Бриллианты Зефир

Хмурый Таллин встречал только что прилетевших сырой погодой. Всё небо заволокли сплошной пеленой серые слоистые облака. Было холодно и мокро, ветер пронизывал до костей.

Выйдя из аэропорта, прилетевшие гости и местные жители сразу стремились укрыться от мелкого моросящего дождя в салоне такси, автобуса или собственного автомобиля. Ангелина раскрыла зонт и направилась на автобусную остановку, волоча за собой тяжёлый чемодан.

– И что за день сегодня?! – возмущалась про себя она. – Правильно говорят, если день с утра не задался, то это до вечера. Хотя всё пошло не так ещё вчера на дне рождении подруги, если её после этого можно считать подругой. Наверное, вряд ли. А может, не задалась жизнь, когда встретила Евгения… Где же Рената? Обещала встретить. Как назло, чемодан сломался, и всё из-за голубоглазого блондина, эстонца. Сначала он подвыпившим уселся на соседнее кресло, и надо же было ему приобрести билет рядом! Ладно бы сидел тихо, но он весь полёт извинялся. Боится летать и выпил исключительно, чтобы снять стресс. И пересесть некуда, салон забит полностью, и свободные кресла отсутствовали. Это ещё что… Молодому человеку, по-видимому, оказалось мало, что он своей назойливостью и изрядным перегаром надоедал в самолёте, так ещё при получении багажа решил помочь донести чемодан в качестве извинения. Единственное желание было отделаться от него. В результате небольшой потасовки, перетягивания багажа, стоило выпустить ручку, как голубоглазый блондин резко дёрнул, поклажа вылетела из его руки и приземлилась на ступеньках эскалатора. Но злоключения на этом не закончились, чемодан покачнулся, медленно съехал на движущиеся ступени и с грохотом понёсся вниз, сбивая и увлекая за собой спускающихся. Пришлось извиняться перед пострадавшими, извлекая чемодан из большой кучи, и быстро ретироваться к выходу. В итоге ручка частично оторвана, еле-еле болтается на одном кольце, а колёсика как не бывало, да ещё забавная обезьянка, вечно болтавшаяся на ручке, зацепленная как раз за то кольцо, которое сломалось, пропала. Подарок Евгения, чтобы легко было найти чемодан в аэропорту среди огромного количества сумок. Она появилась после того, как случайно обменялась вещами с одним попутчиком. Приехала домой, открыла чемодан, а там место вещей последней Миланской коллекции и документов – старые костюмы, пара мужских брюк, бритва и стёртые шлёпанцы. Пришлось в поисках вещей полгорода проехать, да ещё заплатить алчному мужчине за свои же вещи. Евгений и повесил обезьянку, чтобы больше в курьёзные истории не попадала. Может и хорошо, что пропала. Нет вещи – и нет отрицательных воспоминаний. Некоторые выкидывают специально вещи при ссоре. Психологи рекомендуют избавляться от отрицательных воспоминаний. Хотя хорошая была обезьянка.

Свинцовое небо ещё больше заволокло тяжёлыми серыми тучами, по-видимому, дождь будет идти весь день. Вокруг было сыро, уныло и пасмурно, под стать настроению. Ангелина поёжилась и извлекла из пострадавшего чемодана ветровку. Изловчилась и надела её, не выпуская из рук зонт и придерживая чемодан одновременно. Когда наконец куртка была надета, она подняла глаза и чуть не потеряла дар речи, увидев снова его. Голубоглазый блондин притормозил перед ней и собирался выйти из автомобиля «Хонда» серебристого цвета, отстёгивая ремень безопасности и приглашая её в салон.

– О, нет, – замахала одновременно головой и зонтиком Ангелина. – Только не это, – тихо произнесла она. – Это не человек, а стихийное бедствие, и для меня на сегодня его уже с избытком. Хватит, больше никаких катаклизмов. Она решительно повернулась в противоположную сторону и увидела Ренату, которая направлялась к ней быстрым шагом и приветствовала. Ангелина посмотрела боковым зрением на голубоглазого блондина, но он, очевидно, тоже заметил, что её встречали, нажал на газ и растворился в потоке машин.

– Ты не поверишь, как я рада тебя видеть! – сказала Ангелина, обнимая и целуя подругу.

– Я тоже очень рада, – вторила ей Рената со своим прибалтийским акцентом.

– Нет, не так! Ты меня спасла от назойливого спутника, – произнесла девушка, посмотрев в сторону уехавшей машины.

– Таллин тебя встречает не очень ласково, – сказала подруга, помогая донести чемодан до машины. – Хмурится с самого утра. А от дождя не спасает даже зонт. Морской ветер пронизывает до костей.

– Наверное, непогоду я привезла из Москвы, – возразила Ангелина. – Дождь начался ещё по дороге в аэропорт. Лобовое окно такси заливало так, что дороги не видно было. Хотели остановиться и переждать дождь, но это было чревато опозданием на самолёт. Водитель – молодец, довёз без происшествий.

– А я вот опоздала, – извинялась Рената. – Хорошо, ты не уехала на автобусе.

– Знаешь, хотела, но с таким багажом это проблематично, – улыбнулась Ангелина.

– Словно с поля боя – что с чемоданом? Отмахивалась от врагов? – предположила, улыбаясь, подруга.

– Почти, – согласилась гостья, – но, поверь, это не заслуживает твоего внимания. Так, просто назойливый попутчик.

– У меня для тебя такой на сегодня план. Из аэропорта – домой, но сначала заедем в одно место. Геля, ты не против? – спросила Рената. – У меня ещё одна встреча – у старой ратуши, где восседает наш старый добрый Томас.

– Где возвышается старый добрый Томас. В прошлый мой приезд, милые студенческие годы, нам мальчики там назначали встречи, – вспомнила Ангелина. – А наше кафе ещё существует? Вкусная у них выпечка была.

– О да, – согласилась подруга, – кажется, оно на прежнем месте.

– Я не против, если нужно, давай заедем. Не отказалась бы от чашечки горячего и ароматного кофе, – сказала Геля, предвкушая наслаждение. – М-м…

– Вот и хорошо! – обрадовалась Рената. – Пока ты будешь наслаждаться напитком, я быстро решу свои дела, и затем поедем ко мне.

Водитель положил чемодан в багажник. Рената и Ангелина расположились на заднем сидении автомобиля и, перебивая друг друга, делились новостями.

Девочки познакомились очень давно, ещё в школе. Как-то в начале урока учитель младших классов сообщила: «У нас будет учиться девочка из Прибалтики, внучка преподавательницы по природоведению Риммы Марковны. У неё родители орнитологи, изучают перелётных птиц, и на некоторое время им пришлось уехать в командировку. Так что две четверти с нами будет учиться новая ученица. Это Рената». Худая девочка с большим белым бантом, в белых колготках и очень короткой юбке у формы зашла в класс и села рядом с Ангелиной.

– Геля, – преставилась её новая подруга. – Меня так все друзья зовут. Я сегодня представляю доклад о перелётных птицах на кружке экологии. Ты пойдёшь?

– Конечно, – ответила Рената, – моя бабушка ведёт этот кружок. Мне её всё равно ждать придётся, пока закончится.

Оказалось, у них было много общего. Читали одни и те же книги, занимались иностранным языком и даже жили в соседних домах. Каждый день девочки ходили в школу и возвращались вместе. Они очень сдружились. Время пробежало быстро, за Ренатой приехали родители, и подруга уехала назад, домой в Эстонию. Девочки обменялись адресами и продолжали общение в переписке. Снова они встретились уже в институте иностранных языков, и дружба их продолжилась. После окончания образования Рената уехала к себе на родину в Таллин, но отношения их сохранились. У Ангелины даже не возникло вопроса, кому позвонить, когда у неё произошли неприятности. И Рената, как верная и надежная подруга, пригласила Гелю к себе зализывать раны. И просто сменить обстановку и пообщаться. Давно не виделись, а это повод встретиться.

