Лавка «Арканум»

Пролог

Нужное здание он нашел сразу. Не так и много в центре исторических особняков, в которых расположены кофейня и цветочный магазин. За последним он следил весь день. Он видел, как девчонка составляет красивые букеты и выставляет их на витрину. Как часами сидит в кресле и смотрит сериалы, потому что желающих купить у нее цветы нет. Как запирает дверь одного магазина, а после обходит здание и открывает другой — лавку «Арканум», эзотерический магазин, который был прикрытием салона мадам Ли.

Убедившись, что никто ему не помешает, он незамеченным вошел в лавку. Он ожидал, что его встретит тяжелый запах благовоний и полки, забитые хламом, но ошибся. Магазин был заставлен цветами и в нем витал легкий аромат, напоминающий о лете и море. На минуту он даже забыл, зачем пришел, и вспомнил тот июль, когда родители впервые отвезли его на море. А потом вспомнил то, что случилось по возвращении домой. Смерть отца, трагедию на его похоронах и срочный переезд в никуда, чтобы отец не утащил его за собой на тот свет. Шамана, который снимал с него несуществующее проклятие, и гадалок, профессионально опустошающих кошелек его мамы. Воспоминания об этих шарлатанах напомнили о задании, провалить которое он не имел права.

Пройдя сквозь замаскированную под стеллаж дверь, он попал в салон мадам Ли. Она явно питала любовь к синему цвету, ведь в этот цвет были выкрашены как стены, так и потолок, украшенный золотыми созвездиями. Синими были обивка кресла, на котором восседала гадалка, скатерть, укрывающая круглый стол, и мантия самой гадалки, на которой были вышиты золотые звезды. Даже изящная золотая маска, полностью скрывающая лицо мадам Ли, и та была декорирована синими камнями.

Оказавшись под влиянием этого сине-золотого антуража, люди видели только загадочную провидицу, которая могла дать ответ на любой вопрос, и забывали о том, что за маской пряталась обманщица. Но он об этом помнил, потому и был здесь.

Задумчиво раскладывая карты, гадалка почесывала лежащего у нее на коленях черного кота, совершенно не замечая посетителя. Таро не сулило ей ничего хорошего, и, хотя она не верила в предсказания, по телу все равно побежали мурашки, когда она вытащила тринадцатый аркан.

Неожиданно мяукнувший кот заставил ее подскочить, выронив карту на стол, и обратить внимание на высокого светловолосого мужчину, внимательно изучавшего ее. Его образ — изнеможенный вид и бледное лицо с голубыми глазами, словно утратившими свой цвет, наложился на карту, только что выпавшую из ее рук. Смерть.

Постаравшись придать голосу уверенности и загадочности, мадам Ли произнесла:

— Добрый вечер! Если вы хотите ко мне попасть, то нужно записаться у моего помощника.

Глаза мужчины расширились, и он ответил:

— Ваш помощник отсутствует. Пришлось зайти без приглашения.

Голос его был хриплым и по телу гадалки прошла новая волна мурашек. Она постаралась скрыть свои эмоции, но трясущиеся руки и дрожащий голос выдавали ее страх. В ее лавку заявился странный незнакомец, а она даже не услышала этого. Еще и ее защитник, из-за которого подобные сомнительные личности все чаще к ней заглядывали, снова куда-то уехал, оставив ее одну.

— Что вам от меня нужно? — спросила она прямо.

— Получить ответы на вопросы, — ответил посетитель. — За этим же приходят к мадам Ли? За ответами? Или вы не она?

— Я — мадам Ли, потомственная гадалка, предсказывающая судьбу по Таро. Но я и без карт скажу, что сегодня не ваш день и вам лучше уйти.

— Рад познакомиться, — он сделал вид, что последнего предложения не расслышал, и наклонился, чтобы погладить кота, который сбежал от хозяйки и терся о его ноги.

— Предатель! — прошипела гадалка коту, который ластился к незнакомцу, и следом уточнила: — С кем имею честь?

— Неужели вы не узнали меня?! — притворно удивился он. — Мы же с вами каждый день видимся. В этой самой комнате.

Бросив оценивающий взгляд на посетителя, мало похожего на тех, кто являлся до него, чтобы выбить долг, она ответила:

— Что-то я вас не припомню!

— Тогда советую еще разок перетасовать колоду.

— Зачем?

— А вот за этим.

Посетитель подошел к столу, порылся в колоде и вручил гадалке карту, на которой был изображен высокий голубоглазый блондин, восседающий на троне с мечом и весами в руках, а после представился:

— Аркан Справедливости к вашим услугам.

Глава 1

«У людей с чистой совестью проблем со сном не бывает!» — так всегда говорила бабушка и Лиля ей верила. Верила ровно до того момента, как произошла «ситуация». Так они ее называли – «ситуация», потому что ситуация звучала куда лучше, чем многомиллионный карточный долг непутевого братца, из-за которого вы продали свои квартиры и ютитесь на чердаке цветочного магазина. Его Лиля продать не могла. Ее предки больше ста лет назад строили особняк, в котором разместился цветочный, не для того, чтобы он достался бандитам. Не получили его революционеры, не получат и остальные. Зато получила Лиля. Не только старинный особняк в центре города в наследство, но и письма с обещаниями сжечь этот самый особняк, если в течении года она не выплатит оставшиеся двенадцать миллионов. Теперь у нее были долги и проблемы со сном, а вот у ее братца, который ничего не делал для того, чтобы хоть как-то исправить «ситуацию», со сном было все в порядке. Спал он почти до обеда, вместо того, чтобы помогать ей в магазине и лавке. Но и эту ситуацию Лиля не могла быстро исправить. Каждое утро она просто стояла у двери, которую захлопывали перед ее носом, и сжимала от злости кулаки. А после спускалась на первый этаж и шла в ту самую кофейню, благодаря которой выживала.

Три года назад, когда Лиля взяла огромный кредит, она и подумать не могла, что обеспечила себе подушку безопасности. Тогда она сделала ремонт в цветочном и переименовала его в честь бабушки в «Гортензию». Но на одном цветочном Лиля не остановилась. Она сделала ремонт на чердаке, где они с братом сейчас жили, и привела в порядок пару комнат, которые сдала в аренду под кофейню и кабинет маникюра. А когда случилась «ситуация», арендные платежи помогли покрывать долг брата, который приходилось выплачивать ежемесячно. Но денег катастрофически не хватало, еще и неподалеку открылся новый цветочный. Тогда Лиле пришлось переступить через себя и сделать то, из-за чего совесть не давала ей спать.

Так что бабушка оказалась права, а Лиля была даже рада, что старушка не дожила до того момента, когда появилась «ситуация». Не увидели ее и родители, которые из-за «несчастного случая». «Несчастный случай» звучал лучше, чем жестокое убийство родителей из-за карточного долга отца. Случай, из-за которого бабушке Гортензии пришлось продать фамильные драгоценности. Вырученные деньги помогли ей сберечь внуков от участи родителей, потому что карточные долги, как и исторические здания в центре города, передавались по наследству.

Уберечь малолетних внуков в девяностые было сложнее, чем особняк в революцию, но бабушка смогла. Забрала Лилю и Сашку из родительской трешки в центре в свою маленькую двухкомнатную квартирку в панельке и постаралась подарить им нормальное детство. Именно она повела внучку в первый класс, а внука в детский сад. Она же бросила работу и стала возрождать цветочный магазинчик «Лилия», который ее погибшая дочь открыла в их родовом особняке. Гортензия вырастила, выучила и поставила на ноги двоих внуков и ни разу не пожаловалась на дочку, которая связалась с сыном криминального авторитета. Она лишь поменяла внукам фамилию на Голицыны, да старалась держать их подальше от того мира, который погубил родителей.

Гортензия всегда была выше сплетен, потому и совесть у нее была чистой, а сон был прекрасным, в отличие от внучки, которая не спала по ночам и которой срочно требовался кофе. За ним она и отправилась в любимую кофейню.

— Братец или клиенты? —попытался угадать владелец кофейни, едва Лиля переступила порог.

— И то, и другое.

— Тебе как обычно? Капучино и сэндвич с курочкой?

Глядя на лучезарного рыжеволосого парня с добрыми зелеными глазами, Лиля сказала:

— Все ты знаешь про меня, Виталь.

— Так может в помощники меня возьмешь? Будет у нас тандем. Загадочная мадам Ли, гадающая на Таро, и таинственный мистер Ви, гадающий на кофейной гуще. Такая шизотерическая банда.

— Давай без банд, тем более эзотерических, — Лиля сделала акцент на последнем слове, исправляя друга. — Хватит и того, что Сашка насмотрелся фильмов про пацанские слова с кровью на асфальте и решил в шулера поиграть. И доигрался до того, что я теперь загадочная мадам Ли, а из имущества у нас лишь особняк, за ремонт которого я все еще плачу кредит. Ну и тридцатилетняя бэха отца, которая проблем приносит больше, чем пользы.

— Один в один, как твой брат. Не зря они с этой машиной ровесники и никогда не расстаются. Но не будем о печальном. Лучше расскажи, кто к тебе вчера заглядывал. Снова та бабулька, что мутит с духом Колчака, просила их обвенчать, чтобы не жить во грехе? Или приходил тот мужик, который хочет связаться с умершим котом?

— Эти поняли, что у меня не спиритический салон и захаживать перестали. Но вчерашний тип был не менее интересный.

Виталя быстренько закончил приготовление завтрака, тем более он всегда готовил его заранее к одному и тому же времени, и вышел из-за прилавка. Как только они с Лилей устроились за любимым столиком, он оповестил:

— Вот теперь я готов слушать!

Лиля не собиралась томить друга, тем более он обожал истории про ее странных клиентов, потому выпалила:

— Вчера ко мне наведался сам Аркан Справедливости!

— Прям собственной персоной? Материализовался из карты и отругал за то, что мы мало уделяешь ему внимания?

— Хотелось бы, но нет. Материализовался только высоченный блондин, от которого у меня мурашки побежали, и заявил, что он Аркан Справедливости. И справедливости ради стоит сказать, что он реально один в один как тот мужик на троне, что изображен на карте этого аркана. Даже глаза такие же голубые и злющие.

— Ого! Чудики к тебе стали захаживать подготовленные, — усмехнулся Виталя. — Этот вон парочку фокусов выучил и карту со своей рожей подсунул.

— Когда я на гадания соглашалась, не думала, что ко мне толпами повалят любовницы Колчака, внебрачные дети Шатунова, а теперь еще и Арканы, — пожаловалась Лиля, сделав очередной глоток восхитительного кофе. — Как будто мало мне тех, кто любовное зелье пытается купить и тех, кто требует сертификат соответствия на пало санто, дабы убедиться в том, что его дым точно очистит квартиру от сущностей с третьего уровня.

— А что ты хотела? Мы с Марго тебя сразу предупреждали, что именно они – это твоя целевая аудитория. Все те, кому надо в психиатрическую больницу наведаться, а лучше полежать в ней недельку-другую, идут к тебе, а не к врачам.

— Ко мне приходят запутавшиеся люди в трудной ситуации, а не психи, так что не надо.

— Так уж и одни запутавшиеся? Сама же только что жаловалась.

— Ладно, чудиков тоже хватает. И от них я устала, — призналась Лиля, откусив кусочек божественного сэндвича.

— Сашка тебе на что?! Все эти чудики только через лавку могут пройти, где он работает. Пусть он народ сортирует, а не только благовония продает.

— Его вчера не было. Вот ко мне этот Аркан Справедливости и явился. Хорошо, что ко мне в комнату не попасть с того входа, а то я бы не удивилась, если бы этот тип еще и в шкафах у меня порылся, с такой-то наглостью.

— Сашка снова оставил тебя без охраны?!

— У него, оказывается, была важная встреча с инвестором, который собирался вложиться в его стартап.

— Стартап? Это какой же? По превращению сестры в рабыню, отдувающуюся за твои грехи, пока ты пивко попиваешь?! Он только в этом и силен. Лиль, ты почему ты меня не позвала? Я бы подежурил в лавке и тебя подстраховал.

— Ко мне вчера было записано всего две женщины, первая, правда не пришла, потому о безопасности я не переживала. И для меня стало шоком, что я осталась один на один…

— С шизанутым психом, который заявил, что он Аркан Справедливости, — осознав все произошедшее накануне, Виталя взволнованно спросил: — Он тебе ничего не сделал?

— Не переживай, все обошлось. Единственное, что он мне сделал, так это оставил в замешательстве.

— Это хорошо, что в замешательстве, а не без денег или жизни. А с Сашкой я поговорю, и серьезно. Он где сейчас?

— Дрыхнет, хотя сегодня его очередь в цветочном работать.

— Все как обычно. Он где угодно, только не там, где должен быть. Вторая клиентка хоть нормальная была?

— Вторая была с «промытыми» мозгами, потому я с нее даже денег не взяла. В отличие от тех магов и целителей, у которых она была раньше. Представь, они убеждали ее в том, что «фарма» — это смерть и лечиться ей надо не лекарствами, а медитациями и аффирмациями, еще корешками да травами. Ну и отправлять им деньги раз в месяц, чтобы они за ее здоровье молились.

— Они помолятся, конечно же. Любой каприз за ваши денежки.

— Вот ведутся же люди на всякую ересь! Каждый раз поражаюсь.

— Ведутся, Лиль, еще как ведутся, иначе бы к мадам Ли не приходили.

— Ну да… Еще она рассказала, что на какой-то тренинг по омоложению съездила и после него прям расцвела и прозрела, так что проблем со здоровьем у нее быть не может. А ее духовный наставник скоро остров счастливых людей создаст. Она на него жить переедет и о болезнях забудет. Но сейчас они почему-то появились, потому она хочет узнать, что зеркалит ей болезнь и какой космический закон она нарушила, раз несет такой важный урок.

— Ну а ты карты раскинула и ответила, что пойдет она по статье сто одиннадцатой Космического кодекса Вселенной за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью и грозит ей лишение свободы сроком до восьми лет, без возможности инсайтов, дыхания маткой и получения благословения от Вселенной.

— Такая статья реально есть?

— Конечно. Только в УК РФ. И тоже сто одиннадцатая. Но ты же ей явно не про уголовный кодекс рассказывала.

— Не про него, с таким лучше к тебе, ты же в прошлом юрист. А я мягко намекнула, что ей нужна нормальная медицинская помощь, тем более у нее со щитовидкой проблемы. Карты посоветовали ей как можно скорее посетить эндокринолога и сдать все анализы. Они даже увидели, что имя врача начинается на «А», а фамилия на «М» и принимает он в краевой поликлинике на Первомайской.

— Она что?

— Поверила. Догадалась, какого именно врача я имела ввиду, и пообещала сходить на прием, ведь карты послали ей знак.

— Вот и правильно. Потом умрет от фигни какой-нибудь, а родственники будут тебя обвинять. Скажут, что это ты ей мозги запудрила, а не шаманы и целители.

— На такой случай у меня видеозаписи есть.

Виталя подавился кофе и переспросил:

— Записи?

— Что тебя удивляет? Будто у тебя самого камеры не стоят.

— Разрешение у тебя есть от клиентов на ведение съемки? А то так и до сто тридцать седьмой можно докатиться, одним самоуправством не отделаешься.

Лиля состроила виноватое лицо.

— Сделаем вид, что я этого не слышал. Заканчивай самодеятельность, иначе боком она тебе выйдет. Я думал, ты у нас психолог с изюминкой, а ты…

— Вообще-то я и есть психолог. Работаю строго по регламенту и этическому кодексу. Я же ничего не смыслю в Таро, так что провожу сеанс как обычный психолог, прикрываясь предсказаниями карт.

— Обычный?! — фыркнул Виталя.

— Обычный. Просто у большинства психологов кабинет и карты метафорические, а у меня лавка «Арканум» и карты Таро. Ну и еще черный кот для антуража.

— Антуража у тебя и без Фауста хватает.

— Артуража-то хватает. Но сеансы у меня обычные, психологические. Приходит клиент, рассказывает о проблеме и просит помочь. Я раскидываю карты и делаю вид, что они дают ответ, а на самом деле работаю по классической схеме. Задаю наводящие вопросы и позволяю человеку самому найти ответ.

— Нельзя просто сказать, что ему делать? К чему такие сложности и допросы?

— Нельзя, потому что совет будет через призму моего восприятия. Я должна мягко подтолкнуть человека в нужном направлении и стараюсь никогда не выходить за рамки правил и этики. Так что, если убрать весь антураж и карты, это обычный прием у психолога. И цены у меня за него вполне адекватные, если учесть мой опыт и количество наработанных часов. Причем от своего наставника в университете и своего психолога я даже благословение получила.

— Своего психолога? Ты же сама психолог, зачем он тебе?

— Каждый психолог сам должен быть в терапии и перед началом практики обязан ее пройти.

— Как у вас все серьезно… Не то, что в кофейне. Сварил кофе и все рады, — буркнул Виталя и, бросив взгляд на часы, предупредил: — Завтрак окончен.

Прихватив пустые тарелки и кружки, он понес их к раковине. Вернувшись обратно с тряпкой, Виталя протер стол, и уточнил:

— Получается, сегодня в цветочном работаешь ты? Хочешь, я помогу? Марина к десяти на смену заступает, и я весь в твоем распоряжении.

— Я справлюсь сама, — ответила Лиля.

— Будет трудно – зови, — попросил Виталя, открывая двери и впуская внутрь тех, кто не представлял утро без кофе.

— Ты же знаешь, что с клиентами у меня не густо, новый цветочный привлекает их больше, чем мой. Но если все вдруг решат купить цветы у меня, я буду громко звать на помощь, ты прибежишь, очаруешь всех и сделаешь мне годовую выручку, — пошутила Лиля, покидая кофейню друга.

Она вышла из одной двери, чтобы пройти пару метров и зайти в другую, ведущую в цветочный магазинчик. Как она и ожидала, такой толпы, как возле кофейни, не было. Этот рабочий день, как и прочие, можно было провести в компании очередного мистического фильма. Лиля обожала истории про сверхъестественное, поэтому сериал про больницу, в которой людей избавляли от подселенных к ним сущностей, обойти стороной не могла, тем более главную роль в нем играл ее любимый Данила Козловский.

