Королевство номер три

Глава 1

– Быстрее, прошу, – поторопил низенький работник лаборатории в белом халате. – Он у нас уже четыре часа. Еще немного – и может начаться процесс расщепления.

Конец рабочей недели. Фигу им, а не поторопиться. Чем она быстрее дойдет, тем быстрее ей всучат новое задание. Незапланированное, новое задание. Хотя после недели рейдов в опасную зону полагается отдых. Так что «быстрее» – это знак, что надо идти еще медленнее, намного медленнее.

Кира сбавила скорость до черепашьей и скользнула взглядом по успокаивающей серости лаборатории. Ее умиротворяли стерильные стены центра. Гладкие и глянцевые, как бока кита, и чуть впереди переходящие в панорамные окна, через которые светило красное солнце. От его лучей высотки за стеклом казались политыми темным медом. Это было любимое время Киры – закат в Арёйе.

– Необходимо отвезти его прямо сейчас. Иначе на нашей совести будет смерть представителя высокоразвитого вида, сами понимаете. Поэтому я очень рассчитываю на вашу помощь.

Сотрудник лаборатории бросил на Киру полный надежды взгляд и, будто на что-то решившись, на убийство по меньшей мере, продолжил:

– Я знаю, вы только что вернулись из рейда. И спасибо вам за ту землю, что доставили. За тех животных, которых вы спасли, а мы смогли исследовать… Но других паромщиков сейчас нет, если вызывать, пройдет много времени. Мне очень жаль, что приходится обращаться к вам… Конечно, я оплачу внеурочные, – все больше сбиваясь, договорил он.

– Натурой? – улыбнулась Кира, но сотрудник споткнулся, и она все-таки добавила: – Я шучу.

– Очень хорошо, – кивнул он напряженно. – Не хотелось бы начинать разбирательство о домогательствах.

О, да неужели у кого-то здесь есть чувство юмора? Кира подняла брови, но сотрудник не улыбнулся. Вполне возможно, он действительно посчитал это домогательством. Черт.

Теперь он будет рассказывать о том, как к нему грязно приставала паромщица, а Кира даже не помнила его имени. Мист? Лист? Вист? Хотя Вист повеселее должен быть. Определенно что-то на «ист». Смуглая кожа, карие глаза, темные волосы. Похож на Виста все же. Такой маленький Вистик.

Нет, вздохнула про себя Кира. Листик? Она еще раз придирчиво оглядела мужчину в халате. Мистик? Мистюша?

Бесполезно, поняла она, все работники для нее на одно лицо.

Сотрудник снова перевел тему на помощь, которую Кира окажет, напирая на то, что исключительно ей принимать решение. Но оба знали, что если кто-то в лаборатории просит простого паромщика доставить «высокоразвитый вид» – это не просьба, а приказ. Только не принято было здесь приказывать. Любую дополнительную работу называли просьбами.

– И не пугайтесь, – продолжал сотрудник лаборатории. – Он очень похож на нас. Но мы провели тесты, самые простые конечно, тем не менее мы уверены, что он не из нашего мира. И точно знаем, что его нужно доставить как можно быстрее.

Железная дверь с небольшим окошком открылась с мягким чпоком и затворилась с легким шипением за спиной Киры.

– Вот, – сообщил он, засовывая руки глубоко в карманы белого халата. – Пожалуйста, скажите, что вы согласны его довезти. Мне очень нужно это услышать.

Как будто можно отказаться. Точнее, можно, но тогда больше тебя не будут «просить» и остаешься ты без нормальных бонусов, а если этот парень в рубашке с рюшками ласты склеит, так и вовсе…

Стойте, парень? Да еще блондин? Или он рыжий? Кира моргнула несколько раз. Обычно она возила туда-сюда ушастых существ размером с большую собаку. Человека в одежде с оборками к ним пока еще не забрасывало. Хотя раз все в лаборатории так спокойны, наверное, и в этой местности не первый случай.

Когда Кира остановилась перед рыжим парнем, тот улыбнулся, будто знал ее, и встал со стула с намерением подойти. Тут же два других сотрудника лаборатории подбежали и вежливо попытались усадить его обратно.

Только тот ни черта не понимал. Он смотрел на одного работника, потом на другого, но только хлопал глазами и пытался что-то сказать на своем языке.

– Как он у вас оказался? – спросила Кира.

– Он дошел до границы сам. Остановился перед воротами и стоял, – ответил сотрудник и не очень уверенно добавил: – Такое иногда случается.

Рыжий под увещевания работников лаборатории снова сел и как по-настоящему взрослый человек снисходительно продолжил слушать то, что ему говорили. Все же не парень, а мужчина? Хотя на вид ему было лет двадцать – двадцать два.

– Я его отвезу, но мне нужны дополнительные снаряды для глушилки. Там стало много змей, – сказала Кира.

– Опять? – удивился сотрудник лаборатории.

– Да, змей полно, как будто у нас открылись десятки порталов. Когда я ехала обратно, они вроде спрятались, но кто знает.

– А ваша машина увезет еще несколько снарядов? Грузоподъемность позволит?

Кира небрежно кивнула. Просто ехать в каких-то местах придется чуть осторожнее, не торопиться.

Задание на самом деле было плевое. До линии порталов ехать в среднем темпе меньше сорока минут, потом немного подождать, сунуть туда парня, и дело в шляпе. И даже встреча с одной змеей не очень бы расстроила. Тем более все равно дома делать нечего, а так можно рассчитывать на бонус. А еще она так давно не видела блондинов, что согласилась бы в любом случае. Исключительно чтобы посмотреть, как эти волосы выглядят на закате.

Кира допускала, что, если бы она это произнесла вслух, ее бы приняли за сумасшедшую, но не могла с собой ничего поделать. Она не видела ни рыжих, ни блондинов уже очень давно. В Арёйе не красили волосы, для них черный естественный цвет был ценнее прочих. Он подтверждал право заниматься тем, чем они хотят, а не идти в паромщики или другие модифицированные отрасли.

Сотрудники центра довольно друг другу улыбались, теперь «высокоразвитый вид» – не их проблема. Не надо переживать, что человек из другого мира превратится на их глазах в лужицу.

– Почему он у вас на ногах? – спросила Кира. – Его пора грузить. Вырубайте и тащите в Малышку.

– К сожалению, на него не действует снотворное, – пожаловался сотрудник, с которым Кира пришла. – А применить психотропное мы не можем без его согласия, он разумное существо. Но согласия он не сможет дать, так как не знает нашего языка.

– Замкнутый круг, – заметила Кира и почесала бровь. – И главный вопрос: как мы уговорим его сесть ко мне и пристегнуться? Да и как потом попросить его войти в портал? Пройдите в свет, пожалуйста?

По глазам сотрудника лаборатории стало ясно, что прямо сейчас перед его внутренним взором во всю ширь открывается огромное сияющее окно, которое слепит да еще ощутимо нагревает воздух и при этом висит над водой. И никакое «пожалуйста», даже на родном языке иномирца, не подходило, ясно же.

Неизвестный рыжий блондин попытался что-то ответить двум работникам, которые вились вокруг него.

– Возможно, получится все объяснить жестами? – то ли предложил, то ли спросил все тот же сотрудник лаборатории.

Пора бы уже их запоминать по именам, а то даже не скажешь проникновенно: «Вистюшенька, какими жестами я покажу ему, что надо войти в горячий яркий круг?»

Но Кира умышленно стирала любую информацию о сотрудниках. Она старалась не привязываться к тем, кто приезжал сюда на время, а в центр все приезжали не больше чем на месяц. Даже начальство. Бывало, возвращались, но за три года такое случалось редко. Никому не хотелось оставаться рядом с переправой и холодными ветрами. Им не улыбалось гулять, одевшись в защиту от ветра и солнца.

