Черноземье 3
Название: Черноземье 3
Автор(-ы): Иннокентий Белов
Глава 1
Я в серьезном остолбенении гляжу на вылезающую широченную ладонь крайне непонятного вида.
«Откуда там в подвале взялось такое чудовище? Там вроде же никого не было! Ну, я лично туда не спускался и все закоулки не обшаривал, но я же отчетливо чувствовал, что там никого живого нет», – бьются вопросы без ответов в моей голове.
А само лезущее наверх чудище вполне может статься, что сейчас не очень живое. Да совсем не живое!
Судя по размерам ладони, это же какой-то каменный тролль, мать его!!! Трехметровой высоты!!!
Как… Он там… Вообще поместился… И откуда появился…
Бьется в голове навязчивая мысль, но руки автоматически делают хорошо знакомые действия для спасения отряда.
Ставят рядом американскую винтовку, передвигают мешок с Палантиром на грудь и прилаживают приклад, или что это еще такое, точно к вырезу в самом мешке.
Новый толчок сдвигает жернова еще дальше, щель быстро увеличивается и вот в свете моего фонаря появляется массивная фигура самого непонятного создания.
«Без современного фонарика, с каким-то факелом или просто углями из очага совсем задница бы сейчас оказалась! В полутьме тут носиться и разбираться! Когда вообще ничего не понятно и уже очень страшно!» – очень хорошо понимаю я.
«Технологии против магии получаются какие-то!»
Серого цвета, какое-то округлое, но очень крупное тело разворачивается боком ко мне, обоими лапами начинает поднимать люк вверх, жернова скатываются дальше, еще один рывок, люк откинут со страшным грохотом назад.
Взлетает густая пыль с пола, накопившая тут за много лет.
И вот сам невероятный красавец стоит перед нами!
«Ну, еще не стоит прямо передо мной, пока только до пояса из подвала показался. Но боком показался, потому что в метровой ширины спуск не влезает прямо всей своей широкой натурой», – наглядно вижу я.
Здоровенная тварь и так же очень страшная в своей полной непонятности! Приходится такое признать!
Голова чудовища похожа на обычный камень, только с парой черных бусинок-глаз и все, ни носа, ни рта не видно. Шеи тоже нет, только широкие плечи и все остальное такое же широкое, поэтому тролль медленно вылезает из подвала бочком.
Медленно очень вылезает, трудно ему подниматься боком, ноги совсем не так хорошо двигаются, как у живых людей, по высоким ступенькам с одной на другую.
Пока замер спиной перед народом на лестнице, а оттуда уже летит пара стрел, военные люди долго думать не любят, первым делом пытаются убить непонятное создание даже без моей команды.
Сначала требуется убить до смерти, а уже потом посмотреть – кто это такой?
– Каменный тролль! Так он же в Красную книгу занесен!!! Кто начал первый стрелять?
Но тут их ждет полный облом, стрелы просто отскакивают, как от обычного камня, вниз на пол этажа, а тролль недовольно заурчал, получив два чувствительных шлепка по спине.
«Чувствует, зараза, ведь!» – понимаю я и задумываюсь, как мне с ним биться.
Пустишь в него аннигиляцию, она его, конечно, разнесет на мелкие осколки, так сами все тут же сразу передохнем, если он и правда весь такой каменный. Осколки его тела пробьют и мой купол, и все остальное на этом этаже.
Я, конечно, вообще не в курсе, из чего именно он сделан, но звук удара наконечников стрел точно такой, как по самому настоящему камню. Тролль попробовал развернуться к стрелкам, но только застрял своим сильно широким телом в проходе, поэтому не может пока даже боком выбираться из подвала.
«Очень неуклюжее создание, конечно, но плохое взаимодействие разных частей тела станет не его проблемой, когда он выберется на свободу», – догадываюсь я.
Потолки в кухне как раз метра четыре высотой, здесь он сможет передвигаться свободно, а бегать от него долго не получится.
«Да он совсем тупой! – догадываюсь я, глядя на его очень неуклюжие старания подняться и развернуться. – Масса прямо обратна мозгу! Только откуда у него мозги? Заложена какая-то примитивная программа и все!»