Устроившись в желтом кресле в углу магазина, где была оформлена зона ожидания, она водрузила на кофейный столик ноутбук и включила первую серию. Но не успела посмотреть и пяти минут, как в магазине появился покупатель.

Глава 2

Высокий голубоглазый блондин настолько тихо вошел в магазин, что Лиля его не заметила. Он стоял возле стеллажа и делал вид, что изучает ассортимент садовых фигурок, а сам гадал, зачем явился снова. Правду он открыть не был готов, как и не был готов сделать то, что следовало. А общение, которого он так жаждал, могло и не состояться после всего того, что он вчера наговорил. Немного помявшись у витрины, он осознал, что явиться во второй раз было плохой затеей. В магазине витал такой же запах, как и в лавке, и он возвращал его к болезненным воспоминаниям, погружаться в которые снова не хотелось. Решив, что он пришел зря и делает только хуже, блондин двинулся в сторону выхода.

В этот момент Лиля оторвалась от сериала и обратила внимание на покупателя, облаченного в черную рубашку и черные брюки, не слишком подходящие для жаркого сентября.

— Добрый день! Чем могу помочь? — доброжелательно произнесла она, поднимаясь с кресла.

Но как только Лиля разглядела лицо парня и узнала в нем вчерашнего наглеца, радость ее испарилась. Благодаря печальному опыту она усвоила, что таких персонажей нужно сразу отваживать, иначе они начнут доставать постоянно. Как, например, тот мужик с духом кота, который проходу ей не давал, являясь в лавку каждый вечер до тех пор, пока на него не наорал Сашка.

— Тебе еще что-то нужно?! — вспылила она. — Гадания? Или фокусы? Кстати, сегодня кем представишься? Папой Римским или Святым Духом?

— Ромашки. Мне нужны ромашки, – спокойно ответил он.

Лиля выгнула бровь.

— Ромашки, значит?

— У вас же тут цветочный, — посетитель обвел рукой магазинчик. — Вот я и хочу купить ромашки.

— А сам чего не наколдуешь?! Ты же всемогущий Аркан Справедливости.

— Энергию берегу. Она, знаешь ли, не безграничная. И на такие мелочи ее тратить не стоит.

— Да ты, оказывается, очень бережливый мужчина. Ну или идиот, который вчера на карточные фокусы потратился, потому сегодня цветочки покупать приходится.

— Так я зря пришел? У вас нет ромашек?

— Будут тебе ромашки, — пробухтела Лиля и направилась к охлаждаемой витрине, где держала цветы.

Вернулась она с букетом, который почти кинула в лицо покупателю. А он успел не только поймать его, но и вдохнуть аромат. На глаза его тут же навернулись слезы. Такого он совсем не ожидал, и подобные эмоции вызвали у него не меньший шок, чем у девушки, глядящей на него с удивлением.

Посетитель понял, что зря попросил эти чертовы ромашки. Еще и сегодня, в годовщину. Обходил же их стороной все эти годы, надо было и дальше так делать. Но нет же, он увидел их в витрине и решил рискнуть. И чем все это закончилось? Позором! Лучше бы купил какие-нибудь банальные розы и быстренько ретировался из магазинчика. Но нет, ему ромашки подавай! Словно он мазохист, который специально раз за разом погружается в прошлое, сдирая корки с подживающих с трудом ран. Но в том болезненном прошлом была энергия, дающая ему силы к существованию, а еще обещание, поддерживающее на плаву в опостылевшем настоящем. Клятва, данная на могиле той, которая любила ромашки.

С трудом сдерживая нахлынувшие эмоции, посетитель прошептал:

— Она их очень любила. Ромашки. Говорила, что они пахнут как любовь. Я ее не понимал, потому что никакой любовью они мне не пахли. А сейчас вот понял. Они правда пахнут как любовь. Пахнут как она, — он вытер непрошенные слезы рукавом рубашки. — Чудесный букет. Спасибо. Ей бы очень понравился. Но сегодня девять лет, как ее нет, и дарить его некому.

Поддававшись порыву, Лиля заключила странного посетителя в объятия. В этот момент они оба испытывали очень противоречивые эмоции, смутившие обоих. Тело Лили словно прошил разряд энергии, а в груди у блондина разлилось столь непривычное тепло. Но они не успели осознать странные изменения, произошедшие в них, потому что на входной двери звякнул колокольчик.

Лиля с блондином отскочили друг от друга, а в магазин влетел парень, который потребовал:

— Срочно продайте мне самый дорогой и самый огромный ваш букет, иначе она меня убьет!

Залившись краской, Лиля побежала за букетом, а тот, кто еще пару секунд назад держал ее объятиях, спешно покинул магазин.

Стоя у витрины и глядя на цветы, Лиля чувствовала, как бешено стучит ее сердце. Она пыталась понять, что сейчас произошло и почему она так странно себя чувствует, но к реальности ее вернул взлохмаченный парень:

— Девушка, ау! Я понимаю, что утро, вы еще не проснулись, но если я не явлюсь к своей невесте в самое ближайшее время с шикарным букетом, то мне конец!

— Так сильно провинились? — полюбопытствовала Лиля, вытаскивая из вазы огромный букет, который составляла накануне вечером под едкие замечания Сашки о том, что такой дорогой никто не купит. — День рождения или годовщина?

— День рождения. Сегодня! О чем я узнал пятнадцать минут назад, благодаря сторис. А был уверен, что завтра. И первым поздравил ее не я, а друзья, которые заявились в полночь с тортом и шарами, и родители, с утра осыпавшие ее подарками. Так что появиться я должен эффектно и как можно скорее.

— Подарок хоть есть? — спросила Лиля, передавая заспанному и взъерошенному парню цветы.

— Есть! Вчера доставили, — он оценил полученный букет и вынес вердикт: — Он такой огромный, что за ним меня видно не будет. Идеально!

— Рада, что смогла помочь, — произнесла Лиля, принимая оплату за букет.

— Вы моя спасительница! — улыбнулся парень и убежал из магазина, оставив щедрые чаевые.

Убирая деньги в кассу, Лиля пыталась понять, что за странные эмоции испытала по отношению к блондину. Вначале он ее напугал, потому удивил, после вообще шокировал. Но, несмотря на то, что он вел себя как ненормальный, он не был похож на тех чудиков, которые к ней периодически наведывались. Он вообще не был похож на других. Он был какой-то особенный, что ли.

Особенный. Это слово напугало Лилю, потому что никакой мужчина до этого не казался ей особенным. Интересным – да, забавным, милым – да, даже надежным – да, но вот особенным – нет. А тот, кто когда-то был как будто особенным, причинил огромную боль. И потому девушка страшилась подобных эмоций и самого блондина, которого ей так сильно захотелось обнять. А потом, когда он обнял ее в ответ… Она испытала что-то удивительное. Словно ее тело прошил разряд энергии.

— Ты жива вообще? — странный вопрос влетел в магазинчик одновременно с кареглазой блондинкой.

Повернувшись к подруге, которая прервала ход ее мыслей, Лиля ответила:

— Как видишь, Марго, я жива и здорова. А ты что здесь делаешь? У тебя же клиентка должна быть.

Марго была не из тех, кто подводит своих клиентов. Она была из тех, кто выполняет работу идеально и к кому огромная очередь, несмотря на высокий ценник.

— Она не пришла! — Марго плюхнулась на желтое кресло и поставила на столик два стаканчика. — Тебе я чай взяла.

— Спасибо! — Лиля уселась на пуфик, вынужденно уступая подруге любимое кресло. — Так что с клиенткой?

— Записалась на маникюр с педикюром, а сама не пришла, — пожаловалась она и открыла коробку со сладостями, которая всегда стояла на столике. — Когда я ей позвонила и уточнила, когда она будет, накричала на меня, потому что я ее разбудила. Следом заявила, что я была обязана предупредить ее о записи. А еще я сама виновата, что она не пришла. Надо заранее писать и контролировать клиентов.

— Больше ты ничего в ее жизни контролировать не должна?! – высказала недовольство Лиля, принимая от подруги шоколадную конфету. — И что ты ей ответила?

— Ничего. Буду я нервы свои тратить. Я трубку положила и в черный список ее внесла. Будет головной болью другого мастера.

— Все правильно сделала!

— Правильно, но теперь мне до одиннадцати ждать следующую клиентку. Сидеть скучно, потому я за кофе вышла, а Виталик рассказал, что к тебе вчера сам Аркан Справедливости нагрянул.

— Нагрянул. И очень удивил. А сегодня снова нагрянул и удивил еще больше. Ушел незадолго до твоего прихода.

— Растрепанный брюнет с огромным букетом на мерседесе?

— Высокий голубоглазый блондин с ромашками.

— Красивые нынче шизики пошли, — подметила Марго, заметив при этом румянец, проступивший на щеках Лили. Последний она комментировать не стала, но предположила: — Может, он познакомиться решил? Прознал, что ты мадам Ли, понял, что к такой нужен нестандартный подход и решил Арканом назваться, чтобы тебе запомниться. А раз вчера ничего не вышло, сегодня пришел уже без фокусов.

— Не думаю. Как воздыхатель он себя точно не вел. Но парочка вопросов у меня к нему все же есть.

— Это каких? Почему он не мог пригласить тебя на свидание без всех этих фокусов с картами? Он же тебе понравился, я вижу, — Марго считала, что у нее нюх на такие вещи, и была права. Она легко могла распознать как полноценную химию, так и маленькую искру.

— Может быть. Но интересует меня другое. Вот, например, этот фокус с картой. Почему его лицо было у Аркана Справедливости?

— Фотошоп и типографии и не такое могут.

— Ладно, допустим. А откуда он тогда узнал про Веснушку?

— У тебя веснушки были?

— Не веснушки, а Веснушка. Кукла у меня в детстве была. Рыжая такая, в платье зеленом. Я ее так сильно любила, что никогда с ней не расставалась, а когда мне было три, то потеряла. Проплакала почти неделю и бабушку замучила. Она тогда мне сказала, что Веснушку забрали в волшебную страну. Если я буду плакать, то ей там будет плохо, а если успокоюсь — она будет счастлива. Так что я не плакала больше, чтобы Веснушку в волшебной стране не обижали. Но о том нашем разговоре знала только бабушка.

— С чего ты взяла, что он знал эту историю? Просто пальцем в небо ткнул.

— Пальцем в небо? Да он мне вчера прямым текстом заявил: «Представь, что я, как и Веснушка, житель волшебной страны».

— Странно, не спорю, но уверена, что и тут найдется логическое объяснение.

— Не найдется! Говорю тебе, он странный. Еще и тихо так появился, что вчера, что сегодня. Я его даже не услышала.

— Боже, Лиля, ты никогда и ничего не слышишь! Мимо хоть стадо слонов во главе с Джигурдой пробежит, ты бровью не поведешь. Ты, как и твоя любимая Полумна Лавгуд, вечно в облаках витаешь. Так что нет ничего странного в том, что ты его не заметила. Ты и меня вечно не замечаешь, а потом подскакиваешь. Я уже думаю колокольчик на себя повесить.

— Обойдемся без колокольчика. Но вот фокус этот с картой, потом история с Веснушкой… не вяжется все это как-то с обычным ухажером, который решил меня впечатлить.

— А с чем тогда вяжется?

Лиля не стала озвучивать вслух свои мысли, но Марго, зная подругу, спросила:

— Ты реально поверила в то, что он Аркан Справедливости, владеющей магией?! Понимаю, ты любишь сериалы про волшебство и прочее такое, но магии не существует. Наша жизнь обычная и скучная.

— Но, когда я его обняла, меня словно разряд прошиб. Такого с другими людьми не было!

— Такого с другими людьми не было, потому что тебя давно ничего с мужчинами не было. А если бы магия и правда существовала, мне не пришлось бы сидеть на диетах. Я бы махала волшебной палочкой, произносила что-то типа «Жир рассосайтус, пресс накачайтус» и лишний вес, да и другие проблемы, исчезали бы сами собой.

— Но он…

— Слушай, что ты все заладила, он да он. Понимаю, он загадочный симпотяга, а ты сериалов пересмотрела и поверила, что вся эта мистика существует, но ее нет. Смирись. Все придется делать самой и без волшебных заклинаний. Парень этот самый обычный, а никакой не волшебный Аркан Справедливости. Скоро сама в этом убедишься.

— Почему ты так решила?

— Пришел второй раз, придет и в третий. Но ты его к себе все равно не подпустишь, как и одного милого рыжика, который влюблен в тебя третий год. А пока ты на меня не напала с обвинениями, давай закроем тему. Лучше обсудим предстоящее выступление на форуме.

Тему и правда стоило закрыть, иначе Марго начала бы ковыряться в душе Лили и настаивать на признании в ответных чувствах милому рыжику. Лиля переключилась на вещи более насущные и обсудила с подругой предложение об участии мадам Ли в эзотерическом форуме. Лиле не хотелось ввязываться в подобную авантюру, но за выступление обещали кругленькую сумму, так что она согласилась.

Но и после того, как все детали участия были продуманы и Марго ушла, Лиля продолжила думать о том, сможет ли она обмануть так много людей. Ей стало интересно, сколько ее собственных правил и зароков она готова нарушить ради спасения брата. Лиля корила себя за предательство собственных идеалов и обман в огромных масштабах, но без него ей было не справиться со всеми неприятностями. А еще ей было немного стыдно за то, что она, вместо наведения порядка в магазинчике, смотрит сериал и думает о странном блондине с удивительными голубыми глазами.

Глава 3

Испуганная Лиля смотрела из-за кулис на многотысячный зал и твердила себе, что все у нее под контролем, хотя внутри все кричало от страха. Она уже жалела, что согласилась на эту авантюру, но знала, что без выступления никак. Только с его помощью она сможет покрыть расходы этого месяца, потому отступать было нельзя. К тому же она сможет получить новых клиентов, так что участие в «Южном Форуме Осознанности» было оправдано и более чем полезно. Но одно дело личные консультации в «Аркануме» или онлайн встречи, а совсем другое в образе мадам Ли вещать перед огромной аудиторией.

Но именно образ мадам Ли и спасал Лилю. Никто же не знал, что за золотой маской и синей мантией скрывалась тридцатитрехлетняя продавщица из цветочного магазина, которая всеми правдами и неправдами пыталась заработать недостающую сумму для покрытия долга. Что поделать, если мошенники, выдающие себя за мудрых наставников, сейчас зарабатывают больше всех? Либо осуждать, либо присоединиться. Лиля выбрала второе, иначе исторический особняк сожгли бы вместе с ней и братом, а может еще и с Марго и Виталей, которым «посчастливилось» арендовать у нее помещение. Ради всех этих людей, она идеально сыграет свою роль.

Лиля долго не могла определиться с какой же темой ей выступить. Мадам Ли вроде как гадалка Таро, а в Таро не смыслит ничего, даже названия всех карт не знает. Она честно пыталась что-то понять, даже онлайн курс покупала, но арканы и их трактовки остались для нее загадкой. Выйти из ситуации Лиля решила красиво. Она и правда собиралась рассказать о картах, но о тех, что знакомы ей. Тем более с их помощью она действительно могла творить «фокусы», которых от нее ждали организаторы. Ее выступление должно было стать запоминающимся, потому Лиля кивнула Марго, и та дала отмашку.

Свет в зале погас и, пока люди пытались привыкнуть к темноте, Лиля вышла на сцену. В этот момент дым машина начала свою работу, свет начал плавно разгораться, и загадочная мадам Ли вынырнула из синего тумана, облаченная в синюю бархатную мантию с золотыми звездами. Направленные на нее огни софитов заиграли переливами на золотой маске, скрывающей лицо.

По залу пронесся возглас удивления, потому что предыдущие выступления были скромнее, а позади Лили ожил огромный экран. На нем плыли звезды и вселенные, такие же, какие были запечатлен на потолке в «Аркануме». Закончив свой причудливый танец, звезды выстроились на небосводе в два слова «Мадам Ли».

Нужный эффект был достигнут, и Лиля начала выступление.

— Просите – и дано будет вам; ищите – и найдете; стучите – и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят, — процитировала она седьмую главу Евангелия от Матфея.

Евангелие может и мало вязалось с Таро и с загадочной мадам Ли, зато неплохо отозвалось залу, который устал от предыдущих ораторов, по десять минут рассказывающих о том, какие они прекрасные и сколько у них курсов.

— Все мы, собравшиеся в этом зале, искатели. Мы ищем ответы на вопросы, ищем истину, ищем смысл жизни. Кто-то ищет в книгах, кто-то в духовных течениях и религиях, кто-то в курсах и тренингах, а кто-то ищет истину в вине.

Шутка зашла, и по залу прокатился легкий смешок.

— Но истину можно найти и в картах. Вот в этих небольших прямоугольниках, — Лиля продемонстрировала красивую колоду Таро, купленную специально для сегодняшнего выступления. — Скрыты ответы на ваши вопросы. Вы хотите их узнать?

Из зала послышались ответы:

— Конечно!

— Хочу!

— Еще бы!

— Уж хотелось бы, я столько денег за билеты отвалил! – прокричал мужчина из первого ряда.

— Все мы хотим. Но Таро открывается избранным. Мне пришлось потратить огромное количество времени на то, чтобы подружиться с арканами, но даже я до сих пор не знаю всех их тайн. А что говорить об остальных? Вам не кажется несправедливым, что таким важным инструментом могут воспользоваться только избранные, а для всех остальных Таро будут лишь цветными картинками и не более?

Зал снова ответил:

— А-то!

— Обидно!

— Я столько раз пробовала делать расклад и ничего не понятно.

— Вообще по боку! — ответил мужчина с первого ряда, на чей выкрик Лиля не собиралась реагировать.

— Мне тоже это кажется странным. И поэтому сегодня я научу вас разговаривать с картами! — торжественно произнесла Лиля. — Но не Таро. Таро не терпят неподобающего отношения. Сегодня я научу вас разговаривать с картами куда более сговорчивыми и понятными.

