Нарывы Души. Поэтический сборник

Размер шрифта: 13

Обращение к читателям

Я осуждаю курение, распитие спиртных напитков и прием любых психотропных веществ. Я осуждаю насилие в любом виде и человеческую жестокость.

Я боюсь называть себя писателем или поэтом, но желание оставить что-то в надежде, что однажды оно кому-нибудь понадобиться, пересиливает этот страх. Я искренне надеюсь, что хоть в какой-то мере смогу повлиять на мышление людей, пусть это даже будет незначительным вкладом. Я надеюсь, что однажды этот сборник сможет поддержать человека, который будет в этом нуждаться.

Сборник пополняется по мере создания новых кусочков текста, а первые части были написаны мной еще в раннем подростковом периоде, поэтому в них много пафоса. Более поздние работы могут показаться вам грубыми, но лишь оттого, что, возможно, я стала более резким человеком.

Надеюсь на вашу благосклонность.

Приятного прочтения.

Кто обитает в трубе?

Кто обитает там, в трубе?
Это дождь, стучащий по крышам.
Тихо кричит он сам себе:
Люди спускаются ниже.

Зависть и злоба грызут изнутри
Каждого из них.
Ты повнимательнее посмотри,
Пока гул счастья не стих.

Посвящают песни любимым,
Врагам посвящают угрозы.
Будь ты хоть самым сильным,
Всё равно проливаешь слезы.

Жизнь спешит, убегая вперёд.
Успевать не трудно за нею.
Не нужно глядеть, открывши рот,
Просто бросайся и делай.

Радость лови, боли не бойся.
Ну и борись за своё.
Время пройдёт, за закатом скроется,
А память о нём не уйдет.

На месте не стой, влюбляйся,
Борись, не жалея сил.
Чтобы потом не утянул
Тебя забвения ил.

Я утону

Я утону под высшей силой
Той белой пены океана,
Что твёрдой влагой окропила,
Вскрыла заново все мои раны.

Под волнами качаюсь неспешно,
Касаюсь ногами песка.
До солнца дорога светлая
Не так уж и далека.

Но мне до неё дотронуться -
Сгореть, разлететься в небе.
Уж лучше остаться здесь,
Где нет ни жара, ни пепла.

Я утону и вмиг страдания
Исчезнут, будто не было их.
Не буду себя оплакивать.
Полечу над водою ввысь.

Не будет ни горя, ни прощения,
Не будет горьких слёз.
Те, кто шутил про воскрешение,
Задумаются всерьез.

Останутся здесь, под слоем воды.
Забудут и солнца свет.
А я наконец увижу холмы
Свободы, дарованной …мне

Города Падают

Бегают люди, люди кричат.
Города падают, города падают.
Нет здесь концов и нет здесь начал.
Только отчаяние, только отчаяние.

Хочется плакать и вместе – молчать.
Сердца разорваны, души растоптаны.
Здесь никого уже не обличат.
Все оклеветаны и все оплёваны.

Сыпется пеплом на головы правда.
И разлетается, и разлетается.
Нам не подняться уже никогда.
Что ж, попрощаемся, все попрощаемся.

Боги поссорились

Боги поссорились. Олимп загудел.
Зевс закричал на Аида.
Тот ведь сказал, что мёртвых удел
Нане живым даже ближе.
Они молчаливы, суровы и злы.
Мечтать разучились давно.
Характеры общие тянут их
На самое грязное дно.
Ругается Гера, рычит Посейдон.
И только Афина молчит.
Она понимает всю правду,
Но ныне не хочет судить.
Действительно, люди погрязли
Во тьме, она сожрала изнутри.
Но глушат земные свой собственный
Вскрик, бояться сказать «помоги».

Расходятся боги. И ныне Олимп
Пустует. И тухнет свеча
Осколком на плитке ваза лежит,
Разбитая здесь сгоряча.
Вернулся Арес, ему всё по нраву:
И мрак, и размолвка богов, и
Даже тот хаос, что вместе с Аидом
Обратно под землю ушёл.
А люди, оставшись внизу, на песках,
Пытаются выжить давно.
Ну кто же сказал, что Олимпа богам
На нас теперь всё равно?

Отвергнутый

Отчаяньем шепчут слова мне чужие
Все листья пожухлые, лёжа в траве.
Уж лучше им быть как людям, немыми,
И глупо молчать, узнав о беде.

