Одиночество души
![Одиночество души](/uploads/cover/large/93593.jpg)
Посвящается моим любимым:
без вас я бы была не я.
От автора
Я люблю устроиться поудобнее, закрыть глаза и с разбега нырнуть в неизвестность своего сознания, поплыть по волнам памяти, воспоминаний, заглянуть в самые потаённые уголки подсознания. Там прячется множество дверей, за каждой из которых своя история. Здесь я свободна от оков реального мира, здесь я могу быть кем угодно. Тут за каждым поворотом может скрываться что-то новое и неожиданное. Здесь даже я не знаю: чем всё закончится, и куда пойдет герой. Это увлекательный мир, где реальность и вымысел сплетены в тугие косы, где в один прекрасный момент всё может рухнуть и превратиться в пепел. А в следующий миг воскреснуть и заиграть новыми красками.
Приглашаю и вас, дорогие читатели, окунуться в этот прекрасный и чарующий мир романа, открыть вместе с героями грани времени, узнать на что способна любовь, и что может спасти нас от одиночества души. Приятного чтения и наслаждения от истории, которая начинается прямо сейчас…
Пролог
На сцене знаменитый музыкант поёт и купается в овациях слушательниц. Им восторгаются, его любят, он чувствует себя мега-звездой, падает в объятия поклонниц, они скандируют громко его имя, несут на руках, вдруг он падает вниз, далеко-далеко, все дальше и дальше и резко открывает глаза.
– Миша, пора, твой выход, – говорит администратор. – Ты снова уснул? В чём дело? Всё пора, пора…
– Да, сейчас. Вздремнул. Думал, просто закрою глаза, но не получилось. Устал.
– Ладно, твой выход. Слышишь, как они хотят тебя…
Миша поднимается и идёт к сцене. Сейчас он вновь выйдет к публике, они громко захлопают и затопают, будут орать и петь вместе с ним. Сколько раз это уже повторялось? Сотни или тысячи раз. И всё равно каждый раз он испытывает то самое чувство, будто бы впервые выходит на сцену.
Часть первая
Глава 1
– Миша, скорее, прослушивание уже началось, – говорит мама, раскрасневшаяся от бега маленького сыночка. – Мы опоздаем, дяди и тёти не будут нас ждать. Мишенька, ну пожалуйста, давай поскорее, у тебя талант. Нельзя его разбазаривать.
– Мама, мам, я не могу, не хочу, я домой хочу, там машинка, брр, вжик – Миша семенит ножками по дороге за мамой, успевая на ходу показывать, как он играет в машинку. – Мне папа привез её. Она самая лучшая. Я устал. Понеси на ручках. Мам!
Мишина мама вздыхает, берёт его на руки и несёт несколько шагов. Он крепко её обнимает. Оба счастливы в этот момент, как никогда. Им хорошо и уютно, в мыслях появляется тёплая комната, горячий чай и пирожки – только что из духовки. Он хватает самый румяный, потом дует, мама смеётся, видя, как её малыш обжигается горячим пирожком, как он усердно дует, кидает на тарелку, потом снова пытается укусить.
Наконец-то дошли. Она называет фамилию, на ходу раздевает сына. Вот и заветная дверь, там его светлое будущее…
Миша выходит на сцену, софиты ослепляют его, толпа взрывается от его вида, потом затихает. Он слышит, как в груди бьётся сердце: «Тук-тук-ту-тук-тук-ту-ту-ту». Начинает петь. Постепенно он вновь берёт контроль над собой, теперь сердце бьётся от сумасшедшего ритма, слов и всего происходящего вокруг него.
Он тепло говорит с залом, они отвечают взаимностью. Несут цветы, просят автографы, сделать селфи.
– Спасибо вам за ваше творчество! Вы необыкновенный музыкант.
Он ничего не слышит, снимает наушник, смотрит на девушку, которая говорит ему:
– Просто чудо, ваши песни такие живые, пусть судьба ваша будет светлой и дай Бог вам здоровья, творческих успехов и найти свою любовь!
Миша благодарит её и смотрит ей в глаза. Их взгляд встречается на секунды, она улыбается, он тоже, потом она уходит в зал. Он провожает её до места, замерев. Кто-то дарит цветы, но Миша почему-то увлечен этой девушкой. Начинает играть музыка, он поёт, думая о ней. Свет мешает найти её в толпе.
Во время отдыха Миша подходит к охраннику и даёт ему указания:
– Ко мне подходила девушка в платье с розовыми цветами и длинными тёмно-золотистыми волосами, она ушла вроде бы в середину зала, найди её, пожалуйста, после концерта, не выпускай из вида.
– Ок, понял.
– Миша, пора, пора…
– Бегу…
Миша с мамой входят в зал, посредине сидит женщина с высокой причёской, в очках, сдвинутых на нос.
– Это кто?
– Миша Скворцов, – говорит, волнуясь, мама.
– Отлично. Ну что Мишенька, чем удивишь тётеньку?
Малыш стесняется, прячется за маму, мама наклоняется к нему, обминает и целует.
– Все хорошо, Мишка, ты справишься, я с тобой, здесь, навсегда, – мама дотрагивается до сердца сына. – Начинай.
Мальчик начинает петь песню "Маленькой ёлочке холодно зимой", в голосе слышны волнение и страх. Он держится за мамину юбку, она улыбается и наслаждается голосом сына.
– Хорошо. Теперь повторяй за мной, – тётенька в очках хлопает в ладоши, он правильно повторяет. – Замечательно, есть над чем поработать, голос хороший. Приходите завтра в четыре, будем лепить из тебя звезду, мальчик.
После прослушивания мама с Мишей идут в кафе есть мороженое и пирожные, они снова в своём прекрасном мире.
Миша никак не может выкинуть из головы девушку, вдруг вспоминает одну из своих первых песен, подходит к музыкантам, наигрывает мотив.
– Спасибо, друзья за ваш теплый приём, я счастлив провести этот вечер с вами! Сейчас я хотел бы исполнить вам одну из своих первых песен.
Давай не будем говорить
Друг другу нежных слов
И обещания давать наивные.
Поверь, что первое знакомство
Не любовь, а лишь мгновения судьбы красивые…
Я повстречал тебя вчера,
Зачем, вот только не пойму?
Твои глаза меня лишили сна,
Их позабыть быстрее хочу!
Да только всё не так легко,
Заставить не могу себя.
И на дворе темным-темно.
Вошла ты в жизнь мою шутя.
Давай не будем говорить
Друг другу нежных слов
И обещания давать наивные.
Поверь, что первое знакомство
Не любовь, а лишь мгновения судьбы красивые…
Я набираю номер твой,
Хотя не знаю, что сказать…
Всего три дня знакомы мы с тобой,
А я готов за них и жизнь отдать.
Порыв души не смог остановить
И вереницу слов не удержал.
Быть может, ты боялась полюбить,
Но ты сказала мне тогда:
"Давай не будем говорить
Друг другу нежных слов
И обещания давать наивные.
Поверь, что первое знакомство
Не любовь, а лишь мгновение судьбы красивые…"
Охранник находит девушку, показывает осветителю, что сделать, чтоб Миша увидел её. Он ищет глазами и встречает её платье. К горлу подступает ком, но Миша продолжает петь, обращаясь к ней. Вдруг где-то там, в памяти, всплывают моменты его любви – первой, настоящей, взаимной.
Её голос срывается, ветер развевает волосы, она смотрит на него безумно влюблёнными глазами, в которых запечатлелась вся Вселенная. Он хочет утонуть в них, но предательски отводит взгляд.
– Прости, мне надо на репетицию, завтра в первый тур едем. Я буду писать, звонить. Ну что ты молчишь?!
– Я люблю тебя!
– Я тоже. Ты же знаешь, что я не могу остаться и бросить музыку. Я хочу быть известным музыкантом.
– Знаю, Миша! Ну всё, иди.
Она обнимает и крепко целует его, потом разворачивается и убегает, так быстро, как ласточка, парящая в небе.
Он видит её платье, волосы, растворяющуюся вдали фигуру…
Видение исчезает в свете прожектора и дыме. Он снова здесь, на сцене, голоса подпевают ему. Да, теперь у него есть слава, любовь публики, деньги. Есть всё, кроме той самой необходимой и желанной вещи – взаимной любви. Несмотря на то, что все его песни о любви, отношениях, он одинок, слишком одинок.
Миша возвращается домой после гастролей, его встречает пустой, холодный, тёмный дом. Он проходит внутрь, на кухне находит записку: "Ужин в холодильнике. Разогрейте в микроволновке. На завтрак всё купила. Найдёте там же." Он достаёт приготовленный ужин, подогревает, зажигает одинокую лампу. Вокруг тишина, невыносимо давящая на уши, от неё хочется убежать, спрятаться, закричать во всё горло. Но он просто садится и ест, включает классику. Комнату наполняют звуки микроволновки и проигрывателя.
После ужина Миша идёт в свой кабинет, где пытается придумать что-нибудь новое. После нескольких попыток поднимается в спальню, расправляет кровать и ложится один в холодную постель. Он пророс одиночеством, так горько и больно. Он не знал тогда, какова цена славы.
Таня встречает его на перроне, он спрыгивает со ступенек и несётся к ней.
– Привет, малышка! О, как я скучал, ты просто божественна! – Миша крепко обнимает свою подружку, зарывается головой в её волосы, жадно целует. Ну и пусть все смотрят и завидуют. Он счастлив!
Первый тур прошел шикарно, везде аншлаги, продали все кассеты и диски на первых пяти концертах. Поклонницы выстраивались в очереди, несли цветы, записки с номерами телефона. Но ему это было не надо. Ведь там, в далёкой Москве, его ждёт Таня, самая очаровательная девушка. Он так сильно её любит, за эти несколько месяцев отсутствия Миша понял наконец свои чувства к ней.
– Я тоже очень по тебе скучала! Пойдём уже куда-нибудь…
– Подожди, я, кажется, только что придумал новый хит. Мне срочно нужен лист бумаги и ручка.
Таня роется в своей сумочке достаёт блокнотик, ручку. Он берёт, садится прямо здесь, на перроне, на свою сумку и начинает писать. Она мечтательно наблюдает за ним. Он обворожителен и притягателен, как же сильно она его любит. Но эта музыка постепенно отдаляет их друг от друга. «Но ничего, -думает Таня, – мы сможем с этим справиться и преодолеть все преграды.»
– Слушай, по-моему, вышло шикарно!
"Я знаю, мы были с тобой
Так близко и так далеко.
Я знаю, что океан из звёзд,
Что светят в дали,
Закрутит новый роман,
Чтобы боль свою утолить.
Я знаю, что счастлива ты,
И я по небе лечу,
Чтоб сбросить с неба цветы,
К тебе скорее хочу!
Хочу я чувствовать взгляд,
Хочу я видеть тебя,
И дальше по небу лететь,
И звезды на небе считать.
Открыть твоё сердце тебе?
А может чуть-чуть подождать?
И дальше по небу лететь,
И звёзды на небе считать…»
– Чудесно, трогательно! – Таня бросилась ему на шею и заплакала. – Пожалуйста, не оставляй меня никогда. Хорошо?
– Конечно! Как же я могу оставить свою музу, свою миленькую девочку? Ты моё солнце!
– А ты мой океан звёзд! Я хочу купаться в нём вечно!
Миша подхватил Таню и начал кружить, а потом они побежали домой…
О… Боже! Бесчисленное количество раз он хотел вернуть всё назад, позвонить, просить прощения, умолять вернуться, но каждый раз не мог решиться. Когда же однажды позвонил, ему ответил незнакомый мужской голос: "Алё".
– Можно позвать Татьяну? – неуверенно произнёс Михаил.
– Таня на работе, а кто её спрашивает?
– Неважно, извините. – Он хотел положить трубку, но вдруг решил спросить. – Она счастлива?
– Да, – ответили на том конце провода.
Он положил трубку, после отправился в бар, где просидел до закрытия. А дальше -гастроли, туры, записи. Он ушёл в работу с головой, пытаясь забыться в ней. Каждый раз, встречая в толпе фигуру, похожую на Татьяну, он шёл за ней, дотрагивался, но всегда это оказывалась другая. Он сожалел не раз, но понимал, что такова цена славы, так он заплатил за то, чтобы выходить на сцену и купаться в любви публики.
Спустя годы он привык к своей жизни, привык к одиночеству и давящей тишине. Да, для имиджа ему приходилось играть в любовь и отношения, подогревать интерес публики к себе, но никогда он больше ни в кого не влюблялся. Любовь жила лишь в его песнях. Он встречался с моделями, актрисами, но это были интрижки, удовлетворение своих амбиций и желаний. И только. Как-то раз его даже хотели женить, потом устроить бурный развод с изменой, судом и прочей грязью, но он отказался от такого пиара.
Однако в этот вечер здесь, на сцене, где-то глубоко внутри вновь проснулись чувства, похороненные, казалось, навечно. Эта девушка взбудоражила его. Как будто бы кто-то реанимировал его. И Миша проснулся. Песни обрели смысл, ему захотелось поделиться своими чувствами.
– Люди, я вас заклинаю: никогда не отпускайте своих любимых. Знаете, я обычно о личном не говорю, но почему-то именно здесь и сейчас захотелось с вами поделиться. Однажды я отпустил свою любовь, к сожалению, мы больше не встретились. Мы не смогли пережить с ней мою популярность, мою славу. И быть может, сейчас вы были бы на концерте кого-то другого, а я сидел бы в кресле- качалке, окруженный сворой детишек, рядом со своей любимой. Но так сложилось, что мы все здесь. Ладно, что-то я расчувствовался. Надо бы взбодриться. Вы готовы?
–Да!!
Миша снова запел радостные композиции.
