Лея Ли: тёмная сторона
Глава 1. До
Июнь 2014 выдался особенно жарким. У Леи заканчивался крем от солнца, но не поэтому она проводила дни в библиотеке. На носу годовые контрольные и экзамены на медицинских курсах. Это у простых канадских школьников не приняты итоговые аттестации, а к волшебникам – строгие требования. Ведь каждый обладающий магией человек несёт ответственность за свой дар. Поэтому система оценок и аттестаций прочно вошла в рутину школы-пансионата Эль Кастильо. Даже для статиков – тех, в ком магия не имеет вектора. Они видят волшебство, но сами не могут его творить, даже обладая каким-то особым даром.
– Эй, разве не здорово, что тебя допустили? – Соня МакБраун – соседка по комнате – обогнала Лею и шла спиной вперёд.
– Как ты не понимаешь? Меня обманули. Я не сдам эти экзамены.
– Это почему ещё?
– Я к ним не готовилась. Ты разве не в курсе, что до сертификации по медицине не допускают тех, кто младше шестнадцати? А у меня день рождения…
– В ноябре, знаю, – перебила Соня, развернулась и, подхватив Лею под локоть, прошептала: – Тебе выдадут бумажку осенью. Если сдашь экзамены.
– Если, – фыркнула Лея. – Если бы меня предупредили заранее, а не за три дня…
– Эй, хорошо, что вообще предупредили. А как ты узнала?
– МакГрегори пришло письмо из клиники. Подписанное, между прочим, твоей матерью.
– Значит, она и будет принимать экзамены. Не бойся. Сдашь, – подруга хитро подмигнула.
– Соня, я вообще не хочу сдавать эту медицину. Ты же знаешь, я ходила на курсы только, чтобы была группа для инуиток. Мне говорили, что это просто формальность. А теперь вот экзамены на носу. А я не готова.
– Так приготовься, что тебе мешает? А ну идём в библиотеку!
Экзамены на медицинских курсах остались позади. Трудный, но важный этап пройден. Лея Ли считала дни до окончания учебного года. Блокнот с записями от человека в чёрном был проштудирован от корки до корки. Выучены наизусть все рецепты, определения и признаки пригодности снадобий на каждом этапе приготовления. Девочки-соседки болтали без умолку. Конечно! Им оставалось сдать нормативы по спорту и основы боевой магии. Такой пустяк для них, что и беспокоиться не стоило. Только Кэтрин Стоун не отрывалась от книжки, готовясь к пересдаче по праву. Удивительно, как Лее удалось сдать его с первого раза.
Последний день. Только бы не проспать…
Алая лента выскальзывает из пальцев, расстилается по небу полотно рассвета. В медно-рыжие косы вплетены сиреневые цветы… Всё, как прежде. Шёпот "Лейла… Лей-ла-а…" звенит в ушах. Взгляд чёрных глаз и огонь… Много огня.
– Эй, ты чего? – испуганный голос Сони.
В комнате уже светло. Утро.
– Я кричала? – тихонько спросила Лея.
МакБраун кивнула.
– Ли, закрой рот, – недовольно пробормотала Клара Каприс с соседней кровати.
Соня улеглась. Ещё целый час можно было поспать. Лея повернулась на другой бок и закрыла глаза. И только начала проваливаться в дрёму, как раздался голос Натали Ламбер:
– А где Кэтрин? Девочки, Кэт пропала.
Стоун нашлась за завтраком. Сидела, бросая взгляды в сторону стола мальчиков. Румяная, довольная и сонная. А впереди аттестация и празднование допоздна.
– Эй, ты где была? Мы с ног сбились, – набросилась на соседку Соня.
– Всё в порядке. Я просто вышла прогуляться, – отмахнулась девушка.
– Ночью? – продолжила МакБраун.
– Рано утром, – Кэт невинно захлопала пышными ресницами. – Что такого? Ли тоже ходила.
Лея, успевшая занять своё место, даже подскочила.
– Что?
– Не отрицай, – тут же встряла Каприс. – Я видела пустую кровать на рассвете. И не раз. Ещё когда ты только приехала.
– А, это… – успокоилась Лея, вспомнив, что действительно занималась тайцзы рано утром. – Я просто выходила делать гимнастику, чтобы вас не беспокоить.
– Стоун, ты ведь не делаешь гимнастику, – скривилась Клара, глядя на соседку. – Вон как разжирела. Конфеты что ли лопаешь по ночам?
Девушка смутилась, но промолчала. Соне уже не было дела до других – она увлеклась завтраком. Нежнейший омлет с зеленью и гренками, тефтели с картофелем, травяной чай и десерты невероятно вкусные, если приходить в столовую вовремя. Лея же часто довольствовалась остывшей едой. Понимая, что это не даёт энергии надолго, ничего не могла с собой поделать. От бешеной нагрузки даже не было сил вовремя проснуться. Ингредиентов для бодрящего снадобья достать не удавалось. Покидать территорию школы магии Эль Кастильо ей нельзя. А Дэн, её парень, давно не ездил в Монтегю. Просить кого-то ещё Лея не решалась.
Стоун ковырялась в тарелке и вдруг выпрямилась как струна, густо покраснев. Каприс хихикнула. Лею обдало свежим апельсиновым ароматом.
– Слышь, – на стол между ней и Кларой опустилась рука. – Матушка письмо прислала. Заберёт нас во вторник вечером.
– Чёрт, Люмус, что за привычка пугать людей? – блондинка недовольно посмотрела на брата.
Тот выпрямился.
– Ха, Мелкая, чё те надо? – обратился парень к Соне, которая с его появлением отвлеклась от еды и сверлила блондина такими же чёрными глазами, как и у него.
– Не смей приближаться к Саре, – прошипела МакБраун.
– Ха, пусть идёт на бал с очкариком. У меня планы поинтересней, – он окинул взглядом девчонок и вышел, насвистывая мелодию.
– Эй, что он себе позволяет? – возмутилась Соня.
– МакБраун, чего прицепилась? Или ты тоже из тех, кто к Люмусу не ровно дышит? – томно произнесла Каприс, возвращаясь к трапезе.
– Эй, твой брат…
– Хватит! – громко осадила Соню Клара.
Даже гул голосов в столовой на время прекратился. А когда каждый снова занялся своим делом, Каприс наклонилась к Соне и сказала:
– Удивляюсь, как твоей глупой сестре хватило ума отказать ему. Надеюсь, он найдёт себе на вечер спутницу поинтереснее.
Выходные выдались дождливыми и ветреными. Но зато в понедельник уже с утра сияло солнце, обещая жаркий день. От Дэна до сих пор не было никаких вестей. А Лея ждала. Она знала, что парнишка не мог забыть о ней. Что бы ни случилось.
– Эй, ты чего такая грустная? – Соня присела рядом на кровать.
– По тёте соскучилась, – соврала Лея.
Не хотела она говорить правду в присутствии Каприс. Блондинка часто язвила и позволяла себе высокомерное поведение. А Лея действительно очень скучала по единственному близкому человеку – тёте, которая появлялась в её жизни крайне редко. Но сейчас её мысли занимал исключительно Дэн.
– Пойдём-ка на залив, – предложила МакБраун. – Тебе нужно развеяться. Два дня у окна просидела.
– Угу, пойдём, – согласилась Лея.
До ночи проклятия было ещё далеко. До обеда точно можно жить обычной жизнью. Хотя сложно назвать обычной жизнь, когда на тебе целых два проклятия. Одно мучительнее другого.
– У меня есть полтора часа. А потом отец заберёт нас с Сарой. И будем ждать маму с конференции. Поживём в Монтегю, – рассказывала о планах подруга, когда девушки шли через внутренний дворик.
– Здорово, – машинально ответила Лея. – Прости, я обманула тебя. Там, в комнате, – призналась она. – Чтобы Клара не язвила.
– Эй, это она может.
– На самом деле я скучаю по Дэну.
– Родители её совсем избаловали, – продолжала подруга. – Нам отец не позволяет унижать людей.
– Надеюсь, он не узнает, какими словами вчера ты называла брата Клары, – хихикнула Лея.
– Эй, что ты! Зачем ему такой стресс? Но, поверь мне, если Дарк обидит Сару, отец с него сам лично шкуру спустит.