Глаза отводить, смеясь равнодушно,
Надеясь, что горе уйдет и само.
Ну а услышав страданий крик жуткий,
На шее страдавшего выжечь клеймо.

И вот я, отвергнутый, лёжа в снегу,
Молюсь провиденью о чуде.
Подобно ребёнку, веря ему,
Клянусь, что вовек не забуду.

Но боги молчат. И снова кремень
Заполнит остывшее сердце.
И это вовсе не светлая тень,
А та, с кой вовек не согреться.

Иду в одиночестве. Уже не боюсь
Очнуться, но встать на колени?
Нет, для этого я не гожусь.
Уж лучше останусь в томлении.

Счастливого часа вряд ли дождусь.
Надеяться даже не смею.
Но может, хоть для чего-то сойду,
Иль люди совсем озверели?

Ты встретилась мне

И воющий ветер,
И белые волны,
И призрак темнеющий
Бывшей свободы.
Всё это уходит
И форму теряет.
Всё это тоску
На людей нагоняет.

Прохожие шепчут
Пустыми шагами
И люди бормочут,
Будто не зная.

А я не хочу
Оставаться пустым,
Холодным сосудом,
В ком пиво и дым.
Стою у двери,
Тебя дожидаясь.
О, сила любви,
Тебе поклоняюсь.
Готов я и душу,
И тело отдать.
Лишь бы услышать
Твой голос опять.

Прекрасный мотив,
Напетый тобой,
Меня поразил,
Останься собой.

Мой ангел

Летящий по небу ангел
Разгоняет земную тоску.
Замену тебе, родная,
Я найти не смогу.

Прекрасное чудо, пари,
Ведь за тебя отдана жизнь.
От грусти и боли спаси,
Вознесись над городом ввысь.

Ты светом своим расчищай
Всю грязь от слов людских.
Меня, молю, ограждай
От взглядов и домыслов злых.

Будь тем солнцем чистым,
Что меня спасало не раз.
Надеюсь, промысел высший
Тебя не чужим отдаст.

Останься со мной навечно,
Буду твоим рабом.
Стану твоим подопечным,
Стану твоим тёмным злом,
Буду плохим и пусть -
Ты станешь ярче сиять.

Боли мои и грусть
Можешь лишь ты забрать.
Только, прошу, не забудь -
Мне без тебя не выстоять.

Ты прекрасна

Подчинись, милая, обнажи душу.
Я ей готов внимать.
Порывы общие жажду слушать,
А главное – понимать.
Нет равных нам и не будет.
Уж такова судьба.
Тысячи жизней мир позабудет.
Но ты ведь мне отдана.
Я готов вечно воспевать кудри,
Что льются по плечам.
Ты утаила от общества мудрость,
Доступную лишь ворам.
Ты прекрасна. Лунный свет
Нашу обрамляет муку.
Настойчиво даю совет:
К грустной не веди разлуке.
Без тебя мне мир немил.
Есть одни пороки.
У людям я давно остыл.
Медленно поднимаю руки.
Платье на вешалке, в шкафу,
Рядом с моим скелетом.
Ну и куда ты бежишь? Не пойму.
Останусь твоим секретом.

Птица

Машет белыми крыльями
Птица, летит над Невой.
Стоя перед перилами,
Мы обвенчались с тобой.
Тихо, вдвоем, без чужих,
Глядя в белую ночь.
Не нужно взглядов злых,
Мы уж уходим прочь.

Прячешь под капюшон (ведь ветер)
Длинные пряди волос.
Боишься также, как я, сплетен,
Всюду сующих нос.
Расстанусь с тобой под утро,
Легонько прикрою дверь.
Взгляну на небо, что хмуро.
Пойму, что жива теперь.
А сверху парить будет птица,
Кружащая над рекой.
Не крови ей нужно напиться,
Счастье несёт нам с тобой.
Счастье свободными быть
И боли уже не боятся.
Счастье спокойно любить,
Друг друга всегда дожидаться.