– Так что у тебя произошло с Евгением? – спросила подруга.

– Не сейчас, – ответила Геля, посмотрев на водителя. – Хочу посмотреть город.

– Хорошо, – не стала настаивать Рената, – подожду, расскажешь, когда захочешь.

– С самого начала наша дружба основывается на взаимопонимании, – улыбнулась Ангелина.

– И это нам нравится, – произнесли одновременно девушки.

Машина быстро мчалась по узким улочкам, рассекая лужи, как большой пароход. За окном мелькали меняющие друг друга пейзажи: деревья, современные высотки и наконец старые, красивые, пожившие не одно столетие архитектурные здания. Автомобиль вырулил из очередной узкой улочки и остановился недалеко от ратуши.

– Рената, – обратился шофёр, смотря в зеркало заднего вида, – я припаркуюсь в переулке.

– Замечательно, – ответила она деловым тоном.

– Ты настроилась на деловой разговор, – сказала Ангелина, – и я тоже не буду тебе мешать, а устроюсь с чашечкой кофе эспрессо за барной стойкой.

Геля не спеша наслаждалась ароматным напитком и воздушной, обильно посыпанной сахарной пудрой булкой в уютном кафе. Хотя интерьер и претерпел изменения, но вид из окна на площадь остался таким же, как был в последний её приезд. Какое наслаждение в холодное сырое утро – горячий кофе! Ангелина погрузилась в сладкие воспоминания своей юности, проведённой здесь, как голос подруги, с прибалтийским акцентом, вернул её в сегодняшнюю действительность

– Ну что я могу ещё для неё сделать… – огорчённо произнесла Рената, подсаживаясь рядом. – И так максимум информации, которую удалось найти. Столько времени прошло… Сказала бы спасибо и за это. Безнадёжное дело.

Работая переводчиком в пресс-службе Таллинского отделения Интерпола, она каждый раз очень огорчалась, когда приходилось преподносить неутешительную информацию родственникам, а ещё и отказывать в дальнейшем расследовании. Вот и сейчас Рената вернулась расстроенная.

– Неприятности? – спросила Ангелина.

– Не у меня, – ответила она, посмотрев в стороны дамы, которая выходила из кафе. – У той женщины. К сожалению, в очередной раз пришлось отказать. Но не буду тебя загружать рабочей информацией. Может, поедем домой?

– Конечно, – согласилась Геля, отставив пустую чашку.

Квартира Ренаты находилась здесь же, в центре, в паре кварталов от ратуши. Они с мужем выкупили весь верхний этаж, облагородили крышу, превратив её в садик под открытым небом с арками из плетущихся роз, маленьким фонтанчиком и напольными фонарями, расположенными в разросшихся кустах туи, коваными скамейками и плетёными креслами, расставленными вокруг стола-ротонды. В квартире убрали лишние перегородки, тем самым высвободив значительное пространство, которое вмиг наполнилось светом и воздухом, добавив комфорта. А уют привнесли различные приятные мелочи, разбавив чёткие линии строго выверенного арт-декора. В самой большой комнате в центре располагался современный искусственный круглый камин из стекла и металла.

– Вот здесь мы и устроимся, – предложила Рената, зажгла искусственные поленья.

Небольшие сине-красные язычки пламени побежали по дровам, а потрескивание отлично имитировало настоящий огонь. Она пододвинула журнальный столик ближе к камину и поставила на белый мохнатый ковёр между двух кожаных белых диванов.

– Прямо по коридору голубая спальня, – мимоходом распоряжалась подруга. – Я пока накрою на стол. Да, спальня имеет отдельный вход в ванную комнату, тебе будет удобно. Не торопись, прими ванну, понежься в душистой лавандовой пене. В шкафу свежие полотенца, а на вешалке махровый халат.

– С удовольствием, – согласилась Ангелина. – Только сильно не утруждайся, я не голодна. Хватит бутербродов и горячего чая.

– Всё уже готово, – парировала Рената. – Эрик постарался, мне остаётся только подогреть.

– Он молодец, готовит не только в своём ресторане, но ещё и дома, – сказала Геля. – Кстати, где мистер муж?

– С мальчиками на даче, – ответила подруга. – Мы недавно купили загородный дом. На участке вековые сосны, а если спуститься по склону, то выйдешь к морю. Очень красиво, замечательный воздух, яхты плавают вдали. Со второго этажа великолепный вид открывается: синева моря простирается вплоть до горизонта и сливается с голубизной неба. На этой палитре различных оттенков синего – белые яхты и парусники. Там недалеко яхт-клуб. На выходные мы с тобой обязательно туда поедем.

– Хорошо, – согласилась Ангелина и направила свои стопы в сторону спальни, оставив подругу хозяйничать.

Комната, пожалуй, так же, как и вся квартира была сделана в холодном скандинавском стиле, и лишь копия картины В. Кандинского, в красно-жёлтых красках, распечатанная на ткань и разделённая на несколько фрагментов, между которыми просвечивала узкими бледно-голубыми или, скорее всего, серо-голубыми полосками стена, висела в изголовье большой кровати.

Геля бросила чемодан возле потёртого одностворчатого винтажного шкафа, предполагая разобрать и повесить вещи позже. Сумку пристроила на яркое синее кресло и заглянула в ванную. Мимоходом включила горячую воду и стала рассматривать баночки, флакончики, тюбики с различным содержимом, добавляя по своему вкусу в быстро наполняющееся водой джакузи. Она насыпала морской соли, несколько шариков с экстрактом лаванды бросила в ванну, пузыри воздуха поднимались со дна, поглощая и перемешивая кристаллы и постепенно растворяющиеся шарики, заполняя пространство ароматной пеной. Геля разделась и погрузилась в это великолепие. Положив голову на край ванны и закрыв глаза, она только сейчас почувствовала усталость от всех происшедших переживаний. Появилась огромная необходимость абстрагироваться от окружающего мира и раствориться в небытие. Ещё когда она маленькой девочкой занималась художественной гимнастикой, куда её отвели родители, Ангелина научилась расслабляться. Тренер выработала способность релаксации на рефлекторном уровне, утверждая, что это поможет на соревнованиях не обращать внимания на соперников, а полностью сконцентрироваться на предстоящем выполнении программы. Хотя уровня подготовки художественной гимнастикой хватило только для областных соревнований, и то их группа с трудом попадала в десятку выступающих, но навыки медитации и спортивная выносливость ей не раз помогали в жизни. Она несколько изменила методы расслабления, добавила свои приёмы в различных ситуациях. Для ванны у неё была своя фишка, которая ей помогала и очень нравилась.

Ангелина набрала побольше воздуха в рот и, задержав дыхание, погрузилась с головой в воду. Лежала так несколько секунд, напрягая все мышцы сразу, насколько хватало воздуха, затем, резко выныривая, расслабила мышцы от затылка до кончиков рук и ног. Освободившись от любых мыслей, выталкивая и стирая их, как ненужный мусор. Обретая полную пустоту в теле и в голове. Так она лежала несколько минут, наслаждаясь покоем, пока Рената не окликнула ее. Ангелина проделала действия в обратном порядке и открыла глаза.

– Я повторяю свой вопрос, ты долга будешь плавать? Уже вода остыла и стол накрыт. Предлагая тебе не торопиться, совершенно не имела в виду, что здесь превратишься в русалку.