– Не очень-то вежливо с его стороны, – заметила Лея.
– Зато справедливо. Ты видела свой сертификат?
– Нет.
– А Саре выдали уже.
Лея вздохнула:
– Мне же нет шестнадцати.
– Эй! Ну могли же хотя бы показать! Жаль, тебе выходить за территорию нельзя. Получила бы права. В Бич Пойнт есть автошкола.
– Сонь, я и автомобиль – разные вселенные.
– Понимаю. Мне и самой проще гонять на метле или ковре-самолёте. А самая заветная мечта – крылатые лошадки. Папа обещал мне подарить, когда учёбу закончу, – восторженно говорила подруга. – Я тебя прокачу.
– Ой. Может, не надо? Я ведь не очень с животными. Ты знаешь.
– Эй, глупости. А пошли драконов кормить?
Солнце светило слишком ярко, и Лея, опасаясь за свою чувствительную кожу, согласилась. В лесу она не рисковала обгореть. Пройдя мимо полуразрушенного замка по поляне среди только что распустившихся сиреневых цветов Душа Феникса, девушки свернули к фонтану. А дальше на тропинку, ведущую к большому оврагу среди высоченных клёнов. В одиночку Лея больше не решалась сюда ходить. Но с Соней – совсем другое дело.
– Сара останется в Эль Кастильо?
– Эй, конечно, нет. Закончит стажировку и вернётся в Монреаль. Поближе к родителям. Может, даже до университета дорастёт со временем. Она умница. Сможет и студентов учить, – похвасталась подруга.
– Жаль. Школу могут закрыть из-за нехватки учителей, – посетовала Лея.
– Не закроют. Потому что если это не сделали в девяносто седьмом…
Девочки застыли как вкопанные. На поляне между молодыми клёнами они увидели человека в чёрном – их преподавателя географии и алхимии.
– Эй, чего это Снежински руками машет? – тихонько спросила Соня.
– Это гимнастика тайцзы, – ответила Лея, которая сама обучила человека в чёрном всем премудростям восточной практики.
– А я подумала, кому-то семафорит. Ладно, пойдём отсюда. А то вдруг он вспомнит, как мы с Кларой в него землёй кидались.
Лея проводила сестёр МакБраун до главных ворот и вернулась в школу. После обеда она гуляла в парке у фонтана. Кормила голубей. Думала о Дэне. Как не состоялся их первый поцелуй. Как прервал их танец круглый мексиканец Рикардо Дельгадо тревожным сообщением из дома парнишки. А так хотелось кружиться в объятиях любимого, смотреть в его серые глаза. И когда-нибудь, возможно, стать миссис Райс. Почему она сама не решилась поцеловать его тогда, в холле? Когда он с такой нежностью назвал её куколкой. Она закрыла глаза и представила перед собой его. Улыбку, которую невозможно забыть.
День клонился к вечеру. В воздухе парило, как перед грозой. Самочувствие ухудшалось, предвещая ночь проклятия, когда предстояло снова пережить смерть той, чьей точной копией она являлась. Каждый год. Одно и то же. Та же боль и страх.
В комнате никого не было. Девочки, видимо, ушли на залив. Лея собрала вещи. На всякий случай заглянув под подушку, обнаружила там сложенную вдвое бумажку. Без подписи.
Глава 2. Любопытство и проклятие
Лея повертела записку в руках. Запах – приятный – почти как у новых духов Дэна. Неужели это от него?
"Куколка, в семь часов приходи в Шато. Тебя ждёт сюрприз. Южная дверь будет открыта".
Надев новое васильковое платье, Лея спустилась на улицу. Думать о том, что записка могла быть написана Снежински – человеком в чёрном – ей не хотелось. Было страшно, после того как он выгнал её из старого замка, идти туда вновь. Только бы не столкнуться с этим злобным типом нос к носу.
Дверь с южной стороны была действительно открыта. Внутри на стене прикреплена ещё одна записка. И от неё тот же ароматный шлейф. Листок брать с собой не стала. Она и без него неплохо ориентировалась в старом замке. Да и схема была предельно ясна. Через западную часть на второй этаж. Пройти под центральной лестницей, где ещё не доводилось бывать. Лея достала из сумочки волшебную палочку. "Люкс", – со светящейся полоской в руке она шагнула в прохладную тишину старого Шато.
В сумерках обломки камней на полу могли быть опасными. Пройдя через коридор с пустыми рамами и юго-западную башню, Лея остановилась. Как же здесь было пыльно! Западная часть замка пострадала больше всего. Того и гляди потолок на голову обрушится. И как человек в чёрном не боится здесь ходить? Как она сама не боялась? И почему так страшно сейчас? Предчувствие опасности? Или побочный эффект надвигающегося проклятия? Как бы то ни было, времени до него оставалось всё меньше. Да и любопытство подгоняло вперёд. Дойдя до помещения, заваленного мебелью, Лея по боковой лесенке поднялась на второй этаж. Тут она оказалась впервые. Темно. И очень пыльно. Жаль будет испачкать красивое васильковое платье. Путь вёл под самыми ступеньками центральной лестницы. Здесь пахло сыростью, и все углы были затянуты паутиной. Поёжившись то ли от холода, то ли от брезгливости, Лея ускорила шаг. Показалось, что впереди мелькнула тёмная тень.
В восточной части замка не было разрушений, обломков и ощущения сильной запущенности. Шато, казалось, просто спал. Звуки шагов гулко отражались от стен. Лея могла слышать даже своё дыхание. Справа от неё тянулся тёмный каменный коридор, а слева – просторный холл с паркетом на полу. Сквозь узкие щели между портьерами проникали закатные лучи солнца. Палочку Лея за ненадобностью убрала в сумочку. Как было бы здорово танцевать в этом зале с Дэном! Наверное, в былые времена здесь действительно проводились балы. Высокие вытянутые окна. Светлые портьеры. Очень пыльные. Стоило их только тронуть, и Лея тут же начала чихать. Пришлось отойти. Но увидеть из окна сиреневый луг ей всё же удалось.
Из зала вёл ещё один коридор. До него Лея добралась вальсовым шагом, воображая себя в объятиях Дэна Райса. И как они раньше не нашли это чудесное место? Тут так здорово. Жаль, что парнишка не ждал её именно здесь! Может, она опоздала? Или он сам задерживался…
Коридор был тёмным. На полу бордовый ковролин, заглушавший шаги. И тоже очень пыльный. Слева двери. Позади какой-то шорох. Лея не сразу обратила на него внимание. Но потом обернулась. В глаза ударил яркий свет.
– Ха, Рыжая. А ты-то чё тут делаешь?
– Люмус? Это ты? – прикрывая глаза ладонью, спросила Лея.
Он тихо засмеялся.
– Не ожидала? И я не ожидал. Тебя вообще не звали. Ты одна?
– Одна, – ответ прозвучал неуверенно.
Дарк выругался, приглушил свет и шагнул вперёд. Лея почувствовала его дыхание.
– Я всегда довожу задуманное до конца, – блондин усмехнулся. – Сегодня по плану весело отметить конец учёбы, – сказал он, обходя вокруг Леи. – Ну ничё. Так даже интереснее. Ха. Ры-ыжая. Бе-едная ове-ечка.
Блондин заржал. Его хохот отразился от стен разными голосами.
– Так записка была от тебя? – осенило Лею.
Дарк сложился пополам от смеха.
– От меня, – выругался. – Но не тебе.
Лея выдохнула.
– В следующий раз подписывай свои письма. Твой почтальон перепутал комнаты и подушки. Старшая МакБраун…
– Ты в своём уме, Рыжая? – грубо перебил её блондин.
– Ещё не поздно всё исправить.
– Поздно, Рыжая. Поздно, – он подошёл вплотную. – Лучшего недоразумения не придумать. Я ведь обещал стать твоим ночным кошмаром? Ха.
Лея сделала несколько шагов назад, пока спина не упёрлась в холодный камень. Внутренний жар надвигающегося проклятия немного остыл. Но голова становилась тяжелее. Звуки искажались. Глаза теряли фокус. Лея зажмурилась. И тут же ощутила на себе горячие ладони Дарка.
– Люмус… Мне нужно… к мадам Леру. Я плохо… себя чувствую.
