я подхожу к ней и, протирая влажные волосы полотенцем, останавливаюсь напротив нее.

– Малышка, успокойся! Я знаю Шона больше десяти лет и доверяю ему, как себе. Он не поступит так с тобой, он тебя очень любит. Я думаю, что он не просто так долго добивался тебя, чтобы в момент ссоры спустить все дерьмо в унитаз, – я успокаиваю сестру и легонько обхватываю обеими руками ее плечи, заставляя посмотреть в мое лицо. – Тем более я там был и видел, как твой парень не подпускал к себе никого, кроме меня и тонул в алкоголе, пытаясь забыться.

– Ты же был с Мелиссой.

– В тот момент, когда я ушел с ней, Шон уже вырубился на диване в объятиях подушки, пуская на нее слюни. Если это считается за измену, то я помню, как она выглядит и, если что, помогу тебе найти и выпустить из нее внутренности.

Элиза улыбается и обнимает меня, уткнувшись носом в мое плечо. Мы отстраняемся друг от друга, когда слышим, как дверь моей комнаты с грохотом бьется о стену.

– Ты посмотри, какая идиллия! – поставив одну руку на стену, говорит наш брат. – Братик утешает бедную сестренку, – корчит гримасу умиления и жалости, и подходит немного ближе к нам. Я отправляю за спину Элизу и выхожу вперед. – О, так ты у нас герой, оказывается? Брат, что же ты ее не защитил вчера, пока трахал Мелиссу? – он кивает в сторону сестры.

Я оборачиваюсь и смотрю на Элизу, которая нервно дергает рукава своей толстовки и опускает их максимально низко.

– Что он сделал? – спрашиваю я, стараясь не звучать слишком обеспокоенно.

– Ничего, – по испуганному взгляду и резкому ответу я понимаю, что она лжет.

– Да, ничего я не делал, она все сделала сама, правда, сестренка? – невозмутимо произносит брат.

Я разворачиваюсь и смотрю на него с такой яростью, что, кажется, еще немного и мои уши начнут дымиться.

– Еще раз спрашиваю, что ты сделал!? – беру за грудки брата и трясу его.

– Эй, брат осторожнее, тебе ведь не нужны проблемы. Убери руки от меня! – брезгливо выставляет руки вперед.

– Ты же знаешь, если тебе что-то нужно, ты должен обращаться ко мне! Какого хрена ты полез к ней?! – трясу его и киваю в сторону сестры.

– Она сидела дома и ничего не делала, поэтому я послал ее, вместо тебя. Она отказалась. А ты ведь знаешь – отказы я не принимаю, поэтому она и расплатилась. Скажи спасибо, что ее никто не трахнул вче…! – он не успевает договорить.

Я замахиваюсь и бью его в лицо, один, два, три раза. Понимаю, что пути назад уже нет.

– Ксави, прекрати! Ничего не было, я в порядке! – умоляет со слезами на глазах сестра, вцепившись в мою руку.

– Да, Ксави, прекрати, а то отец узнает, что его дочь такая же шлюха, как и ее мать и выгонит ее.

Ну все. Это последняя капля.

Я замахиваюсь и бью его прямо в нос, очевидно, ломая его, но брату все равно, из-за дряни, которую он употребляет, он ничего не чувствует, а лишь широко улыбается.

– Проваливай из моей комнаты! Не смей приближаться ни на шаг к Элизе! И дружкам своим передай, чтобы даже не смотрели в ее сторону, иначе будут иметь дело со мной, – толкаю его в сторону двери, но он падает.

– Завтра, в семь вечера в том же месте, что и прошлый раз. Заберешь то, что мне нужно, защитничек, – бросает в меня последнюю фразу и, поднявшись с пола, плетется к выходу.

– Ксави, зачем ты это сделал? – спрашивает Элиза, часто моргая и шмыгая носом.

Она вытирает рукавом толстовки свои щеки, подходит ко мне и садится рядом на пол, прислоняясь спиной к кровати.

– Элиза, я его предупреждал.

– Но ты же почти с ним рассчитался, зачем снова в эту яму лезешь? Ты же знаешь, что это опасно!

– Знаю, – коротко отвечаю и притягиваю ее к себе, укладывая голову на свое плечо. – Но скоро все закончится, я тебе обещаю.

– Ксави, как вы можете быть такими одинаковыми снаружи и такими разными внутри? – спрашивает сестра и крепко сжимает мою ладонь.

– Не знаю, малышка, не знаю.

– Я так тебя люблю, Ксави, – тихо произносит Элиза и я, чмокнув ее в макушку, отвечаю тем же.

Следующим вечером я отправляюсь на встречу с дилером, чтобы забрать очередное дерьмо для брата – гарантия того, что он оставит в покое Элизу. Я рискую быть пойманным, но ради сестры, я готов сделать все возможное и невозможное. Она для меня самый родной и близкий человек, от которого веет теплом, заботой и любовью. Она последнее, что осталось у меня от мамы.