– Молодец! Талантливый мальчик, занимается полгода, а уже столько освоил, – говорит Лидия Петровна маме Миши.
Мама стояла и смущённо улыбалась: ей было очень приятно, что её мальчика хвалят. Всё-таки не зря они ездят по часу на другой конец города к лучшему преподавателю по пению. Мама была всецело посвящена заботе о сыне и муже, при этом успевала создавать чудесные причёски в парикмахерской, где у неё было много постоянных клиентов. Такая работа позволяла ей уходить пораньше два раза в неделю. Она любила свою семью, была довольна своей жизнью. Вся её жизнь была соткана из любви. Она постоянно говорила Мише: «Миша, что бы ты ни делал, вкладывай свою душу, делай это с любовью. И тогда всё получится».
Маленький Миша рос в любви и заботе, он видел тёплые отношения родителей и думал, что так будет всегда. Он ни разу не видел их ссор, иногда родители повышали голос друг на друга, но его мама в середине разговора подходила к папе, крепко его обнимала и целовала, потом трепала по голове и рассказывала смешную историю. Глупо, но это всегда безотказно работало. Они были счастливы.
– Мама, ты будешь моей женой, когда я вырасту?
– Глупенький, нет, конечно, я папина жена, а твоя мама навсегда. Нет, ты потом встретишь очень хорошую девочку, вы полюбите друг друга и поженитесь.
– А вот Катька бегает за мной и дразнится.
– Бывает. Наверное, ты ей нравишься.
– Нас с ней дразнят «жених и невеста поехали на тесте».
Мама заулыбалась: ей нравилось говорить с сыном ни о чём и о чём-то важном. У них были очень тёплые отношения.
Поэтому мама сильно переживала, когда Миша расстался с Татьяной. Они были прекрасной парой. Но однажды он позвонил и сообщил о расставании. На вопрос, что же произошло, Миша решил отвертеться общими фразами, что, дескать, они не смогли пережить популярность и частые расставания. Таня хотела быть с ним всегда, а он не может уйти со сцены на пике популярности. Он любит музыку, гастроли, это его жизнь. И если она не в силах разделить такую ношу, то прощай. Мама чувствовала, что, несмотря на всю напыщенность и брутальность, Миша слишком ранимый мальчик и что в душе он сильно переживает по поводу случившегося. Зато он сумел написать специальный альбом грустных романтических баллад.
– Миша, ты, как всегда, супер. Видел, как неистовствовала публика. Блин, они тебя разорвали бы на части. Это успех! – тараторила его помощница.
– Да. Я знаю, Оленька, спасибо вам! – Мише не терпелось оказаться одному и перекинуться парой словечек с охранником.
"Интересно, он сумел её вычислить или нет? Твою мать, почему всё так сложно?"
– Оля, извини, я устал, мне нужно побыть одному, отдохнуть. Короче, скажи ребятам, пусть едут без меня. Я прогуляюсь.
– Вы что с ума сошли? Там же фанаты, они вас раздавят!
– Всё под контролем. – сказал Миша.
Он зашёл в гримёрку, переоделся в чистую одежду, достал кепку, очки. Загримировался. Вышел наружу, позвонил охраннику.
– Вы её видите?
– Да, выходите через главный ход, идите ко мне.
– Окей.
Миша вышел в главный вестибюль, прошёл сквозь запоздавших зрителей, потом спустился к гардеробу, вновь протиснулся мимо людей, вышел на улицу. Сквозь толпу увидел охранника, приблизился к нему, тот показал ему девушку.
Миша почувствовал, как сердце замедляется и эхом отдаёт в уши гул толпы. Он глубоко вздохнул, набрал полную грудь воздуха, затем медленно выдохнул. Не спуская глаз со своего видения, двинулся за ней. Вот они идут друг за другом в никуда.
"Как мне к ней подойти? Может окликнуть? Может обогнать и сказать "привет" или ещё что-то? Да, я отстал от жизни, как сейчас знакомятся, м-да…"
– Привет! У тебя очень красивое платье, можно пригласить тебя на танец? – спросил Миша у стройной черноволосой девушки, что стояла посредине зала и робко оглядывалась по сторонам.
– Привет, – прокричала девушка, пытаясь переорать музыку, – можно.
– Пошли, покажу тебе, как я круто танцую.
Миша притянул к себя очаровательную девушку и закружил в танце.
– Прикольно двигаешься. Меня, кстати, Таня зовут.
– Приятно познакомиться. Миша. Случайно не Ларина?
– Нет, банально Иванова.
– За то ты небанальная, самая красивая из всех на танцполе.
– Да ты меня клеишь?
– Может быть. Тогда мне стоит тебе сказать, что я крутой музыкант, песни которого через пару лет будут звучать из каждого утюга.
– Боже мой! Какой скромняга мне достался, – поиронизировала Таня, закатив глаза. – о, тогда спешу сообщить, что Вы танцуете с будущей Мисс Вселенная. И даже не знаю, будет ли мне интересен парень из утюга?
Она разразилась звонким смехом, от которого у Миши растопило сердце и не в силах сопротивляться, он тоже рассмеялся.
Миша встряхнул головой, пытаясь прогнать воспоминания. Сейчас надо думать о другой. Он подбежал к ней сзади и взял за руку. В ответ ему прилетела сумка, от которой он еле увернулся.
Глава 2
Лиза открывает глаза. Прямо на неё смотрит красивая стройная девушка с карими глазами и каштановыми волосами. Лучи солнца, отражаясь от поверхности зеркала, падают на длинные пряди, золотя отдельные волоски. У девушки аккуратные линии лица, приятные скулы, большие сияющие глаза, в которых можно увидеть далёкие загадочные Галактики. Её очаровательная открытая улыбка манит к себе и любой собеседник, сам того не замечая, всегда улыбается в ответ. На ней милое платье с цветами, подчеркивающее стройность талии, округлость груди, низ платья – юбка клёш скрывает не менее соблазнительные бёдра, давая волю фантазии. Ножки, стройные и подтянутые, обуты в босоножки на платформе, что делает её ещё выше. В руках она держит тушь: явно собирается завершить красить глаза. Лиза улыбается ей, и та улыбается в ответ.
А ведь ещё совсем недавно из зеркала на неё смотрела унылая, замотанная тётка, с опухшими от недосыпа глазами, потухшим взглядом, с лохматыми волосами, одетая в растянутую футболку и штаны. Она ненавидела смотреть на своё отражение и вставать на весы, потому что они постоянно врали и показывали какие-то ужасные вещи. Из яркой, жизнерадостной девушки она в одночасье превратилась в унылое создание. Но однажды в понедельник утром решила, что пора менять свою жизнь, что только она сама сможет что-то сделать с собой, никто больше. И после завтрака не взирая ни на что, она прошла в комнату, включила свои любимые треки и начала вспоминать упражнения, которые выполняла в прошлой жизни. Постепенно Лиза втянулась. Неделю тело болело и стонало, мышцы ныли, а через две недели они уже требовали нагрузку, причём – всё больше и больше. И за два месяца она смогла привести себя в форму. Это было прекрасно встать на весы и увидеть заветную цифру, вновь начать любоваться собой в зеркало. Отмечать про себя восторженные взгляды мужчин и чуть завистливые женские. Вновь почувствовать себя желанной и привлекательной. Вспомнить, что в первую очередь она обворожительная девушка, а уж потом все остальные роли.
Лиза вырвалась из сумасшедшего дома и могла на два дня забыть о своей жизни: она свободна, впереди выходные, поход на концерт, кафешки, интересные выставки и музеи, и можно просто выспаться, никуда не спешить, нежиться в постели, потом неспешно завтракать и гулять по городу. Это так прекрасно! Она любила одиночество. Ей нравилось оставаться наедине с собой, мечтать, танцевать, дурачиться. Ведь последние годы это удавалось ей все меньше и меньше. И вот сейчас наконец-то можно выдохнуть, а потом наполнить себя новым, свежим воздухом и энергией большого города.
Вечер сегодня очень насыщенный, нужно подготовится к концерту. Она любила живой звук, правда, выбираться из дома на подобные мероприятия ей удавалось очень редко.
Лиза надела любимое платье, распустила чистые длинные блестящие волосы: они тоже сегодня отдыхают от тугих хвостиков и косичек. Достала свой походный набор для макияжа и решила сделать полный смоки айс. Посмотрела на себя в зеркало в прихожей, улыбнулась, подумав, как ослепительно выглядит. "Я чудо! Я самая сексуальная и красивая!" И отправилась в путь.
Вот музыканты на сцене готовятся к выступлению, проверяют оборудование, оператор снимает зал для истории, свет гаснет, звучит знакомая музыка, на сцене появляется Он.
– А-а-а-а-а, браво! Миша ты супер, – кричит толпа поклонников. Лиза заражается этой энергией, ей тоже нравится кричать, петь, ритмы уводят в танец.
Невозможно усидеть на месте, так и хочется отдаться этой музыке, нырнуть в неё. Лиза отходит в край и наслаждается концертом. У неё приготовлена веточка белых хризантем, потому что он любит эти цветы. Об этом она узнала из статьи в каком-то журнале. Лиза счастлива. Она смотрит на него, и внутри сердце так бешено бьётся, он говорит о любви, а ей хочется прокричать, что она любит его как кумира, как музыканта. В голове полный бардак и раздрайв. Что с ней происходит, почему ей хочется бросить всё и сбежать в ним на край света? Почему его песни так трогают её душу, так будоражат кровь внутри, почему ей хочется, чтобы время остановилось на этом моменте?
"Это какое-то безумие, – звучит голос в ее голове! – Я сошла с ума…"
Лиза подходит к сцене, протягивает букет, волнуясь, говорит ему слова восхищения и благодарности. Он снимает наушник и приближается свою голову к ее, она наклоняется к уху:
– Просто чудо, ваши песни такие живые, пусть судьба ваша будет светлой и дай Бог вам здоровья, творческих успехов и найти свою любовь!
– Спасибо!
Он улыбается ей, их взгляды встречаются, она улыбается в ответ. Потом отходит от сцены, ему пора петь следующую композицию.
Лиза возвращается на место. Сердце готово выпрыгнуть из груди, за спиной крылья, она уносится в никуда вместе с ним.
Он говорит о своей первой любви, и ей становится грустно. Лиза смотрит на него и видит очень одинокого человека. Ей так хочется согреть его, искупать в нежности, заботе и любови, подбежать и крепко обнять, сказать, что он не одинок…
"Может быть, ему повезет, и он встретит ту самую. Да, я хочу, чтобы он нашёл свою любовь. Жаль, я не могу быть с ним…"
Звучит последняя песня. Зал не замолкает, все кричат и хлопают, топают. Потом музыканты расходятся. Он скрывается в кулисах.
Лиза, заворожённая действием, выходит улицу. В ушах звенит, сердце неистово бьётся, в голове туман. Она бредёт в каком-то непонятном направлении, в неизвестность, останавливается, понимая, что нужно отдышаться и привести разум в порядок, вернуть контроль над своими чувствами. Все идут в метро, кто куда. В голове звучит мелодия, и слова сами собой ложатся на знакомый мотив. Это была её любимая песня.
"Я знаю мы были с тобой,
Так близко и так далеко.
Я знаю, что океан из звёзд,
Что светят в дали,
Закрутит новый роман,
Чтобы боль свою утолить…"
Воспоминания всплывают из далекого разума. Первая её настоящая дискотека, подружки позвали с собой. Она танцует в центре зала под зажигательные хиты, подруги трутся у бара, а ей не нужен допинг, и без него она счастлива и умеет наслаждаться жизнью. Музыка – её спасение. В детстве, когда мама с папой ссорились, она часто забиралась под стол вместе с плеером, включала любимую кассету и погружалась в прекрасный мир, подальше от адской реальности, от боли, от невыносимости собственного бессилия. Закрывала глаза и представляла себе красивую спокойную жизнь, где у неё самые чудесные родители, и они живут в собственном деревянном доме. Лиза играет со своей маленькой сестренкой, заботится о ней, заплетает ей косички. Со старшим братом лазает по деревьям. А потом кассета заканчивалась, и Лиза возвращалась обратно в кошмарный мир.
Кто-то трогает её за руку. Она видит перед собой парня, явно уверенного в себе:
– Эй, крошка, привет! Классно танцуешь, давай вместе со мной. Мы с тобой станем отличной парой.
– Спасибо, но я сама справляюсь на ура! Мне не нужен напарник. Я одиночка. И да, я не крошка.
– Ладно, детка! Может тогда по коктейльчику? Я угощаю!
– Нет, спасибо! Слушай, иди поищи другую детку и крошку, со мной тебе не по пути.
– Вау, какая фифа, люблю трудных девочек, вы такие классные в постели!
Лиза, не говоря не слова, берёт парня за руку и делает захват, потом наклоняется к его уху и шепчет:
– Я повторять не буду, чувак! Держись от меня подальше. Ты прав в одном: я очень трудная девочка и тебе не по зубам. Так что вали! Ещё раз приблизишься, и твои крошечные бубенчики будут месяц в ауте. Понял?
Парень утвердительно машет головой, встает и убирается восвояси. Лиза идет к бару:
– Привет! Можно мне стакан сока или молочного коктейля, если у вас есть? Или просто воды?
– Привет! Круто ты этого урода! Уважуха! Есть всё из перечисленного, тебе чего хотелось бы?
– Ванильный молочный коктейль.
– Ок! Сделаю! Меня, кстати, Андрей зовут.
– Я Лиза.
– Как понимаю, с тобой лучше не связываться?
Лиза заулыбалась, бармен ответил ей нежной красивой улыбкой.