Блондин усмехнулся.
– Не пытайся соскочить.
– Мне правда… Мадам Леру… В девять… Помоги мне.
Дарк заржал.
– Люмус, – уже сквозь слёзы умоляла она. – Мадам Леру… Ждёт… Правда… Это не смешно. Я уми…
– Ха! Шах и мат, Рыжая.
От ниш в стенах отделились две тени. Лея ощутила первый серьёзный приступ боли. Жар разливался по телу. "Внутренний покой… Внутренний покой… Не моя боль". Она устояла. Ладони горели огнём.
– Помоги мне… Люмус.
Он не слышал её шёпот. К ним приближались двое в капюшонах, скрывавших лица. Высокий и пониже.
– Там комната открыта, – сказал один из них, светя Лее в лицо палочкой.
– Ничё такая, – присвистнул второй.
– Кукла, конечно, пофигуристей. Но и эта сойдёт, – сказал длинный и схватил за запястье.
– Э! – Дарк выругался и пошёл следом.
На улице началась гроза. Раскаты грома слышались в замке, а отблески молний проникали сквозь заросшие плющом окна. Дождь барабанил по листьям, стенам и остаткам стёкол. Ноги подкосились, Лея осела на пол. В голове загудел смех парней. Дарк наклонился. Вспышка молнии осветила его лицо. Чёрные глаза. На губах застыла омерзительная усмешка.
– Что-то мне это напоминает, ха.
– Отпусти меня… Мне нужно… к мадам Леру.
– Успеешь, – ответил Дарк и потянул за бретельку платья.
Лея перехватила его запястье. Под ладонями чувствовался жар.
– Ай! – блондин отдёрнул руку. – Электро!
По телу расползлись неприятные мурашки, а потом сменились болью. Такой знакомой. И такой невыносимой. Она слышала их смех. Приглушённый, как из-под толщи воды. Сильные руки с влажными ладонями прижали её запястья к полу. Она ощущала на себе прикосновения. И ничего не могла сделать, кроме как кричать от боли и ужаса. Проклятие набирало силу.
– Что за чёрт? – услышала она голос одного из парней, когда волна боли отступила.
– Мадам Леру… – прошептали её растрескавшиеся губы.
Слова слились с очередным раскатом грома. Дарк выругался.
– Попробуй управление волей, – со смешком предложил один из мучителей.
– Успеем. Ночь длинная, – ответ Дарка утонул в очередном приступе боли от проклятия.
Когда Лея снова пришла в себя и открыла глаза, трое парней стояли над ней в недоумении.
– Чё делать будем? – спросил низкий.
– Продолжать, – длинный шмыгнул носом и опустился на колени. – Слышь, не ори. Поняла? – он угрожающе поднёс кулак к лицу Леи.
– Мадам Леру… – только и смогла прошептать она, прежде чем приступ повторился.
Открыв глаза, Лея увидела над собой лицо Дарка. Он был зол. Зажимал ей рот ладонью. Будто это могло остановить крик от проклятой боли.
– Не ори. Хуже будет, – предупредил он.
Лея замотала головой и увидела в стороне его дружков. Низкий держал в руках её туфли. Лиц их по-прежнему не было видно. Но она уже догадалась, кто они. Ладонь Дарка переместилась к шее. За дверью что-то громко хлопнуло. Дружки явно струсили и прижались к стене. Блондин с издёвкой произнёс:
– Вы что, грозы боитесь?
– Мистер Дарк, что здесь происходит? – отчётливо послышался строгий голос МакГрегори.
В воздухе мелькнули серебристые нити и обвились вокруг рук парней, превратившись в наручники. Туфли с грохотом упали на пол.
– Ваши дипломы аннулированы. А ну на выход, паршивцы!
Спустя минуту в комнате стало тихо. Лея закрыла глаза. Сил встать не было. Даже шевелиться не хотелось. По щекам текли слёзы. Неужели её оставили здесь один на один с проклятием?
А дальше были чьи-то пахнувшие тмином руки, бережно поднявшие её с пола, и полёт. Тяжёлые шаги эхом отдавались в голове. Свет, слепящий даже сквозь сомкнутые веки. Шум, суета, голоса, шорохи, раскаты грома и отблески молний. Лея и сама не понимала, спала она этой ночью или нет, и можно ли назвать это состояние сном? Она просто лежала с закрытыми глазами, не зная, где она, не зная, сколько синяков на её руках и ногах, не зная, что новое васильковое платье изодрано в клочья…
Глава 3. После
Потолок. Невысокий, светлый. В окне – отражённые от корпуса напротив лучи утреннего солнца. Лея лежала неподвижно, глядя перед собой. Мыслей не было. Наутро после ночи проклятия ей всегда нехорошо. Но сейчас было что-то ещё. Какая-то тревожность витала в воздухе. Иногда в поле зрения появлялось взволнованное лицо мадам Леру или МакГрегори. Они пытались с ней заговорить, усадить, накормить, напоить. Но Лея будто приклеилась спиной к кровати. Пару раз она видела суровое серое лицо человека в чёрном и сразу закрывала глаза. В полдень, провалившись в сон, снова оказалась на берегу, а потом на вершине башни. Алая полоска рассвета, колючий взгляд и шёпот "Лей-ла-а".
Лея открыла глаза и ощутила приятный аромат. На тумбочке стояла узкая ваза, а в ней – одинокий сиреневый бутон. Кто-то нарушил правило и сорвал редкий цветок Душа Феникса. Лея улыбнулась.
Рядом выросла голова Снежински. Видимо, он сидел у кровати и, увидев, что она проснулась и улыбается, встал. Скрежет ножек стула по полу напугал её.
Тут же послышался высокий голос Надин Леру:
– Всеволод, она проснулась?
– Да, – Снежински вышел за ширму.
Лея села, осмотрелась. Оказалось, что одета она не в красивое васильковое платье, а в казённую безразмерную ночную рубаху сизого цвета.
– Мадам Леру, – обратилась она к вошедшей целительнице. – Обед скоро?
– Скоро ужин, дорогая. Директор распорядилась покормить вас, как только проснётесь.
– Это хорошо. Я бы слона съела, – призналась Лея. – А где моё платье?
Улыбка сползла с лица женщины.
– Разве вы не помните?
– Нет.
– К сожалению, оно больше непригодно…
– Почему?
– На вас напали.
– На меня?
– Дорогая, вы совсем ничего не помните?
Лея напрягла память: записка, старый Шато, низкий проход под лестницей, пустой пыльный зал… Люмус Дарк.
– Нет, ничего, – соврала она. – Я ведь не помню, как проходят ночи проклятий. Знаю только из рассказов… посторонних.
Лея так и не смогла произнести слово "тётя" после того, как раскрылась многолетняя ложь.
– Что ж, дорогая… Отдыхайте. Я сейчас принесу ужин.
– Ещё один вопрос, мадам Леру…
– Да.
– Что здесь делал… мистер Снежински?
Целительница только открыла рот, чтобы ответить, как дверь распахнулась, и Лея услышала командный голос директора:
– Надин, вы здесь? Поднимитесь к Касперович. Она снова не в себе.
Звук ударов трости о каменный пол приближался. Вопреки ожиданиям, МакГрегори заглянула за ширму не одна, а в сопровождении человека в чёрном, который держал поднос с едой.
К вечеру прибыла Чунь Шэн. К этому времени Лея уже переоделась. Но вернуться в комнату насовсем её не отпустили. Оставалось только сидеть в одиночестве на подоконнике и смотреть на клумбы и рябины сеньора Дельгадо во внутреннем дворике школы. Мадам Леру увела тётю Чунь к директору. И о чём можно было так долго беседовать? Неужели об отчислении из Эль Кастильо? Лее не хотелось думать об этом, но мысли сами лезли в голову. Если догадка подтвердится, нужно найти способ предупредить Дэна. Впрочем, его адрес ведь остался. И не только на дне чемодана, но и в памяти.