Все свое детство я старался оберегать ее и всюду брал с собой, пока отец занимался развитием своего бизнеса, заключал сделки и ездил по командировкам.

Когда ей исполнилось шестнадцать, она впервые пошла со мной на вечеринку, на которой я увидел интересную картину: моя младшая сестра сидела на диване и целовалась с моим лучшим другом. Тогда мы с ней впервые по-крупному поссорились, а Шон остался с разбитым лицом лежать на том же диване. Элиза утверждала, что давно влюблена в парня, а тот, в свою очередь, говорил, что добивался ее внимания целый год и ему в конце концов это удалось. Он все это время любил ее по-настоящему.

Услышав их историю, я понял, что хочу, чтобы моя сестра была счастлива и, если она испытывает это чувство рядом с Шоном, то я буду только рад этому.

С того момента они проводили много времени вместе, но, к сожалению, из-за мнения отца о том, что до двадцати одного года она должна находиться под крышей нашего дома, она не может никуда переехать.

Это правило придумал отец для всех своих детей и только, когда мы станем совершеннолетними, мы сможем сами распоряжаться своей жизнью, но до тех пор должны следовать выдуманным законам отца. Мне и Марку осталось ждать всего три месяца. Но я не смогу оставить свою сестру одну, поэтому до ее совершеннолетия буду работать в компании отца; это было его очередное условие.

Я подъезжаю к месту назначения и замечаю, что на парковке стоит тонированный крузак. Я выхожу из машины и быстрым шагом направляюсь к нему, сажусь на заднее сидение.

– Марк снова отправил тебя? – интересуется парень, выпуская клубы дыма из легких и глядя в зеркало на меня.

– Как видишь. Принес? – я решаю закончить все быстро.

– Таким как Марк, этого хватит всего на пару дней, – человек протягивает мне небольшую коробку и, открыв ее, я вижу три пакетика дряни. Достаю из внутреннего кармана спортивной куртки конверт и протягиваю ему необходимую сумму. Я тянусь к дверной ручке, чтобы убраться отсюда.

– Слушай, ты не хочешь поработать на меня? Как там тебя? Ксавьер, правильно? – поворачивается вполоборота и я вижу на его щеке рваные порезы.

– Нет, это последний раз, когда мы видимся, поэтому нет смысла знакомиться ближе и сотрудничать, – сжимаю зубы и выхожу.

Оглядываюсь по сторонам и, не заметив никого подозрительного, иду к своей машине. Завожу двигатель и еду в тишине в сторону дома.

Громко, хлопнув входной дверью, я иду в комнату брата и бросаю коробку на его кровать, где он отсыпается после «бурной» ночи. Закатив глаза и сжав руки в кулаки, я захожу к себе и быстро собираю сумку, чтобы отправиться в зал. Мне срочно нужно отвлечься.

Я звоню сестре, сообщаю, что меня некоторое время не будет и, если что, пусть звонит мне. Но оказывается, они помирились с Шоном и сегодня у них свидание. Меня это успокаивает. Если Элиза рядом с ним, я могу не беспокоиться, что с ней что-то может произойти.

Когда я вхожу в спортивный зал, сразу же чувствую запах пота и медицинских препаратов. Я переодеваюсь, перевязываю кисти и делаю легкую разминку перед началом занятий. Стоя напротив боксерской груши, представляю, что ударяю того, кого хочу наказать. Постепенно отпуская злость, становится легче и спокойнее.

– Не завидую человеку, который осмелится перейти тебе дорогу, – протягивая мне бутылку с водой, говорит высокий парень с коротко стриженными волосами.

– Не завидуй, – огрызаюсь я, но забираю предложенный напиток и делаю несколько жадных глотков. – Кто ты такой?

– Хм, я здесь новенький. Зал, в котором я тренировался раньше, закрыли и мой тренер сказал, что я могу приходить сюда по вечерам и заниматься. В этом году я собираюсь в армию, поэтому мне нужна хорошая физическая подготовка, – объясняет парень и подходит ближе, бросая сумку на пол.

– Как зовут?

– Кайл Холмс, – протягивает руку парень.

– Ксавьер Элфорд, – пожимаю в ответ предложенную им руку.

– Мне сказали, что в это время здесь никто не занимается и я не ожидал здесь никого встретить. Я люблю тренироваться в одиночестве.

– Я уже ухожу. Можешь спокойно готовится к армии. Удачи! – отсалютовав ему двумя пальцами у виска, я разворачиваюсь и, прихватив сумку с вещами, направляюсь в раздевалку.

После тренировки я езжу по городу, и автомобиль сам привозит меня к зданию с граффити, которое мы вчера видели с Шоном. Я включаю на телефоне беззвучный режим и выхожу из машины. Под звуки расслабляющей музыки, сажусь на капот и пью кофе. При свете фонарей, этот рисунок выглядит еще интереснее, я рассматриваю его детали почти час и не замечаю, как пролетает время. Есть в этом творении что-то завораживающее и успокаивающее.