Рыжий блондин все же пошел с ними и даже сел в Малышку. Он с любопытством осматривал салон, вертелся и вообще вел себя очень непосредственно. И при этом еще сохранял удивительное спокойствие. Интересно – это нормально или он контуженный? Все ли мужчины из другого мира должны так реагировать на машину, напоминающую маленький танк?

Для человека его эпохи подобное спокойствие рядом с такой-то махиной казалось странным. Малышка гоняла на мощных колесах с усиленной подвеской, имела ударопрочный корпус и управлялась искином. А мужчина в рубашке с пышными рукавами и в старомодном жилете с вышивкой не казался Кире тем, кто это оценит.

Такие костюмы были в фильмах из детства про аристократов и времена далекого прошлого. В том прошлом вообще не было машин. Никаких. Не говоря уже о таких, как Малышка.

– Вы уже видели похожих парней? – спросила Кира у низенького сотрудника лаборатории.

– Здесь нет. Обычно они выпадают на юге, – пояснил он. – Я сказал «обычно», но на самом деле, насколько я слышал, случаев появления людей из второго королевства крайне мало. Практически нет. В последних инструкциях для руководителей лабораторий о них ни слова.

Вроде бы не стоило удивляться, что есть некие инструкции, у паромщиков они тоже были. Целых три. Но «инструкции по людям из второго королевства» – звучало по-особенному бесчеловечно. Кира даже постаралась передать арёйцу в халате свои эмоции взглядом. Не получилось.

– Я начальник этого исследовательского центра, – по-своему понял ее удивление сотрудник и, похоже, немного обиделся, что его должность вызывает вопросы. – Я здесь работаю уже второй сезон.

Кира кивнула, улыбнулась и мысленно дала себе подзатыльник. Надо запоминать людей, хватит их стирать из памяти! Тем более мужчин второго сезона.

– Дать что-то, кроме снотворного, мы не можем, но вы имеете право использовать свои приемы, если посчитаете необходимым, – отчаянно закончил сотрудник лаборатории, всем видом показывая, что он не хотел прибегать к таким варварским методам. Но теперь Кира могла применить прием удушения. Система это записала. Ура.

Рыжий блондин в Малышке потянулся к сенсорной панели, возможно даже не подозревая, что это та самая панель, и Кира быстро нырнула в салон. Ничего бы не случилось, но искин у нее был специфический. Стоило спасти мужчину, точнее парня.

Дверь закрылась автоматически. И как только Кира приложила палец к датчику, машина мягко заурчала, а затем даже этот звук сошел на нет.

Кира заставила себя медленно выдохнуть, чтобы из головы ушло лишнее. Очистить мысли, все забыть, кроме лица, лицо начальника на этот раз надо оставить на память. Но остальное отключить и положиться на инстинкты. Именно так работали паромщики.

Свой длинный хвост Кира замотала в свободный пучок на макушке, скинула кожаную куртку и размяла шею. Она сможет доехать быстро, меньше чем за сорок минут. И даже поймает закат, его самую красивую часть – тонкую бордовую полосу над черным краем этого мира.

– Ну что, поехали, попаданец? – спросила она рыжего.

Хотя, может, он все же блондин? Тот ей улыбнулся, его взгляд скользнул по фигуре Киры. Ну да, на человека из эпохи кринолинов и оборок ее майка и штаны в облипку должны производить оглушительное впечатление. Кире даже стало весело, и она чуть развернулась к мужчине.

– Нравится? – Она усмехнулась. – Знаю, что скажешь. Грудь мелковата, попа перекачана. Но бабушка называла меня восточной красавицей, так что молчи.

Парень ничего и не говорил, просто снова улыбнулся. Вежливо и без подтекста. Как и полагается таким, как он. Его одежда, немного волнистые волосы – да все в нем будто говорило о временах Пушкина. Рыжий мог бы стать романтическим героем, если бы не цепкий взгляд и жилистое тело, словно сжатое как пружина. В общем, не совсем расслабленный аристократ с печальным взором.

Хотя и Кира, конечно, никакая не восточная красавица. Одно наличие карих глаз и темных волос еще никого не делало Шахерезадой. Сотрудников лаборатории так точно. Их непривлекательность в глазах Киры не исправляло даже то, что любимая бабушка считала все оттенки тепло-шоколадного и черного верным признаком восточной красоты.

– Ладно, погнали. А то правда еще расщепишься. Не хочу, чтобы от тебя осталась лужа. Ты симпатичный.

Кира взялась за руль, и Малышка легко выкатилась из ангара. На крыше включился прожектор, на передний бампер опустилась дополнительная защита, а пыльные стекла начали самоочищаться. Серьезная подготовка, подумала Кира, но не стала отменять действия искина. Вдруг в их степи проблемы?

– Открытие портала через тридцать минут, – сообщила Малышка ласковым голосом.

– Тридцать минут, – повторила Кира, улыбаясь. Она успеет увидеть закат, просто поедет чуть быстрее!

– Засекаю время. Открытие ворот через три, два, один…

Кира вдавила педаль газа. Створки ворот только разъехались, а Малышка уже пролетела между ними, как птичка.

От полосы прожектора по кочковатой земле будто стелился пар. Так выглядела пыль, вечно сопровождавшая работу паромщика. Она торопливо прижималась к земле и разлеталась в разные стороны, когда ее на полной скорости сбивала машина. Несмотря на усталость, Кира любовалась, потому что ей нравился этот момент. Начало пути, нырок в серый свет, сила машины и тихий шум ее колес.

Малышка гнала, и от нее летела пыль. По стеклу стучали камешки, а колеса то и дело проваливались в ямы. И хотя внутри это едва ощущалось, мужчина рядом булькнул.

– Только не говори, что тебя тошнит, – взмолилась Кира, бросая взгляд на рыжего. Он молчал и даже вроде бы не позеленел, но на следующей кочке снова булькнул. Он так матерится? Хорошо бы.

Кира поддала газу, и за окном все смазалось в одну линию. Небо и землю теперь разделяла лишь тонкая серебристая полоска.

– Сдвиг по правой стороне, – сообщила Малышка.

Ясно, почему у них прожектор и защита. Кира сбросила скорость и вильнула влево. Как она и думала, машину тут же тряхнуло. Сдвиги никогда не проходили по одной стороне. А еще следом за ними обычно…

Мужчина рядом громко что-то сказал и показал точно в лобовое стекло. Черт.

– Не дрейфь, убежим. И переплывем раньше, чем эта гадость доберется до нас, – сообщила Кира.

В ответ из трещины показалась гигантская голова серо-зеленой змеи. А потом она бросилась вперед. Кира крутанула руль вправо, уходя от столкновения. Слева разочарованно сомкнулась огромная пасть, размером как раз с Малышку.

Парень рядом снова что-то громко сказал. Потому что на пути машины вынырнула из песка еще одна огромная треугольная голова.

– Держись!

Кира взяла сильно вправо, их хорошенько тряхнуло, и Малышка поехала под уклон. Рыжий блондин деловито уперся рукой в крышу, как будто так и надо.

А слева снова показалась голова змеи. Наверняка другой, эти твари не настолько быстрые, чтобы угнаться за машиной. Но если зажмут с двух сторон, Малышке не удастся даже включить глушилки.

– Малышка, координаты портала на панель. Он откроется ближе к нам или на другой стороне озера? – спросила Кира.

– На другой стороне озера, – отчиталась машина. – Открытие окна через пять минут.

– Пять? Ты говорила – через тридцать!

– Ошибка расчетов, – спокойно заявила Малышка. – При сдвигах возникают новые факторы…

– Я знаю!

– По тебе было не заметно, – нагло сообщила Малышка.

Черт! А ведь утром ни одной змеи так близко к лаборатории не было. Все ошивались у воды.

Треугольная голова снова показалась сбоку, но на этот раз ближе. И вдруг машину будто подбросило. Змея ударила их хвостом!

Малышка покачнулась, но продолжала гнать вперед, Кира резко ушла вправо и словно услышала, как клацнули зубы в миллиметре от ее уха.

– Портал закрылся, – поведала Малышка.