— Игральными, что ли? — усмехнулся все тот же скептик в первом ряду, которого явно притащила на форум жена.

— С этими, я уверена, вы справитесь лучше меня. Я же научу вас общаться с другими картами. Метафорическими, — Лиля достала из кармана мантии еще одну колоду и продемонстрировала залу. — Эти карты – ваши лучшие друзья. Они дадут ответы на все ваши вопросы, помогут разобраться с мечтами, страхами и блоками. А если вы их попросите, то они даже подскажут куда двигаться дальше.

Лиля выдала самое магическое описание такого обыденного инструмента психолога как метафорические ассоциативные карты, которые использовались для работы с клиентами и их бессознательным и эмоциями через образы и символы. МАК были «волшебной палочкой» психологов, помогающей пробиться к самым закрытым клиентам, к детям и подросткам, потому Лиля и выбрала их.

— Мне вот ясно и без карт, что двигаться надо куда подальше от этого места, —подкинул очередной едкий комментарий мужчина из первого ряда. — А на мой вопрос: «Зачем я пошел на поводу у жены и приперся сюда?» они тоже ответят?

— Ответят. И ответ вас удивит, поверьте, — усмехнулась Лиля, решив все же обратить должное внимание на возмутителя спокойствия. — Сегодня я хотела продемонстрировать вам как работать с картами и собиралась выбрать кого-то в помощники, но мне кажется, что самым лучшим кандидатом будет общительный мужчина из первого ряда. Как вы, готовы составить мне компанию?

— Надо же билет свой окупать! — усмехнулся тучный мужчина и поднялся на сцену. — Что делать надо?

— Для начала – присядем, — предложила Лиля, и из синего тумана вынырнули стол и два стула.

Они давно стояли на сцене, просто свет был выставлен так, чтобы их не было видно до этой реплики. Но на зал их неожиданное появление произвело очередной ошеломительный эффект. Даже на мужчину, который осторожно присел на стул только после Лили.

Пока Лиля раскладывала на столе карты, мужчина внимательно разглядывал ее руки, украшенные золотыми колечками.

— Ответ на какой вопрос вы хотите узнать? — низким голосом спросила она у мужчины.

Он задумался.

— Ну, давай так… Когда привезут машину, которую я заказ еще полгода назад?! Увидят твои карты такой ответ или нет.

— Увидят, — сорвала Лиля.

Зрителям нужно шоу, потому она подключила помощников. Пока гадалка раскладывала карты, свою часть работы делал Виталя. Он узнал на каком месте сидел мужчина, открыл билетную кассу, доступ к которой ему предоставили организаторы форума, посмотрел кому именно был продан билет в первом ряду и вбил имя и фамилию в поисковике. Поисковик незамедлительно выдал не только название фирмы, где мужчина числился гендиректором и основателем, но и парочку интересных статей о нем. А вбив имя и фамилию его молоденькой жены Виталик нашел ее профиль в соцсетях, где она щедро делилась подробностями своей личной жизни.

Чувствуя, что мужчина не сможет раскрыться перед публикой, еще и такой, Лиля дала знак Марго и та связалась по рации с осветителем. Он приглушил свет так, чтобы создалось полное ощущение того, что в зале находятся только мадам Ли и ее клиент.

Немного привыкнув к этой тишине и темноте, мужчина чуть расслабился, тем более Лиля капнула на стол немного эфирного масла лаванды для снятия стресса и тревоги.

— Выберите ту карту, которая вам больше всего отзывается, — попросила она мужчину.

Он долго раздумывал, а потом потянулся к карте, на которой изображены мать с ребенком, стоящие в парке возле качелей.

— Вот эта, — указал он на карту

— А почему вы выбрали именно ее?

— Она, видимо, мне отозвалась, — продолжал язвить мужчина.

— Если вы внимательно посмотрите на эту карту, то что вы увидите? О чем эта карта?

— Ясно же о чем! Вам маска что ли еще и на мозги давит?! – мужчина посмотрел на Лилю как на полную дуру, которой, собственно, ее и считал. — О том, как мама повела мальчика гулять.

— Почему тогда он не играет в песочнице или с другими детьми?

— Вы что, не видите, какие брюки на нем чистые? А если он их запачкает или порвет? Мать с него три шкуры сдерет.

— Почему она будет драть с него три шкуры?

— Потому что на новые брюки у нее денег нет. Она, в отличие от вас, не прохлаждается, а пашет на двух работах, чтобы сына непутевого прокормить и человеком сделать.

— А ее сыну непутевому, этому мальчику с картинки, наверное, и самому не хочется играть?

— Чего ж не хочется?! Конечно, хочется. Еще как. Он же ребенок!

— Почему он тогда не играет?

— Я же сказал! Ему нельзя, он в красивой одежде вышел.

— Зачем тогда мальчик с мамой пошли гулять, если гулять нельзя?

— Как это зачем?! Они вышли показать, что мать в состоянии красиво одеть сына и прокормить его. Сама, без мужика.

— У женщины с картинки нет мужа?

— Нет. Она ребенка нагуляла от женатого. Все ее осуждают и сыну тоже прилетает, потому она учит мальчика быть правильным и порядочным. Пусть все соседи знают, что вон он у нее какой! Самый лучший! И в учебе, и в спорте, и в музыке.

— Что он в этот момент чувствует, вот этот мальчик, на рисунке? Что он обещает себе в такие вот прогулки, когда даже не может поиграть в песке или побегать с другими детьми?

— Он обещает себе, что вырастет и станет богатым. Тогда ему можно будет все. И в песочнице играть, и брюки пачкать, и есть сколько хочешь, и с девочками красивыми дружить, и машины покупать дорогие. Тогда все соседи завидовать начнут. А он с ними дружить не будет и на машине их своей крутой не подвезет.

— А зачем мальчику с картинки покупать себе крутые машины? Только для того, чтобы соседи завидовали?

— Нет, они не так и важны. Главное, чтобы мама увидела, что вот он какой! Все он может! Все его уважают, даже машину именно для него делают. Вручную собирают и в его любимый цвет красят. Никакой он не идиот безмозглый, который вечно все вещи портит. И не позор, из-за которого вся ее жизнь испорчена.

— Как думаете, мальчик с картинки часто навещает свою маму?

— Нет, не часто.

— Почему мальчику не хочется этого делать?

— Мама вечно кричит, и он чувствует себя дураком.

— А ему бы хотелось, чтобы мама ему что-то важное сказала?

— Да, чтобы она хоть раз сказала, что гордится им. Он же столько всего сделал, столько машин купил и бизнесов построил, жена у него «Мисс Россия», а маме все мало.

— Может, мальчик с картинки устал ждать не новую машинку, а маминого одобрения?

— Может быть...

— А, может быть, мальчику с картинки нужно подсказать, что он уже взрослый? Что он больше не мальчик, которому нужно признание мамы, а такой же взрослый, как и мама. Взрослый человек, который может разговаривать с ней на равных. Взрослый, которому не нужно ничье одобрение, ведь он и сам знает, что молодец. Он давным-давно доказал это и себе, и всем окружающим. Знает это и мама с картинки. Просто не понимает, как сказать об этом уже не мальчику с картинки, а своему большому и взрослому сыну.

— Она уже не скажет.

На лице мужчины отразилась боль, поэтому Лиля решила заканчивать прилюдное обнажение его души, которое старалась сделать максимально этичным.

— Ген, тебе не надо никому и ничего доказывать. И машина тебе эта не нужна. За тебя говорят дела. Та детская больница в Поволжье, которую ты построил. Те люди, чьи жизни ты спас в пандемию, закупив необходимое оборудование в больницу. Марина. Марина, которая жива только благодаря тебе и тому, что ты полностью закрыл сбор. Все они – доказательство того, что ты смог, Ген! И все они тобой гордятся. Я тобой горжусь, Ген. И уверена, что сейчас тобой гордится весь зал.

Лиля не представляла, что саркастичный мужчина с первого ряда окажется человеком такой огромной и щедрой души, и как бы ей не было стыдно за обман, она не могла не использовать полученную от Витали информацию.

Она встала со стула и громко произнесла:

— Сейчас я прошу помощи каждого из вас. Пожалуйста, давайте все вместе скажем Гене, как мы гордимся им.

Когда весь зал начал скандировать: «Гена, мы гордимся тобой!», причем скандировать искренне, ведь сидящий на сцене мужчина этого заслуживал, а мурашки по коже побежали и у Лили.

Она подошла к Геннадию и сказала:

— Я горжусь тобой, сынок!

А после заключила плачущего мужчину в объятия и увела за кулисы, где ее предупредили, что лимит времени исчерпан и у нее три минуты на красивый финал.

Передав Геннадия в заботливые руки Марго, Лиля вернулась на сцену. Ее встретило множество вытянутых вверх рук тех, кто хотел стать следующим. Но она предупредила зрителей, что выступление строго ограничено по времени и у нее осталось несколько минут, поэтому сейчас она расскажет техники, которые помогут самостоятельно работать с метафорическими картами.

Руки нехотя опустились, выкрики тоже смолкли, и зрители слушали Лилю очень внимательно. А когда время истекло, она покинула сцену под такие бурные овации, которых не было до этого ни у одного спикера форума.

Но только укрывшись в гримерке, сняв с себя маску и мантию, Лиля наконец спокойно выдохнула.

— Получилось, Лиль! Все получилось! — в гримерку влетела довольная Марго.

— Ты круто держалась и с мужиком этим классно прошло, — следом зашел Виталя. — Даже меня тронуло и без той инфы, что я нарыл, а после того, как ты весь зал подключила, за кулисами пару девочек заплакали.

— Организаторы в восторге! — довольным голосом произнесла Марго. — Сказали, что это лучшее выступление форума.

— Так еще десяток впереди, — напомнила Лиля.

— Куда им до тебя! – гордо сказала Марго. — Все знают, что выйдут очередные павлины, которые будут хвосты распускать, нахваливая себя. Но я не растерялась и рассказала им, что раз ты такая шикарная, то надо тебе гонорар поднять. Они обещали подумать.

— Ребят, чтобы я без вас делала, — прослезилась уже Лиля. — Вы все бросили, помчались со мной на этот форум. Шоу такое классное придумали. Я нами горжусь!

— Ты будешь гордиться еще больше, когда увидишь, сколько народу записалось на онлайн-консультацию и сколько людей твои визитки расхватали, — поделилась радостью Марго.

На лице Лили отразилось удивление:

— А у меня есть визитки?

— У тебя нет, а у мадам Ли есть, — Виталя продемонстрировал синюю бархатную карточку с золотым тиснением.

— Какие красивые! — Лиля разглядывала очередное творение Виталика. — Я никогда не расплачусь с вами за все то, что вы для меня делаете.

— А мы не для тебя это делаем! — отмахнулась Марго. – Мне просто не хочется, чтобы моя любимая студия однажды сгорела.

— Да, да, а потом огонь с нее перекинулся на мою кофейню, — поддержал ее Виталя. — Так что не обольщайся, мы все это делаем из сугубо эгоистичных побуждений.

— Да, да, так я вам и поверила, — отмахнулась Лиля.

— Лиль, нас с Марго организаторы зовут, им помощь нужна, так что мы тебя пока одну оставим, — предупредил Виталя.

— Надолго? — спросила она.

—Тебе как раз хватит времени пойти и поесть, потому что обед ты, в отличие от нас с Виталей, пропустила, — ответила Марго.

— Не хватало еще, чтобы звезда вечера в голодный обморок рухнула, — проявил привычное беспокойство Виталя. — В кафешке неплохо кормят. Цезарь нормальный и капучино тоже приличный, так что вперед. Ты пока поешь, мы организаторам поможем, а потом по домам поедем.

— Уговорили! — кивнула Лиля. Она действительно была голодна, а со всеми тревогами перед выступлением, поесть забыла.

Отправившись в кафе, Лиля не подозревала о том, что там ее ждет второй акт головокружительной пьесы. И его она должна отыграть куда лучше, чем первый.

Глава 4

«Рыбак – рыбака видит издалека» — любила поговаривать бабуля Гортензия. Она вообще любила использовать пословицы и поговорки. Но сегодня Лиля в очередной раз убедилась в правоте бабушкиных присказок, потому что к ней подошел знакомиться сам Лука. Лиля не знала мужчину лично, но знала, что Лука – популярный духовный просветитель, мастер и наставник кучи знаменитостей. Правда блогеры-разоблачители называли его иначе, присвоив звание «главный инфоцыган страны».

— Мадам Ли, если я не ошибаюсь? — уточнил Лука, покинув свой столик только завидев Лилю. — Не хотите ли составить мне компанию и вместе поужинать? Не люблю есть в одиночестве.

В темноволосом зеленоглазом мужчине, стоящем перед ней в рваных джинсах и красной футболке, трудно было узнать духовного наставника в белоснежных одеждах, что недавно вещал со сцены о том, что он любимый сын Вселенной.

— Не ошибаетесь, — подтвердила Лиля. — С радостью приму ваше предложение. Кстати, книга «Никогда не ешь в одиночку» мне тоже понравилась.

— О! Так вы знакомы с этой теорией, — Лука так сильно удивился этому факту, словно возможность покупать книги была только у него. — Вы, оказывается, не только красивы, но и умны.

— Сочетаю все понемногу, — ответила Лиля и присела на стул, заботливо выдвинутый собеседником.

Заметив новую гостью, к столику подошел официант. Не глядя в меню, Лука заказал еще кофе с коньяком, теплый салат с говядиной и каре ягненка на гриле, которые вегетарианец, коим он представился на сцене, вроде как есть не должен. Лиля же попросила цезарь с курицей и капучино, которые ей посоветовал Виталя.

Как только официант отошел, Лука предложил:

— Может обойдемся без официоза и перейдем на «ты»?

— Давай! — согласилась Лиля.

— Ловкая ты, однако, девушка. Я еще по твоему выступлению понял, что в Таро ты разбираешься также, как я в ассенизации, зато подкована в другом. Факультет психологии МГУ?

— Почти. Факультет управления и психологии КубГУ. Психологов нынче не ценят, вот я и переквалифицировалась в тарологи. Им и платят в разы больше.

— Соглашусь. Когда я был участковым терапевтом, мне за год не платили столько, сколько я иногда за день получаю. Грустно, конечно, что болтуны ценятся больше стоящих специалистов, отдавших годы обучению и практике, но жизнь штука странная. На оккультные науки и духовное просвещение сейчас огромный спрос, я бы даже сказал, бешеный, потому мы без работы не останемся. Уверен, что после выступления у тебя запись на пару месяцев вперед расписана.

— Думаю, не мне одной форум пошел на пользу. Ты так проникновенно рассказывал о своей большой мечте, создании острова счастливых людей, я уверена, что и ты план продаж на год вперед выполнил. А после историй исцеления во время твоего курса «Омоложение Души», я и сама записаться захотела.

— Раз тебе понравились мои тренинги, предлагаю сделать совместный. Я буду помогать омолодиться, а ты Таро их увлечешь и сама тренинг пройдешь. Посмотришь, что да как, если свой курс решишь запустить. Они, кстати, хорошие деньги приносят. Можно один раз курс записать, как некоторые мои ленивые «коллеги», а потом его онлайн кучу раз продавать, делая вид, что это новый поток. Чем тебе не деньги из воздуха?!

Лиля собиралась ответить, что не готова продавать душу и переходить на темную сторону, но тут вернулся официант. Пока он расставлял тарелки, Лиля успела обдумать предложение Луки и увидела в нем хоть и не самую этичную, но возможность. Возможность закрыть долг и сохранить в целости то, что ей было дорого. И тех, кто был его дорог.

— Благодарю! — Лука кивнул официанту, отпуская его, и пояснил для Лили: — Я голоден как зверь, а из еды во мне только три кружки кофе с коньяком. В самолете есть не стал, а перед выступлением не успел, так что прости меня, но я буду набивать брюхо.

Глядя, как вегетарианец запихивает в рот кусок мяса, Лиля задала вопрос, который напрашивался сам собой:

— А тренинги хоть кому-то помогают?

— Конечно! Мне. Я квартиру купил, машину, с Бали вот только вернулся.

— А людям?

— Людям?! Людям помогает слепая вера в то, что один лишь тренинг изменит их жизнь к лучшему. И ты знаешь, некоторым «волшебные курсы» и правда помогают. Обычно в группе человек из десяти один-два таких вот находятся, кто получил толчок и что-то поменял в жизни. Они обычно отзывы хвалебные и записывают. Правда всего они добились бы и без тренинга, но знать им об этом не обязательно.

— «Ах, обмануть меня не трудно! Я сам обманываться рад!» –процитировала Пушкина Лиля.

— Скорее «Лох не мамонт, он не вымрет», — Лука процитировал Мавроди. — Но это ты и без меня знаешь. Наши целевые аудитории пересекаются, поэтому я сделал предложение именно тебе. Ты, в отличие от всех этих с форума, не овечка ведомая, а волчица, но в овечьей шкурке. Очень милой шкурке, скажу я тебе. Пока девочки гадали, что же ты нагадаешь тому мужику, мужчины гадали, что же у тебя под мантией. Не догадываются, бараны, что там острые зубки.

— Это точно, — согласилась Лиля, которой все эти намеки были не очень приятны, как и сам Лука. Но возможность запустить совместный тренинг и благодаря ему закрыть долги, была заманчивой, потому она решила подыграть. — Чтобы я без них делала. Работала бы и дальше школьным психологом и получала гроши за кучу ответственности, которую на меня родители перекладывают.

— Вот именно! — воодушевленно подержал Лука. — Люди любят перекладывать на других ответственность. И вечно чего-то от кого-то ждут, вместо того, чтобы действовать самим. А если есть стадо баранов, то им нужны пастухи – мы с тобой. Я, как и ты, просто даю людям то, чего они хотят. Надежду, волшебную таблетку, подсказку от Вселенной или карт, целительный тренинг, который изменит жизнь. Причем даю за очень скромную сумму, в отличие от некоторых, которые за свои школы и тренинги дерут непомерно!

— Это ты сейчас про Блин… — хотела озвучить фамилию девушка, но Лука приложил палец к ее губам.