Я возвращаюсь домой, когда все уже спят. Захожу в комнату Элизы и, убедившись, что с ней все в порядке, целую ее в лоб и иду в свою комнату. Стягиваю с себя толстовку и бросаю ее на стул, следом летит футболка и я чувствую назойливую вибрацию телефона в заднем кармане джинсов.

– Ксав, дорогой, на завтра ничего не планируй! Мы идем на вечеринку в честь дня рождения моей подружки! – тонким голоском произносит Мелисса, явно прикусывая губу и перебирая прядь волос на той стороне разговора, как обычно любит делать эта девушка.

– У меня завтра тренировка вечером, – я решаю отказаться.

– Я пригласила Элизу и Шона. И они уже согласились. Ты просто обязан прийти!

«Блять, неужели Шон не мог меня предупредить!?»

Я слышу входящее сообщение и отрываю телефон от уха, смотрю на экран.

«Все-таки предупредил.»

– Мелисса, ты сейчас серьезно пытаешься манипулировать мной через сестру и друга? – раздраженно спрашиваю ее.

– Все знают, как ты ее оберегаешь, и ты не позволил бы ей быть там без тебя! – давит на жалость. – А я вообще-то скучаю по тебе и именно поэтому мне ничего не остается делать, кроме как звать сначала их, а потом тебя, и быть уверенной в том, что ты не откажешь! Увидимся завтра, любимый, целую! – быстро произносит Мелисса и бросает трубку, так и не услышав от меня очередную порцию отрицания.

– Твою мать! – говорю сам себе, закрывая разгоряченное от раздражения лицо ладонями и обессилено падаю на кровать.

Я решаю, что следует напомнить Мелиссе о характере наших «отношений», а то она уже слишком заигралась. С этими мыслями я закрываю глаза и вырубаюсь, так и не сняв с себя джинсы.

Утром, как обычно, я иду на пробежку. В наушниках играет громкая музыка, а вокруг меня ни души, кажется, что даже птицы и животные все еще спят. Останавливаюсь около озера и рассматриваю окружающую меня природу, позволяю свежему и прохладному воздуху проникать в мои легкие.

Когда я возвращаюсь домой, меня уже ждет завтрак: омлет и чашка крепкого черного кофе. Только Элиза знает, что нужно мне по утрам, чтобы чувствовать себя бодрым и наполненным. Я быстро принимаю душ и спускаюсь обратно, целую сестру в макушку и сажусь рядом с ней.

– Ты сегодня раньше, чем обычно, – задумчиво произносит Элиза, поглядывая в экран своего телефона и даже не пытается скрыть улыбку. Судя по всему, общается с Шоном.

– Да, спал не очень хорошо и решил избавиться от навязчивых мыслей. Спасибо за завтрак, сестренка, – отрезаю кусочек омлета и отправляю его в рот.

– Ты знаешь о сегодняшней вечеринке? Мы ведь пойдем? Я очень хочу развеяться, – Элиза убирает телефон в сторону и опускает взгляд на мои руки.

– Если ты очень хочешь, то пойдем. Только ты поедешь на машине Шона, а мы с ним после тренировки приедем на моей, договорились?

– Конечно, братик! – вскакивает на ноги и радостно хлопает в ладоши. Подходит ко мне, быстро обнимает со спины и бежит вверх по лестнице в свою комнату, вероятно, выбирать себе наряд на вечер.

Когда мы приезжаем на тренировку, нас ставят в спарринг друг против друга. И мы, уже по привычке, договариваемся о пари: кто проиграет, выполняет задание победителя.

Так, однажды, в середине осени, Шон прогуливался по улице в костюме Бэтмена и раздавал подарки. Он привлек к себе внимание всех прохожих и прославился в местных новостях, как «супергерой». А когда проиграл я, то устроился на должность курьера в службу доставки еды на неделю, заказывал еду за свой счет и раздавал ее бедным. Эдакий современный Робин Гуд.

У каждого из нас всегда есть стимул стать победителем: никто из нас не поддается, и никто не провоцирует. Но ближе к концу боя, я чувствую ноющую боль в плече, видимо вчерашняя тренировка все-таки оставила неприятный сюрприз в виде растяжения.

– Ксав, ты точно не поддавался? – спрашивает меня Шон в раздевалке, снимая бинты с рук и вытирая ими выступающий пот на лице.

– Нет, не поддавался.

– Тогда ты помнишь уговор?

– У тебя уже приготовлено задание, признайся? – закрывая шкафчик с вещами, спрашиваю его.

– Ну-у-у, прежде чем его озвучить, я хочу, чтобы ты знал, что желаю тебе только самого лучшего, – Шон поднимает руки вверх и отступает на несколько шагов назад.

– Говори.

– В общем… Ты и Мелисса. Ты же понимаешь, что тебе надо это заканчивать? Она… – он прерывается и руками показывает «взрыв» мозга. – С ней даже не о чем разговаривать. Она все время проводит в телефоне или в магазинах одежды. Все видят, что ей важны только деньги и твоя внешность, ведь ты так хорошо смотришься на фотографиях для ее блога, ты ведь это знаешь? – он делает паузу и смотрит на мою безразличную реакцию. – Да, может секс с ней хорош, но на нем далеко не уедешь. Ты ведь понимаешь, что тебе не нужна такая, да? Ты другой.