"Что же это такое, почему меня так кроет им? К чему мне всё это. Глупые мечты и фантазии. Сейчас я пойду домой, может загляну в кафешку. Хотя уже поздно. Да, десять. А вдруг! Это же Питер, детка!"
Лиза неспешно, как в тумане двигалась по улице, мимо шли восторженные поклонники, молодежь, просто прохожие. Она брела меж ними, пока кто-то не дотронулся до её руки, чья-то нежная ладонь коснулась её пальцев, зажав их. Она испугалась: "Что это такое, твою мать?". Резко развернулась, замахнувшись сумкой, попыталась вывернуть руку. Незнакомец увернулся от удара и выпустил её руку.
– Извините, я не хотел вас напугать! Мне надо было вас как-то остановить. Вот не придумал ничего умнее, чем взять за руку. Простите, еще раз, —сказал незнакомец.
– Я не попала в вас? – поинтересовалась Лиза, пытаясь разглядеть мужчину. Он был выше её на голову, стройный, в модных штанах, кедах, в тёмной футболке, кепке и солнцезащитных очках, хотя солнце уже близилось к закату.
– Нет, я успел увернуться. Могу я вас проводить? Хотя нет. Можно мне с вами познакомиться? Вообще, я совсем не знаток того, как сейчас люди знакомятся. Вы, наверное, хотите услышать объяснения?
– Да не особо.
Лиза пожала плечами, она вслушивалась в голос, вглядывалась в фигуру, и всё это было смутно знакомым. В голове вновь возникли слова из недавно услышанной песни.
– Пройдемте немного, пожалуйста, – незнакомец, не снимая очков, посмотрел на неё умоляюще.
Почему-то она доверилась призыву и последовала за своим спутником. Когда они прошли немного вперёд, мужчина развернул Лизу к себе и снял очки и кепку. Девушка не поверила своим глазам. "Да ну, это бред! Он. Всё я сошла с ума… Кажется, начались игры разума. Я сплю, это сон."– пронеслось в голове. Она зажмурилась, потом открыла глаза: нет, не сон.
– Ещё раз простите, я не мог в силу безопасности подойти к вам открыто у зала. Поклонники могли узнать. Хотя часто в толпе я могу гулять свободно, и никто не реагирует на меня. В общем, я увидел вас сегодня там и что-то внутри меня ёкнуло. Согласен, это бред. Я отродясь не был романтиком и безумцем. Но тут я понял, что мне никак нельзя отпустить девушку в платье с цветами, с такими изумрудными глазами и необычайно нежным голосом. Вы попали мне в самое сердце. Я провернул фокус, и вот я здесь с вами. Вы торопитесь?
– Нет, – Лиза развернулась к нему спиной, лихорадочно соображая, что делать? "Возможно, я сошла с ума или получила солнечный удар? А может я умерла и попала в рай?!" Хотела было побежать, но что-то до боли знакомое подсказывало ей остаться. Она сделала медленный выдох и вновь развернулась в надежде никого не увидеть и убедиться в своем сумасшествии. Но нет. Вот прямо перед ней стоит её кумир, тот, кто последние два часа не выходит из головы. Тот, с кем она хотела раствориться, кому кричала о своей любви, по кому сходила с ума. Он говорит с ней, он шёл за ней. Специально. Лиза резко отвернулась и зажмурилась. "Сейчас я открою глаза, повернусь и его не будет. Ведь это все шок, просто мой бред." Она открывает глаза и видит его перед собой. Он стоит и смотрит ей в глаза. – Это Вы? – неуверенно тихо произносит она.
– Да это я.
– Но почему я? Это розыгрыш, какая-то передача, шоу?
– Нет. Здесь нет ни камер, ни съёмочной группы. Есть вы, я и прохожие, которые, кстати, странно на нас поглядывают. Некоторые из них. Не против, если мы пойдем?
– Нет, не против. Пойдёмте.
Они побрели по улице вдоль домов. Необыкновенный закат окрасил небо в пурпурные оттенки, редкие облака поменяли цвет на нежно-розовый, а местами на фиолетово-красный.
– Красивый закат. Я обожаю закаты и восходы. У меня постоянно возникает какое-то странное чувство от того, как природа может так красиво расписывать небо. Я представляю, что там есть художник, который изо дня в день разукрашивает небо, при чем его шедевры ни разу не повторяются. Эти оттенки, они манят меня. Я тоже пробовала несколько раз писать закаты, но не получалось. Никак не могу смешать краски, чтобы вышел нужный цвет, всё время получается что-то не то.
– Знаете, в следующий раз попробуйте писать картину с любовью, отдайтесь чувству, пусть невидимая сила ведёт вашу руку.
– Да, это хорошая идея, хоть и странная. Вообще мне редко удаётся наблюдать сие явление. Я живу внутри домов, солнце вижу, когда оно уже высоко в небе.
– Да, жаль. Давайте сейчас полюбуемся закатом.
Лиза улыбнулась своему новому знакомому своей сногсшибательной улыбкой. Миша шёл рядом с девушкой, ему так о многом хотелось её спросить, но внутри всё дрожало, будто бы ему нужно впервые выйти на стадион. Мысли путались, сердце билось с невероятной скоростью, слова терялись.
– Михаил, вы готовы? До выхода десять минут.
– Не знаю, горло пересыхает, мне кажется, что я не справлюсь, там целый зал. Блин! – Он сделал глубокий вдох, задержал дыхание, потом очень медленно выдохнул. Так его учили делать, чтобы успокоиться. Но почему-то сейчас это упражнение совсем не помогало.
– Миша, посмотри на меня. Всё в порядке. Ты справишься. Вспомни, сотни раз на репетициях, на записи альбома ты это делал. Сейчас ты просто выйдешь на сцену, скажешь: "привет!", и начнёшь петь. Музыка вернёт тебе равновесие и поможет. Хорошо?
– Да. Спасибо.
Раздался телефонный звонок.
– Мишенька, родной, я на минутку. Желаю тебе удачи! Всё получится, мой медвежонок! Я тебя очень люблю.
– Спасибо, мама! Мне так нужно было услышать твой голос. Ну всё! Я готов идти на свой первый концерт. Мама, я справлюсь!
– Ни пуха ни пера…
– К чёрту!
Его сердце бешено колотилось в груди, горло пересыхало. Вот он на сцене, софиты его ослепили, прошёл в центр, взял микрофон, сказал: "привет", и запел робко, но с каждым аккордом, с каждой новой нотой его голос становился увереннее и смелее. На третьей композиции и следа не осталось от переживаний и волнений, музыка завладела им полностью и унесла в свой волшебный мир…
– Можно взять вас за руку и говорить «ты»? – спросил он смущённо.
– Да, наверное, – тихо пробормотала Лиза.
Миша взял Лизу за руку. Она почувствовала горячую влажную ладонь, крепкие и в то же время нежные музыкальные пальцы. Она сжала его руку в ответ и по телу побежала дрожь. Она знала этот симптом. Так было всегда, когда она оказывалась рядом с понравившемся парнем.
– Давай зайдём в кафешку? Чувствую, что я проголодался? – предложил Миша.
– А ты пойдёшь в кепке и очках? Солнце вроде село.
– Не все же меня знают. Можем купить и поесть на улице, сядем на скамейку в тихом сквере. Будет мило.
– Да, это будет чудесно.
– А вот и кафе, пойдём, они ещё открыты, – Лиза дернула дверь, та открылась, и они зашли в уютное помещение кафе. Девушка-администратор готовилась к закрытию. На стеллажах ещё оставались десерты.
– Будешь что-нибудь?
– Да, возьми оставшиеся пирожные и какао…
– Добрый вечер, нам пожалуйста все пирожные, что у вас остались.
– Да, сейчас. Только мы закрываемся уже.
– Ничего страшного, мы с собой возьмем.
– Ок. Пару минут.
– И ещё два какао средних, если можно.
Девушка принялась собирать пирожные в коробочку, затем готовить какао. Лиза наблюдала за ней, а Миша за Лизой. Она хотела расплатиться, но он достал карточку и сам рассчитался за заказ. Как же прекрасна была Лиза в этот миг в этом уютном кафе: раскрасневшееся лицо, рассыпанные по плечам волосы, сияющие глаза. Он мог любоваться ей вечно.
– Заказ готов, – девушка вывела его из задумчивости и мечтаний. Лиза взяла пакет с пирожными и одним какао, он забрал второе.
Они вышли, пройдя немного по улице, забрели во двор близлежащего дома, увидели пустую скамейку и решили обосноваться здесь. Лизе нравилось греть руки о теплый стакан, вдыхать аромат какао. Она взяла ложечку, открыла напиток и стала есть пенку. Улыбаясь от удовольствия и закрывая глаза, наслаждалась этим моментом. Лизе было совершенно всё равно, что думает о ней Миша, она была собой. Единственный урок, который она хорошо усвоила с детства – быть собой всегда и в любой ситуации, не изменять себе, своим правилам и принципам.
Лиза научилась жить в моменте. Когда-то давно, может быть, в прошлой жизни, она была счастливая всегда. Счастливая просыпалась навстречу новому дню, счастливая отправлялась завтракать, затем в универ, на работу, на свидание, куда угодно. Счастливая занималась любимым делом: готовила обед и ужин, ходить по магазинам, убирать квартиру, готовить еду. Счастливой ложиться спать. Она словно парила в небесах. У неё была прекрасная жизнь, необыкновенная, и, так казалось, будет всегда.
Ей даже не могло прийти в голову, что когда-нибудь она пожалеет о своем выборе, будет противоречить свои принципам, будет грустить о прошлом. Они тоже когда-то держались за руки, целовались на виду у прохожих, гуляли ночами, мечтали о будущем, которое должно было быть тёплым и безоблачным. Но однажды в этом чудесном, сказочном мире раздался гром, небо заволокли тучи, пошёл дождь, и стало темно. Её мир рухнул, как и она сама.
Лиза боролась, старалась сохранить свой хрустальный замок, но с каждым ударом грома, что-то внутри рушилось. Она старательно подбирала осколки и склеивала, ведь она так сильно любила его. Любила свою жизнь. Любила семью, изо всех сил держалась, не жалея себя, отдавала всю энергию и любовь мужу и детям. Но с каждым днём внутри неё на один лучик солнца становилось меньше. С каждым днём душа наполнялась пустотой.
Да, порой Лиза вырывалась из этой безнадёжной бездны одиночества и отчаяния, пыталась вернуть себе чувства и желания. Но через время всё опять рушилось. И вновь ей приходилось доказывать миру, что она достойна любви, достойна уважения. В эти моменты она снова представляла себя маленькой девочкой, которая плачет ночью в подушку, потому что родители ссорятся. Ей было так больно и одиноко, казалось, что никто не способен ее понять.
Лиза была странной и отрешённой. Никто не знал, что на самом деле она чувствует. За самой обворожительной улыбкой скрывалась непередаваемая боль. И она была одна. Ей было не с кем разделить своё одиночество, некому поплакаться, некому рассказать о всех своих переживаниях и волнениях. Всё сама, всё одна. Её душа была переполнена одиночеством, пустотой и темнотой. Это были ее подружки. Они как тень всюду следовали за ней.
Когда же в её жизни появился Андрей, она почувствовала себя наконец-то не одинокой. С ним можно было говорить обо всём на свете, и он умел слушать, понимать и принимать её настоящую. С ним не нужно было надевать улыбку, когда хотелось рыдать, он жалел её, поддерживал. Благодаря ему она раскрылась, расцвела, наполнилась жизнью. Он подарил ей любовь, надежду и веру в счастье, он дал ей крылья и научил летать. Он же столкнул её со скалы, отобрав все свои подарки.
И сейчас спустя, пятнадцать лет, она вновь чувствует то же, что и тогда, на своём первом свидании. Ей так же боязно, также сильно колотится сердце в груди, и так же трепетно. На щеках румянец от прикосновений. Смущённая улыбка. И взгляд, тот самый манящий взгляд, обещающий нечто невероятное. Невероятное приключение, романтику, первые признания, первый поцелуй....
Лиза допивает какао и продолжает греть руки о чашку, та ещё тёплая. В душе – жар. Украдкой поглядывает на Мишу. Он уже расправился с тортиками и какао, вокруг бороды и усов остались крошки, ей так хочется их убрать, но она не решается.
– Прости, у тебя здесь крошки, – Лиза показывает на бороду и усы.
– Ха, да бывает, – Миша смахивает. – Убрал?
– Нет, можно?
– Да, конечно.
Лиза нежно дотрагивается до его бороды и убирает несколько крошек, её руки дрожат, нежно проводит по его усам. В груди у Миши кровь застывает от этого интимного момента, он чувствует, как дыхание остановилось, глядит на неё из-под полуопущенных век. Наконец Лиза убирает руку и смотрит ему в глаза, их взгляды встречаются, они так близко, что можно почувствовать дыхание друг друга. И в этот момент он так хочет коснуться её губ, но Лиза быстро отстраняется от него. Можно вздохнуть полной грудью. Сердце улетает в космос. Земля уходит из-под ног, и они несутся куда-то в этом немыслимом круговороте.
– Пойдём гулять? – спрашивает Лиза.
– Да, подкрепились, можно и прогуляться. Я со своей работой очень редко гуляю. Хотя мне нравится бродить по незнакомым улочкам в новых городах. Ты знаешь, что каждый город уникален, даже если есть точно такие же дома, можно всё равно найти отличия.
– Да, конечно. Мне нравится здесь. Я люблю гулять по Питеру. Каналы, улицы, парки. Представляешь, здесь есть парки с белочками. Я отдыхала на югах и нигде не видела столько белок, как здесь. Это просто потрясающе. Так умиротворяет. Петербург вообще удивительный город, очень разный, вобравший в себя всё лучшее. Какой твой любимый город?
