Разум. Том 3. Возвращение

Глава 1

Корабли экспедиции Кольца Разумных Миров вынырнули из подпространственного перехода на пути к созвездию Эпсидан и тут же едва не напоролись на целую флотилию… Шерров!

Капитаны Эн Ширкон и Ким Русс немедленно связались друг с другом.

– Брат! Мы насчитали порядка двух десятков паучьих шариков!

– Если быть совсем уж точными, их двадцать три, Эн.

– Не кажется ли тебе, что для нас это будет, пожалуй, многовато? И откуда они только берутся!?

– Выходит Масы не зря хвалились, что терпхами завоёваны все миры этой вселенной. А этот мир, в котором мы оказались, видимо, настолько далёк от Тыха, что «лекарство», прописанное им, попросту не успело сюда попасть,

Крун ожесточённо поскрёб поднявшуюся ость на загривке.

– И что ты предлагаешь делать?

Ким мельком посмотрел на обзорный экран.

– Судя по всему, терпхи нас заметили. Видишь, они начали перестраиваться для атаки.

– Похоже на то. Я думаю, что у нас только два варианта. Первый – быстренько скорректировать маршрут движения к нашей конечной цели и драпать отсюда на всех парах. Второй – принять самоубийственный бой с превосходящими силами противника и, если не уничтожить их всех, то значительно проредить ряды насекомых. Правда в последнем случае нам не удастся посчитать, сколько останется этих тварей, в конечном счёте…

Последние слова крун произнёс еле слышно.

– Эн, не слышу металла в твоём голосе! Перед нами, возможно, последний бастион империи терпхов и мы должны его уничтожить, иначе, восстановив свою численность и мощь, они снова заполонят эту несчастную вселенную…

Капитан «Ариэнты» тяжело вздохнул.

– Брат, ты знаешь меня, я не трус, но… силы слишком неравные, слишком!

– Эн, а ИПВ!? Генераторы пространственных вихрей, по крайней мере уравнивают наши шансы.

– Ну, не знаю… Мне лично ещё не приходилось их использовать, я лишь однажды на учениях наблюдал со стороны, как с помощью ИПВ ударили по старому списанному транспорту. Эффектно, но против нас сейчас не одно неповоротливое судно, а два десятка берсеркеров! Не стоит преувеличивать силу этого оружия.

Русс загадочно улыбнулся и показал другу обычный с виду диск, который он тут же вложил в дисковод компа.

– Не буду хвалиться, что у меня огромный опыт применения ИПВ и, тем не менее, посылаю тебе некоторые наработки по его боевому использованию… Судя по всему терпхи идут под началом своей Масы. Они не рассыпаются, держат строй и, похоже, у нас с тобой осталось для принятия решения не более двух-трёх часов. И всё же время ещё есть. Посмотри варианты применения генераторов и выбери один из них. Для себя выбор я уже сделал.

На «Ласе» быстро и сосредоточенно готовились к бою. Люди понимали – уходить из этого мира не искоренив окончательно зло – значит предать память погибшего в бою с терпхами Соида Шика, предать астов, чезов, тыхов, дать возможность паукам, пусть в будущем, прорваться в их миры…

Кир, активировав приборы радиооптической системы дальнего поиска, припал к окулярам и вскоре встревоженно доложил деду.

– Капитан! Чуть выше и правее строя Шерров наблюдаю диск планеты. Судя по показаниям приборов до неё ноль целых две сотых галакта…

Старший Русс качнул головой, принимая это сообщение к сведению и, поколебавшись, снова вызвал «Ариэнту» на связь. Похоже, Эн ещё не досмотрел послание Кима до конца, поэтому на его сосредоточенном лице появилась недовольная мина.

– Эн, Шерры идут к нам со стороны неизвестной планеты «Х». Они почти заслоняют её собой. И всё же чуть выше и правее строя их кораблей её диск просматривается. Думаю, там их база в этом мире. Так что надо будет заняться и ею…

Киму редко приходилось видеть улыбающегося круна Ширкона, а уж смеющегося – тем более. А тут.... Это было что-то. Громоподобный, клокочущий звук, исторгшийся из чрева капитана «Ариэнты», заставил замигать дисплей экрана межкорабельной связи.

– Брат! На нас несётся целый рой кораблей насекомых, способных расклевать дюжину таких крейсеров, как мой, а ты о какой-то планете чирикаешь!

И тут же без всякого перехода выпалил.

– Третий!

– Что, третий? – не сразу врубился Ким.

Крун досадливо рубанул рукой.

– Я выбираю третий вариант…

– Понял тебя, – расцвёл в довольной улыбке Русс, – именно третий вариант я и имел в виду.

– А почему это не первый и не пятый? Глаза круна сузились в хитрой усмешке.

– А потому, мой дорогой брат, что именно третий вариант применим в случае борьбы с флотскими группировками кораблей. Но тут есть один нюанс, Эн. В наших мирах, если не считать дискообразных кораблей тзельмпенов, проектируются и строятся корабли линейного типа, а тут…

Ширкон с довольным видом похлопал себя по загривку.

– Мы тоже не лыком зашиты, так, кажется ты говаривал?

Ким улыбнулся, но не стал поправлять круна, а тот продолжил.

– Наши братья меньшие, но умнейшие, успели смоделировать бой с применением ИПВ на бортовом компе, и знаешь, получается очень даже неплохо…

И он вкратце поведал своему коллеге об особенностях методики предстоящего боя с шарообразными кораблями терпхов. Ким кивнул головой, соглашаясь с доводами круна, а рука, теребящая бороду, непроизвольно опустилась вниз, и ладонь прижалась к груди, в которой гулко стучало сердце.

Ширкон заметил этот жест и обеспокоенно посмотрел другу в глаза.

– Похоже, крепко тебе досталось в этот раз…

Да, в той сумасшедшей карусели, что устроили огуны, захватив Шерр и направив его как таран на «Ариэнту», оба капитана с честью вышли из скоротечного боя. Но Кима Русса в этом бою снова захватила и едва не лишила жизни нечеловеческая, неодолимая сила, заставлявшая его драться со своими друзьями из экипажа «Ласы», чтобы прорваться к пульту управления корабля. Лишь благодаря неимоверным усилиям Кадура, Шао и Ясора, его удалось оттащить от пульта и предотвратить неотвратимое…

– Да, Эн, не скрою, мы успели сделать по «Фатуму» два выстрела, а вот после этого со мной началось такое… Но всё позади. Ведь твои корветы достигли точки взрыва Шерра и фрегата огунов? Достигли. Эхо-след не обнаружили? Значит, кончилась песенка огунов. Разнесло их на молекулы и атомы!

Крун уклончиво пожал плечами.

– То, что в месте взрыва Тернон и Тоорх не обнаружили даже намёка на эхо-след, ещё ни о чём не говорит. Ты ведь не хуже меня знаешь, что даже в атмосфере какой-нибудь планеты ударная волна взрыва разгоняется до скорости звука, а тут – вакуум… След фрегата, если он всё-таки чудом уцелел после «поцелуя» с Шерром, могло элементарно сдуть в тартарары… Ладно, не будем о плохом.

– Да, Эн, пора активировать генераторы. Терпхи-то ещё больше пришпорили свои корабли, вон их огни уже невооружённым глазом видны. И… если ты заметил, они продолжают атаковать нас всем строем, а не одиночными кораблями.

Ширкон скорчил уморительную мину.