— Не будем о них вслух, — мужчина провел пальцем по нижней губе Лили, стирая пенку от капучино. — Об ушедших с поля битвы за деньги и умы людей либо хорошо, либо никак. Тем более она, как раз-таки, брала мизер, у нее самый дорогой тренинг десятку был, еще и нормальные вещи давала, из психологии. А вот те, кто пошли по ее стопам, хапают деньжат от души, подсаживая народ на рассрочки за обучение. Так что давай-ка мы с тобой не будем плохо говорить о той, кто все это создала, а возблагодарим ее за то, что подала нам пример. Ну, не с налогами, конечно. И пиром во время чумы.

Лука подозвал к себе официанта и попросил:

— Виски нам, бутылку. И лимончик.

Паренек принял заказ и спустя минуту вернулся с подносом.

— Ты же не пьешь! — в очередной раз удивилась Лиля.

— Это Лука не пьет, а Максим Викторович Лукин любит пропустить стаканчик-другой, — он пригубил виски и судя по его довольному лицу, напиток ему понравился. — Ты как, выпьешь со мной? Или предпочитаешь какую-нибудь зеленую матчу на альтернативном молоке с привкусом блевоты и высокомерной осознанности?

— Не дружу ни с тем, ни с другим, — отмахнулась Лиля. —Осознанная матча была хуже дешевого виски. Моя страсть кофе. А еще красивые цветы и красивые мужчины.

— Интересное сочетание… — задумался Лука. — Получается, твой идеал – красивый мужчина с букетом цветов и стаканчиком кофе? Ну, кофе и красивый мужчина уже есть. Осталось раздобыть цветы.

— Зачем?

—Ох, Лиля… — в глазах Луки зажегся озорной огонек. — Ладно, так даже интереснее, поиграть я люблю. Я вообще очень люблю игры, красивых женщин и хороший алкоголь, который ты сильно недооцениваешь. Полезная вещь, если знать, как пользоваться. Сегодня вот он мой спаситель, но о плохом в такой вечер не будем, лучше вернемся к тренингу. Так как ты насчет того, чтобы совместный тренинг сделать?

— Можно попробовать, — осторожно согласилась Лиля.

— Знал, что не откажешься. Оставь тогда мне свой номер и номер помощницы. Моя с ней свяжется, они все обсудят, воронки продаж свои подкрутят, трафика нагонят. А мы парочку бесплатных эфиров бахнем и с них на платный онлайн-курс народ поведем. В общем, все по классике. Предлагаю через пару дней созвониться и все детально обсудить. Ну и приглашаю на мой живой тренинг, в Анапе скоро пройдет. С меня оплаченный номер и классный курс, с тебя вечернее гадание, если захочешь. Захочешь?

— Возможно.

— Отлично. Тогда предлагаю беседу о делах закончить и прогуляться по-вашему чудесному городу. Ты же местная, да? С тебя вечерняя экскурсия для твоего нового партнера, — последнее слово Лука произнес с такой интонацией, что только тупой не понял бы, какое партнерство он имеет ввиду. Но Лиля, погруженная в мысли о том, что скоро разделается с долгами, этого не поняла. — А после предлагаю полюбоваться видами ночного города из моего номера.

— Ты даже не представляешь, как сильно я хочу, — Лиля закусила губу и старалась придумать достойную отговорку, чтобы не водить никого гулять, потому что устала, но жест получился двусмысленным, как и слова: — Принять твое предложение. Но через два часа у меня сеанс с женой начальника налоговой и его пропустить нельзя.

— Жену пропустить нельзя. Но если мы пропустим прогулку и полюбуемся городом из окна моего номера, то все успеем, — Лука не хотел отпускать Лилю, жесты которой считал неверно.

Она тоже неверно истолковала вполне понятные намеки Луки и, вместо того, чтобы поставить его на место, пояснила:

— Времени для того, чтобы насладиться видом нам может и хватит, но мне не хватит его на то, чтобы забрать гонорар, доехать до салона и перевоплотиться в мадам Ли.

— Ох уж эта мадам Ли и ее синяя мантия, — на лице быстро опьяневшего Луки расплылась улыбка. — А давай ты скинешь мне адрес салона, и часика через три я к тебе загляну. Помогу и мантию снять, и усталость.

Лиля наконец поняла, к чему ведет Лука, но «партнерство» с Лукой ее не интересовало, каким бы привлекательным мужчиной он не был, а отказать ему надо было так, что партнерство обычное между ними осталось.

На помощь пришла Марго, подошедшая к столу.

— Лиль, звонила жена сама знаешь кого. У нее планы поменялись, а сеанс она пропускать не хочет, поэтому ее водитель уже ждет тебя, — выпалила она.

— Прости, я вынуждена бежать, —извинилась Лиля, оставляя визитку. — Эта мадам ждать не любит. Я сейчас оставлю тебе за салат и…

— Лиль, ты за кого меня принимаешь? — оскорбился Лука. — Спокойно езжай к своей мадам, которая не любит ждать.

Поднявшись из-за стола, Лиля поспешила к выходу, а вслед ей донеслось:

— Я, кстати, тоже не люблю ждать. Но тебя точно дождусь.

Подруги вышли из кафе и Марго повела Лилю к машине Витали, где лежали все вещи и гонорар за выступление. Как только они оказались внутри, автомобиль сорвался с места.

— Как хорошо, что мы пошли за тобой следом и сидели в кафе рядом. Я хоть успела вовремя вмешаться. Послушав, что он тебе говорит, я обалдела. И этот урод еще называет себя посланником Бога на земле! — злобно прошипела Марго. — Пусть радуется, что я на него Виталю не спустила. Он бы ему не только на словах объяснил, что с приличными девушками так общаться нельзя.

— Ты права, — согласилась Лиля. — Звание «Посланник плотского греха» пойдет ему куда больше.

— Вы не поверите, но видео с таким названием уже есть. Одна из блогеров, та, что вечно разоблачает инфоцыган…

— Виталя! — перебила его Марго. — Подобное слово употреблять не стоит, оно оскорбительно.

— Почему? — удивился Виталя. — Его же все используют и уже который год. Не думаю, что это слово может чьи-то чувства оскорбить. Если только чувства этих самых продавцов воздуха.

— А оно оскорбляет. И не чьи-то чувства, а целый народ, который приплели к этим мошенникам. Так что давай без таких слов обойдемся. Даже в адрес Луки. Тебе бы вот не понравилось, если бы твое имя вдруг стало нарицательным для каких-нибудь маньяков.

— Пример у тебя, Марго, тот еще. Но суть я понял и признаю, что был не прав. Вот только как тогда называть тех, кто продает людям всякие курсы и тренинги, которые никакой ценности не несут?

— Ну… Ты же сам подобрал хорошее выражение «продавцы воздуха». Можно «инфомошенниками» их называть, «инцопроходимцами» или «продавцами успешного успеха». Язык у нас богатый, синонимы найдутся.

— Ну да. Можно еще «продавцы мыльных пузырей» их называть. У них же упаковка у курсов такая же красивая, как мыльный пузырь, что на солнце переливается, а внутри, как и у пузыря, пустота. Потом она еще и лопается, оставив тебя ни с чем. Ни радости, ни денег не остается. Все, как с курсами этих мошенников.

— Давайте новое слово для таких вот людей потом придумаем, чтобы продавцов тоже не оскорблять. А сейчас пусть Виталя расскажет наконец то, что хотел, —предложила Лиля.

— Давай, — быстро согласился Виталя. — Так вот, одна девушка, которая ведет расследования о таких вот инфомошенниках, пообщалась с девушками, проходившими живой тренинг Луки, — имя духовного наставника Виталя, считай, выплюнул. — Самые симпатичные рассказывали о том, что у них было индивидуальное оздоровление, и, как вы понимаете, совсем не души. А они все такие довольные, потому что благодаря «мастеру» раскачали первую чакру и на них хлынет поток изобилия.

— Поток на них явно хлынул, да только не изобилия, — прорычала Марго.

— Лука, видимо, рассчитывал на то, что со мной этот фокус тоже пройдет, — догадалась Лиля. — Но вы быстро среагировали, не то, что я. Я так размечталась, что долги быстро верну, что сразу и не поняла, на что он намекает и куда зовет.

— Я вот не пойму, зачем ты согласилась с ним поужинать? — недоумевал вслух Виталя. — Я же тебе утром рассказывал, какой он на самом деле. Ему, ясное дело, курс совместный нужен, чтобы клиентов мадам Ли к себе переманить. Но тебе-то он зачем?! Во-первых, он ублюдок. Во-вторых, обманщик. В-третьих, явно намеревается тебя в постель затащить. Так что пусть простит меня за то, что я под шумок снял на него компромат, который собираюсь отправить той блогерше.

— Вит, ты во многом прав, но я устала работать на долги. Я жить хочу нормально и завтракать не только за твой счет. Придержи, пожалуйста, свой компромат, дай мне стать свободной.

— Мне все это не нравится. — признался Виталя, закладывая вираж, чтобы пойти в поворот.

— А мне он сам не нравится! — поддакнула ему Марго, а после приказала подруге: — Не смей вестись на его морду симпатичную и речи сладкие! Ты у нас девчонка наивная, он таких в миг окручивает!

— Меня интересует не Лука, а его клиенты, которые могут стать и моими, — пояснила Лиля.

— Плохо все это закончится, — заявил Виталя. — Очень надеюсь, что завтра утром ты скажешь, что передумала.

— Утром не скажет. Утром она с тебя кофе затребует и сэндвич, — усмехнулась Марго. — Но будем верить, что она нас послушает.

— Хотелось бы, чтобы она нас послушала и не наделала глупостей. Лиль, не будешь глупости делать? — попросил Виталий.

— Постараюсь, — не очень искренне пообещала Лиля.

— Лиль, я правда не понимаю, не проще ли продать особняк, как и предлагал твой братец? — Марго наконец задала вопрос, что год крутился в ее голове. — Но не тем, кто за бесценок хотел урвать, а нормальным покупателям. У него цена миллионов триста. Тебе и долг закрыть хватит, и квартиры вам с братом новые купить, и цветочный открыть в другом месте, еще и на жизнь останется. Представь, какие шикарные перспективы. По мне, это куда лучше, чем с такими как Лука работать и пахать на то, чтобы браткам все отдавать. Тем более особняк ваш, он же не совсем …

Поняв, что Марго хочет сказать об особняке, который был вовсе не Голицыных, а Фомы Неверующего, Виталя ее перебил:

— Она так никогда не сделает, потому что особняк был построен предками ее дедушки, и она хранит его, как и весь ее род.

— Но он же… — Марго, не уловив намек парня, хотела рассказать о том, что мог прочесть любой, вбивший улицу и номер дома в поисковике. Тем более особняк входил в топ достопримечательностей Краснодара и любой мог узнать его историю.

— Но он же главная ценность семьи, главой которой сейчас является Лиля, так что это неприемлемо, — вместо Лили пояснил Виталя. — Оставшиеся двенадцать миллионов не такая огромная сумма, чтобы ради нее продавать особняк, да и жить им с братом есть где, а потом все образуется.

Виталя не придумывал ничего от себя, лишь пересказывал слова Лили, которой подобный вопрос задал куда раньше Марго. Он, как и Марго, тоже знал настоящую историю особняка. Но Лиля свято верила в свою, в которой особняк строила ее семья, в которую входил Фома Неверующий, потому парень ей подыгрывал. Виталя не понимал, каким образом особняк, построенный нотариусом Яловым, прозванным Фомой Неверующим, перекочевал в руки семьи Лили, ведь был продан Яловым сначала урологу Береговскому, а потом муниципализирован советами, но факт был налицо. И в документах, где черным по белому было написано, что единоличная владелица исторического особняка на улице Пушкина — Голицына Лилия Юрьевна.

— А еще я не имею права подвести вас, — добавила Лиля.

— Значит будем и дальше хранить особняк твоей семьи, — резюмировала Марго. — И один небольшой секрет.

Глава 5

Если бы кто-то сказал блондину, что расследование всей его жизни приведет в лавочку, где продавщица из цветочного магазина притворяется гадалкой, он бы рассмеялся. Все эти шарлатаны были не его проблемой и разбираться с ними следовало другим. Но он отдал службе пятнадцать лет и прекрасно понимал, что и такие странные зацепки нужно проверять. Никогда не угадаешь, что за ними скрывается.

Он не прогадал, потянув за казавшуюся лишней ниточку. Первая встреча прошла не так, как он планировал. Он хотел всего лишь осмотреться, а неожиданно вступил с девушкой в диалог. И она смогла его удивить, и не раз, поэтому он импровизировал, представившись ей Арканом Справедливости, даже небольшой фокус с картой провернул, чтобы не раскрыть себя. Но вот как поступить дальше, он не знал. Играть ли ему роль загадочного блондина, ведь девчонка так сильно верит в магию, что и парочки фокусов хватит для подтверждения статуса аркана? Или рассказать хотя бы часть правды?

Он так и не выбрал, как поступить, потому решил снова увидеться с девушкой, доверяя интуиции и чутью. И снова не ошибся. Она показала себя с нужной стороны. А вот он… Он повел себя как дурак. Купил чертовы ромашки, позволил болезненным воспоминаниям взять верх, разревелся, еще и разрешил себя обнять. Как же хорошо, что наставник не мог его видеть! Иначе от позора он бы никогда не отмылся.

А все этот странный запах, витающий, что в лавке, что в магазине. Именно он, каким-то удивительным образом, возвращал его в воспоминания. Вот и не верь после этого умникам, которые говорят, что запах – лучшая машина времени, позволяющая вернуться в прошлое. Но там ему делать нечего, все его прошлое мертво, и возвращаться туда не хочется. Куда больше его интересовало будущее – то самое, к которому он упорно шел третий год.

Целых три года мучений и лишений, которые он терпел из-за своего расследования. Но каждый раз, когда ему казалось, что он подобрался к разгадке тайны, что вот – только руку протяни и все, ответ исчезал, а он снова пускался в путь. В этот раз дорога привела его к Лиле – странной девушке, которая была для него такой же загадкой, как и он сам. Загадкой, которую стоило разгадать как можно скорее. И для этого следовало с ней сблизиться, как бы сложно это не было.

Если бы кто-то сказал Лиле, что однажды к ней заявится загадочный голубоглазый блондин, который сначала назовется Арканом Справедливости и испугает ее, затем купит у нее ромашки, из-за которых расплачется, а потом вызовет желание подружиться, она бы покрутила у виска. Но, когда он заявился к ней в третий раз, все получилось именно так.

Лиля собиралась закрывать магазин, когда в дверях появился высокий блондин.

— Привет! — поздоровался он. — Найдется время меня выслушать?

— Привет! Да, клиентка будет через час, так что минут сорок у меня найдется. Только давай сегодня без фокусов, даже если ты реальный Аркан Справедливости. У меня чертовски тяжелый день и делать его еще хуже просто некуда.

— Я с извинениями пришел, — парень вытянул из-за спины небольшой букетик с маленькими чайными розами.

Лиля, привыкшая цветы продавать, но никак не получать, с радостью взяла букет.

— Извинения приняты. Поможешь порядок навести?

Парень кивнул и выдохнул с облечением. Он переживал, что после первой неудачной встречи, шансов заполучить доверие Лили у него нет. А доверие ему было нужно, потому он помог Лиле и проследовал за ней в подсобное помещение, из которого был выход в узкий коридор.

— Добро пожаловать ко мне домой! — Лиля обвела рукой помещение, в котором уместилась лестница и небольшой белый шкаф всем известного шведского бренда.

— Домой? — парень ни за что бы не подумал, что зеленый коридор с двумя белыми дверьми можно назвать домом.

— Ну да. В этой части магазина мой дом. Хочешь экскурсию?

— А можно?

— Можно. Начнем с моей прекрасной прихожей, — Лиля указала на шкаф и обувницу, из которой достала комнатные тапочки.

Как только ее ноги утонули в пушистых розовых тапочках с заячьими ушками, лицо стало менее измученным, а настроение более приподнятым. Она подошла к первой двери, выходящей в коридор, и распахнула ее, показав крошечный санузел. В нем с трудом уместилась душевая, унитаз и тумба с раковиной.

— Вот она, моя царская ванная, – пошутила Лиля. — Пару лет назад, мы здесь душ по просьбе брата сделали, но он им ни разу не воспользовался, потому я ругалась. А сейчас вот пригодился. Как и стиралка, которую я впихнула под раковину, чтобы полотенца и фартуки домой не таскать.

— Ты большая молодец!

— О! Это ты еще не видел, как я соседнюю комнатку, в которой мы старье хранили, в кухню превратила. Но сейчас и ее покажу.

Лиля открыла соседнюю дверь, ведущую в кухню. Эта комната была не сильно больше первой, метра два на два, зато в ней было окошко, выходящее во двор. На маленькой кухне нашлось место для крошечного белого гарнитура, маленького белого столика на золотой ножке и двух прозрачных стульев.

Пока парень изучал эту комнату, Лиля достала из шкафчика вазу, налила в нее воды и поставила красивый букет на обеденный стол.

— У тебя очень уютная кухня!

— Поверь, моя кухня была куда уютнее. Но вместительный кухонный гарнитур и шикарный фартук из зеленой майолики остались в прошлой жизни, как огромный стол и посудомойка, — с грустью в голосе сказала Лиля. — Да и холодильник нельзя вплотную к варочной панели ставить. Но ты прав, все вполне уютно и куда лучше, чем могло бы быть при сложившихся обстоятельствах. Чаю или кофе хочешь?

— Нет, спасибо, — отказался парень. Ему не хотелось играть еще и в чаепитие.

— Ладно, тогда продолжим экскурсию, — Лиля вышла обратно в коридор и начала подниматься по лестнице на второй этаж, маня парня за собой.

Лестница привела к еще одной двери, за которой скрывалась небольшая, но светлая комната с белыми стенами. Напротив входа было два огромных окна в пол, которые прятались за синими шторами. Перед окнами стоял письменный стол, а справа и слева от него примостились две кровати. Та, что была аккурат напротив двери, была наспех заправлена синим пледом и явно принадлежала брату Лили. А та, что была идеально заправлена зеленым покрывалом и украшена розовыми подушками, точно была кроватью девушки. Рядом с нею поместился маленький изумрудный диванчик, а напротив нашлось место для комода, на котором пристроился телевизор. Ну а место рядом с дверью занял большой шкаф с зеркальными дверьми.