Снова весна

Снова весна. Все влюблены.
Снег разлетается пеплом.
Злость и тоска подкрались ко мне
Как и всегда, незаметно.
Лежа на грязном, мокром снегу,
Взглядом в Луну упираюсь.
Ну а затем, смахнувши слезу,
Встать себя заставляю.
Улыба больная скользит по лицу,
Всех встречаю я, кланяясь.
Эх, стал из них кто наглецом -
Знаний открыли бы кладезь.
По небу серые тучи ползут,
Гонит их ветер неспешно.
Жду, ведь до гроба меня донесут,
А мир вокруг не поблекнет.
Любовь – обман одинокой души,
Прячущей чувством все боли.
Останьтесь одни в глубокой глуши -
Лишь буря ответит вам воем.

Прозрение

Случилось то, что сложно представить:
Оставшись один, я прозрел.
Потеряв душу, сердце оставил
И наконец осмелел.

Время пришло говорить, не смолкая.
Бездумно правду нести.
На меня скалиться злая стая.
Что ж, себя не спасти.

Люди обнажают пасти.
Правду слышать не хотят.
Здесь угодья зла и страсти.
А чужой будет распят.

Я смотрю на мир вокруг
И, радуясь, рыдаю.
Кто здесь ближе мне, чем друг,
Что в тоске оставил?

Не уйду я на покой.
Лес горит, крича.
Совершили мы с тобой
Это, замолчав.

Пора признать вину и плакать.
Это – наш удел.
Сторожа, готовьте плаху.
Добрый мир сгорел.

Виденье

Мне было виденье о боли, о страхе,
Обо всех земных грехах.
Как будто толпа около плахи
Кричала о высших благах.

Их души были пропитаны грязью,
А руки горели в огне.
И звали те люди падшего князя,
Что ныне тонет в котле.

Земля извергалась, кипели моря,
А плаха была нерушима.
Тонула в крови любая страна,
Сгорала златая нива.

Люди метались, ища защиты,
Но жизнь не могла оградить.
Их поцелуем прощали биты
И хоронили штыки.

Петли на ветру, плача, качались,
Громко каркали вороны.
Звучал из голосов отчаянных
Где-то марш похоронный.

Эту картину узнал лишь старик,
Что в прошлое заглянул.
Предупредил и сразу же сник -
За правду вокруг караул.

Возмездие

Вам стоило быть осторожней,
Бояться смотреть вокруг.
Мир – наша общая родина,
Нам самый верный друг.

А люди об этом забыли.
Губили ее, не щадя.
Жгли, копали, рубили.
«Для общества» – для себя.

Лицемерно крича о защите,
Они навлекли беду.
Трупы зверей медью отлиты,
Леса полыхают в бреду.

Теперь пришло время расплаты,
Пора отвечать за грехи.
Природа надела латы.
Люди – её враги.

Открой глаза, оглянись – ястреб летит над городом.
Клюв у него в крови.
Слишком уж долго голодом
Эту птицу морили.

Оказавшись на воле, она заклевала
Без жалости сторожей.
Именно так природа сказала:
Все, кто зол – мишень.

Мишень для огня, для ураганов,
Для беспощадной волны.
Мишень для бурь, гроз и обвалов -
Для самой жестокой силы.

От неё не спастись, от неё не уйти.
У неё не просить прощенья.
Её нельзя даже перехитрить.
Природа всегда сильнее.

Опомнитесь, люди, ведь вы свысока
На высший дар жизни смотрели.
Теперь прошло время играть дурака
Прощаться, забыть птичьи трели.

Нас мгла поглотит и в хаос вернёт
Забудет мир человека.
И вмиг лес и зверь счастливо споют
О высшей погибели века.

Железо, бетон уйдут в пустоту.
И рухнут пустые дома.
Деревья холодную пыль подметут
Природа вздохнёт ото зла.

Причина

Я ненавижу их. Не стану
Лукавить, прятать в пол глаза.
Ведь мое сердце не достанут,
Его сожгли руки творца.

Когда опомнитесь и слово
Ударит в памяти как гонг,
Тогда поймёте, какого же
Мне было слышать тот урок.

Убийство оправдать легко им,
Лишь «неприязнью» стоит звать,
Всё, что не нравится. Суровой,
Когтистой лапой станет рать.

И, загребая без разбора,
Всех, кто посмел перечить ей,
Не вспомнит даже разговора,
Что тонет в памяти моей.