– Какой-никакой, а умишко у этих насекомых есть. Научили мы их драться на свою голову…

ГЛАВА 2

«Ариэнта» и «Ласа» отстыковались и быстро разойдясь на несколько десятков ридов, развернулись кормой к стремительно приближающимся кораблям противника. Вахтенный акустик, сидевший в отдельной звуко-изолированной кабинке в просторной рубке крейсера что-то хмыкнул себе под нос и нажал на одну из кнопок своего пульта. Тотчас же перед круном Ширконом зажёгся экран монитора межкорабельной связи, и на нём появилось изображение уродливой головы императрицы терпхов.

– Великая Масаса перед своей гибелью сообщила мне, её верноподданной воительнице, что вы, ничтожные пришельцы, погубили всех моих великородных сестёр и их воинов в трёх мирах нашей империи. Я, императрица мира Корри, последняя из оставшихся в живых Мас, неустрашимая и непобедимая, даю вам бой. Я раздавлю, уничтожу вас и стану Масасой. Вы обманули моих сестёр, но я хитрее их. Они глупо верили, что вы, пришельцы, способны дать империи терпхов новые знания. Знайте, меня вам обмануть не удастся. Я даже не предлагаю вам сдаться. С меня достаточно и того, что на ваших утлых кораблях много мяса, вашего мяса… То ли сработали телепатические способности, то ли «речь» Масы стала иметь явно кулинарный уклон, но оба капитана почти одновременно дали отбой связи. Некогда было отвлекаться на горячечный бред зарвавшегося насекомого.

Ширкон грузно повернулся всем телом к Бермону.

– Седи, единственное, что мне нравится в этих чёртовых пауках, так это их сверхоптимизм и полнейшая откровенность.

– Да, Маса проговорилась, что она последняя воительница их мира. Но ещё не факт, что это так. После неудачного опыта общения с нами терпхи кое-чему научились. Вон и атакуют строем, а не как раньше. Я не исключаю, что она может схитрить и в каких-нибудь закоулках их мира, есть ещё колонии пауков.

Капитан «Ариэнты» фыркнул и нетерпеливо крутанул головой.

– То, что я узнал об этих тварях, говорит о другом. Они, упиваясь своей безнаказанностью и силой, никогда не скрывают своих намерений и истинного положения дел. Зачем им это? Они ведь непобедимые и несокрушимые! Поверь, Седи, наши коллеги-тзельмпены не зря столько времени потратили на изучение этих тварей. Их умишко настолько прямой и нехитрожопый, что диву даёшься, как они умудрились заполонить всю эту вселенную. И если Маса сказала, что она последняя из императриц, значит так оно и есть. Да и потом, если она вдруг слукавила насчёт этого, нам что, здесь до скончания жизни отлавливать этих букашек?

Эн, закончив процедуру идентификации, плотно уселся в кресло за пультом управления ИПВ и лишь краем уха уловил ответ Седи Бермона.

– Терпхи конечно очевидное зло этого мира, но я бы предпочёл поверить Масе..

Шерры приближались к кораблям КРМ ровным и довольно плотным строем. Расстояние между противниками сократилось настолько, что без всякой оптики стала просматриваться трёхярусная система ходовых огней на кораблях терпхов. На фоне бархатно-чёрной среды космоса, истыканного редкими звёздами, яркие ходовые огни смахивали на разъярённые глазки полчищ смертоносных пчёл. Впрочем, это сравнение было не совсем правомерным. Пчёлы – это трудяги, собирающие нектар, и они могли быть злыми только в одном случае – если кто-то пытался их отвлечь от дела или разорял их соты. А терпхи… Их сделали монстрами ещё более умные существа – маргелы. Лень, скудоумие, нежелание или неумение предвидеть последствия – именно они породили терпхов, которые стали бедой для всего этого мира.,.

Как только крайние корабли терпхов стали отстыковываться от общего строя, чтобы начать маневр окружения противника, из кормовых отсеков «Ариэнты» и «Ласы» одновременно ударили невидимые лучи-расщепители пространства. Модулируя их интенсивность и направленность Ширкон и Русс создали с помощью своих ИПВ огромный пространственный пузырь, внутри которого, как мячики в лототроне начали хаотично метаться огромные, многотонные и когда-то непобедимые шары-корабли. Эта смертельная пляска продолжалась не более пяти минут. Время от времени призрачные стенки этой гигантской пространственной ловушки озарялись мгновенными вспышками разрывающихся Шерров, и вскоре чёрный бархат космоса поглотил последние искорки жизни той, злой силы несчастной вселенной…

Корри оказалась второй планетой небольшого бледно-красного светила. Астрофизики «Ариэнты» установили, что от этой планеты идут хоть и слабые, но явно искусственные сигналы техногенного характера. Впрочем, если планета действительно являлась базой терпхов в этом секторе вселенной, то удивляться не приходилось. Раз пауки её «оседлали», значит, она уже могла считаться обитаемой. Генераторы пространственного вихря изрядно убавили энергоресурсы кораблей КРМ, поэтому по обоюдному согласию капитанов «Ласу» вновь пристыковали к главному крейсеру экспедиции, после чего спарка кораблей устремилась к Корри.

Настал день и час, когда изображение планеты полностью заполнило обзорный экран в боевой рубке «Ариэнты». Издалека, с орбиты, Корри казалась довольно симпатичной, хоть и некрупной планеткой. У неё была довольно плотная атмосфера с преобладанием азота, а вот кислорода в ней было не более десяти процентов. Процентов пять составляли инертные газы и… мышьяк!

– Это конечно, ещё не адская смесь, но полной грудью не надышишься, – проворчал крун Ширкон, когда ему на дисплей лаборанты вывели спектраль-ный состав атмосферы.

Ким отмахнулся.

– Не привыкать. Поработаем в скафандрах. Меня другое удивляет. От планеты идёт хоть и слабый, но определённо техногенный фон, а наши астрономы на её поверхности ничего не могут обнаружить! И действительно, Эн, мы видим только девственный, нетронутый лес и незамутнённую лазурь океанов.

Словно услышав слова землянина из астрофизической лаборатории сообщили:

– Результаты поверхностного сканирования материковой части планеты выявили множество крупных, средних и мелких следов существования в этих местах уплотнённых построек. Скорее всего, в далёком прошлом здесь располагались города. Разрушенные временем постройки до сих пор сохраняют тот порядок, который присущ домам, улицам и площадям…

Капитаны переглянулись, а сидевший рядом с ними Тару прощебетал:

– Что-то не стыкуется у нас. Маса последнего воинства терпхов говорила, что они завоевали и этот мир. А что и, главное, кого тут завоёвывать? Этим руинам, наверное, тысячи, если не миллионы лет, а терпхи по словам тыхов, начали завоёвывать их вселенную около двух тысяч лет назад.

Седи Бермон сверкнул улыбкой в сторону начальника экспедиции.

– Тару, дорогой, я ведь полностью согласен с Эном в той части, что терпхи в целом и Масы в частности не умеют врать. Так уж устроены их извилины, если они вообще у них есть. Давайте не будем делать скоропалительных выводов. Нам всё равно придётся садиться на поверхность для подзарядки энергопакетов кораблей. Вот заодно и над этой шарадой подумаем.

Ширкон шумно вздохнул и вопросительно посмотрел на Русса.

– А что тут думать? – Ким незаметно подмигнул Бермону, – будем садиться! Только, чур, на этот раз ты, Эн, своей армадой прикроешь меня, а потом поменяемся местами, идёт?

Крун удовлетворённо кивнул головой, но произнести ничего не успел.