Комната была небольшой и утопала в зелени, потому показалась парню зимним садом, в котором кто-то решил обустроить спальню, о чем он и решил сказать:

— У тебя тут словно в саду каком-то.

— Ну да… Вон такой он, огромный пентхаус мадам Ли, обставленный изысканной дизайнерской мебелью и лучшими цветами, — сарказм, перемешанный с болью, сквозил в голосе Лили. — Но, спасибо, что на это хватило. Я эту комнату как мастерскую на будущее сделала пару лет назад, думала буду здесь мастер-классы проводить или арт-девичники. Вот и пригодилась. Не для мастерской, конечно, но как есть…

— Не знаю, что видишь ты, но догадываюсь, что это хуже того, что у тебя было раньше, потому ты расстраиваешься. Я же вижу уютный дом. И чувствуется, что создавали его с любовью.

На лице Лили, устроившейся на диване, расцвела искренняя улыбка, впервые за многие дни.

— Спасибо! Присаживайся. Поболтаем здесь, — она была тронута теплыми словами, поэтому разоткровенничалась: – Устала сегодня от магазина. Я заказ на свадьбу делала, полночи не спала, мастерила розовые букеты, как и хотела невеста. Но утром она решила, что розовые цветы – это намек на то, что она выходит замуж из-за беременности и ждет девочку, потому потребовала переделать букеты на лавандовые, иначе она отменит заказ. Слышал бы ты, что она нам с Викой — дизайнером ее свадьбы, которая за цветами ко мне заехала, успела наговорить до того, как ее мать выхватила телефон.

— Свинство какое!

— Свинство потом началось, когда невеста увидела цветы и декор. Она закатила истерику, материлась на Вику и отлупила ее свадебным букетом, а потом телефон Викин разбила, когда та показывала визуализацию и пыталась доказать, что она привезла именно то, что утвердила невеста. А родители этой безумной стояли в сторонке и делали вид, что все в порядке.

— И что дальше?

— Вика забрала помощников, декорации и уцелевшие цветы, которые привезла мне обратно. Потом поехала побои снимать, потому что ребята из отеля ей шепнули, что все было записано на камеры. В общем, веселая у кого-то свадебка была сегодня. Без украшений, без букета, без декора и, возможно, в обезьяннике. С побоями Вика может и пережестила, но с другой стороны, эта истеричка ее отлупила, еще и айфон разбила, за который семейка отказалась деньги отдавать, как и за декор с цветами, потому что они не такие, как хотела их доченька.

— Она все правильно сделала. Таких нахалок, решивших, что им все можно, только так и учат. Для нее как раз и статьи есть. Сто пятнадцать статья за умышленное причинение легкого вреда здоровью и сто шестьдесят седьмая за умышленное уничтожение или повреждение имущества.

Лиля отметила, что знакомых, знающих уголовный кодекс, у нее стало на одного больше и резюмировала:

— В общем, отвратительная заказчица и семейка не лучше. И Вику кинули, и меня. Хорошо, что мы часть суммы предоплатой всегда берем. Но цветы я под это мероприятие заказывала и пришлось попотеть, чтобы из свадебных композиций новые букеты составить. Но в таком количестве я никогда не распродам, так что в минус точно выйду большой. Ладно бы неделями двумя позже, там был бы шанс на день учителя все продать, хотя учителям и стали зажимать на цветы. Но нет, никаких праздников на этой неделе не предвидится. Зато повезло, что клиентка у мадам Ли сегодня поздняя, на восемь, так что есть немного времени на отдых.

— Я точно не помешаю? — парень так и стоял в дверях, не решаясь войти. — После такого дня я бы хотел побыть один, ну или мечтал бы найти эту психованную невесту и сам букетом отлупить.

Лиля похлопала по месту рядом с собой:

— Заходи уже, не помешаешь. И признаюсь, такие мысли были, когда посчитала убытки. Но попустило, так что сменим тему. О погоде поговорим или познакомимся нормально.

Гость все же сел на диван и, немного поразмыслив, сказал:

— Согласен.

— На обсуждение погоды или на знакомство?

— На знакомство.

— Давай в этот раз без масок, — попросила Лиля.

— Давай, — согласился парень, с которого маску невозможно было снять даже при всем желании.

— Я Лиля, мне тридцать три. Днем работаю в цветочном, вечером в лавке, где притворяюсь мадам Ли и гадаю на Таро. Я ничего не смыслю в картах и прикрываю ими обычные консультации психолога. На него я училась и много лет работала им в школе. До того, как бабушка умерла от рака и мне пришлось заведовать магазинчиком.

— Вот это да!

— Поверь, это не самое интересное, что я могу о себе рассказать. Если говорить всю правду, представляться придется иначе.

— Как же?

— Привет! Я Лиля, мне тридцать три, и я в жопе. Если я не выплачу многомиллионный долг своего брата, то ребятки из девяностых сожгут этот особняк, доставшийся мне по наследству, вместе со мной и моими лучшими друзьями.

— Я думал такое только в кино бывает.

— Кино… Вот его Сашка и пересмотрел. И я теперь гадалка, пытающаяся закрыть карточный долг брата, а он говнюк, который ни в чем не помогает, хотя мы теперь живем вдвоем. На чердаке, потому что свои квартиры продали, но денег все равно не хватило.

— Жесть. А почему родители не помогут? Если твой брат дуралей малолетний, то его отец приструнить должен, а никак не сестра. Иначе ты всю жизнь долги его выплачивать будешь.

— Брат мой не малолетний дуралей, а дуралей тридцатилетний. А отец его не приструнит, потому что мертв, как и мама. Их убили. Давно. Мне тогда шесть было, а брату три. Убили из-за карточного долга отца, который он отказался выплачивать. Так, по крайне мере, бабушка сказала, — на Лилю снова накинулись те воспоминания, которые она заталкивала поглубже и которые даже психолог не помог воспринимать нормально. Она расплакалась и прошептала: — А я ведь даже не помню, как они выглядели. Мои родители. Не помню маминого голоса и папиного лица. Но немного помню тот день. Помню крики и как надевала Сашке наушники, чтобы он ничего не слышал. Кровь помню. Человека какого-то незнакомого с кульком конфет. Мертвые тела помню. Но смутно…

Такого поворота парень не ожидал. Не дослушивая девушку, он укрыл ее в объятиях, чтобы она не увидела лица, на котором расцвело понимание.

Успокоившись, Лиля выбралась из утешительных объятий и сбегала вниз, в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. А когда вернулась, то приказала:

— Теперь твоя очередь!

— Плакать?

— О себе рассказывать. Слез на сегодня хватит. Я в последнее время только и делаю, что плачу и грущу, грущу и плачу, а мне это надоело. Лучше расскажи мне, как зовут того, перед кем я тут рыдала.

— Кор, — наконец представился парень. — Меня зовут Кор.

— Кор? Это сокращение от Корнея?

— Почти.

— Кор. Мне нравится. А сколько тебе лет, Кор? Чем занимаешься?

— Тридцать пять. И я, скажем так, защищаю людей от всяких уродов.

— Полиция или что-то другое?

— Что-то другое.

— Как я понимаю, такая формулировка не подразумевает уточнения твоей должности и всего остального?

— Совсем не подразумевает, а врать я не люблю.

— Я тоже, поэтому мне так противно и стыдно оттого, что я наряжаюсь мадам Ли. Но это сильно помогает с выплатой долга, потому я представляю, что все это научный эксперимент, тем более я и правда пишу диссертацию, основываясь на всех этих гаданиях.

— Да ладно! И как она называется?

— «Влияние духовных и эзотерических веяний на психологию современного человека». Название рабочее, но суть в том, что всяким эзотерикам люди доверяют больше, чем психологам.

— Это да. У нас скорее к шаману пойдут, чем к доктору. А психолог – это что-то страшное и для тех, у кого крыша потекла.

— Вот эти глупые предрассудки людей и губят. Если женщине нужна помощь, она скорее пойдет на маникюр, чем к психологу. И выйдет оттуда не только с красивыми ноготочками, но и с пустой головой.

— Ты прости, но мне такой подход кажется более естественным, чем к психотерапевтам ходить. Не было же у наших родителей и бабушек с дедушками психологов и ничего, нормальными выросли.

Лиля хотела возразить, что нормальным как раз никто не вырос, просто куча людей ходит с недиагностированными психическими и тревожными расстройствами, заедая их или запивая алкоголем, но Кор продолжил рассуждать вслух и она решила его не перебивать.

— Случилась беда – посидели женщины на кухне за чашкой чая, друг другу пожаловались, друг друга поддержали, план выхода из ситуации наметили, да пошли дальше жить. Вот тебе и коуч-сессия. Мужики дрова покололи, в гараже поковырялись или в баньке попарились, за пивком с друзьями все обсудили, и все, перезагрузка. А если совсем невмочь духовно просветиться, то, пожалуйста, вот тебе церковь. Ходи на службы, радуй душу, да на строительство храма жертвуй. Но нет. «Церковь — это эгрегор» кричат теперь те, кто даже не знает, что в основе их духовных учений Библия и ее посылы лежат. За духовностью теперь надо не в храм идти, а переться на Бали и потом ныть, что «остров меня не принял», поэтому просветления не произошло. А самое дикое, что они ничего странного не находят в этом вот «остров меня не принял». Анапа с Геленджиком вон носом не воротят, как-то всех принимают, и после чачи все просветленные ходят. Да и чача куда лучше того, чем пичкают народ на ретритах ради просветления.

— И не только просветления, — добавила Лиля. Размышления Кора были ей не совсем близки, ведь казались ретроградными, как и текущий Меркурий, но зерно разума в них было.

— Хотя маникюршу, признаюсь, при таком раскладе жаль. Она каждый день слушает бесконечные душевные излияния, а платят ей только за маникюр, но никак не за консультацию с психологом, потому что в голове порядок навести стоит куда дороже, чем на ногтях.

— Вот и мадам Ли платят куда охотнее, чем психологу Лилии Голицыной, которая за полгода провела всего две консультации. Одну Витале, вторую Марго.

— Виталя – это?

— Владелец кофейни, а Марго – та самая маникюрша, которой жалуются на жизнь клиенты, тоже из салона внизу.

— Они у тебя помещения арендуют?

— Ага. Третий год Виталя и полгода Марго, а до нее девушка снимала, что реснички и бровки делала. Я с ними сдружились. Марго хороший друг, а Виталя, — девушка запнулась.

— Виталя не просто друг, да?

— Не просто. Был. Три года назад.

— Характерами не сошлись?

— Скорее типами привязанности. У одного надежный, у второго тревожно-избегающий.

Рассказывать о том, что произошло на самом деле, Лиле не хотелось, поэтому она сыпала умными терминами. Это было проще, чем признаться, что тревожно-избегающий тип – это она, а не Виталик. Виталя был идеальным парнем, за такого можно было замуж выходить и детей воспитывать. Но у Лили тогда только умерла бабушка, она взяла огромный кредит, при этом бросив работу в школе, и ушла с головой в ремонт и переделку здания. Она не хотела, чтобы такой парень как Виталя стал для нее «подорожником», который она приложит к свежей ране, а потом за ненадобностью выбросит. Вот она не стала развивать с ним отношения. Ничего хорошего из них бы тогда не вышло. По крайней мере, Лиле хотелось так думать.

Кор почувствовал, что завел девушку не туда, и замялся. Он хотел сменить тему, но Лиля, бросив взгляд на часы, сказала:

— Мне пора перевоплощаться.

Понял намек, Кор поднялся с дивана.

— Испаряюсь. Проводишь?

— Конечно. Мне надо тут все закрыть и во вторую часть перейти.

— А прямого перехода нет?

— Был. Но я попросила заложить его, когда помещения для аренды разделяла. А сейчас радуюсь, что попасть в мой «дом» можно только из цветочного магазина, — делилась Лиля, пока они спускались вниз и шли по тому самому «разделенному» коридорчику. — Мне так спокойнее, учитывая, что Сашка вечно шляется и я постоянно одна.

— Действительно, так безопаснее, —согласился Кор, наблюдая за тем, как она закрывает дверь магазина. — До встречи, Лиля!

— До встречи, Кор! — ответила Лиля, воюя с дверным замком и гадая, когда случится их следующая встреча и зачем была эта.

Но когда она повернулась, чтобы спросить об этом у самого парня, его рядом уже не было.

Глава 6

Огромная входная зона с оливковым навесом из дерева, под которым припарковалось такси, поразила Лилю своим масштабом. Она устала после поездки, пусть ее дорога из Краснодара в Анапу заняла меньше четырех часов, поэтому мечтала поскорее оказаться в номере. А утопающую в зелени территорию отеля и светлые здания, отделанные оливковым деревом, оглядела мельком, оставив изучение «французской деревеньки» в миниатюре на вечер.

На ресепшене ее встретили приветливые девушки, которые определили ее в номер еще до времени официального заселения. Лиля понимала, что такое везение было связано не столько с наличием свободным номеров, сколько с тем, что отель был не самым доступным по цене. Она бы даже сказала, что он был неприлично дорогим. Но Лука, как видно, других не признавал. И тем, кто собирался к нему на тренинг, нужно было выложить еще и кругленькую сумму за проживание в пятизвездочном отеле «Alean Doville». Если бы проживание и тренинг не подарил сам Лука, Лиля ни за что не потратила бы столько денег на «Омоложение Души», которое омолаживало разве что кошелек. Точнее, обнуляло его.

Но пока Лиля шла до номера, убедилась, что ее мысли о неприличной стоимости отеля постояльцы не разделяют. Вокруг было полно народу, несмотря на то, что был не сезон. Парни наслаждались выпивкой, девушки загорали у бассейна, родители спокойно общались, пока их дети резвились в огромном аквапарке, а пожилые пары прогуливались по огромной территории. Все постояльцы радовались жизни и явно не думали о том, что отдых для них слишком дорог. Высокими цены на проживание, судя по этой идиллической картинке, считала одна лишь Лиля. Она не была жадной и умела ценить первоклассный комфорт и ультра все включено, но из-за всей этой ситуации с долгами бандитам не могла себе его позволить. Вот и завидовала тем, кто может с легкостью тратить деньги на отдых.

Когда-то так могла и она. В тот счастливый год, когда сдача помещений и обновленный цветочный магазинчик начали приносить хорошую прибыль, а брат еще не влез в долги. В те изобильные месяцы у Лили были деньги на отдых и было время, но она боялась оставить цветочный на свою помощницу. А теперь у Лили не было ни денег, ни времени, а магазин вообще пришлось оставить на нерадивого Сашку, еще и на пять дней.

Несмотря на то, что в ближайшие дни Лиля становилась счастливицей, отдыхающей в дорогом отеле, ее не покидало ощущение, что она — самозванка. Не только потому, что выступать на тренинге она будет под личиной мадам Ли. Но грустные мысли, которым она предавалась пока брела к номеру с тяжелым чемоданом, были прерваны, когда в коридоре отеля она столкнулась с Кором.

— Вот это совпадение! — воскликнула Лиля и на ее лице расцвела улыбка. — Неужели на тренинг Луки приехал?

— Я здесь по работе, — ответил Кор, забрав у нее тяжелый чемодан со сломанными колесиками.

Он не собирался попадаться на глаза Лиле и не собирался озвучивать истинную цель своего приезда, тем более она фактически совпадала с тем, что он сказал. Но раз уж они встретились, он не хотел упускать возможность пообщаться.

— Круто! Значит мы сможем с тобой видеться, — обрадовалась Лиля. – Может, по набережной вместе вечером погуляем? Мне как раз хороший ресторан там посоветовали.

Кор прогуляться с Лилей по набережной не смог бы и при всем желании, поэтому ответил размыто:

— Возможно. Но точно обещать не могу. Работа все-таки.

— О которой лучше не спрашивать?

— Именно.

Беседуя, парочка дошла до нужной двери, и Лиля, приложив браслет к замку, открыла дверь в уютный номер. Огромная кровать из светлого дерева и большой телевизор, примостившийся на светлом комоде, словно призывали к ленивому отдыху и просмотру любимых сериалов. Как и кресло с цветочным принтом, стоящее перед огромным французским окном с дверью, выходящей на балкон.

Оценив номер, Лиля вынесла вердикт:

— В таком месте я с удовольствием проведу эти пять дней.

— Да, номер ты классный выбрала, — подтвердил Кор.

— Это не я. Мне бы на такой ни за что денег не хватило. Мой потолок – кровать в хостеле. Этот номер мне достался бонусом к подарочному тренингу. Правда мне придется немного мадам Ли побыть, так что не такой это и подарок…

— Ну да, это скорее взятка. От Луки?

— Ага. Предложил поработать вместе, и я согласилась.

— Правильно сделала, долги быстрее раскидаешь. Еще и в Анапе отдохнешь. Кстати, как доехала?

— Быстро, на электричке скоростной, — ответила Лиля, водружая чемодан на кровать. — Ты заходи, устраивайся вот тут, например, на кресле, а я пока вещи разберу. Заодно расскажу тебе про местных таксистов, которые меня горячо встретили.

— Прям горячо?

— Ты прав, скорее слишком прохладно. Я же вся такая уверенная, вышла из поезда и давай такси через Яндекс вызывать, но не тут-то было. У меня по пять минут крутилось, что мы ищем машину, а никто заказ не брал, хотя машин двадцать стояло. Знаешь, я бы плюнула и поехала с кем-то из таксистов, которые цену ломили неадекватную, но они хамить начали и издеваться на тем, что я через приложение такси вызвать хочу, так что это стало делом принципа. И минут через двадцать какой-то милый таксист привез людей на вокзал и подхватил меня. Заодно сообщил, что это привычное дело и если сейчас с меня просили в три раза больше, чем в приложении, то в сезон ставка вырастает в пять раз, а то и в семь, учитывая, в какой отель я еду.