Длинные летние сумерки опустились на остров Принца Эдуарда. А Чунь Шэн всё ещё не возвращалась. Лея устала ждать, изнервничалась. Спрыгнув с подоконника, уверенно направилась к выходу. Несмотря на то, что в приёмной со стороны младшей школы Лея ещё не бывала, она знала дорогу. Чтобы попасть в кабинет директора, нужно подняться на один этаж вверх. Из-за особенностей ландшафта это был второй этаж. Тогда как в старшей школе – третий. Это помещение отличалось от того, что находилось по другую сторону кабинета. Зелёный ковёр, низенькие лавочки и столики с раскрасками и карандашами. Напротив входа неприметная дверь в стене. Слева тоже дверь. На ней табличка с надписью "Директор школы-пансионата "Эль Кастильо", кандидат магических наук, профессор Мария Эрика МакГрегори". Над дверью светилось красным "Не входить". Решимость Леи улетучилась. Замешкавшись, она стояла под дверью и думала, подождать ещё, предупредить или войти без стука? Из кабинета вылетела миссис Каприс. Её разъяренный вид напугал Лею. Женщина что-то говорила, спрашивала. Лея её будто не слышала. Она просто смотрела на неё, не мигая. Настолько неожиданно громко та кричала. Видимо, молчание Леи бесило миссис Каприс ещё больше. Её волосы, выбившись из причёски, торчали белыми клочьями. Она даже достала волшебную палочку, но подоспевшая МакГрегори взяла её за локоть:
– Миссис Каприс, успокойтесь.
– Как я могу успокоиться, директор? Моего сына обвиняют не пойми в чём. Где он сейчас находится – неизвестно. Бедный мальчик напуган. Раздавлен. Целый год учёбы насмарку! В министерстве уже знают об аннулировании диплома. Я этого просто так не оставлю и сделаю всё, чтобы школу закрыли к чертям собачьим, – блондинка дёрнулась, глядя на Лею полным ненависти взглядом.
– Ваш сын и его дружки сбежали из-под стражи. Потому что виновны. А вы не желаете этого принять, – строго ответила МакГрегори.
– Люмус собирался работать в министерстве. Зачем ему, скажите, портить себе репутацию? Его оболгали. И заметьте, не в первый раз. Не слишком ли много совпадений? – кивнула миссис Каприс в сторону недоумевающей Леи.
В кабинете директора в креслах на тоненьких ножках сидела Чунь Шэн Ли, Надин Леру и тьютор класса Дарка – Леонард Ланде. Последний сразу вскочил, едва Лея переступила порог.
– Мисс… Мисс Ли, как? Как вы? Это… это правда? Про нападение? – быстрые глазки учителя латыни остановились наконец на ней.
В ответ Лея лишь пожала плечами.
– Я ничего не помню, сэр.
– Зато я помню, – строгий голос директора прозвучал за спиной.
Мимо прошла миссис Каприс и уселась в свободное кресло. Директор встала у своего стола.
– Иди ко мне, – тихонько позвала тётя Чунь, приглашая сесть на колени.
– Я не маленькая. Постою, – буркнула в ответ Лея.
– Зачем? Зачем стоять? – мистер Ланде взмахнул палочкой, и его кресло раздвоилось.
Копии отскочили друг от друга в разные стороны. Когда все сели, директор рассказала, как узнала о нападении:
– Я допоздна разбирала заявления и, когда уже выходила из кабинета, вдруг услышала крик. Кричала Бланка, – все покосились на каминную полку, где стояли фигурки основателей школы. – Я не сразу поняла, в чём дело. Но подумать только! Я бы могла опоздать, – голос МакГрегори дрогнул.
– Этот крик пробудит мёртвого, – заговорила фигурка девочки на каминной полке. – Мы уже слышали такое. Но вчера…
– Как ты, девочка? – пробасил основатель, обращаясь к Лее.
– В порядке, мистер Кастильо, – ответила она. – Неужели и в самом деле произошло что-то ужасное?
Всеми силами Лея старалась делать вид, что ничего не помнит. Хотя как можно забыть чёрные глаза Дарка? И его цепкие руки. И потные ладони соучастников, прижимавших её запястья к полу. На удачу, проклятье помогло в ту ночь избежать беды. Отпугнуло нападавших. Но блондин… Или псих или бесстрашный. А его мать всё ещё пыталась убедить присутствующих в обратном.
Заседание окончилось ничем. Миссис Каприс осталась при своём мнении. Ушла непобеждённой. Мистер Ланде снова скрылся так быстро, что Лея глазом моргнуть не успела. Надин Леру, зевая, отправилась к себе. А Лея и Чунь Шэн ушли за вещами.
В холле на пятом этаже было пусто. В комнате досуга и спальне тоже. Как же хотелось сходить к Касперович, чтобы цыганка погадала, вернётся Лея в Эль Кастильо осенью или нет. Ведь тётя могла увезти её навсегда. Жаль, что Эсмеральда Касперович сейчас не в лучшей форме.
В холле топтался круглый мексиканец. Странно, но одет он был во всё чёрное. Не в его стиле. Особенно нелепо на нём смотрелся цилиндр вместо ковбойской шляпы.
– Нас не надо провожать, сеньор Дельгадо, – предупредила Лея.
– О, мисс, директор просила задержать вас с миссис Ли до утра.
Лея и Чунь Шэн переглянулись.
– У меня машина за воротами, – немного нервно ответила тётя.
– О, миссис Ли. Я провожу вас. Машину можно оставить на школьной стоянке, – продолжал настаивать мексиканец, переминаясь на тоненьких ножках. – Директор очень просила вас остаться. О, не беспокойтесь! Вас разместят в гостевой комнате.
– Бред какой-то, – фыркнула тётя.
Лея почувствовала, как часто забилось сердце Чунь Шэн, вызвав у той приступ головокружения.
– Останемся? – спросила Лея тётю.
– Не вижу повода, – нервно ответила она.
– О, повод есть, – воскликнул сеньор Дельгадо. – Вы не успели выйти, как директор получила тревожное известие.
– А мы-то здесь при чём? – Чунь Шэн явно рассчитывала поскорее уйти.
– Известие из дома… – грустный взгляд мексиканца устремился на Лею. – Райсов.
Услышав это, Лея еле удержалась на ногах, схватившись за тётю Чунь.
Глава 4. Последнее лето
Всю ночь Лея промаялась в догадках, что же случилось в доме Райсов. Толком и не спала. Но поднялась очень рано и успела повторить комплекс тайцзы. С тоской вспоминая уроки с человеком в чёрном. Что же такого сделала Лейла Сноу? Почему Снежински возненавидел её?
– Мэй-Мэй, – тётя Чунь ждала Лею в холле на пятом этаже, – вещи нужно спустить вниз прямо сейчас. Сразу после завтрака выдвигаемся.
– Тебе удалось узнать, что случилось?
– Угу. Но думаю, ты и сама догадалась.
– Алла-Виктория? – голос Леи дрогнул.
– Угу.
– Что-то серьёзное?
– Её больше нет, – как удар грома прозвучал голос тёти.
– Бедный Дэн… Наверное, он раздавлен, – весьма кстати рядом оказался диванчик.
– Мы подвезём директора, выразим соболезнования семье и сразу уедем, – заявила Чунь Шэн.
– Сразу? Но ведь… Но разве… – Лея не нашлась, что сказать.
– Самолёт не будет ждать, Мэй-Мэй, – объяснила тётя, приобняв её за плечи.
– Я… вернусь? – губы предательски задрожали.
– Если пообещаешь кое-что, – тётя скрестила руки на груди.
– Что угодно, – выпалила Лея, не подумав.
– Никаких привязанностей, – отрезала Чунь Шэн.
– Это невозможно, – голос прозвучал очень тихо.
– Я ведь смогла.
– Разве ты… Мы…
– Ты – это другое. Поторопись, Мэй-Мэй.
– Да, прости. Мы ведь… чужие.
Лея побрела за вещами. За завтраком она ела нехотя. На всякий случай. Ведь дальше только неизвестность. Тётя так и не сказала, куда они полетят после визита к Райсам.
Директор сидела на переднем кресле, указывая путь. Дом располагался во второй линии от дороги и был скрыт от глаз зарослями черёмухи. Видимо, от посторонних его дополнительно защищали чары. Потому что он возник внезапно, будто вырос из-под земли. Аккуратное двухэтажное строение, а рядом автомобиль мистера Райса. Чунь Шэн припарковалась рядом с ним. На шум мотора на крыльцо выбежал Дэн. Весь в чёрном. Волосы взъерошены, вокруг глаз припухлости. Мимолётная улыбка тронула его губы, едва он встретился взглядом с Леей. Парнишка спустился к машине, галантно открыл дверцу и подал руку директору.