– ОДВА!

Сигнал боевой тревоги второго ранга опасности всколыхнул все экипажи крейсеров. Боевые посты один за другим стали докладывать о своей готовности к бою. Чертыхнувшись, Ширкон дал увеличение изображения на обзорном экране, и вскоре все увидели, как с поверхности планеты на орбиту стала подниматься небольшая, но всё увеличивающаяся в размерах точка с до боли знакомыми очертаниями,

– По крайней мере, Маса не лгала в одном – этот мир захвачен терпхами и эта растущая на глазах точка не что иное, как Шерр! Эн, я отстыковываюсь!

Ширкон решительно встал с места.

– Да, брат, действуем по старой схеме. Думаю, тебе полсотни гиков энергии на скоротечный бой хватит.

Шерр терпхов вёл себя как-то странно. Выйдя на орбиту чуть высшую, чем «Ариэнта», он не бросился сломя голову атаковать, а начал совершать какие-то непонятные маневры. Его то подбрасывало на несколько сот ронов вверх, то резко кидало в сторону или вниз. Ко всему прочему у Шерра горела только средняя гирлянда ходовых огней, а из ангаров не вылетел ни один из многочисленных челноков! Русс вывел «Ласу» на ударную позицию, но вскоре был вынужден перевести «иглу» на более безопасное расстояние, так как метания Шерра были опасны и не предсказуемы. Всё это как-то не вязалось с привыч-ным поведением терпхов во время боя. В какой-то момент Шерр перестал хаотично шарахаться из стороны в сторону и стал медленно дрейфовать па-раллельно «Ариэнте» и даже несколько отдаляться от неё.

Кир, который всё это время постоянно следил за экраном радара, воскликнул:

– Капитан! Из одного ангара Шерра вылетел челнок. Попыток для атаки не предпринимает!

Ким и сам, развернув систему видеообзора к Шерру, который в это время сместился чуть в сторону от «Ласы», заметил, как маленькая светящаяся капелька, озаряемая то красным, то зелёным светом Шерра, замерла отойдя от головного корабля на целый рид. Включился экран межкорабельной связи, и его полностью заполнило озадаченное лицо Эна.

– Судя по тому, что ты не разнёс до сих пор это исчадие ада в пух и прах, ты также удивлён, как и я. Ты что-нибудь понимаешь в этом кордебалете?

– Не более, чем ты, Эн. Но здесь явно…

Ким не успел договорить. Из дешифратора, настроенного на язык терпхов, послышались сначала шелестящие звуки помех, а затем чёткий, но словно металлический голос, с длинными паузами между словами произнёс целую речь.

– Мы давно следим за вами и терпхами. Вы вторглись в наши владения. Мы изучили язык терпхов и их самих. Говорим вам – это наша планета и вам здесь делать нечего. Убирайтесь отсюда!

«Ласа» в этот момент находилась почти посередине между «Ариэнтой» и Шерром, поэтому Русс взял на себя переговоры с неизвестными.

– Вы – коррианцы?

– Да.

– Терпхи – ваши враги или друзья?

– Ни то, ни другое.

Кадур и Русс удивлённо переглянулись, а Шао зацокал языком.

– Капитана, голос этот, однако, совсем неживой!

Русс хмыкнул и вновь склонился над микрофоном.

– Недавно нам пришлось уничтожить целую флотилию кораблей терпхов, которая напала на нас. Их императрица говорила, что они захватили ваш мир.

– Наш мир никто не может захватить. Он надёжно защищён от любых посягательств, как со стороны терпхов, так и с вашей стороны, пришельцы.

– Мы не собираемся вторгаться в ваш мир. Мы ищем дорогу к своему миру.

Последовала долгая пауза, затем снова зашелестел металлический голос.

– Судя по тому, что вы знаете язык терпхов и справились с двумя десятками огромных кораблей этих безмозглых тварей, вы стоите на более высокой ступени развития… Наш угасающий мир давно не посещали такие гости…

Русс мимолётно улыбнулся и подмигнул друзьям.

– По пеленгу мы установили, что вы ведёте переговоры с нами из челнока, но там нет даже обычного видеофона, а на Шерре он есть…

– Из двух Шерров, оставшихся на планетарной базе терпхов, лишь этот был способен подняться на орбиту, но почти все системы на нём не работают.

– Жаль. Хотелось бы посмотреть на того, кто сейчас со мной разговаривает, да и самого себя показать.

Снова возникла продолжительная пауза.

– Коррианцам безразлично, как вы выглядите. Но если это для вас так важно, пусть один ваш челнок следует за нашим. Оба ваших корабля должны остаться на орбите. Только на таких условиях вы сможете спуститься на нашу планету и увидеть нас. В любом другом случае мы исчезнем также, как исчез-ли при появлении терпхов.

– Мне нужно посоветоваться с моими коллегами.

– Мы не торопим вас. Время для коррианцев – не существенный фактор…

Ким вызвал на связь круна Ширкона, а у самого в голове постоянно свербили последние слова коррианца: «время – не существенный фактор»,..

Круна редко когда можно было удивить, но у Эна был явно озадаченный вид.

– Брат, мне тут Тару подсказывает, что даже примитивный предварительный анализ вашего диалога говорит о том, что по крайней мере один из вас, как бы это помягче сказать… неживой, искусственный до самой последней заклёпки.

Старший Русс оглянулся на Шао.

– Надеюсь, ты не сомневаешься, что я состою из живой плоти. А насчёт моего собеседника… Мой земляк Шао тоже такого мнения. И всё же. Разговор ты слышал. Приглашение последовало. Коррианцев можно понять. Они нас не знают и потому опасаются. Я склоняюсь к тому, чтобы принять их условия. По-стараюсь с ними договориться. Нам ведь все равно придётся садиться на поверхность. Так что предлагаю такой вариант: я с Шао на одном челноке иду вниз вслед за хозяевами, ну а там будем действовать по обстановке. В случае опасности для нас, я сразу включу сигнал тревоги на челноке. Вы пеленгуете его местонахождение, ну и так далее в соответствии с обстоятельствами. Но что-то мне подсказывает, Эн, это не ловушка.

Ширкон повернул голову к рядом сидящему начальнику экспедиции.

– Тару, наш седобородый друг опять ищет приключений на свою… Впрочем, ты-то что отмалчиваешься?

Тзельмпен ничем не выдавал своего беспокойства. Лишь тонкие пальцы с узкими длинными тёмными ногтями сплетались и расплетались, едва касаясь острого треугольного подбородка.

– Меня заинтриговали последние слова аборигена…

Русс согласно кивнул головой.

– Да, Тару, такое впечатление, что коррианцы считают себя чуть ли не бессмертными существами.