– Не знаю. Мне многие города нравятся. Город, где я родился и жил, где была первая любовь и первое расставание, город, где я терял и находил что-то важное. Со многими городами есть некая невидимая связь. Может быть это от того, что я постоянно в разъездах. У меня есть дом в столице, квартира. Есть дом родителей. Я человек, живущий в гостиницах и отелях. Даже не вспомню сколько разных мест посетил. Иногда все гостиничные номера сливаются в один и получается нечто бомбическое.
Двое людей шли по улице, держась за руки и мило болтая о том о сём. Не заметили за разговором, как оказались у входа в метро.
– Поехали в центр?
– Поехали.
Они зашли. Купили два жетона, прошли через турникет. Миша первым встал на движущийся эскалатор, за ним Лиза. Он стоит спиной, потом поворачивается к ней и берёт её за руки, смотрит в глаза, улыбается, поправляет волосы, разглядывает её, изучает.
Лиза смущённо улыбается, прячет взгляд, затем взмахивает своими длинными густыми ресницами и смотрит ему в глаза.
– Любишь метро? – спрашивает она его.
– Я очень редко в них бываю. В основном меня возят на машине. Но я определённо люблю бывать здесь с потрясающими девушками и подвергать их неловкостям. Смущать их.
Лиза смеётся:
– Ах так! Значит это твой хитрый план соблазнения?! Заманить девушку в метро, а потом…М-да, что же потом?
– Потом гулять с ней, пока ноги не отвалятся. Затем зайти в какую-нибудь подворотню и.… бум! – Миша поднимает руки и показывает пугающее движение. Смотрит на Лизину реакцию, но она поняла шутку и нисколько не боится.
– А может, это я соблазняю знаменитостей, заманиваю их к себе, потом прячу в таинственном гараже. Кстати, ты знаешь, куда делся Стас, тот самый?
Лиза продолжает шутить, они нашли смешную тему и наперебой предлагают свои варианты игры. Наконец игра заканчивается. Они выходят из метро.
– Прости за неудобный вопрос, но всё же: у тебя есть парень? – Миша вот уже час собирается об этом поговорить, но никак не может решиться, ведь узнать правду будет слишком мучительно.
– Давай не будем об этом говорить, пожалуйста. Я девушка-загадка. И сегодня я здесь, с тобой, а моя реальная жизнь осталась там… – Лиза машет рукой в сторону, ей неловко. – Не хочу думать о ней. Если тебя устроит такой ответ, тогда пошли дальше просто гулять.
– Да, конечно, как скажешь. Знаешь, просто не хочется столкнуться с твоим бойфрендом, который вдруг окажется бойцом ММА и отправит меня сразу в нокаут.
– Об этом можешь не переживать, даже если и есть парень, то он не боец. Это я скорее боец.
– Ты?
– Да, мне в юности пришлось освоить парочку приёмов самообороны, что оказалось полезным. Времена были неспокойные, сам понимаешь.
– Вау! Тогда, если подвернётся случай подраться, предоставлю первое право тебе отмутузить уродов, окей?
– Без проблем!
– По тебе вообще не скажешь, что ты боец. Такая хрупкая, нежная.
– Внешность обманчива, увы! Но и я уже очень давно не практиковалась.
– Тебе холодно?
– Немного.
– Смотри! Ещё есть кораблики, давай прокатимся.
– Думаешь, на воде будет теплее?
– Нет, но там есть пледы. Ты видела развод мостов?
–Нет, вот уже лет двадцать, как мечтаю посмотреть.
Миша удивленно смотрит на Лизу, оценивая её возраст. Они идут вдоль канала, но вот Миша замечает одинокий катер и направляется к нему. Подходит к капитану и спрашивает:
– Добрый вечер! Прокатите нас?
– Да, конечно.
– У вас есть пледы?
– Да.
– Окей. Лиза пойдём. Нам сюда.
Миша помогает Лизе подняться в катер. Капитан готовится к отправлению.
– Проходите, пожалуйста, вот здесь пледы, можете сидеть на корме.
– Супер!
Небо с одной стороны тёмное, с другой светлое, видна лёгкая розовая дымка зари, которая маячит на линии горизонта до восхода солнца. Белые ночи Питера радостно приветствуют гостей и жителей города. В эти дни сюда приезжает много туристов, и так легко затеряться среди них. Хотя, по сути, это всего лишь рекламный ход, чтобы привлечь гостей: белые ночи – вовсе не белые. Солнце всё же садится, и на город опускаются сумерки, кромешной тьмы нет, но солнце прячется за линию горизонта часа на три, а потом вновь поднимается, чтобы согреть людей своим теплом и принести свет.
Миша с Лизой сидят в комфортабельном катере, капитан заводит мотор, и они отправляются в путь.
– Чтобы вы хотели посмотреть? – спрашивает капитан.
– Можно выехать в Финский залив? – робко интересуется Лиза. – А ещё посмотреть развод мостов.
– Да, можно, по времени часа два получится. Вас устроит?
– Да, – вмешивается Миша. – Если вы свободны и у вас нет планов и заказов, – добавляет он.
– Без проблем. Я и моя «Бабочка» к ваши услугам, – весело говорит капитан.
Они плывут по Неве, Лиза любуется ночным городом, огнями, чудесным небом. Ей надо освоиться здесь. Постепенно душа наполняется чувствами, энергией, внутри благодаря Мише зарождается и распускается новый бутон. Она счастлива и свободна сейчас. Миша берёт её за руку. Лиза следует за ним. Он ставит ее на самый край носа, и она смотрит вдаль до горизонта, перед ней есть только вода и небо и всё… Кажется будто бы она птица, парящая над водой. Ее полет низкий, потому что она ищет пищу. Ветер дует в лицо, волосы развиваются, Миша поправляет их. Они счастливы в этот миг. Внутри нее вновь поднимается ураган эмоций и чувств, этот комок такой мощный, что вырывается наружу через ее крик.
– А! – громко во весь голос кричит Лиза, разведя руки в сторону.
– Ты смотрела «Титаник» Кэмерона? – интересуется Миша.
– Обижаешь, это мой любимый фильм, иногда я его пересматриваю. И ничего не могу с собой поделать, плачу и переживаю за героев. Каждый раз, как в первый. Поразительная история любви. Знаешь, после первого просмотра «Титаника», я мечтала о такой же сильной, всепоглощающей любви. Дурочка!
– Вовсе нет! Фильм действительно крутой, история, показанная нам, заслуживает уважения. Я вообще долго думал, почему Ди Каприо и Кейт не получили «Оскары» за игру, та была потрясная. Но у них там всё странно устроено.
–Хотите прокатиться экстремально? – спрашивает пассажиров капитан.
– Почему бы и нет, – отвечает Лиза.
–Тогда сейчас погоняем в акватории Финского залива. Займите свои места согласно купленным билетам, – шутит капитан.
Лиза с Мишей устраиваются на задних сидениях катера. Капитан увеличивает скорость, мотор ревет, катер мчится по воде, брызги летят в сторону. Вдруг резкий поворот направо, и волна накрывает пассажиров, потом влево. Лиза визжит от восторга, ее волосы намокли от брызг, платье тоже. Но она светится от счастья. Катер словно летит по воде, непередаваемые чувства накрывают Лизу, она прижимается к своему спутнику.
–Ну что, всё хорошо? – кричит капитан.
–Да, просто супер! Это потрясающе!
– Теперь отправимся посмотреть развод мостов. Под сидениями есть полотенца, если надо обтереться.
Миша достает полотенце и бережно вытирает Лизу, она оказывается в его нежных объятиях, смотрит чарующими глазами. Он отводит взгляд в сторону, боясь не совладать с желанием поцеловать её. Это тот самый момент для первого поцелуя. Их манит ночная атмосфера романтики. Воздух шепчет: "Поцелуй её, поцелуй его, ведь вы оба так этого хотите, не бойтесь, перешагните черту…" Миша сдерживает свой порыв, Лиза тоже сдерживает себя от того, чтобы не броситься ему на шею и не прокричать о своих чувствах. Внутренний голос говорит: "Лиза, одумайся. Да, это прекрасно! Это фантастический вечер! Но тебе нельзя. Понимаешь, ты не свободна. Это иллюзия. Завтра ты будешь сожалеть об этом." Затем внутри Лизы просыпает Лиза, которая умоляет ее не глупить, не слушать никого, кроме своего сердца, а сердце кричит: "Прошу тебя, сейчас ты здесь с человеком, который за эти несколько часов стал тебе дорог, так поцелуй же его, если хочешь. Будь с ним сейчас. А завтра, завтра будет завтра."
Лиза вздрагивает от прикосновения Миши, он выводит её из задумчивости.
– Всё в порядке? – интересуется он.
– Да, я просто задумалась. Спасибо тебе за этот вечер, он великолепен. Я уже и не думала, что со мной когда-нибудь такое произойдёт. Просто каждый день одно и то же, одни и те же действия, люди, проблемы, споры. Бесконечная серость. Иногда у меня получается вырваться из неё, и это как глоток свежего воздуха. Сейчас мне кажется, что я очень долго была под водой, тонула, а потом появился ты и вытащил меня на поверхность, сделал мне массаж сердца, реанимировал. И я открыла глаза и увидела тебя, прекрасный мир, и вновь смогла дышать. Проблема в том, что всё это не навсегда. Завтра я вновь очнусь под водой, – с грустью в голосе говорит Лиза.
– Знаешь, Лиза… – Миша сжимает её руку и садится максимально близко. – Похоже мы оба с тобой тонули. Может быть, сама судьба хотела нашей встречи. Я не желаю, чтобы наступило завтра без тебя. Это странно, я понимаю. Но, блин, за эти часы я так привык к тебе. Я не знаю, как буду возвращаться в свой пустой и одинокий дом, понимая, что тебя там нет. Прошу тебя, давай сейчас побудем ещё друг с другом. Не будем думать о завтра. Притворимся, что его нет. Есть сейчас.
Капитан прерывает их разговор:
– Ребята смотрите, сейчас будет развод первого моста.
Лиза вздрагивает от звука, оглядывается вокруг себя, видит множество прогулочных теплоходов, катеров. Вокруг шум и суета. Мост под действием механизмов начинает медленно подниматься наверх, вокруг слышен скрежет металла. Зрелище восхитительное!
–Извините, не могли бы мы уплыть в более спокойное место? – просит она капитана.
Тот включает мотор, катер набирает скорость и медленно едет мимо других. Вся акватория заполнена водным транспортом. Лиза чувствует усталость.
Миша дотрагивается рукой до её щеки, проводит нежно пальцами, потом смотрит на её губы, наклоняется и целует. Они оба больше не в силах сопротивляться этому притяжению, что сильнее разума. Лиза чувствует вкус его губ, мягких и влажных. Он отрывается от неё. Она смотрит ему в глаза. Миша прижимает Лизу к себе. Она чувствует биение его сердца. Ей хочется раствориться в нём, стать одним целым. Лиза поднимает голову, проводит рукой по его волосам, затем по бороде и усам. Тянется к его губам. Они вновь сливаются в чарующем поцелуе. Волна поднимает их в небеса, кружа в своем танце. Лиза думает, что всю жизнь знает этого человека, она помнит его губы откуда-то из прошлого.
– Твои усы и борода меня щекотят, – говорит Лиза, смеясь. – Прости. Это так непривычно.
– Ты никогда не целовалась с бородатыми мужчинами?
– Нет.
– Значит я стал первым в этом списке.
– Скорее единственным.
Миша удивлённо смотрит на неё и не может не поцеловать ещё раз.
– Ты так притягательна! Прости. Идея.
Миша подходит к капитану и спрашивает, нет ли случайно у того бритвы. Капитан отрицательно качает головой.
Они стоят на носу катера, обнимаясь и греясь в объятиях друг друга.
– Похоже, следующим пунктом этой ночи будет круглосуточный супермаркет. Сейчас спрошу Соню, где здесь поблизости такой.
Он достаёт телефон и обращается к голосовому помощнику: "Привет. Соня, подскажи близкий ко мне круглосуточный магазин. Спасибо!"
Соня диктует адрес, Миша ещё раз её благодарит.
– Капитан, спасибо вам за такую прекрасную прогулку. Не могли бы мы остановиться на набережной? – Миша диктует адрес. Катер подвозит их к причалу.
Миша подаёт руку Лизе, она смотрит ему в глаза и улыбается, спотыкаясь, падает в его объятия. Они смеются, Лиза поправляет волосы и целует Мишу в щёку.
Они идут по ночным улицам, держась за руки и болтая ни о чём. Подходят к магазину. Миша покупает бритву и пену для бритья.
– Я сейчас, подожди меня здесь.
Лиза смотрит на пустой магазин и сонных кассиров, потом отворачивается и вновь погружается в свои мысли.
Вот она, совсем ещё маленькая девочка, идёт с мамой мимо магазина с детскими товарами и видит на витрине красивую куклу. Замирает и с восхищением смотрит на игрушку: как эта кукла красива, какие у неё длинные белые вьющиеся волосы, длинные чёрные реснички на глазках.
– Мамочка, пожалуйста, можно мы зайдем в магазин, я чуть-чуть поиграю в куколку, и всё.
– Милая, прости, но мы не можем.
Тут их замечает продавщица и рукой манит зайти внутрь. Лиза с мамой заходят. Красивые резные двери, хрустальные люстры, блестящий мраморный пол. Всё это сверкает и переливается всеми цветами радуги. Девочка робко заходит в отдел с игрушками, она чувствует себя принцессой – Золушкой, попавшей на бал.
– Вам понравилась эта кукла? Знаете, это последняя модель, она у нас одна такая, – тараторит продавщица. Она достаёт куклу с витрины и протягивает Лизе.