– Разве долго? – удивилась Геля.

– Второй час уже, – улыбнулась Рената, подавая большое мягкое полотенце.

– Ещё несколько минут, и я буду готова.

– Быстрее одевайся – и к столу, – поторопила подруга. – Мы и так пропустили обед, время близится к ужину.

– Вот сейчас пообедаем и поужинаем, – успокоила её Геля, заворачиваясь в полотенце. – Футболка с джинсами – и я готова.

*****

Под вкусные закуски и великолепное вино текла неспешная беседа, в располагающей уютной обстановке. Приятно потрескивали «дрова» в камине, приглушённый свет настраивал на умиротворённое и расслабленное состояние.

– Выходит, ты не знала о нём ничего, – произнесла Рената, держа в руках наполненный игристым вином бокал, покачивая его из стороны в сторону, омывая стенки ярко-гранатового цвета жидкостью.

– Выходит, – согласилась Ангелина. – По-моему, не знала даже подругу. Не всегда везёт с подругами.

– Редко встретишь человека, который подходит тебе по духу, – сказала Рената. – Так, как мы с тобой. Даже по прошествии лет мы встречаемся так, будто и не расставались. Нам всегда есть что обсудить.

– Посочувствовать друг другу и просто помочь, – поддержала её Геля. – Давай выпьем за это.

– За нас, – согласилась подруга, поднимая бокал и отпив немного вина. – Ты не была у него дома?

– Никогда. Он ссылался на ремонт, что ему стыдно приводить меня в недостроенную квартиру, – отвечала Геля. – Кстати, Евгений не хотел приезжать и ко мне. Останавливался всегда на улице, у соседнего дома, никогда не въезжал во двор. Говорил, что ему трудно развернуться и не хочет никого подпереть машиной. А я как-то и не настаивала, – продолжала она. – Это сейчас понимаю, что он не хотел случайно наткнуться на своих: тёщу и тестя. Встречались мы на съёмных квартирах, не знаю, снимал или брал ключи у друзей. Но всегда в разных… Ты совершенно права, – отвечала Ангелина, опережая очередной вопрос подруги, увидев в её глазах удивление. – Посчитала, – говорила она, – что это нормально, раз у него ремонт. Как-то предложила ему переехать ко мне, но он отказался, сказав, что боится доставить неудобства. Да я и подумать не могла, постоянно его видела! Обедали в кафе рядом с моим букинистическим магазином. Евгений служил в соседнем здании простым менеджером. В редкие выходные выбирались за город на прогулку, ездили в санаторий на три дня.

– А подруга как вас вычислила? – спросила Рената. – И нечего не сказала тебе… Она не думала просто с тобой поговорить без свидетелей? Понимаю, желание отомстить за сестру любовнице её мужа, но подруге, не подозревающей в рукаве любимого козырного туза…

– Нет, – ответила Ангелина. – Сама показала ей машину Евгения на улице незадолго до этого события и сказала, что с ним встречаюсь. Шли с покупками как раз мимо его автомобиля. «Машина бойфренда», – бросила на ходу фразу. Эля остановилась, вернулась и посмотрела на номер. Я ещё пошутила: «Понравилась тачка?» Она засмеялась, но ничего не ответила.

– Вот зараза, – вставила свою реплику Рената, – а ещё подругой прикидывалась.

– А самое интересное, мужа её сестры мне никогда не приходилось видеть. Подруга со своими родителями живёт в соседнем подъезде, – пояснила Ангелина. – Окна у нас с ними выходят на разные стороны: наши на улицу, а их во двор. Её сестра давно живёт отдельно, приезжает редко, иногда на праздники или Гешку закинуть к бабушке и дедушке. Так получилась, что даже на праздниках до последнего дня не сталкивалась. Или приходила к концу, или они рано уходили. И так, в день рождения подруги, приобретя по случаю у нас в бутике раритетный сборник поэтов начала 20-го года, зная, что она их просто обожает, пришла к ней, – повествовала Геля, вздыхая. – Ещё в прихожей почувствовала сильное возбуждение виновницы торжества, она смеялась над каждым словом и загадочно говорила о предстоящем сюрпризе, но расценила, что её радостное настроение связано с праздником. Ничего не подозревая, вхожу в комнату, усаживаюсь на стул, любезно предоставленный. Поднимаю глаза и окидываю взглядом присутствующих, здороваясь. И каково было моё удивление, когда увидела его!.. – Ангелина сделала длинную паузу. – Евгений сидел прямо на противоположной стороне стола, застывший с открытым ртом, в руках вилка с наколотой рыбой. Кусок падает на тарелку и разбрызгивает майонез на его брюки при словах бабушки: «Ангелина, ты не знакома с нашим зятем». Подруга заливается смехом, складываясь пополам, но, по-видимому, сидящие за столом сочли, что именинницу развеселила неаккуратность Евгения, и все решили её поддержать, громко засмеявшись. Евгений с женой удалились в ванную затирать пятно на брюках. А я, воспользовавшись сложившийся суматохой, позвонила на телефон и под предлогом, что мне срочно надо уйти, ретировалась в прихожую, а затем на улицу. Подруга хотела перевести всё в шутку, выбежав за мной на лестничную площадку, но ты же понимаешь, мне было не до веселья, – закончила свой рассказ Геля.

– Неужели он не захотел с тобой объясниться?! – возмутилась, сочувствуя, Рената, но от волнения её прибалтийский акцент усилился, и в конце фразы она перешла на эстонский.

– Нет, напротив, – ответила Ангелина, – он звонил, писал СМС, но я выключила телефон, не в состоянии слушать в тот момент любые извинения. В расстроенных чувствах села за компьютер проверить почту и немного отвлечься и наткнулась на твоё приглашение приехать. Оно было как нельзя кстати. Понимаю, он подлец, но почему-то мне от этого не легче. Так плохо.

Её глаза наполнились слезами, а на столе появились бумажные платочки, любезно предоставленные подругой.

– У меня есть идея, – произнесла Рената, пытаясь успокоить подругу. Она встала, прошлась по комнате, собираясь с мыслями, и наконец произнесла на первый взгляд совершенно абсурдное предложение: – Ты найдёшь пропавшего человека или любые сведения, подтверждающие его гибель. Это позволит тебе отвлечься от своих проблем.

– Что? – удивилась Ангелина, прекратив всхлипывать. – Как ты себе это представляешь? Я не умею! А кого искать?

– Кого я тебе скажу, а как, сообразишь сама, – твёрдо заверила Рената. – Помнишь сегодня утром женщину, с которой у меня проходила встреча? Ей нужно помочь. История её семьи не выходит из головы. Вот ты ей и поможешь.

– Но как? – возразила Геля. – Посоветуй нанять частного детектива.

– У неё нет денег, – ответила подруга. – Я обо всём уже подумала, ты распутаешь это дело, буду помогать по мере моих сил. Эту женщину ещё ребёнком вместе с её старшим братом оставила мать на воспитание бабушке. Уехав строить свою новую семью к нам в Эстонию, она пропала много лет назад. Её искали, но не нашли. Сейчас бабушка тяжело заболела и попросила внучку разыскать дочь, их мать, или какие-нибудь о ней сведения. Мы нашли её гражданского мужа, но он не знает, где она. А может, не хочет говорить. По-видимому, у снохи с властной свекровью не сложились отношения, о ней даже не хотят слышать. Каким временем ты располагаешь?

– Собиралась провести у тебя выходные, – ответила Геля, озадаченная подругой. – Но какое отношение это имеет к пропавшей женщине?