– Вот именно, вот именно. Но это – не главное. Увидите их, поймёте, что это за фрукты. Главное для нас сейчас – заправка энергопакетов кораблей. Поймите, – Тару неопределённо повёл рукой, – уже сейчас на «Ариэнте» обесточена большая часть помещений, в том числе лабораторий. Мы не можем в полную силу заниматься научно-исследовательской работой. Приходится экономить. В общем, я за контакт с коррианцами…

ГЛАВА 3

Как только челноки коррианцев и людей опустились ниже облачного слоя, Ким понял, куда держат путь их ведущие. Под ними проносились девственные, нетронутые сплошные заросли. Шли уже на бреющем полёте и кроны деревьев на этой хорошо освещённой стороне планеты хорошо просматривались. Через густую листву, переплетённые ветки ничего не было видно. Сплошной зелёный ковёр… Слева, за открывшимся обрывистым берегом показалась синева вод крупного озера или моря. Во всяком случае, противоположный берег даже с высоты их полёта не просматривался. А впереди по курсу показались знакомые очертания космодрома терпхов. На одной из четырёх причальных чаш покоился Шерр терпхов. Всколыхнувшееся было чувство опасности у людей быстро улеглось. Даже издалека было ясно – этот корабль мёртв. На его видимой полусфере было несколько десятков аккуратных вырезов. Скорее всего, он был в ремонте. С северной стороны от причалов космопорта рас-полагалось длинное приземистое здание, сложенное из толстых, хорошо подогнанных брёвен. Их нижние венцы уходили в землю. Крыша была покрыта плотными вязанками узких и длинных зубчатых листьев с утолщёнными черенками. По другую сторону причала виднелось ещё несколько крыш других зда-ний также, словно вросших в землю.

Коррианцы посадили свой челнок на площадке перед первым длинным зданием. Ким приземлил свой челнок в двух десятках ронов от них, и тут же Шао удивлённо зацокал языком. Из челнока аборигенов один за другим выпрыгнули три … скелета. Нет, они не были похожи на человеческие, да и не на скелеты, как таковые. Почти квадратный, из серебристого металла торс, из которого с каждой стороны торчало по одной, явно телескопической «руке», снизу виднелись такие же блестящие ноги. Но самым интересным у этого… пугала было то, что находилось на месте головы. На шейном шарнире покоилась, словно упавшая набок удлинённая пирамида, вершина которой была далеко за спиной коррианца. А в основании пирамиды, обращённой к пришельцам, поперёк верхнего угла горел тусклым светодиодом единственный «глаз». Прорезь в лице-основании видимо выполняла функции переговорного устройства. Над «глазом» топорщились вверх две небольшие антенны в виде колеб-лющихся при каждом движении металлических метёлочек. Внешне коррианцы отличались друг от друга только размерами. Один из них, самый «рослый» был не крупнее взрослого тзельмпена, два других были меньше первого наполовину.

– Капитана, зачем ты меня позвал, зачем Шао тут нужен? Не умею я с железками говорить!

Ким, проверив подгонку лёгкого скафандра на своём друге, пробурчал,

– Да, друг мой Шао, с железяками мы с тобой ещё не братались. Однако, отступать некуда, позади – крун Ширкон!

Он легко выпрыгнул из челнока, помог спуститься на землю тибетцу и уже сделал шаг навстречу коррианцам, и тут произошло неожиданное. Коррианцы, до этого спокойно стоявшие, вдруг, замысловато ломаясь-трансформируясь, перегруппировали свои руки-ноги-голову и через пару секунд в грудь капитана смотрели три хищных дула. При своей замысловатой трансформации, коррианцы сложились таким образом, что вытянутая задняя часть треугольной пирамиды развернулась вперёд, и оказалось, что в них стали недвусмысленно угадываться признаки какого-то неизвестного людям оружия.

Ким не понимал, чем была вызвана такая реакция аборигенов. До этого так мило беседовали, уже здесь на поверхности с таким интересом рассматривали друг друга. По крайней мере, интерес был со стороны людей, а тут… Он медленно повернул голову назад и увидел, что Шао, достав из салона челнока дешифратор, привычно направил его раструб в сторону коррианцев, выбирая удобное положение для его использования. Ким зло прошипел:

– Вот старый дурень! Не пугай ты их этим ящиком. Они ведь думают, что ты их хочешь уничтожить. Убери с дешифратора руки, иначе они нас могут неприятно удивить. Ляпни им через переговорник что-нибудь про мир и дружбу между народами и цивилизациями, объясни, что эта штучка в твоих руках не оружие, ну и вообще, не тебя мне учить.

Шао что-то сердито буркнул себе под нос, но приказ выполнил.

– Мы – друзья! Вы хозяева – мы гости! А эта штука, – тибетец кивнул головой на дешифратор, – переводит наш язык на ваш, а ваш язык, на наш. Без этого, как говорить? Никак!

Большой коррианец после секундного замешательства принял прежний вид. Два других по-прежнему продолжали целиться своими «пушками» в людей.

– Вы не похожи на терпхов. Похожи на маргелов.

Ким переступил с ноги на ногу.

– Маргелы?! Разве терпхи не уничтожили их?

– Не всех. Во всех завоёванных мирах они оставляли столько маргелов, варгов и тыхов, сколько им требовалось. Иначе кто бы занимался строитель-ством и ремонтом их кораблей? Терпхи воины, а не строители. Рядом с нами одна из колоний маргелов.

– Так вы общаетесь с ними и… с пауками?

– С маргелами – иногда, иначе откуда бы мы знали о их существовании и существовании других покорившихся терпхам цивилизаций? С пауками мы не общаемся. Общение с ними – унижение для коррианцев.

– Не спорю, терпхи – малопривлекательные создания, но и их мир интересен сам по себе.

– Только не для нас. Терпхи только на первый взгляд разумны. Насекомое могло стать разумным только по воле сумасшедших.

– Значит маргелы, бывшие хозяева когда-то совсем тупых пауков, на ваш взгляд – сумасшедшие?

– А разве здравомыслящая раса могла допустить такое, что происходит с ними сейчас? Когда-то мы, коррианцы выбрали свой путь развития… При этих словах светодиод на «лице» коррианца несколько раз мигнул и Киму показалось, что в металлическом голосе коррианца прозвучала фальшь, недосказанность.

– Вы хотите сказать, что когда-то выглядели совсем не так, как сейчас? Коррианец шевельнул одной из своих рук, и два других его «собрата» трансформировались на глазах у людей в прежнее состояние.

– Следуйте за мной. Я постараюсь удовлетворить ваше неиссякаемое и странное для нас любопытство,

Коррианец бесшумно двигался впереди, выпустив дополнительно ещё две «ноги» – спереди и сзади – раз, два, три, четыре и снова: раз, два, три, четыре. На родной Земле Русса и Шао были, а может и сейчас есть прекрасные животные – лошади. Одним из способов их движения была иноходь, разновидность аллюра, тоже: раз, два, три, четыре. Да, забавными созданиями были эти коррианцы. Люди шли следом за высоким в нескольких шагах от него, а замыкали шествие два других низкорослых коррианца. Они вошли в то самое приземистое бревенчатое здание с травяным покрытием на крыше. Помещение, в которое они попали, было довольно просторным. Посередине тянулся широкий низкий стол из почерневших от времени деревянных плах. Вдоль него с обеих сторон тянулись грубо сколоченные лавки. В дальнем конце помещения, напротив входной двери зиял большой проём, через который была видна различная кухонная утварь: посуда, черпаки, варочные котлы…

– «Кухня», – хмыкнул про себя Русс и перевёл взгляд в дальний конец зала. Там, через открытую настежь дверь был виден ряд невысоких топчанов, покрытых грубой соломой.

– «А это – спальня бедолаг-маргелов», – снова невесело подумал Ким.

Паукам ни спальня, ни тем более кухня со столовой была ни к чему. Насекомые имели другие привычки. Тем временем высокий коррианец подошёл к небольшому столику у правой стены. На нём стоял ящик, передняя панель которого тускло отсвечивала грязным, захватанным стеклом. Коррианец сунул два пальца одной из рук в заднюю панель ящика, и… экран, ожил! Другой рукой коррианец показал тибетцу куда поставить дешифратор.