Кира только крепче сжала руль и поднажала. Если такая свистопляска пошла, значит, будет несколько окон. Просто надо быстро доехать до линии порталов. Озеро как раз показалось впереди, и уже через мгновение система отчиталась, что они едут по мокрой почве.

На окнах появились брызги, а змеи заскользили увереннее, прижимаясь к правому борту Малышки.

Кира ушла влево и погнала прямиком к озеру.

– Следующий портал откроется через тридцать минут. И еще один через пятьдесят. Рекомендую ехать к горе, а не к линии, чтобы переждать переход змей.

Тело с треугольной головой в этот момент боднуло бок Малышки, и машина отлетела на десяток шагов в сторону. Кира притормозила, вывернула руль и дала газу. Корпус повело на скользком песке, но сразу включилась воздушная подушка. Колеса оторвались от земли на десяток сантиметров, и Малышка полетела.

– За десять минут до портала скажи, что пора, – распорядилась Кира и направила машину к горе. Единственную в этой части планеты.

Змея вынырнула неожиданно прямо перед капотом. Кира не успела крутануть руль, их подбросило, и машина перевернулась. Она упала крышей в мокрый песок, Кира ударилась головой о потолок, но ремни тут же притянули ее плотно к сиденью. А затем змея шибанула прямо в дверь. Словно решила, что перед ней мячик, а она футболист.

Малышка перекатилась, как шар, вниз по склону. Дно и крыша по очереди стукнулись о почву. Гораздо более жесткую, чем представлялось, когда они ехали. Воздушная подушка отключилась, и колеса плюхнулись в мокрый песок. Желудок тоже подскочил, но Кира не отпустила руль и даже не скривилась.

– Рекомендую включить глушитель, – заявила спокойная Малышка. – Иначе на корпусе появятся недопустимые повреждения.

– Ты говорила, что переждем на горе.

– Ситуация изменилась. Лучше включить сейчас, чтобы не было поздно, – сообщила она.

– А как поедем обратно? Если потратим весь заряд глушителей сейчас, то на обратном пути нас съедят.

– У нас не будет обратного пути, если мы не включим глушители.

– Ты пессимистка, – ответила Кира, чтобы только не молчать, хотя и так ясно было, что придется глушить.

– Я реалистка. Потому что просчитываю варианты.

Машину снова тряхнуло, и Кира врезалась плечом в дверь. Как будто ремни чуть отпустили ее тело. Корпус машины повело, отбросило, но в конце концов он выровнялся. Малышка, с трудом проворачивая колеса, поехала по отяжелевшему песку в противоположную от озера сторону.

Змея была рядом. Она, кажется, ушла вперед и теперь готовилась снова перекрыть им путь. Прошло всего три секунды, а впереди уже мелькнула голова.

– Включай глушилки. – Кира сбросила скорость. От Малышки тут же в разные стороны полетели крошки размером с горошину и пошли пульсирующие волны света. Через мгновение все успокоилось, а змеи спрятались в свои норы.

Шкала с топливом для работы глушилок на сенсорной панели мигнула красным и потухла. Как Кира будет возвращаться? Опять отсиживаться сутки на горе, пока все змеи устанут ее ждать, передерутся и съедят кого-то из своих?

Через минуту Малышка въехала все-таки на гору, и на вершине Кира затормозила. Некоторое время она еще просидела, крепко сжимая руль. Но постепенно расслабила пальцы, а потом и откинулась на спинку. Ладно, не так уж плохо, что они посидят здесь.

Ей нравился вид, да и змеи забирались на горы не так шустро. Хотя после глушилок они не сразу очухаются. Но все равно на горе было лучше.

– Постоим, подождем портал. Тебя, наверное, выбросило прямо на берегу озера с нашей стороны, порталы открываются обычно здесь. А мы чуть попозже поплывем на тот берег озера, там открывается путь в обратную сторону, – зачем-то сказала Кира рыжему. Тот все так же сохранял поразительное спокойствие. Может быть, только взгляд стал чуть более напряженным. – Потом я тебя высажу, а ты пойдешь в такое светящееся окно, и все будет хорошо. Твой мир, женщины в платьях, лошади, наверное. Что там еще? Кареты.

– Секс в рубашке до пят, – подсказала Малышка, а Кира хмыкнула. Ей очень повезло, что в машине был только рыжий блондин, который ничего не понимал. И не мог посчитать это домогательством от искина.

– Не так там все строго, – ответила ей Кира.

– Если учитывать базы данных, рубашка – это неплохой вариант. Под ней могут быть еще железные трусы, – заметила Малышка и, к счастью, замолчала, неловко все-таки.

Особенно если вспомнить, что всех искинов делают специально для паромщиков. То есть берут часть воспоминаний, часть характерных черт и добавляют туда программу с самообучающимся модулем. И тупой юмор, считала Кира, Малышке достался, к сожалению, от нее.

– Главное, что мы тебя высадим и уедем. На этом наша миссия закончится, – закруглила разговор Кира, обращаясь опять к рыжему.

– Необходимо будет дождаться момента, когда он войдет. Или самой туда занести и увидеть закрытие портала, – напомнила Малышка.

– Помню. Но такого я точно не занесу. Спину надорву, – скептично заметила Кира.

– Чтобы надорвать спину паромщика, потребуется вес примерно в триста килограммов, – сказала Малышка. – В нашем мужчине всего восемьдесят пять.

– А рост какой? – спросила Кира, заинтересованно рассматривая рыжего. Тот вежливо постарался улыбнуться, но почему-то чем больше болтала Кира, тем больше он хмурился.

– Сто восемьдесят три сантиметра с половиной. Длина ног по внутреннему шву в районе восьмидесяти семи сантиметров, обхват бедер…

– Стоп. Мне это зачем? – спросила Кира и пробормотала: – Ты бы еще длину, прости господи, в момент эрекции назвала.

– Для того чтобы получить такие данные, необходимо…

– Ой, нет. Не рассказывай, что для этого надо делать.

– Ты сама знаешь? – уточнила Малышка.

Парень, до этого крутивший головой, вероятно, чтобы понять, откуда доносится голос, замер, рассматривая Киру.

– Не пугай нам попаданца. Лучше посидим в тишине, – сказала Кира, с трудом сдерживаясь, чтобы не засмеяться в голос.

– Портал закрылся, – сообщила Малышка. – Теперь молчу.

– Ты говорила, он будет через полчаса!

В ответ была тишина.

– Хватит притворяться, что ты не слышишь. Почему опять сбой и ты говоришь о том, что портал закрылся?

– Тебя не поймешь, – спокойно заявила Малышка. – То не пугай попаданца, то пугай.

– Портал, – напомнила Кира. – Что с ним опять не так?

– Мы включили глушилки и вызвали некоторый сбой местного электромагнитного поля…

– Как будто первый раз! Что с того, что включили? – поторопила Кира, чувствуя, что все идет к плохому финалу.

– Порталы – хрупкие конструкты, а в момент сдвига особенно. Тем более если смотреть из другой временной точки, то портал еще может появиться. Но из нашей…

– Иными словами, ты просто ни фига не знаешь, – заметила Кира.

– Знаю. У меня есть базы по психологии, выживанию, расчетам траекторий…

– Я о порталах! Которые вот так появляются, а потом закрываются раньше времени.

– Тогда да.

– Что «да»?

– Ни фига не знаю.

Кира упала на руль. А сначала казалось все так просто! Съездить, вернуться, успеть на закат. Вот никогда она не любила попаданцев, всегда с ними что-то не то. Но с прошлыми хотя бы возни меньше. Они были ушастыми собаками! Да, случалось, что она ждала портал больше восьми часов. Открывала все двери нараспашку, чтобы животное держалось хотя бы за счет эманации прошлых порталов и не расщепилось. Но чтобы так застрять с человеком!

Вдруг Кира почувствовала, как ей на плечо легла ладонь. Она подняла голову и встретилась взглядом с рыжим. Такой уверенный, серьезный, как будто знает что-то и поддерживает.

