Локсмастер. Книга II. Обречённые

Глава 1. Путь на базу и разговоры

15:40. Северная окраина г. Короса. В полутора километрах севернее таможенных терминалов.

"Покинув территорию терминала, наш отряд был вынужден прорываться с боем на протяжении многих километров. Орды бандитов лезли из всех щелей, слетаясь на звуки стрельбы, обнаруживая нас вновь и вновь. Боеприпасы были на исходе, все мои товарищи были серьёзно ранены. Преодолев очередной участок, я уложил на землю тело находящегося без сознания командира отряда, прицелился и отстрелял последний магазин на винтовку. Оставшихся после этого в живых бандитов пришлось добивать из того самого ПМа, выданного мне ещё в посёлке Скрипача…"

Именно так я буду рассказывать об этом эпизоде своей жизни внукам. Если доживу.

На самом же деле, когда прозвучала команда "Привал", а сам отряд забился в какие-то развалины, я попросту плашмя рухнул там где закончились эти многие километры. Сколько именно, я в тот момент понятия не имел. Но по ощущениям было не меньше десяти. Груда битого кирпича, оказавшаяся очень кстати прямо передо мной, показалась мне мягче любой брендовой перины. Жалобно звякнули металлом висящие на мне автоматы, скребя своими воронёными поверхностями по кирпичному крошеву. Сверху меня придавило скособочившимся рюкзаком. А я просто лежал и пытался заново научиться дышать. Подскочившего ко мне Марта, который принялся выговаривать за поцарапанное и возможно повредившееся оружие, я просто проигнорировал. В конце концов, вояка плюнул и перевернув меня на бок принялся освобождать меня от ноши. Сперва я даже подумал, что он это делает чтобы мне стало легче. Но потом, когда он принялся вертеть в руках и баюкать снятый с меня автомат с массой дополнительных модулей, понял что железка ему явно важнее человека и плюнул. Ну подумал во всяком случае: "Тьфу на тебя!".

Спустя несколько минут я наконец нашёл в себе силы снять с себя рюкзак и улечься на него сверху. Правда вскоре всё-тот же сволочной наёмник согнал меня с него и утащил в сторону. К моему облегчению дождь за время нашего бегства стих и о недавнем буйстве стихии напоминала только мокрая насквозь одежда и хлюпающая под ногами земля. Обнаружившийся в паре шагов от меня командир группы, сидел на какой-то жестяной бочке и держал в руках цветной лист бумаги сложенный в несколько раз и чёрную пластиковую коробочку. Присмотревшись, я с некоторым недоумением опознал в бумаге карту. Причём не нормальный туристический путеводитель, а вот этот их военный плакат с массой извилистых линий с цифрами, треугольниками, квадратами и кружочками. Тоже с цифрами. Ну и раскрашенная, будто в типографии краски закончились. Некоторое время он рассматривал свою карту, а затем наклонил голову, словно к чему то прислушивался. Сдавив ладонью себе горло, он вдруг произнес:

– Говори Габой, – к своей радости, я понял, что душить себя он не собирается. Просто клавиша рации у него где-то на шее расположена. Спустя пол минуты он продолжил, – Принял тебя. Хорошо, сдвигайтесь за нами. Мы в полутора километрах к северу от одиннадцатого терминала. Ориентир – высокий билборд с рекламой торгового центра "Мега".

Полтора километра? Я не поверил своим ушам. Вряд ли командир группы не умеет читать карту и ошибся, но полтора? Тут не меньше пяти, а то и больше! Интересно, а почему он не пользуется как все нормальные люди Джи-Пи-Эс-трекером? Там есть точная привязка к местности. И карты обновляются автоматически. Всегда знаешь где ты. Даже маршрут можно построить. А тут какие-то допотопные карта и компас. В общем, я предпочёл считать, что Ян не смог верно определить расстояние.

Пока я приходил в себя после забега и размышлял о странностях ориентирования на местности, в наших развалинах царило броуновское движение. Март активно потрошил сразу четыре рюкзака, включая тот что тащил я, сортируя и перетасовывая их содержимое. Два бойца неожиданно разделись, оставшись в брюках и поочерёдно поменяли друг-другу обнаружившиеся под одеждой бандажи. Повязки были со следами крови. Но по видимому от прошлых не до конца заживших ранений. Вряд-ли сегодняшние успели бы так хорошо затянуться. Негр, который недавно рассовывал под тела убитых в терминале гранаты, с лязгом и звоном перебирал своё оружие – довольно крупную бандуру, которую я иначе как пулемёт опознать не смог. Понять смысл его занятия я не мог, потому предположил, что какие-то детали заклинило и он их чистит. Кто-то выскакивал за границу развалин, кто-то напротив забегал. Из-за этой круговерти, я так и остался в неведении относительно того, сколько-же боевиков в отряде Яна. В терминале пересчитывать бегающие вокруг силуэты было некогда. Во время марша, в поле моего затуманенного зрения маячили Март и Ян, а остальные то сворачивали на боковые тропинки, то убегали вперёд, то догоняли сзади. Кстати к движению этих солдат удачи у меня тоже были претензии. В фильмах профессиональные военные ходят совершенно не так. Они двигаются цепями и группами, внимательно осматриваясь. Эти же носятся как оглашённые, постоянно меняются местами, мельтешат и совершенно не похожи на профессионалов. Даже судя по разнобою в экипировке, они хоть прикинуты и получше боевиков Скрипача, но всё равно, больше на проходимцев похожи. Не то что в фильмах, где все вояки одеты в одинаковую униформу и глухие шлемы! Тем временем в развалинах собралось по видимому большинство людей отряда и Ян решил произнести речь.

– Так, господа, слушаем сюда. Ситуация изменилась. У диких в ближайшие дни тут оказывается народные гуляния. В связи с крупным движняком, который они ожидают послезавтра, все подняты в ружьё и нервничают. В связи с этим операция переносится, а группа возвращается на базу, – командир обратил внимание на набычившегося темнокожего бойца, который зло смотрел перед собой и сжал кулаки до побелевших костяшек, – Ган, я сказал что операция переносится, а не отменяется. Рут нашёл твоего кровника. Вся эта кодла диких, обитает вокруг него и подчиняется тоже ему. Этот Шот – судя по всему глава банды. А ещё у них есть "Корды". Рут должен глянуть о чём шла речь. Если окажется что у них пулемётные гнёзда смонтированы и пристреляны, то операцию ещё раз перенесём, пока гранатомётами не разживёмся.

– Уйдёт же, факинг бастардс! – воскликнул темнокожий боевик.

– Ган, спокойнее, дружище! Если он глава банды, то он тут надолго. Русские бандиты – они жадные и наглые. Будут сидеть на месте и грести под себя всё больше и больше, – Ян усмехнулся, – Да и даже если бы мы сейчас удачно сманеврировали и вышли к общежитиям, пока его боевики нас в терминале ловили – ну возможно отмудохали бы мы этого Шота. Взяли бы живого или тушку для подтверждения. А потом бы с хвостом в виде сотни диких, прорываться к блокпостам? Я тебе скажу что случилось бы. Как только такое крупное скопление боевиков засекут с беспилотника, артиллерия тут-же постарается его накрыть. Командование не упустит возможности уничтожить ещё сотню-другую воюющих тут. И мы определённо будем в зоне поражения.

