Мой кошмарный препод

Глава 1

Сегодня был просто кошмарный день.

Я сидела за столом, держа перед собой чашку с крепким сладким чаем и невидящим взглядом смотрела куда-то сквозь стены. А тем временем напротив разворачивался спор между моей подругой и ее мамой.

– А я буду участвовать в отборе, мама! – звонкий истеричный крик разорвал тишину фамильного замка, эхом отскакивая от стен. – Вот увидишь, я выйду замуж за принца Валериана!

Я поморщилась от звона в ушах, продолжая удерживать перед лицом чашку с чаем и вдыхать ароматные пары. Огромный обеденный зал, как назло, троекратно усиливал крики Фелиции, превращая завтрак в пытку. Конечно, подруга и раньше часто устраивала такие сцены, но сегодня был особенный повод для истерики.

Очень надеюсь, что о моем существовании не вспомнят и не включат в разговор.

Не стоило соглашаться на воскресный завтрак. Ох, не стоило.

– Ты не пройдешь, дорогуша, даже первого отбора, – спокойно сказала баронесса, мать моей подруги. – Умерь аппетит, Фелиция. Принц тебе не по зубам.

Дама сидела напротив меня и когда наши взгляды пересеклись, она едва заметно закатила глаза, демонстрируя, как ей надоело слушать очередную истерику.

– А я тебе говорю, – дочь взвизгнула и топнула ногой, будто маленькая девочка. – Он влюбится в меня с первого взгляда. Вот увидишь!

Баронесса издала сардонический смешок.

– Думаешь, ты будешь на отборе единственной предприимчивой гадюкой? Одной такой, с грязными козырями в рукаве? – Повернулась к дочери и покачала головой. – Нет, милая, у принца хватает поклонниц, а мы, к сожалению, находимся в самом низу списка потенциальных жен для правителей. Ты там будешь для… – она облизала губы, подбирая подходящее слово, – для создания видимости огромной конкуренции. А на самом деле настоящих претенденток можно пересчитать по пальцам. Не более. Смирись с этим.

Фелиция шумно вздохнула и, сложив руки на груди, упрямо уставилась на мать.

– Может, лучше барон Дарион? – примирительно предложила баронесса. – У него обширные земли, огромные сады и хозяйства. Будешь как сыр в масле кататься и без статуса королевы.

Фелиция что-то зло прорычала и с силой воткнула вилку в запеканку, стоящую в центре стола.

Эх, а я хотела ее попробовать, но вот только теперь боюсь тянуться за этим угощением. Следующая вилка может пригвоздить в мою руку.

– Но я хочу быть королевой! Хочу родить сына принцу Валериану! Нет! Троих сыновей!

– Ты даже не представляешь, каково это – быть королевой.

Спор неотвратимо перерастал в скандал.

А что я? Я просто неудачно зашла в гости.

– Это… это… – с придыханием заговорила подруга, мечтательно закатив глаза к потолку.

– Единственное, что в твоей головушке сейчас витает, – скептично хмыкнула мама. – Это балы, красивые платья, драгоценности. – Баронесса энергично взмахнула рукой. – Но это фасад. Блеск, за которым спрятана грязь и ложь. Ты не слишком-то умна для того, чтобы уметь «играть» роль королевы.

Лицо Фелиции покрылось красными пятнами, девушка издала нечто вроде кряхтения, потому как злилась и не могла придумать ни единого аргумента в ответ. Поэтому раздражалась еще сильнее, осознавая, что проигрывает в споре.

Девушка вдруг повернулась и пытливо уставилась на меня.

– Вот ты, Аделина, скажи, у меня много шансов? – Фелиция так сильно выкатила глаза, что мне стало страшно за ее здоровье. – Я ведь красивая?

Я перевела взгляд на баронессу, а она едва заметно ухмыльнулась, подтверждая мысль, что я очень не вовремя пришла в гости.

Поставив чашку с недопитым чаем, положила ладони на стол. Хоть мы с Фелицией и подруги с самого детства, все же стоит говорить правду, какой бы горькая она ни была.

Да, она милая личиком, с чистой, светлой кожей, водопадом шелковистых русых волос. На мужчин она поглядывала восхищенными васильковыми глазами в обрамлении густых ресниц. Тонкая, как тростиночка, еще и подчеркивала свою талию затянутым до обморока корсетом. Но таких, увы, немало.

– Фелиция, – начала я. – Ты, несомненно, красивая…

– Вот я говорила! – задрав нос, бросила она маме.

– Но ты не станешь королей, – закончила я фразу. – Даже фавориткой.

– Почему это?

– Тебе ведь все уже объяснили. Мы не того поля ягоды для столь высокородных особ. И дело не в красоте, а в положении, которое ты занимаешь в обществе.

– Но ты же можешь помочь это исправить?

Вот так, прямо перед своей мамой в лоб спрашивать про такое? Да она с ума сошла!

Бросила взгляд на баронессу и увидела, что она не сильно заинтересовалась фразой Фелиции, как всегда, не принимая слова дочери всерьез. И не услышала ничего необычного в просьбе. Зато я знаю, что этот вопрос подразумевал.

– Так поможешь? – не унималась девица.

– Хм, платье могу помочь подобрать, прическу…

– Я про другое.

Скрипнула зубами и выразительно посмотрела на Фелицию, заклиная ее сейчас же заткнуться, иначе, того и гляди она прямо во время завтрака разболтает мою тайну.

– Потом поговорим.

– Ты же поможешь, правда ведь? – теперь она смотрела на меня щенячьими глазками. – Не бросишь в беде?

– Потом поговорим, – еще раз сказала я, надеясь, что баронесса ничего не заподозрила.

Но женщина лишь порадовалась, что дочь переключилась на меня, потеряв на минуту интерес к перепалке.

Завтрак продолжился в гнетущей атмосфере, которую баронесса пыталась развеять светским разговором, но ничто не могло отвлечь нерадивую подругу от мечтаний о принце.

И когда закончился завтрак, Фелиция сразу же схватила меня за руку и поволокла в свою спальню, где нам предстоял нелегкий разговор.

Двери в комнату еще не успели закрыться, как девушка схватила меня обеими руками за плечи и уставилась горящим взглядом.

– Ты должна помочь, Аделина.

– Фелиция…

– Используй свою магию.

Я вздохнула. Вот какой демон меня дернул в детстве рассказать подруге про наш необычный дар, передающийся по женской линии. Настолько нестабильный и непонятный, что принес огромные беды не одному поколению.

– Ни в коем случае, – резко отказалась я.

– Но все женщины вашего рода пользовались своим даром, – взмолилась она. – Я слышала, как ты говорила, что можно ворожить не только на себя, но и на других.

– Нет, – сбросив ее руки с плеч, сказала я.

– Неужели тебе жалко?! Ради меня!

Я тяжело вздохнула и подошла к окну, чтобы впустить теплый воздух в комнату. Вместе с ветром внутрь проник аромат яблок, уже созревших для сбора в саду рядом.

– Дело не в этом, Фелиция. – и добавила, помассировав веки. – Совсем не в этом.

– А в чем? – искренне недоумевала она.

– Эх, зря я тебе рассказала тогда…

– Аделина, ты не представляешь, как сильно я хочу замуж за принца Валериана, – девушка снова оказалась рядом, мечтательно возведя глаза к потолку. Она разве что не пританцовывала, думая о принце. – Он такой… Такой… Красивый.

– И все? – скептически уточнила я, надеясь услышать чуть больше.

– А что еще нужно? – похлопала она глазками.

– Красота – совсем не самое ценное в человеке. Тем более, у разных людей восприятие разное. И кому-то ты можешь показаться недостаточно красивой, а кому-то самым прекрасным созданием.