– Ты хочешь, чтобы я ее бросил? – выгнув бровь, интересуюсь я.

– Вообще я хочу, чтобы ты нашел себе кого-то адекватного, – быстро отвечает Шон. – Но сейчас у меня есть для тебя интересное задание и оно с небольшим подвохом, – он коварно кривит улыбку и в его глазах появляется озорство. – Ты должен познакомиться с первой попавшейся девушкой и сделать так, как это обычно делает твой брат.

– Что за хрень, Шон? – возмущаюсь, сдвинув брови, и смотрю прямо в его глаза.

– Это просто пари! – успокаивает он, выставляю руки в оборонительную позу. – Ты ничем не будешь обязан этой девушке. Я просто хочу доказать тебе, что любая будет рада быть на месте Мелиссы, и чтобы ты не чувствовал себя уродом, притворись своим братом, – продолжает настаивать на своем.

– Я не он. Я не такой как мой брат, Шон.

– Я знаю. Поэтому я и предупредил тебя, что хочу для тебя только лучшего. Но я думаю, что будет весело, если мы сделаем небольшое усложнение.

Я стою и смотрю в одну точку, переваривая его предложение. Это задание – не один из тех добрых поступков, которыми мы обменивались раньше. Это какой-то бред, и зачем мне это делать, я до сих пор не понимаю.

– Ксав, ты знаешь, что я тебя люблю, – Шон подходит ко мне, – и, если ты не хочешь, я придумаю что-то другое, – я смотрю на лицо своего друга и думаю, что я потеряю, выполнив это задание? Это даже кажется забавным.

– Ладно, поехали. Но знай, я думаю, что это бред и это ни хрена не сработает, – улыбаюсь на одну сторону и машу головой из стороны в сторону. – Главное, чтобы первая встречная не оказалась старушкой с тринадцатью котами. На такой расклад я не согласен.

– Я выберу хорошенькую, не переживай, – смеется Шон и, схватив спортивные сумки, мы выходим на парковку, обговаривая дальнейший план действий.

– Блять, что за хрень!? – возмущаюсь, глядя на стекающую темную жидкость с лобового стекла на капот моего матового автомобиля Aston Martin.

– Это похоже на кофе, – друг наклоняется к капоту. – По пути заедем на автомойку, я знаю хорошую, нас там быстро обслужат и поедем на вечеринку, – друг кладет руку на плечо и, хлопнув по нему дважды, идет к пассажирской двери.

Проехав два квартала, мы сворачиваем на перекрестке, и я вижу вывеску «Josh-car wash» (Мойка Джоша). Мы стоим там десять минут, а после нас жестом приглашают проехать внутрь помещения с высоким потолком, на котором размещены яркие лампочки, в стенах встроены специальное оборудование для чистки машин, а в самом конце зала стоит барный стол, сзади которого располагаются автоматы с напитками и легким перекусом.

– Я нашел, – задумчиво произносит Шон, глядя и кивая подбородком в сторону. – Давай ее? Вроде симпатичная. Так, ну, ты тут занимайся, а я пойду пока кофейку выпью. Удачи, друг! – говорит Шон и, улыбаясь и насвистывая себе под нос, выходит из машины.

Я следую за его взглядом и замечаю стройную девушку невысокого роста в оранжевом комбинезоне, на котором уже успели образоваться небольшие пятна, вероятно, от средств по уходу за автомобилем. На ее ногах поношенные кроссовки популярного бренда, по бокам которых красуется белый бумеранг. На голове черная кепка с тем же логотипом и завязанные в хвост волосы насыщенного цвета горячего шоколада. Она стоит и держит бумажный стаканчик в руках, задумчиво и, кажется, немного напряженно глядя на мою машину.

«Конечно, она у меня красотка».

Выйдя из машины, я легонько прикрываю дверь и походкой хищника направляюсь к девушке.

«Ну что же, играем роль бэдбоя и влюбляем в себя девчонку? Отличный план, Шон. Но что-то мне он уже не очень нравится. Прости, птичка, но сегодня не твой день.»

Глава 3

ДЖОСЕЛИН

«Нет, этого не может быть.»

Дрожащими руками я держу стакан крепкого кофе в руках и смотрю на лобовое стекло того самого автомобиля, в котором пряталась пару дней назад.

Серьезно, если бы выдавали премию за попадание в нелепые ситуации, я бы точно стала ее призером.

Сегодняшний день – одно сплошное расстройство. Мало того, что с утра мне хорошенько досталось, ведь мама была настолько нестабильной, что обвинила меня в том, что она приготовила пересоленную кашу на завтрак. В том, что ее машина сломалась тоже оказалась я виновата, ведь не напомнила ей вчера отвезти ее в сервис. К слову, я сказала ей об этом трижды, но она была слишком занята своими документами, чтобы слушать меня. И моя вина, что ее костюм на сегодняшнее мероприятие был в химчистке, а я его не забрала, хотя даже не знала об этом. Так еще и на работе меня ожидает вот такой сюрприз.