Убедившись что негр перестал сверкать глазами и продолжил насупившись возиться со своим пулемётом, Ян продолжил.

– Так, есть и ещё причины. Послезавтра местные граждане ожидают прибытие крупного каравана. По разведданным, караван принадлежит другой группировке и должен двигаться куда-то вглубь города. Дикие его трогать не будут, более того, обеспечат дополнительную защиту. Караван несёт много чего. В том числе продукты питания, с которыми как вы знаете – у нас напряжёнка. И есть мысль, что на караван будет совершено нападение, как-только он покинет зону действия банды этого Шота. Отсюда следует вывод: засаду на караван нужно обнаружить. И находиться поблизости, чтобы во время боя, убедить предприимчивых торговцев поделиться своим грузом, – командир обвёл улыбающиеся лица своих бойцов и закончил, – У нас как раз хватает времени, чтобы вернуться на базу, выспаться и успеть занять позиции. Заодно Спец Мишаню опросит. Что-то мне не понравилось увидеть на своих следах группу Джисеков. Уж не по нашу ли душу они сюда сунулись…

Под задумчивым взглядом Яна я только тяжело вздохнул. Бронежилет с надписью G-Sec сыграл мне злую службу. Как доказать свою личность и то, что на охрану корпорации не работаю – я представлял слабо. Оставалось надеяться, что пытать меня не будут.

Последовавший после этого спича четырёхчасовой марш-бросок меня едва не убил. Хотя обошлось без свинцовых мух, летящих в нашу сторону. Едва командир убедился в том что от диких оторвались, отряд стал двигаться экономным быстрым шагом. Переходя на бег, только когда требовалось преодолеть открытые пространства. В этот раз группа выстроилась колонной, хотя бойцы продолжали держаться двойками. Прямо отряд детсадовцев в турпоходе, идущих парочками. Разве что тут парочки активно вертели смертоносными стрелялками, а не пластиковыми совочками и ведёрками. Судя по всему яркие индивидуалисты в отряде Яна не поощрялись. Или они вообще не поощряются в среде военных? Так или иначе, но во главе колонны встали два бойца с автоматическими винтовками. Один из них, крупный мужчина средних лет с позывным Проводник, показывал куда идти и выглядел так, будто постоянно прислушивается к чему-то, вместо того, чтобы внимательно осматриваться. Второй, напротив активно вертел головой и автоматом, но послушно следовал туда, куда указывал его напарник. Хотя если честно, маршрут, который он прокладывал вызывал у меня массу вопросов. То мы продирались через кусты, хотя в паре шагов от нас была отличная бетонная дорожка, то наоборот, в полный рост шагали по совершенно открытой улице. Остальные бойцы группы двигались следом так-же безропотно, разве что периодически проверяя на наличие опасности боковые ответвления троп или встречающиеся здания. Шагалось тяжело. Пусть меня и разгрузили, но рюкзак всё равно был неподъёмным. К тому-же, когда у меня заурчал живот и я решил заесть стресс, вытащив из кармана своего рюкзака пачку крекеров, появившийся как чёрт из табакерки Март пообещал сломать мне руки, если буду жрать в одну морду, ни с кем не делясь. Ей-богу, что бандиты, что военные – угрожают покалечить по поводу и без. Найди, так сказать, пять отличий!

Финальный отрезок, когда мы принялись петлять по дворам спального района дался мне особенно тяжело. Идти следовало причудливой змейкой, согнувшись чуть ли не пополам. Ведущая пара двигалась от укрытия к укрытию, в роли которых выступали брошенные автомобили, разграбленные ларьки и гаражи, а в одном из дворов даже детский комплекс с горками и башенками. Хотя пожалуй самым странным укрытием стал огороженный металлическим листом прямоугольник с пятью мусорными баками. Запах там стоял просто убойный. А сидеть пришлось довольно долго, пока Ян что-то высматривал в бинокль и разговаривал по рации, предупреждая неизвестного абонента с позывным "Лав", что группа возвращается раньше времени. Но ничто не вечно, так и наш путь подошёл к завершению. Совершенно неожиданно. Отряд двигавшийся последние пять минут вдоль просто исполинской по длине пятиэтажки, неожиданно нырнул под подвальный козырёк у одного из подъездов. Затхлый запах сырого подвала меня не порадовал. Мысль, что их база расположена в подвале жилого дома внушала определённые опасения. У Скрипача в плане быта было всё-таки получше. Дома с кроватями, а не сырой подвал с матрасами или спальными мешками, как у рабов. Попетляв по коридорам подвала, группа протиснулась в пролом в кирпичной стене и ещё пару раз повернув, вдруг зашагала вверх по лестнице. Выбравшись на первый этаж здания, стали понятны такие сложности со входом. Часть стены дома в который мы поднялись из подвала, в районе подъезда была обрушена. Бетонные стены и перекрытия образовали на месте входа серьёзный завал. Как при таких повреждениях устояли перекрытия лестницы – оставалось для меня загадкой. Внимательно осматриваясь, отряд насторожённо двинулся по лестнице вверх. На уровне пятого этажа, когда мои лёгкие принялись гореть а пот заливать глаза, группа наконец остановилась. Я попытался понять какая из квартир выходящих на площадку является базой отряда. Все они выглядели одинаково бесперспективными. Двери распахнуты настежь. В коридорах лежат разбросанные вещи и битое стекло. Неожиданный звук раздался сверху. И пока я вертел головой, из люка расположенного в потолке спустилась деревянная лестница. Принявший её Габой, утвердил ножки на полу и сняв рюкзак стал забираться. Следом без рюкзака залез Ян, а после и все остальные. Последним внизу остался Март. Я залезал предпоследним и потому видел, как стоявший над люком Габой, дождавшись пока я освобожу проём, спустил вниз конец троса. Судя по всему для того, чтобы поднять наверх оставшиеся внизу рюкзаки и сумки. Мне же он махнул рукой вглубь коридора, показывая следовать за уходящей вперёд группой.

Чердак оборудованный отрядом Яна под базу поражал своей… убогостью. Это было конечно лучше чем подвал в котором я провёл первую ночь в посёлке Скрипача, и который вспомнил, пока мы бродили уже здесь, но от крутых наёмников я ожидал всё-таки чего-то более навороченного. Довольно большое пространство чердака было разделено перегородками из досок, кусков гипсокартона и ещё каких-то листовых материалов.

На входе в первую комнату лежало сразу три входных коврика и было очень мило наблюдать, как обвешанные смертоносными железяками брутальные мужики проходя в комнату долго и вдумчиво вытирают свои берцы о эти коврики. Следом за ковриками, неожиданно обнаружилась девушка в камуфляже и красной кепке, внимательно следившая за процедурой чистки обуви. За её спиной начинался лабиринт из разнообразной мебели и бытовой техники, вроде холодильников, расставленных как мне показалось в совершенно хаотичном порядке. Между ними виднелись закреплённые доски и мешки с песком. По здравому размышлению, я пришёл к выводу что это своеобразная баррикада на случай штурма базы через люк. Видимо обороняющиеся планируют использовать эти укрытия, пока нападающие будут вынуждены двигаться по хорошо простреливаемому участку коридора.