Прошло несколько секунд, прежде чем Кира осознала: ее успокаивает мужчина из исторического фильма, который должен биться в истерике… В этом был только один плюс – ее подбадривает хотя бы не собака с ушами! Успокаивающей собачьей лапы на плече Кира не выдержала бы.

– Мы с тобой попали, – сказала она. – И теперь нам надо ждать.

Рыжий ободряюще улыбнулся. Ну просто настоящий джентльмен или кажется таким, потому что ни бельмеса не понимает.

– Малышка, – сказала Кира. – Включи подачу воздуха с улицы, чтобы наш попаданец не загнулся. И перейди в экономный режим. Будем спать.

– Подача воздуха была включена при выезде, – как будто с обидой сказал искин.

– Ладно. Раз мы тут застряли, я планирую вздремнуть, – сообщила ей Кира и отстегнула ремни безопасности. – Еще потом неизвестно, как добираться к воротам. Петлять придется по самому краю всю ночь. Будить меня можно только за полчаса до портала.

– Он откроется через четыре часа, если обстановка останется прежней.

– Отлично. Твоя задача – поднять меня за полчаса, разбудишь раньше – и я тебя отключу!

– Тебе нужно оставить распоряжения по поводу гостя.

– Какие распоряжения, ты о чем вообще?

– Ему можно будет открыть дверь? Судя по некоторым признакам, его мочевой пузырь скоро переполнится, и, когда это произойдет, он намочит сиденье.

– Слушай, ну, в туалет его, конечно, можно выпустить. Зачем нам мокрые сиденья?

– Я поняла. И думаю, тебе стоит объяснить, что он может пописать.

Кира с сомнением посмотрела на мужчину. Тот не сводил глаз с Киры и, кажется, ловил каждое ее движение.

– Ты если хочешь пи-пи… – начала она и запнулась, потому что бровь мужчины дернулась. Кира прокашлялась: – Ты можешь выйти и сходить под колесо.

Кира к этому еще показала руками, но, возможно, только запутала человека.

– Вероятно, будет лучше, если я покажу ему видео писающей собачки? В моей базе данных есть такое, – заметила Малышка.

– Почему у тебя есть это, а языка попаданца нет? – возмутилась Кира.

– Потому что никто из мира этого человека не задерживался настолько, чтобы можно было изучить язык. Тем более из того мира к нам попадают крайне редко. Твой язык, как ты знаешь, в моих базах есть.

Кира сама нажала кнопку открытия двери и жестом еще раз показала мужчине на выход. Он сидел с поднятыми бровями и все еще с опаской посматривал на руки Киры, которыми она изображала поход в туалет.

– Далеко не отходи, – сказала Кира и пальцами изобразила, будто они идут, а потом возвращаются. Это было максимум того, что она могла.

Мужчина кивнул и не торопясь вышел.

– Он неплохо понимает твои жесты, – заметила Малышка.

– Или просто очень хочет в туалет.

Они замолчали, а потом мужчина заглянул в салон и указал на что-то вдали. Кира бросила взгляд через лобовое стекло и усмехнулась. Она тоже вышла из машины и подошла к рыжему. Он вытянулся во весь рост и расправил плечи и теперь монументально возвышался на горе. Кира даже почувствовала себя хрупкой рядом с ним, чего с ней не случалось уже лет восемь. В Арёйе все были ниже ростом. А рыжий и выше всего-то на полголовы, но ощущение собственной хрупкости поразило.

– Закат, – сказала она попаданцу.

Вокруг разливался красный свет, он будто стекал с небольшого холмика, который стоял справа, и падал мягкими волнами на город вдалеке. Металл и стекло бликовали, а все здания снова стали похожи на леденцы, почти петушки на палочке из детства.

– Здесь он красного цвета до самого конца, – зачем-то сказала Кира. – Говорят, это из-за особого воздуха, точнее его состава. Но все равно он очень похож на тот, который я видела у себя. Только наш был разных оттенков. И по цвету можно было сказать, высоко солнце или низко. Но здесь он мне тоже нравится. Он меняет мир.

Рыжий молчал. Только один раз задумчиво посмотрел на Киру.

– Идем, из машины такой же вид, но не так холодно. Я посплю, ты посидишь. А потом отправим тебя в портал.

Усаживаясь внутрь, Кира дождалась, когда рыжий тоже залезет в салон, после достала свою куртку, сделала температуру ниже и откинула кресло немного назад.

– Будить, только когда до портала останется полчаса, – напомнила Кира. – И ни секундой раньше.

Больше всего после внедрения чипа Кира любила свою способность моментально засыпать. Это было одним из самых полезных приобретений.

***

– Портал откроется через полчаса, – вяло сообщила Малышка.

Ее мелодичный высокий голос словно скатился в нечеткий и низкий, как в игрушках с севшей батарейкой. Но Малышка могла и не так подшутить.

Кира открыла глаза и потянулась. Через лобовое стекло виделась вода и бегущая по ней яркая дорожка от фар. Прожектора на крыше освещали темноту справа и слева, а машина гнала на всех парах через воду и тишину. А через открытое окно у водителя залетал прохладный воздух. Кира резко выпрямилась.

За рулем сидел рыжий парень, и, когда Кира проснулась, он ей улыбнулся.

– Что за черт, – пробормотала она. – Малышка, стоп.

Машина не откликнулась.

– Пройсты, – вдруг проговорил рыжий с акцентом. – У меня садане. Был бы луше, если б ты спала.

Кира не раздумывая двинула кулаком в лицо рыжему, но он поймал ее руку и крепко сжал запястье. Так, что Кира не могла вырваться. Паромщик, который поднимает почти триста килограммов!

– Ты кто такой? – возмутилась Кира, совершенно ничего не понимая. – Как ты сел за руль?

– Меня совут Деян. И ты мое садане.

– Чего?

– Это будт не болно, – ответил рыжий, как будто на другой вопрос, и сильнее вдавил педаль газа.

Впереди в темноте вспыхнул свет, там, прямо в воздухе, все ярче разгорался портал. Какого черта! Полчаса же! Кира дернулась, но ее руку этот гад не отпустил. Тогда она вцепилась другой рукой в руль, пытаясь его повернуть.

– Стой! Я не хочу в портал, – крикнула Кира. – И не хочу стать лужицей на той стороне!

– Не станешш. Ты паромшик, – совершенно спокойно заявил рыжий, так и не отпустив ее руку и руль. Машина мчалась точно в портал.

Черт. Что будет с Малышкой? Она туда сможет пройти? А сама Кира? Она только затаскивала в порталы зверей и сразу уходила, потому что жгло кожу!

– Приближение к порталу, – снова заговорила Малышка, начиная нормальным голосом и скатываясь к низкому.

Через секунду машина влетела в него, и Киру ослепил яркий свет.

Глава 2

Через лобовое стекло заглядывало робкое солнце. Оно же освещало пустынную дорогу со старым серо-черным покрытием, в трещинах которого росла первая в этом году трава.

Машина остановилась ровно там, где и должна. Портал открылся у берега, а потом Деян доехал до места встречи с проводником. Только этого засранца, Рафа, не было.

Деян посмотрел на паромщицу. Та отключилась при переходе, и это неприятно корябало внутри. Ему, конечно, хорошо, что она не дергается, но что, если с ней непорядок? Он всмотрелся в ее спокойное лицо и осторожно дотронулся до шеи. Непроизвольно Деян выдохнул, когда почувствовал пульс. За мертвого паромщика ему бы точно не заплатили.

Вообще, он всегда выбирал деньги. И в этот раз тоже выбрал именно их. Много-много денег за одно небольшое похищение. Да и не совсем похищение, скорее, экстравагантное предложение о работе с доставкой до места.

Он снова посмотрел на паромщицу и наклонился вперед, прислушиваясь к дыханию. Деян сначала почувствовал едва уловимый запах сандала и лишь потом услышал слабые вдохи. Не прерывистые, а ровные, что уже внушало надежду на лучшее.