— Как хорошо, что я добирался не поездом, — сделал вывод Кор, устроившийся в удобном кресле.

— Тебе повезло пропустить издевки таксистов, выпускающих в лицо сигаретный дым после отказа ехать с ними, — Лилю передернуло от воспоминаний, так что косметичку, которую она доставала из чемодана, она на комод кинула, а не положила. — Да ну их! Главное, я здесь, еще и номер хороший, как и отель. Правда я удивлена, что здесь столько народу.

— Народу действительно много. Я встретил человек сорок. Но все они так увлечены собой, что меняне замечают. Как и Лука, который мимо меня недавно пробегал.

— Каждый думает только о себе, — резюмировала Лиля и, закончив разбирать чемодан, попыталась убрать его в шкаф.

Чемодан прятаться не собирался, поэтому на помощь Лиле снова пришел Кор. Он аккуратно пристроил чемодан в шкафу, а после сел обратно в кресло и продолжил беседу.

— Ты на тренинг приехала только подзаработать или еще и оздоровиться?

— Подзаработать, но если получится еще и оздоровиться, то мне повезло вдвойне. Хотя я в оздоровление во время тренингов не верю.

— Я тоже. Куда охотнее поверю то, что Лука твой будет все эти дни народ лапшой отборной кормить.

Лиля хотела ответить, что Лука вовсе не ее, но раздался настойчивый стук в дверь. После стука, обозначился и сам посетитель:

— Лиля, это Лука.

Кор напрягся. Не меньше напряглась и Лиля. Она только хотела опровергнуть особые отношения с Лукой, а он возьми и заявись.

— И что мне делать?! — разволновалась она. — Он же сейчас решит, что я за его счет поразвлечься решила и передумает работать вместе. Быстро лезь в шкаф! Он не должен тебя видеть!

— Шкаф? Лиля, я не твой любовник, а он не разгневанный муж. Я на балкон выйду, раз тебе так не хочется, чтобы он нас вместе видел. А оттуда, если что, вниз спущусь, чтобы вас не смущать. У тебя всего-то третий этаж.

— Ты с ума сошел?! Давай в шкаф! — снова потребовала Лиля, поражаясь идиотизму сложившейся ситуации, в которой она почувствовала себя какой-то неверной женой.

— Открывай дверь, — Кор мягко подтолкнул девушку к двери. — Он ждет.

Словно почувствовав, что разговор идет о нем, подал голос Лука:

— Лиля, ау! — раздалось из-за двери. — Девочки с ресепшена мне сказали, что ты приехала, так что я пришел поздороваться.

Кор скрылся на балконе, а Лиля, захлопнув за ним дверь, крикнула:

— Бегу!

Спустя пару секунд она уже распахнула дверь и увидела сияющего ярче солнце мужчину, держащего в руках стаканчик с кофе и букет цветов в корзинке.

— С приездом! Чего так долго не открывала? Я заждался, — укорил ее Лука, проходя в номер без приглашения и вручая подарки.

— На балконе была, любовалась территорией, — Лиля обогнула гостя, загородив тем самым проход к балкону, и пристроила стаканчик с кофе и букетик на комод, рядом с косметичкой.

— Да, отель шикарный, — подтвердил Лука, плюхнувшись на кровать. — Я не прогадал, когда его выбрал. Но знал бы, что у тебя номер один в один как мой, взял бы один на двоих, чтобы из одного корпуса в другой не бегать. Я рад, что ты тоже приехала заранее, потому что изучать новый город интереснее вдвоем. И не только город…

Оценив очередные недвусмысленные намеки, Лиля быстро дала отпор:

— Я бы прогулялась с тобой, но приехала пораньше для того, чтобы подготовиться к тренингу. Мне же и участницей надо быть и мадам Ли, а раскрыть себя при этом нельзя.

— Нашла из-за чего переживать! Я уже все устроил. Комнатку тебе подготовил, в которую будут приходить участницы. Их в этот раз девять, вместе с тобой, и после пяти они твои. По три за вечер. Они к тебе по очереди приходить будут и к восьми будешь свободна. Такое вот решение. А в четвертый день никаких гаданий, потому что все разъедутся.

— И я в том числе.

— И ты в том числе, — Лука притянул девушку и по-хозяйски усадил себе на колени. — Так что все задачи решены и весь день в нашем распоряжении. Предлагаю начать его с более близкого знакомства.

Лиля даже не поняла, что произошло, как требовательные губы Луки впились в ее, а его руки обвили ее талию. Не сказать, что его поцелуй был мерзким, он был вполне сносным и очень даже приятным, тем более Лиля давно ни с кем не целовалась. Но она быстро его разорвала, что удивило и расстроило Луку. Правда вида он не подал, лишь откинулся назад и развалился на кровати.

Лиля же подскочила и решила сразу расставить все точки:

— Давай на чистоту. Я не отрицаю, что могу захотеть узнать тебя поближе. Но тот факт, что ты пришел ко мне весь такой красивый с кофе и цветами, не означает, что я тут же брошусь проверять с тобой мягкость матраса. К такому я не готова, как и к поцелуям наскоком. Я, знаешь ли, их тех «староверов», которые предпочитают сначала друг друга узнать получше, а потом к поцелуям переходить и прочему.

— А я так надеялся, что ты тоже живешь по принципу: «Не откладывай на потом то, что можно сделать прямо сейчас», — ответил Лука, поглядывая на девушку как кот на мышку, и даже не думая вставать с ее кровати. – Но твой посыл я понял. Сначала беседы под луной, потом совместные завтраки.

— Много бесед, Лука, очень много, — Лиля сделала акцент на слове «очень». — И не факт, что они помогут.

— Собирайся тогда, пойдем на поздний обед. Буду завоевать тебя по старинке, — уведомил о намерениях мужчина. — И зови меня, пожалуйста, Максим. Мастер Лука – это мой сценический псевдоним, как у тебя мадам Ли.

— А оно тебе надо, Максим? — устало спросила Лиля. — Меня завоевывать, время тратить. Я уверена, что хватает тех, кто прямо сейчас с тобой в номер побежит. А я заинтересована другим.

Максим не стал говорить о том, что таких даже было с лихвой. Но это были однотипные барышни, которые видели в нем Мастера Луку или Проводника. А ему хотелось кого-то настоящего, со своим мнением. Кого-то такого, как Лиля, которая была красива, умна, интересна и при всем при этом полезна. Эта девушка, покорившая всех необычным выступлением на форуме, могла стать отличным бизнес-партнером и не только бизнес. Так что о тех, кто не прочь согреть ему постель прямо сейчас, он умолчал, как и о том, что плевать он хотел на того идиота, которому симпатизирует Лиля. Он ей не муж, а переживать из-за какого-то там ухажера он не будет.

Поднявшись с кровати, Максим спросил:

— Ты так пойдешь или тебе нужно время собраться?

— Мне нужно в душ и переодеться, — Лиля поняла, что отступать он не собирался, потому собиралась выиграть немного времени, чтобы выпроводить Кора без свидетелей.

— Понял. Подожду на балконе, тоже территорией полюбуюсь.

Он двинулся к балкону, но Лиля его перехватила и сказала:

— Ну нет, ждать ты меня будешь в ресторане.

— Но…

Не дав ему договорить, Лиля потащила его к входной двери.

— В ресторане, Максим, в ресторане. Я буду через двадцать минут, — безапелляционно заявила она и вытолкала мужчину. — Если у них есть цезарь с креветками и апельсиновый капучино, то возьми мне, пожалуйста. И десерт на твой выбор.

— Хорошо. Жду в кафе, — принял он правила игры.

Лиля играла в недоступность, но Максима это раззадоривало. Давненько не было тех, кто бы сопротивлялся его чарам, поэтому Лиля лишь сильнее заставила себя желать. А если Максим чего-то желал, он это получал, и Лиля не будет исключением. Сегодня вечером, край завтра, он ее дожмет.

Сама же Лиля ни дожиматься, ни обжиматься с Максимом не собиралась. Отношения на одну ночь ее в принципе не интересовали, а с таким как Лука-Максим и подавно.

Как только он ушел, она устало осела в кресло. Мало ей наглых таксистов, так еще и Лука целоваться полез, не дав ей нормально пообщаться с Кором.

Вспомнив, что Кор все еще стоит на балконе, Лиля позвала его:

— Он ушел, выходи.

Но парень не отозвался.

Лиля вышла на балкон сама, но Кора не обнаружила. Видимо, он как-то чудом умудрился спуститься вниз, не сломав при этом себе шею. Поругав про себя Кора за то, что он рискующий жизнью дурак, Лиля порадовалась, что он не видел ее поцелуя с Лукой. Но насчет последнего, как и насчет первого, она ошиблась.

Глава 7

Как же сильно может отличаться человек от своего публичного образа? Лиля не знала, но именно об этом думала после первого дня тренинга. С самого утра она любовалась идеальным мужчиной. Добрым, светлым, открытым, любящим и принимающим, таким чудесным и таким мудрым Лукой. Она даже начала понимать девушек, которые к концу дня смотрели на него влюбленными глазами, и тех взрослых женщин, которые смотрели с восхищением. Лука умел располагать к себе и мог заставить каждую женщину почувствовать себя особенной. Если бы такой образ он явил Лиле, то она, чего греха таить, тоже не устояла бы, несмотря на разоблачительные видео. Они же там, в интернете, не пойми кем и зачем смонтированы, а милый и добрый Лука вот он, рядом, только руку протяни. И он тебе искренне улыбается и старается изо всех сил помочь.

Но Лука отчего-то показал Лиле себя настоящего. А настоящий Максим разительно отличался от придуманного Луки. Он не носил белоснежные одежды, ругался матом, ел мясо, пил алкоголь и приставал к девушкам. Если Лука любил весь мир и освещал его светом своей добродетели, то Максим был другим. Было видно, что он устал от людей, а роль тирана в треугольнике Карпмана подходит ему куда больше, чем роль спасителя всего рода человеческого Луки.

Столь противоречивый мужчина напоминал Лиле доктора Джекила и мистера Хайда. Лука, как и мистер Джекил, был добрым доктором, спасающим людей, а Макс был Хайдом, который давал волю порокам, а не благодетелям. Лиля не знала, когда в жизни мужчины произошел раскол, но понимала, что психологу было в чем покопаться. Как понимала и то, что сам Лука-Макс прекрасно знает о своих проблемах.

Сегодня Лиля убедилась, что психологическое образование было и у Максима. Он был прав, когда говорил, что Лука и мадам Ли похожи, ведь они оба использовали в основе своего шарлатанства психологию. Лука прикрывался медитациями и словами о благословении Вселенной, кармических задачах и чакрах, но техники использовал вполне психологические и классические. Посмотрев всю программу его тренинга, Лиля поняла, что за четыре дня он хочет прокачать участников, в быстром темпе избавив их от основных проблем. Если сегодня они работали с детской позицией и сепарацией, то на завтра были намечены личные границы, а также «избавление от болезни технологией чуда». Эта техника заинтересовала Лилю больше всего, так что накануне она подробно расспрашивала Макса именно об этом способе помощи.

Оказалось, что за пафосным названием скрывается микс из метода детализации, регрессивной шкалы и гипноза, приправленный для атмосферы всякими запутывающими словечками. Максим предложил любопытной Лиле попробовать метод на себе, и она согласилась, хотя получилось все внезапно.

После оформления комнаты для работы мадам Ли магическими атрибутами, что привезла с собой Лиля, они с Максимом сидели и обсуждали завтрашний старт тренинга. Он предложил посмотреть видео, которое подготовила его помощница для первого дня, и подал один из наушников, но Лиля как-то чересчур резко отказалась. Это удивило Максима, поэтому Лиля призналась, что не может слушать музыку в наушниках. Не получается и все. Максим предложил ей разобраться с этой историей с помощью того метода чуда, что ее заинтересовал. Лиля решила, что ничего не теряет, и позволила себе помочь.

Они направились в ее номер, чтобы в нем Лиля чувствовала себя спокойнее. Макс снова сел на кровать, но в этот раз на краешек, а Лилю попросил удобно устроиться в кресле. Она была заинтригована, поэтому выполняла все, что просил мужчина. А он просил ее закрыть глаза, подышать и расслабиться. Но самое интересное началось потом.

Сначала Лиля искала, где в ее теле живет нелюбовь к наушникам, потом они с Максом шли по регрессивной шкале и искали возраст, в котором зародилась эта ненависть, а следом смотрели «кино» с того дня и того события, из-за которого нелюбовь появилась. Затем общались с этой «нелюбовью», а после «растворяли» ее еще одной техникой.

Поначалу Лиля отнеслась ко всему происходящему скептически, решив, что Максим потчует ее очередной эзотерикой. Но потом, когда перенеслась в шестилетний возраст и увидела день, в который возненавидела наушники, расплакалась. Это был день гибели родителей. День, когда она надела брату наушники, чтобы он не слышал криков родителей. День, в который ей не хватило наушников, чтобы самой оставаться в счастливом неведении.

А самое странное ждало под финал. Да, Лиля ревела из-за того, что снова оказалась в том ужасном дне, но потом, когда они заполняли болезненное воспоминание светом и любовью, когда работали с тем, чтобы убрать его из тела и заменить на любовь, она улыбалась. Ей было хорошо, как не было хорошо даже после сеанса с ее психологом. Они много лет пытались проработать психологическую травму, полученную в день гибели родителей, и месяцами копались в болезненном прошлом, не получая желаемого результата. А Максу удалось избавить ее от боли всего за полчаса. И когда Лиля, с разрешения Максима снова открыла глаза, она была счастлива, несмотря на то, что на ее лице высыхали слезы.

— Это что сейчас было? — удивленно спросила она.

— Вот это я и называю технологией чуда. Но на самом деле это хорошая и эффективная техника, позволяющая за один или два сеанса найти первопричину и убрать ее. В обычной психологии на это уходят месяцы и годы. Я кучу денег отвалил за обучение, но оно того стоило. Благодаря ему я сейчас зарабатываю еще больше.

— Она реально стоит своих денег, потому что мне так легко. Спасибо тебе! За поддержку и за такой опыт. Я теперь смогу наушники купить или Сашка не будет ворчать, что я музыку слушаю?

— Давай проверим.

Максим протянул девушке свой наушник, и она осторожно вставила его в ухо, обойдясь без привычного желания отбросить его как можно дальше. Максим подал второй, и девушка проделала то же самое, а потом смогла насладиться приятной музыкой.

Это было удивительно! Прошла целая минута, но Лилю не трясло и пульс ее не учащался, как бывало раньше, когда они силой заставляла себя использовать наушники. Осознав это, она подскочила с кресла и закружилась по комнате.

Когда песня закончилась, Макс забрал наушники и предупредил:

— Тебе надо поспать и набраться сил. У нас впереди четыре интенсивных дня, во время которых мы глубоко покопаемся внутри, что положительно и на здоровье скажется, но шарашить после этого будет сильно.

— Почему?

— Эйфория спадет, программы всякие старые вылезать начнут, убеждения чужие, что до этого спокойно спали под тем слоем, что мы снимем. Да и прочее дерьмо тоже полезет. У многих семья недовольна будет, что кто-то вдруг узнал про личные границы и свои истинные желания. Друзья, так называемые, тоже отвалятся, поняв, что на друге бесплатно кататься уже не выйдет. Круг общения, в принципе, сильно сузится и изменится. Но все это будет того стоит. Человек придет к себе истинному. Процесс такой трансформации, превращения из гусеницы в бабочку, самому лучше запустить, чем ждать, пока его жизнь запустит. Она в разы больнее сделает и насильно менять будет, через болезни или трагедии. Так что я, несмотря на последующую мясорубку, помогаю все пройти легонечко.

Окрыленная Лиля от такого признания растеряла всю улыбку. Деньги, значит, все эти тренеры и наставники дерут немалые, а предупреждать о последствиях работы с ними никто не собирается.

— Так почему никто об этом не говорит людям? Почему все эти коучи и духовники молчат?

— Все просто — никто не придет на курсы. А предупреждают далеко не все тренеры и то очень аккуратно. Все же люди хотят, чтобы им легко было. Коучи вообще хитрые, они с паршивым прошлым специально не работают, делая фиксацию на счастливом будущем. Да и тебе ли не знать? Вы же психологи вечно в прошлом ковыряетесь, вороша былые раны. А я работаю и с будущим, и прошлым, но стараюсь, чтобы все прошло легко для человека в настоящем. В начале все реально легко, когда мы запускаем процессы изменений, а когда они расцветают, штормит многих. Но без этого никак. Самолет, когда на взлет идет, тоже трясется. Процесс не самый приятный, шум, уши закладывает, но без него не будет полета и красивых облаков за окном иллюминатора. Так и с духовным ростом. Но мясорубка начнется после того, как все разъедутся.

— Но как же… Людям плохо, а помощи нет?

— Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Но помощь есть. Запоминай, сейчас будет важный урок. Говоришь ученикам, что пока они находятся в твоем поле, поле мастера, наставника, коуча, психолога, гадалки, тут подставь нужное слово, то энергия из них бьет ключом, все у них получается отлично и вообще все супер. Но если они от тебя отключаются, то у них начнется жопа. Тут, кстати, всегда найдется парочка тех, кто скажет: «Да, да, я как перестала ваши ролики смотреть и медитации делать, как и скатилась на дно».

— А если не найдется? — Лиля поняла, что сейчас ей раскрывают главные секреты всех этих «духовных светил», так что сменила гнев свой праведный на фальшивую милость и заинтересованность.

— Не парься. Я тебе потом пришлю «речевые модули», чтобы подсказки были на любой случай. В общем, ты организуешь чатик в телеге, называешь его как-нибудь красиво, типа «ПроСВЕТленные», доступ к нему даешь за символическую плату, но минимум за штуку в месяц, иначе смысл. А ученикам объясняешь, что бесплатные знания пользы не несут и ты, беря бесплатное, крадешь деньги у самого себя будущего. В чат кидаешь полезности и картиночки с мотивационными цитатками типа «Сила в тебе» или «Маленькие шаги ведут к большим целям», которых в интернете дуром. Так ученики остаются в поле мастера и знания получают, а ты ежемесячно получаешь полтинничек как минимум ничего особо при этом не делая.