Лицо Фелиции на мгновение застыло, а глаза забегали из туда-сюда, туго обдумывая мои слова. Еще немного и пар из ушей пойдет, если будет раз размышлять дальше.

– Я не буду тебе помогать магией, Ция, – миролюбиво произнесла я. – Ты обратилась не к тому человеку.

– Но ты же умеешь охмурять мужчин! Ваша магия способна заставить кого угодно влюбиться!

Да. И сколько проблем это принесло.

Хотя бы взять в расчет печально известную мне и моим сестрам историю про бабушку. Она вот также как Фелиция хотела чего-то большего и в итоге горько пожалела о своем желании выйти замуж за одного графа. Потом выяснилось, что он совсем не тот, за кого его принимали. Очень грустная и долгая история.

И, кстати, она не единственная, применившая наш необычный дар, чтобы удачно выйти замуж.

– Да, – не стала я спорить. – Прабабушка, бабушка, мама, тетя и обе старшие сестры воспользовались своими способностями. И абсолютно у всех магия сработала не так, как надо. Маме еще более-менее повезло.

– Не преувеличивай, – махнула она рукой. – Все же счастливы… Ну, кроме бабушки, конечно.

– Эта магия опасна и нестабильна, – постаралась я достучаться до подруги. – Я не могу позволить себе использовать ее, зная, что есть огромная вероятность сделать что-то не так.

– Да что может пойти не так? – искренне недоумевала подруга.

Я еще раз вздохнула и постаралась собраться с мыслями, чтобы привести аргумент посильнее. Только вот проблема – Фелиция так хочет замуж за принца, что готова идти напролом, не глядя на препятствия.

– Любовная ворожба из нашего рода очень сложно контролируется. И ее невозможно снять, если что-то пойдет не так.

Пыл подруги все равно не угас, но она терпеливо слушала.

– Если я «промахнусь», то в тебя без памяти может влюбиться кто угодно. Даже женщина.

Лицо Фелиции в этот момент стоило бы запечатлеть на картине и повесить в рамку на стену. Настолько девушку перекосило от ошеломления.

Но продлилось это недолго. Ведь подруга твердо уверена, что она сама судьба принца. Просто он этого не видит из-за толпы вертихвосток. Так Ция мне говорила на протяжении нескольких лет, дожидаясь, когда объявят отбор и будут искать невесту для единственного наследника престола.

Она воображала, как выходит за него замуж, как они живут в королевском замке. Придумала даже имена детям.

Я считала это безобидными фантазиями, ровно до сегодняшнего дня.

– А ты не промахивайся! – все же не отступила подруга. – Будь… внимательнее.

– Как тебе просто говорить, – всплеснула я руками от возмущения. – Я вообще не практиковалась никогда. И, кстати, совершенно не собираюсь.

– В смысле?

– В том смысле, что я не собираюсь никого ворожить, – твердо заявила я. – Просто… Зачем? Зачем кого-то влюблять в себя против его воли?

Подруга снова задумалась, но совсем не в том направлении. Судя по лицу. Скорее, она недоумевала, почему это нельзя кого-то влюбить в себя. Что в этом плохого?

– Эх, Аделина, глупая ты, – вздохнула она. – У тебя такой дар! Ты можешь любого мужчину заставить влюбиться в себя без памяти. И он никогда не посмотрит на другую! А ты?

Ция театрально сложила руки на груди и сокрушенно покачала головой.

Но она, как и мои старшие сёстры, и вся вереница женщин из нашего рода, не понимала простой истины о ненужности и опасности вмешательства в сердечные дела. Родственницы всякий раз наступали на одни и те же грабли.

Только бабушка через горький опыт осознала, насколько глупо поступила. Да и то уже поздно.

А я даже с родными из-за убеждений нашей семьи поругалась, потому что к моему восемнадцатилетию составили целый список тех, кто красив, богат, влиятелен, щедр и занимает выгодное положение в обществе.

Мама даже купила дорогостоящий магический предсказатель, который мог показать, какие у меня будут дети с тем или иным избранником. Все, чтобы наш род и дальше поражал всех красотой.

Вот только магия ни у кого нормально не срабатывала.

Маме повезло, что она приворожила отца, настоящего красавца. Поэтому мы с сестрами вышли на диво хороши. Имели отличные фигуры, выразительные лица с большими глазами, чувственными губами и шикарными длинными густыми волосами цвета песка. Еще и воспитаны, обучены хорошим манерам, но… Ни у одной не было желания добиться чего-то большего, чем просто удачно выйти замуж. Конечно, околдовав мужчину.

Поэтому я с родными общаюсь нечасто и неохотно, потому что, по их мнению, в свои двадцать лет – о, ужас! – я так никого не приворожила.

Они категорически отказываются верить, что я хочу настоящей любви, а не подделки, пусть и искусной.

– Ну, помоги мне, Аделина, – снова взмолилась Фелиция. – Пожалуйста! Ты не представляешь, как сильно я его люблю! И мы будем счастливы вместе.

Я покачала головой.

– Нет, Ция, прости. Мы можем попытаться что-то сделать, но магию применять я не буду.

Подруга еще какое-то время умоляюще заглядывала в мои глаза. И когда поняла, что я не дрогну, в один момент изменилась. Ее лицо стало холодным и расчетливым. Она сжала губы в тонкую линию, отчего побледнела больше обычного.

– Ах, так, – каркнула она. – Тогда пойдем другим путем.

Ох, мне стало не по себе от ее вида и тона. Это не сулило ничего хорошего.

– Если ты не используешь свою магию на принце и не влюбишь его в меня, – отчеканила она. – То я расскажу всему городу о вашей магии в семье. Это же секрет? Я не ошибаюсь? Так вот, если ты не поможешь мне, то все будут знать, какие вы, из рода Цветущей Лозы. То-то будет веселье, когда мужья поймут, что их приворожили, а порог будут обивать люди со своими желаниями.

– Ты меня шантажируешь? – не могла я поверить.

– Просто очень настаиваю, – хмыкнула она.

Оказывается, глупышка-подруга не такая уж и тупенькая.

Я снова пожалела, что когда-то была слишком наивной и рассказала ей про дар. В свое время очень надеялась, что девушка забудет, но она сохранила это знание на протяжении десятка лет.

Сложно представить, как давно она это планировала. И наверняка продумала детали еще задолго до этого разговора.

– Ну так? – вздернув бровями, спросила Фелиция. – Поможешь?

Мне ничего не оставалось делать. Глупо спорить, сейчас Ция меня обыграла на раз-два.

Беда еще в том, что если откажусь, она на самом деле исполнит свою угрозу. А мстительность в характере Фелиции.

Мы дружим много лет. Пока я была маленькой, не замечала неприятные черты ее характера. Тогда не могла предугадать, во что это выльется. Возможно, и задумалась бы, прежде чем доверять страшную тайну.

– Ладно, – согласилась я со вздохом. – Помогу, но не обещаю, что получится.

– Нет уж, – взвилась она. – Сделай все как надо, иначе раскрою твой секрет! Откуда мне знать, что ты не простоишь в стороне и не скажешь потом, будто у тебя не получилось?

«Ишь какая!» – фыркнула про себя.

– Хорошо, – нехотя согласилась я.

И подруга сразу же расплылась в любезной улыбке.

– Собирайся, Аделина, – ласково промурлыкала она и, пританцовывая, направилась к сундукам. – Мы с тобой едем на бал!

Глава 2

Чтобы стать любимым, не обязательно быть красивым, умным, чистосердечным, добрым, внимательным, нежным человеком или просто самим собой. Оказывается, достаточно лишь сделать магическую иглу и выстрелить ею, когда взгляд человека остановится на предмете будущего обожания. Она поразит жертву в одно мгновение, впиваясь в сердце острым шипом, погружая человека в пучину беспросветной любви. И эта магия будет действовать много лет, не ослабевая, растекаясь по крови ядом, отравляя день за днем.