За баррикадой начинались разгороженные комнаты. Склад, забитый стеллажами, с разнообразными предметами. Ещё один склад, судя по всему пищевой – полки в нём и вправду практически пустовали. Оружейный склад, где в стойках и креплениях было расположено различное стрелковое оружие, а на полках лежали пачки с патронами и непонятные мне оружейные приспособления. Вдоль стен расположились верстаки и столы. Большинство бойцов отряда сейчас толпились именно в этой комнате. Ожидавший меня Ян, махнул рукой следовать за ним и двинулся дальше. Общий, с позволения сказать зал, был оборудован разномастной мебелью, которую судя по всему позаимствовали из квартир в доме под нами. Тут были и кухонные уголки в числе трёх штук и кухонные шкафы, столы, стулья и даже сушильная сетка с белоснежными тарелками и чашками. Не было разве что мягкой мебели вроде диванов и кресел. Это я думаю объяснялось габаритами люка, в который пришлось залезать. Видимо крупногабаритная мебель в него не пролезала, иначе обязательно бы затащили.

В начинавшийся за залом коридор выходили закреплённые в перегородке двери. Те что были распахнуты позволили оценить обстановку личных комнат. Кроватей, как я и предполагал тут не было. Видимо тоже не пролезли в люк. Но зато присутствовали снятые с них матрасы и перины. Дорогущие фирменные матрасы лежали на деревянных основаниях. А на них уже были сформированы спальные места. Где-то матрас был заботливо застелен постельным бельём и накрыт покрывалом, а где то поверх него лежал сбитый в комок спальный мешок. Судя по всему личное пространство каждый оборудовал на свой вкус и пристрастия. У очередной закрытой двери Ян остановился и пару раз ударив в неё костяшками пальцев, распахнул, заходя. Пройдя следом, я оказался в небольшой комнатушке со столом заваленным массой бумажных листов заполненных каким-то записями, схемами, фотографиями и даже рисунками от руки. У стены стояли несколько детских досок для рисования, к которым при помощи кнопок были прикреплены новые листочки и фотографии. За столом обнаружился худой мужчина в стильных очках, оторвавшийся от чтения какой-то папки.

– Спец, у нас возникли некоторые трудности. Шот оказался на месте, но его целая армия с пулемётами охраняет. Плюс они там ждут друзей, так что все настороже. Мы решили выждать. Послезавтра там пройдёт караван диких с продуктами питания. Хочу приобрести подешовке пару рюкзаков с консервами, – Ян уселся на один из гостевых стульев, показав мне занять второй и зачем-то достал из кобуры пистолет, – Ещё на территории таможни встретились с группой Джисеков. Вернее даже не так. Они прямо по нашим следам вышли, с разницей минут в пятнадцать. Мы как раз ждали сигнала от Рута и потому сидели в укрытиях. Они прошли мимо и закусились с группой диких, которые как раз мародёрствовали на одном из складов. В общем там всё удачно сложилось. Мы окружили их как-раз к завершению боя. Считай на раз-два сработали. Уничтожили девять операторов ЧВК Джисек. Среди наших потерь нет. Немного трофеев успели собрать, а потом пришлось срочно уходить – к нам почти пол сотни диких спешило, спросить не нуждаемся ли в помощи.

– Занятно. Джисеки как группа Фарма-Корп, или такие как мы? – мужчина за столом заинтересованно подался вперёд. Уперев в стол локти, он опёр подбородок на ладони и внимательно слушал командира группы.

– Фарма-Корп. У них был с собой планшет незаблоченный, – Ян поковырялся в висящей через плечо кожаной сумке и извлёк оттуда светящийся электронный планшет, – Я его всю дорогу периодически щупал, чтобы не уснул. Вот, держи, может полезное чего найдёшь. Судя по тому что я вычитал, они вышли с поиском с какого-то там объекта номер "такой-то". Осуществляли плановое патрулирование или что-то вроде. Так что думаю что это были действующие оперативники корпорации.

– Занятно – занятно, – Спец листал какие-то документы на экране, – Что за гостя ты мне привёл?

– Знакомься, это Мишаня. Так-то его иначе зовут, но Март клянётся что гость хорошо замки вскрывает. В общем на Медвежатника он значимости ещё не набрал так что стал Мишаней. Он был в ангаре, куда Джисековцы успели забиться во время боя. Прятался лёжа на крыше будки. Как видишь одет наш друг в броню пиндосов, но при этом был вооружён пистолетом Макарова, который даже не подумал достать. Сам утверждает что он из отряда диких, которых перебили Джисеки. Дескать штатный взломщик в каком-то богатом посёлке, где все боевики одеты в такие вот бронежилеты. Как ты понимаешь, история слегка подозрительная. У меня возникло подозрение, что наш друг работал проводником на боевиков корпоратов, но вовремя перечехлился, как только попал в плен, – Ян демонстративно дёрнул затвор пистолета от чего тот жутковато лязгнул, – В общем я тут подумал, может ты расспросишь нашего нового знакомого о подробностях его жизни? А я пока рядышком посижу, послушаю.

– Здравствуйте… – я нервно сглотнул под взглядом заинтересованно смотревшего на меня мужчины в очках.

***

– Так, Мишаня, держи, – Март выложил передо мной стопку камуфлированной одежды и свёрнутый солдатский ремень, – Тут два комплекта твоего размера. Примеришь оба, проверишь. Один тебе на выход, второй для жизни на базе. Девчонки очень обижаются, когда мы в грязной одежде по базе бродим, так что не забывай переодеваться. Ремень сам подгонишь под себя. Всё новое из военторга. Если дырки нужной нет, возьмёшь на складе шило и сделаешь. Хватай, пойдём дальше. Я прибавил к камуфляжу уже имеющуюся простыню и спальный мешок и мы зашагали по коридору. У очередной двери мой спутник остановился и толкнув её, махнул мне рукой.

– Спать будешь здесь. Запомни, седьмая дверь. Вломишься в шестую, получишь по лицу. Там я живу. В восьмую – тоже получишь люлей. Там девчонки живут. Короче идёшь и считаешь двери. Первые две – это типа наш госпиталь. Первая – операционная, вторая палата. Сейчас там пусто к счастью, – Март прошёлся по моему жилищу туда-сюда, – Туда тоже без нужды не суйся. Там Кояна заведует. Наш штатный медик. Она добрая конечно, но всё время пытается всех вылечить. В общем, если не хочешь сдать десяток анализов и пройти двухчасовое обследование, держись оттуда подальше!

– Кояна? – я отвлёкся от изучения своего нового жилища и с недоумением взглянул на наёмника, – Откуда вы такие прозви… то есть позывные берёте?

– Да там долгая история. У неё бейдж был кровью одного нехорошего человека залит и там оставались видны как раз эти буквы. В общем она теперь Кояна. Блондинка в белом халате, – Март вдруг стал серьёзен и взглянул мне в глаза, – Учти, обидишь её – руки поломаю. Она конечно вылечит, но помучиться успеешь.

Я сгрузил на матрас свою ношу и примирительно поднял ладони, показывая что обижать девушку не буду. Март убедившись в отсутствии у меня деструктивных намерений, продолжил разъяснения.