Это должно быть шутка? Что-то мне совсем невесело…

Из машины выходит пассажир: высокий, смуглый, симпатичный парень моего возраста, на нем белая футболка и синие джинсы, его волосы скрывает белая кепка с логотипом популярного бренда. Когда он подходит немного ближе, я рассматриваю его лицо: его улыбка выглядит загадочной, а глаза блестят, выражая интригу. Мой взгляд опускается ниже, и я обращаю внимание на его татуировку, которая полностью перекрывает правую руку – красиво, но вряд ли я смогу сделать себе что-то подобное, как бы сильно мне этого хотелось.

– У меня есть девушка, но мне приятно твое внимание, – улыбается парень, взглянул через плечо на автомобиль и, подойдя к автомату, заказывает себе напиток.

– Я на вас и не претендую, – отвечаю, допивая свой уже остывший кофе.

– Значит мы можем подружится, я Шон, – протягивает мне руку парень и я смотрю на него исподлобья, показывая своим выражением лица, что абсолютно не заинтересована в знакомстве. Выбрасываю пустой стаканчик в мусорное ведро и прохожу мимо парня, приближаясь к машине.

Глубоко вдохнув, я собираю все силы в кулак, и натягиваю самую привлекательную из всех возможных улыбок на лицо, пряча внутри себя образовавшуюся бурю эмоций.

«Нет, он же не может меня узнать, так ведь? Я была в маске, и он подумал, что я парень. Вдох и выдох, Джоселин, ничего страшного не произойдет! Ну что, поехали!»

– Здравствуйте! Какими услугами вы желаете воспользоваться?

Я смотрю на водителя этого шикарного автомобиля, и при ярком освещении, я могу лучше изучить своего недавнего «спасителя»: парень выше меня, из-за чего мне приходится поднимать голову вверх, чтобы посмотреть в его лицо. Сегодня он без очков, и я могу рассмотреть его большие глаза, цвета мокрого асфальта. Его темные непослушные волосы ниспадают на лоб и прикрывают густые брови. Он облизывает губы, и они покрываются влажным блеском, словно жидкая карамель.

«С таким лицом, наверное, весь мир находится у его ног и все достается по щелчку пальцев. Я не удивлюсь, если у него дома есть золотая рыбка, исполняющая все его желания.»

У парня широкие плечи и на вид крепкие мышцы рук и ног, похоже, что он занимается каким-то популярным видом спорта. А судя по одежде, он явно следит за последними трендами в мире моды.

– О, детка, смотря, что ты можешь мне предложить, – улыбнувшись на одну сторону, он скрещивает руки на груди и подходит ко мне практически вплотную. Я делаю шаг назад.

– Мойка автомобиля снаружи, уборка внутри, мойка под капотом, полировка фар и стекол, чистка ковриков, – перечисляю услуги, которые мы предоставляем, продолжая улыбаться, пока в моей голове крутятся мысли:

«Идиот, никакая я тебе не детка, лучше бы ты молчал! Хотя это в очередной раз доказывает, что красивая обложка всегда пустая внутри.».

– Для начала снаружи, – хриплым голосом произносит незнакомец, жадно разглядывая меня снизу-вверх своими глубокими глазами, будто оценивает товар.

– Можете выпить кофе или чай вместе со своим другом, – указываю рукой в сторону, где стоит парень в кепке и машет нам рукой.

Я разворачиваюсь к стене, беру первый шланг, и начинаю выполнять свою работу, обливая машину водой.

Почувствовав на себя тяжелый взгляд, я замечаю, что парень стоит на том же месте и так же нагло разглядывает меня, странно улыбаясь. Я снова киваю в сторону автоматов. Может он правда идиот и не понимает, что ему нужно уйти отсюда, если не хочет намочить свои модные штаны и белые кроссовки.

– Не хочешь после работы провести со мной время в моем автомобиле? – наклонившись к моему уху, шепотом произносит парень, когда я подхожу сменить шланг с водой на пену.

– Извините, я не ослышалась? Или может быть неправильно вас поняла, – пытаюсь выкрутиться из сложившейся ситуации и отхожу в сторону.

Я из последних сдерживаюсь, чтобы не выйти из себя.

«Он только что намекнул на секс со мной? Да он издевается?!»

– Да, ты все так поняла, детка. Я заплачу тебе, как за твою смену здесь.

«А где же та для которой ты покупал презервативы в тот раз?»

Так стоп, о чем я думаю? Почему меня вообще это интересует? Я вижу его второй раз в своей жизни, и надеюсь, последний.

Он продолжает наступать на меня, забираясь в мое личное пространство. От него исходит приятный аромат древесного парфюма, с нотками миндаля, но вкупе с его поведением это начинает не на шутку пугать.

Парень наклоняется ниже и, смочив нижнюю губу, тянется к моему уху, в попытке что-то сказать.