Но мама отдергивает ручки дочки, боясь, что та сломает её или испачкает и потом придётся покупать, но они не в состоянии позволить себе такую дорогую вещь. Мама улыбается продавщице.
– Спасибо, кукла невероятная. Знаете, отложите её нам до вечера, мы подойдём, – говорит мама и уводит Лизу из магазина. В глазах мамы печаль: ей так хочется побаловать свою дочь, но, к сожалению, им это не по карману.
У малышки в глазах застыли слёзы и грусть. Она понимает по маминому голосу, что вечером они не придут и что у неё никогда не будет такой куклы. Лиза обещает себе в эту минуту, идя в метро: когда она вырастет, у неё будет возможность покупать понравившиеся вещи, и она купит своей дочке самую-самую лучшую и дорогую куклу.
– Ничего, мамочка, не грусти. Дедушка мне починит мою куколку, а бабушка сошьёт новое платьице, и она станет ещё красивее этой. Я накрашу ей губки и щёчки. Ты – волосы. Я буду играть в неё.
У мамы капают слёзы, она крепко обнимает Лизу, говорит, что очень любит.
Кто-то дотрагивается до её плеча рукой, и она просыпается от своих мыслей, вновь возвращаясь к реальности. Оборачивается, перед ней стоит красивый молодой мужчина с небесными глазами и очаровательной улыбкой.
– Ну как я тебе? – спрашивает он.
Лиза в растерянности. Мужчина наклоняется и целует её. Мир снова куда-то несётся. Она падает вниз, потом резко вверх, как на американских горках, которые, правда, везде называют русскими.
Лиза трогает его только что побритую кожу, теребит волосы, гладит по щеке.
– Погуляем ещё, если ты не устала? – спрашивает, зевая, он. Часы показывают 3.15 утра.
– Знаешь, наверное, уже поздно или слишком рано. Смотри там уже светает.
– Да, новый день начинает стремительно набирать силу. – Он на минуту замолкает, потом берёт её за руку и тащит куда-то по проспекту. – Я знаю, где нам встретить рассвет, скорее за мной!
Они бегут, смеясь, среди домов по пешеходной дороге. Дёргают двери домов, находят незапертую, поднимаются наверх. Удача! Чердак тоже открыт. Выходят на крышу. Ищут глазами место, где встаёт солнце, находят, смотрят туда с замиранием сердца.
Небо озаряется нежно-розовой дымкой, она постепенно становится фиолетовой, потом желтовато-оранжевой, и наконец из-за горизонта показывается алое солнце, которое стремится ввысь. Миша приживает Лизу к себе, она чувствует, как бьётся сердце от пережитой беготни, поиска и нахождения здесь с ним. Это самый необычный восход за последние годы. Внутри нарастает ком, хочется закричать на весь мир, завизжать от восторга, выпустить то, что так долго таилось внутри и мешало ей жить и дышать полной грудью. Она открывает рот, и из груди вырывается крик. Она разворачивается и забвенно целует Мишу, он отвечает взаимностью. Страсть накрывает их с головой. Солнце озаряет верхушки домов, скользит по крышам, по их телам, наконец полностью наполняя их светом. Он не хочет отпускать её губы, прижимаясь всё ближе и ближе, лаская её, вдыхая аромат её кожи, волос, она целует его щёки, глаза, шею, покусывает уши. Потом утыкается носом в плечо. Из глаз текут слёзы. Она не знает, почему это с ней происходит, она дрожит, а он гладит её по волосам, шепчет на ухо нежные слова. Лиза отстраняется от него, вытирает слёзы, поворачивается и смотрит на взошедшее солнце. Она не знает сколько прошло минут или секунд, время рядом с ним замирает. Он аккуратно трогает её за плечо, выводя из мыслей.
– Пойдём, пора! – шепчет на ухо Миша.
Они аккуратно спускаются вниз, выходят на ещё сонную улицу. Откуда-то доносится аромат свежей выпечки.
– Обожаю запах свежего хлеба, это божественно.
– Давай найдём это заведение и зайдём к ним. Боюсь, нам надо подкрепиться. Это была потрясающая ночь!
Лиза кивает, и они идут по улице в поисках пекарни. За углом находят оформленную во французском стиле пекарню, дергают дверь, та поддаётся, заходят внутрь.
– Простите, к вам можно?
Из-за двери кухни показывается пекарь в форме и колпаке, руки перепачканы в муке.
– Ой, это я похоже забыл закрыть дверь. Мы вообще-то ещё закрыты, я только пеку хлеб. Откроемся в семь.
– Жаль, у вас такой потрясающий запах выпечки, что слюнки текут.
– Окей, ребята, пару сек. Присядьте пока здесь.
Пекарь скрывается за дверью кухни, Миша с Лизой подходят к окну и присаживаются на барные высокие стулья, любуясь прекрасным утренним видом. Появляются автомобили, поливалочные машины, дворники. Мир просыпается навстречу новому дню.
– Ну вот, ребята, наисвежайшие круассаны и хлеб, только что достал из печи. Кофе, к сожалению, сделать не смогу, аппарат выключен и с ним на «ты» администратор.
– Спасибо вам огромное! – Миша достаёт бумажник, готовый расплатиться, но пекарь машет рукой.
– Умоляю вас, не надо. Удачи!
– Вам тоже удачи и пышной выпечки, много довольных гостей!
Они выходят на улицу, от выпечки идет пар, держать жарко. Находят круглосуточный магазин, покупают там молоко, спускаются к каналу и усаживаются на парапет. Берут по круассану и наслаждаются им.
–Мм, это пища Богов. Блин, никогда не ел такого вкусного круассана.
– Подтверждаю. Это безумно вкусно.
Едят булочки и пьют молоко. Лиза вспоминает, как проводила каждое лето у бабушки в деревне, как ходила за свежим хлебом, по пути брала только что надоенное молоко и несла всё это в дом. Ей нравилось проводить время в деревне, там было так спокойно и так хорошо. Летом можно было убегать на речку, плавать, потом носиться по полю кукурузы и подсолнухов, спрятаться от всех, сорвать свежий початок кукурузы и грызть его. Или щёлкать свежие молоденькие семечки. Она была наедине с собой и своими мыслями. У бабушки она спала сладко, никто не тревожил её ночной сон. Лиза любила возиться в огороде: полола, поливала, собирала урожай. Бабушка готовила самые вкусные пироги с ягодами, а дедушка запекал самую вкусную картошечку, которую Лиза просто обожала есть с только что сорванными огурцом и помидором. Казалось, что вкуснее еды нет.
– Даже не припомню, когда я завтракал в четыре утра. Но это супер! Лиза – ты чудо!
Миша убирает крошки с её губ, нежно целует. Отстраняется и любуется ей.
«Господи, никогда не встречал таких девушек. Как же она прекрасна в лучах солнца, здесь и сейчас! Забыть обо всём, взять её за руки и отвезти туда, где мы будем вдвоем наслаждаться нашей жизнью. Так хочется быть рядом, не отпускать. Любить её…»
Вот и сейчас рядом с Мишей Лиза вспомнила то счастливое время из своего детства, когда в душе был покой, и когда она хотя бы на два–три месяца могла забыть о родителях и их ссорах и быть ребёнком, который наслаждается летом. Солнце уже поднялось над домами и теперь освещает улицы, проспекты, проезды. Город всё больше оживает. Где-то шумят компании, возвращающиеся из баров, клубов. Начинают ходить автобусы, троллейбусы, трамваи, они везут людей на работу и домой. Лиза предлагает Мише прокатиться на трамвае, они бегут на остановку, запрыгивают в закрывающуюся дверь и смеются.
– И куда мы поедем? – спрашивает Миша.
– Не знаю, куда угодно. А ты куда бы хотел?
– Не знаю, может быть туда, где можно быть с тобой, где поют райские птицы, и шумит океан, где нет суеты, где я мог бы наслаждаться тобой. Такой волшебный необитаемый остров, созданный для нас.
– Необитаемый остров… – повторяет Лиза, а перед глазами плывет картинка....
Ей восемнадцать, лето, он держит её за руку. Они встречаются уже несколько месяцев.
– Ну ты чего? Улыбнись, это же не навсегда. На три недели всего-то. Ну погрустим немножко, потом снова увидимся.
– Я не хочу улыбаться и расставаться тоже. Я люблю тебя. Я не могу без тебя. Не представляю, что я там буду делать.
– Я тоже тебя люблю, зайчонок. Блин, ну что мне сделать? Украсть тебя? Окей, давай сбежим.
– Шутишь? Да какие из нас бегуны. И что мы будем делать, без денег и всего остального? Глупости.
– Знаешь, я бы очень хотел взять тебя и сбежать на какой-нибудь остров, где будем только ты, я и океан. Там не будет проблем, только наша любовь и всё, что мы сами захотим. Может быть, когда-нибудь я это сделаю. У меня есть немного денег. Потом, я не боюсь работы, знаешь, я всё сделаю, чтобы ты была счастлива. Всё!
Лиза обнимает его, и они сливаются в страстном поцелуе. Потом она отворачивается и бежит к подъезду, открывает дверь и исчезает за ней…
– …мы гуляем в купальниках и едим кокосы и бананы. Лиза, ты меня слушаешь?
– Да, конечно, едим кокосы и бананы. Это мечта. Красивая, но этого никогда не будет. Прости, – Лиза вдруг меняется, становится грустной, в глазах появляется тоска.
Миша не может понять, что произошло, что он сделал или сказал не так.
– Я тебя чем-то обидел?
– Нет, что ты. Я просто устала. Давно не гуляла ночами, – пытается выдавить улыбку, но получается жалкая пародия. – Чего-то я загналась. Извини! Давай по домам.
– Я провожу тебя. Это не обсуждается. Посажу на автобус. Потом свяжусь со своими. Прости, но я не могу тебя вот так отпустить. Это жестоко. Ко мне точно.
– Ладно, тогда выйдем на ближайшей остановке к метро.
Они идут к метро, медленно, держась за руки, молча. Каждый думает о своём. Она понимает, что, как бы ей ни хотелось забыть о своей реальной жизни, она не сможет, это будет слишком, слишком больно, необдуманно. Да, конечно, между ними явно есть связь, страсть, желание, и безумно хочется броситься в эту пропасть. Отдаться своим ощущениям, почувствовать себя любимой, желанной, страстной, живой! Но это пройдёт, и что потом? У них нет будущего. Они из разных миров. Разные жизни, никогда не пересекающиеся параллельные прямые, которые вдруг пересеклись на просторах Вселенной, и возникла такая сила притяжения, которой нельзя, невозможно сопротивляться. Да, это может стать её тайной, но вдруг, познав эту сладость, захочется ещё? Вдруг, как Ева, вкусив запретный плод, она увидит: как никчёмна её жизнь? Вдруг это вместо созидания принесёт разрушение? Она не должна рисковать всем, и всё же Лизу непреодолимо тянет к этому человеку, который ворвался в её жизни восемь часов назад, перевернув всё с ног на голову.
Лиза открывает дверь, и они оказываются в маленькой прихожей. Она устало падает на скамейку, снимает босоножки, он разувается стоя, облокотившись на стену.
– Всё это супер, но я устала!
Лиза проходит в комнату и падает на кровать, Миша идёт следом и ложится рядом.
– Может, попробуем поспать?
Она двигается к нему и ложится на его руку, он обнимает её, кладёт голову на подушку и закрывает глаза. Пустота сразу накрывает и утягивает в темноту.
Лиза резко открывает глаза: она лежит лицом к нему, он спит так сладко и безмятежно. Лиза переворачивается на спину, стараясь быть тихой, не потревожить сон. «Сколько времени? Часы, кажется, в прихожей в сумке…» Глаза закрываются, сон снова окутывает её.
Андрей зовёт Лизу к себе, чтобы познакомить с родителями. Молодые люди вместе почти год, но Лиза до сих пор не познакомилась с ними, она боится.
– Слушай, перестань, я, между прочим, уже сто лет назад познакомился с твоей мамой, и, как видишь, жив, меня не съели. А ты чего трусишь? То перед самой встречей отравилась, то в универ срочно надо в шесть вечера, то на работу вызвали. Хватит, сегодня никакие отмазки не принимаются. Это уже неприлично! Знаешь, родители вообще думают, что я с парнем встречаюсь. Прикинь?
– Ладно, Андрей, я буду, мне просто как-то страшно, какое-то странное предчувствие.
– Брось, всё будет ок.
– Хорошо. Надеюсь.
Лиза кладёт трубку и собирается в гости. На ней красивое платье до колен, длинные волосы заплетены в косу, лёгкий макияж.
Папа Андрея Лизе сразу же нравится: он простой, берет её куртку, вешает, представляется. Мама хлопочет на кухне. Отец провожает в ванну, показывает, где туалет. Шутит. Мамы нет. Лиза моет руки и проходит в комнату. Андрей её ждёт. Заходит мама: властная женщина лет сорока пяти, строгий взгляд оценивает и изучает её с ног до макушки. Мама смотрит недоверчиво, как будто бы говоря: «Эй, ты чего притащилась? Думаешь заграбастать моего сыночка? Так вот, шиш тебе, а не он». После приглашает к столу. Начинает расспрашивать Лизу о родителях, учёбе, планах на жизнь. По тону чувствуется нелюбовь, непринятие, резкость. Отец, напротив, на позитиве, шутит, общается весело и непринуждённо, делает ей комплименты. Говорит, что Андрей изменился в лучшую сторону. Лиза сразу понимает, в кого тот больше пошёл. Мама ей не нравится. После ужина Андрей провожает Лизу до остановки:
– Ну что, по ходу, всё не так и плохо…
– Нет, это катастрофа. Я не нравлюсь твоей маме, это я ещё мягко говорю. Папа у тебя мировой мужик, а вот мама… Уф!