– В конце коридора крайние три двери – это санблок. Там туалеты, душевые комнаты и что-то типа прачечной. Там всё просто – разберёшься. Блин, забыл тебе зубную щётку со склада взять. Потом сам найдёшь. Мы выпотрошили хозяйственный магазин, так что на складе теперь много всякого полезного. Только это – не нужно нагребать себе в комнату всякого хлама. Бери то что необходимо. Остальное взял – использовал – вернул на место. Так чего ещё важного. А! Питаемся мы по расписанию. Готовят те, кто остаются на базе. Едим вместе со всеми. Если ты в карауле вдруг оказался, – Март с сомнением взглянул на меня, видимо пытаясь представить при каких условиях я могу оказаться в карауле, – То тебе оставят поесть. Хомячить в одиночестве не стоит. У нас всё-таки боевое братство. Даже если для тебя это пустое слово, уважай наши традиции. Кстати сейчас время ужина. Идём за стол.

***

– Ты уверен, что он не засланец? – стоявший у мед-склада Ян проводил взглядом новичка в сопровождении Марта и развернулся к своему собеседнику.

– В нашей ситуации ни в чём нельзя быть уверенным, ты же понимаешь, – молодой мужчина с позывным Спец, снял очки и протёр их о рукав своей рубашки, – Но детали его рассказа сходятся с полученной ранее информацией. Последний раз на торговой точке Техника, был дикий, который хвастался, что у них в посёлке вся братва в Джисековских бронежилетах ходит, после того, как они этих самих Джисеков грабанули и поубивали. И приволок этот самый дикий массу железа компьютерного, очень похожего по описанию на то, что группа Мишани сняла с серверных стоек в одном из его первых выходов. По странному совпадению, посёлок тот находится на Севере и рулит там некто Скрипач. Аналогично как нет сомнений о недавней трехдневной войне на Северной окраине, где отметились наши с тобой коллеги, сотрудники корпорации и дикари со всего города. Настораживает то, что во всех эпизодах о которых рассказал наш гость, и которые мы можем проверить или подтвердить из других источников, фигурируют операторы ЧВК G-Sec. Так что либо он высоко законспирированный сотрудник западных служб, которому в качестве эскорта выдали отряд наёмников, либо он действительно тот за кого себя выдаёт.

– То есть он может оказаться злодеем, – Ян смотрел как обсуждаемый мужчина робко улыбается подошедшей к нему девушке и берёт у неё тарелку с кашей, – Тем не менее ты дал ему полную свободу на передвижение по базе. А у нас между прочим оружейка почти в открытом доступе. Учитывая его навыки вскрытия замков – вообще считай открыта. Встанет он ночью как-нибудь и тра-та-та. Что делать будем, господин контрразведчик?

– Да не похож он на агента, – поморщился его собеседник на контрразведчика, – Ну совершенно не похож. Реакции абсолютно естественные, оружия вообще чуть ли не боится. Я конечно не профильный специалист, я больше по аналитике, чем по агентуре, но тут практически уверен.

– Может поселим его внизу? Оборудуем одну из квартир на пятом этаже и пусть там кантуется.

– А вот при таком решении, он практически гарантированно сбежит. Точнее попытается. Учитывая его навыки, его либо убьют на соседней улице, либо, что вероятнее – схватят. И тогда он гарантированно опишет детальный путь к нашей базе, – Спец потёр заросший щетиной подбородок. В отличии от контрактников, он привык гладко бриться и дефицит бритвенных принадлежностей переживал сложно, – Тогда уж проще пристрелить его и дело с концом.

– Ну так за чем дело стало, – Ян расстегнул кобуру с Глоком-17, – Доест и сводим его в подвал.

– Интересное решение, – оценил аналитик, – Но предлагаю с этим подождать. В его рассказе есть несколько интересных моментов. Во первых – бункер, под одним из коттеджей, который они якобы обнаружили. Считаю что стоит его отыскать и возможно даже туда перебраться. В самом скором времени мы натопчем сюда слишком явную тропу. То что место нашей дислокации вычислят – всего-лишь вопрос времени. После чего попросту подорвут перекрытия или пару несущих стен. Нужно отыскать резервную базу, куда можно будет отступить в случае чего. И второе. Его талант к вскрытию замков. А ведь насколько я понял, в той лаборатории вы смогли отпереть далеко не все двери. А что если ему это удастся? Как думаешь, найдём мы там то, что можно обменять на жизни десятка человек?

Глава 2. Кто есть кто на чердаке

К своему невероятному удивлению, спустя пару часов, я воспринимал чердак своих новых союзников как весьма уютное и приятное место. Удивительным было всё. И то что прежняя убогость никуда не делась, но уже не вызывала такого протеста. И то, что стал воспринимать этих людей как союзников. Я даже начал подозревать, что во время допроса, во время которого мне едва душу не вынули, этот их Спец меня загипнотизировал. Но по здравому размышлению решил, что это уже паранойя. Сам допрос дался мне тяжело. Нет, аналитик из ФСБ, непонятно каким образом приблудившийся к команде Фоксов, разговаривал вежливо. Вопросы формулировал вполне конкретно и чётко. И даже не обещал мне ничего сломать или избить. В общем разница со Скрипачом невероятная. Вот только при взгляде серых глаз сквозь модные интеллигентные очки, почему то хотелось рассказать всю правду, правду и ещё раз правду. В общем то я и рассказал. Единственное что утаил, это истинную причину своего приезда в посёлок. Ну как утаил. Сказал, что приехал за ценными вещами, которые хранились в моём доме, не став рассказывать о золоте. А Спец не стал настаивать. Остальное пересказал достаточно подробно и с деталями. Больше всего его интересовали особые приметы некоторых боевиков Скрипача, описание подземного бункера, который нашли Нефтяники и бой на аэродроме занятом операторами ЧВК "G-Sec". Последнее пришлось пересказывать раза три, вспоминая мельчайшие детали, вплоть до того, какие номера были на автомобилях, на которых приехали операторы корпоратов, сколько времени прошло с момента взрыва до их появления и множество других мелочей. Завершился наш разговор, к моему облегчению хорошо. Мне сообщили, что некоторое, неопределённое пока время, мне придётся побыть их гостем. Также мне разрешили свободно перемещаться по всей базе, за исключением трёх помещений: оружейного склада, кабинета этого самого Спеца и какой-то лаборатории. Ну ещё убедительно посоветовали не соваться в личные комнаты. В заключение, вызвали Марта, которому поручили взять надо мной шефство и провести экскурсию по чердаку. Судя по всему, поручению военный не слишком обрадовался, но приказ выполнил целиком. Так что уже во время ужина я чувствовал себя не пленником с правами раба, а чуть ли не членом команды.

Дополнительной вишенкой на торте, были живущие на базе отряда женщины. Их оказалось целых три. И в отличии от посёлка Скрипача, они были такими-же членами группы, а не рабынями или секс-куклами.

– Кояна, – кивнула передавая мне тарелку с кашей одна из них, та самая блондинка о которой предупреждал Март, – Медик отряда "Битлы".

– Битлы? – с недоумением уточнил я.

– Позже объясню, – Март придвинул к себе ещё одну тарелку и принялся с аппетитом наворачивать её содержимое.

– У вас есть какие-то недомогания? Ранения, заболевания? – Кояна продолжала расставлять тарелки с подноса. К столам спешили остальные члены группы.