Я влюблена

«Я влюблена» – ужасно.
«Чувства важны» – ложь?
Из двоих мне лишь страшно?
С радостью ты врёшь?
Я не прошу той отдачи,
Что может всем навредить.
Я не прошу быть мягче.
Я не прошу любви.
Но я тону, пойми же.
Мне так нужно знать,
Что я важна, не ниже,
Что меня рано бросать.
Даже если сейчас оставишь,
Не буду писать тебе ночью.
Я лишь прошу – не тайно,
Так я сломаюсь точно.
Я прошу – будь рядом.
Я прошу – помоги.
Я прошу – не надо
Рвать стихи о любви.

Брошена

Вроде влюбленность есть
И даже взаимна.
И вроде хороших моментов не счесть,
Но как-то все «мимо».
Мне страшно, обидно, тоскливо сейчас,
А хуже всего – одиноко.
Как будто и нет никого, как будто не я
Ходила театра около
С счастливым лицом и танцующим сердцем,
Готовым сбежать из груди.
А вдруг и не ждали меня на то место,
Что замку теперь сродни.
Похоже, воздушному, раз так сложилось.
Или всё лишь в голове?
Может, зря мое сердце тревожилось,
Сжимаясь в боли огне?

Тоскую

Я скучаю. Хотя что есть скука?
Тоска – вот слово, верное сейчас.
Без поцелуев ярких жизнь – мука.
С ума схожу без «нас».
«Мы» слово хорошее, значит,
Надежность есть и любовь.
Получается, есть и отдача,
Желание встретиться вновь.
Мне нужно чувствовать нужность.
И я, и мне, и вдвоем.
И важно, чтоб была любовь была общей.
Иначе мы просто не выживем.

Хочу

Хочу быть рядом, хочу держать за руку,
Даже когда не одни.
На ощупь кудри мягкие
Перебираю твои, ты – мои.

Помощь в мелочах, темный лукавый взгляд.
Запах сигарет и
Безопасные объятия,
Теперь нужные больше, чем воздух.

Я хочу делать то, что делать нельзя.
Запах и голос твой…
Всему ты виной.
Всё тянешь и тянешь ближе меня.

Самое страшное (лучшее), что мне
Нравится этот хаос.
Себя вожу за нос,
Но чувства эти – как свет во мгле.

Мне плохо, мне лучше, пьяна я тобой.
Признаться в любви?
Так глупо, прости.
Знать так легко: я воюю с собой.

Нам выбор даётся всегда и не важно,
Плохой или верный, когда совершенный.
Попробовать стоит только однажды
И вот ты уже подчинен.

Да, ужасно

Да, знаю, ужасно,
Но я не могу.
Понятно мне, ясно,
Что больше не выдержу.
Не знаю, люблю ли.
Не знаю, как быть.
Лишь знаю: отныне
Нельзя их забыть.

Мне пусто, мечусь.
Она-Он… простите.
За руку схвачусь,
Лишь протяните.
В Него влюблена,
Но с Ней так спокойно.
Моих чувств волна,
Чужих нет, мне больно.

Смываются рамки,
Черт нет давно.
В душé вечно драки,
А всем всё равно.
Порыв этот есть…
И я в ужасе, правда.
Счастье и тяжесть
Класс, я и рада…

Я думала, шутка.
Теперь поняла.
Уже без минуты…
Останусь одна?

Я знаю точно

«Я люблю его» – знаю точно,
Но понять эти чувства нельзя.
Вечна готовность помочь.
Понимают я и меня.

Любую тревогу украли
Глаза шоколадного цвета.
Свободу свою отдали.
Грим, кулисы, букеты.

Кудри и тёплые руки -
Вот, что запомнить просто.
С мной точно не до скуки,
Смех разбавляет строгостью.

Цепляет взгляд серёжка
И ворот рубашки отогнут…
В свете софитов я одинока,
Ты в зале, кажешься богом.

Фантом

Я влюблена в мечту, в фантом,
Пахнущий резкими духами, случайным подарком.
Я вижу его во снах, просыпаюсь потом
Во лжи чувстве топящие-мягком.

Мне снова в беспамятстве виделось,
Что я в его объятиях, за большой сценой.
Своим ходом шла подготовка, мелькал темный свет.
И было так хорошо и спокойно…

Оказалось однажды и в полумраке концерта.
Разумом, да, но было достаточно.
Мы говорили мыслями, песня была недопета,
А запомнилось лишь чувство осадочное.