– Можешь задержаться ещё на несколько дней? – продолжала Рената, игнорируя вопрос подруги.

– Могу, – произнесла Ангелина, – бутик принадлежит мне. Никто против не будет. Продавец Леночка отлично справится и без меня. Не понимаю только, зачем. И, кстати, не хочу вас с Эриком стеснять.

– Вот и отлично! – без объяснений заявила Рената, набирая номер телефона. – Арина Парфёнова, с вами говорит Даргинайтис. Я имела честь сегодня с вами общаться, – продолжала она, улыбаясь Геле. – Вспомнили, замечательно… Уже улетаете? Не подскажете, когда… Хорошо, тогда перед вылетом вы не уделите несколько минут для беседы с нашим сотрудником?.. Превосходно. До свиданья… Завтра встречаешься с мадам Парфёновой, – сказала она, переключив внимание на подругу. – Она тебя будет ждать в гостинице около десяти, только не опаздывай, у неё самолёт. Замечательно складывается ситуация, ни о чём не беспокойся. Эрик с мальчиками на каникулах, так что с дачи они вряд ли приедут. Меня дома днём не бывает. Квартира в твоём полном распоряжении. Да, на выходные поедем с тобой их навестим. Пошли спать, завтра рано вставать.

– А со стола убрать… – произнесла Геля, удивляясь напору подруги.

– Домработница завтра уберёт, – ответила Рената, зевая на ходу. – Она приходит два раза в неделю. Скажу ей, что ты у меня живешь. Если хочешь, попрошу для тебя готовить, я обычно обедаю на работе, а вечером прихожу поздно и не ужинаю.

– Не стоит, – ответила Геля, улыбаясь, – найду, где перекусить.

– Можешь готовить сама, – предложила подруга, – холодильник всегда полон.

Ангелина забралась под тёплое одеяло, мысленно приготовилась промучиться несколько часов в бессоннице, так как всегда имела трудности засыпать в незнакомых местах, но на редкость сразу погрузилась в царство Морфея. Наверное, перенеся столько потрясений, организм сам решил расслабиться и отдохнуть или помогла тёплая ванна и бокал хорошего вина, а ещё приятный вечер с подругой.

*****

Утром Ангелина проснулась поздно, солнце уже залило комнату тёплыми лучами, играя зайчиками на стеклянных поверхностях. Сладко потянувшись, сунула ноги в тапки с пушистыми помпонами и побрела по квартире в надежде найти хоть одну живую душу, кроме себя. Убедившись, что среди присутствующих только она и рыбки в аквариуме, неспешно пошла в ванную. Постояла несколько минут под контрастной струёй, прибавляя то горячую, то холодную воду. Затем, чтоб сохранить бодрое настроение после душа и окончательно проснуться, сварила кофе. Потягивая маленькими глотками ароматный напиток, Ангелина подошла к холодильнику в надежде побаловать себя чем-нибудь вкусным. На металлической дверце на уровне глаз был подсунут под магнитик листок бумаги, на котором крупным размашистым почерком написано: «Геля, не забудь, у тебя встреча в десять. На троллейбусе две остановки. Приятного аппетита и удачи в расследовании. Рената».

Ангелина медленно повернулась и уставила свой взор на часы. Большая стрелка приближалась к половине десятого. Поставив чашку с кофе на специальную подставку, решила: завтрак отменяется, не осталось времени, и рванула пулей одеваться. Вытряхнула содержимое чемодана на постель, ругая себя, что не разобрала вчера. Схватила джинсы, футболку – сейчас не до продуманного туалета, захватив вязаную кофту, в прибалтийских странах лето прохладнее, и сумку, вылетела из квартиры. Пока спускалась в лифте, собрала волосы в тугой пучок и закрепила заколкой, хорошо, стены кабинки украшены большими зеркалами. Не понимая, как позволила втянуть себя в эту чистой воды авантюру (ну какой из неё сотрудник агентства?!), бежала в сторону остановки. Наконец прибыла, чудом успела вовремя: на циферблате только высветилась цифра «десять» зелёными огоньками, когда Геля пересекла порог гостиницы. В глубине большого холла располагался ресепшен. Туда она и направилась, но увидела боковым зрением сидевшую в углу на длинном коричневым диване молодую даму. Её уже ждали. Светловолосая женщина, слегка полноватая, заметно нервничала, посматривая на часы. Ангелина узнала её сразу – зрительная память не подвела.

– Парфёнова Арина Викторовна?.. – уточнила на всякий случай Ангелина.

Она не раз ошибалась, особенно по телефону. Один раз проговорила три с половиной часа по мобильному якобы с тётей, а в конце разговора оказалось, что это совершенно чужой человек. Прощаясь, она ей сказала: «До свидания, тётя Клава». А в ответ услышала удивление: «Тётя Клава? Нет, тётя Катя». Надо же, ошиблась. А как приятно поговорили и про детей, их у женщины также двое: мальчик и ещё мальчик. И оба они бизнесмены. И муж дядя Слава с радикулитом. Бывает же. Это ещё что. Одна знакомая назначила встречу по телефону совершенно незнакомому человеку. А узнала она про это совершенно случайно. Объект её воздыхания пришёл к ней домой раньше время. Она решила его отчитать: мол, договорились же в кафе на улице Пушкина встретиться. В разговоре выяснилась, что она ему даже не звонила. Знакомая долго удивлялась, кому же она назначила встречу, бедный мужчина будет ждать, а так никто и не придёт. Вот и сейчас Ангелина прежде, чем начинать разговор, уточнила.

– Да, – ответила женщина. – Думала, вы не придёте. Скоро такси приедет, переживала, что не успеем поговорить.

– Не волнуйтесь, – упокоила её Геля. – Давайте присядем, – предложила она, указывая на диванчик. – Расскажите мне всё, что знаете.

– Собственно, сведения небольшие, я тогда маленькая была, когда мама пропала, – произнесла Арина Викторовна.

– Начните с имени, – предложила Ангелина.

– Маму звали Инга, – ответила Парфёнова. – Нет, конечно, сначала её имя было Инна, но познакомившись Генрихом, она его сменила на Ингу. Мало, что помню, мне было два года, брату – пять лет. В основном по рассказам бабушки. Мать приехала к родственникам в Эстонию, познакомилась с Генрихом, решила за него выйти замуж, но так и не расписались они. Своих детей предусмотрительно оставила на воспитание бабушке. Не тащиться же к будущему мужу со спиногрызами от других браков, мы с братом сводные по маме, отцы у нас разные. Мать надеялась, что потом расскажет супругу о детях, как выйдет замуж, но через год она пропала и больше мы о ней не слышали. Может, если бы она не исчезла, мы объединились и жили бы одной семьёй. А так нас вырастила бабушка, дала образование, помогла встать на ноги. Вот, собственно, и вся информация.

– Не много, – согласилась с ней Ангелина. – Напишите адрес ваших таллинских родственников, а также фамилию Генриха, где он проживает и, конечно, ваши координаты, куда сообщить о результате расследования.

– Родственники здесь больше не живут, – сказала Арина Викторовна, – они русскоязычные.

– Вернулись в Россию? – предположила новоявленная детектив.

– Нет, в Германию переехали, – ответила молодая женщина, что-то ища в своей сумке. Наконец она вынула потёртый конверт и протянула Геле: – Вот, это последнее мамино письмо. На конверте адрес наш и Генриха, а внутри фотография, где они запечатлены здесь на площади. Вы, пожалуйста, постарайтесь, бабушка очень хочет узнать, куда делать её дочь, и мы с братом, конечно, тоже. Часто мечтали о маме, думали, она зайдёт домой с подарками, да, обязательно с подарками – маленькие были. Когда выросли, хотелось просто увидеть мать… Пойду, такси приехало, – грустно произнесла она, схватив чемодан за ручку.