Растеряно, посмотрев по сторонам, я нигде не нахожу Джоша – владельца автомойки. И как на зло в вечернюю смену здесь только один мойщик – то есть я.

Кажется, я в западне и мне стоит что-то предпринять как можно скорее. Недолго думая, я хватаюсь за непонятно откуда возникнувшую храбрость, толкаю парня в грудь, и произношу то, чего сама от себя не ожидала:

– Ты не в моем вкусе, дорогой! Я люблю мальчиков помокрее, – улыбаюсь и отхожу на два шага назад.

Нажимаю на кнопку подачи пены и поворачиваю шланг на него, обливая его одежду белыми мыльными пузырями.

– О, и знаешь, милый, я сажусь только в чистые машины. Но ты не переживай, сейчас мы это исправим.

Подхожу к его автомобилю, открываю водительскую дверь и обливаю пеной сидение. Он ошарашено стоит и не сводит с меня глаз, просто смотрит, но не предпринимает никаких попыток меня остановить. Громко хлопаю дверью и отхожу, бросив шланг на пол. Сбрасываю с себя кепку, распускаю волосы, путаясь в локонах мокрыми пальцами, и расстегиваю верхнюю часть комбинезона, открывая ему вид на свою белую маечку, которая плотно обтягивает грудь.

– Ну, все, малыш, теперь я готова! К тебе поедем или ко мне? – подхожу ближе и раскидываю руки в стороны.

А в следующую секунду, пока он удивленно смотрит то на меня, то на машину, вероятно, представляя, как расчленяет мое тело и прячет его в багажник, я сжимаю руку в кулак и бью его в челюсть.

– Ты не имеешь никакого права, вести себя так с девушками! Тем более с теми, которых видишь впервые в жизни! Если на твоем пути встречаются девушки готовые с легкостью прыгнуть в твою кровать, то посмотри на свое отражение – мы часто ищем людей похожих на себя! Так, если ты видишь в женщинах шлюх, может шлюха – это ты!? – бросаю на него последний гневный взгляд и вижу, что его глаза странно блестят, а уголки губ приподнимаются.

«Точно идиот!»

Я разворачивают и иду в сторону подсобки.

«Все, сейчас буря моих эмоций стихнет, и я буду жалеть о том, что только что натворила.»

– Что ты только что сделала?! – хлопает дверью и, будто прочитав мои мысленные возмущения, гневно произносит Джош. – Ты вообще понимаешь, кто это был? – он хватает седые волосы обеими руками и машет головой из стороны в сторону, отрицая происходящее.

– Тот, кто принял меня за шлюху и предложил заработать денег на заднем сидении? – в моих венах адреналин достигает предела, и я уже не вижу смысла вести себя тихо и как-то оправдываться. Очевидно, что на таких машинах абы кто не ездит. Но это не дает ему право так себя вести.

– Ты понимаешь, что тебя ждет за твой поступок? – проигнорировав мои слова, говорит начальник, указывая на меня указательным пальцем.

Я прекрасно понимаю, что по голове меня никто не погладит за это, поэтому отвечаю коротким кивком.

– За то, что ты хорошо и качественно выполняла свою работу все это время, я готов помочь тебе, – нарушив минутное молчание, сообщает мужчина. – Я предлагаю тебе уйти прямо сейчас и больше не появляться здесь.

– Что насчет оплаты за отработанный месяц? – поднимаю глаза на разгневанного начальника.

– Твоя зарплата уйдет на моральную компенсацию человеку и оплату чистки салона его автомобиля.

– Но…– я хочу возмутиться, но Джош перебивает меня.

– Чего ты ожидала, Джо? Это порча имущества, он может заявить на тебя. Я думаю, что тебе это не нужно, поэтому предлагаю вот так решить эту проблему. Собирай вещи и уходи. – разворачивается и слегка прихрамывая выходит из комнаты.

Глубоко вздохнув, я сажусь на край старого дивана и закрываю лицо дрожащими руками.

Мне оставалось доработать всего две недели, чтобы я смогла уехать и строить новую жизнь в городе моей мечты. Но как только я решила постоять за себя, все пошло прахом.

Я солгу, если скажу, что мне это не понравилось: я смогла защитить себя и утереть нос какому-то мажору.

Нервно улыбнувшись своим мыслям и поднимаюсь с дивана. Скидываю с себя комбинезон, переодеваюсь в джинсовые шорты и короткую толстовку, накидывая капюшон на растрепанные волосы. Беру свой рюкзак, бросаю в него сменную одежду, контейнеры из-под еды, зарядное и покидаю это место.

Графитовый Aston Martin стоит на том же месте.

«Неужто парень купил машину под цвет своих глаз? Какой самовлюбленный мудак.»

Вставив в уши наушники, я включаю трек своей любимой группы и шагаю в сторону выхода, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания. Я чувствую на коже обжигающий взгляд со стороны, но решаю не останавливаться, а идти дальше.

Сейчас главное – не думать, что моя жизнь разрушена. Это всего лишь очередное испытание, я с ним справлюсь, и работу я себе тоже найду.