Откидываю полу куртки, тащу из кобуры Беретту, навожу на голову чудища и делаю пару выстрелов по круглым глазам с пяти метров.
«Как он без зрения станет себя вести?»
Очень громких в замкнутом помещении выстрела, надо отметить, так и бьют мне по ушам. Да, купол изнутри меня не защищает, ведь он охраняет только от того, что летит снаружи.
Пули выбивают по небольшой вмятине на широкой морде, одна даже полностью закрывает один глаз, оставив там вмятину побольше. Выбивают и отскакивают в потолок, ведь я присел на одно колено, чтобы оказаться сильно ниже чудовища.
Вот тут тролль не выдержал такого циничного издевательств, внезапно распахнув оказавшийся гигантским плоский рот, вдруг взревел так, что даже мне под куполом стало не по себе.
Каким-то утробно-ультразвуковым воем, пронзительным и выносящим сознание.
Торк с Кросом и еще двое лучников так и повалились с лестницы прямо на пол, да всем остальным наверху пришлось туго, ругань вперемежку со звуками падения тел и бряцания зажатого в руках оружия доносится до меня.
«Вот еще одно оружие у создания Проклятых Магов, – оборачиваюсь я назад. – Сначала оглушает, а потом просто давит тех, кто сопротивляется и попадется под ноги. Во рту нет никаких клыков, просто ровная поверхность, наверно, жрать мясо вообще не может? Может только очень долго пережевывать?»
Позади меня не все так плохо, оба дозорных сидят на коленях и мотают головами. Лошади тоже упали на передние ноги и жалобно ржут, испытав страшное воздействие на свои чувствительные организмы.
«Я прикрыл их своим куполом, сам ультразвуковой вой все же не меняет физические законы распространения звука. Вот поэтому им поменьше остальных досталось», – сразу доходит до меня.
Больше стрелять я не хочу, этот чудик начнет снова выть, баротравмы у народа усугубятся еще сильнее, а нам ведь предстоит долгий путь назад.
«Чем все мои люди будут слушать мои же команды? Если перепонки лопнут и глаза вытекут?» – вот о чем я должен переживать.
Он же результат большого количества накопленной в магических камнях маны и еще какого-то каменного основания, вчера я разглядел несколько грядок солидных камней, валяющихся в самом подвале. Они там для такого варианта и лежали, похоже. Хотя гораздо меньше энергии уйдет на создание такого туловища именно из песка или мелких камней.
«Он – магическое создание, нужно по нему магией приложиться! Разорвать все связи с управляющим заклинанием!» – решаю я.
Я убираю в сторону фузею, ставлю ее рядом с винтовкой, засовываю пистолет обратно в кобуру, потом кладу руку на Палантир и начинаю создавать заклинание ветвистой молнии.
Когда через минуту оно полностью готово, тролль уже выбрался примерно по колено из ловушки прохода и вот-вот окажется готов бродить по этажу.
Парни отползают от него подальше на карачках, от жесткого удара ультразвуком все пришли в себя, но видно, что ноги пока совсем не держат. Наверно, даже с жизнью прощаются в такие ужасные секунды, еще не зная моих возможностей, а каменный тролль выглядит очень даже несокрушимо.
Ругаются мои люди про себя на командира отряда, который упорно вел и привел всех в такую смертельную ловушку!
«Ну, посмотрим, как местная, относительно такая созидательная магия выстоит против максимально разрушительной?» – я уже готов нанести мощный удар.
«Выбор небольшой остался. Или магия справится с порождением магии, или придется выбегать из Башни, командовать остальным подняться повыше и расстреливать каменное чудо из фузеи!» – я все еще не паникую, понимая, что инопланетный бластер со своей аннигиляцией точно справится с данным порождением темных сил.
Осколки с аннигиляцией, наверно, не смогут пробить перекрытия между тремя этажами.