– Примите соболезнования, мистер Райс, – скорбно произнесла МакГрегори.
– Спасибо, миссис Мария, – ответил Дэн. – Идёмте в дом. Лея, миссис Ли.
Парнишка провёл их в скромную гостиную, где на каминной полке стояла керамическая урна.
– Прах бабули, – тихонько пояснил он. – Она просила развеять над заливом, когда ветер будет в сторону Эль Кастильо.
– Столько лет школе отдала, – грустно вздохнула директор.
А Лея вдруг в полной мере осознала, что и МакГрегори уже слишком стара, чтобы продолжать тянуть всё на себе.
– Дэниэл, помоги мне. Принеси из кухни кексы, – за спиной что-то звякнуло.
Лея обернулась.
– Сейчас, мам, – ответил парнишка.
Худенькая женщина разливала по чашкам чай. И когда она выпрямилась, Лея поняла, что однажды уже видела её. В воспоминаниях мистера Снежински. Миссис Райс стояла, широко раскрыв глаза. Да, это точно она. Серые глаза. И волосы… Уже почти не русые – седые. Но не узнать её невозможно. Неловкое молчание длилось уже слишком долго, когда тётя Чунь наконец заговорила с женщиной, выразив соболезнования и предложив помощь.
– Совсем забыл вас познакомить, – смущённо сказал Дэн, входя в гостиную с подносом ароматных кексов. – Это бабулины любимые. Угощайтесь. Мам, папа поехал на маяк. Сказал, вернётся за нами, как сменится ветер.
За неспешной беседой парнишка делился воспоминаниями о первой встрече с Леей и Чунь Шэн в Монтегю. Как Алла-Виктория хвалила кафе "Старый Эдвард". Как Дэн утонул в изумрудно-зелёных глазах девочки напротив. И как с удивлением обнаружил, что будет учиться с ней в одном классе. Как прабабушка любила её, Лею Ли, как родную.
– Мы так редко виделись, – по щеке скатилась слеза. – Я и не знала, что…
Лея вытерла лицо ладонью.
Потом говорила МакГрегори. Много вспоминала об Алле-Виктории как о предшественнице в директорском кресле. Как сильно переживала пожилая миссис Райс за школу и каждого ученика. Как её подкосила история с гибелью Лейлы Сноу.
– Вы так похожи на неё, мисс, – сказала мать Дэна Лее.
– Бабуля ведь рассказывала. Помнишь? – спросил парнишка.
– Да. Но, признаюсь, я не придала этому значения. Не думала, что сходство может быть настолько точным.
– Точнее некуда, миссис Райс, – вздохнула Лея и многозначительно посмотрела на тётю Чунь.
Взрослые ещё долго общались, а Дэн отвёл Лею в сторонку.
– Ты ведь вернёшься в Эль Кастильо? – тихонько спросил он.
– Боюсь даже думать иначе, – она обвила его шею руками. – Я буду скучать.
– Хочешь, покажу тебе дом?
– Угу.
– Отец решил ничего здесь не менять, – сказал Дэн, когда ребята стояли в дверях уютной светлой комнатки.
– Твоя бабуля любила порядок, – заметила Лея.
– Да. Старалась даже уборку делать без использования магии. Хотя в последнее время это ей удавалось всё реже, – парнишка закрыл дверь. – Моя комната на мансарде.
На втором этаже было только две двери.
– Сюда нельзя, – указал он на левую. – А здесь, – он дёрнул за ручку и пропустил Лею вперёд, – я обитаю.
Комната была небольшая: кровать, стол, два стула, шкаф с зеркалом и вместительный деревянный сундук. В воздухе приятный запах парфюма. Окно в крыше. На карнизе курлыкали голуби. Дэн прикрыл дверь и приблизился к Лее.
– Как тебе дом? – сощурившись спросил он.
– Понравился.
– Ты бы… хотела здесь жить?
– Дэн, я готова жить в любом месте, где зимой теплее, чем в Эль Кастильо.
Парнишка улыбнулся.
– Тогда скромный Райс-хаус подходит. Здесь тепло. И очень уютно зимними вечерами, – руки парнишки легли на талию.
Лея ощутила, как горят её щёки.
– Знаешь… Я… с трудом могу это представить… У меня никогда не было дома… по-настоящему. Мы всё время в бегах.
Изумрудно-зелёные и серые глаза встретились. Как же он похож на прабабушку!
– Дом достаётся мне, – серьёзно сказал Дэн. – И я надеюсь, когда-нибудь…
Услышав с улицы шум мотора, Лея приложила палец к его губам.
– Наверное, отец вернулся. Скоро поедем на залив развеивать прах, – его взгляд вновь приобрёл скорбное выражение.
– Скучаешь по ней? – Лея обвила его шею руками.
Дэн только вздохнул в ответ и прижался щекой к её щеке. Потом отстранился.
– Прости, я, наверное, колючий, – смутился он.
Лея улыбнулась и взяла его лицо в свои ладони.
– Неважно. Ты всё равно мне нравишься, – чмокнула его в кончик носа, от чего парнишка покраснел.
А потом зарылся лицом в её медно-рыжие локоны. В голове зашумело, а его слова будто обожгли.
– Я люблю тебя, – виска коснулись его губы.
Лея была уверена, что вот сейчас наконец настанет момент первого поцелуя. Которого она так долго ждала, но стеснялась взять инициативу в свои руки. Запустила пальцы в его густые каштановые волосы и прикрыла глаза, ощущая его дыхание близко-близко. Но Райс неожиданно вздрогнул. Одновременно с этим щёлкнул замок.
– Простите. Не хотел мешать. Ветер переменился. Пора.
– Да, пап, – вздохнул Дэн.
Взял Лею за руку, и вслед за мистером Райсом они пошли вниз.
– Дядя Эн не сможет приехать, – сказал мужчина.
– Прислал голубя?
– Эсэмэску. Считает, что статики не умеют пользоваться голубиной почтой. Бабушке так и не удалось его переубедить.
– Иногда я сомневаюсь, что у меня есть дядя. Я его вообще видел? – задумчиво спросил Дэн.
– Да. Мы приезжали с тобой к бабуле, когда он здесь гостил. Тебе около трёх было.
– Не помню, – вздохнул парнишка.
– Лилия, готова? – громко спросил жену мистер Райс.
– Да. Помоги с урной. Я боюсь использовать магию. В таком состоянии могу и разбить. Дэн, ты пойдёшь в чёрном?
Парнишка кивнул. Сама миссис Райс по-прежнему была в светлом брючном костюме. Её муж – в бледно-голубой рубашке и тёмно-синих джинсах, белых с красными полосками кроссовках. Он ловко подхватил урну с прахом и направился к выходу.
– А где тётя? – спросила Лея, увидев, что, кроме матери Дэна, в гостиной никого не осталось.
– Ушла с МакГрегори на берег. Мне кажется, они хотели поговорить наедине. А мы поедем на машине.
– Здесь недалеко. Может, и мы с Леей прогуляемся? – сказал Дэн.
– Конечно, милый, – улыбнулась миссис Райс. – Встретимся у маяка. Маркус, где корзина для пикника?
– Уже в машине. Придержи мне дверь, родная.
Лея и Дэн шли довольно быстро. Разговаривать было некомфортно. Но зато какими ценными казались эти минуты наедине. Лея хотела сохранить в памяти его тёплые ладони. Вот бы они помогли забыть те… липкие и холодные, что держали её запястья. Нет, этот день слишком яркий, чтобы возвращаться к мрачным мыслям. Лучше думать о приятном. О тех мгновениях наедине в комнате Дэна. Как же не вовремя пришёл мистер Райс-старший! Такая суета началась.
– Дэн, ты не говорил, что у тебя есть дядя.
– Забыл, – вздохнул парнишка. – Мы не общаемся. Он только прабабушке писал иногда. Я видел. Видел однажды, как она… плакала. Письмо она бросила в камин, но… я успел заметить часть подписи.
– А с родителями он общался? Кстати, о других бабушках и дедушках ты не рассказывал.