– Я начну свой рассказ не с самого начала зарождения цивилизации Корри, а с эпохи, когда коррианцы поменяли свою белковую плоть на металл и электронику.

С помощью промежуточного ретранслятора, установленного на челноке, рассказ коррианца транслировался и на «Ласу», и на «Ариэнту», так что скучать никому не пришлось.

– На Корри, – продолжил свой рассказ коррианец, – ещё задолго до расцвета цивилизации маргелов и превращения с их помощью заурядных пауков в расу убийц, была своя неповторимая и цветущая цивилизация двух рас: лумми, – он показал на своих малорослых спутников, – и собственно коррианцев.

На экране мелькнули два рослых существа одетых в серо-зелёные кители с глухим стоячим воротником. Они сидели за столом и о чём-то оживлённо беседовали, размахивая руками. Нижнюю часть туловища из-за стола не было видно. Но взгляд людей приковала к себе… голова. Необычной формы. Не круглой, как у людей, а неестественно вытянутой к затылку. Череп этих созданий был абсолютно лыс. Там, где у людей была переносица, торчал единственный глаз, а над ним нависал мощный крутой лоб. Круглый рот и два ушных или носовых отверстия по сторонам основания черепа уже не удивляли.

Время от времени коррианцы нагибались над столом и переворачивали страницы лежавших перед ними фолиантов.

– Вы видите, пожалуй, самые последние дебаты по общекоррианскому телевидению о путях дальнейшего развития нашей цивилизации…

Русс не успел раскрыть рта, а коррианец продолжил:

– У нас давно и с переменным успехом учёные вели работу по увеличению продолжительности жизни населения планеты, по крайней мере… части его. Медицинская составляющая не решала эту проблему кардинально. Да, отдельные медпрепараты заметно продляли наши жизненные ресурсы, но они становились год от года всё дороже и дороже и вскоре стали практически недоступны для простых коррианцев и лумми, а это вызывало антагонистические настроения в обществе. Среди черни чуть ли не каждый день стали возникать бунты. И тогда, объединённое правительство Корри было свергнуто военными. На какое-то время на планете восстановились мир и спокойствие. Существующие тогда медикаментозные приёмы, трансплантация отдельных органов позволяли доживать прежде всего обеспеченным жителям планеты до ста пятидесяти-двухсот питов не больше. А в нашем обществе, как наверно и в любом другом обществе других цивилизаций были не просто богатые, а сверхбогатые жители и фактические правители планеты. Их не устраивал смертный статус их жизни, пусть и достаточно продолжительной. Случилось так, что именно они, в силу своих материальных возможностей получили доступ к совершенно секретной информации о разработке сто-процентного способа стать бессмертными. С помощью армии они подавили волнения на Корри, позволили проводить открытые дискуссии по телевидению на темы увеличения продолжительности жизни, а сами вплотную занялись своим вопросом, далеко расходящимся с чаяниями простых и небогатых смертных…

Он надолго замолк, как бы собираясь с мыслями.

– Я, – он ткнул себя в грудь, – один из тех самых первых коррианцев, который поменял свою белковую плоть на металл, а мозг – на чип-шар памяти. За тысячи последующих лет я сменил сотни своих металлических суставов, шарниров, детекторов, диодов и других деталей, кроме шара памяти, на котором записано то, что когда-то было моим.

А два собеседника на экране, до того мирно и оживлённо ведущих дискуссию, перешли к более активным и радикальным действиям. Один из них, подняв толстую книгу, попытался опустить её на голову соседа, а его оппонент, подняв свой фолиант, превратил его в щит и пытался защититься от удара.

Экран потух, но рассказ на этом не закончился.

– Избранные и сверхбогатые коррианцы и лумми в тайных лабораториях стали превращаться в таких, как я. Пронырливые журналисты разнюхали про это и растрезвонили на весь мир. Общество живых взбунтовалось против общества мегароботов. Нас начали преследовать везде и всюду и нещадно уничтожать. Пришлось взять «в долю» не очень богатых, но нужных для дела соотечественников: учёных, врачей, военных. Речь шла о выживании нашей сверхрасы. Чернь безжалостно расправлялась с теми из нас, кто попадал им в руки. Но, к счастью, учёными-мегароботами было разработано сильнейшее оружие противодействия взбунтовавшемуся быдлу – препарат МВВ, мутирующий вирус возмездия. Уже через год трёхмиллиардное население живых коррианцев и лумми вымерло полностью. Конечно, их учёные и врачи пытались противостоять этой заразе, но тщетно. Вирус постоянно мутировал и каждый день косил миллионы и миллионы недостойных бессмертия. На нас мегароботов этот вирус, естественно не действовал. Остановились транспорт, промышленность. Вымерли города и посёлки, которые превратились в зловонные призраки, зарастающие буйной растительностью.Смерть одних дала спокойную жизнь другим, то есть нам, мегароботам. Теперь чтобы воспроизводить детали нашего нового организма, требовалось не более двух десятков производств. На одних созданные нами роботы добывали и обогащали руду. На других её перерабатывали. На третьих делали все нужные механизмы и детали.... Небо над Корри очистилось от противного смога, очистились реки и моря, правда… – коррианец замешкался, а светодиод его «глаза» вновь несколько раз мигнул, – для нас это уже не имело существенного значения.

Он снова надолго замолчал.

– Мы стали бессмертны, это так. Но мы потеряли способность размножаться. Мы можем производить лишь роботов, своё жалкое подобие…

Русс задумчиво потеребил бороду и тяжело вздохнул.

– Всё, что вы сейчас рассказали, печально, очень печально, но вы сами выбрали этот путь для себя и тут уже ничего ни изменить, ни исправить. И мне кажется, что вы и сами не рады такой метаморфозе с вашей цивилизацией.

– Вы, смертные, проявляете жалость к нам, бессмертным!?

Голос мегаробота был как всегда ровным и без единой уловимой интонации.

– Мы потеряли способность её проявлять или понимать, впрочем, как и многое другое, присущее миру живых…

Без всякого перехода в разговоре он шевельнул рукой и пошёл к выходу. Следом за ним засеменили лумми-мегароботы.

Русс удивлённо переглянулся со своим земляком.

– Послушайте, любезнейший, а где маргелы?

Коррианец неуклюже развернулся.

– Перед началом атаки на вас, терпхи загнали их в ремонтируемый корабль, а поскольку пауки испытывают постоянный голод, полагаю, что маргелов они уже доели. Впрочем, вы сами можете убедиться, что с ними стало, проследовав к причальной чаше. Охраняют их всего несколько тварей.

И в словах, и в голосе мегаробота сквозило полнейшее равнодушие к судьбе несчастных пленников.

– С вами всё ясно, – на скулах капитана зловеще заходили желваки, – у нас к вам будет последняя просьба. Наши корабли давно находятся в пути. Да ещё этот бой с терпхами.. Словом, кораблям требуется пополнение энергозапаса. На два-три дня мы будем вынуждены остановиться на вашей планете и временно их посадить на поверхность.

Высокий мегаробот мигнул светодиодом.

– Нам безразличны ваши последующие действия, как и вы сами. Но если вы вздумаете надолго остаться на нашей планете, имейте в виду – препарата МВВ у нас ещё достаточно....

Это уже было неприкрытой угрозой. Впрочем, со своим уставом, да в чужой монастырь… Выглянувший на улицу вслед за мегароботами Шао с озадаченным видом вернулся к капитану.

– Как шайтаны, исчезли прямо на глазах – нет там никто! Как сквозь землю провалились.

Ким кисло усмехнулся.