Жертва будет думать, что без памяти влюблена, но это лишь подделка чувств, окутывающая разум туманом.

Так и действует этот «дар».

С самого детства в нашем роду женщин учат ворожить магией любви. Знаний о даре мало, но достаточно, чтобы сколько-нибудь его контролировать. И если в юном возрасте ты воспринимаешь это как что-то сказочное, то во взрослом уже как нечто безобразное и отвратительное.

Ну не могли меня понять сестры и мама, когда говорила им, что нельзя заставлять кого-то любить против воли. Даже несмотря на то, что мой отец и зятья носят своих суженых на руках и пылинки с них сдувают, думая, будто чувства настоящие. На самом деле это не так.

Мужьям это навязали, заставили смотреть исключительно на этих избранниц, желать только их. И я верю, где-то глубоко в душе околдованные знают, что это неправда, но всеобъемлющая любовь не дает пробиться таким мыслям.

Вот и сейчас я стояла среди толпы и смотрела, как к трону идет красивый мужчина. Он действительно хорош собой. Высокий, плечистый, стройный. Шаг его тверд, движения рук плавные. Из-под короны выбиваются вихры упрямых каштановых волос, а под густыми бровями живые карие глаза. Он добрым взглядом окидывает придворных, элегантно садится на трон. И так жаль, что из-за моего эгоизма, этот принц вскоре станет тем, кто будет смотреть на мою расчётливую подругу влюбленными глазами, а в душе люто ненавидеть.

– Ах, – рядом томно вздохнула Фелиция. – Это принц Валериан. Боги, как он красив.

Я кисло улыбнулась и опустила глаза, якобы поправляя платье цвета плодов барбариса. Мне было стыдно, что так легко поддалась уговорам, пусть Ция и грозилась раскрыть нашу тайну.

Теперь понимаю, почему мне с детства вдалбливали, чтобы никогда не говорила о своем даре.

Не послушалась. И вот результат.

– А вот и первые невесты. Эта такая страшная, – комментировала рядом подруга. – Эта слишком высокая, будет выше принца. Фу! У этой видно, что зубы кривые. Хах! Глянь на вон ту! Ходит, как утка.

Я постаралась мысленно отвлечься от болтовни подруги. Столько желчи в адрес вероятных соперниц, хотя прекрасно знает, что вскоре станет для принца единственной. Но все равно не упускает возможности втихую поплеваться ядом.

– О, это же дочь посла, – подруга дернула меня за рукав. – Хм… Она такая…

Лицо Фелиции исказила гримаса злости, а кожа на щеках пошла красными пятнами.

Дочь посла была и впрямь очень статной, элегантной и очаровательной. Она плыла через зал, будто лебедь по воде. Все внимание двора обратилось к ней. Слышала, как перешептываются окружающие, обсуждая ее красоту и манеры.

Если бы не наш план, думаю, именно дочь посла бы и выбрали невестой.

Видела, как будущий монарх восхищенно поглядывает на нее, хотя и старается не выдать своих эмоций.

Вереница потенциальных жен все шла и шла. Я лениво рассматривала трон, принца, его охрану и короля с королевой, пока не натолкнулась взглядом на мужчину, который стоял чуть в стороне от трона.

Высокий, мощный и прямой как скала. В легком черном доспехе с выгравированным на нем гербом с горным орлом. Да и сам он чем-то напоминал эту птицу. Такой же прямой грозный взгляд, нос с горбинкой, суровое лицо, непроницаемые глаза. За длинными черными волосами, спускающимися на плечи и грудь, выделялись заклепки в виде крыльев, что держали алый плащ. Мужчина смотрел на представление, презрительно вздернув вверх губу. Еще и взгляд гулял по залу, словно искал возможного убийцу среди фавориток. Пусть и возвышаясь чуть позади трона, воин так подавлял окружающих своим авторитетом, что хотелось передернуть плечами и за кого-нибудь скрыться.

– Это кто? – спросила я у Ции.

– Это же Генерал Аратон.

Я удивленно вскинула бровь. Почему-то думала, что генерал – старый, опытный в военном деле дядечка, а не вот этот грозный рыцарь, который и сам может при желании скрутить врага в бараний рог.

– Жуткий, – словно прочитала мои мысли Ция. – Странно, что он при дворе. Ходили слухи, будто он из ревности убил свою невесту. Может, не смогли доказать…

Действительно, жуть.

Заставила себя отвернуться, чтобы не тревожить почем зря. И так волновалась перед предстоящим делом.

– Я пошла готовиться. Вскоре мой выход, – решительно сказала Ция. – Аделина, будь очень внимательна. Стреляй, когда принц посмотрит в точности на меня. – Она фыркнула. – А то еще влюбится в какую-нибудь шалашовку.

Хорошо, что в толпе нас не слышали. Люди были слишком увлечены тем, как принц принимает длинную вереницу невест.

Утомительное зрелище, если честно.

Я могла бы сейчас сидеть и готовиться к поступлению. Ведь через несколько дней будут экзамены, и у меня появится шанс попасть в Академию магических искусств. Я очень давно хотела туда поступить, ведь тем, кто окончит это заведение, открывались практически все дороги в любые сферы. Особенно если ты станешь учеником влиятельного наставника.

Но сейчас я стою и смотрю, как принц кивает очередной барышне, а у самого усталость залегла под глазами в виде теней.

И вот когда прошло довольно много времени, объявляют:

– Госпожа Фелиция из Яблоневых рощ.

Подруга выплыла из толпы и с поистине королевским видом проследовала к трону через длинный коридор из людей.

Она постаралась на славу и действительно выглядела восхитительно. Но дело в том, что этого все равно было недостаточно, так как вокруг имелось много соперниц гораздо красивее.

Я двинулась через толпу, стараясь утихомирить сбившееся дыхание. Сердце замолотило в груди, как сумасшедшее.

Всё надеялась, этот момент никогда не настанет, но все же придется выполнить задумку, иначе наше семейство ждут проблемы похуже тех, что были.

Я встала между пышной дамой и каким-то мужчиной. Это место было удобным, чтобы не привлекать излишнего внимания и видеть принца как на ладони.

Проходя мимо, подруга мельком посмотрела в мою сторону, словно бы говоря: «Не подведи!»

И вот она останавливается и, глядя на принца в упор, делает долгий, тщательно отрепетированный реверанс.

Заготовленная игла поднялась на уровень моих глаз. Оранжевые всполохи обвивали ее, будто дымка. Инструмент ворожбы никто, кроме меня, увидеть не мог. И в момент, когда подруга нагнулась, я прицелилась. Сейчас игла за одно мгновение преодолеет расстояние и вонзится в сердце принца, навсегда заключив его душу в капкан.

Задержала дыхание.

Сейчас самый подходящий момент.

Выстрел!

Женщина рядом со мной вдруг нагло пихает меня, и прицел сбивается ровно тогда, когда я выпускаю иглу. Стрела ворожбы устремляется вперед, заметно отклонившись от нужной траектории.

С замершим сердцем я вижу, как она проходит у самого уха какого-то мужчины, проскакивает над головой женщины, которая в этот момент смотрела на слугу. И пролетает далеко от принца, вонзившись своим острием прямо в грудь генерала.

Я подняла глаза, надеясь, что в этот момент он смотрит не на Цию.

Нет. Не на нее. По дурацкому стечению обстоятельств генерал уставился прямо на меня.

Удивление разгладило черты мужчины, прогоняя с лица хмурь и презрение. В глазах мигнула короткая оранжевая вспышка, говорящая о том, что магия сработала и теперь мужчина навсегда станет пленником навязанной страсти.