– Нормально с ним всё, – снова встрял Март, когда я задумался над тем являются ли синяки от моих сегодняшних приключений недомоганиями, – Он выжил после взрыва гранаты, свалился с трёхметровой высоты, а потом добежал сюда с грузом. После чего выдержал два часа опроса у Спеца. И как видишь жив и здоров. Так что нормально с ним всё!

– Взрыв гранаты? – Кояна с упрёком посмотрела на Марта.

– Это не я! Точнее я, но не в него! И вообще, он на крыше был и я про него не знал! – Март демонстративно съежился под испепеляющим взглядом медика и прикрыл голову рукой с зажатой ложкой. Актёрскую игру испортила остававшаяся на ложке горячая каша, которая крупинками просыпалась прямо за шиворот мужчины. Он тут же принялся с чертыханиями трясти свой воротник.

– Пётр, – представился я. А затем покосившись на Марта, смутившись добавил, – Позывной Мишаня.

– Хорошо. После ужина зайдите ко мне, я хочу убедиться нет ли сотрясения, – Кояна осталась абсолютно равнодушна к моему новому прозвищу и направилась прочь с пустым подносом.

– Привет. Я Штурвал, – присел напротив меня мужчина с всклокоченной бородкой, – Я местный оружейник и химик.

– Раздолбай, – одновременно с мужчиной проговорил и хрюкнул коротко смешком в ложку, сидящий сбоку от меня Март. После чего, делая вид что ничего не говорил, продолжил неторопливо есть.

– А это, – кивнул в сторону, не сводя взгляда с моего экскурсовода Штурвал, – Мара. Наш автомеханик.

Присевшая рядом с ним девушка оказалась той самой, что встречала группу прямо у входа и следила, чтобы мы вытерли ноги. Невысокая, стройная и темноволосая. Одета в камуфлированную форму без знаков различия.

– Автомеханик? – выразил своё удивление этим фактом я.

– Не сомневайся. Один из лучших в нашем городе! – Штурвал улыбнулся, – Во всяком случае среди выживших – конкурентов точно нет!

– Настя. Позывной Мара, – представилась улыбнувшись сама девушка.

– Эм. Мишаня. А где же ваш автопарк? – уточнил я, надеясь что этот вопрос не относится к секретным и сейчас мне не начнут рассказывать о моём бесправии.

– В гараже, – весело ответила девушка, – Не думаешь же ты, что мы держим машины и квадроциклы на крыше?

– Ну да, логично, – оставалось кивнуть мне. Действительно, на чердаке машины размещать глупо. И наличие у группы своего автопарка приподняло их в моих глазах ещё на пару ступенек. Судя по всему, ребята неплохо тут обжились, если помимо убежища на чердаке, у них имеются и ещё какие-то схроны или тайники. Гараж вот какой-то есть. Видимо собрали кое-какой транспорт, починили по мере сил и заправили. Потом нужно будет узнать подробнее.

– Меня ты знаешь, я – Габой, штурмовик из "Битлов", – махнул рукой очередной бородач, сидевший чуть дальше. Присмотревшись я опознал в обладателе русой бороды и короткого ёжика волос напарника Марта, который совсем недавно на моих глазах обшаривал погибшего Джисека. Вежливо кивнул ему.

– Лав, будем знакомы! – плюхнулся на лавку справа от меня совсем молодой, едва лет двадцати пяти парень в потёртом камуфляже.

– Руки помыл? – сурово насупив брови уставилась на него Мара. Судя по всему основная поборница чистоты в этих пенатах.

– Конечно! – парень демонстративно вытер ладони о куртку и показал ей, – Видишь? Ни масла, ни пороха! Красота!

– Лав, в смысле любовь? – осторожно поинтересовался я.

– Не. У меня на самом деле прозвище – Ловчий. Я как бы охотник, – Лав сделал неопределённое движение пальцами, – В общем охотник, ловчий. Но при встрече с этими-вот, кто-то решил, что Ловчий для позывного – слишком длинно. Поэтому сократили до "Лов". Ну а дальше уже как ты понял, до "Лав". Ну да ничего. Я и в правду красавчик – хоть куда!

– Жуй, красавчик! – заметил с улыбкой Штурвал, – Нам с тобой через пару часов выходить нужно, тропы пробивать.

– Да куда угодно, лишь бы не в Лес! – парень ничуть не опечалился тому, что ночью поспать ему не дадут.

Пока мои соседи пикировались и отшучивались, за столы расселись остальные. Комната наполнилась гулом голосов. И должен заметить, что в них преобладали весёлые интонации и смех. Словно эти люди сидели не на чердаке посреди охваченного войной города, а где-нибудь в баре или кафе провинциального городка. Должен сознаться, что первой моей мыслью было вовсе не то, что все они накурились и плохо воспринимают реальность, а то, что мне это нравится. Нравится быть не среди угнетённых и агрессивных, а среди весёлых людей. Ну, а вторую мысль, я отогнал.

– Так, кого ещё не представили? – Март расправился с кашей и отодвинул от себя тарелку, заграбастав одной рукой кружку с чаем, а второй принявшись гонять перед собой по столешнице какую-то сероватую горошину, – Вон за тем столом у нас сидит Ян. Это наш командир. Слушаться как себя. Хотя нет. В твоём случае – слушаться как божественный глас с неба. Если он что-то сказал, значит так нужно. Командир толковый, своих не бросает, на смерть не отправит. Справа от него Спец. Наш ФСБэтмен и мистер "Что-Где-Когда" в одном флаконе. С ним ты уже познакомился. С ним тоже всё просто. Если он спрашивает – отвечай максимально подробно. Башка у мужика варит – Во! Такие странные истории порой раскручивает – закачаешься. Рассказывает нам что, где, когда и почему происходит.

Март глотнул чая и поморщился. Заглянул в чашку и покачав головой, ухватил ложку из тарелки. Облизнув, принялся размешивать напиток.

– Размешать сахар забыл? Бывает. Так, дальше. Тот что с гусарскими усами – Франс. Он француз. Вообще-то он из контингента НАТО, но у него с руководством возникли некоторые разногласия и он перешёл на тёмную сторону силы. С русским у него не очень хорошо. Но по английски в принципе понимает. Лысый здоровяк слева от Яна – Литавр. Один из лучших пулемётчиков, которых я знаю. Может немецкий крест на мишени нарисовать, если ленту нужной длинны обеспечить. Тоже из Битлов.

Мимо нас в сторону кухонного уголка прошагал мужчина, который по пути на базу вёл колонну. Повседневной одеждой у него оказался тоже камуфляж. Основным отличием было наличие погон. На каждом красовалось по одной крупной звезде.

– Это Проводник. В недалёком прошлом – майор вооружённых сил Российской федерации. В некотором роде коллега Франса, потому как тоже дезертир поневоле. Там вообще мистическая история. Всю его колонну вырезали какие-то фанатики с ножами. Напали в темноте и не смотря на потери, тупо закидали солдат телами. Но мужик – что надо. Опасность чует за версту. Мы, пока он нас водит – ни разу в засаду не вляпались, – Март отхлебнул чаю и оглянулся на какой-то звук. Я последовал его примеру.

Прямо за нашими спинами стоял давешний негр. На этот раз он держал в руках не пулемёт, а нож. И смотрел на меня.