– Скорее всего, ты недалёк от истины, дружище. Где, если не под землёй им спасать свои заблудшие души!

Они вернулись к челноку, и Ким накоротке переговорил с капитаном «Ариэнты». Крун выслушал своего названного брата и довольно ухмыльнулся.

– Брат, не дожидаясь окончания твоих переговоров с этими «железными дровосеками», я уже направил туда штурмовую группу на двух бронекатерах. Ребята закачают в Шерр усыпляющий газ. Может статься, что нам удастся спасти хоть какую-то часть несчастных лентяев, породивших монстров этой вселенной.

Ким легонько покачал пальцем перед экраном,

– Эн, ты не хуже меня знаешь, что именно лентяи двигают технический прогресс, облегчая себе жизнь сегодняшнюю и не слишком задумываясь о по-следствиях завтрашнего дня…

ГЛАВА 4

Из обработанного газом корабля терпхов тзельмпенам удалось эва-уировать семерых живых маргелов. Остальным двенадцати пленникам не повезло. Надсмотрщики-пауки, а их было не менее пятнадцати, успели убить и обглодать большинство маргелов. С усыплёнными пауками решили не церемониться. Их стащили в центр Шерра, а сам корабль подожгли сразу в нескольких местах.

Худых, измождённых пленников, у которых живыми оставались только глаза, перенесли в их казарму при столовой и Шао немедленно принялся выхаживать живые трупы. Процесс лечения заметно ускорился, когда с «Ариэнты» прибыла целая бригада врачей. Пленники были настолько слабы, что не могли самостоятельно питаться. Пришлось через катетеры вводить им витаминизированные препараты, прокачивать через фильтры кровь.

Бан Кадур, как и договаривались с круном Ширконом, первым посадил «Ласу» рядом с чашеобразными причалами, и её экипаж занялся подзарядкой энергопакетов. Киру не терпелось посмотреть на пленников и как только ему удалось освободиться от рутинной работы он заскочил в «лазарет». Он сразу увидел своего деда, сидящего на краю топчана и мирно беседующего с одним из очнувшихся маргелов. Искоса посмотрев на присевшего рядом внука, Ким поправил дешифратор.

– Миус, ты говоришь, что ваша колония насчитывала более ста маргелов?

– Да, спаситель, девяносто два мужчины и двенадцать женщин.

– Другие ваши колонии на планете есть?

– Соох, вон тот, на третьем топчане, не так давно с ремонтной бригадой проверял в полёте один из кораблей терпхов и видел много южнее нас огромную базу пауков, не менее чем на двадцать посадочных чаш. Скорее всего, на той базе наших собратьев больше… было больше, чем здесь.

– Дед, те Шерры, что атаковали нас, поднялись, наверное, оттуда?

– Не исключено, Кир. Ты вот что, пообщайся пока с Миусом, а мне нужно срочно связаться с круном Ширконом.

Корветы «Молния» и «Гром», направленные на поиск базы терпхов, про которую рассказал Миус, вскоре нашли её. Она располагалась на большой, в несколько квадратных ридов площадке, очищенной от леса. Пять посадочных терминалов по пять причальных чаш. В одной из чаш чадил чёрным дымом одинокий Шерр.

Высадившиеся десантники, состоящие из людей и крунов, с удивлением обнаружили, что их помощь маргелам практически не нужна. Пленники по поведению пауков заметили, что снаружи ремонтируемого Шерра происходит что-то необычное. А уж когда они увидели в небе над собой чужие корабли, даже смертоносные трубки терпхов их остановить уже не могли. Им удалось полностью заблокировать ангары, в которых находились челноки пауков, а из корабля они оставили только один выход, после чего устроили пожар на корабле. Очумевшие от дыма терпхи вываливались из корабля и тут же становились лёгкой добычей маргелов, вооружённых ножами, обрезками труб и арматуры, а вскоре они разжились и смертоносными трубками пауков. Взбунтовавшихся маргелов не пришлось долго уговаривать. К ним из первой ремонтной базы бронекатером были доставлены семь спасённых собратьев. Не стоит говорить, сколько радости это событие доставило и той и другой группам чумазых, истощённых и всё же бесконечно счастливых маленьких человечков.

К этому времени «Ласа», пополнив свой энергозапас, поднялась на орбиту, где вместе с корветами занялась охраной главного крейсера экспедиции от неприятных неожиданностей. Ни одно из помещений базы не могло вместить всех желающих попасть на импровизированный митинг. Поэтому, несмотря на мелкий тёплый дождик все: и маргелы, и люди, и круны, и даже трое тзельмпенов, в числе которых был начальник экспедиции, окружили капитанов кораблей КРМ. Удивительно, но на маргелах не было не только защитных костюмов, но даже дыхательных масок. За долгие годы они адаптировались к обеднённой атмосфере планеты. Правда, несмотря на эйфорию, вызванную их счаст-ливым освобождением от гнёта пауков, движения маргелов были словно в замедленном темпе, так сказать, в экономном режиме.

Ким Русс кивнул капитану «Ариэнты» головой, уступая ему право первого слова. Всё-таки крун был, пожалуй самым крупным созданием среди собравшихся. Не зря некоторые маргелы с опаской теснились в основном рядом с людьми. Они им казались более привычными на глаз. Эн несколько раз гулко кашлянул, и маска моментально показала свой нрав опрометчивому поступку круна. Обзорное стекло запотело. Не любил он эту ненадёжную и ограничивающую движения, оболочку. Но… положение «главных спасителей» обязывало и его, и капитана Русса быть здесь, на торжественной церемонии встречи представителей разных цивилизаций,..

– Братья!

Гулкий голос круна заставил угомониться даже самых неугомонных, – …Нам вместе удалось одержать очередную победу над Злом. Вселенским Злом, которое долгие сотни и даже тысячи лет угнетало вас.

Над толпой маргелов вырос целый лес рук со сжатыми кулачками. Ведь и сами маргелы были ростом чуть больше тзельмпенов. Из толпы послышались гневные выкрики.

– …но теперь и вы, и ваши братья по разуму – тыхи, знаете, как пользоваться «лекарством» для пауков…

Толпа бывших узников вновь заревела, потрясая своими кулачками. Эн Ширкон, считая свою миссию выполненной, уступил слово своему названному брату. Русс приобнял ближайших к нему маргелов.

– Среди вас я вижу немало женщин. А это значит, что на этой прекрасной планете через какое-то время вырастет новая возрождённая цивилизация маргелов. И когда-нибудь вы, тыхи, а может быть и асты с чезами создадите Кольцо Разумных Миров вашей вселенной. А почему нет? Главное, чтобы в следующий раз вы не взялись за приручение и усовершенствование каких-нибудь блох или кузнечиков…

Ответом на слова человека был гомерический хохот маргелов. Не выдержал и крун Ширкон. Он так заразительно заржал, что кое-кто из маргелов, да и не только одних их, схватились за животы и до слёз хохотали, пока из толпы к капитанам не протиснулся седовласый мужчина с единственным уцелевшим и горящим огнём глазом и ещё не зажившим широким пятном ожога во всю левую щёку.

– Я Иор. Собратья выбрали меня старейшиной нашей колонии. И вот что я хочу вам всем сказать…

Он повернулся к шеренге крунов, людей и тзельмпенов и, низко поклонившись, продолжил:

– Мы уже знаем, как вам удалось организовать уничтожение монстров, спасти тыхов, а ещё ранее – астов. На этой планете нас ждала бы печальная участь. Мы ведь для пауков были живыми консервами… Да, эту зловредную нечисть когда-то породили наши недальновидные предки. Поделом нам за дела наши, за лень, самонадеянность и гордыню. Кровавыми, огромными буквами мы запишем в книгу истории нашего несчастного народа правду, которая заставит остеречься наших потомков, если им снова придёт в голову совершить те же ошибки.