После чего с моей ладони срывается ветвистая молния среднего размера, на какое-то время я теряю за ее яркими разрядами чудовище из вида. Сейчас выкладываться до конца не приходится, но Палантир уже опустел на треть от своих шестидесяти процентов.
Вот теперь я хорошо понимаю, как крайне глупо конченный придурок Штольц потратился на создание мощнейшей ветвистой молнии всем своим запасом маны.
«Точно, всемогущая сила под рукой сорвала все краны в его башке, сожгла все предохранители, подхватила и понесла этого неудачника. И что его Палантир почти полностью опустел после молнии, а умница Фатих очень хладнокровно воспользовался промахом зарвавшегося конкурента, потратив не больше половины имеющейся маны на обстрел Башни.
И еще именно для подобной победы очень подло подставил Торма, уже не собираясь отдавать ему никакого второго Палантира. Впрочем, еще попробовал со мной так же поступить. Только номер не пошел, пришлось ему самому всерьез упарываться на верхних этажах, беспощадно и методично добивая Мага-зануду.
Решил всех спалить для ослабления Штольца, так как ему больше никто уже не нужен.
Потом я прекращаю поливать тролля разрушительной энергией и вижу, немного проморгавшись, что нанес продукту черной магии весьма серьезные разрушения. У него полностью отвалилась одна лапа, вторая лишилась кисти, по телу пошли огромные борозды разрушенной каменной плоти, а на морде снесло часть так называемого лица вместе с последним глазом.
Тролль уже не пытается выбраться из прохода, просто беспомощно топчется на месте, жалобно подвывая.
«Потерял всякую ориентацию и теперь ничего не может? Даже не воет истошно?»
Быстро я все же с него спесь сбил своей крайне могучей силой!
– Давай, Мастер! Добей чудовище! – слышу я крики, полные надежды на победу над чудищем ужасным у себя из-за спины.
Это дозорные пришли в себя окончательно, машут руками в полном восторге, глядя, как их невероятно могучий предводитель разделывается с проклятым порождением темных сил у них на глазах.
Чем именно разделывается? Так той же самой богопротивной магией, но теперь, когда она спасает твою жизнь лично, уже не до моральных переживаний за чистоту идеи.
«Да, сам бы я запарился так побеждать, если только на своей личной мане пытаться выехать! Ну, мог бы подрубить одну ногу чудищу акцентированным ударом, чтобы он совсем замедлился и только ползал, но так напрягаться со своей маной мне не требуется, слава богу!»
Новая молния, еще мощнее прежней, полосует и разрушает структуру тролля окончательно, поэтому через минуту, полностью разрядив Палантир, я уже никого не вижу на входе в подвал.
Но я не бросился сразу же добивать врага, а сначала поменял местами Палантиры в мешке, в душе надеясь, что сразу же использовать на девяносто процентов заряженный Источник мне не потребуется.
«Только не сегодня, а уже завтра в нем останется процентов семьдесят маны, вполне нормальное для меня количество», – напоминаю я себе про имеющуюся опасность попадания под влияние Источника.
Потом искоса заглядываю в прямоугольник спуска в подвал, однако ничего похожего на фигуру тролля там не вижу. Наклоняюсь еще сильнее, теперь уже могу разглядеть в свете фонарика, что все каменные ступени покрыты рассыпавшейся серой крошкой, и с боков от лестницы ее насыпало две солидные кучи по метру высотой.
Теперь понятно, куда чудище заморское подевалось! И из чего оно вообще создалось!
«Ага, так этот тролль дутым был, немного камня и все остальное воздух, я просто разрушил своей молнией все магические связи, поэтому он рассыпался сразу в натуральную пыль, – понимаю я. – Из которой был создан!»
«Однако, какие тут произведения искусств создавались Магами, наверно, седьмого-восьмого ступеней когда-то!» – чувствую я серьезное восхищение.
Когда-то очень давно!
Ну, не могли же сами поскребыши что-то такое создать? А вот восстановить заклинание, которое начинает активно работать после спущенного арбалета – с таким делом все же как-то справились. И знали, наверно, как управлять этим каменным троллем.