– Конечно, конечно, – согласилась Ангелина, пристав с дивана, – счастливого пути. Будем держать связь по телефону.

Она машинально раскрыла конверт и извлекла из него содержимое: письмо, внутри которого лежала чёрно-белая фотография. Вынула её и положила себе на колени. Со снимка на Гелю смотрела милая пара. Черноволосая девушка с короткой стрижкой, хорошо сложенная, и русоволосый худой, но немного сутулый молодой человек.

– Где же мне тебя искать, Инна-Инга?.. – тихо произнесла Геля, разворачивая письмо.

Скорее, это была короткая записка на одинарном пожелтевшем от времени листе в клеточку, круглым мелким почерком написано несколько строчек: «Милые, на этот адрес больше не пишите. Свекровь вечно недовольна, хотим снять квартиру. Как переедем на новое место, сообщу. Р. S. Прислушалась к твоему совету, занимаюсь танцами».

Из этого сообщения, скорее, появилось больше вопросов, чем ответов. «Где её новый адрес, и какие танцы?.. Дополнительный источник информации, хотя и такой призрачный, не помешает. Хорошо хоть известно проживание гражданского мужа, с него и начну, может, удастся что-то прояснить. Но сначала – чашечка кофе, позавтракать так и не удалось, а время уже ланча, пора бы и поесть».

Ангелина вышла из гостиницы и направилась на поиски приличного ресторана. Искать долго не пришлось, все нижние этажи пестрели зазывающими витринами кафе, ресторанов, где вас накормят, бутиков – оденут, салонов – приведут в порядок. Геля зашла в приглянувшийся ей ресторан с длинным непонятным названием на эстонском, у входа которого красовалось привлекательное меню бизнес-ланча на английском.

Выбрав столик в середине зала, расположилась и стала читать меню.

– Вино, – предложила официант, – пока принесут обед?

– Но, – ответила Геля на английском, – воды без газа с лимоном.

Она заказала бизнес-ланч, а на десерт любимое лакомство пана кота с клубникой и вишней. Чашечку кофе с пирожным могла себе позволить. С её повышенным обменом веществ ей не приходилось считать калории. Стройной фигуре не помешает кусочек торта, в течение дня она тратила гораздо больше энергии. Но и не злоупотребляла погрешностями в еде, в повседневные дни придерживалась здорового питания. Закончив с обедом и перейдя к сладкому, решила совместить приятное с полезным – наметить план действий. Развернув блокнот, стала писать, периодически отпивая маленькими глотками горячий кофе. В середине листа появились две буквы И-И, что означало Инна-Инга, и обвела в кружок. От него стрелки вверх и вниз: Р – родственники, Г – Генрих, Т – танцы, и также их обвела в кружки. Что мы имеем? Адрес Генриха, написала на стрелке. Что нам нужно? Телефон родственников, поставила вопросительный знак. Наверное, некоторой информацией об Инге они должны обладать, с кем встречалась, чем увлекалась, она у них жила несколько месяцев, пока не встретила Генриха. И второй вопрос: танцы, хорошо бы найти тех, с кем она занималась, хотя проблематично, прошло столько лет, наверное, им уже около сорока или больше, но возможно. «Хорошо бы это помогло выйти на её новый адрес, надеюсь, жених прольёт свет на эту проблему, в кавычках, конечно…»

«Так, нечего сидеть, надо действовать, – решила Ангелина, попросив счёт. – Пока с ним не поговорю, так и не сдвинуть с места в расследовании».

Зря понадеялась Ангелина на свою выносливость – захотела, как всегда, совместить полезное с приятным: посмотреть город, сжечь калории и добраться до пункта назначения, но устала так, что еле волочила ноги, пройдя не один десяток кварталов впустую. Спрашивая встречавшихся жителей и интересуясь направлением пути, она не только не нашла нужный ей адрес, но заблудилась в конец. То ли направляли её не туда, куда нужно, то ли она сворачивала не туда, куда ей говорили. Вооружившись картой города из соседнего киоска, бандажной повязкой для ноги, обезболивающими и водой из аптеки, расположилась на скамейке остановки. Нога ныла так, что при мысли о дальнейшем пути делалось ей ещё больнее. Старая травма, полученная ещё на занятиях гимнастикой – неудачно прыгнула с бревна, повредив связки, напомнила о себе незамедлительно. Поговорка «Язык до Киева доведёт», очевидно, в данном случае не сработала, вот и результат: сидит не известно где, да ещё двигаться больше нет возможности. Запив таблетку водой из бутылочки, извлекла из кроссовки ногу, она отекла. Вытянула её и положила на лавочку – хорошо, остановка была пуста. Надела, изловчившись, повязку, стало полегче – голеностопный сустав уже не так сильно пульсировал. Прислонилась к стене остановки и посидела несколько минут с закрытыми глазами. Затем достала карту города и принялась искать нужную улицу и дом, оказалась, это на другом конце Таллина. «Почему сразу не проложила маршрут?..» – ругала Ангелина себя. И здесь она вспомнила, что не так давно Евгений поставил ей на телефон программу ориентирования на местности. Он ещё говорил, что сотовый проложит маршрут в любом месте, хоть на Северный полюс, только задай искомую точку (город, посёлок, улицу, дом), и покажет направление от места, где ты находишься, до места, куда тебе надо прибыть, как навигатор. Такой вот клубочек из сказки, только не требует себя кидать на дорогу. На что Ангелина самоуверенно возразила, что картографическим кретинизмом не страдает и всегда найдёт дорогу сама. Если бы у неё сейчас была эта программа, она не плутала бы в поисках нужной ей улицы полдня. В утренней спешке Геля совсем забыла, что выключила телефон и убрала его подальше в чемодан, не хотела общаться с Евгением, а ещё больше не хотела слушать глупые извинения подруги. «Надо срочно купить новую симку и заменить в телефоне. Ещё успею поговорить с ними обоими, когда буду готова, но не сейчас. Сюда приехала, чтобы отвлечься, вот и буду развлекаться», – чётко решила для себя Ангелина. А без телефона проблематично обходиться, но привыкла. Почувствовала, что по Евгению скучает, нахлынувшие воспоминания её расстроили.

На остановке стали появляться люди, сидеть на лавке с вытянутой вдоль неё босой ногой, облачённой в тугую повязку, хоть и привлекательной, стало неприлично. Геля с трудом натянула на распухший сустав кроссовок. «Болит, но терпимо…» Сделала несколько шагов на месте, о пешей прогулке речи уже не было. «Надо взять такси и добраться с комфортом. Лучше осматривать достопримечательности из окошка автомобиля».

Добралась довольно быстро, но вот незадача: её ждали новые трудности. Дом десятиэтажный, Генрих жил на седьмом, а лифт оказался на ремонте. Собрав всю силу в кулак и стараясь не нагружать больную ногу, начиная каждую ступеньку со здоровой конечности, двинулась вперёд, поднимаясь вверх и вверх. Где-то на середине пути своей не совсем ровной походкой обогнала пожилую женщину с тяжёлыми сумками.

– Вам помочь? – предложила Ангелина, опережаю старушку.

– Нет, спасибо, – отклонила предложение она, посмотрев на повязку вокруг ноги девушки. – Потихоньку донесу сама. Отдохну и дальше пойду.

Геля не стала спорить и продолжила путь наверх в надежде присесть и дать отдых ноющей ноге. Но не тут-то было: экстравагантная дама преклонных лет её не пустила даже на порог, предпочитая разговаривать на площадке.