Долгие несколько мгновений он рассматривает меня. Вижу, как под жестким воротником скакнул кадык, а грудь широко поднялась от тяжелого вздоха. Всего минуту назад Аратон смотрел на людей, будто впиваясь в каждого клыками, а теперь выглядел, как растерянный мальчишка, брошенный на первом свидании с букетом роз.

Казалось, что вокруг сгустилась тишина, хотя на самом деле шум не утихал. Будто весь мир замер ради этого мгновения, закрепляя результат использования магии.

Взгляд мужчины снова изменился. Теперь он стал пугающе решительным. Генерал позвал кого-то через плечо, и через секунду рядом возник стражник. Пленённый магией что-то быстро приказал подчиненному, не отрывая от меня жуткого взгляда.

– Что ж, мама, можешь радоваться, – прошептала я. – Я, наконец-то, кого-то приворожила.

Нужно бежать! Вот прямо сейчас.

Я быстро нырнула в толпу и принялась пробираться к выходу.

Если меня поймают, то уже знаю, чем все это закончится. Меня вынудят выйти за генерала замуж в ближайшее время. Ведь я прекрасно помню рассказы сестер, как их завороженные поднимали на уши весь город в поисках возлюбленной. Магия настолько сильна, что мужчины напрочь теряли голову от своих ворожей. Благо это немного затихало после первой брачной ночи, но все же…

У меня не было плана выходить замуж столь скоропостижно! Тем более, за такого мужчину! Да меня трясет от ужаса при одном его виде, что уж говорить про супружеские обязанности!

Я вообще учиться хочу! У меня планы!

С этими мыслями я успешно добралась до выхода. Краем глаза видела, как несколько стражников продираются через толпу, следя за мной.

Я выскочила из бального зала и поспешно свернула в темный коридор, чтобы попасть в покои, которые выделили нам с Цией.

Благо у меня имелось немного времени, так как в замке находились сотни женщин, а преследователи не знали моего имени. У них уйдет немало времени, чтобы обыскать замок. Но нужно скорее проскочить, пока генералу не пришло в голову перекрыть выходы.

Очень надеюсь, что влюбленность плохо повлияет на его стратегическое мышление.

Я влетела в комнату и принялась судорожно собирать сумку, в которую бросала книги, вещи первой необходимости. Следом достала медальон – подарок бабушки. Она сильный маг. И заворожила кулон, заклиная меня никогда с ним не расставаться. Именно эта вещь может стать моим спасением.

Я на мгновение остановилась и обвела долгим взглядом комнату. Вроде самое важное взяла.

Придется уйти, не прощаясь с Цией. У меня слишком мало времени.

Но я просчиталась, потому что дверь распахнулась и в комнату влетела раскрасневшаяся Фелиция.

– Ну что? Получилось?

– Эм, да, – соврала я. – Просто подействует не сразу. А со временем.

Девушка посмотрела на раскрытую сумку.

– Куда ты собралась?

– Слишком людно, душно и скучно, – заметавшись, ответила я. – Хочу скорее вернуться домой. Пожалуй, найму экипаж.

Девушка посмотрела на меня недоверчиво.

– Я слышала, как служанка говорила другой, что стража ищет какую-то девушку.

– Это же тебя ищут, – округлила я глаза. – Представляешь, сколько невест было до тебя? Принц, наверное, имя не запомнил. И пустил стражу, чтобы скорее найти возлюбленную.

Знаю, ложь – это некрасиво. Но у меня просто не было другого выхода.

– Сказали, что ищут девушку в красном.

Запомнил, гад, цвет платья. Но мне на руку, что теперь стража будет тормозить любую девушку в наряде этого оттенка. Поэтому нужно скорее переодеться.

– У тебя малиновое, – извернулась я, поглядывая на свой чемодан, в котором лежало несколько платьев. Там в основном именно красные цвета, но было, кажется, синее.

– Но оно же не красное, – на лице Фелиции все больше проступала тень подозрения.

– Как будто мужчины когда-то различали цвета.

Ция подумала немного и зарделась.

– Ну, тогда я пошла скорее назад, а то меня принц ждет.

– Конечно – конечно.

– Он точно влюбится?

– Всенепременно, но со временем.

Девушка заулыбалась и покинула покои, а я поторопилась нацепить на себя бабушкин медальон.

– Ну, была не была, – сказала заклинание на удачу и надела кулон на шею.

Магия сработала сразу же, как прошептала под нос нужные слова. Благо в свое время бабушка заставила их выучить наизусть, чтобы даже во сне могла вспомнить.

Я шагнула к большому зеркалу в спальне, но, увидев отражение, на мгновение потеряла равновесие, ощущая головокружение.

Да, вот так неожиданность…

Значит, бабушка говорила правду, когда рассказывала, что медальон способен кардинально изменить внешность.

Сейчас на меня взирала девушка совершенно неприметная, серенькая. Не назовешь дурнушкой, но и присматриваться никто не будет. Тем более, вряд ли решат, что в такую можно влюбиться с первого взгляда.

Вместо копны шикарных волос, тоненькие слабые у корней пряди каштанового цвета, которые при желании можно собрать в скупой хвостик. Вместо красивого лица с немного лисьими чертами, теперь круглое с румяными щечками. Светлые брови делали меня не особенно выразительной. Единственное, остались только чарующие медовые глаза. Жаль еще расставаться с красивой фигурой, приобретая взамен полноватые бока и бедра.

С другой стороны, мне на руку неприметная внешность, особенно сейчас, когда так крупно попала.

Быстро переодевшись, я выскочила в коридор и поспешила к ближайшему выходу. Надеюсь, ни стража, ни генерал не смекнут, что я могу поменять внешность, иначе застряну в замке и не успею в Академию. А именно она могла мне помочь и уберечь от совершенной глупости.

По дороге встречалось множество стражников. Переполох оказался масштабнее, чем я предположила поначалу. Охрана действительно стала прочесывать коридоры и комнаты, останавливая всех светловолосых девушек в платьях красных оттенков.

Заметила, как парочку особенно похожих на меня отводили куда-то в сторону.

Сердце при виде всего этого сжалось. Нужно придумать способ расколдовать генерала. Жаль его. Неизвестно, сколько ему придется жить с навязанными чувствами. Надеюсь, у меня получится, потому что единственным вариантом облегчить страдания мужчины – выйти за него замуж.

Свернув в коридор, который вел к неприметному выходу, я вдруг лицом к лицу столкнулась со стражей во главе собственно самого генерала Аратона.

Мужчина твердым шагом шел мне навстречу, и это настолько выбило из колеи, что я едва не выдала себя. Если сейчас быстро скрыться из виду, в отравленном любовью сознании могло поселиться подозрение. Вояка все же не дурак, и предположит, что я переоделась. Поэтому быстро взяла себя в руки и пошла вперед, стараясь слиться с окружением, как неприметная прислуга.

Мужчина приближался. Мое сердце стучало так сильно, что отдавала пульсацией в виски.

Осталось всего несколько шагов до спасительного коридора. И, приближаясь к мужчине, почувствовала, как становится не по себе, стены расплываются перед глазами, а пол ходит ходуном.

Генерал все время глядел вперед. И когда мы оказались рядом, вдруг устремил взор на меня. Ноги от этого взгляда задрожали, отчего едва не сбился шаг. Сейчас эти горящие ненормальным пламенем глаза озарит догадка. Но взгляд мужчины лишь слегка касается лица, пробегается вниз по фигуре… и генерал, не сбавляя темпа, идет дальше. А стража следует за предводителем.

Фух…

Пронесло.

Я поспешила к двери, за которой присматривал один стражник. Он не остановил меня и ничего не сказал, поэтому я без труда покинула замок и направилась к конюшне, где взяла лошадь, на которой приехала. И через несколько минут уже скакала по столице, наблюдая издалека за метаниями стражников во дворе.