Даже если и не знали, если вообще чудище никак не управляется – уже не их проблемы! Проблемы того, кто откроет подвал и решит здесь заночевать, не разрушив какую-то конструкцию, связанную с магическим камнем.
«Черт!» – теперь я сам вспомнил, как-то раз Торм сказал Фатиху про Каменного Стража Башни. И потом пару раз сам натыкался на такое обозначение результата очень изощренной магии в первоисточниках, но не придал ему особого значения.
Совсем ведь не то, что меня интересовало тогда.
Наверно, данный тролль и есть тот самый Страж, безобидный для хозяина и вызывающий ужас у непрошенных гостей. Или хозяин Башни просто хвастался таким чудищем перед гостями. Или больше своим умением оживлять неживое?
«Вот не помню смысла существования такой магической конструкции, хоть меня убей!» – ругаюсь я про себя.
Ну, если такое тело вылезло без предупреждения из подвала и отрезало гостям путь на улицу, то с помощью своего рева оно может оглушить случайных, но непрошенных посетителей, а потом собрать бесчувственные тела.
Что он с ними будет делать – не знаю, только, наверно, ничего хорошего, просто выполнит тот регламент, что хозяин когда-то заложил в его прошивку.
А бывшие хозяева здешней недвижимости воров очень не любят, поэтому смерть им пострашнее придумают. Должен, наверно, стащить в подвал, а там держать без еды и питья, пока не умрут совсем. Или очень медленно раздавить?
Тем более самому троллю подзарядка магическая необходима, ему в подвал тоже положено спускаться.
Тут я скомандовал очнувшемуся народу снова задвигать жернова на крышку, оставить пост около нее, а всем остальным ложиться спать.
– Больше ничего интересного не будет! – довольно опрометчиво пообещал я, не зная еще точно сам, что нас ждет утром.
Не соберет ли запущенное заклинание снова такую большую дуру?
Потом занял свое место, выключил фонарик и затих. Есть, о чем подумать, не спеша, пока схлынет образовавшийся адреналин в венах.
«Почему я сразу не полез в подвал, чтобы хоть немного там осмотреться и разобраться с магическими камнями, как-то странно выложенными цепочками по полу?»
«Да не хочу всю ночь таким дальше заниматься, полезешь в подвал, а там снова тайники, в итоге не выспишься», – отвечаю себе.
«Потом завтра целый день быстро шагать, а я уже не так молод, чтобы сильно напрягаться и днем, и ночью», – придумываю я отговорки, но на самом деле есть там какая-то сильно пугающая магия, вот поэтому и не полез.
«Гвардейца она же прихватила и заставила открыть люк, но вот спуститься вниз мне не дает!» – решаю я.
Лучше все непонятное с утра посмотреть, пусть снова накопится какая-то мана, хоть посмотрю, как там все работает.
Если возникнут проблемы, я уже знаю, как их порешать на месте. Однако с утра ничего такого в самом подвале я не обнаружил. Когда проверил свои Палантиры и обнаружил, что разряженный все же отнял у полностью заряженного свои законные двадцать пять процентов маны.
Ну, то есть сильно заметного такого, как вчера, не заметил, а вот клочки черноты уже начали собираться в укромных уголках подвала, теперь пытаются спрятаться от света фонарика за толстыми столбами опор.
Процесс по созданию нового чудовища уже запущен, пройдет какое-то немалое, наверно, время, и оно снова появится здесь. Судя по такой связке из разных камней, плотно прижатых к ножке магического камня и могучему арбалету, стоящему на каких-то хитрых растяжках.
Хотел было распинать камни по подвалу, нарушить их связь, только глянул сначала вокруг с камнем поиска, а он обнаружил мне пару тайников здесь же.
Тогда я пока не стану ничего нарушать в процессе, пусть в сам опасный подвал никто не сможет зайти, кроме меня.
С каменным троллем никакие мародеры точно не справятся, учитывая контролирующих здешние земли волков, вряд ли какая экспедиция с самыми умелыми наемникам сюда вообще доберется.
Зато в самих тайниках явно лежит много чего интересного, сейчас доставать нет особого смысла, наверно.