Незадачливая детективщица пришла в небольшое замешательство – она заранее не позаботилась о легенде. Представиться агентом организации, где работает Рената, нельзя – нет удостоверения, по этой причине фишка про частного детектива также не пройдёт, эта дама обязательно проверять будет. Рассматривая строгую женщину в шёлковом цветастом длинном халате, Геля решала, кем назваться. Широкие рукава халата сползли до локтей женщины, обнажив сухонькие белые руки, кисти, увенчанные узловыми деформациями от подагры вперемешку с массивными кольцами. На припудренное белое лицо наложен макияж: зелёные тени, ярко-розовая помада и такой же холодный розовый оттенок румян. Каштановые волосы с сединою у корней уложены в высокое каре. Пронизывающий холодный взгляд её будто стеклянных, выцветших глаз, когда-то голубых, пробирал насквозь.

– Пылесосы нам не нужны, – не выдержав долгую паузу, сказала она недовольным скрипучим старческим голосом.

– Я ничего не продаю, – произнесла Ангелина. – Могу увидеть Генриха?

– Зачем?! – возмутилась мадам с ещё большим недовольством. – Мой мальчик женат, и ему незачем разговаривать с незнакомыми девицами.

– Собственно, мне не нужен ваш сын, – произнесла Геля, ошарашенная таким напором. – Просто хотела расспросить его об Инге. Я её родственница, – пояснила она, не найдя ничего лучшего.

– В таком случае не о чем нам с вами говорить, – категорично заявила пожилая женщина, прикрывая дверь.

Геля машинально просунула ногу в щель между дверью и косяком, препятствуя её закрытию.

– Значит так, – начала говорить Ангелина, усиливая голос, – я сюда приехала через две страны и поднялась пешком без лифта с больной ногой не для того, чтобы поздороваться и уйти. Прибыла, чтобы получить ответы на интересующиеся меня вопросы, и я их получу, хотите вы со мной разговаривать или нет, пусть даже придётся сюда вызвать полицию или телевидение. – Она, конечно, преувеличила, но должный эффект на эту экзальтированную даму произвела. – Может, это вы мою родственницу в море утопили, а говорите, что ничего не знаете…

– Генрих, – позвала она сына, не вступая в перепалку, очевидно, скандал не был ни в чьих интересах.

Через секунду появился сынок в выцветшей футболке и встал за матерью.

– Мы не располагаем о ней никакой информацией, – продолжала разговаривать только дама. – Правда, Генрих?

– Угу, – промычал он.

– Наконец избавились от неё, – продолжала пожилая женщина, – чему и рады. А что с ней случилась потом, ни я, и уж конечно ни мой сын не интересовались. Больше добавить нечего.

– Но я всё же задам несколько вопросов, – мягче произнесла Ангелина. – Инга сообщила родственникам, что молодые решили снимать квартиру. Какой адрес нового жилища?

– Хм, – издала звук мадам и посмотрела вверх. – Это она хотела жить отдельно, но мой мальчик никогда не оставит свою больную мать. – Ткнула костлявым локтем в бок сынули, извлекая из него очередное мычание. – Соответственно, нам не известно, где она остановилась потом, как покинула нас.

– Хорошо, – согласилась Ангелина, – но про танцы вы не можете не знать. Инга занималась ими, ещё проживая у вас. Так какое у неё было хобби, Генрих?

– Э-мм… – извлёк из себя жених.

– Так вот где она пропадала каждый вечер вместо того, чтобы кормить мужа! – как обычно отвечала за двоих мадам. – Про танцы мы впервые узнали от вас, родственница. Да, Генрих? – повернувшись к сыну, на всякий случай уточнила у него.

Он интенсивно закивал головой.

– До свидания, – произнесла Ангелина, закончив бессмысленный, непродуктивный разговор. «Генрих – как телёнок, повторяющий за матерью, а ей нет дела до ненавистной невестки».

– Надеюсь, не увидимся больше, – ответила дама, скрывшись вместе с сыном за тяжёлой железной дверью.

Геля спускалась вниз и снова наткнулась на отдыхающую на площадке пожилую женщину, поставившую у стенки сумки.

– Извините, но я была свидетелем вашего разговора, – произнесла она, остановив Ангелину. – Если поможешь донести, расскажу, что знаю про Ингу, – предложила она. – У меня квартира над ними.

Обрадовавшись такому повороту событий, несмотря на боль в ноге, Геля подхватила сумки и пошла наверх, сопровождая женщину.

– Меня зовут Нина Петровна, – представилась она, открывая ключом дверь.

– Ангелина, – ответила девушка и чихнула от тяжёлого, спёртого воздуха, пахнувшего из квартиры.

В кромешной тьме маленького коридорчика что-то шмякнулось и мягкое, пушистое стало тереться об ноги.

– Барбарис, – произнесла женщина, включая свет, – соскучился, милый… Тебе рыбки принесла, сейчас покормлю. – Затем обратилась к Ангелине: – Проходи на кухню, чай пить будем… Уезжала к подруге, – продолжала пожилая женщина, открывая настежь балконную дверь. – Она заболела, только выписали из больницы, операцию делали. Вот решила ей помочь по хозяйству. Мы с ней вдвоём остались, дети выросли, разъехались кто куда. Вот и заботимся друг о друге как можем… Барбарис, это что, ты три дня не прикасался к еде? Хорошо хоть пил воду.

Серый толстый кот не заставил себя ждать и прыгнул к хозяйке, подсунул свою голову под её руку и помурлыкал, затем спрыгнул, подошёл к чашке, наполненной рыбой, и стал с удовольствием есть.

– Никак не может без меня, – сказала Нина Петровна, – а с собой взять нельзя – у подруги аллергия на шерсть, вот и пришлось его дома за хозяина оставить.

Не переставая говорить, женщина хлопотала на кухне. На столе появились вазочка с вареньем, печенье, конфеты, в чашки налила свежезаваренный чай.

– Присаживайся, – предложила она гостье.

Ангелина с удовольствием устроилась на удобном стуле и вытянула под столом ноющую ногу. Чай оказался вкусным, а варенье апельсиновое напоминало джем с кусочками ананаса.

– А ты зачем ищешь Ингу? – спросила Нина Петровна.

– Она пропала, и родственники хотят знать, что с ней случилось, – ответила Геля.

– Мы с Ингой так же, как с тобой познакомились на лестничной площадке. У нас с лифтом прямо беда, постоянно ломается… Наверное, тебе надо с самого начала рассказать.

Геля пожала плечами, отпивая горячий напиток. «Желательно, но не с эпохи динозавров, – подумала она. – Хоть милая старушка и у неё совсем не плохо, задерживаться надолго я не планировала».

– Начните, как Инга появилась здесь, – предложила Ангелина, – меня интересует любая информация о ней.