– Are you staring at the color of my skin? You want to call me a nigga, I know! (Ты уставился на цвет моей кожи? Ты хочешь обозвать меня нигером, я знаю!), – вдруг произнёс он набычившись.

Блин, а я только расслабился, думая что попал в общество адекватных людей. Афроамериканец, а называть его негром теперь я не хотел даже в мыслях навис надо мной, а кончик его ножа оказался в непосредственной близости от моего лица. В горле пересохло и я даже не знал что ему сказать.

– Ган, наш друг излишне бледен. Держи себя в руках, – донёсся как будто издалека голос Марта. Но негр вдруг широко улыбнулся и выпрямившись заговорил на чистом русском.

– Да расслабься, мэн! Я же так шучу! – он дружески хлопнул меня по плечу, от чего я чуть не свалился со стула, – Я прекрасно знаю, что все русские – прирождённые расисты!

Темнокожий мужчина засмеялся, сверкая белоснежными зубами. Сидящие за моим столом мужчины присоединились к веселью. Я чувствуя как отпускает нервное напряжение тоже улыбнулся. Похоже я поспешил с признанием этой группы адекватной.

– А вы неплохо говорите на русском языке, – чтобы прервать затянувшиеся смешки, произнёс я.

– Офкос, – осклабился негр, – Четыре года в институте Патриса Лумумбы! Было весело и познавательно! Благодаря полученным знаниям я сперва попал в эту заварушку и благодаря им-же до сих пор жив.

– Это Ган, наш второй пулемётчик. Оператор частной военной компании Глобал Секьюрити.

– Ээээ… Глобал…

– Да-да – Джисек, – наслаждаясь моим удивлением, прокомментировал Март.

– А вы разве не из состава Фоксов? – уточнил я.

– Из них родимых. Из Fox Army. Форс Оперейшн Ксенофоб, – с жутчайшим акцентом продекламировал военный, А он вот из G-Sec. И всё-таки мы вместе!

Мужчины снова разразились хохотом. Ган спрятал нож и сделал жест будто вытирает слёзы.

– Не парься, мэн. Я же говорил. Тут всё сложно. Можно сказать, что я досрочно вышел в отставку. Моя штурмовая группа выполняла… Разные поручения. Сперва эвакуация сотрудников заказчика. А после, когда батл начался, мы зачищали кое-какие хвосты. Нас послали зачистить одного из контрагентов нанимателя. Одного из местных бандитов. Мы к нему приехали, начали работать. Но там охраны оказалось чересчур много. Мы долго их выбивали, потеряли пятерых парней и наконец прорвались в конференц-рум. И в этот момент этот факинг мудак подорвал часть здания. Почти вся группа была ранена или убита, а этот урод просто свалил. Мы откопали всех кого смогли и поехали на контрольную точку. Только наш куратор, как только узнал что группа практически уничтожена, приказал ждать и отключился. Больше связаться с ним не удалось. То ли сдох, то ли кинул нас. Спустя две недели, когда я и ещё пара человек немного оклемались, мы пошли в подземный лабораторный комплекс, куда у нашего командира оставался доступ с момента эвакуации персонала. Рассчитывали разжиться медицинскими препаратами и выйти на контакт с начальством. Только вышло всё плохо. Когда мы прибыли, в тоннелях базы шла активная перестрелка. Остатки охраны пытались сдержать прорвавшуюся внутрь команду FOX. Мы пробились к своим, обозначили принадлежность и объединились. Совместно удалось отбить штурм. А чуть позже, секьюрити сперва расстреляли собранный в коридоре гражданский персонал, а затем и нас зачистили. Мне повезло, меня спас бронежилет. Хотя думал – сдохну. Но кое как убежал. У их командира был с собой защищённый кейс, который они должны были эвакуировать с объекта. Так что искать меня они не стали – просто ушли. Я сутки пролежал в каком-то коридоре – поломанные рёбра это не то, с чем можно легко бродить. Чуть не загнулся от жажды. Но тут пришла группа Альта. Добивать не стали. Откачали, напоили. Забрали с собой. Ну а тут уже Кояна выходила, – темнокожий мужчина тепло взглянул на сидящую за дальним столом девушку, – Короче непросто всё теперь.

Махнув рукой, Ган направился прочь.

– Сейчас здесь нет ещё двоих. Тапир сейчас внизу на лестнице, караулит. Чтобы незваные визитёры записывались на приём. И Рут в разведке на Таможне остался. Их представлю при встрече, – Март наконец перестал баловаться с горошиной и с тоской на неё глянув – закинул в рот.

– А что это? – я кивнул на такой-же белый шарик, что полагался и мне к чаю.

– Поливитамины. Свежие овощи конечно вкуснее и полезнее, но как ты понимаешь, в наших условиях выбирать не приходится. Вряд-ли кто-то сейчас выращивает овощи.

– Ну, у Скрипача в посёлке выращивают. Я вообще первую неделю только и делал что свинарник чистил и грядки навозом удобрял, – признался я.

– Кха… Свиным навозом? – поперхнулся чаем Штурвал, а затем со смехом спросил, – Что у вас там за агроном-новатор?

– В чём прикол? – поднял бровь Март, глядя на смеющегося химика. Судя по взглядам остальных, причина для смеха была понятна только веселящемуся мужчине.

– Ну, в принципе никакого прикола, кроме того, что свиной навоз нельзя применять как удобрение в чистом виде, – с видом профессора аграрного университета проговорил Штурвал, – В нём азота в два раза больше, чем в конском или коровьем. Эффект по сути будет как если человеческими экскрементами грядки удобрять.

– Блин, обязательно во время еды это обсуждать? – поморщилась сидящая рядом с ним Мара.

– Прости милая, – улыбнулся химик-оружейник, – В общем вариантов два: либо растения попросту сгорят, либо выживут, но кушать их плоды я бы не советовал. Азот для человека в таких объёмах крайне вреден.

– Понятно. В общем поливитамины – наше всё! – заключил Март, – Так, Мишаня, дожёвывай давай свою кашу, допивай чай и в лазарет. Нам вставать ни свет-ни заря!

– Последний вопрос, что за Битлы такие всё-таки? – решился спросить я и демонстративно принялся жевать.

Мужчины за столом стали серьёзными, а Габой ещё и вздохнул. Видимо тема для них тяжёлая и неприятная.

– Битлы, это название штурмового подразделения. До недавнего времени, одного из крупнейших частных отрядов, сформированных исключительно из наших с тобой соотечественников. У всех операторов были позывные с названиями музыкальных инструментов или музыкальных терминов. Габой и Литавр из их числа. Крупный отряд. Был. После создания FOX Army, вошёл в её состав и получил выгодный контракт на поиск и эвакуацию доказательств преступной деятельности “Farma-Corp”. Когда здесь всё завертелось, Битлам достался район Портового терминала. Там под погрузкой стоял корабль корпорации Фарма. По всем документам – грузопассажирское судно. По факту военно-десантный корабль. Так что охраны в порту было более чем достаточно. И все – профессиональные военные. Я входил в отряд Яна. Нас было впятеро меньше чем Битлов. Потому нам и ещё двум группам назначили сторожить подъездные дороги – ловить тех кто пожелает прорваться к кораблю. Ну а Битлы пошли на штурм. В итоге в порту трое суток царила непрерывная стрельба. Потери с обеих сторон за это время составили больше семи десятков человек. Нам тоже скучать не приходилось – в порт ломились десятки групп наших западных коллег, которые пытались эвакуировать специалистов и результаты исследований корпорации. В какой-то момент, один из отрядов не удержал свой участок и в тыл к Битлам прорвалась крупная группа Джисеков. Мы пробовали контратаковать, но там такой фарш начался, что сами в окружение попали. Альт – командир Битлов, смог сманеврировать резервом и остатки группы прорвались с территории порта. Попутно нас деблокировали. Все выжившие из нашего отряда ушли с ними. А спустя неделю, когда мы забившись по разным подвалам и квартирам немного восстановились и были готовы принять новые вводные от руководства, в небе сверкнуло и рации сдохли. Альт с двумя парнями ушёл искать проход через периметр. Не вернулся. То-ли сгинул не ко времени, то-ли выбраться смог.