Но что-то с ней было не так. Мало того что отключилась после перехода, так еще и общалась с искином словами. Не строчками программного кода в голове, а словами.

Деян на всякий случай еще раз прощупал пульс. Под едва теплой кожей слабо билась жилка. Посидев еще с минуту, вслушиваясь в дыхание и ощущая жизнь под пальцами, Деян убрал руку.

Ладно, он выполнил свою часть работы. Деян еще мгновение смотрел на девушку. Та откинулась на сиденье и была странно серьезной, хотя, даже общаясь с искином, как будто усмехалась. Но теперь ни одной морщинки, намекающей на улыбку. Без нее она стала моложе и, наверное, была младше самого Деяна. Ей точно меньше двадцати пяти, но вряд ли сильно больше двадцати.

Он вздохнул и открыл дверь, нажимая на «звонок» еще до того, как вышел.

Раф молчал. Деян снял жилетку, закинул ее в машину, закатал рукава с рюшками, насколько смог. На часах все это время отображался дозвон, но никто не отвечал.

Что за дребедень? У него паромщица, а Рафа нет. И денег за задание нет, и одежды. Последнее бесило даже больше, чем безалаберность Рафа. Все эти рюшки, оборки, гульфик на пуговицах, пояс на завязках. Три недели уже в этом ходит, где его джинсы? Имеет он право натянуть джинсы?

Деян вынул рубаху из штанов так, чтобы она прикрывала пуговицы вместо молнии.

Его предупредили, что нужно провернуть все тихо, а значит, не попадать в объектив какого-нибудь дрона, пока на Деяне оборки. Или сделать вид, что это вовсе не оборки, что не так-то просто.

Часы пиликнули, показывая, что автодозвон слишком долгий, и вызов сбросился. Деян снова набрал Рафа. Тишина. Так же, как и вокруг.

Старая дорога, которая уходила за горизонт, по-прежнему оставалась безлюдной. Как они и планировали – окраина Болской земи. Сюда забирались обычно по выходным, погонять на старых машинах. Ни один оборотень не приходил просто так размять лапы. Бегали по земле, траве или листьям, а не по жесткой дороге, состоявшей из трещин.

Никого. Лучшее место для тайной встречи и лучшее время – утро рабочего дня. Сюда и дроны залетали изредка. Только чтобы проверить: все по-прежнему тихо и порталы не откроются еще сотню лет. Все было продумано. Кроме Рафа.

Вдалеке будто начал набирать обороты едва уловимый шум. Что-то шуршало, неторопливо приближаясь, и, похоже, это были четыре небольших винта.

Деян ругнулся, сбросил сапоги с позолоченными пряжками и закатал штанины. Ноги сразу замерзли, конец зимы никогда не был приятным даже на юге Болской земи. Но лучше так, чем попасться в иномирной одежде дрону недалеко от возможной линии порталов. Штрафы, разбирательство не на один день, потом приостановка лицензии на хождение между мирами. И все это не в джинсах, а в штанах с пуговицами и завязками!

Поэтому Деян торопливо себя оглядел, еще и принюхался к рукавам. Запах пока оставался чужим, иноземным, но дрон его не почует, а с виду он просто странный парень в рубахе до самых колен. М-да.

Машину Деян обошел со всех сторон, где увидел – стер грязь, убрал подозрительную наклейку иномирного флажка с бампера. Сойдет за старую модель «шеви», решил он. Во всяком случае дрон, скорее всего, ее распознает именно так. И не будет отчитываться о подозрительных объектах.

Светлое небо пока оставалось чистым. Никаких блестящих точек, одни редкие птицы. Но ждать на месте точно нельзя. Деяну платили за тихую доставку паромщика, такую, о которой не узнает ни один мимо пробегающий оборотень. Оно и понятно. Если у Болской земи появится свой паромщик, они станут сильнее многих в Объединении. Возможно, даже подвинут Вежи.

Сзади будто дунул легкий ветерок. Деян пригнулся раньше, чем понял, что происходит. Он отпрыгнул и встретился взглядом со злой паромщицей. Кажется, она хотела огреть его какой-то железкой.

Девушка двигалась легко и быстро, быстрее, чем человек, но медленнее оборотня. Поэтому Деян спокойно ушел от второго удара. Он не хотел драться, в основном потому, что знал: кулак паромщика способен пробить череп. Впрочем, как и кулак оборотня, а им такие травмы ни к чему.

А потом она перекинула железку в левую руку и достала пистолет. Деян замер.

– Где мы? И кто ты, черт возьми, такой? – зло спросила она.

– Я Деян, и мы в Болской семи.

– Что это за мир? И когда будет портал обратно? И что ты сделал с Малышкой?

– Мого воросов.

Деян все понял, хотя и не мог сказать, что язык мелких болванчиков знает хорошо. Просто у него не хватало слов.

– Ты говоришь на нашем языке. Так что уж постарайся объяснить! И зачем ты притащил меня сюда? Тебе нужна лужица из расщепленного паромщика?

– Ты не станыш лужий, – возразил он. – Паромшики живуч.

Кира сделала шаг, и дуло пистолета уперлось Деяну в живот. Это даже было лучше. С такого расстояния он легко ее скрутит.

– Зачем ты притащил меня сюда? – переспросила Кира, будто выплюнула.

– Ме заплатили, – честно ответил он.

– За то, чтобы доставить меня сюда?

– Не са тебя. Са паромшика, – пояснил Деян и незаметно втянул живот, чтобы дуло не холодило его через рубашку. Он перенес вес на правую ногу и приготовился.

Кира отвела взгляд от Деяна. Она опустила голову и долго смотрела под ноги, но пистолет при этом держала очень крепко. Ее рука ни разу не дрогнула.

– Это асфальт? – ее вопрос прозвучал глухо.

– Да.

Деян перетек в сторону, рывком поднял руку паромщицы с пистолетом, и воздух разорвал выстрел. Все произошло слишком быстро, никто бы не успел перехватить пулю, даже оборотень. Деян выругался. Он вырвал пистолет и закрутил руку Киры за спину. Только девушка отчего-то и не сопротивлялась.

– У нас нелся срелат, – рыкнул он. – И оруже нелся!

– У тебя смешной акцент, – сказала Кира. – Тебе надо тренировать, особенно «щ» и «з». Знаешь, эти звуки отлично тренируются на простых вещах, например, если быстро произносить «зю-зю-зю». А если говорить «зющ!», не «хдыщ», как кнут, а так с напором – «зющ!», тренируется сразу два звука.

Она шутит? Послышался уже отчетливый свист винтов дрона, и Деян отпустил Киру.

– Ис-са стрелбы к нам летит дрон, – сообщил он.

– Отлично, как раз скажу, что ты меня похитил. Может, твой дрон покажет, где у вас портал.

– Сдес нет портала в тво мир.

– Скажи, а у вас есть кока-кола? – вдруг спросила Кира.

– Что? – Он перестал ее понимать, хотя говорили они все еще на одном языке. Вроде бы.

– Напиток коричневого цвета с газом. Она вроде бы должна быть почти в каждой точке мира, где есть асфальт.

Деян почесал нос и чуть наклонился к Кире, чтобы посмотреть ей в глаза. Не бредит ли она?

– Вкусны? – зачем-то спросил он.

– Вредный. Бабушка его запрещала. – Она посмотрела на него. – Значит, асфальт есть, а колы нет?

– Ты уже видела асфалт? – уточнил он и на всякий случай постучал босой ногой по покрытию.

– Было дело, – кивнула она. – Скажи мне, как называется страна, в которой мы находимся?

– Мы на семях Объединения, в которое входит Болская семь, – пояснил Деян. И снова набрал Рафа. – У тебя дожен был быт проводник, которы все обяснит. Но он мочит.