– Потому что их нет.
– Как нет? – дыхание Леи сбилось.
– Родители отца погибли в катастрофе. А мама… сирота.
– Прости…
– Нет, всё нормально. Ты имеешь право знать. Ведь я тоже знаю твои секреты.
– Дэн, – Лея остановилась, чтобы перевести дыхание и набраться смелости рассказать…
Нет, сейчас не время забивать ему голову своими проклятиями. Это подождёт. Ещё неизвестно, что решила тётя о продолжении учёбы в Эль Кастильо.
– Устала? Мы почти пришли. Смотри, директор нам машет, – парнишка поднял руку в ответ.
– Угу, – нехотя соврала Лея.
Ребята ускорили шаг.
– Дэн, скорее. Нам разрешили подняться, – позвала Лилия Райс сына. – Но только семье.
– Мама, Лея идёт со мной. Она моя девушка.
– Конечно. Поднимайтесь, – отец парнишки выглянул из-за спины супруги.
– А где тётя Чунь? – тихонько спросила Лея, начав уже волноваться.
– Помогает с пикником на берегу, – ответила миссис Райс.
– Лилия приготовила всё, что так любила бабуля, – тихонько пояснил отец Дэна.
Наверху их встретил седой смотритель маяка. Большой хмурый мужчина с густой бородой и усами. Он был похож на капитана дальнего плавания. Так почему-то подумалось Лее. Смотритель показал семье небольшой балкончик, где и провели церемонию развеивания праха.
– Ну вот и всё, Алла-Виктория Райс, ты вернулась туда, где навсегда осталось твоё сердце. Добро пожаловать в Эль Кастильо, – голос мистера Маркуса дрожал.
Лилия погладила его по спине, и они вдвоём, захватив пустую урну, двинулись вниз. Лея осталась с Дэном. Парнишка долго смотрел вдаль. Улыбался уголками губ, но из глаз его текли слёзы.
– Она так хотела, чтобы мы с тобой были вместе, – наконец прошептал он и, обняв Лею, поцеловал её в макушку.
– Сынок, гости ждут, – позвал отец парнишки.
– Минуту, – попросил Дэн.
Они спустились так же – не расцепляя пальцев. Мистер Райс проводил ребят к месту пикника. Народу собралось много. Но, в основном, старушки. Дэн шепнул, что это вовсе не подружки Аллы-Виктории, а её бывшие коллеги и ученики. Среди всей этой галдящей пестроты нетрудно было найти Чунь Шэн. Она тихонько сидела возле МакГрегори. Увидев Лею, вдруг вскочила. Побледнела.
– Наконец-то! Идём, – пальцы Чунь Шэн цепко обхватили запястье. – Извините, нам пора на самолёт, – объявила она.
– Будем всегда рады вам, – сказал Маркус Райс. – Простите, а мы не могли видеться раньше?
Он сощурился, глядя на Чунь Шэн.
– Нет, – резко ответила тётя и потащила Лею прочь от берега.
– Да что происходит? – заныла она. – Всё ведь хорошо было.
– Я предупреждала.
Шли так быстро, что начало колоть в правом подреберье.
– Я… не могу… так… – просила пощады Лея.
Но тётя не успокоилась, пока не затолкала её в машину и не выехала на Кейп-Беар-роуд. Пальцы, сжимавшие руль, побелели от напряжения. Что-то произошло. Но что?
– Мы разве не должны ехать в аэропорт? – спросила Лея, когда тётя припарковала автомобиль возле мотеля "Ветра" в Мюррей Ривер.
– Улетим завтра, – Чунь Шэн откинулась на сиденье.
– Тогда почему ты заставила меня уйти? – негодовала Лея.
– Некоторые вещи невозможно забыть, Мэй-Мэй.
Глава 5. Каникулы
Чунь Шэн рыдала почти до вечера, и Лее пришлось обойтись сухим пайком, завалявшимся в чемодане. Выходить из комнаты тётя запретила. На вопросы о себе не отвечала. Только тихо лила слёзы на софе, отвернувшись к стене. Лея то смотрела в окно, то читала, то делала гимнастику, то стояла возле тёти, раздумывая, не сделать ли ей успокаивающий массаж. Но с мыслями о том, что Чунь Шэн обманывала её долгие годы, находила себе другое занятие. Или просто лежала и вспоминала прикосновения Дэна. Постепенно к Лее пришла уверенность, что вопреки любым запретам тёти, она обязательно найдёт способ связаться с парнишкой. И когда-нибудь они точно будут вместе. Потому что любят друг друга. Потому что она без ума от его улыбки, а он – в плену её изумрудно-зелёных глаз.
Белые пальцы расплетают медно-рыжие косы. Алую ленту подхватывает ветер и уносит в небо, превращая в полоску рассвета на горизонте. Ночь неизбежна. Неизбежна тьма. Чёрные крылья, крик ворона и его острые когти, впивающиеся в плечи. Он поднимает её в хмурое небо и бросает в пучину волн. Едва босые ноги касаются тверди дна, вокруг всё меняется. Стоит Лея теперь на верху башни старого замка и смотрит на бьющиеся о берег волны. Позади чьё-то дыхание. Она знает кто это. Тот, кто погубил её однажды. Кто вызвал на неё стихию пламени. Он уже занёс волшебную палочку карающим жестом. И слышится его шёпот: "Лей-ла-а…" Он трясёт её за плечи и хлопает по щекам. Какая же мука видеть его чёрные бездонные глаза. Лея зажмуривается и слышит голос Чунь Шэн:
– Мэй-Мэй! Мэй-Мэй, тише. Это сон. Сон…
– Тётя… – Лея открыла глаза и увидела над собой взволнованное лицо.
Глаза красные от слёз.
– Я проголодалась. Может, доедем до Монтегю?
– Угу. В "Старый Эдвард", – Лея поднялась.
Чунь Шэн достала из сумочки кросс-боди, которая у волшебников должна быть всегда с собой, палочку и призвала тотемное животное. Тётя никогда прежде не использовала такой вид магии при Лее. Вокруг них по комнате закружила золотая ворона. Но это ничуть не удивило Лею, ведь она уже видела подобное в воспоминаниях Чунь Шэн.
– Мне нужен почтовый голубь, – попросила тётя, когда ворона села на её предплечье.
Самолёт набрал высоту.
– Через два часа будем в Торонто, – тётя откинула спинку кресла. – Придётся заново искать ночлег.
– Не понимаю, почему мы ушли? Если летим только сегодня, – недоумевала Лея.
– Я не намерена объясняться. Тем более сейчас.
– А когда? Мы постоянно в разъездах.
– Потерпи с вопросами хотя бы до Сингапура, – отмахнулась Чунь Шэн.
– Сингапур… Мы долетим дотуда хотя бы к сентябрю?
– Торонто – Сан-Франциско – Сингапур. На пару дней хватит терпения? – тётя закрыла глаза, давая понять, что разговор окончен.
Перелёты так вымотали Лею, что по прибытию она проспала почти сутки и потом неделю приходила в себя. Было не до разговоров. В высоком небоскрёбе, где они поселились, располагались и апартаменты, и рестораны, и магазины. Спортзал, спа-салон и много чего ещё. Здесь же в одной из кофеен состоялась встреча с мастером Ло. Он назначил Лее индивидуальные тренировки по шесть раз в неделю в своём центре восточных практик. Из небоскрёба переехали в ещё более живописное место. Чунь Шэн так и не рассказала, почему так спешно решила уйти от Райсов. Почему плакала. Но самое странное, что тётя не вспоминала про медальон, который лежал на дне чемодана Леи. А ведь пару месяцев назад она жаждала передать его Ворону – своему брату-близнецу Ву Сан Ли. Неужели поняла, что злодей не оставит их в покое? Медальон – лишь одна составляющая триумфа его силы. Главная деталь – сама Лея Ли, её магия, её жизненная Ци.
– У тебя уже неплохо получается комплекс "Восемь кусков парчи", Мэй-Мэй, – дядя Хенг Ан возник в дверях, когда Лея выходила с тренировки.
Как же он постарел за этот год! Поддавшись мимолётной радости, захотелось повиснуть на его шее. Как раньше. По привычке. Но Лея вдруг остановилась, улыбка сползла с её лица.