И светить перед тем же Торком ни к чему, и лучше для себя на будущее оставить.
«Моим спутникам денег уже хватит трофейных, оставлю себе немного на следующий раз, когда сам сюда вернусь», – решил я было быстро, но потом все же принял решение еще раз поделиться с народом золотом.
Тем более желающих забраться за мной следом в подвал сразу вообще не нашлось. Парни только с ужасом смотрят, как я медленно спускаюсь вниз, подсвечивая себе факелом для начала.
Думают, что я сейчас погибну, а им останется только бежать без оглядки, отбиваясь от северных свирепых волков.
После ночного ужаса пострадавшие от ультразвука и падений восстановились вполне, только уши заложены и слышно им плохо. Потом к факелу, который я оставляю около спуска, добавляется свет моего фонарика, он дает мне возможность рассмотреть все закоулки в огромном, захламленном подвале, гоняя разбегающуюся черноту.
Вот зримое обозначение начала магических действий, создания изощренного заклинания – эти самые образования темной пены.
Открыл все-таки здесь один тайник, вот он самый такой интересный за последнее время оказался, есть две кожаные папки с записями про магию, пять мешков с золотом, два с драгоценностями и еще отдельный мешочек с артефактами.
Быстро все разглядываю, время от времени голосом подбадриваю оставшихся наверху воинов, что я все еще жив и даже здоров.
«Артефакты такие у меня все уже есть, так что пока тут полежат», – решаю сразу.
«Записи похожи на те, что я уже получил и, судя по всему, написаны одной рукой. Похоже, здесь спрятаны первоисточники той выжимки, которую я нашел в одной из Башен, так что тоже ничего особо интересного для меня», – узнаю я своеобразный почерк.
«Зато, хоть знаю теперь, кто тут побаловался и запустил процесс изготовления монстра на минималках, тот самый Великий Маг Кернель!», – вспомнил я, кого именно благодарили Фатих с Тормом.
Подумав, я оставил три мешка с золотом и все украшения с артефактами здесь, наложил магические замки и скрыт на тайник, добавил на оставшийся целым второй тоже самое.
Потом выдал два мешка золота Кросу наверх и потребовал быстро насадить на массивное древко болта, убившее нашего воина, какой-нибудь наш наконечник. Наши болты совсем маловаты для мощного арбалета, установленного на достаточно сложном станке напротив спуска в подвал.
Как он вообще заряжается – мне не понятно, но подводка из магических камней идет к нему тоже, так что он явно включен в действие какого-то хитрого заклинания. Поэтому я кладу болт с самодельным наконечником на ложе и оставляю все, как есть.
Как натянется лук и что будет с тетивой через полгода – да кто его знает?
Потом я поднимаюсь из подвала, осторожно закрываю люк и, немного подумав, накладываю на него тоже магический замок.
Пусть артефакты, немного золота и много драгоценностей дождутся именно меня, а не какого-то другого удачливого грабителя Башен. Что именно нужно сделать сейчас для взвода арбалета и появления снова Стража Башни, я в упор не знаю, но хорошо понимаю, все такое может не сработать перед появившимися здесь грабителями.
Поэтому накладываю очень сильный замок.
– Все, уезжаем быстрее отсюда! – командую я, ловя восторженные взгляды гвардейцев и Охотников, когда снова вышел живым из дьявольского места.
И опять выдал в общую казну две сотни монет золотом. Теперь они уверены, что я всех спас от неминуемой, страшной смерти от лап и пасти каменного тролля. Я в подобном не так уверен, увидев ту подводку из магических камней, которая подвела его прямо к лестнице.
Без поддержки маной тролль может так долго не продержаться, да еще со своей повышенной неуклюжестью вряд ли вообще заберется на второй этаж. Пока он будет пропихиваться с лестницы в такой же примерно по размерам люк, ему можно просто голову расколоть на куски обычными мечами, так что его большие размеры – явный недостаток для гордого названия Стража Башни.
И ультразвук он постоянно применять не может все-таки.