Единственный глаз маргела сильно слезился, солёные капли стекали по щекам и щипали его незажившую рану, которую он получил в последней схватке с терпхами. Он рукавом осторожно промокнул щёку и вновь повернулся к Руссу и Ширкону.

– Вы уже наверно знаете, что на Корри есть… – он замялся, но всё же твёрдо договорил, – странные существа, хозяева этой планеты. Вы их называете мегароботами. Пусть так. Мне лично не приходилось с ними сталкиваться, но некоторые из нас их видели. И лишь единицам выпало счастье или несчастье попытаться наладить с ними контакт. К сожалению, все попытки были неудачными. Хозяева этой планеты абсолютно безразличны к живому и мы, маргелы, не знаем, что ждать от них в будущем....

Тару, Ширкон и Русс многозначительно посмотрели друг на друга, и вскоре два маленьких человечка – тзельмпен и маргел – отошли в сторонку. После неприятного контакта с коррианцем, Ким Русс сразу же переговорил с начальником экспедиции и капитаном «Ариэнты». Угроза, прозвучавшая в голосе мегаробота, могла быть и не пустой. Если у этой «ушедшей в железо» расы мог остаться штамм мутирующего «вируса возмездия», то людям, крунам и тзельмпенам могла грозить серьёзная опасность. И потом… Даже если экспедиция благополучно покинет этот мир, здесь, на Корри остаются маргелы и вот они могут стать лёгкой жертвой бездушных железных созданий. Осознав эту опасность, Тару и Ширкон снарядили небольшую экспедицию в один из бывших городов коррианцев. Одетые в специальные защитные скафандры тзельмпены произвели раскопки в руинах одного из кварталов города и им удалось найти фрагменты останков коррианцев. Так что создание сыворотки против МВБ было делом техники и искусности лаборантов «Ариэнты».

Тару передал из рук в руки Иору три запечатанных капсулы с сывороткой против вируса МВВ, предупредив его, чтобы маргелы ни под каким видом не совались в разрушенные города коррианцев и вообще держались от них подальше. В это время в толпе произошло замешательство. Две женщины осторожно повели стонущую маргелку в сторону столовой.

– Молодец, Атра! Она уже начала выполнять нашу главную задачу – рожать и рожать детей, чтобы нас здесь стало ещё больше. Счастливых тебе родов, женщина! Роди сына и тогда мы назовём его…

Иор, вернувшийся к тому времени к остальным, крутанул головой в сторону Ширкона.

– …круном. В честь нашего капитана-освободителя. А если родится девочка, назовём её Ариэнтой! А что, очень даже красиво звучит!

Эн Ширкон непроизвольно сделал несколько глубоких вдохов и выдохов и стекло маски даже после продувки выглядело подозрительно влажным. Волнение охватило не только железного круна. Все участники экспедиции КРМ понимали, что победа над терпхами дала этим милым созданиям шанс на новую жизнь.

Много было сказано слов на этом своеобразном митинге. Несмотря на запрет капитанов, люди, круны и даже тзельмпены смешались с маргелами и разве что не целовались. Маски лёгких скафандров такую вольность позволить не могли. Зато все вместе умирали от смеха над шоу, устроенным крунами. Они высоко подбрасывали и ловили визжащих от восторга молодых маргелов и маргелок. Люди с тзельмпенами не имели такого роста, как круны, но и вокруг них стоял нестройный гвалт этих улыбчивых и счастливых созданий…

Ясор грустно посмотрел на обзорный экран. Корри скукожилась уже до размеров теннисного мяча,

– Эх, капитан, если бы ты знал, как надоела мне эта кочевая жизнь. Так бы и остался на этой уютненькой планетке, женился бы на местной красавице, и пошли бы у нас маргелочки, мал, мала меньше.,.

Шао покрутил головой и хитро блеснул зубами.

– Старый ты, однако, детей строгать.

– Это я -то старый?! Сам ты пенёк старый, а я ещё ого-го, как могу.

ГЛАВА 5

Бросок через бездну вывел корабли экспедиции к конечной цели в этом мире. Кир вместе с Кадуром и Ясором не отрываясь, смотрели на обзорный экран. То, что надвигалось на них, пугало своей вселенской мощью и зачаровывало невиданной доселе красотой и неукротимостью. Впереди, ещё довольно далеко от их кораблей, прямо по курсу, показалась огромная, непостижимых размеров воронка времени и пространства, или по-другому – червячный переход между параллельными вселенными. На фоне окружающего угольно-чёрного фона края воронки постоянно подсвечивались мириадами вспыхиваю-щих и тут же гаснущих искорок. Ближе к центру, куда сходились жгуты вибрирующих спиралей времени и пространства, освещённость стенок воронки становилась всё призрачнее и глуше, а в самом её жерле, даже на фоне чёрного бархата окружающей среды, куда-то вглубь, в неизведанное, тянулся аспидно-чёрный вход в сам канал.

Маса и тыхи не лгали. Когда-то может быть и большое, звёздное скопление Эпсидан расплющило гигантским притяжением Спирали, разорвало и раз-метало его в звёздную пыль и теперь эти останки бывших звёзд покорно сгорали в горниле вселенского монстра.

– Нужно позвать седобородого. Кадур потянулся к селектору.

– Бан, не стоит торопиться с этим. У деда после боя с терпхами у Луры до сих пор проблемы с ногами и Шао сразу после побудки наверняка колдует над ним. Мы ещё достаточно далеко от зоны влияния Спирали, да он наверняка сам внимательно следит за ситуацией. Я так толком и не посмотрел весь процесс перехода через последнюю Спираль. Мы ведь с экипажем Зарича наглухо запечатали иллюминаторы катера бронещитами. Но назигов видел. Странные создания. Говорят, – Кир изобразил руками что-то круглое, – они создают вокруг корабля энергетический кокон и проводят его только им известным маршрутом…

– Им-то он известен, а нам нет. Кокон, это как мешок на голову, чтобы не подсматривал, куда и зачем нас транспортируют. Боятся, наверное, что мы их без работы оставим, – блеснул белозубой улыбкой неунывающий Прадар.

– Может в этот раз дед даст посмотреть на это чудо…

Кир не успел договорить. В этот момент в рубку один за другим вошли капитан и тибетец. Ким видимо услышал последнюю фразу внука и похлопал его по плечу.

– Чем ты вообще занимаешься в свободное от вахты время? На «Ариэнте» есть полная видеозапись прохода через Спираль, так что найди время и посмотри! Что же касается этого перехода, – капитан помахал пальцем перед самым носом внука, – никакой самодеятельности! Все, как один уляжемся спать.

Ким поудобнее устроился в своём кресле.

– Но должен вам сказать, что последняя пройденная нами Спираль не идёт ни в какое сравнение с этой. Аж дрожь пробирает.

Обзорный экран на несколько секунд залило отсветами яркой вспышки. Штурман грустно прокомментировал.

– Да, догорает Эпсидан! В этом действии пожалуй только один плюс. Будущим космонавтам-маргелам не придётся наносить на звёздные карты это созвездие.

Ясор незаметно подмигнул Шао и блеснул глазами в сторону Кира.

– Не хочу я в этот пылесос соваться, хочу к маме!