– Да ладно, это тебе только так кажется. Она крутая. Узнаешь её поближе и поймёшь.
Лиза садится в автобус и едет домой…
Миша просыпается, в голове проносятся события последних часов. Концерт, девушка в платье с цветами, конспирация, встреча, кафе, двор, метро, яхта, поцелуй, бритьё, крыша, пекарня, дом… «Вдруг это сон? Вдруг, открыв глаза, я увижу свой пустой дом или гостиничный тусклый номер? Ну что, нужно открыть глаза. Раз. Два. Три».
Миша открывает глаза. Рядом лежит Она. Всё было. Она здесь, с ним. Он с нежностью смотрит на неё, а сердце отбивает дробь. Пора вставать. Нежно наклоняется к Лизе и целует в губы. Она медленно, не отрываясь от его губ, обнимает, притягивает к себе. Он прижимается к ней. Лиза не хочет открывать глаза. Его мягкие губы и страстные поцелуи увлекают её в страну под названием Любовь, где всё прекрасно. Поцелуи становятся ярче, он наклоняется к её шее, убирает раскинувшиеся по подушке волосы. Она обвивает его шею руками, треплет волосы, руки скользят ниже по плечам, спине, тянут его к себе. В головах обоих кипят страсть, эндорфины, гормоны удовольствия будоражат тела. Его руки касаются её груди, она делает глубокий вдох, резко отрывает глаза и так же резко отстраняется от него. Он падает на локти. Она садится, волосы растрепаны по спине и плечам. Оба тяжело дышат. Он пытается взять её за руку, но она, не смотря на него, поднимается с постели и бежит в ванную. Сердце стучит так, будто бы она пробежала марафон. Кровь мчится по венам, будто машины на трассе «Формулы 1». В висках пульсирует: «Господи! Что это было? Твою мать! Еще чуть-чуть и.…» Лиза заходит в ванную, закрывает дверь, включает воду, умывается. Прислоняется к двери, медленно скользя по ней вниз. Обхватывает голову руками и сидит так, восстанавливая дыхание, стараясь привести себя в чувства.
Миша проводит рукой по лицу, волосам, он возбуждён, он хочет её. Но она ушла, резко, будто сбежала – что он сделал не так? Может, слишком быстро, но ведь это она его начала целовать, обняла, прижала, или всё это ему показалось в порыве страсти и желания? «Чёрт!» Он идёт к ванной, стучит в дверь.
– Лиза? Всё в порядке? Прости, наверное, я ускорил события. Меня просто тобой кроет, и эти чувства внутри меня рвутся наружу. Но если хочешь, не будем спешить. У нас есть время, да?
Миша прислоняется к двери, дотрагивается до ручки.
Лизе трудно говорить, в горле пересохло, а в глазах слёзы. Она собирается с силами и произносит сдавленным голосом:
– Да, всё хорошо. Мне просто приснился чудесный сон, вот я не разобрала, где он, а где мир. Ты прав, не будем спешить.
– Окей!
Он идёт на кухню, заглядывает в холодильник: на полке стоит одинокий стаканчик творожка и коробка с пирожными. «Да, не богато». Миша одевается и выходит на улицу в поисках кофейни-кондитерской. На удачу как раз в соседнем доме он замечает нужную вывеску, бредёт туда. Покупает две порции сырников, латте, капучино. Почему-то он уверен, что она любит капучино.
Лиза выходит из ванной, идёт в комнату, чтобы одеться. Его нигде нет. Странно, неясные чувства зарождаются внутри. «Неужели он вот так просто ушёл? Не сказав «пока»?» Вдруг в двери поворачивается ключ, он заходит с пакетом и кофе.
– Помоги мне, пожалуйста. Я добыл нам завтрак. Я молодец!
Лиза берёт у него покупки и несёт на кухню. Миша проходит в ванную, раздевается, включает душ, становится под мощный напор воды. Ему надо унять свои чувства, привести голову в порядок. Рядом с ней он не может быть собранным, им движет сердце, а не разум. Это было безумие! Ради неё он одним движением бритвы сменил имидж! Что скажут стилисты, Оля будет недовольна… Да и чёрт с ними, имеет же он право хоть раз за сто лет сделать что-то необдуманное, не вписывающееся в привычные рамки. Эх, как же хорошо! Жаль, что придётся надеть эту же одежду. Зато она хранит её запах.
Лиза поставила по порции сырников и кофе на стол. Пока он принимал душ, ей невольно лезли в голову будоражащие кровь мысли: «Интересно, какой он там без одежды, наверное, его тело просто божественно, вода стекает по его накаченной груди, кубикам пресса, ниже, м-м-м… Всё, хватит! Господи! Я хочу его! Немыслимо. Безумно».
Лиза поднялась к окну: нужно отвлечься, не думать о нём. Дверь отворилась, и он вышел, такой свежий, с мокрыми волосами, сексуально зачёсанными назад, без усов и бороды, молодой и невероятно привлекательный. Она стоит у окна, в шортах и футболке, с длинными, сексуальными, стройными ногами. Блин, как хочется броситься к ней, зажать в своих объятиях и взять её прямо здесь, на подоконнике. Нет. Не сейчас. Держись, Миша, ты обязательно получишь её, но позже, не будем торопить события.
Они оба садятся завтракать в одиннадцать часов.
– Мне капучино?
– Да, я подумал, что ты из кофе предпочитаешь именно его.
– Угадал.
Лиза отправляет ему чарующую улыбку.
– Мне пора собираться на автобус, сегодня без сумасшедших прогулок, – говорит она после завтрака.
Он понимающе смотрит на неё, подходит и нежно берёт за руку, притягивает к себе и неистово целует, затем отпускает. Лиза складывает все вещи в сумку, проверяет не забыла ли чего-либо. Миша наблюдает за ней, её лицо сосредоточено и серьёзно. Даже в таком образе она невероятно притягательна! Любуется, когда она красится перед зеркалом. Он подходит сзади, смотрит на их отражения, нагибается и целует в шею, обнимает руками за талию. Лиза разворачивается и целует его в щёку. Бабочкой выпархивает из объятий, оставляя наедине со своими мыслями и желаниями.
– Ну вот и всё! Нам пора!
– Лиза…– Миша так много хочет ей сказать, но слова застывают в горле.
– Да? – вопросительно смотрит она.
– Я вызову такси, – произносит он вместо слов о чувствах, которые зародились в душе.
Он помогает ей с вещами, они садятся на заднее сидение в такси, молча едут на вокзал. Лиза говорит ему, что не нужно провожать её до автобуса, это ни к чему. Как говорится, «долгие проводы – лишние слезы». Он соглашается, в такси целует её нежно, не хотя, выпускает из объятий.
Провожает взглядом ее хрупкую фигурку, которая скрывается в здании вокзала. Мишу ждёт возвращение в холодный и одинокий дом.
Глава 3
Всю дорогу до дома Лиза думала о встрече с Мишей. Что это было? Помешательство? Или судьба решила дать ей шанс, но на что? Ей необходимо было собраться с духом, убрать с лица это нелепое выражение, загадочную улыбку, стать обычной Лизой – прилежной женою и матерью, но сердце упорствовало, оно не хотело прятать эти сладостные воспоминания в самый тёмный уголок своего сознания.
Лиза вернулась домой, дети бросились ей на шею:
– Мама вернулась! А что ты нам привезла? – первым делом спросили они.
Лиза достала из сумки коробочку с пирожными. Дети схватили её и убежали на кухню. Муж смотрел футбол, он даже не вышел её встретить. Она разложила вещи, зашла на кухню, поздоровалась.
– Привет!
– Привет! Как съездила? Понравилось? – спросил муж.
–Да. Всё хорошо, – ответила она.
Лиза прошла в гостиную, села в кресло-качалку и остановила взгляд на окне. Ей вдруг очень захотелось туда, взмыть в небо, расправить крылья и полететь навстречу солнцу, теплу, купаться и нежиться в его ослепительных лучах, наслаждаться их прикосновениями. Но вместо всего этого был тёмный и холодный дом. Она вздохнула и закрыла глаза.
– Лизка, я тебя люблю! Л–Ю–Б–Л–Ю! Ты меня слышишь, я никогда тебе не перестану любить, я сделаю тебя самой счастливой, я буду носить тебя на руках, подарю все сокровища мира! Я, я, я… – Он не знал, что же ещё ей такого сказать, как донести до неё, что она самая-самая, что он не сможет и дня без неё. Что он мечтает на ней жениться, купить дом, стать отцом. Они будут проводить вместе дни, играть, баловаться и всё в их жизни будет самым лучшим.
– Ну всё, брось, перестань. Я же могу и поверить, ещё попрошу дать клятву и подписать кровью, у-у-у, – загадочно сказала Лиза.
– А я готов!
–Так, всё, хватит шутить.
– Лиза, я серьезно.
– Знаю, – улыбнулась она.
Андрей взял её за руку и погладил по щеке, потом притянул к себе и поцеловал. Они встречались несколько лет, были безумно влюблены и счастливы, перед ними был весь мир: они могли покорить тысячи вершин, морей и волн, пройти через сто преград. Лиза верила ему, он был её принцем, её любовью, её самым-самым. Она хотела быть с ним, ради него отказалась от престижной стажировки за границей. Ради Андрея бросила всех подруг, потому что они ей завидовали и мечтали отбить. Ради него поругалась с мамой, которой поначалу избранник дочери понравился, но потом его стало слишком много, и мама не смогла примириться с этим. Та никак не могла понять, почему Лиза променяла возможность обучение за границей, дальнейший карьерный рост на этого Андрея! Просто они не знали, как сильно Лиза любит его: день без него пуст и тёмен, без его поцелуев, объятий, прикосновений она превращается в сухоцвет, и, только когда он рядом, когда смотрит на неё, когда держит за руку, когда целует, она превращается в самый прекрасный в мире цветок, в этот миг сердце наполняется жизнью, за спиной расправляются крылья, и душа парит над землёй.
И вот теперь, спустя пятнадцать лет после знакомства, пройдя вместе через взлёты и падения, через сумасшедшую любовь и безразличие, она сидит одна в кресле. Ей больше никто не обещает сделать самой счастливой, не обещает вместе проводить время и играть с детьми. Любовь, как же быстро она прошла после столкновения с настоящими трудностями, как же быстро растворились его обещания.
Они так хотели ребёнка, он даже больше неё, настаивал, что надо сейчас-сейчас. А Лиза говорила ему, мол, куда спешить, они ещё не покатались по миру, она ещё не нашла себя и хочет подумать, чем заниматься. А как же все их мечты?
– Да ладно, – говорил он, – будешь малышом заниматься. Ты знаешь, что материнство – это очень важная вещь. И потом, из тебя получится прекрасная мама, ведь жена ты лучшая во вселенной.
Он говорил так убедительно, что она перестала сомневаться и поверила его словам. Решила, почему бы и нет, возможно, он прав. «Сейчас рожу, воспитаю, а лет через десять можно будет и карьерой заняться, ребенок-то уже будет. Если сейчас уйти в карьеру, то меня это затянет, а рожать, когда, в сорок? Нет, это поздно», – так думала Лиза.
А ещё его мама вечно зудила о внуках, постоянно ходила и приставала с расспросами, когда же она забеременеет, может быть, к врачу сходить? Она так и не приняла Лизу. Девушка навсегда осталась для неё чужой. Мама Андрея просто смирилась с выбором сына, потому что однажды он сказал ей, что, если она не сможет нормально общаться с Лизой, ему придется порвать с ней всякие отношения. Пришлось смириться. Но принять Лизу в свою семью она не смогла. Вот ещё! Какая-то профурсетка заарканила её единственного сыночка.
После окончания университета Лиза хотела устроиться на работу по специальности, но Андрей настоял на совместном бизнесе, говорил, что так будет лучше. Она после раздумий согласилась. Потому что не знала тогда, что он хочет просто привязать её к себе. Андрей страшно ревновал Лизу и боялся, что она встретит кого-то и бросит его.
Они создали вместе бизнес, Лиза помогала с бумагами, подсказывала идеи по расширению, по тому, как встать на ноги, вела отчётность, занималась налогами. Он был центром, мозгом, она – душой. Их дело быстро набирало обороты, разрасталось. Лиза чувствовала себя счастливой вместе с Андреем. Они не разлучались, всегда могли поговорить, обсудить какие-то темы. С каждым днем её чувства становились сильнее, и когда их стало так много, что они полились через край, Андрей сказал ей: «Давай родим ребёночка!» Он посмотрел тогда на неё своими милыми голубыми глазами и сделал такое выражения лица, что Лизе оставалось только броситься ему на шею и сказать «да».
– Мам, мам, мама! Она меня снова пинает! Скажи, чтоб не отнимала мою куклу и не ела моё пирожное. Ну, ма-ма!!!
Лиза очнулась от собственных мыслей о прошлом и вернулась в своё настоящее, где рядом стояла её четырехлетняя дочь и тормошила за руку.
– Что случилось? – спросила она.
– Мам, она меня пинает! И за волосы дёргает.
– Нет, не слушай её, ма, это она сама. Съела своё пирожное и на моё претендует. Отстань!
Девочки вцепились друг в друга и стали кричать, началась ссора. Лиза попробовала их разнять, растащила по разным сторонам.
– Девочки! Всё, хватит! Так, кому сказала, перестаньте! Больше не буду вам покупать пирожные, раз не можете спокойно покушать. Давайте поиграем. На улице хорошая погода, собирайтесь, пойдём гулять. Вера, иди одевайся, Надя, неси одежду, помогу одеться.
– Мам! Одень меня, – сказала Вера, – не хочу одеваться. Почему ты её одеваешь, а меня нет? – захныкала старшая.