Был бы он обычного размера, но гораздо быстрее в движении – вот тогда оказался бы весьма опасен для всех нежданных посетителей.
«Наверно, расчет именно на том строится, что он вылезет ночью совсем внезапно и передавит в образовавшейся панике несколько мародеров».
Так-то нужно только выбежать на улицу, а там он уже никого не достанет, даже просто в ворота не пройдет.
Правда, тут уже всех поджидают северные волки, никакой обычный отряд грабителей с ними никак не справится. Даже если с ними окажется кто-то, чуть-чуть понимающий в магии. У такого самоучки снять мои замки тоже не получится без мощного источника маны. И кое-каких знаний, которые на дороге обычно не валяются.
Пока я возился в подвале, потом завтракал, накладывал замки на дверь и ставни второго этажа, гвардейцы скоренько выдолбили в несколько рук могилу прямо рядом с Башней для своего товарища, завернули его в плащ и быстро закидали одними камнями.
Смысла его везти до такой же второй Башни нет никакого, лучше похоронить сегодня, как здесь положено по местным верованиям.
– Это на всякий случай, чтобы волки до тела не добрались, – объяснил мне командир его осьмицы.
– Как бы они до нас самих не добрались, а уж его тело ты здесь от них так просто не спрячешь. У них лапищи вон какие мощные, разгребут могилу сразу, – произнес я и наложил на могилу магический замок.
На какое-то время защиты хватит, потом запах мертвого тела пропадет под снегом, который скоро начнет падать.
Темно-синее, очень низко нависающее над нашими головами небо явно говорит про именно такую погоду. Очень неуютно тут зимой жить, если только не свихнулся окончательно на доступе к магической энергии, которую в изобилии дает здешняя земля.
И поэтому мы, с огромным желанием в каждой душе побыстрее уйти отсюда, ускоренным шагом тут же помаршировали обратно. После сегодняшних вечера и трудной ночки ноги сами несут всех домой, особенно Торка и Кроса, которые теперь, после неудачного падения с лестницы, смотрят на мир через большие синяки на рожах.
– Ничего, я вас подлечу на привале, – обещаю я им обоим, так что не долго приятелям красоваться такими боевыми украшениями.
Вечером вваливаемся во вторую Башню, там нас ждет уже спокойная ночь и снова скучный день утомительного марша. Волки, потеряв две трети стаи, потеряли к нам всякий интерес, еще остались, наверно, там одни более осторожные самки.
На следующую ночь останавливаемся в первой Башне, там по моему приказу оставляем всю крупу и дрова на верхнем этаже.
– Чтобы не нагружаться лишнего, все с избытком и в той Башне есть! Чего на себе лишний груз таскать?
На самом деле я подумал – хорошо бы мне заранее позаботиться о какой-то возможности уйти из города в случае полной неудачи с Советом Капитанов.
«Не должно так случиться, но соломки лучше заранее подстелить, – напоминаю себе о предстоящей борьбе за более высокое место в Совете и активном возвращении своей собственности. – Эти три вязанки дров и пара мешков крупы могут мне когда-то даже жизнь спасти!»
Всего два дня плавания на корабле, через еще два дня я уже окажусь в хоть как-то обжитой Башне, где могу спокойно передохнуть.
«Ну, совсем сомнительный такой вариант, чтобы враги меня заставили так сильно бегать и петлять, но если я потеряю Палантиры каким-то образом, то силенки лично моей очень надолго не хватит», – напоминаю я себе свое основное слабое место.
Останется тогда только незаметно пробираться к тем Источникам, которые закопаны около Храма, но вполне может оказаться перекрыт путь к Храму, так что придется где-то по возможности отсиживаться.
Потом под вечер радостная встреча с нашими воинами, которые нетерпеливо ждут нас в захваченной Башне.
Теперь рассказов в городе будет на несколько лет о том, какого ужасного монстра мы встретили и как выжили благодаря невозмутимому Мастеру Ольгу Проту.