– Здравствуйте, профессор Ли, – смущённо произнесла она.
– Не узнаю свою девочку, – сощурился пожилой китаец.
– Да уж. Не такой вы меня задумывали? Сэр, – с долей обиды в голосе спросила Лея и направилась к выходу из комплекса.
Хенг Ан вздохнул и пошёл следом.
– Чунь Шэн рассказала мне, что ты всё знаешь.
– Надеюсь, вы получили свою премию за клонирование человека.
– Мэй-Мэй, прекрати, – послышалось шипение, и словно из ниоткуда возникла Чунь Шэн.
– Как ты это сделала? – недоумённо спросила Лея.
– Обычная магия. Забываешь, что я волшебница?
– Забываю, что я не Лея Ли, а Лейла Сноу.
– Не язви. Я ради тебя… всю жизнь положила.
– Начинается. Ничего, что я не просила?
– Подростковый возраст, – вздохнул профессор.
– Лейла такой не была. Я помню её очень мягкой, – сказала Чунь Шэн.
– Сноу – хитрющая, как лиса. Выморочила у парня сильнейший артефакт. А замуж вышла за другого. Удивительно, как она вообще могла погибнуть с такими способностями! Неужели гениальная шахматистка не сумела просчитать свою жизнь на несколько ходов вперёд? – с вызовом сказала Лея.
– Снежински предал её, – сухо сказала Чунь Шэн.
– Это ты предала её. Позволив родиться МНЕ. Вы. Оба. Предали. МЕНЯ. Я должна скрываться. Оставлять друзей. Быть наживкой и при этом не понимать, что происходит. Чьей жизнью я живу? Своей или Лейлы? Её тайны преследуют меня. Кто-то ненавидит меня, а я даже не понимаю почему. Что им сделала мисс Сноу? Все вокруг её знали, но каждый молчит. Смотрят на меня, будто привидение увидели, но ни слова не говорят. На мне два невыносимых проклятья. За это я должна быть благодарна? Я вас… – Лея резко прервала тираду и отвернулась, чтобы ни тётя Чунь, ни дядя Хенг – как она привыкла их называть – не увидели её слёз.
– Лучше бы я отвезла тебя в Аргентину, – признала Чунь Шэн.
– Я не знаю испанского, – севшим голосом ответила Лея.
– Французского тоже. Ты многого не знаешь. Не понимаешь ещё, в какой опасности находишься. И ведёшь себя… отвратительно, Мэй-Мэй.
– Где я буду учиться дальше? – обречённо спросила Лея.
– В Эль Кастильо, – ответ тёти заставил обернуться.
Жаль, среди способностей не было умения читать по глазам.
– В Эль Кастильо? – не поверила Лея.
– Именно там. Ты разве не этого хотела? – усмехнулась Чунь Шэн.
Обняв тётю, Лея позволила себе разрыдаться ещё больше. Но уже от счастья. Ведь, если тётя не лжёт, это значит, что до встречи с друзьями, а главное, с Дэном, уже меньше месяца.
– Научи меня призывать тотемное животное, – однажды обратилась Лея к Чунь Шэн.
Но та промолчала в ответ, будто не замечая просьбы. Сидела, листая журнал "Модная ведьма". И будто не слышала, что к ней обращаются. Даже повторив несколько раз, Лея ничего не добилась. Но продолжала стоять рядом.
– Ты должна по-прежнему называть меня тётей, Мэй-Мэй, – наконец подняла на неё глаза Чунь Шэн.
– Ты мне не тётя.
– Тогда "миссис Ли".
От металла в её голосе Лея вздрогнула. Подождав немного, снова спросила:
– Научишь?
– Нет.
– Почему?
– Это родовое животное. А ты… безродная.
Лея вспомнила, как волшебная книга не показала ей ни единого предка, но…
– Моя ДНК идентична ДНК Лейлы. А её ведь не искусственно создали? Да?
– Угу. В семьдесят пятом-то году? – усмехнулась Чунь Шэн.
– Значит, мне должно достаться ЕЁ родовое животное. Раз уж проклятья достались.
– Ну проклятья твои собственные. Только я не понимаю, почему ты… Но уж если даже Ву Сан не мог дать ответ…
– Как твой брат стал тёмным магом?
– Он всегда им был. Мы Инь и Ян.
– Но ведь Инь – женское начало. А Ян не может быть злом.
– Не забывай, что нет абсолютного Инь и нет абсолютного Ян. Даже в самой кромешной тьме есть крупица света. И наоборот. В самом добром намерении скрывается дурное зерно.
– Выходит, Ворон не так уж плох, – усмехнулась Лея.
– Выходит. Если мы всё ещё живы.
Каникулы подходили к концу. Чунь Шэн сказала, что уедет на неделю, и Лее придётся пожить у её отца, профессора Ли, на съёмной квартире. Поначалу всё было прекрасно. Но Лея вдруг поняла, что каждый день ощущала дискомфорт в голове. Вроде бы и не боль, но неприятное давящее чувство, усиливающееся к ночи. К тому же дядя Хенг следовал наказу дочери и не выпускал Лею из дома. И сам с ней никуда не ходил, объясняя это тем, что не является волшебником, поэтому в случае чего не сможет её защитить. Посчитав, что злиться и уговаривать бессмысленно, Лея закрывалась в комнате и практиковала тайцзы или повторяла заклинания. Она надеялась, что сможет-таки призвать тотемное животное. Но все её попытки были тщетны. Кроме небольшого золотистого свечения, ничего не выходило. Неужели тётя была права?
Наконец вернулась Чунь Шэн.
– Я получила письмо от брата, – объявила за завтраком она.
– От Ворона? – уточнила Лея.
– Угу. Других братьев у меня нет.
– Ву Сан всё ещё гоняется за стихийной Ци? – спросил Хенг Ан.
– Угу. Он намерен собрать полный круг, – подтвердила Чунь Шэн.
У Леи внутри похолодело. Ведь Ворон чувствует медальоны пяти стихий. А значит… и её саму. И зачем Лейла Сноу сунула в артефакт свои волосы?
– Мы должны защитить Мэй-Мэй, – профессор Ли с тревогой взглянул на Лею.
– Я сказала Ву, что она потеряла медальон по пути из Сан-Франциско.
– Но ведь он узнает, что это ложь! – воскликнула Лея.
– Поэтому ты оставишь артефакт мне, – заявила Чунь Шэн.
– Ещё чего! Он мой. И мистера Снежински.
– Пусть пока побудет у тебя, – Хенг Ан коснулся руки Леи, не дав сказать дочери ни слова. – Я думаю, Ву догадается искать медальон у нас. И будет лучше, если он пока его не найдёт.
– Что? – скривилась Чунь Шэн.
– Тётя, дядя Хенг прав, – сказала Лея.
– Всё-таки "тётя"…
– Я так привыкла. А я правда вернусь в Эль Кастильо?
– Мне нужно пару дней уладить дела, и мы можем вылетать, – ответила Чунь Шэн.
– А я провожу вас до Монреаля, – оживился Хенг Ан. – У меня конференция третьего сентября.
Лея улыбнулась, вспомнив прошлогодний переполох в Эль Кастильо в этот день, когда у сеньора Дельгадо горели в саду магические рябины.
– Вы отпустите меня в аптеку?
– Скажи, что нужно, я куплю, – предложила тётя.
– Я хочу сама. Не маленькая.
– Аптека за углом, – сказал профессор. – Сингапур – самый безопасный город.
– Значит, ты её выпускал? – возмутилась Чунь Шэн.
– Нет. Но сейчас готов.
Лея впервые вышла в город одна. Постояв на перекрестке, она убедилась, что за ней никто не следит и… вместо аптеки направилась в почтовое отделение. Всё, чего она хотела – отправить весточку Дэну. Обычный конверт, обычное письмо. Простое послание: "У меня всё хорошо. Скоро вернусь. Люблю тебя. Лея". Только бы письмо добралось до канадского острова вовремя.