– Сверкнуло? Что за сияние?

– Мишаня, последний вопрос уже был! – Март поднялся на ноги.

– Я допиваю! – я закинул в рот свою витаминку и принялся торопливо запивать её чаем. Мужчина смерил меня взглядом, покачал головой, но всё-таки ответил.

– Никто не знает. А кто знает – тот молчит. Просто в сумерках, одним прекрасным вечером, в небе видели яркую вспышку. Одновременно с этим, сдохла вся незащищенная электроника. По принципу действия это очень похоже на мощный электромагнитный импульс, который возникает при взрывах. Но ни взрывной волны, ни других разрушений никто не заметил. Спец считает что это был ЭМИ-заряд. Вроде-бы у америкосов были подобные разработки. Он говорит, что Фарма-Корп не смогли эвакуировать из Короса массу важных накопителей с данными. Но очень хотели. Даже пару самолётов не пожалели – посылали за ними. Российские военные парочку летунов уронили где-то тут. Нам даже выдавали задачу осмотреть места их падения. В общем корпораты решили вопрос кардинально – затерев информацию на всех работающих в этот момент устройствах.

– Самолёты?

– Мишаня – бегом к Кояне и СПАТЬ!

Глава 3. Ограбление Каравана

Знаете ли вы чем занимаются супер-герои боевиков в промежутках между подвигами? Знаете-знаете? А я вот точно знаю! Они заряжают патроны! "Снаряжают магазины" – тут же поправил меня Март, стоило мне заикнуться об этом. Не вижу принципиальной разницы, ну да и фиг с ним! Откуда мне известен этот секрет? Да просто я этим с самого утра и до обеда занимался! Проснулся, разбуженный терпеливым но настойчивым куратором, сделал зарядку – потому как у этих последователей ВЕЛИКОГО отряда ЧВК "Битлы", тоже в обязательном порядке утренняя зарядка, и принялся за другую зарядку… в смысле снаряжение магазинов. Прервался минут на пятнадцать ради завтрака и снова к этим промасленным картонным коробкам с боеприпасами. Нелёгкое это дело – скажу я вам. Уверен, у какого-нибудь Рембо, должно быть в услужении полсотни слуг, которые за кадром патроны в магазины запихивают. Я умотался уже на первом десятке магазинов для обычных автоматов Калашникова. Долго, муторно и пальцы болеть начинают – там каждым патроном нужно продавливать сопротивление пружины и всего заряженного столба боеприпасов. А когда я спросил сколько ещё вообще требуется – чуть не окосел. Мне было заявлено, что минимум пять десятков только на калаши, а затем ещё винтовки AR систем. Ну это западного образца в смысле. На мой вопрос, зачем так много-то, мне поведали, что в группе двенадцать стрелков. Каждый из них расстреливает стандартный магазин на тридцать патронов в процессе боя, где-то секунд за шестьдесят-семьдесят. Это если стреляет экономно. А если работает на подавление, то за пятнадцать-двадцать или быстрее. То есть если каждый боец возьмёт с собой по пять снаряжённых магазинов, то в процессе активного боестолкновения, расстреляет их за пять умножить на двадцать – равно сто секунд. То бишь две минуты активного боя. А потом он должен заниматься тем, чем занимаемся сейчас мы с Кояной, Марой и тётей Соней, то есть снаряжать магазины. Если не потерял их в процессе боя. Итого на отряд, с некоторым запасом нужно брать двенадцать умножить на семь – равно восемьдесят четыре рожка. Пардон, магазина. Сам Март вооружившись машинкой похожей на ручную мясорубку, снаряжал пулемётные ленты. Крутишь себе ручку, а патроны сами в пазы лент вставляются. Только успевай новые в воронку подсыпать, да ленты новые вставлять.

Задолбавшись заряжать, я попробовал указать на то, что группа уже ушла. Кто ещё ночью, а кто ранним утром. И все они гарантированно взяли с собой заряженные магазины. Но на меня посмотрели как на идиота и пояснили, что в процессе операции гарантированно будет огневой контакт. Это они так тактично называют процесс, когда стреляют в других людей, или когда стреляют в них. Так вот этот "контакт", гарантированно будет длительным, потому как противника (а противником считается любой, кто не состоит в отряде!) нужно будет подавить огнём. Это они так вежливо называют ситуацию, когда палят в белый свет как в копеечку, не видя противника. Просто в его сторону. И тот боекомплект который они унесли сейчас с собой – это на всякий пожарный, если вдруг столкновение произойдёт раньше времени. А то что снаряжаем мы – это уже как раз боекомплект на время операции.

Ах да. Тётя Соня это третья из женщин, живущих на базе группы Альта. Женщина средних лет с добрым но измождённым лицом, оказалась жительницей этого дома, завсегдатаем этого замечательного чердачка и владелицей незаконной голубятни, размещённой на крыше. И правильнее будет сказать, что весь отряд сейчас у неё в гостях. В момент объявления эвакуации, тётя Соня решила, что ехать ей некуда, а голуби – её радость и отрада – вот они. Так что когда в городе начались натуральные боевые действия, престарелая голубеводка хоть и струхнула, но метаться по улицам не кинулась, а попросту стала перетаскивать вещички на чердак. Вломившийся в подъезд этого многоэтажного дома Альт со своей зондер-командой, сперва едва не пристрелил старушку. Но после непродолжительного разговора, бабуля пригласила их в гости, сообщив что её чердак – отличное укрытие и место, где можно оправиться от ран и на время укрепиться. Десяток крепких мужчин выпотрошили все квартиры в подъезде, обеспечив себе некоторый комфорт. При помощи направленных взрывов и удачи – частично обрушили перекрытия над входом в подъезд, оставив целыми несущие стены и перекрытия и смахнули ведущую на чердак металлическую лестницу. Проломив пару подвальных перегородок и проложив путь через подвал соседнего дома, они получили убежище, которое не сразу то и найдёшь. А приданный квартирам в подъезде бесхозный и покинутый вид должен был создать впечатление у потенциальных визитёров-диких, что они уже опоздали и искать здесь нечего. Ну а тётя Соня осталась жить на базе отряда, вроде как даже не расстроившись тому, что у неё прибавилось соседей. Она кашеварила, занималась уборкой и заботилась о своих крылатых питомцах. Порой оставаясь в одиночку в убежище, когда отряд уходил на вылазки и операции на подобие сегодняшней.