– Верочка, ну сколько тебе лет, а сколько Наде? Она уже начинает потихоньку сама одеваться, где не может, я помогаю. Давай надену тебе футболочку.
Вера оживилась, поднялась с пола и пошла в комнату за одеждой. Надя принесла свои шортики и футболочку, попробовала надеть сама, и у неё получилось. Мама похвалила – та загордилась.
– Вера, а я сама оделась!
– Ну и молодец, а мне мама наденет футболку, бе-е-е. – старшая показала язык сестрёнке, та не осталась в долгу.
Лиза застегнула сандалии Наде и Вере, оделась сама, и все вышли во двор. Спустила велосипед, самокат, захватила формочки для песочницы.
На улице было тепло, солнце грело, воздух был наполнен ароматом липы, полевых цветов и летней свежести. Постепенно Лиза возвращалась к своей привычной жизни, но всё же где-то глубоко внутри посеялось семя сомнения. А правильно ли она всё сделала? Тот ли путь выбрала?
Вечером Андрей уложил детей и спустился к ней. Она сидела и смотрела сквозь телевизор, всё ещё находясь под магией от встречи с Мишей. Никак не удавалось переключиться обратно. Прогулка с дочками прошла отлично: они строили замки, бегали босиком по мягкой сочной травке, валялись в ней, щекотали друг друга и смеялись. Она точно любила своих детей, и если и уставала, то с улыбкой на лице. Думала ли она о том, что если бы вдруг вернулась назад, то не стала бы их рожать? Нет. Девочки делали её полной, наполняли энергией, силой, помогали ей быть собой, преодолевать личные проблемы. Хотя иногда они просто сводили её с ума. Порой бывало так, что Надя с Верой поссорятся из-за пустяка, потом начнётся настоящий разнос, затем обе дерутся, щиплются, орут, в конце плачут и непременно несутся к ней, чтобы она их жалела и говорила, кто виноват. От подобных сцен Лиза уставала.
Уставала она и от однообразия. За шесть лет материнства она привыкла к своей жизни, во всем был режим и чёткий распорядок. Всегда одно и то же. Иногда ей хотелось сделать какую-то глупость и вместо детского садика отвезти детей в парк покататься на каруселях. Лиза засыпала с этой прекрасной идеей и представляла, как утром девчонки удивятся и обрадуются. Но наступало утро, Лиза вскакивала с постели под дикие вопли Надежды, Вероника ногой открывала дверь в спальню, и девочки вваливались к ней с криками, перебивая друг друга. И все мечты о парке сами собой таяли. Лиза, кипя внутри, но внешне стараясь сохранять спокойствие, собирала дочек в сад, отводила туда, ни с кем, не говоря по дороге. Разводила их по группам, выходила за калитку садика и заходилась в рыданиях. Некоторые мамочки смотрели на неё с сочувствием, потому что сами проходили через ад, что порой устраивали их собственные дети. После, наплакавшись вдоволь, Лиза вытирала глаза, высмаркивалась и шла домой. Дома заваривала себе кофе с нежной молочной пенкой и, глядя в окно, наслаждалась этим моментом, пытаясь унять внутри себя агонию и гнев на девочек.
Затем она занималась своими делами: по вторникам прибирала квартиру, по понедельникам, средам, пятницам готовила обед, занималась фитнесом, в четверг посещала бассейн. Каждый день готовила ужин, перед тем как идти забирать детей из садика. В понедельник и четверг вечером водила Нику на танцы, в среду и пятницу у Нади была гимнастика, также девочки ходили на развивающие занятия. В общем, весь день был занят. В свободные часы Лиза читала книги. Несмотря на современные тенденции – электронные книги, аудиокниги, – она любила бумажные, напечатанные, книги. Ей нравилось устраиваться в кресле-качалке с каким-то интересным закрученным детективом и погружаться в историю. Она любила представлять себя героиней романа, анализировала действия героя и думала, так бы она поступила или же по-другому.
Иногда Лиза продолжала помогать мужу по бизнесу.
Пару раз пыталась запустить собственный проект, но, к сожалению, каждый раз это заканчивалось неудачей. Однажды она решила открыть детскую игровую комнату, нашла в интернете информацию, как это делать. Составила бизнес-план, посчитала расходы, приглядела помещение, нашла поставщиков. Остался лишь один вопрос: где взять деньги. Она обратилась к Андрею. Когда рассказала ему свою идею, он поднял её на смех, сказав, что у неё на руках дети двух и четырех лет, как она собирается управлять бизнесом? Знает ли она, как это сложно? Что всё время на каждом этапе нужно контролировать, следить, как тяжело найти хороших сотрудников и прочее. А что она будет делать, когда кто-то из девочек заболеет, кто будет за ними смотреть? Он? Бабушки? Нет.
– Нет, это плохая идея. Забудь, по крайней мере, до того времени, пока девочки не пойдут в школу. Слушай, кончай плакать, знаешь, что я не выношу слезы. Нет, мы не будем в это ввязываться. У меня и так своих дел по горло, за своими сотрудниками нужно следить, чтобы ещё в твой бизнес лезть.
Лиза вначале сопротивлялась, сходила в банк, чтобы узнать о кредите для развития бизнеса. Сотрудница банка, выслушав Лизу и узнав, что на её попечении находятся два детсадовца, мягко намекнула на последующий отказ в выдаче кредита. Лизе пришлось принять этот жестокий, реальный, несправедливый мир. Спустя неделю она всё же обзвонила все банки, просила у мужа дать ей деньги в долг, но тот уговаривал её всеми возможными способами бросить эту затею. К тому же через две недели девочки заболели ветряной оспой, и Лиза прошла через ад, после чего все жизненные соки были испиты, и она погрузилась в меланхолическое состояние. Пришлось заглушить жажду странствий и приключений, жажду движения, стать просто мамой и просто женой. Смириться с этими ролями. Понять: видимо, пока что только она одна может в полной мере заботиться о муже и дочках, и никто, кроме неё, не сделает это лучше.
Муж подошёл к ней, дотронулся до волос, шеи, притянул к себе и страстно поцеловал.
– Я скучал без тебя. Иди ко мне.
Он посадил Лизу к себе лицом.
– Дети спят, а мы можем пошалить немножко, что скажешь?
– Давай, – промурлыкала Лиза. Ей нужно было выплеснуть из себя накопившуюся сексуальную энергию.
Андрей подарил ей пять минут чувственности, без особых прелюдий и ласк. Их занятия любовью давно превратились в обычный супружеский долг, где жена делает всё для ублажения мужа, а тот разрешает себя любить. Лиза пыталась оживить интимную жизнь, но все попытки заканчивались крахом и капитуляцией.
Миша закрыл глаза, подтвердил адрес таксисту, задумался о прошедшем вечере и ночи. Как много произошло за столь короткий промежуток времени, как будто бы целая жизнь, невероятная жизнь! Неужели он влюбился? По-настоящему, впервые, с тех пор как расстался с Таней? И почему внутри сейчас так пусто и одиноко? Почему хочется кричать? Но крик не идёт. В голове начали зарождаться стихи, которые сразу же ложились на музыку. Он открыл глаза, достал телефон и стал писать, пока не забыл, пока всё ещё чувствовал её поцелуй на своих губах. Текст, полный любви и боли, счастья и одиночества.
Увижу ли я тебя снова?
Услышу ли я эти три слова?
Почувствую вкус поцелуя?
И в церкви услышу «Аллилуйя!»?
А может, это был сон,
И поутру растворился он?
Может, ты была видением?
Мои любимым привидением?
Куда же мчит меня такси?
Прошу тебя, меня спаси!
Молю тебя, приди скорее,
Останови, прижмись сильнее.
Хочу услышать стук я сердца,
Рукой коснуться твоего лица
И прокричать на мир: «Люблю тебя!»
Рядом со строками он записал ноты, мелодию своей любви.
Вот и аэропорт. Миша поблагодарил водителя, вышел и направился на регистрацию. Его группа забрала вещи из гостиницы, он предупредил их заранее, что полетит на самолете. Купил себе билет на ближайший рейс до Москвы. И снова аэропорт, самолет, дом. Пустой, одинокий дом.
Перелёт прошел нормально, надел наушники и продремал весь путь. В Домодедово его встретил личный водитель и отвёз домой. Единственной причиной, почему он рвался домой, была студия, где он хотел закрыться и написать трек. Внутри него всё бурлило, строки так и ложились на ноты. Он вновь достал телефон и продолжил записывать.
Домработница встретила, как всегда, с радушием и материнской любовью, позвала за стол, рассказала, что приготовила, спросила, как прошло выступление.
Миша поблагодарил её, ответил, что ему нужно срочно в студию, поест потом. У него вдохновение, которое просто нельзя отпустить. Она всё понимала, поинтересовалась, может, принести в студию, он сказал, что не голоден. Тогда женщина ушла. Она умела чувствовать его настрой, его душевное состояние, за долгие годы работы Миша стал ей как сын. Поэтому она всегда радовалась его успехам и переживала неудачи. Любила, как мать, и всегда желала ему только лучшего.
Миша закрылся в студии, включил электронное пианино и начал творить. За час работы получился прекрасный трек. После этого он поиграл с аранжировкой и, когда всё было готово, испытал удовлетворение от проделанной работы и впервые за целый день чувство голода.
Зазвонил телефон.
– Привет! Как долетел? Напоминаю, завтра у нас запись шоу у Леры Пироговой. Подготовься, ещё раз посмотри материалы. Я скинула на почту. Мы давно к ней собирались.
– Окей. Гляну.
– Ладно, отдыхай. – И помощница положила трубку.
Миша открыл почту, бегло прошёлся по тексту. Потом отправился на вечернюю пробежку. День был бесконечно долог и продуктивен. Необходимо было скинуть навалившееся напряжение, а пробежка всегда помогала ему справиться со стрессом. Иногда, когда всё было плохо, он просто надевал удобную одежду, выходил и начинал бежать, наращивая темп. Неважно, куда, неважно, зачем. Просто в никуда, и с каждым шагом ему становилось легче. Мысли успокаивались, сердце, напротив, начинало стучать с удвоенной силой. Ему нравилось это состояние. Он бежал до тех пор, пока хватало сил, когда было невмоготу, делал последний рывок и переходил на шаг. Иногда он мог упасть на траву и любоваться небом, слушая гул в ушах от бешеного сердцебиения. Иногда приходил домой или в номер и падал на кровать, чувствуя, как голова освободилась от хлама, и он снова готов рационально мыслить. Вот и сейчас ему требовалась эта перезагрузка.
Пробежка прошла отлично. Он вернулся домой, прошёл в бассейн, нырнул туда и, почувствовав полное очищение, растянулся на воде. Мысли становились ясными. В голове выстраивался план на ближайшие дни. Чувства остались в прошлом.
Миша идёт по парку, навстречу ему Лиза в красивом летнем платье, её волосы развевает ветер, на лице – приветливая улыбка.
– Привет! – говорит она. – Я хочу мороженое.
Миша идёт к киоску, он чувствует радость и блаженство в предвкушении поцелуев. Поворачивается, чтобы спросить, какое ей купить. И видит: её нет. Он начинает искать Лизу. Погода из солнечной становится пасмурной, начинается ливень. Миша убирает воду с лица, бежит, мечется и просыпается в поту. Лиза… «Я не могу тебя забыть. Прости».
После встречи с Лизой Миша почувствовал себя более одиноким, чем до неё. Он думал, почему не настоял на номере телефона, почему не взял никакие контакты, чтобы с ней связаться. Может, ей вообще нет никакого дела до него, а он тут мечется, переживает, не спит, пока она спокойно попивает коктейль в обществе накачанного красавца. От мысли, что у неё кто-то есть, Мишу бросает в пот, он начинает бить кулаками воздух, представляя, как бы надавал Лизиному ухажёру. Но в то же время Миша понимает, что красивые девушку априори не могут быть одни. И потом её таинственность, нежелание говорить о личной жизни наталкивают на мысль, что Лиза всё же что-то скрывает.
Миша попытался вспомнить их прогулку, разговоры и понял, что знает о Лизе только общие вещи и совершенно не владеет информацией интимной. «Наверное, я действительно был для неё мальчиком на один вечер, так, игрушкой».
– Миша, пора на сцену, публика тебя требует.
– Иду, ещё минутка. Ребята, минутная готовность. Начинаем с «Пряток». Все по местам. Ни пуха…
Зал взрывается аплодисментами, когда музыканты начинают играть хит «Прятки». Он выходит на сцену. Внутри вновь всё взбудоражено, кровь кипит. Адреналин зашкаливает. Они кричат его имя, подпевают, девушки вновь готовы на всё, кричат о своей любви. Он чувствует себя счастливым и необходимым.
Но чувство, что она здесь, его не покидает. Это уже тридцатый концерт после их встречи, юбилей, можно так сказать, полгода с той невозможной ночи. Он научился жить без неё. Опять один, опять одинок среди толпы. Да, желающих быть с ним много. Он пытался забыться в беге, музыке, клубе, объятиях других, но не мог. Каждый раз под утро просыпался в поту с её именем на устах. Хотел найти, приехать, но что-то внутри не давало ему сделать этот шаг. Сердце вновь пытается найти её глаза среди тысячи чужих. Но разум говорит: «Ее здесь нет. Перестань себя терзать».
– Миша, пора на сцену, публика тебя требует.
– Иду, ещё минутка. Ребята, минутная готовность. Начинаем с «Пряток». Все по местам. Ни пуха…
Зал взрывается аплодисментами, когда музыканты начинают играть хит «Прятки». Он выходит на сцену. Внутри вновь всё взбудоражено, кровь кипит. Адреналин зашкаливает. Они кричат его имя, подпевают, девушки вновь готовы на всё, кричат о своей любви. Он чувствует себя счастливым и необходимым.