Глава 6. Подземный город
Вечером накануне отъезда в гости снова пожаловал мастер Ло. С собой он принёс сладости. А главное, обновил программу МастерБота – небольшой шкатулки с голограммой, обучающей тайцзы. Потом долго о чём-то болтал с профессором Ли. Говорили мужчины на китайском. Лея всё понимала, но не прислушивалась специально, потому что тётя в это время собирала её чемодан. Приходилось следить за процессом, чтобы медальон ненароком не исчез. Но Чунь Шэн на этот раз и не думала его забирать. Наоборот, она аккуратно сложила артефакт в коробочку и попросила Лею придумать магический пароль.
– Нас этому ещё не учили, – призналась она.
– Это не сложно. Чуть проще, чем призвать тотема. С твоим уровнем магии… ты справишься. Доставай палочку, – скомандовала тётя, приготовив свою. – Следи за кистью.
Лея повторяла движения.
– А слова? – спросила вдруг она.
– Слова? Зачем? Ты запечатываешь в круг что угодно. Любой символ.
– В Эль Кастильо используют слова и фразы для пароля.
Чунь Шэн вздохнула.
– Как примитивно. Я обычно использую символ Гэн, – кончиком волшебной палочки тётя начертила в воздухе иероглиф, обозначающий Янский Металл.
– А можно… у меня будет Тигр?
– Угу.
Лея взяла коробочку и нарисовала в воздухе иероглиф.
Наутро все трое отправились в аэропорт Чанги. Перелёт длился чуть более 14 часов. И для Леи стало сюрпризом, что в Лондоне тётя решила остановиться на несколько дней. Ещё более странным было место – хостел в самом сердце города. Обычно Чунь Шэн выбирала что-то менее многолюдное. Разве что она планировала затеряться в разношёрстной толпе, где на первый взгляд не поймёшь, маг перед тобой или простолюдин.
– Сходим на мюзикл "Кошки"? – увидев афишу, попросила Лея.
– Не могу обещать, – сухо ответила тётя, будто высматривавшая кого-то в толпе прохожих.
– А в Букингемский дворец?
– Угу, – казалось, что Чунь Шэн отвечала на автомате.
– А Тауэр далеко?
– Нет. Хочешь, пойдём? – вдруг оживилась тётя.
– Угу, – радостно захлопала в ладоши Лея. – А королеву я увижу?
– Вот уж не знаю, – усмехнулась Чунь Шэн. – Да и зачем тебе это? У тебя в кошельке двадцать канадских долларов. Считай, что увидела.
– Я настоящую хочу увидеть. А она всегда носит корону?
– Вряд ли, – пожала плечами тётя.
– Нет, – сказал профессор Ли. – Королева носит стильные шляпки.
– А красивые платья?
– Костюмы. Перчатки… – наморщил лоб китаец.
– Вот бы посмотреть, – мечтательно произнесла Лея.
– Угомонись. Ей восемьдесят восемь лет, – скептически заметила Чунь Шэн.
– Тем более! Неужели тебе не интересно? – не выдержала Лея. – Дядя Хенг, скажи ей.
– Да, скажи, что сейчас не время думать о глупостях.
– Королева – не глупости, – надулась Лея.
– Твоя жизнь в опасности. Забыла? – тётя была непреклонна.
Три дня пролетели молниеносно. И пора было двигаться дальше. В самолёте Лея делала вид, что страшно сердита на Чунь Шэн. Королеву не увидели. На "Кошек" не сходили. И даже не заглянули в ближайший парк Поттер Филдс. А на китайский ресторан в самом высоком европейском небоскрёбе "Осколок", как и на посещение смотровой площадки, почему-то "не хватило денег". Зато обошли сотню модных бутиков и летели до Монреаля бизнес-классом.
Проводив профессора Ли на поезд до Торонто, Лея с тётей заселились в недорогой хостел подземного города. Здесь были и рестораны, и бутики, и кинотеатры. А помимо метро, ходили даже автобусы. Это всё вызывало неописуемый восторг. Лея выделила только два минуса: отсутствие солнца и… обилие французского.
– Хочешь, сходим в китайский квартал? – спросила тётя, когда они прогуливались по очередному подземному торговому центру.
– Угу. Я соскучилась по солнцу и ветру. И по дождю… А ещё хочу посмотреть город. Здесь правда есть свой Нотр-Дам? Как в Париже.
– Угу. Но это оставим на завтра. И обязательно поднимемся на гору Мон-Руаяль. А потом, если останется время, покажу тебе магический Сити.
– Место, где ты училась?
– Угу. Но не думаю, что тебе там понравится, – отмахнулась тётя. – Это всё под землёй.
– Зато я не рискую обзавестись новыми веснушками. А всё для школы мы купим в Монтегю?
– Не знаю. Не пора ли обновить твою сумочку кросс-боди? Смотри, совсем истрепалась.
– Угу, – согласилась Лея.
– Здесь выбор больше. И… то платье… васильковое… Хочешь, купим такое же?
Лея пожала плечами. С одной стороны, платье ей хотелось. Оно сидело идеально. И нравилось Дэну. Но, с другой… неприятные воспоминания о ночи проклятия… потные ладони… Лею передёрнуло. Но разве не могла она сама, поддавшись терзавшей её боли Лейлы Сноу, порвать на себе то платье? И не это ли испугало парней? Наверное, всё же следовало выполнить просьбу тёти – никаких привязанностей. Не пугать же Дэна своими проклятиями? Слишком рано ему об этом знать. Интересно, как он? Пришёл ли в себя после похорон любимой прабабушки? Лее тут же вспомнилась первая встреча с добродушной старушкой. Конечно, Алла-Виктория узнала её тогда. Узнала в ней погибшую много лет назад Лейлу Сноу. Лея теперь не сомневалась.
Подземный город простирался на многие километры. Здесь легко можно было заблудиться, если постоянно не следить за указателями. А уж не зная французского… Теперь-то Лея поняла, для чего в Эль Кастильо его изучают. Ведь Монреаль – магическая столица Канады. Без знания языка волшебнику тут нечего делать. Ну в самом деле, не у простолюдинов же спрашивать, как попасть в клинику имени святого Андре или в Университет магических наук. Или где можно закупиться ингредиентами для снадобий, волшебными палочками и маг-перьями. Лея на минуту представила себя в такой ситуации. Сначала ей стало смешно, а потом… страшно. Не хотела бы она потеряться в подземном городе.
– Посмотри внимательно и запомни это место, – тихонько сказала тётя, остановившись у невзрачной серой стены. – Здесь вход на автостанцию. Одиннадцать часов – и ты на пристани.
– Зачем? – не поняла Лея.
– Чтобы на пароме добраться до школы, – пояснила Чунь Шэн.
– Можно ведь попасть на остров Принца Эдуарда по мосту Конфедерации.
– Можно. Но… такая традиция. Даже те, кто живёт на острове, хотя бы раз добирались до школы с материка.
– Глупая традиция, – буркнула Лея.
– Возможно, – тётя огляделась. – Главное, прижаться спиной к стене и считать удары сердца. После третьего, нужно чуть надавить лопатками на камни, и… ты окажешься по ту сторону. Кстати, в магическом квартале Монтегю тот же принцип.
– Здесь бетон, а там кирпичная стена, – фыркнула Лея.
– Присмотрись. Ты не ведьма, если видишь здесь всего лишь серый бетон, – усмехнулась Чунь Шэн.
Они подошли к стене. Но едва на ней начали прорисовываться линии, тётя потянула Лею за руку.
– Идём. Мы хотели купить сумки.
– Я так устала, – посетовала Лея. – Посидим в кафе? Есть хочу.
– Не надоело жаловаться? – шикнула тётя Чунь.
– Я не жалуюсь.
– Ноешь. Вспомни, чему учил мастер Ло. Ты воин, Мэй-Мэй.
– Я не воин. Я всего лишь ребёнок.
– Странно, а в Сингапуре говорила, что уже не маленькая.
– Согласись, большие тоже устают и хотят есть. И кажется, я натёрла мозоль.
– Не стоило надевать новые туфли.
– Старые мне малы. Смотри! "Су-да-руш-ка", – прочитала по слогам Лея. – Русская кухня. Зайдём?
– В Сингапуре тебе не понравился борщ.
– Сейчас я готова съесть даже лягушку.
– Тогда нам в другую дверь, – засмеялась Чунь Шэн, но последовала за Леей.
– Сядем у окна?
– И на что тут смотреть