Итак Операция. "Кто не любит грабить караваны? Караваны любят грабить все!". Думаю именно этот слоган взяли за основу планирования своей спецоперации мои новые знакомые. Иначе объяснить их решимость напасть на толпу вооружённых людей, не зная ни численность их охраны, ни их маршрут – я не могу. Но наученный горьким опытом общения с боевиками Скрипача, я тактически верно оставил своё мнение при себе и операция "Караван" начала претворяться в жизнь. Первыми, в самом начале ночи, чердак покинула подгруппа Литавра. Здесь стоит остановиться на том, что отряд оказывается делится на подгруппы. В каждой от трёх до пяти человек. То есть командир руководит звеньями, а не каждым человеком индивидуально. Ну логично, что тут сказать. В общем первая подгруппа под командованием Литавра убежала ещё ночью. В качестве проводника они забрали Лава. Я так и не понял, что это за институт проводников у них тут. Вторую группу во главе с Яном увёл тот самый подозрительный майор-дезертир, с позывным Проводник. Куда они провожают? Как они провожают? Почему нельзя идти без них? На этот счёт у меня родилось две теории. Первая заключалась в том, что военные используют этих товарищей, как приманку. Первый соберёт в себя все пули, остальные успеют спрятаться. Вот эти бедные проводники и выкручиваются как могут, стараясь обходить засады и прочие дурные места. Вторая теория предполагала что проводники, это какие-то легко вооружённые люди, которые как электровеник туда-сюда бегают, пока хорошо бронированный отряд неспешно бредёт по тропинке. Ушедшие ночью и спозаранку группы уже вроде бы заняли требуемый район и ждали появления каравана диких, обещанного разведкой.

Всем оставшимся предписывалось снарядить упомянутые уже ранее магазины. Ну а затем гражданские специалисты должны были схорониться на безопасном чердаке будто мышки, а вот группа Марта должна была выдвинуться вслед за ядром отряда. И знаете, я даже не сразу сообразил, что вояка-то остался один, а значит для группы его как-то маловато. Потому когда он скомандовал мне одевать бронежилет и готовиться к выходу, я сперва подумал что он шутит. Но нет. Меня в число гражданского персонала почему-то никто не включил. И даже когда я попробовал спорить, ничего не вышло.

– Мишаня, родной, тут такое дело. Мне сказано за тобой приглядывать. То есть я должен быть уверен, что ты занят исключительно конструктивным и правильным делом. Я мог бы конечно подумать над тем чтобы запереть тебя в одной из комнат. Но ты же как раз спец по взлому замков, так что идея изначально провальная. Ещё я мог бы пристегнуть тебя наручниками к какой-нибудь трубе или кровати, но опять – же, ты же наручники откроешь скрепкой. Кстати, это правда что шпилькой можно любой замок открыть или как обычно брешут?

– Скрепкой можно открыть только примитивный пружинный замок. Для любого сувальдного замка одной скрепки будет мало, – угрюмо ответил я. И мстительно добавил, глядя на обрадовавшегося мужчину, – Понадобится вторая.

– Ну вот видишь, – не стал грустить Март, – Нет, в принципе я могу прострелить тебе ногу и тогда буду спокоен, что ты дождёшься меня в мед-блоке. Хочешь?

– Спасибо, не стоит утруждаться, – оставалось отказаться мне. Нет, ну правда, кто не жаждал в жизни ограбить караван? А тут такая возможность, блин. С самыми мрачными мыслями я направился облачаться в свой бронежилет.

– Поторопись! Лав должен в течении часа подойти и мы должны будем его ждать внизу, – донесся мне в спину жизнерадостный голос моего конвоира.

***

Знаете почему герои кино-боевиков такие сильные? Знаете-знаете? А я знаю! Потому что они этот самый боезапас, который расстреливают за пять-десять минут боя, весь предыдущий фильм с собой таскают. Ну или у них есть профессиональные мальчики носильщики, как у богатых игроков в гольф.

Выданный мне Мартом рюкзак вызывал тоску по двум причинам. Во первых он был зелёненький, как и всё у военных. Теперь я стал понимать, почему тоска зовётся зелёной. Ну и потому что он был чертовски тяжёлый. Встречавший нас внизу Лав, споренько осмотрел и ощупал мою экипировку, зачем-то подтянул пару лямок и сказал попрыгать. Ну я пару раз кое-как прыгнул. Рюкзак звякнул и скрипнул уложенными туда магазинами. Наш провожатый тут-же скорчил такую рожу, будто я ему на ногу наступил и буквально сорвав с меня рюкзак, принялся его перефасовывать. В итоге, засунул сверху ком какой-то полиэтиленовой плёнки, найденной тут-же в одной из разорённых обысками квартир. Да-да, я читал книжки и смотрел фильмы, где главные герои тоже перед каждым выходом проверяют свою экипировку, чтобы не бряцало ничего. Ну, а я то тут при чём? Рюкзак-то Март укладывал. Вот пусть ему и стыдно будет.

Закончив эту показуху, мы наконец выдвинулись к основному отряду. Лав шёл впереди, я посередине, мой дорогой конвоир-инструктор замыкающим. Чтобы хоть немного отвлечься от тяжести рюкзака, попробовал расспросить в чём суть этого прикола с проводниками. Со слов Марта выходило что тот майор-дезертир с позывным Проводник, обладает каким-то мистически-фантастическим чутьём и умеет обходить засады. Лав вроде как никаким супер-чутьём не обладает, но он весь из себя крутой-охотник выживальщик. И ему что по лесу, что по городским джунглям бродить – всё одно и то же. Везде ищет какие-то приметы, знаки, следы. И на основании того что видит, решает куда двигаться дальше. Ну а многие бойцы отряда, якобы чувствовали направленный на них взгляд. Такие вот все спецназёры-фокусники.

Когда после очередной перебежки мы вдруг надолго застряли за парой перевёрнутых автомобилей, Март вдруг решил поделиться со мной очередной военной мудростью-приметой.

– Понимаешь Мишаня, как говорил мой инструктор по диверсионным действиям: "Если тебе хоть на миг показалось что что-то не так – значит что-то действительно не так!". Это простое правило спасло жизнь многим десяткам моих коллег. И не спасло сотням, которые отмахнулись от этого ощущения, сочтя его глупой блажью.

Учитывая что вещал мой спутник театральным шёпотом, да ещё и постоянно оглядывался, впечатление создавалось довольно гнетущее.

– Обычно это правило актуально на войне. Но в условиях современного Короса оно тоже является главным. Во всяком случае, если тебе показалось… Ну ты понял – тебе не показалось! – заключил он.

– А чего мы сейчас здесь засели-то? – осмелился так же шёпотом спросить я, – Вон до подворотни буквально двадцать метров. Там вон сумки какие-то лежат или рюкзаки, на пути. Если бы кто-то был тут, давно бы уже в них покопался. А они нет – набитые чем-то и закрытые!

– Вот в том-то и дело, – перебил меня Лав, – Если ты видишь на открытом месте какой-то ценный предмет, то подходить к нему не вздумай! Или если ты видишь мёртвое тело и при нём ценные предметы – тоже не стоит идти ковыряться в его карманах. Скорее всего это ловушка.

Я внимательно оглядел улицу. Брошенные по обочинам машины, кучи разнообразного хлама и мусора, перевёрнутый ларё