Кира улыбнулась, будто прозвучала шутка. Хотя, может быть, так и есть, но его это не волновало. Едва коснувшись экрана часов, он снова набрал Рафа. Нужно получить деньги и сбагрить паромщика. Дальше его ждали джинсы, мягкая кровать и, возможно, Лана, если она все же бросала его не всерьез.

Деян услышал приблизившийся дрон и сбросил дозвон. Ждать больше не было смысла. Не зря заказчик настоял, чтобы часть маршрута, по которому тихо провезут паромщика, выучил и Деян. Как знал, что Раф может облажаться.

– Садис, – сказал Деян.

– Зачем? Из-за этого странного звука, как будто кто-то летит? Тогда точно не сяду. Вдруг это полиция? Мне она как раз нужна. Похищение людей во всех развитых странах дело неодобряемое. Если судить по асфальту и отсутствию лошадей, здесь должна быть плюс-минус такая страна.

Деян фыркнул. Удивительная логика: варварский асфальт и развитая страна. Он улыбнулся Кире.

– Мне ничего не будет, – уверенно заявил он, хотя знал, что еще как будет. Разбирательство займет время, его лицензию приостановят, появятся вопросы, а за доставку паромщицы ему так и не заплатят. Но он у себя в мире и выкрутится. – У меня есть лицензия на прохошдене через портал, а вот у тебя – нет. Если хочеш, ты може шдат патрул. Бес снаня ясыка вы не договоритес.

– Так это патруль? Хорошо. И я быстро учусь. Ваш язык мне будет на один зуб.

– Я верю. Паромшики странные люди и могут странные веши. Но пока это случися, тебе буд слошно.

– Но мы с тобой же как-то разговариваем, может, и с ними получится.

– Я хожу мешду мирами, потому и знаю боше других.

Дрон уже показался на горизонте, над деревьями мягко скользила серая сфера, которая поблескивала серебром. Похоже, их тоже заметили. Потому что среди винтов включился синий маячок патруля. Все-таки законники. Деян поморщился, но тут же шире улыбнулся.

– Садис, и я расскажу, что знаю. Например, сачем ты сдесь.

– Если тебе не страшен этот патруль, давай подождем. А потом я поеду с тобой, – предложила Кира преувеличенно спокойно. Только жилка на шее едва дрогнула.

– Они могут тебя не отпустит.

Деян кинул взгляд на приближающийся дрон и снова поставил дозвон до Рафа.

Оборотень словно оглох или спал после пьянки. Деян видел его трижды, но даже одного взгляда хватало, чтобы понять – Раф любит отдыхать. Выпивку, сговорчивых девушек и бег голышом по лесу, когда на небе Большой Мерек. О последнем можно было судить по запаху. В прошлую встречу от Рафа тянуло травой, хотя дышал при этом он перегаром. Деян ни за что сам не выбрал бы такого оборотня в команду, но решал заказчик.

Деян отключил дозвон и посмотрел на Киру. Она в ответ буравила его взглядом. Радужка паромщицы едва заметно меняла оттенок. Темный шоколад плавился, создавая ощущение, что в него добавили каплю молока. Из-за чего цвет теперь не бликовал темнотой, а приобрел бархатистость. Значило ли это, что паромщица сканирует его? Считывает сигналы тела: определяет давление, пульс, уровень гормонов?

Пусть, решил Деян. Ему как раз пришла в голову идея, как заработать, если ему все-таки не заплатят. А если Раф не появится, то это может случиться.

Паромщик – очень ценный кадр. Такой человек стоил хороших денег. Деян мог бы сам пристроить паромщицу, выставив контракт с ней на аукцион, или предложить работу по его лицензии, вместе с ним. Хм. Правда, лучше все-таки расстаться с Кирой и получить деньги, меньше проблем. А то за нее же на аукционе будет бойня, да и не на аукционе.

Он оценивающе посмотрел на спокойную и при этом по-человечески мягкую Киру. Паромщица все время возвращалась взглядом к разбитому асфальту под ногами. На губах Деяна снова появилась улыбка.

– Я могу тебе расскасат, в каком мире ешо ест асфалт. И даж провести в него. Но для этого нушно поехать дальше, – сказал Деян и пододвинулся ближе к Кире. Если откажется, он просто ее вырубит, закинет в машину и доедет до еще более спокойного места, а там видно будет. Надо все хорошенько обдумать.

Паромщица оценивающе осмотрела его, с босых ног и до самой головы, будто ощупала. И по-кошачьи сощурила темно-шоколадные глаза.

– Ты, кажется, был блондином, – проговорила она.

Деян усмехнулся. Она как будто сбивала его с толку странными фразами или тянула время.

– При перемешении волос темнеют, – ответил он.

Кира раскрутила свой длинный хвост, посмотрела на кончик, но ничего нового не увидела. Ее копна, конечно, осталась прежнего цвета. В конце концов, она всего лишь паромщица.

Деян видел краем глаза, как дрон на горизонте становится толще, и слышал, как отчетливее звучат винты. Хотелось забросить Киру в машину и убраться отсюда, но надо было ждать. Паромщица заинтересовалась асфальтом и точно хочет увидеть мир, в котором он есть. На этом можно сыграть. А если он ее оглушит, уже никаких игр.

Кира обернулась на дрон, потом снова посмотрела на Деяна.

– Я за рулем, – объявила она и села на водительское место. Вот так просто, как будто не она недавно сомневалась.

– Ты не снаеш, куда ехат, – сказал Деян в пока еще открытую дверь со стороны водителя.

– Здесь одна дорога и лес. Не заблужусь. Садись.

Дрон был уже близко. Деян резко выдохнул, обошел машину и тоже сел.

– Шми, – приказал он.

Дрон на самом деле уже зафиксировал их. Наверняка снял и Киру, и машину, и самого Деяна. Босого и в странной длинной рубахе. Но все это не шло ни в какое сравнение с тем, что при приближении он мог засечь след от применения оружия, а то и сам ствол. Где-то среди травы осталась пуля, но сейчас, издалека, не зависая над объектом, дрон ее точно не заметит.

– Мне надо слышать Малышку, верни ее, и поедем, – очень вежливо попросила Кира. Такая покладистая.

Деяна этим не проймешь. Он все с той же легкой улыбкой наклонился к Кире, убрал ее правую руку с руля и отлепил одну заглушку. Вторую под панелью оставил, но паромщица все равно об этом ничего не знала. Лицо Деяна уже сводило от улыбки, и он с некоторой тоской подумал, что паромщицу надо было все-таки вырубить, когда представлялась возможность. И черт с ними, с играми, а деньги он придумает, как выбить.

– Малышка? – спросила Кира, но при этом внимательно смотрела на Деяна.

– Что? – недовольно отозвался искин.

– Ничего. Вперед, и проверь, что здесь за мир, – с облегчением сказала Кира.

Машина неторопливо покатила, а Деян увидел тень от дрона, которая пролетела над ними не останавливаясь. Он медленно расслабил плечи и откинул голову назад.

Неожиданно Кира ускорилась, и машина полетела, оставляя за собой пыль.

– Луше нам ехат помедленно, – быстро проговорил Деян, снова чувствуя, как спина и плечи напряглись. – Иначе по следу от твое Малышки нас надёт любой оборотен.

– Любой оборотень? – переспросила Кира, сбрасывая скорость.

Она посмотрел на Деяна круглыми глазами и, откашлявшись, еще раз уточнила:

– Оборотень?

– Не знаешь, кто это? – насмешливо поднял брови Деян. Он представлял, что говорили об оборотнях в разных мирах, в том числе у мелких болванчиков.

– Люди, которые в полнолуние превращаются в таких пушистых зверей с хвостами? – спросила Кира.

– Если верить тем книгам и видео, которые загружены в мою библиотеку, да. И обычно они волки, – вдруг подал голос искин.

Такой чистый и высокий тембр, как у машины, Деяну обычно нравился, но именно поэтому он не любил, когда так говорили неживые существа. И потому поморщился, правда, после следующей фразы чуть не рассмеялся в голос.