Безумие – вот какое верное определение такое любви, которая поселяется в голове жертвы.

Помню, как муж моей старшей сестры – на тот момент заколдованный ухажер – отыскал загородный дом, в котором нас спрятала мама. Хотя это был герцог, матери партия показалась неудачной. Намереваясь повторить попытку с одним графом, родительница удалилась с дочерьми в глушь. Как и в моем случае, сестра воспользовалась магией, и та тоже сработала ошибочно.

В попытке исправить положение нас спрятали далеко за городом. Мой юный ум тогда решил, что мама создала условия для доказательства увлеченности мужчины, демонстрации готовности найти мою сестру хоть на краю света. Ухажер действительно отыскал убежище и похитил возлюбленную ворожею, едва ли не вырвав из наших рук.

Все, конечно, закончилось хорошо. И сестра осталась довольна, но именно после того случая у меня кардинально изменилось мнение о семейном даре.

До сих пор не могу забыть, с какой безумной страстью смотрел он на нашу Ишу. И сама старшая сестра была так напугана, что истошно кричала, когда мужчина ворвался в покои, где она спряталась со мной и средней сестрой.

Иша плакала и прижимала меня к груди, словно бы надеялась, что ухажер не рискнет тронуть ее, пока рядом маленькая сестра.

У меня намертво запечатлелась в памяти сцена, когда герцог встал на пороге. Запыхавшись, обвел комнату безумным лихорадочным взглядом. И когда он остановился на Ише, в глубине этих глаз вспыхнул ненормальный голодный азарт. Его дыхание стало тяжелым, а вены на шее вздулись, став темно-синего цвета, а губы исказила сумасшедшая влюбленная улыбка.

Он медленно приблизился к сестре, пока та плакала и умоляла оставить ее в покое. Мужчина что-то шептал ей о своей любви и нежности, которую подарит девушке. Говорил, как готов осыпать ее поцелуями и драгоценностями, пугая такими словами сильнее, чем даже взглядом.

Это было настолько жутко, что я ревела не хуже самой Иши.

Герцог твердо схватил избранницу за локоть и с силой оторвал мои руки, которые обвивали талию сестры. Средняя, Мари, повисла на его шее, требуя отпустить Ишу, но герцог легко стряхнул помеху, сосредоточив все свое внимание на возлюбленной.

Мужчина тогда взвалил девушку на плечо и поспешил покинуть имение, пока сообщники могли сдерживать слуг и охрану. Герцогу пришлось выложить немало денег, чтобы завербовать несколько десятков наемников для штурма нашего убежища.

Когда безумный влюбленный с Ишей покинул комнату, мы вместе с Мари побежали за ним.

Как сейчас помню. Я пыталась нагнать герцога, но он шел слишком быстро. Кричала что-то вслед, умоляя отпустить сестру, но похититель ничего не желал слышать.

Я смогла приблизиться к нему на лестнице, но он уже прыгал через ступеньку вниз, повторяя, как заведенный, слова о нежности и любви. Даже не обращал внимания на то, что сестра лягается и отбивается. Ее мольбы и плач до сих пор отзвуком пробегают по внутренностям холодком.

Герцог забрал сестру, а что случилось потом, я узнала только много лет спустя в откровенном разговоре с Ишей.

И с тех пор пообещала себе никогда не пользоваться родовой магией. Но и сама не заметила, как споткнулась о собственные принципы и угодила в ту же яму, где незадолго оказались все женщины из нашей семьи.

Глава 3

Прежде чем использовать родовую магию и соглашаться на авантюру с подругой, я не подумала, какие меня ждут последствия.

И только сейчас, у ворот Академии, я в полной мере осознала, насколько фатальным оказался промах.

Я хотела поступить в это учебное заведение, получить диплом и исполнить свою мечту – быть мастером разрушения проклятий. Да-да, именно наша родовая магия стала причиной моего столь необычного желания.

Магистр, разрушающий проклятья – это очень сложно. Такая магия опасна, требует больших знаний и практики. Многое может пойти непредсказуемо и часто приходится действовать вслепую.

Поэтому мастеров этого дела мало, но каждый ценен, как тысячи магов.

Но из-за глупой ошибки мне придется учиться под чужим именем. Ведь генерал устроит на меня настоящую охоту.

Все в нашей семье неизменно повторяется. Единственная разница с ситуациями родственниц – у генерала имелось больше людей и власти для того, чтобы запросто меня отыскать. Поэтому придется проявить осторожность и хитрость.

Нужно любыми способами остаться в Академии. Мне необходимы знания, которых категорически не хватает, чтобы понять суть нашей родовой магии. И когда я смогу выяснить, как снимать чары, то расколдую генерала, уйду из Академии и вернусь к учебе, но под своим настоящим именем… И внешностью.

Пока придется побыть в шкуре серой мышки, чтобы поменьше привлекать к себе внимание.

Я проверила работу медальона и побрела в сторону здания, около которого скопилось больше всего людей. Видимо, комиссия пытается отсортировать студентов, чтобы провести экзамен.

Предварительный я с успехом сдала, но теперь будет посложнее. Это испытание окончательно определит, возьмут меня или нет.

Я вошла в помещение, где будет проходить проверка знаний и тихо присвистнула, увидев в огромной аудитории около сотни абитуриентов. И количество желающих становилось все больше и больше.

Экзамен длился час. Нам зачитали условия конкурса, в очередной раз напомнили, насколько Академия хороша и влиятельна и дали каждому студенту по двадцать вопросов.

Но радовалась я недолго, потому что с уверенностью могла ответить только на первые два. Остальные же требовали больше знаний, некоторые даже практики. Часто встречались вопросы с подковыркой, отчего приходилось перечитывать задание несколько раз, чтобы сообразить в чем дело.

На десятом вопросе я мучительно массировала виски, ругая родителей на беспечность в отношении нашего образования.

Мама легкомысленно относилась к обучению дочерей, предпочитая год за годом пересматривать список богатых потенциальных женихов.

– Зачем утомлять голову, если вы удачно выйдете замуж, – бормотала она, внимательно изучая очередное досье на «суженого». – Будете управлять домом, рожать детишек, завтракать на мансарде и думать, какое платье сегодня надеть.

Сестрам такая жизнь была по душе, а вот мне хотелось гораздо большего.

Я пыталась самостоятельно обучиться, но этого оказалось мало, чтобы поступить в лучшую Академию нашего королевства.

Когда закончился экзамен, тесты растворились в воздухе, не позволив мне поставить последнюю галочку на двадцатом ответе.

Пока шла проверка, нам дали возможность отдохнуть и пообщаться.

Ожидание заставляло меня испытывать мучительное нетерпение. Сейчас решалось мое будущее и сохранять хладнокровие было крайне сложно.

Стараясь отвлечься, я огляделась, прикидывая, кто именно из студентов поступит. Может, вон тот юноша в толстых очках? Или девушка, которая сидела, со сложенными на парте руками будто школьница? Или тот парень, что сейчас смотрит на меня и скалится как агрессивная псина. Судя по белоснежной шелковой рубашке – родители при деньгах. У него наверняка и так есть пропуск в эту Академию, а экзамен пишет для галочки.

Парень выглядел холеным и слишком смазливым, отчего его можно было спутать с барышней.

– Чего уставилась, уродина? – лениво спросил он.

Две девицы, прижимающиеся к нему с обеих сторон, обвели меня острыми как бритва взглядами, подмечая недостатки магической внешности. Одна из них ухмыльнулась, а в глазах отразилась мысль: ну и страшила.

Признаться, впервые слышу, чтобы меня называли уродиной. Мы с сестрами вышли на редкость красивыми и умели подчеркивать достоинства.