Его голос слышится галлюцинацией.
Я пьянею от высоких нот, звучащих
Через душу прямо, они прекрасны.
Как не желать в сон уходить чаще?

Я влюблена, а как же иначе?
Каждый влюблена, просто по-своему.
В жизнь, в боль, в человека.
Я влюблена в иллюзию, что это значит?

Заново шепчет судьба

Такие изящные руки,
Но они не для меня,
Хотя точно не от скуки
Сердца чувство одно хранят.
Любое касание – нежность,
От которой в груди щемит,
Прижимает к себе бережно,
Словно действительно любит.
Постоянно ходим по грани:
Еще чуть-чуть и сорвусь.
В пропасть довер отчаяния,
Оттуда сама не выберусь.
Просыпаюсь – и снова тревога:
Что правильно? А что нет?
Как будто пуста дорога:
Не дан ещё четкий ответ.

А губы сладкие-сладкие,
Но не от помады.
И взгляд его мягкий-мягкий,
Но мне здесь не рады.
И речь льется нежно, плавно,
Разум просит пощады.
Будто в портсигаре
Две разные марки
Не по силам задача -
Скурить без остатка.
Одна я здесь зрячая
Вижу краски неяркие.
Шумно на фоне,
Алкоголь капает.
Чувства убитые
Рождаются заново.
Рок будет доволен,
А сердце оплакано.

Все решилось до ужаса
Скользко, словно и не было
Горячих на улице мерзлой
Слез, истерики первой.
Мне теперь хорошо?
Страшно, куда ж без нервов.

Я ждать готова ещё,
Но не бесконечно.
Цифра прекрасная есть
Её мне достаточно.
Потом уже будет полет,
Сейчас падать красочно.
Опять на краю,
На острых камнях.
Опять балансирую,
Не желая держаться.
В неясной пучине тону.
Я не хочу подниматься.
Да, снова плачу.
Бывает такое.
Куда силы трачу
В тишине безвольно?
К боли мчусь.
Мне не холодно.

Идите вы

Мне плевать на ваши сухие правила.
Неприятно? Да идите к черту.
Жуйте их без пояснений, если нравится.
А я останусь разговаривать вольно.

У вас глаза наметаны, зрачки потерты.
У вас в словах «нельзя», «не стоит».
А я боль сердец растираю мертвую.
Творите, убивайте эмоции уже замерзшие.

В молчание разговоры вянут.
Вы не знаете, как себя вести.
Кто от таких слов воспрянет -
Тому свой гроб нести.

Душные, скучные, невыносимые -
Зачем мне к вам прислушиваться?
Как вы себе не противны?
У вас изо рта грязь льется.

Оставайтесь в этом,
Наслаждайтесь собой.
А с этим куплетом
Я ухожу в мир свой.

Надеясь

Шагая по ночной Москве,
Металл в пальцах кручу.
Боюсь, что могу не успеть,
Но знаю – не расплачусь.

Не расплачусь за счастье,
Спокойствие, теплоту,
В них тону, как иначе.
И совсем не боюсь.

Я и понятия не имела,
Как нуждалась в «хорошо»,
Как сильно засыпать хотела
Рядом со своим человеком.

Мне нравится смаковать
Моменты, скрытые закатом.
Мне нравится вдыхать
Волос кудрявых запах.

Тревога уходит послушно,
Идеи и мысли роятся.
Мы привыкаем быстро.
К тому, что обоим нравится.

Воспоминания

Мне совсем не везет в любви,
В принципе, как всем людям в мире.
Не в моих правилах просить пощады,
Но я готова на коленях ползти к тебе.

Все это против правил, знаю.
Но память без спора берет свое:
Как и тогда, сидим вместе в зале.
Разрывать наше прикосновение больно.

Рядом с тобой хорошо, давно поняла.
Спрячем друг друга от всех вокруг.
Мы это можем, уверяю тебя.
Нам не поймать жизнь безмятежную.

Пусть чувства останутся странными,
Им простительно, такими взросли.
Хочу лишь быть тобой любимою.
Потому и не в силах отсюда уйти.

В силах

Я ведь в силах выносить разлуку,
Куда больнее рядом находиться
И чувствовать себя ненужной и глупой,
Пытаться о ноющем сердце забыть.