– «Гора мускулов», «неутомимые любовники», «горячие парни, живущие инстинктами» – это если цитировать книги.

Кира даже не моргнула.

– Книжки врут, Малышка, – сообщила она искину и снова посмотрела на Деяна. – Ты оборотень?

– Да, – не стал вдаваться в детали он, не переставая улыбаться.

– Я же говорю, что книжки врут, – заключила Кира.

– Для того чтобы понять, врут они или не врут, подопытному нужно пройти серию тестов, – нудно заметила Малышка.

Кира только фыркнула и уставилась на дорогу.

– Ты сказал, что объяснишь, зачем я здесь. А еще сможешь показать мир, в котором тоже есть асфальт… И лучше тебе все-таки сказать, почему нас не должны засечь твои дроны и чем плохо то, что нас почует любой оборотень? – спросила она спокойно. Так спокойно, как будто не ехала по дороге в другом мире.

Деян чувствовал, что Кира практически не волновалась. Пульс оставался ровный, зрачки не расширялись, так же как и не сужались, а запаха по-прежнему не было. Даже сидя рядом, он не ощущал того аромата сандала, который был на ее коже. Все-таки паромщики очень странные существа.

– Один человек просил тебя доставит. Ему нужн паромшик для того, чтобы всят что-то из другого мира, как я понимаю. За работу он обешал саплатит.

– За твою работу или за мою?

– И тебе, и мне. По сакону, если он тебя не намёт на работу, наш приключеня будет шитася похищением, – сообщил Деян.

– Зачем ему паромщик для другого мира, если есть ты и у тебя эта самая лицензия? – спросила она.

Почему не про само похищение, удивился Деян. Это же ее волновало еще несколько минут назад.

– Споси у него, когда встретиш, – ответил Деян, хотя подозревал, что паромщика хотят оставить здесь насовсем, а не только для путешествия в какой-то отдельный мир.

Болской земи нужен постоянный козырь в рукаве, иначе ее просто попросят из Объединения. Слишком она была слабой после всех перестановок и внутриклановых разборок.

– А почему нельзя было просто со мной поговорить? И предложить деньги?

– Потому что саказчику нужн паромшик. Не разговор, а именно паромщик, и как можно быстрее. Расговоры – это медленно.

А еще паромщика нужно доставить тихо, иначе узнают в Вежи. Конкуренты и еще одни претенденты на вылет из Объединения, подумал Деян.

Кира прищурилась, но не стала ни о чем переспрашивать. И хорошо, пусть с ней объясняется сам заказчик.

– Почему ты сказал, что у вас не открываются порталы обратно в Арёйе?

– Потому что они не открываются.

– Но сюда мы попали! – возмутилась Кира.

– Большая часть порталов работат либо толко на вход, либо толко на выход. Ты не снала? – удивился Деян.

– У нас порталы работают и туда, и обратно!

– Не все. Я бы скасал, единишные. Из примитивны миров.

– Но ты и пришел, и ушел, так? – уже спокойнее спросила Кира.

– Так. Но черес какой портал я пришел? – поинтересовался у нее Деян.

Кира бросила на него один взгляд, но такой пронзительный, как будто он только что всадил ей нож в сердце.

– Устройство порталов – это не секрет, – спокойно сказал Деян. – В одном месте вход, в другом – выход. Иногда в одном мире нет входа, только выход. А в другом мире наоборот. Где-то ты входиш, де-то выходиш и так прокладываш путь через миры до нужной точки. Это интересно саняте.

– Но у нас не так, – твердо сказала Кира. – У нас и вход, и выход. Я тысячу раз забрасывала назад в порталы собак, или как их там. Я сама видела, как они вываливались из тех порталов.

– Примитивны мир, – кивнул Деян. – К ним от вас есть вход и выход, да. Точнее, двер, можно проти туда и обрато.

– А из этого мира? – на слове «мир» Кира запнулась, как будто все еще не до конца верила, что они говорят именно о нем.

– Нет, – улыбнулся Деян. – В нашем мире ошень мало порталов.

Кира отвернулась, только костяшки ее пальцев на мгновение побелели, когда она стиснула руль. Но потом пальцы снова расслабились, и паромщица опять стала спокойной. Словно кошка, которая показала когти и резко убрала.

– Как ты попал к нам в Арёйе? – спросила в итоге Кира. Деян ждал этого вопроса.

– Черес другой мир, – улыбнулся он. – Не черес мой.

Кира посмотрела искоса, будто оценивая его вид, и едва заметно нахмурилась.

– Второе королевство, – сказала она, но Деян не стал уточнять. В мире болванчиков очень любили все нумеровать. Вполне могли и дать такое название. – Там правда люди ездят на лошадях?

– И секс в рубашке до пят, – усмехнулся Деян.

Киру это заявление ничуть не смутило, она даже бровью не дернула. За окном быстро проносились деревья, дорога становилась все более разбитой, но машину не качало.

Все вокруг оставалось спокойным. С одной стороны, так и должно быть утром рабочего дня. С другой – в небе больше не показывались дроны, не слышался звук флайеров, хотя Деян и Кира стремительно приближались к городу. Деян проводил очередное дерево взглядом. Или дорога вела не в ту сторону? Он сверился с картой на часах и с досадой вздохнул. Вечно с этими древними дорогами какая-то беда. Да, они едут не к городу.

– Мне хотелось бы, чтобы ты пообещал, что покажешь мне мир, в котором тоже есть асфальт, – снова заговорила Кира.

– Обешаю, – легко согласился Деян. Пока ему не заплатят, он все равно никуда не уйдет от паромщицы, можно и асфальт показать.

Паромщица хотела что-то еще выяснить, но неожиданно часы Деяна ожили. Звонил Раф.

– Привет, мой друг, – ласково сказал ему Деян и создал экран, чтобы они с Рафом друг друга видели. Темный прямоугольник размером с ладонь мигнул, едва светлея, и затем появилась небритая физиономия Рафа. Судя по всему, он был за рулем и спешил.

– Скинь мне координаты. Я только что проехал место встречи, вы от него сильно отклонились? – спросил он.

– Ты опоздал, – спокойно отозвался Деян. – Над нами летел дрон, и теперь я не знаю, могу ли говорить и сбрасывать координаты. Возможно, теперь нас кто-то слушает или даже бежит по следу.

– Что? – еще не совсем понимая происходящее, переспросил Раф.

– Что слышал.

– Какой дрон здесь? Ты спятил? – рыкнул Раф.

– Нет. Поэтому мы едем туда, где нас не почует оборотень и будет свежо. – Раф мог и не понять, но и бросать координаты, когда тебя просили доставить паромщика тихо, заранее назначили время и все передают из рук в руки, а не через сообщения, Деян считал глупостью. Особенно до того, как он получит деньги.

– О чем ты говоришь? – неожиданно спросила Кира.

– Чей это там у тебя голос? – рявкнул Раф.

Деян только улыбнулся.

– Я уверен, ты нас найдешь… А если нет, то твои проблемы, я получу свои деньги и без тебя.

– Если ты кому-то еще сольешь про паромщика!..

Деян завершил вызов. Несмотря на то что он старался выглядеть расслабленным, его все напрягало. Дрон, Раф, то, что они едут не совсем туда. И ему не видать ни джинсов, ни кровати. Только надеятся, что скоро это все закончится. Раф хоть и дурак, но маршрут помнил, и где «свежо» неподалеку, наверняка знает. Болская земь – его территория, в конце концов. А в следующий раз, может быть, не будет опаздывать и станет умнее. Пусть учится, а то мало ли, вдруг им снова работать вместе.

Если за день ничего не будет ясно и Раф не объявится, Деян может выставить паромщицу на аукцион. Хоть эта мысль ему не нравилась. Выставишь паромщика как самого низкопробного работника на аукцион – и получишь только процент от сделки и еще подпортишь со всеми отношения. Потому что контракт паромщика купит кто-нибудь из Вежи, и они выбьют только окрепшую Болскую земь из Объединения. И остальные между собой перегрызутся… Нужен будет другой план.