Я хотела сказать нечто едкое в ответ, но объявили, что результаты тестов готовы. Перечень поступивших вывесили у входа в здание.

– Не прошла, – хмуро проговорила я, перечитав список около десяти раз. – Вот засада!

Имени Лина Зори нигде не было.

Имя, кстати, не выдумано. Оно принадлежит моей давней знакомой, которая счастливо живет вместе с мужем в далекой глубинке на самом краю королевства. При моей нынешней внешности мы даже отдаленно похожи.

Но теперь все бессмысленно, ведь я не поступила.

Понурив голову, старательно размышляла, как быть. Возвращаться домой нельзя, там меня наверняка будет ждать генерал и разозленная подруга, в которую так и не влюбился принц.

Мама, увидев на пороге Аратона абсолютно точно даст согласие на брак. Неважно, по душе мне жених или нет.

Я вспомнила безумный влюбленный взгляд колючих глаз генерала. По коже пробежали мурашки, а тело передернуло.

Не хочу за него замуж! Он жуткий! Еще и эти слухи про убийство невесты! Не хочу! Нужно что-то предпринять…

Из размышлений вдруг вырвал голос рядом:

– Есть еще шанс поступить. – Говорила старшекурсница, которая, судя по повязке, была куратором. Она тщетно пыталась успокоить одну девушку, которая отчаянно рыдала около стенда с именами поступивших.

Абитуриентка плакала, растирая слезы по щекам. На покрасневших веках виднелись подтеки туши, отчего голубые глаза казались намного ярче и красивее. Девушка говорила, давясь слезами.

– Э-э-это ко-конец! – причитала она. – Ме-меня ро-родители у-у-бьют!

– Не стоит так переживать, – пыталась успокоить ее старшекурсница. – В следующем году наверняка повезет.

Не знаю, почему куратор старалась помочь провалившейся на экзамене девушке, но ничто не могло ее утешить.

– Я отличница! – истерично выкрикнула она, размазывая остатки туши по щекам. – Я не могла не поступить! Я была лучшей в школе.

Куратор вдруг поменялась в лице и задумалась.

Отличница пыталась успокоиться, но неизбежно заново начинала рыдать, громко всхлипывая. Мне захотелось ее даже пожалеть.

Но слова сочувствия не успели сорваться с языка, как вдруг куратор сказала:

– Сейчас начинается отбор в ученики к господину Азриэлю. Может, попробуешь? Но сразу предупреждаю: к нему крайне сложно попасть в ученики.

Слезы отличницы высохли практически мгновенно. Она уставилась на куратора с надеждой, продолжая всхлипывать.

– А почему к нему отбор идет отдельно? – вклинилась я в разговор.

Куратор смерила меня колючим взглядом, не обрадовавшись, что я их подслушала.

– Тоже не поступили?

Кивнула.

Старшекурсница вздохнула, но подобрела.

– Он берет всего одного студента раз в год и штудирует пять лет. Но обучение очень сложное. Далеко не всем его… методы подходят.

Я ощутила наплыв радости и надежды. Не всё потеряно!

– А мне можно попробовать свои силы?

Куратор посмотрела с сомнением.

– Да, но… Не уверена, что вы пройдете отбор.

– Почему? – смешалась я.

– Господин Азриэль… эм… очень требовательный.

– Учиться я хочу и люблю, – уверила ее, едва не подпрыгивая от возможности получить второй шанс.

Девушка замялась.

– Он не только требовательный, но и немного… эксцентричный.

– Я все равно хочу попробовать.

Куратор вздохнула и задумалась. Она посмотрела вдаль, словно искала подсказку где-то на стене Академии, возвела глаза к безоблачному небу, но в итоге, махнув рукой, повела нас к другому зданию.

Пройдя по длинным старинным коридорам Академии, мы поднялись на третий этаж и оказались в классе с дюжиной ребят, которые также решили испытать второй шанс.

Странно, что претендентов немного. Я думала, придет под сотню человек.

– А почему так мало желающих? – шепнула на ухо куратору.

Отличница рядом со мной заметно навострила уши, хотя и старалась делать вид, что не подслушивает нас.

– Господин Азриэль имеет репутацию самого лучшего преподавателя и самого жесткого, – пояснила куратор. Она вдруг необычно покраснела, а глаза ее заблестели. – Такой не пойдет навстречу и не простит прогулы или пробелы в знаниях. – Она озадаченно глянула на меня. – Странно, что вы не слышали про него. Ведь о его методах обучения знают практически все.

– Я издалека.

– Заметно, – хмыкнула она.

Дверь в аудиторию с шумом открылась, и кучка абитуриентов синхронно перевела взгляды на вход.

Я вытянула шею, чтобы рассмотреть столь любопытного преподавателя, о котором распространялись неоднозначные слухи.

Господин Азриэль удивил меня. Я ожидала увидеть ворчливого старичка в изношенной мантии, но в комнату вошел очень красивый эльф внешностью не старше тридцати пяти лет. По меркам их расы наверняка ему не больше трехсот.

Мужчина широким шагом пересек комнату и остановился напротив претендентов в ученики. Высокий, плечистый, с идеальными пропорциями тела. За качественной тканью зеленого сюртука виднелась подтянутая фигура. Красивое лицо с прямым носом обрамляли длинные смолянистые волосы. На аккуратных изящных пальцах виднелись завороженные перстни.

А глаза… Яркие, как бирюза. И колючие, как утренний мороз.

Пелена первого впечатления быстро спала, когда мужчина одарил каждого высокомерным оценочным взглядом, от которого мелькнуло ощущение ничтожности собственного существования.

Красота эльфа была безупречной и редкой даже для его расы, но вот манеры, движения и взгляд заставляли чувствовать себя глупым ребенком.

– Я ожидал большего, – заключил преподаватель.

У меня чуть не отвисла челюсть от услышанного.

Куратор замялась и кашлянула.

– В этом году не так много экзаменуемых…

– Я не про количество, а качество, – перебил ее мужчина. Он снова внимательно нас изучил. – Ни у кого особенных талантов не вижу. Слабоват потенциал. Ну, кроме одного студента.

«Интересно, какого».

Но он не сказал.

– Меня зовут Азриэль Валлион. Я лучший преподаватель во всем королевстве.

«И его самомнение смогло уместиться в одной Академии?» – со смехом подумала я.

– Учиться у меня сложно, но после вы сможете без стеснения работать в любом месте. Если отучитесь со мной все пять лет, то я даже подсоблю в устройстве. А пока посмотрим, что вы можете предложить мне в ответ.

Эльф шагнул вперед и оказался перед первым претендентом. Парень так сильно округлил глаза, будто боялся моргнуть в присутствии Азриэля.

– В чем разница между мориусом и залежной пылью?

Парень растерянно огляделся и замычал.

– Ну? – требовал он ответ.

Претендент что-то рассеянно промямлил.

– Ясно, – цокнул языком Азриэль. – Нет.

Подошел к следующему.

– В какую стадию луны лучше всего заряжать магический перстень для защиты от проклятий?

– Полнолунье? – неуверенно протянул парень.

– Пытались угадать или знаете наверняка? – сухо уточнил мужчина.

– Э-э. Знаю.

– Все ясно. Нет.

Я нервно сглотнула. Ведь передо мной было всего двое человек. Еще один парень и девушка-отличница, что рыдала у стенда с именами. Если он задаст какой-то каверзный вопрос, точно не отвечу из-за недостатка знаний.

Я прикусила губу и посмотрела на отличницу. Тягаться с ней будет сложно. Наверняка преподавателю подойдет именно такой студент.

Глубоко вздохнула и успокоила себя. Нужно сохранять хладнокровие и позитивный настрой, тогда все получится.