Когда я прихожу домой я сразу же поднимаюсь в свою комнату и, включив ноутбук, открываю видеочат и набираю своих друзей, чтобы рассказать о сегодняшнем происшествии.

– Да ладно, Джо-Джо, ты вышла из зоны своего комфорта? – Эшли выпучивает глаза и прикрывает рот ладонью и, отстранившись от Кайла, приближает лицо к экрану.

– Тебя только это волнует, обезьянка? – Кайл приподнимает девушку за плечи и выглядывает из-за ее спины. – То есть тебя уволили за то, что ты постояла за себя??

– Ну, фактически, Джон дал мне поблажку, ведь этот парень мог заявить на меня за порчу имущества, – потираю ногтем указательный палец.

– Но ты ведь защищалась, правильно?

– Я ведь могла просто закричать и позвать на помощь, но я почувствовала какой-то прилив энергии и сделала так, как сделала. Я не знаю, что на меня нашло и я этим не горжусь, но… – я не успеваю договорить.

– Дорогая, ты сделала все правильно, ты отстояла свои права, я бы на твоем месте ему еще в кадык и по яйцам зарядила.

– Эшли! – останавливает ее парень.

– Нет, ну а что? Ты спокойно выполняешь свою работу, и в один вечер какой-то элитный мудак приходит и все портит, – возмущается подруга.

– Самое неприятное, это то, что Джош не выплатил мне зарплату, и теперь мне надо искать место, где я смогу заработать за две недели недостающую сумму, – расстроено произношу, после чего в воздухе повисает комфортная для всех тишина.

– Джо-Джо, ты помнишь, что я тебе предлагала на свой день рождения? – спрашивает девушка по ту сторону экрана.

Прикусив внутреннюю сторону щеки, я вспоминаю события того вечера, и в голове снова всплывает образ этого парня.

«Какого черта со дня рождения Эшли, я в первую очередь вспоминаю свою встречу с ним?»

– Что ты имеешь в виду?

– Блуми, Эш говорит о работе танцовщицей, – заметив хмурый взгляд на моем лице, спокойно объясняет Кайл.

– Нет, я уже говорила, как отношусь к этому.

– Джо, ты только подумай: ты будешь работать там три часа в день, по вечерам, оплата стабильная раз в неделю наличными, за две недели ты заработаешь недостающую сумму и еще сверху на кино и Макдональдс останется. Другую работу ты вряд ли найдешь на это время и за такие деньги, – продолжает уговаривать меня подруга.

– Я не знаю, дай мне время все взвесить и принять решение.

– Хорошо, но, если что, у меня уже есть для тебя парик, красивые наряды и переводные тату, с макияжем я готова помогать тебе каждый вечер! Все будет хорошо, и никто не узнает. Я могу даже договорится с хозяином клуба, и там не будут фигурировать твои настоящие данные.

– Стоп. Откуда у тебя парик? – поворачивается к своей девушке и вопросительно приподнимает бровь Кайл. – То есть у тебя есть парик, а мы еще не использовали?

– Кайл! – она легонько бьет его по руке, заставляя меня засмеяться, – Остался с Хэллоуина прошлого года. Разве ты не помнишь свою Матильду, Леон? – подруга, подмигивает своему парню и, прикусив нижнюю губу, кладет свои ладони ему на плечи, плавно поглаживая его мышцы.

– Так, дальше без меня, ребята! Я подумаю и завтра тебе скажу о своем решении. А сейчас я оставлю вас наедине, потому что в моих планах не было заниматься сексом втроем по видео. Активного и продуктивного вам вечера, друзья! – я посылаю им воздушный поцелуй и собираюсь закрыть крышку ноутбука, как на экране всплывает уведомление о входящем видеозвонке. Тетя Джулия.

Сегодня был паршивый день, и есть всего три человека способные его хоть немного улучшить, с двумя, я только что попрощалась, а третья – моя тетя, родная сестра моего отца. Человек, который чувствует меня на каком-то потустороннем уровне.

Она была неотъемлемой частью нашей семьи сколько я себя помню, в те моменты, когда рядом должны быть мама и папа, со мной была тетя, когда мне было больно, она помогала залечивать мои раны, когда мне было грустно, она всеми способами пыталась меня развеселить.

Однажды, возвращаясь со школы на улице пошел сильнейший дождь, я насквозь промокла и испортила свои кроссовки. Я так боялась рассказать об этом маме и в очередной раз расстроить ее.

В этот день к нам приехала тетя, и заметив промокшую меня, позаботилась обо мне и прикрыла перед мамой, а на следующий день, рядом с моей кроватью стояла новенькая пара точно такой же обуви, которые я до сих пор ношу. Я была настолько ей благодарна за этот поступок, что была готова разрыдаться от радости. В тот день, мы с тетей провести весь день вместе, гуляли и ели мороженое в парке, и я задумалась, почему у такой прекрасной женщины, как она нет детей, почему я не ее дочь?

– Привет, Джулс! – я отвечаю на звонок и натягиваю на лицо счастливую улыбку.