— А если этот чудо-чат не помогает пройти мясорубку?

— Тогда ты сорвала большой куш и приглашаешь к себе на индивидуальную сессию. Бесплатную.

— Бесплатную? За все же деньги надо брать, ты сам сказал.

— Именно бесплатную, в том и фокус. Ты даешь ее в подарок. А люди, в большинстве своем, после подарков чувствуют себя обязанными на подарки ответные. Типа мне сессию одну подарили, а вторую куплю. На этой бесплатной сессии ты должна заинтересовать человека так, чтобы он вторую сессию захотел купить, а лучше месячное сопровождение. Для этого проводишь небольшой тест, он минут десять занимает. Ты делаешь, так сказать, ревизию внутреннего состояния по основным сферам.

— Что-то типа колеса баланса нынче популярного?

— Типа того, но я чуть красивее это упаковал, тоже тебе скину, раз мы теперь партнеры. На этой ревизии у людей обязательно что-то да вылезет. Обычно в сфере денег просадка и в отношениях. Люди, ясно дело, расстраиваются это обнаружив. А ты говоришь, что можешь взять их на месячное сопровождение, в ходе которого поможешь все исправить. Заодно скажешь, что сделаешь им скидку, если они пойдут в работу на месяц. Одна консультация у тебя стоит десятку, меньше никогда не бери, но раз они берут сопровождение на месяц, то это обойдется им в тридцатку и будет включать в себя четыре консультации по разу в неделю. Чаще заниматься нельзя, потому что внутренние изменения должны пройти в комфорте.

— А если у них по результатам теста все хорошо?

— На этот случай есть одна волшебная фраза: «А хочешь, чтобы было еще лучше?!».

— Даже так? Хитро. А если им и этого месяца мало?

— Тогда берешь на эксклюзивное индивидуальное наставничество и облизываешь со всех сторон, создавая с ними личный чат и проводя по две консультации в неделю. Но это минимум за три сотки в месяц.

— Боже, Максим, ты на все случаи придумал такие вот заманухи?

— Ну, не Боже, и не сам придумал, а многое перенял на обучениях коллег, куда периодически хожу. Но да, почти на любой вариант, даже на случай отказа, у меня есть заготовленная фраза и коммерческое предложение. Пакетное, индивидуальное или суперэксклюзивное. Но я тебя пригрузил, а тебе отдыхать пора. Всем премудростям обучу тебя позже. Когда ты ко мне в Москву прилетишь, или я к тебе в Краснодар, там уж разберемся. А на сегодня все. Выпей побольше воды и ложись спать.

— И что, ты не будешь напрашивать поспать вместе? — подначила Лиля.

— А смысл? После той работы, что мы проделали, ты вырубишься и сладко проспишь до утра. Да и мне завтра надо быть цветущим и пахнущим, а не бессонной ночью и тобой вымотанным. Но время у нас еще есть, наверстаем, — пообещал Максим и направился к выходу из номера, пожелав на прощание: — Добрых снов!

А Лиля осталась одна в совершенно противоречивых эмоциях.

Такие же обуревали ее весь сегодняшний день и сейчас, когда она вернулась в номер после тренинга и открыла коробку с очередным подарком от Максима. В красивой синей коробке, перевязанной золотой лентой, Лиля обнаружила дорогущие зеленые наушники и записку от Максима со словами: «Даже шарлатанам полагается чудо. Моим стала ты!».

Замерев с подарком в руках, Лиля четко осознала, что запуталась в этой связке Лука-Макс, члены которой хотели с ней подружиться и не только. А чего хотела она сама? Явно не того, что Максим. Она же приехала нарабатывать клиентскую базу для мадам Ли. Но держа в руках подарок Лиля была вынуждена признать, что Максим перестал казаться ей козлом, а Лука шарлатаном. Да, он инфомошенник чистой воды и дерет за курсы неимоверные деньги, а большинство из них пересказ чужих идей и наработок, которых есть в бесплатном доступе. Да, он не вернет никому идеальное здоровье или зрение, но хорошее и полезное в его тренингах тоже есть. Как, например, та техника, которую он использовал вчера на ней. Хорошее есть и в нем самом. И много. Очень.

Почувствовав, что она играет в адвоката дьявола, Лиля спрятала полученные в подарок наушники в шкаф и достала пижаму, чтобы принять душ и пойти спать. А мысли о доброте Максима, как и его подарок, она решила спрятать куда подальше.

Глава 8

Подходил к концу третий день тренинга, а Лиля так и не выяснила, что происходит в ее душе и голове, хотя тренинг обещал все разложить по полочкам. Обещанного Лукой порядка не было, а вот мешанина в голове появилась и еще какая. В мыслях девушки был ворох мужчин, который приводил ее в замешательство. Обычно в голове и мыслях Лили жил Виталя. Именно о нем она думала чаще всего, сожалея о том, что сама все испортила. Лиля обещала себе все исправить, но прошло три года, а она все избегала ухаживаний.

Несмотря на то, что сегодняшний день тренинга был про отношения, проще Лиле не стало. А когда Лука попросил участниц представить самого интересного им мужчину, в сознании Лили всплыло сразу три лица, но Виталя был третьим. Если с ним все было понятно, а Максим так и продолжал свои странные, но милые ухаживания, то третьего, Кора, Лиля никак не ожидала видеть.

Хотя кому она врала?

Накануне вечером она пыталась выяснить, в каком номере он остановился, чтобы предложить совместную прогулку. Но девочки с ресепшена не смогли помочь, потому что парня с именем Кор среди постояльцев не оказалось, а полного имени и фамилии Лиля не знала, поэтому вернулась в номер в одиночестве. Но к ней заглянул Макс и пригласил прогуляться по территории отеля. Он был взвинчен, и прогулка получилась не самой приятной. А когда Лиля попыталась выяснить, что его беспокоит, он сказался усталым и предложил разойтись по номерам.

Весь сегодняшний день Максим снова был на нервах, хотя участники тренинга не заподозрили неладного. Все они восхваляли не только Луку, но и мадам Ли. Загадочная гадалка показалась толковой даже тем, кто скептически относился к Таро. Довольная Лиля отметила про себя, что как бы странно ни чувствовала себя из-за событий последних дней, работу выполняла качественно. А те, с кем она работала этим вечером, тоже остались в восторге.

Грустным был только организатор тренинга, которого выдавали глаза, так что Лиля не удивилась, когда и этим вечером он пришел к ней в номер. Но очень удивилась состоянию, в котором он явился, потому что мудрый мастер Лука, расхаживающий в светлых одеждах, был пьян.

— Надеюсь, никто из участников тебя не видел! – прошипела Лиля, затаскивая ели стоящего на ногах Максима в номер и усаживая в кресло.

— Плевать на них всех! Их мелочные проблемы – ерунда, выеденного яйца не стоящая, по сравнению с тем, что со мной случилось! — выкрикнул он и стукнул по подлокотнику.

— Что же случилось? — поинтересовалась Лиля. Ей казалось, что у такого самоуверенного типа как Максим с таким подвешенным языком и багажом манипуляций проблем точно быть не может.

— Она еще спрашивает, что случилось! Еще одна женщина умерла от рака, аккурат после моего тренинга, вот что случилось! — выкрикнул Максим подскочив, но потом обмяк и осел обратно в кресло.

У Лили не нашлось подходящих слов. Слова, конечно, были, но такие, какие приличные девушки вслух не произносят, потому она постаралась выяснить, как же так получилось:

— Но такого же не может быть! Или может?

— Не может! — уверенно ответил Максим. — Я никаких лекарств и чудодейственных отваров никому не даю. Да и препараты запрещенные, как некоторые «шаманы», в еду своим подопечным не подмешиваю, чтобы они просветлели или увидели прошлые жизни и воплощения. Оно мне надо?! С таким дерьмом связываться. Потом кони кто-нибудь двинет, а я отвечай.

— Ты все правильно делаешь. С такими вещами шутить не стоит. Это здоровью вред и дело подсудное.

— Конечно! Но никто же и слушать меня не хочет. Зачем? Проще на меня все пихнуть, даже не думая, что это бред. Вот как я мог их до онкологии довести?!

Лиля молчала, потому что этого реально нельзя было сделать.

— Именно. Никак! Рак – не простуда, им никого не заразишь. А тем, кто приходит ко мне с серьезными болезнями, особенно с онкологией, я советую срочно обратиться к врачам. Сама же вчера слышала, как я говорил, что убрал первопричину болезни и теперь, работая с хорошим врачом, всем нужно убрать ее последствия.

— Слышала, да.

— Вот! — кивнул Максим. — Я, может, подонок, как меня сейчас любят называть, но не забыл, что врач. Я, может, не сильно помогаю, устал за столько лет болячки вытягивать и через себя пропускать, теперь только по зову сердца лечу. Но точно не врежу никому, это мое правило. Да, деньги беру большие, но психологи не меньше берут за месяцы консультации. А я за час все исправляю с технологией чуда. Ты сама тренинг мой проходила, видела все, даже то, что за кулисами происходит, меня настоящего без прикрас видела. Как думаешь, было что-то такое, что здоровью могло навредить или рак спровоцировать?

— Не было, — признала Лиля. Она за эти дни изучила все вдоль и поперек, даже камни и благовония, которые использовали для антуража во время тренинга, и ничего подозрительного, а тем более опасного, такого, чтоб до онкологии могло довести, она не видела.

— Не было! Но это никого не волнует. Все, доигрался духовный просветитель Лука, — Максим обречено закрыл лицо руками. — Черная волга уже и за мной выехала.

— В смысле? — сравнение Лиля поняла, но не поняла, кому так насолил целитель Лука.

— Одна из погибших женщин была не простой. Точнее, сын у нее не простой оказался. И этот разъяренный сыночек свое расследование инициировал, в ходе которого выяснил, что не только его мать погибла после моих тренингов. Оказывается, еще у пары женщин неожиданно выявили онкологию, которая сожрала их буквально за месяц-другой после того, как они мое «Омоложение Души» прошли.

Лиля опешила, но спросила:

— Ты откуда обо все этом узнал?

— От знакомого, который в полиции работает. Когда первая девушка погибла в прошлом году, спустя пару месяцев после тренинга, мы с ним выпили за ее упокой и погрустили. Потом погибла вторая и я начал переживать. А когда в день нашего знакомства, на форуме, я получил сообщение, что есть и третья, я просто надрался. Вот таким пьяным уродом с тобой тогда познакомился.

— А сегодня почему надрался?

— На меня дело уголовное завели.

Глаза Лили распахнулись от ужаса.

— Что? Но у них же нет доказательств!

— Да какая им разница! Нужен козел отпущения, а тут я, такой ненавистный всем инфомошенник. Знаешь же, как нас сейчас притесняют, кого за налоги, кого за бизнесы дробленные. Я предполагал, что и до меня добраться могут, но не думал, что обвинят меня в причинение умышленного вреда здоровью.

— Я уверена, они проведут нормальное расследование, все выяснят и снимут с тебя обвинения.

— Лиль, ты вроде не дура, должна понимать, что это показательное избиение младенца. Да всем этим псам цепным пофиг на то, что я не виноват, им сказали: «Фас!» и они будут рвать до тех пор, пока от меня клочки одни не останутся.

— Может, обойдется?

— Если сама знаешь у кого не обошлось, то и у меня подавно. Я уверен, что они слили инфу СМИшникам и завтра в вечерних новостях будет репортаж о том, какой монстр Лука. А материала у них будет навалом, на Ютубе полно роликов сфабрикованных. Мы с тобой теперь курс совместный точно не запустим, — Максим схватился за голову, осознавая все последствия. — Вот я дурак! И себя погубил и тебе не помог.

— Дурак, еще какой дурак! — согласилась Лиля. — Надрался как свинья, а завтра финальный день тренинга. Ты его должен провести на высоте, учитывая текущие обстоятельства, так что дуй к себе в номер, принимай холодный душ, и спать. Чтобы к утру был трезв, бодр и весел!

Намек был понят. Максим встал с кресла и сделал пару шагов по к направлению двери, но вернулся обратно и был вынужден признать:

— А я, Лиль, до своего номера не дойду. Все. Выдохся.

— Сюда же как-то дошел, дойдешь и обратно.

— Я к тебе ели дотопал. Меня мужичок один довел, когда я сказал, что перебрал, а заодно пожелал не получить нагоняй от жены.

— Я тебе не жена, и слава Богу, так что ругать не собираюсь. Но и нянчится тоже, не я в тебя алкоголь заливала. Так что давай, вставай, и тихонечко, шажочек за шажочком, топай в свой номер.

— Не могу я топать, устал. Ты меня не гони, а лучше накорми, напои, баньку истопи, да спать уложи.

— Ну, накушался ты знатно, да и поить тебя больше не стоит. А насчет остального…

Оценила состояние Максима, его внешний вид и последние новости, Лиля сжалилась. Достала из шкафа вещи, которые предназначали второму гостю номера, и протянув их мужчине, сказала:

— Ладно. Держи халат и полотенце.

Максим уставился на халат и полотенце, а Лиля пояснила для совсем пьяных:

— Иди ты в баньку, Максимка, а точнее в душ. А я пока кресло разложу, на нем поспишь.

— Мы что будем вместе спать? — дурацкая улыбка расплылась на лице мужчины. — Как мило…

— Не вместе, а по соседству. Но если ты храпишь, то поползешь в свой номер. Хоть на бровях, хоть на пузе, понял?

— Понял. Только пуза у меня нет. Я спортом занимаюсь, — выдал Максим и поплелся в душ, по дороге задрав футболку и продемонстрировав приличный пресс в подтверждение своих слов.

Пресс Максима интересовал Лилю меньше всего на свете. Разложив кресло и расправив кровать, она сбегала на ресепшен и попросила у девочек что-то от похмелья. Получив какие-то волшебные таблетки, она вернулась обратно и обнаружила мирно сопящего мужчину, развалившегося на ее кровати.

Рядом с ним Лиля спать не собиралась, поэтому, приняв душ, устроилась на кресле, отругав себя за то, что дала слабину. А потом постаралась как можно быстрее заснуть, чтобы не дать мыслям о том, с кем именно она решила сотрудничать, ее добить.

Утром Лиля разбудила Макса за два часа до начала тренинга, дала чудо-таблетку и отправила освежиться в душе, а после восвояси, переодеваться в Луку и готовиться к тренингу.

Она решила, что на этом ее злоключения закончились, но случилась очередная неловкая ситуация. Даже две. Первая заключалась в том, что мастера Луку, делающего утреннюю разминку на балконе чужого номера, увидела одна из участниц тренинга, прогуливающаяся по территории. Эта пожилая женщина улыбнулась и порадовалась тому, что любовь есть и в жизни мастера с грустными глазами. А вот вторая произошла, когда улыбающегося Луку, выходящего рано утром из номера Лили в одном халате и с вещами под мышкой, заметил Кор.

Выпроводив ночевавшего у нее Максима, Лиля собралась отправиться в душ, как в ее дверь постучали. Отметив, что этот стук начинает ее бесить, ведь она приехала на тренинг подзаработать и отдохнуть, а не решать чужие проблемы, Лиля со злостью прорычала:

— Да ты хоть что-нибудь без меня сделать можешь? — и распахнула дверь, за которой обнаружился Кор.

— Я-то могу! А вот Лука без тебя похожу уже никак, — не удержался он от колкости.

Злость на лице Лиле сменилась удивлением, а потом радостью.

— Кор, привет! Заходи! — пригласила она. — Ты даже не представляешь, как я тебе рада! Ты единственный нормальный мужчина во всем этом дурдоме.

Кор не стал говорить, что он точно был не самым нормальным мужчиной. Просто вошел в номер и приготовился слушать то, что Лиля скажет дальше. А выговориться, судя по лицу, ей очень хотелось, потому он спросил:

— Что-то стряслось?

— Макс бухой вчера заявился. На него уголовное дело завели, вот он и надрался. Я его выслушала и поддержала, потому что реально бред все это, а потом попросила к себе уйти. А он не смог, развезло его. Пришлось у себя оставлять. Но пока я ходила за таблетками, он уснул на кровати, а не на кресле. На нем мне спать пришлось, потому я не выспалась и злая. Очень злая. Мало того, что кресло неудобное, так еще и Макс всю ночь храпел. Честное слово, я даже подумывала придушить его подушкой во сне, но мистер духовой окрест вовремя заткнулся и сохранил себе жизнь.

— На него что, дело завели? — притворно изумился Кор.

— Ну да, по статье какой-то, — Лиля задумалась, вспоминая. — Сто пятнадцатой вроде, за причинение вреда здоровью. Тебе лучше знать, ты же фсбшник, сам говорил.

— Я сказал, что защищаю людей.

— А это разве ни одно и то же?

— Да нет, ни одно и то же, — оповестил Кор, чья работа была очень далека от работы сотрудников ФСБ, хотя общие черты и имелись.

— Не суть. Ясно же, что кто-то из ваших. Но я думаю, что Лука тут ни при чем.

— А кто тогда при чем?

— Вот это скоро и выяснят те, кто завел на него дело.

— Они-то выяснят, но их выводам я доверять не собираюсь, — Кор прекрасно знал, что самого главного, того, что ищет он, обычные полицейские или даже не самые обычные, при всем желании не увидят. А именно это играет ключевую роль в его расследовании. — Ты к этому Луке симпатией прониклась, да?

— Да. Но дружеской.

— Мне кажется, что это не очень хорошо, — констатировал Кор. Пока он был занят проверкой новой информации, этот шарлатан все же успел девчонке мозги запудрить. Начал с поцелуя, который Кор лично видел, а потом, может, и дальше зашел. Это, конечно, не его дело, Лиля вольна целоваться с кем хочет, и не только целовать. Но ему все равно не хотелось бы, чтобы она была вместе с Лукой.

— Что плохого в сострадании и дружбе?

— В сострадании и дружбе ничего плохого нет. А в партнерстве с человеком, которого подозревают в убийстве, есть. Ты прости, что лезу не в свое дело, но я переживаю, что вся эта ситуация может ранить и тебя. Я знаю, что ты умная девушка, но волнуюсь, что ты видишь не его настоящего, а белоснежный образ, который он показывает.