Второй вариант – это работа с ним, Деяном. У него есть лицензия, по которой можно ходить между мирами вдвоем. Эта мысль понравилась ему больше. Но тогда тоже возникнут проблемы. С документами и с заказчиками. Все-таки он нарушит договор, это пятно на репутации. Это если не считать того, что он любил работать один.

Тем не менее мысль, что в похождениях в другие миры у него появилась бы напарница, была ничего. Это облегчит жизнь. Только Лана тогда его бросит насовсем, здесь даже гадать не надо. Она слетала с катушек, когда дело касалось работы с другими девушками.

– Так о чем ты говорил? – переспросила Кира. И снова ее голос звучал спокойно, почти как у машины.

– О том, што мы немного отклонилыс от курса, – ответил Деян рассеянно. Его мысли все бродили вокруг работы с паромщицей.

– А что о тех, кто слушает?

Деян удивленно поднял брови. Все-таки паромщики странные существа. Откуда они вечно что-то знают, что знать не положено?

– Нас могут прослушивать, – коротко ответил Деян. – Ты понимаш мой ясык?

– Почти нет. Но в нем есть похожие звуки, как будто… Ты не мог бы сказать что-нибудь на нем?

– На моем ясыке? – Деян внимательно рассматривал Киру, пытаясь понять, о чем она думает, и сказал уже на своем языке: – Для паромщицы ты выглядишь совсем как человек. У тех, кого я знаю, обычно видны металлические пластины в основании черепа.

– Ты говорил о моем черепе? – поинтересовалась Кира.

– Да.

– Это был комплимент?

– Обычно комплименты делают другим частям тела, – вступила в разговор Малышка. – Губам, улыбке, груди или…

– Гласам, – сказал Деян с усмешкой.

Если и делать комплименты, то глазам, считал он. Особенно если речь о комплиментах этой паромщице. Разрез глаз Киры напоминал об одних древних фресках, где люди стояли в профиль. А еще в ее глазах был блеск, именно он отличал их от других.

– Но ты говорил про череп, – вернулась к теме Кира.

– У паромшиков шасто бывают пластины в шерепе. Я говорил об этом.

– А-а-а, ясно. У меня нет, мне достался только чип и пара искусственных волокон в мышцах.

– Пошему?

– Потому что она и так хороша, – ответила за Киру Малышка. – Так она обычно говорит.

Деян снова усмехнулся. За этот короткий день он что-то слишком часто веселится.

Впереди дорога обрывалась, упираясь в деревья. Старый кусок асфальта закончился лесом. Нормальная картина для Болской земи, на окраинах здесь такое встречалось чаще, чем трава в лесу. Так выглядели остатки давнишней истории с закатыванием природы в дешевый бетон. От тех дней остались лишь воспоминания. Сейчас все пути проходили в воздухе. Они не пахли резиной и менялись под ситуацию. Очень удобно. Но их асфальтовая дорога пока оборвалась, и Кира остановилась.

Глава 3

Надо снова выдохнуть, очистить мысли, стереть лишнее, чтобы быть как нормальный паромщик – просто киборг без прикрас. Подумаешь, нет металлических пластин, мелочь. Внутри она все равно не совсем человек.

Сердце перестало частить, и Кира почувствовала, как становится спокойнее. Она увидит еще один мир, где есть асфальт, – эта мысль, несмотря на спокойствие, бередила что-то внутри.

Сколько лет она не видела асфальта? Шесть? В родном мире ее уже давно ничего не держит, и она много работала над тем, чтобы о нем не грустить, стала в конце концов почти киборгом. Но взглянуть хоть одним глазком ей очень хотелось. Увидеть не только дороги, но и здания, и части замощенных старых улиц, и, возможно, кирпичный двухэтажный дом. Раз уж она не расщепляется, то можно и посмотреть. Выпить вредную колу, в конце концов.

– Приехали, – сказала она, поворачиваясь к тому, кто назвал себя Деяном.

Тот лишь кивнул и прикоснулся к своим часам с круглым тонким циферблатом, закрывающим запястье. Черный кругляш мигнул, исчезли стрелки, и тут же появился экран над рукой Деяна с чем-то похожим на карту, хотя Кире было плохо видно.

Снова новый мир, снова новые люди, точнее оборотни… Вот это совсем за гранью, Кира даже про себя несколько раз произнесла: «Оборотни». Спрашивать Малышку о них пока нельзя. Потому что, кроме книжек, у нее наверняка ничего, а там слово «горячий» – самое безобидное. Может быть, у нее хотя бы есть мифы?

– Тебе придэтся пустит меня са рул, – проговорил Деян.

– Зачем? Думаешь, если ты сядешь за руль, то Малышка сможет перепрыгнуть через деревья? Вряд ли.

– Думаю, я смогу проехат мешду ными. – И он едва заметно улыбнулся. Эта улыбка уже начинала понемногу раздражать Киру.

– Я со своей машиной могу проехать там, где никто не проедет. Мы действуем как одно целое. И если уж ты украл себе паромщика, привыкай к тому, что ты пассажир.

– Я крал не сибе, – ответил Деян, не сводя глаз с Киры. Будто сканировал ее и что-то для себя решал. Вдруг он дотронулся до своих часов, и Малышка ожила.

– Координаты приняты. Карта местности загружена, – сообщил искин. – Рассчитать время до прибытия в точку назначения?

– Рассчитай, – ответила Кира, тоже рассматривая Деяна, как и он ее.

Откуда этот человек узнал контакт Малышки? Почему он смог загрузить ей карту?

– Остановка через десять минут, примерный маршрут выстроен. С учетом местности возможны отклонения, – бодро отрапортовала довольная отчего-то Малышка.

Было бы проще, если бы Кира могла общаться с искином так, как это делают другие паромщики. Раньше казалось: ее преимущество в том, что она все же наполовину, как минимум, человек. Теперь это, похоже, стало недостатком. Другой паромщик уже просчитал бы варианты, но не она. Впервые Кира пожалела, что ее недопересобрали. И все, что она пока поняла, не просчитала, а поняла – ей нужно увидеть тот другой мир с асфальтом. А дальше будет видно. Не мешало бы узнать, как вернуться в Арёйе, несмотря ни на что, ей там вполне неплохо работалось. Да и сами сотрудники лаборатории стали давно привычными и почти родными. По сравнению с вот этим странным парнем-оборотнем вообще в них все было очень милым. И свое снисходительное отношение к тем, кто вечно сверялся с правилами, инструкциями и боялся обидеть словом, Кира теперь решила пересмотреть. Потому что сейчас ее вообще не боялись обидеть, просто взяли и перенесли.

По возможности стоило бы еще понять что-то про этот новый мир. Потому что нельзя исключать, что ее могли привезти на запчасти.

Впереди показалась вода, вот так сразу за деревьями. Гладь какого-то небольшого озера блестела то холодным голубым, то как будто белым. Другой берег хорошо просматривался, хотя вплавь до него добрались бы разве что паромщики.

Малышка активировала подушку, и они неторопливо поднялись над землей, чтобы через минуту зависнуть над необычно светлой водой, в которой отражались облака.

***

Раф гнал с отключенным автопилотом, не обращая внимания на пиликающий индикатор превышения скорости.

Деян обнаглел! Недооборотень недоделанный. Да шел бы он. Раф найдет их с паромщиком и придушит эту сволочь собственными руками. След от них взяла бы и обычная дворняжка. Ядреную смесь железа и резины от машины, на которой ездит паромщик, можно учуять даже с закрытыми окнами. Видать, пригнал на водородной развалюхе с допотопными шинами.

Раф пролетел над старой и одной из немногих оставшихся в Болской земи вонючих дорог, а затем остановился в месте, где полотно обрывалось. Вонь от только что проехавшей резины, забравшаяся в открытое окно, сразу забила нос.

Деян спятил, если думает,