– Очень мощная, очень опасная, хуже всех снежных лавин Джомолунгмы, запричитал, было, тибетец, но капитан, покосившись на побледневшие лица своих товарищей, оборвал земляка..

– Не наводи тоску, Шао. Прошли одну, вторую, пройдём и третью Спираль. Будем надеяться, что назиги обитают и в этом вселенском вертепе, а с их помощью мы обязательно прорвёмся в другой мир, который, надеюсь, окажется нашим миром, или преддверием в него.

На дисплее межкорабельной связи появилось серьёзное, насупленное лицо капитана «Ариэнты». Изображение время от времени покрывалось лёгкой рябью, чего до сих пор не наблюдалось. Возмущение пространства, вызываемое Спиралью, уже начало сказываться на качестве связи.

– Брат, боюсь, что скоро со связью будет полный кирдык, и нам не удастся с тобой переговорить до окончания перехода. Я ещё раз предлагаю при-стыковать твой корабль к моему крейсеру, а экипаж временно разместить на «Ариэнете». Наш крейсер был спроектирован и построен в расчёте на любые трудности и препятствия, а твой…

– Эн, – мягко прервал круна Русс-старший, – корабли проекта «игла» тоже рассчитаны на совершение переходов через червячные проходы. И потом, мы дважды без ущерба проходили через Спирали, пройдём и через эту, хотя, признаюсь, она чертовски мощная. Лучше будет, если это испытание мы пройдём отдельно друг от друга. Ты ведь не хуже меня знаешь слабое звено любой спарки. Стыковочный узел может попросту не выдержать чудовищного напряжения.

Крун, соглашаясь с доводами человека, кивнул головой.

– Хорошо, пусть будет так. Но в одном я тебе не уступлю… Связь на секунду исчезла и затем снова восстановилась.

– …«Ариэнта» пойдёт вслед за «Ласой».

Оба капитана одновременно тряхнули сжатыми кулаками и на счёт «три», выбросили пальцы. Ким на свою голову показал круну эту детскую забаву и теперь при каждом случае Ширкон пользовался случаем обыграть человека. Вот и в этот раз он восторженно загоготал.

– Ты опять проиграл, брат!

– Надеюсь, после завершения перехода я ещё отыграюсь, – улыбнулся Ким.

Экраны мониторов погасли. Люди, тзельмпены и круны приготовились к неизбежному. «Ласа», а вслед за ней и «Ариэнта», влекомые гигантским магнитом воронки стремительно втягивались в водоворот времени и пространства. Маленькие, почти не различимые на фоне этого феерического коллапса, искорки Жизни неслись в самое жерло вселенской стихии, неизвестно когда, кем или чем сотворённой.

Назиги появились в момент, когда «Ласу» и её экипаж в буквальном смысле начала бить крупная дрожь, которая в любой момент могла перейти в губительную для корабля высокоамплитудную вибрацию. Но, сохраняя носителей жизни от гибели, назиги обволокли корабли спасительными коконами, и они один за другим скользнули в воронку. Вновь, то бешено ускоряясь, то останавливаясь, то пятясь вспять шло время. Обособившийся и всё же совершенный разум, существующий на границах миров, доставил носителей другого разума, ещё стремящегося к совершенству, с одного берега жизни на другой…

Существа, находившиеся на этих кораблях, очнулись от полудрёмы из-за вновь появившейся тряски, которая быстро сходила на нет. Экран монитора перед креслом, где сидел Ким Русс несколько раз мигнул и вскоре его полностью заполнило улыбающееся лицо круна Ширкона. По привычке вместо приветствия капитаны вновь три раза тряхнули кулаками. На этот раз выиграл Ким.

– Упрямец, ты всё-таки отыгрался, – с напускным возмущением завопил крун, и оба от души расхохотались.

– Интересно, куда это нас теперь занесло?

Ким внимательно всматривался в изображение звёздного неба на обзорном экране. С помощью бортовых компов им ещё предстояло разобраться в этом новом хаосе звёзд. Впрочем, этот хаос был кажущимся. На самом деле, всё предопределено. Каждая звезда, звёздная система, галактика, занимали именно своё место, образовывая свой неповторимый мир.

Наружные системы внешнего обзора кораблей, взгляды их капитанов были устремлены вперёд, туда, где, по их мнению, они могли найти дорогу к своему миру. Но если бы они развернули хоть на минуту свои радары и телескопы назад, то увидели бы, как из той же Спирали, через которую они только что прошли, еле заметными чёрными языками просачивалась удивительная субстанция, уже затмившая несколько звёзд. Они бы увидели и ещё одну особенность этого мира. Странная чёрная субстанция, словно магнит с одноимённым полюсом толкала впереди себя небольшую звёздную систему. И та, повинуясь неодолимой силе отталкивания, всё разгоняла и разгоняла свой стремительный полёт через бездну. Пройдут тысячи, а может и миллионы лет и эти четы-ре звезды с вращающимися вокруг них планетами врежутся в другую, более мощную звёздную систему с ярко-рыжим светилом, вокруг которого вращались свои пять планет, на двух из которых зародилась и начала расцветать своя неповторимая жизнь…

Почему так происходило, почему чёрная призрачная субстанция вдруг стронула со своего определённого мирозданием пути эту несчастную звёздную систему и погнала её через бездну космоса – ответа нет. Увидев её, люди, круны, тзельмпены воскликнули бы – это же чёрная материя! И не более. Несмотря на все усилия учёных Кольца Разумных Миров – загадка этой неуловимой субстанции до сих пор не была решена. Да, она обладала своей энергетикой. Да, её энергия была нейтральна по отношению к материальному миру живых существ. Да, её масса составляла даже по приблизительным расчётам почти восемьдесят процентов видимого мира их вселенной. И это всё, что могли сказать самые высоколобые учёные в мирах Кольца. Обладает ли она разумом? Понимает ли, что кратная звёздная система, которую она столкнула с предопределённого естественного пути, может натворить бед, врезавшись однажды в другую? Разум существ Кольца ещё не дорос до понимания всего этого и, возможно никогда не сможет найти все ответы на эту загадку.

Ким Русс видел, что крун всё время искоса поглядывает на свой обзорный экран.

– Брат, ни ты, ни даже я со своим ИРМ не решим непосильную для нас задачу. Пусть наши бортовые компы поищут аналоги того, что мы наблюдаем, в звёздных атласах. А я предлагаю причалить твою «Ласу» к «Ариэнте» и закатить пир по случаю успешного прорыва.

– Прочитав твои мысленные благие намерения, брат, я уже начал маневр на сближение, так что принимай нас в гости, Эн.

Откидные столики по периметру ещё заполнялись блюдами с незамысловатыми кушаньями и тубами с соком и лёгким вином, когда Кир с дедом и Шао окунулись в шум и гам множества голосов. Капитан «Ариэнты», увидев вошедших, встал во весь свой огромный рост и замахал руками.

– Пробирайтесь сюда, а то мои оглоеды так и норовят занять места для почётных гостей.

Когда гости протиснулись вперёд и уселись на отведённые им места, крун Ширкон весело гаркнул:

– Друзья! Подымем свои тубы и выпьем за всемогущий Разум, за назигов, наших ангелов-спасителей, за нас с вами, покорителей времени и пространства. Завтра мы вновь будем упорно искать свою дорогу среди звёзд, а сегодня давайте праздновать наш общий успех!

Вскоре вино кое-кому ударило в голову. И вот несколько крунов, став в затылок друг к другу, положил