– Привет, милая! Как твои дела? – вглядывается в мое лицо и сканирует эмоции.

– Все в порядке, как ты?

– Джоселин Блумфилд, ты ведь знаешь, что я не тот человек, которого ты можешь обмануть? – скорчив грозную гримасу говорит тетя, убеждая меня в том, что, если я ей сейчас же не расскажу все, она пролетит и будет выпытывать из меня информацию конфетами.

– Меня уволили, – закрываю руками лицо и прикусываю внутреннюю сторону щеки.

– Это причина твоего расстроенного состояния? Я могу тебе выслать деньги, если нужно.

– Нет, я справлюсь со всем сама, не переживай. Я уже нашла себе другую работу.

Этого еще не хватало. Брать у тети деньги для меня – табу.

– Почему ты не позволяешь мне помочь?

– Потому что я знаю, что могу справиться сама. Правда, Джулс, все под контролем. Если мне понадобится помощь, ты ведь знаешь, что первая в списке моих спасателей?

– Конечно, дорогая. Я верю, что у тебя все получится. И помни: пусть между нами и расстояние, мысленно я всегда рядом с тобой! – подбадривает меня тетя.

– Как твои дела с кофейней? Мандариновые кексы пользуются спросом? – спрашиваю, разворачивая разговор в ее сторону.

Джулия живет в Бостоне, где у нее своя сеть кофеен, где коронным блюдом являются мои любимые мандариновые маффины, рецепт которых мы придумали с ней вместе, когда остались одни на Рождество.

Если бы не Джулия, я никогда бы не узнала, что семейный праздник можно отмечать с улыбкой на лице и согревающей теплотой в груди, ведь мама была на ежегодном корпоративе, а отец к тому времени вообще забыл о моем существовании.

После свадьбы со своей любовницей он кардинально изменился: первый год поздравлял меня по телефону с праздниками, затем изредка отвечал на мои звонки, переадресовывая вызов на голосовую почту, а через два года и вовсе сменил номер телефона, тем самым вычеркнув меня из своей жизни. Для него я – это прошлое, от которого он удачно сбежал.

Услышав, как на первом этаже хлопнула входная дверь, я напрягаюсь и пожелав тете доброй ночи, прячу ноутбук под кровать, и спускаюсь к маме.

– Селин, опять ты разбросала свою обувь, несносная девчонка, почему в тебе доминируют гены твоего отца! – начинает отчитывать меня, не успев снять с себя верхнюю одежду.

К слову, мама, единственная, кто использует эту форму моего имени.

«Я не выбирала себе отца! Не выбирала от кого ты меня родишь!», – мысленно кричу, а наяву не выражаю никаких эмоций.

– Что ты стоишь и смотришь на меня!? Ты приготовила еду? Или опять весь день занималась бесполезными делами? – скрестив руки на груди, проходит мимо меня и бросает на обеденный стол свою маленькую сумочку.

– Я только полчаса назад вернулась с работы и не успела ничего сделать.

– За это время ты могла бы приготовить матери поесть! – кричит она, открывая переполненный едой холодильник. – Или ты считаешь, что раз я тебя родила, то обязана заботится о тебе всю жизнь? Ты уже большая девочка и должна все делать сама! В том числе и выполнять домашнюю работу, пока меня нет, – продолжает зачитывать мне мои права, достает салат и садится за стол.

– Прости, в следующий раз, я исправлю свои ошибки.

– Все сказала? Теперь уходи, мне не нужна твоя компания!

– Доброй ночи! – прощаюсь и поднимаюсь наверх.

Захожу в свою комнату и подбегаю к шкафу. Сажусь на пол и поднимаю большую потрепанную временем коробку в руки. Откладываю старые фотографии и добираюсь до своего тайника.

Пересчитываю все, что накопила и понимаю, что мне не хватает трети суммы, а времени, чтобы их заработать очень мало. Посидев около открытого шкафа еще некоторое время, я решаюсь на то, от чего так отчаянно отказывалась еще несколько дней назад.

«Две недели. Это всего лишь на две недели. Никто не узнает об этом. А если и узнает, я скоро уеду отсюда навсегда».

С этими мыслями я беру в руки телефон и пишу короткое сообщение Эшли: «Я согласна».

Глава 4

КСАВЬЕР

Все мое тело пронзает адская, невыносимая боль. Я не могу вздохнуть, во рту настолько сухо, будто я не пил уже несколько дней. Мне кажется, я нахожусь во сне и не могу пошевелить даже кончиками пальцев.

Мои глаза ослепляет луч яркого света. Я пытаюсь моргнуть, но мои веки не поддаются.

– Ксавьер… – сквозь громкий гул своего сердца, я слышу обрывки фраз. – Приди в себя.

Кажется, это говорит отец.

Я пытаюсь взглянуть на собеседника, но у меня ничего не получается. Все, что я вижу, это густая пелена. Я чувствую, как кто-то сдерживает мои руки и ноги, и что-то протыкает мое горло.

– Сейчас станет легче, ты будешь дышать, парень, – звучит незнакомый голос и дела