— Я как раз вижу его настоящего. Вижу попавшего в беду человека, которому точно не помешает поддержка.

— Мне нравится твоя готовность помогать людям, попавшим в беду. Это достойно и по-дружески. Но может случиться так, что люди, которые нападут на Луку, заодно нападут и на тебя. Точнее, на мадам Ли. А я бы не хотел, чтобы на тебя обрушился шквал негатива, потому прошу воздержаться на время от совместных тренингов. Если он действительно не виноват, то скоро это выяснится, и ты спокойно сможешь с ним работать.

— Ты меня сейчас уговариваешь перестать с ним общаться?

— Нет. Только тебе решать общаться с ним или нет. Ни я, ни другие, не имеем права тебе указывать. Я лишь могу попросить пока не запускать совместные тренинги и не рекламировать их. Будет жаль, если чудесная девушка, которая устраивала мне экскурсии по своему новому дому, снова попадет в беду и лишиться еще и тех крох, что у нее остались.

— Знаешь… Здравое зерно в твоих словах есть. Общаться с ним я точно не перестану, потому что от него сейчас и так все отвернуться, а он не такой говнюк, как я думала в начале. А вот насчет тренингов, да, торопиться не буду и спасибо, что мне эту сторону показал. Я, как-то не подумала, чем все может обернуться для меня. Не хватало еще, чтобы журналисты выяснили, кто такая мадам Ли и начали в моей жизни копаться. У меня и без этого проблем море. Но о них не хочу вспоминать, я на отдыхе. Пошли лучше кофе попьем и позавтракаем.

Предложение было заманчивым, и Кор собирался принять его, но ему стало плохо. Слишком много сил и энергии он израсходовал за последние дни, вот это и дало о себе знать в самый неподходящий момент.

Перед глазами у него все поплыло, поэтому он отказался:

— Прости, я бы очень хотел позавтракать с тобой, но у меня есть важная задача на утро, и перенести ее никак нельзя.

— Тогда в другой раз? — с надеждой в голосе спросила Лиля.

— Обещаю! — уверил Кор.

Улыбнувшись на прощание, он спешно удалился, а вдохновленная общением Лиля отправилась сначала в душ, а потом на финальный день тренинга.

Мастер Лука, несмотря на состояние, провел его идеально. Если бы Лиля не знала, что он накануне накидался в хлам, ни за что бы его не заподозрила. Либо таблетка реально была хороша, либо реально был хорош Максим и его актерский талант, раскрывшийся во всей красе на прощальном обеде.

После него, как и остальные участницы тренинга, Лиля отправилась собираться вещи. Времени у нее было мало, до отправления электрички в Краснодар оставался всего час, потому вещи она в чемодан бросала, а не складывала.

Она уже загружала чемодан в багажник такси, когда к ней подбежал запыхавшийся Максим. Посетовав на то, что не успел нормально попрощаться, он вручил Лиле стаканчик с кофе, небольшую коробочку и еще один букетик цветов с благодарностью за совместный тренинг. Заодно попросил прилететь к нему в гости в Москву.

Пообещав подумать, Лиля скрылась от точного ответа и пронизывающего взгляда Макса в такси. Но только дома она распаковала подарок и обнаружила четыреста тысяч наличными и записку «Доля мадам Ли».

Глава 9

Лиля обожала те редкие дни, в которые можно полежать в постели подольше. Это воскресенье было таким. Накануне она вернулась домой, долго разбирала вещи и переписывалась с Марго, поэтому легла далеко за полночь. Но спала почти до обеда, ведь выходной был не только у нее, но и у магазинчика. Еще и час провела в ванной комнате, делая различные маски и уходы за лицом. По будням такой возможности не было. На принятие душа и ритуалы красоты отводилось не больше десяти минут.

Перезагрузка в Анапе пошла Лиле на пользу. Она чувствовала себя отдохнувшей и счастливой, чему способствовал прощальный подарок Максима и общение с Кором. Окрыленная Лиля включила музыку, которую давно перестала слушать, и, пританцовывая, прошла на кухню. Она собиралась приготовить себе еще и вкусный завтрак, который по времени больше подходил для обеда. Обычно ее кормил Виталя, но сегодня она хотела побаловать себя.

Лиля доставала из холодильника продукты, подпевая любимой песне, когда раздался телефонный звонок. Взволнованная Марго попросила немедленно прийти к ней в кабинет. Голос подруги Лилю насторожил, поэтому она вернула продукты обратно и отключила музыку.

Быстренько сбегав на второй этаж и сменив халат на джинсы с худи, Лиля понеслась к подруге. Залетев в кабинет, она обнаружила Марго и Виталю сидящими на диванчике для гостей. Лица их были не слишком радостными, поэтому Лиля обреченно спросила:

— Пытать будете? Даже позавтракать не дав?

— Конечно! — кивнула Марго.

— Никаких «Как отдохнула, Лиль?» не будет? — печально вздохнула Лиля. – А я хотела предложить втроем туда съездить, когда я проблемы свои решу. Уверена, вам понравится отель. Там даже еда ваша любимая была. Твои, Вит, булочки любимые и море арбузов для Марго.

— Будет, но позже, — отмахнулся Виталя. — Сейчас у нас дела более важные.

— Лиль, мы, конечно, рады, что ты отдохнула. Но дело серьезное, а ты нам про арбузы и булочки рассказываешь, как будто мы не ели их никогда, — Марго поддержала Виталю, остудив пыл подруги.

— Ладно! — кивнула Лиля и плюхнулась в кресло, стоящее рядом с диваном. Она не хотела ни портить себе настроение, которое в кои веки было отличным, ни с друзьями ссорится, потому предложила: —Давайте тогда ваше дело сначала, а потом мои интересные рассказы. Но не долго, пожалуйста, я еще не завтракала и очень голодная.

— Лиля! Хватить уже про жратву болтать! — недовольно произнесла Марго. — На Луку вообще-то дело уголовное завели, а у тебя в голове одни булочки!

— А вы откуда узнали? — Лиля выдала себя с потрохами.

Марго от этих слов опешила, как и Виталя.

Лиля же попыталась объяснить друзьям, что Лука не виноват:

— Понимаю, вы шокированы, но Максим не мог никого убить. Сами подумайте, как можно человека заразить раком?! Он же не передается воздушно-капельным путем.

— Интересная ты, Лиль, — заметила Марго. — Веришь в то, что в сериале твоем онкология странным образом может развиться у Козловского и не у него одного, если демон какой в тело подселился, а в то, что в жизни Лука может кого-то так залечить, что онкология получится, не веришь.

— Марго, ты сама-то себя слышишь?! — грустно улыбнулась Лиля. — Одно дело сериал, где болезни с демонами связывают, другое дело — жизнь. Или ты намекаешь на то, что Макс на тренингах в людей демонов подселяет и из-за этого женщины потом от онкологии умирают?!

— Ну что ты сразу все переворачиваешь?! — разозлилась Марго. — Откуда я знаю, что там этот Лука творит. Но он точно виноват! Уголовное дело просто так не заведут.

— Его вина судом не доказана, так что не надо нападать. И про презумпцию невиновности тоже забывать не стоит, — напомнила Лиля. — Сейчас все это походит на обвинения моего одноклассника, который заявил, что я у него кроссовки украла. А сам их потерял и маме боялся сказать, чтобы его не отпороли. Решил, что «Лилька у меня их сперла» звучит лучше. Самое обидное, что все поверили, даже учительница. А этот идиот их забыл в столовке. Так что я хорошо понимаю Максима. Кроссовки, конечно, не убийства, но от меня тогда тоже все отвернулись. Это, знаете ли, мерзко. Но еще противнее мне стало, когда потом все сделали вид, что не нападали на меня. Я с Максимом так поступать не собираюсь и обвинять его без весомых доказательств не дам!

— Зашибись! Она его теперь еще и защищает. Чтоб я тебя еще раз послушал! — прорычал Виталя, и глядя на Марго, передразнил ее: — «Пусть съездит, девочка, развеется, море посмотрит». Ну и как, развеялась девочка, посмотрела море?! У нас тут стокгольмский синдром, а не целительные выходные.

— Стокгольмский синдром — это когда жертва влюбляется в мучителя, — спокойно разъяснила Лиля. — А я в Максима не влюблена.

— Не влюблена, значит? Тогда целовалась с ним зачем? — захотела выяснить Марго.

Лиля залилась краской. Мало того, что подруга выдала ее главный секрет, которым она поделилась с ней вчера в переписке, так она еще и сделала это не перед кем-нибудь, а перед Виталей.

— Прости, — извинилась перед ним Лиля. — Для меня это было неожиданностью, потому я не сразу среагировала, но я его оттолкнула.

— Не стоит извиняться, — боль сквозила в ледяном тоне Витали. — Мы взрослые люди, а ты еще три года назад сказала, что у нас с тобой ничего не получится. Так что ты имеешь полное право целоваться с кем хочешь. Хоть с Лукой, хоть с Кором этим, который теперь к тебе в гости ходит, как к себе домой, хоть с обоими сразу, если тебе так нравится.

У Лили были дерьмовые дни, но так паршиво, как после этих слов Витали, и заложенного в них подтекста, она давно себя не чувствовала. Больно было и оттого, что еще один секрет, про то, что она общается с Кором, Марго тоже сдала Витале. Словно позвала ее не для того, чтобы помочь, а ради того, чтобы выставить в самом неприглядном свете.

— Зря ты так. Лиля мне сама сказала, что никого в свое сердце пускать не собирается, — Марго пыталась сгладить ту щекотливую ситуацию, которую сама же и спровоцировала.

— Ну, правильно. Зачем же впускать в сердце, если впустила в постель? —Виталя задал вопрос, на который потом сам и ответил: — Незачем. В сердце если впустить, придется над отношениями работать, а Лиле этого не надо. Ей и одной хорошо.

Продолжая бить по больному, Виталя напомнил том, что три года назад Лиля в постель его пустила, а в сердце нет, потому что протрезвела. И после того случая ей было так стыдно, что она бросила не только пить, но и Виталю.

— Вит, заканчивай! — потребовала Марго. — Не будь ты таким ревнивцем, заметил бы, что ты ей не безразличен. Если бы ей было плевать на тебя, не сидела бы она сейчас с таким убитым лицом. И с Лукой бы жару дала, а не оттолкнула.

Виталя понял, что перегнул палку со своей ревностью. Просто он и без парочки Лука-Кор не мог к Лиле третий год пробиться. А тут явились эти обманщики - один Аркан Справедливости, а второй Любимый сын Вселенной, и навешали ей лапши на уши. Теперь им достается все то, о чем так мечтал он. Если бы Лиля нормального парня нашла, он смирился бы со временем. Но отдавать ее ни одному из этих брехливых уродов он не собирался.

Протянув мизинчик, Виталя предложил:

— Мир?

— Мир, — Лиля протянула свой в ответ.

— Вот и чудно! — улыбнулась Марго. – А то как дети малые. Друг другу третий год нравитесь, а ведете себя как идиоты, вместо того, чтобы жениться и детей завести!

— Марго! — остановила подругу Лиля, которая рано порадовалась тому, что помои перестали на нее литься.

— Прости, я забыла, — притворно извинилась Марго. — Разговоры про ваши переглядывания запрещены, как и беседы о том, что вам давно пора перестать притворяться и начать встречаться. А раз так, продолжим допрос. Лиль, что ты собираешься делать с Лукой?

— В смысле? — не поняла она вопрос.

— Мы с Виталей рассчитываем, что ты его везде заблокируешь, сотрешь его номер и никаких больше дел с ним иметь не будешь. У тебя и без этого проблем хватает. Или я не права?

— Права. Но он не виноват, а я… — Лиля хотела сказать, что она сама решит, с кем ей общаться, а с кем нет, но не успела.

— Виноват, не виноват, это следствие разберется, — перебил Виталя. — Наше дело уберечь тебя от сомнительного партнерства.

— Дай нам слово, что никаких дел больше с этим уродом иметь не будешь, — потребовала Марго, а следом пошутила: – И тем более целоваться или встречаться с ним не будешь. Этого не только Виталя, но и я не переживу.

Вот только шутка получилась неудачной и уничтожила остатки спокойствия Лили, которая последние полчаса чувствовала себя какой-то провинившейся школьницей на родительском собрании.

— Я взрослый человек и я сама решу с кем мне общаться, с кем целоваться, а с кем встречаться! — выпалила она. — И хватит меня отчитывать, я не ваш ребенок! Я ваш друг, если вы, вдруг, забыли. Я думала, вы позвали меня, потому что соскучились. А вы… устроили черти что, прикрываясь заботой. Но это не забота! Это манипуляции и попытка заставить меня делать то, что хотите вы, а не то, чего хочу я. Забота, чтобы вы знали, выглядит совсем не так!

Поднявшись с дивана, Лиля покинула студию маникюра. Приятной встречи с друзьями не вышло, а вот ссора получилась. Расстроенная девушка, на глаза которой навернулись слезы, побрела в свой магазинчик, который сегодня был закрыт, и сильно удивилась, когда у дверей увидела Кора.

— Ты тоже пришел наорать на меня и потребовать прекратить любое общение с Лукой? — сквозь слезы спросила она.

— Ты взрослый человек и сама решишь с кем тебе общаться, а с кем нет. Свое мнение я озвучил, оно не изменилось. Но только тебе решать, как поступить, тем более я могу ошибаться. Я пришел тебя поддержать и, как вижу, не зря.

Аккуратно стерев с лица Лили слезы, Кор взял ее руки в свои.

— Поддержать? — не поверила она.

— Я догадывался, что твои друзья будут не в восторге от дружбы с Лукой, а утренние события и все эти новости заставят на тебя надавить, вот и подумал, что тебе не помешает рука помощи. Ну или жилетка, в которую можно поплакать.

— А с чего вдруг такая забота?

— Во-первых, я обещал тебе совместный завтрак, еще в Анапе. А во-вторых, ты мне интересна, и я хочу лучше тебя узнать.

— Ладно, заходи, — пригласила Лиля. — Проводить остаток дня в одиночестве и паршивом настроении мне не хочется. Сегодня в программе мороженное и сериал с Данилой Козловским, который я никак не могу досмотреть. Две с половиной серии только увидела и все.

— Может, я сгоняю за мороженым?

— Давай. Только когда вернешься, дверь в цветочный на замок закрой, чтобы никто не зашел, а потом ко мне поднимайся.

— Понял. Скоро вернусь, — пообещал Кор и отправился в магазин.

Не успела Лиля устроиться на диванчике и загрузить приложение онлайн-кинотеатра на телевизоре, как в комнату вошел Кор с полным пакетом вкусняшек.

— Тебе я взял фруктовое мороженное, а себе колу и чипсы, – пояснил он, выставляя на стол ведерко мороженного, металлическую баночку с колой и небольшую пачку чипсов.

— Это же мое любимое! — завизжала Лиля, увидев ведерко «Баскин Роббинс» со вкусом волшебных леденцов, которое она покупала очень редко, потому что сейчас оно стоило для нее дорого. — Ты как узнал?

— Угадал, — соврал Кор. — Как и вот это.

Он вытащил из пакета коробочки с любимыми блюдами Лили. На столике появились равиоли с рикоттой и шпинатом, теплый салат с креветками и кальмаром, а еще апельсиновый капучино и меренговый рулет. Себе Кор взял теплый салат с говядиной.

До любимого ресторана Лили, в котором все это готовили, нужно было ехать двадцать минут, так что она спросила Кора:

— Ты как все это раздобыл? Еще и за пять минут?

— Я же Аркан Справедливости, — подмигнул он. — А загадочные карты Таро свои секреты никому не раскрывают, даже очень милым девушкам, которым обещали совместный завтрак.

— А мадам Ли? — прохрипела Лиля голосом гадалки.

— Ей тоже. Сегодня день Лили и Кора, а не мадам Ли и Аркана Справедливости, — улыбнулся Кор. — Лиля и Кор будут есть вкусные блюда, смотреть сериал и делать вид, что они самые обычные люди, а не те, кому приходится изображать кого-то другого, потому что у них выбора нет. Так что кратенько расскажи, что там было в этих двух сериях, и врубай сериал.

Дважды Лилю просить не пришлось. Она пересказала первые серии и поскорее включила сериал, чтобы они с Кором погрузились в перипетии тринадцатой клинической больницы, разбирающейся с особо трудными случаями.

Рядом с Лилей сидел, считай, незнакомец, но рядом с ним ей было куда приятнее и спокойнее, чем полчаса назад в компании лучших друзей. И улыбалась она с ним гораздо чаще. Ну и сердце ее тоже билось чаще. Лиля не стала допытываться, как именно Кор узнал, что она любит, решила, что с его профессией это не так и трудно. Куда больше она думала о том, как красиво лучи солнца освещают его скулы. И каким удивительным образом улыбка меняет его суровое лицо. Любуясь исподтишка Кором и получая удовольствие от еды и общениея, Лиля не заметила, как съела свою порцию, еще и половину салата Кора.

Заметив, что все закончилось, он спросил:

— Хочешь фокус?

— Давай! — моментально согласилась Лиля.

Кор забрал пустое ведерко от мороженого, закрыл его крышкой, а после накрыл небольшой подушечкой, которая украшала диван, и, водя руками над кофейным столиком, произнес:

— Сим-салабим, ахалай-махалай, ляськи-масяськи.

— Ты что, Амаяк Акопян? — рассмеялась Лиля, вспомнив волшебника из передачи «Спокойной ночи, малыши».

— Ты меня не перебивай, а то волшебство не получится. Лучше дуй! Потому что, если не дунуть…

— То фокус не получится, — подыграла Лиля, вспомнив одно из крылатых выражений волшебника, и реально дунула на подушку. А после подняла ее и обнаружила полное ведерко мороженого. Ледяного. Если бы парень поменял ведерки местами, то в новом, которое он мог прятать где-то под диваном, мороженое должно было растаять. А оно холодное. Да и никакого ведерка Кор не менял, она бы заметила. — Ты как это сделал?