Азриэль остановился напротив парня.

– Я читал вашу работу по магическим иллюзиям, господин Азриэль, – вдруг напевно заговорил студент, картинно закатывая глаза. – А также книгу по защитам и превращениям. Я много читал о вас и ваших достижениях. Вы первый человек… эм… эльф, который смог вывести формулу по защите от яда «кровавой вдовы». Вы совершенно точно лучший маг в королевстве, – широко улыбаясь нахваливал парень и останавливаться не планировал. – Многие ваши выпускники становились гениями, уважаемыми магами, превосходными изобретателями. Почту за честь учиться у вас!

Азриэль слушал его тираду, не прерывая и не выражая никаких эмоций. А когда у парня закончился воздух в легких, сказал:

– Не люблю подхалимов. Вам тут не место.

Взгляд претендента потух, на лице появилось непонимание. Он так и не понял, чем не угодил преподавателю.

Азриэль подошел к девушке, что стояла слева от меня.

– Я училась в школе столицы на одни пятерки, – защебетала она. Следы от потекшей туши были убраны, а вот припухлость осталась. Выглядела отличница так, словно вот-вот снова разрыдается. – Я вам точно подойду. Ведь я легко обучаема, много знаю, отлично лажу с людьми, лучше всех варю зелья, знаю все элементарии наизусть. Я готова ночами не спать и учиться у вас! Лучшей ученицы вам не найти!

Эльф чуть изогнул бровь.

– Неужели? – холодно поинтересовался он.

Девушка смешалась, слыша его недовольство, но не осознавая причин. И все же продолжила настаивать.

– Я круглая отличница! Вот увидите, я справлюсь с любым заданием!

– Сможете прямо сейчас наколдовать каменного защитника?

Девушка замялась и посмотрела по сторонам на других, словно ждала от нас поддержки.

– Нет, – тихо ответила она, стараясь сохранять оптимизм. – Нас такому не обучали в школе.

– Но вы же уверили меня, что справитесь с любым заданием, – подчеркнул преподаватель. – Значит, не с любым.

Абитуриентка снова самоуверенно улыбнулась.

– Почти со всеми заданиями. Если возьмете меня, не пожалеете!

– Нет.

Улыбка на губах отличницы потухла.

– Почему?

– Ненавижу заучек.

Мужчина остановился напротив меня и придирчиво осмотрел с ног до головы. Казалось, он старательно ищет хотя бы малейшие недостатки.

– Нет, – решительно сказал он и шагнул к следующему студенту.

Даже ничего не спросил! По внешности, что ли, ему не подошла!

– Вот и прекрасно, – буркнула я.

Эльф резко затормозил и развернулся ко мне на каблуках.

– Что, простите?

Видно, что уточнил из вежливости, позволяя мне отступить и взять свои слова назад. Но и я не из робких, а характер есть не только у него.

– Я сказала: «Вот и прекрасно», – повторила по слогам.

Азриэль вернулся ко мне и встал напротив. Его пристальный взгляд давил, пытался заставить стушеваться. Но я лишь расслабленно сложила руки на груди, с вызовом вздернув крупный нос.

Да, мне нужно во что бы то и ни стало остаться в Академии, но раз меня уже не взяли, то можно немного позубоскалить.

– И почему это «прекрасно»? – сверля меня глазами цвета морозного неба, спросил маг.

– Рада, что вы меня не выбрали.

– Я лучший преподаватель в этой Академии, – напомнил он. – Каждый мечтает учиться у меня.

– Это не меняет того факта, что у вас просто ужасный характер и непомерно высокое мнение о себе в придачу. Странно, что вы со своим эго смогли поместиться в этом классе.

В аудитории повисла мертвая тишина. Кажется, даже слышно было, как куратор громко сглотнула, а студенты отшатнулись назад от такой фразы. Девушка-отличница слева от меня ойкнула.

Азриэль снова критично осмотрел меня с ног до головы.

– Думаете, вы умнее остальных?

– У меня обычное образование, но большие амбиции. И это все равно не повод ползать у вас в ногах, чтобы в итоге получить сухое: «Нет». Вы даже ничего у меня не спросили.

Эльф продолжал разглядывать меня надменным взором, в котором не мелькнуло ни капли заинтересованности. Казалось, магу просто скучно и он решил позабавить себя взаимным хамством.

– Что ж, – он выпрямился, сплетая пальцы вместе. – Тогда вопрос: какие элементарии используются, как проводники, чтобы заряжать магические амулеты?

Я почувствовала холодок, пробежавший по спине и пот, выступивший на висках. Нас сестрами обучали дома кое-как и мы очень многого не знаем. Например, ответ на этот вопрос. Единственный элементарий, который я известен – как убрать мешки под глазами после бессонной ночи.

– Ну же, – вздернув бровями, подтолкнул эльф. – Ответ на этот вопрос знают даже школьники.

– Можно я?! – отличница рядом со мной вытянула руку, будто была на уроке. Видимо, хотела поймать удачу за хвост. – Можно мне?!

– Нет.

– Я знаю ответ!

– Мне все равно, знаете ли вы ответ, – отсек он, не удостоив девушку даже взглядом. – Хочу услышать ответ от нее.

Я глубоко вздохнула и поджала губы, осознавая, что проиграла слишком легко и быстро. Уверена, преподаватель будет насмехаться над моими пробелами в знаниях.

Сейчас особенно хотелось отругать маму за то, что больше учила нас ухаживать за собой, чем зубрить формулы.

Молчала очень долго, поэтому со стороны присутствующих начались перешептывания. Придется сказать честно, потому что у меня не было ни малейшего представления, какие должны быть элементарии.

– Я не знаю, – со вздохом ответила я.

Отличница рядом со мной насмешливо фыркнула:

– А сколько гонора-то было.

– Замолчите, – жестко парировал Азриэль, раздражённо посмотрев на девушку.

Эльф снова обратил на меня свой высокомерный холодный взгляд. Ох, представляю, насколько сейчас доволен собой, поставив меня на место. Единственную, кто сказала ему в лицо, какой у преподавателя отвратительный характер.

Азриэль повернулся к куратору.

– Все свободны, – скомандовал он. – Мне никто не подошел из присутствующих.

Сердце оборвалось от разочарования. Пусть преподаватель и был далек от совершенства, но он был моим единственным пропуском в Академию.

Наверное, я смогла бы учиться у него, учитывая, что выбор невелик, но даже этот шанс был упущен.

Куратор прочистила горло и поторопила студентов к выходу. Чувствовалось, ей самой хочется скорее сбежать подальше от Азриэля. По глазам видела, как ей не по себе рядом с эльфом. Еще и густо краснела, когда он обращался к ней.

Небось влюбилась и втихую представляла себе, что с ней он станет другим. Только вот такие не меняются.

Я вздохнула, принимая поражение с достоинством.

Эльф пристально наблюдал за мной, будто напоследок хотел запечатлеть момент моего краха.

– Поторопитесь, пожалуйста, – неуверенно прикрикнула старшекурсница, боясь гнева Азриэля.

Я шагнула в сторону выхода, но была остановлена эльфом.

– Вы останьтесь.

Глянула на куратора и заметила, как нервно она перевела взгляд с меня на преподавателя.

– Я сказал, что вы все свободны, – с нажимом произнес Азриэль, обращаясь к куратору. – Чтобы через секунду вас тут не было.

Когда в аудитории мы остались одни, преподаватель шагнул в мою сторону. Он вдруг достал из кармана сюртука магический карандаш и ловко поддел им шнурок, на котором висел мой амулет. И поднял его на уровень глаз.

– Какая неумелая работа, – проворчал эльф. – Явно делали не вы, раз не знаете основ. – Стрельнул глазами в меня. – Считаете себя настолько некрасивой, что скрываете недостатки внешности?