– Наверное, надо сказать несколько слов о семье Генриха, -проигнорировала предложение Нина Петровна, продолжая рассказ. – Здесь мы живём ещё с самого заселения. Мой отец инженером был, мосты строил, и они дружили поначалу с отцом Генриха, пока Луиза не появилась. Она сразу показала себя особой своенравной, чтобы было всё по её. А как сын у них родился, совсем перестали общаться. Она мужу помогла карьеру сделать по партийной линии, из бюро ушёл. Инженер мало получал, да постоянные командировки. Кому понравится?.. А она актриса была, в местном театре играла. Привыкла в центре внимания постоянно быть. Генрих у них поздний, болезненный ребёнок. Пришлось уйти с подмостков и заниматься сыном, по санаториям и лечебницам возила его. На море каждое лето отдыхали. Мальчик пошёл на поправку, но вскоре муж умер. Жили на его пенсию. Луиза себе никогда ни в чём не отказывала, ребёнок вырос, и теперь он стал выполнять все капризы матери. Не одну невестку из дома выжила. Я думала, Инга её приструнит, живая она была, за словом в карман не лезла. Но и её Луиза выжила. Ругались каждый день. Мимо двери идёшь – шум слышался. Всё ей не так! То посуду не ту взяла, то стол не так накрыла, то суп слишком густой, то полы плохо помыла, пыль под шкафом оставила, то рубашки мужу плохо погладила. Да, Инга не была усердной хозяйкой, но старалась поначалу, а затем перестала по дому что-либо делать. При любом удобном случаи из дома уходила. Это и понятно – с такой свекровью разве уживёшься… А когда Инга стала подговаривать Генриха переехать, у Луизы сердечный приступ случился. Но я думаю, она притворялась. Как только уехала Инга из их квартиры, мать тут же дочь своей подруги пригласила под предлогом за ней ухаживать, она медсестра в нашей поликлинике. Так и женила Генриха на ней. Хороша парочка, теперь командует обоими – и невесткой, и сыном. А Инга ещё раз появлялась здесь, но её даже в квартиру не пустили. Вот тогда я её последний раз и видела. Сказала, что поселилась в доме, на крыше которого петух крутится. Ещё пошутила, что он её защищать теперь будет. Адрес не оставила, а и зачем он мне, в гости не пойду…

– Нина Петровна, может, вам и о занятиях Инги танцами известно? – с надеждой услышать положительный ответ, спросила Ангелина.

– Знаю. Пока Инга здесь жила, постоянно говорила, ещё на представления приглашала, но я не пошла, приболела.

– Расскажите, пожалуйста, – попросила Геля, откусывая кусочек рассыпчатого печенья.

– Занималась она танцами живота, – пояснила пожилая женщина, показывая смешно: – Вот так животом крутила, и ловко у неё получалась. Один раз специально для меня станцевала свой номер. Прямо в комнате танцевала, хорошо, что просторно, есть где развернуться. Да у меня и фотография есть. На полароид Инга сфотографировала нас с ней вместе, сказала, что на память. Ты чай подливай, пей, а я пойду поищу снимок.

Геля наполнила чашку и стала рассматривать кухню. Здесь было опрятно, хоть и бедно. С любовью расставленные на полках ровно в ряд красовались чашки с блюдцами, за ними тарелки и кружки, на плите восседал пузатый чайник в цветочек. На столе – ажурная скатерть, по стенам с каждой стороны висели бра в форме лилии. А окно и балконную дверь украшали накрахмаленные занавески, связанные крючком. Белыми хлопчатобумажными нитками вывязаны корзины, полные полевых цветов.

– Вот, нашла, – произнесла Нина Петровна, протягивая снимок. – Какой красивый костюм, а здесь на поясе два камня, очень блестящие. Когда она танцевала, они так и сверкали. На конкурс за границу собиралась ехать выступать.

– Помните, где находилась их студия?

– Как не припомнить, я тебе подробно сейчас расскажу. Выйдешь из нашего дома, иди в сторону моря, там торговые ряды и рынок, а за ним дом творчества – туда она и ходила. Только заходи с другой стороны рынка, рядом автостоянка, машин полно. Я там не хожу, – посоветовала она.

– Хорошо у вас, но мне пора, – произнесла Ангелина, – и вам отдохнуть, наверное, надо, тяжело с сумками подниматься.

– Ко мне редко кто приходит, – ответила пожилая женщина, провожая до двери, – так что я рада поговорить с прекрасной девушкой.

Распрощавшись с милой старушкой и воодушевившись полученной информацией, Геля пошла пешком. «Вот сейчас и узнаю про Ингу, – радовалась она. – Может, у них в фойе стенды есть выдающихся учеников, кубки побед или удастся увидеть преподавателя танцев и поговорить… Итак, – решила между делом подытожить Ангелина, – что мы имеем? Но имеем мы не много: дом с флюгером в виде петуха, который не известно, где искать. Интересно, сколько приходится на город таких зданий… Не заходить же в каждое строение с петухом на крыше и не спрашивать: в вашем доме не проживала девушка с фотографии? Хорошо, что адрес студии узнала, может, дальше цепочка приведёт в квартиру, где проживала Инга. А собственно, что я там могу найти, её там давно нет… Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Вот и первая проблема…»

Ангелина второй раз обходит этот рынок и с одной, и с другой стороны, пробираясь через автостоянку между машинами, но Дворца творчества найти не может. Вместо него стоит высотный дом, верхушка которого цепляется за облака, двери, естественно, с кодовыми замками, и никого вокруг. Она вернулась на автостоянку, но и там никто не знал о Дворце творчества. А на рынке её уверяли, что высотка здесь всегда стояла. «Может, Нина Петровна что-то перепутала, она же там не была…» Ниточка снова потеряна, и с чего дальше начинать расследование, Ангелина не знала.

«Нужно побаловать себя чем-нибудь, срочно поднять настроение», – решила она и заглянула в один из бутиков в торговых рядах. Перемерила множество вещей, пока не остановилась на приглянувшемся ей маленьком бирюзовом платье. Но на этом не остановилась и купила мужской пиджак, хорошо подходящий к джинсам, тонкую вязаную кофту с рукавами в виде летучей мыши, несколько блузок, пару юбок, новые джинсы и не удержалась от симпатичной футболки. Затем пошли в ход обувные магазины, где Ангелина приобрела изящные лодочки, босоножки и зачем-то две пары кроссовок: одни высокие, хорошо обхватывающие голеностопный сустав, а вторые – короткие, в виде кед. Закончив покупки бижутерией и парфюмерией, так, со всеми пакетами, заглянула в салон причёсок. «Гулять так гулять! Тем более что мама всегда говорила: если что-то не ладится – смени стрижку, и увидишь, как поймаешь удачу». Довольная, но пока не очень счастливая, устроилась в кресле.

– Что будем делать? – деловым тоном спросила парикмахер среднего возраста.

У Ангелины было предубеждение: если мастер не молод, то не жди современной причёски. Но всё равно решила рискнуть: не пересаживаться же в другое кресло. «Не понравится, подстригусь в соседнем салоне у молодого парикмахера», – решила она.

– Чуть-чуть подравнять или что-нибудь модное, но не коротко, – ответила Геля.

– Позволю себе предложить вам, – сказала парикмахер, поднимая и опуская волосы, – вот здесь покороче, сюда будет подлиннее, – показывала она, вытянув при этом пряди и приложив к лицу. – Придадим объём, и рекомендую, начиная от пробора, покрасить несколько прядей в неяркий розовый цвет, это придаст вашему светлому цвету волос изюминку и освежит весь образ.

– Хорошо, – ответила Ангелина, немного подумав, экспериментировать она любила, поэтому согласилась с лёгкостью на предложение мастера.

– Вас на входе предупредили, у нас все мастера работают одновременно для удобства клиента? – пояснила парикмахер, отодвигая кресло.

Одновременно материализовались два столика и два мастера, принявшихся за маникюр и педикюр. Вскоре Геля сидела под большим феном, с ухоженными ногтями, и ждала, когда окрасятся пряди. От нечего делать рассматривала стены, которые были украшены фотоснимками. Наверное, удачные причёски здесь принято запечатлеть на фото и ими украшать салон, как поступают в сотнях других парикмахерских. Так, ничего особенного, обычные лица с хорошо уложенными волосами смотрели со стены, но один снимок её заинтересовал. На нём девушка стояла в костюме для танцев живота. Не то чтобы Геля реагировала на все фота с изображением арабской танцовщицы, нет. Здесь была одна деталь, заинтересовавшись, она привстала и подошла к снимку поближе. Ну вот, так и есть, ей не показалось. На заднем фоне он, объект её поисков, Дворец творчества. Поцарапала пальцем – снимок крепко приклеен к стене, долго не думая, направилась к мастеру в надежде пролить свет на проблему, забыв даже выключить фен.