Но чувство, что она здесь, его не покидает. Это уже тридцатый концерт после их встречи, юбилей, можно так сказать, полгода с той невозможной ночи. Он научился жить без неё. Опять один, опять одинок среди толпы. Да, желающих быть с ним много. Он пытался забыться в беге, музыке, клубе, объятиях других, но не мог. Каждый раз под утро просыпался в поту с её именем на устах. Хотел найти, приехать, но что-то внутри не давало ему сделать этот шаг. Сердце вновь пытается найти её глаза среди тысячи чужих. Но разум говорит: «Ее здесь нет. Перестань себя терзать».
Они расстались, даже не обменявшись номерами. Она сказала: «Ты знаешь моё имя. Прости, я не могу дать тебе номер телефона. Если судьба на нашей стороне, то мы обязательно ещё встретимся. Спасибо!» Это были её последние слова в такси, перед тем как навсегда раствориться в здании вокзала.
– Слушайте, друзья, я безумно счастлив быть сегодня здесь с вами. И вы знаете, что вам невероятно повезло. Почему? Как думаете? Не стесняемся! – Миша направил микрофон в зал.
– Мы попали на твой концерт! – закричали из зала.
– Ты лучший!
– Я люблю тебя!
– У-У-У!
– Сейчас, дайте мне минутку, я подготовил для вас сюрприз, – говорит Миша и подходит к музыкантам.
Садится за электронное пианино и говорит команды для техников в микрофон.
– Сейчас отключите, пожалуйста, свои телефоны. Не хочу, чтоб произошла утечка, – смеется он. – И приготовьтесь. Некоторое время назад в моей жизни произошло одно очень важное событие. Встреча, которая поменяла мой мир. И я написал песню. Вы станете первыми слушателями. Даже моя команда её ещё не слышала. Так что добро пожаловать в мою душу!
Миша вздыхает, встряхивает пальцами, ставит их на пианино и играет вступление, затем поёт песню, написанную для неё:
«Увижу ли я тебя снова?
Услышу ли я эти три слова?
Почувствую вкус поцелуя?
И в церкви услышу «Аллилуйя»?
А может, это был сон,
И по утру растворился он?
Может, ты была видением?
Моим любимым привидением?
Куда же мчит меня такси?
Прошу тебя, меня спаси!
Молю тебя, приди скорее,
Останови, прижмись сильнее.
Хочу услышать стук я сердца,
Рукой коснуться твоего лица
И прокричать на мир: «Люблю тебя!»
Моя сладкая малышка,
В тебя влюбился. Крышка!
Ты стала моей фишкой,
Моей малюткой мышкой.
С тобой хочу встречать рассветы
И слушать песни ушедшего лета.
Хочу летать с тобой до звёзд
И падать с высоты в море роз.
Хочу с тобою жизнь разделить
И очень долго и страстно любить.
Хочу, чтоб звала меня «котик»
И целовала сладко в ротик.
Ты моя малышка!
В тебя влюбился. Крышка!
Ты стала моей фишкой,
Моей малюткой мышкой!»
Лирическая музыка, слова, идущие из сердца, донельзя тронули его и зрителей. Кто-то включил фонарик на телефоне, и к концу песни зал наполнился светом от них, на глазах некоторых особо чувствительных девочек появились слёзы, кто-то закричал «Браво!». Когда музыка стихла, зал разразился долгими аплодисментами. Он ещё раз проиграл припев и пропел несколько особенно важных строк из песни.
Зал наконец-то стих. Миша горячо поблагодарил зрителей, надеясь, что когда-нибудь и та, кому посвящены эти строки, услышит эту песню. Он знал, что скоро из каждого телефона будут разноситься эти слова.
Вечером после концерта вдохновение не отпускало его, и, взяв блокнот, он вновь начал сочинять. Просидел полночи на подоконнике, и к утру родилось ещё несколько стопроцентных хитов. Конечно, все о любви, о ней, его музе – девушке в цветастом платье с роскошными изумрудными глазами. «Где же ты?» Миша и не знал, что любовь может творить чудеса и так вдохновлять.
Лиза старалась сосредоточиться на своей жизни: на заботе о детях и муже, создании уюта и радушной атмосферы дома, приёме гостей и прочих домашних обязанностях. Но иногда на неё находило нечто, и тогда ночью, когда дом засыпал, она забиралась на подоконник и, глядя в тёмное ночное небо, думала о том, что было бы, если… Она вспоминала, как когда-то до сумасшествия любила своего мужа, как им было хорошо, как счастливы они были. Она пыталась понять, когда же оступилась, где недоглядела и с какого момента всё начало рушиться. Когда он перестал ей говорить, что любит, когда перестал просто целовать, когда его слова стали обыденными и когда они перестали слушать и понимать друг друга.
Теперь она не могла назвать себя счастливой, ей хотелось разорвать порочный круг и вырваться на свободу, хотелось вновь почувствовать себя живой. Она придумывала походы, пикники, игры, путешествия, дарила мужу любовь и ласку, ничего не прося взамен, угадывала его желания, отдавала ему всю себя. Но в какой-то момент Лиза поняла, что отдавать больше нечего. Ничего не осталось, кроме неподъёмной усталости и пустоты внутри. Лизе очень хотелось заполнить эту пустоту, но сил что-либо делать просто не было. Единственное, чего ей хотелось, – чтобы все её оставили в тишине и покое. Погрузиться в транс и уснуть, быть одной. Она мечтала об одиночестве.
Как-то раз она договорилась с мужем, что будет каждый месяц уезжать в Питер для того, чтобы отдохнуть от быта и семьи, дабы не сойти с ума. Он, конечно, вначале сопротивлялся, но позже, после долгих-долгих просьб согласился. И теперь у Лизы появилась возможность одни выходные проводить наедине с собой. Это было её время.
Но потом в её жизни произошло нечто: вернее, некто ворвался и задел струны души, забрался в этот тёмный чулан, смахнул пыль с её сердца, и оно вновь забилось. Лиза вдруг почувствовала лёгкое чувство давно потухшей любви, то самое волнение, предвкушение и сладость поцелуя на губах. Та встреча никак не могла выйти из головы. И теперь, сидя на подоконнике и глядя в ночное небо, она думала о Мише. Представляла, как они вновь гуляют, крепко взявшись за руки, и как он крепко обнимает и целует её. Эти мечты грели душу, помогали жить, пробуждали в груди веру и надежду. Всё возможно…
Лиза стояла на кухне и готовила обед, настроение было хорошее. Ей захотелось послушать музыку, поэтому она включила любимую радиостанцию на телефоне. Ведущий говорил: «А сейчас премьера этой весны! Миша исполнит свою новую песню «Малышка». Представляете, он держал её в секрете и на одном из своих концертов решил-таки представить зрителям. И, как Миша сказал в одном из интервью, он посвятил её одной девушке, что некогда разбудила в нём любовь. Так что слушаем и подпеваем!»
Лиза замерла с ножом в руках, вслушиваясь в каждое слово.
Моя сладкая малышка,
В тебя влюбился. Крышка!
Ты стала моей фишкой,
Моей малюткой мышкой.
С тобой хочу встречать рассветы
И слушать песни прошедшего лета.
Хочу летать с тобой до звёзд
И падать с высоты в море роз.
Хочу с тобою жизнь разделить
И очень долго и страстно любить.
Хочу, чтоб звала меня «котик»
И целовала сладко в ротик.
Ты моя малышка,
В тебя влюбился. Крышка!
Ты стала моей фишкой,
Моей малюткой мышкой.
Лиза почувствовала, как сердце в груди замерло, всё тело пронзила дрожь. Она так и простояла с ножом в руках ещё несколько минут после окончания песни. Затем медленно положила нож, вздохнула, закрыла глаза.
«Сейчас я соберусь. Что мне надо делать? Варить суп. Правильно, я готовлю обед. И вообще, с чего это я взяла, что песня написана для меня. Бред. Это бред. Или нет…»
Лиза берёт телефон, начинает искать песню «Малышка», включает и ещё раз слушает. Затем находит страницу Миши в социальной сети и под одним из постов оставляет комментарий: «Привет! Очень крутая песня «Малышка». Интересно, в кого это влюбился наш Мишенька, девчонки, может, кто знает? А то обшарила весь инет и ничего не нашла. Кто же эта загадочная подружка?» Нажимает «отправить» – и вуаля. Комментарий улетел в сеть. Теперь нужно ждать. Чего?
Миша знал, что рано или поздно она появится. Конечно, за прошедшие месяцы приходилось самому просматривать тонны комментариев к своим постам, но это того стоило. Он знал, что только эта нить сможет их связать. И вот спустя время он наконец-то нашел её. Несомненно, это была она!
Миша чувствовал, как в висках запульсировало, пальцы задрожали. Он написал ей личное сообщение. Всего одно слово: «Ты».
Лиза увидела, что ей пришло сообщение. Не сразу, конечно, но оно было от него. «Я?» – ответила она ему.
«Я так долго ждал тебя! Почему ты не писала мне раньше? Мне пришлось отсмотреть тонны бреда, прежде чем нашёл твой заветный коммент. Я написал эту песню, когда мы расстались. Ехал в такси, и тут пришло вдохновение. Слова потекли из сердца, из души. Кстати, есть ещё несколько очень хороших вещичек. Думаю, посвятить тебе альбом».
Лиза читала его сообщение, долго не отвечала, потому что не была уверена, что именно ей написать.
– Спасибо! Очень милая песенка)
– Это всё, что ты можешь мне написать?
– Не знаю, что ещё…
– Может, что скучаешь, думаешь, хочешь увидеть?
Лиза не знает, что делать. Одна часть рвётся к нему, другая, просит оставить всё это.
На следующий день Миша присылает ей ещё одно сообщение:
– Привет! Я очень скучаю и хочу тебя увидеть. Пожалуйста, одна встреча, и, если захочешь, я отстану от тебя!
– Я не могу сейчас никуда поехать.
– Не беда, я приеду, скажи, куда и когда.
Лиза снова думает и вспоминает, что как раз через две недели будет в Питере одна. Она отправляет ему адрес арендованной квартиры.
– Привет, приезжай в Питер. До встречи!
– Обязательно буду! До встречи!
Эти две недели стали самыми долгими и волнительными в их жизни. Она следила, чтобы никто из детей не заболел, чтобы всё было хорошо, старалась не выдать себя какими-то движениями, словами. И вот этот день настал.
Миша тоже перенёс все свои дела, освободил выходные и на крыльях любви долетел до Питера. Стоял май, в воздухе пахло сыростью, травой, цветами и черёмухой. Природа уже очнулась после долгой холодной зимы и готовилась расцвести летом, чтобы сполна набраться сил для следующей зимы. Специально для встречи Миша заказал кулон в виде сердца, где значилась надпись «Моей малышке». Также специально для неё в студии записал альбом в единичном экземпляре. Он ни к чему так не готовился, как ко встрече с ней.
Лиза просто ехала, она не знала, зачем и что будет. Понимала, что нужно будет признаться, что замужем и у неё есть дети. А потом она просто закрыла глаза.
Он ждал её по указанному адресу с букетом цветов. Лиза появилась, как видение: в нежно-голубом плаще, на каблуках. Ветер развевал её длинные, отливающие золотом волосы. Он стоял, не смея вздохнуть: она была невероятно прекрасна!
– Привет! – прошептал он.
– Привет! – стесняясь и отводя взгляд, ответила она и улыбнулась.
– Это для тебя!
– Спасибо!
Они зашли в парадную, поднялись на этаж, затем она открыла квартиру, и они оказались внутри прихожей.
Миша поставил сумку на пол и наклонился, чтоб разуть её. Лиза была приятно удивлена такому поступку. Он взял её за руку. Лиза почувствовала, как внутри неё растёкся жар, но высвободила руку.
– Не надо, не сейчас. Я осмотрюсь, и мне надо заплатить.
– Хорошо.
Лиза осмотрела квартиру, затем оформила перевод. Налила себе воды, сделала пару глотков. Миша стоял сзади и наблюдал за ней. До встречи он думал: «Вдруг увижу её, и всё пройдет, может, это правда было наваждение». Но нет, она здесь, и ему очень хочется её обнять. Желание такое сильное, что нет сил сдерживаться. Миша подходит к Лизе и обнимает её, его губы касаются тонкой шеи. Лиза разворачивается, они смотрят друг другу в глаза, он целует её в губы.
– Пожалуйста, не надо. Миша, мне надо тебе сказать что-то важное. Я не хотела писать. Это личное.
– Нет ничего важнее нас с тобой. Пожалуйста, оставь всё там. Я слишком долго ждал и мечтал о тебе.
Миша вновь целует её, Лиза сопротивляется, но с каждой попыткой всё меньше и меньше. Наконец сердце берёт верх над разумом.
Лиза сдаётся. Их накрывает волна страсти, любви, потерь и неудач в прошлом. Они понимают, что всё время жили в ожидании встречи и этого порыва. Миша берет её на руки и несёт в спальню, кладёт на кровать. Снимает с неё платье, с себя – футболку, его губы скользят по её коже. Сил сопротивляться нет. Её душа жаждет любви, невероятной, безумной любви! Да, пусть она будут предаст мужа, но неужели за все те бессонные ночи, холодные взгляды, ту нелюбовь она не заслужила кусочек счастья, пусть самый маленький? Так хочется вновь почувствовать себя желанной, любимой, страстной. Хочется, чтобы вот так тебя целовали, не оставляя ни единой клеточки без поцелуев, чтобы крепкие и нежные мужские руки тебя ласкали. Она наплевала на все правила и запреты и впервые в жизни отдалась другому мужчине.