Мурашки пробежали по спине.

Преподаватель сразу понял, что это амулет, меняющий внешность. Но не увидел, как кардинально она изменена!

– Формулы явно нарушены, амулет нестабилен. Лучше сделать новый, чем пытаться исправить старый.

Он отпустил шнурок, позволив вещице упасть мне на грудь, потом магическим карандашом провел по одной из граней кулона, отчего предмет слегка засветился.

– Да, он испорчен и проработает недолго.

Меня бросило в холодный пот при мысли, что маг сейчас снимет чары и увидит совсем не того человека, кто пришел учиться в Академию. Но благо амулет снова погас, а мужчина убрал карандаш.

– Думаете, если скроете прыщи, чуть подправите лицо и уберете пару лишних сантиметров на талии, то будете больше нравиться мужчинам?

Ответить он мне не дал.

– Вы наверняка не в курсе, что его надо иногда заряжать, чтобы эффект не пропал. Радуйтесь, это делается несложно. И формула довольно простая. Даже такая, как вы, поймете.

Кто бы сомневался, что он продолжить придираться ко мне!

Азриэль отошел к книжной полке и достал оттуда толстую книгу. Вернулся и протянул ее мне.

– Страница двести пятьдесят три. Это ваше первое задание. Нужно зарядить амулет так, чтобы хватило энергии минимум на месяц. Делать новый вам пока рано.

– Что? – растерянно переспросила я. – Что еще за первое задание?

– Если будете так туго соображать, боюсь, учить вас не смогу, – ворчливо ответил он.

– Вы берете меня? – не могла поверить. – Потому что нахамила вам?

– Нет, не поэтому.

– Но вы же мою кандидатуру отсекли. – В голове все еще не укладывалось, почему он вдруг взял меня.

– Да, отсек. У вас есть что-то похожее на магический потенциал. Но я думал вы бесхребетная, хотя выяснилось, что зачатки характера у вас тоже есть, – честно ответил Азриэль. – Рад был передумать, а то остался бы без ученика. Остальные категорически не подходили. С вами еще можно работать.

– Но у меня совсем мало знаний!

– Я заметил.

– И все равно берете? – не могла понять я.

– На чистом листе писать легче, – пояснил он, чем и ответил на вопросы, которые меня мучили.

Мужчина перевел взгляд на книгу, которую все еще протягивал мне.

– Без этой книги вы не выполните первое задание. Берите.

Я поспешно схватила фолиант и прижала к груди.

– Значит, я зачислена к вам?

– Да, – несколько раздраженно кивнул преподаватель. – Поздравлять вас не буду, так как вы вскоре пожалеете.

Что ж, слухи о нем, кажется, полностью правдивы.

– Обратитесь к куратору по остальным вопросам, – отмахнулся эльф и сморщился, как от головной боли. – Я не буду вашей нянькой.

– Спасибо.

– Рано благодарите, – хмыкнул он. – Последние десять учеников больше месяца не продержались. Вам также даю дней тридцать.

«Ну уж нет, господин Азриэль, – подумала я, с улыбкой прижимая книгу к груди. – Вы меня сильно недооцениваете!»

– Хватит так улыбаться, – сверкнул эльф морозными глазами. – Это раздражает.

– Вам бы тоже не помешало, наставник…– и добавила, словно издеваясь над ним, – улыбнуться.

Сказала я и ушла из аудитории, прежде чем услышать очередной едкий комментарий.

Глава 4

– Мам, я тебе говорила, что собираюсь учиться, – ворчала я, складывая одежду в шкаф.

Магическая проекция дернулась. И сменила положение, упрямо сложив руки на груди. Образ матери выглядел практически точной ее копией, с той разницей, что проекция имела сильный зеленый оттенок. Поэтому создавалось ощущение, будто говоришь с призраком.

– Что за глупости? – спросила мама привычным для моих ушей недовольным тоном. – В Академии хорошего жениха не найти. Они либо старые, либо страшные. А еще бедные, как мыши.

– Я пришла учиться, а не жениха искать, мама.

– Какие глупости, – повторила она.

Образ мамы снова дернулся. Она огляделась, рассматривая компактную комнату, в которой мне предстоит жить следующие пять лет. Или меньше, если придется уходить и опять возвращаться сюда.

Надеюсь, получится поступить в Академию на общие курсы, чтобы снова не попадать к Азриэлю. Я хоть и была настроена учиться упорно, но совершенно не представляла, насколько меня хватит, учитывая характер наставника.

– Это твоя комната? – недоверчиво спросила мама.

Для студентов на бесплатном обучении выделялись крохотные спальни, в которых помещалась кровать, небольшой шкаф и стол со стулом. Благо хоть окно смотрело на бескрайний лес и горы. За один только вид можно пренебречь недостатками комнаты.

– Да. Это моя спальня.

– И ты собираешься здесь жить? – брезгливо спросила она. – Да у нас чулан для хранения швабр больше!

Я вздохнула и отвлеклась от складывания вещей.

– Да, собираюсь.

– Аделина…

– Мама, уже все решено. Лучше расскажи, какие новости.

На самом деле я интересовалась не тем, как дела у родни. Уверена, у них все как обычно прекрасно. В действительности мне хотелось выяснить, смог генерал узнать, кто я такая или нет.

Мне повезло, что мама не интересовалась тем, куда я поступила. Уверена, вскоре на пороге появится Аратон с предложением руки и сердца. И тогда мама будет всеми силами выяснять, где я. Собственно, после этого разговора придется заблокировать связь, чтобы меня не смогли отследить.

Именно поэтому я связалась с мамой сейчас и сообщила, что учусь. А если генерал решит проверить Академию, то увидит только студентку Лину Зори. Невысокую, пухленькую, невзрачную ученицу господина Азриэля.

Это необходимая мера, пока не решу вопрос с непрошеным женихом.

– Ничего нового, кроме того, что моя младшая дочь выбрала… – она покрутила рукой, – выбрала учебу, а не чудесную жизнь в неге и любви.

Я устало вздохнула.

– В какой такой любви? – спросила я, чувствуя, как лицо каменеет от напряжения. Ненавидела этот разговор, но все равно всегда втягивалась.

– Опять ты за свое.

– Нет между вами никакой любви, мама. Только магия, которая намертво привязывает к вам мужей.

– Ты как обычно.

Я не ответила, понимая, что еще немного и мы поругаемся. Снова. Переубедить маму невозможно, ведь она думает, что ничего плохого в привороте нет. Сестры больше склонялись к ее мнению, чем к моему, потому что счастливы в браке. Иногда они поддерживали маму, иногда меня.

В дверь вдруг постучали.

Я была рада возможности завершить разговор.

– Мама, ко мне пришли. Пока.

– Аде…

Она недоговорила, я оборвала связь, чтобы успеть надеть кулон, меняющий внешность. Когда медальон оказался на шее, я повернулась к зеркалу проверить исправность амулета.

Все отлично работало. И почему Азриэль думает, что он испорчен?

Я подошла к двери и, крутанув язычок замка, отворила. Моему удивлению не было предела, ведь в коридоре стоял сам господин Азриэль.

Он зашел без приглашения и остановился посреди спальни. Его колючий морозный взгляд пробежался по комнате, разбросанным по кровати и полу вещам и остановился на открытой книге, которую отдал мне сегодня утром.

Я успела прочесть около пятидесяти страниц, настолько увлеклась некоторыми разделами по магическим основам. По правде, не ожидала, что самая скучная часть в магии может быть описана настолько просто, понятно и увлекательно.

Азриэль присмотрелся к странице, на которой подробно описывались элементарные магические заклинания.

– Вы что-то хотели? – спросила я, ощущая огромное желание выпроводить преподавателя из комнаты.