– Хорошо, как раз вовремя, – сказала парикмахер, разворачивая прядь. – Замечательный получился тон.

Она быстро работала щёткой и феном, укладывая волосы. Подошла вторая мастер и стала наносить на лицо Ангелины макияж.

– Там у вас фотография на стене, – произнесла Геля, видя, что мастер закончил и сейчас уйдёт.

– У нас их много, какая заинтересовала? – спросила парикмахер, остановившись.

– Та, на которой танцовщица, – ответила Ангелина.

– А это, наверное, Лина, твоя сестра, – предположила мастер по макияжу, нанося последние штрихи. – А что, причёска понравилась?

– Нет, – ответила Геля, – то есть стрижка прелестная, но меня интересует здание за её спиной. Как мне с ней поговорить? Интересно узнать о студии, которая там располагалась.

Она в нескольких словах объяснила причину её интереса, рассказав вкратце историю Инги.

– Хотите кофе? – предложила парикмахер. – Идёмте, у меня перерыв.

Они расположились за столиком в подсобном помещении.

– Сейчас Лина придёт, – сообщила мастер причесок. – По телефону вызвала, она работает по соседству. Вам покрепче? – продолжала она, насыпая в турку молотые зёрна. – Конечно, у нас есть кофе-машина, но мне нравится самой варить, вкуснее получается. Кстати, меня Зоя зовут, – представилась она.

– Очень приятно, Ангелина, – поддержала разговор девушка. – Давно снесли Дворец творчества? Я сегодня там была, но никто даже не вспомнил про это здание.

– Очень давно, – подтвердила Зинаида, – даже не припомню, когда именно.

– А студия танцев куда переехала? – спросила Геля. – Или она закончила своё существование вместе со сносом здания?

– Об этом вам Лина лучше расскажет, – ответила мастер, разливая по чашкам обжигающий напиток. – А вот и она.

– И мне чашечку кофе не забудь налить, – произнесла женщина, вошедшая в комнату. – Что вызывала?

– У девушки к тебе есть вопросы, – сообщила Зоя, познакомив их.

– Да, интересно, какие? – спросила Лина, присаживаясь за стол.

От той худенькой танцовщицы с плоским животом, что на фото, пожалуй, остались только лучезарные глаза и милая улыбка. Перед Ангелиной предстала полная дама с раздавшимися вширь формами и ярким нездоровым румянцем щёк.

– Хотела узнать про танцевальную студию в Доме творчества и особенно о тех, кто её посещал, а конкретно меня интересует Инга, – пояснила свой интерес к незнакомой персоне Ангелина.

– Эх, что захотела, это когда было?! – удивилась Лина, присаживаясь на стул, с трудом справляясь с одышкой. – У меня уже дети выросли и сами танцами занимаются. Ладно, постараюсь вспомнить. Коллектив наш был небольшой – пять девчонок и преподаватель, примерно такого же возраста, как и мы. Сшили костюмы, арендовали помещение и стали заниматься танцами живота. Они в моду только-только входили. Здоровый образ жизни, фитнес, всё такое. Танцы помогали фигуру держать в тонусе. Это сейчас располнела, родив троих детей. Сама удивляюсь, глядя на фотографию: неужели это я, такая худая? Танцевали несколько раз в неделю, все жировые отложение сгорали, не успев отложиться на боках. Затем у нас появился спонсор. Привёз нам новые костюмы, красивые такие, особенно у солистки, камнями расшитые. Инга первую партию танцевала. Спонсор организовал тур за границу, но в самый последний момент солистку заменил на свою девочку. Правда, у неё техника хуже была, но возражать никто не стал. Инга, конечно, обиделась, всем заявила, что на корпоративный выезд съездит и уйдёт из группы. Мы часто выступали на стороне: потанцуешь несколько часов – и получишь большие деньги. Она сдержала слово, больше мы её не видели. Нас тогда и Айгуль покинула, не знаю почему. За границу мы так и не попали, новая солистка ногу сломала. А жмот-спонсор костюмы забрал. Я тогда забеременела первым ребёнком и бросила танцы.

– А это тот спонсор, который утонул на пароме? – включилась в разговор Зоя.

– Да, он, Викентий Львович Борновский, – подтвердила Лина. – Неприятный тип, хотя о покойниках так не говорят. Бизнесмен, а методы у него ведения бизнеса уголовные. С ним всегда охрана ходила – три бандита с грудой мышц и пистолетами под пиджаками. Мы даже обрадовались, когда Борновский нас оставил. Всегда было страшно выезжать с ними на корпоративные праздники. Такие убьют, недорого возьмут.

– Адрес Инги вы знаете? – спросила Ангелина, выслушав женщину.

– Нет, – ответила женщина, – я вам дам телефон Ирмы, хореографа, она сейчас детей классическим танцам учит в нашем театре.

Поблагодарив и попрощавшись с женщинами, Ангелина вышла на улицу с пакетами в руках. Она шла, любуясь в витринах своим отражением. Замечательный лук подобрала, а причёска дополнила образ. В данном случае её вывод «мастер в возрасте – минус модная причёска» не подтвердился. Отличная стрижка!

*****

Добравшись без происшествий на такси до квартиры, обнаружила дома Ренату.

– Что так рано? Обещала прийти поздно… – произнесла Ангелина, просовываясь в дверь вместе с пакетами.

Рената, проходя мимо, задержалась на секунду.

– Неудачный день? – с сочувствием спросила она.

– Плохо выгляжу? – произнесла Ангелина, водружая свёртки на тахту.

– Вид шикарный! – Рената сложила указательный и большой палец вмести и прикоснулась к своим губам. – Пакеты!

– Что пакеты? – попросила пояснить Геля.

– Зная тебя, пришла к выводу – начинаешь скупать магазины, когда у тебя плохое настроение. Судя по покупкам, ужасно плохое.

– Как тебе сказать… – задумалась Ангелина. – Местами. Информация про Ингу настолько призрачна, то появляется, то исчезает снова. Такой вот фантом.

– Не волнуйся так, – утешая подругу, присела рядом Рената. – Я хотела тебя развеять, занять чем-то, предложив расследование, а не испортить настроение окончательно. Если так дело пойдёт, придётся заказывать грузовой самолёт для твоих покупок.

– Я в норме, – ответила Геля. – Сейчас сделаю несколько звонков, надеюсь, получу нужную информацию, и совсем станет хорошо.

– На сегодня хватит играть в детектива, – деловым тоном произнесла Рената, – мы едем за город, Эрик с детьми нас уже ждут. Вкусный ужин в приятной компании и прогулка на свежем воздухе сейчас тебе нужнее. А позвонить сможешь и там. Телефонная сеть у нас работает хорошо.

Согласившись с доводами подруги, Ангелина пошла собирать вещи.

– Я мальчикам приобрела настольные игры, – сказала она, стаскивая сумки к двери.

– О, они будут в восторге! – ответила Рената. – Вот увидишь, ещё и тебя уговорят с ними поиграть. Никому ещё не удавалось устоять перед их обаянием.

– Думаю, сопротивляться не стану, с удовольствием поиграю с мальчишками!

К загородному дому подъехали к вечеру. Солнце садилось