В тишине мечтать о поцелуях,
Больших, чем те, что могу получить.
Дружбы мне мало, тоскую.
Прячу в стихах строки любви.

Любви тела, разума, сердца.
Она долго длится уже.
Меня изнутри съедает, терзая.
Сплелся на шее петли узел.

Освободи меня, скажи “нет” -
На ответ “да” надежду глушу.
Сгоревшей мечты не гаснет пепел.
Мозг сам рождает слухи.

Я узнаю его по шагам
И оттого совершенно не легче.
Пускай утекает вода.
Оказалось, время не лечит.

Тринадцать

Готовятся в спешке декорации,
Звучат попсовые песни с колонки.
Сердца в едином танце.
Сбросили рутины оковы.

Да, пусть успеть всё и сложно,
Но разве рожденье – легко?
В цифре 13 есть общность.
На ней взлетим высоко.

Все мы еще слишком молоды,
чтоб мир вокруг понимать,
Но зато мы горим азартом
И поделимся им с вами.

Ловите кайф от жизни.
Никто вам не запретит.
Ищите во всём позитивное
И не слушайте нотации.

На часах ровно 13.
Значит, время играть.
Юность – пора разности.
У нас её не отнять.

Будем, будем счастливы.
Будем, будем силой.
Если духом богаты,
Сделаем мир красивым.

Человек

Мы жестокие правители судьбы своей
Мы грабим её по частям.
Мы не увидим победных огней,
Мы отдали их чужакам.

Вчера наш город сгорел дотла.
Сегодня он восстанет из пепла.
Это – урок для всех, кому чужда молва:
Власть человека не вечна.

Нет здесь крыши, что могла бы спасти,
Нет здесь ниши, чтобы себя утопить.
Позвольте исчезнуть, позвольте забыть.
Ведь мы не видим смысла дальше быть.

Может, пламя нас очистит?
Голые стены вокруг в огне.
Закройте окна, мы сгорим,
Ведь это нам по душе.

Серый пепел летает вокруг.
Теперь понятно, кто твой друг.
Нет защиты, нет и прав.
И кто же в этом виноват?

Старики и дети одни.
Никто теперь не в ответе за них.
Закройте глаза, доверьтесь огню.
Почему б не начать молиться ему?

Деритесь, кричите, бегите, любите.
Нас больше, мы выдержим, только начните!
На милость надейтесь, пощады не ждите.
Мы все еще здесь, нас не истребить!

Ничтожество

Я ненавижу это ощущение, когда кажется, что ты – овощ.
Причем сгнивший давно, но зачем-то висящий на грядке.
Хотя пора бы уже сорвать и бесцеремонно выкинуть прочь,
Чтобы вкус другим не портил и идеальную картинку.

Лежащая в состоянии между тоской и злостью, я размышляю:
Достаточно ли делаю? Достаточно стараюсь? Или нужно больше?
Синяки под глазами, наушники сели, зубы сжимает холодная ярость.
Почему вы, идиоты, считаете, что вам позволено на других срываться?

Чай, кофе. Завари покрепче? Мы слишком устали от пустой болтовни.
Сколько вас в этом доме? Шумно, но все крики внутри головы.
Громко смеюсь над глупыми шутками, хотя уже не осталось сил.
Я буду сидеть среди вас тихо и молча конца дожидаться.

Эй, ты!

Эй, ты! Да, ты, тот кто пялится в
окно моей квартиры!
Тебе нечем заняться? Своей жизни
нет? Скучно тебе?
Я тебя не звала посмотреть,
проваливай, ты мне мерзок,
Жалкий, глупый, подглядывающий
человек.

Ты туп и неопрятен, в трусах и
растянутой футболке.
Ты одинок и мелочен, потому чужой
жизнью питаешься.
Ты пиво хлещешь, ты размышляешь о
политике и Боге.
Ты считаешь, что женщинам нужны
твои деньги, которых нет.

Тело

Мне стало сложно понимать,

Куда летит моя жизнь.

Как будто к ней потеряли сценарий

И теперь пишут в спешке, без плана.

На коленке, ручкой без чернил,

Аккуратные буквы выводят, но криво

И ждут, когда от бессилия я

Окончательно сойду с ума.

Честно, уже совершенно не знаю,

Зачем и куда стремлюсь так быстро.

Похожая на небесное тело

Продолжить чтение