Снова оставляем Башню целой, как приманку, так я объясняю своим попутчикам тот факт, что не будем ее прямо сейчас жечь:
– Если кто-то из магического племени или тех же Крыс все же выжил, деваться им некуда больше. Снова здесь и прихлопнем в следующий раз!
Грузим две подводы и рано утром выезжаем. Через половину дня пути две подводы с кое-каким трофейным барахлом и охраной из десяти гвардейцев уезжают в сторону рудников, а мы, все остальные, сворачиваем в совсем дикую местность без дорог, разглядев оставленные заранее ориентиры.
Еще половину дня сбиваем ноги на каменных склонах, ночуем около больших костров в совсем тяжелых погодных условиях наступающей зимы. Зато уже днем оказываемся на побережье, где наши дозорные построили нормальный шалаш для жизни, но, самое главное для нас, сразу видны две шхуны на якорях, которые дожидаются именно настоящих героев.
Хорошо служить сильному и богатому городу, который ничего не жалеет для своих защитников.
Но самая первая новость, которую мы узнаем на борту шхуны, сразу же показывает, что мир не стал сильно безопаснее за время нашего отсутствия. Пусть мы полностью решили одну застарелую проблему Астора на севере.
– Две осьмицы назад степняки разрушили стену столицы Астрии и полностью захватили город, – рассказывает нам хорошо осведомленный капитан.
Ну, давно ожидаемое событие на самом деле, сколько может держаться небольшой, пусть и хорошо укрепленный, город против тысяч степных конников-лучников? И так полгода осажденные дворяне продержались в полном окружении.
Однако дольше новости далеко не такие радужные:
– На хутора с той стороне Протвы прибежало несколько жителей Помра. Они спаслись чудом от неволи. Тысячи степной конницы идут в сторону Астора…
А вот такое уже совсем плохо. Я настолько быстрого развития событий даже не ожидал, честно говоря.
Явно появились у степняков молодые, но сильно влиятельные вожди, настроенные на захват всего Черноземья вооруженным путем.
– Когда это случилось?
– Прибежали из Помра? За день до нашего выхода за вами.
– А сколько здесь стоите?
– Два дня вам ждем.
«Так, значит, уже пять дней, как из хуторов на той стороне Протвы начался исход жителей в Астор или куда-нибудь за него», – понимаю я.
Теперь они захвачены уже точно степняками.
Как там Сохатый, стал ли убегать или не может бросить свое детище даже с риском для жизни?
Что же, разгоряченные окончательной победой над заклятыми врагами-дворянами воины степной конницы не слишком долго думали, поэтому сразу отправились воевать в Черноземье. Пока вся орда в сборе и готова двигаться дальше от победы к победе.
Тоже вполне ожидаемое событие, но я все же не думал, что вторжение случится так быстро.
«Рассчитывал на следующую весну, откровенно говоря», – напоминаю я себе.
В очень трудный момент для города возвращается наша экспедиция с победным докладом о полном замирении Севера.
Глава 2
Пока мы плыли в Астор я хорошо потренировал другие умения и, пусть немного, но в нужном мне деле преуспел.
Получается методом проб и ошибок на фоне моря находить путь к освоению заклинаний.
Все же такое самостоятельное обучение по конспектам без крючков мне очень нужно, раз уж нормальную школу сам даже близко не прошел. Поэтому занимаюсь в свое свободное время, а на борту шхуны оно все мое такое, за воинами их командиры присматривают, освободив меня от мелочной опеки.
Я – командую только в серьезной, боевой ситуации, как донес до всех подчиненных, свои проблемы решайте сами.
Иногда меня посещает мысль взять, да радикально поменять историю Черноземья, чтобы предотвратить Беду или просто сильно смягчить ее итоги. Как я уже сделал с историей царской России, провел ее над бездной разрушения Первой мировой и отправил дальше в свободное плавание.
Но ведь у меня остается реальный вариант возвратиться в прошлое, которое здесь еще до Беды существовало, чтобы стать настоящим полноценным Магом?
И заодно Беду предотвратить, но данный вариант кажется мне очень ненадежным и трудновыполнимым. Сами Маги так и не признали своей вины в катастрофе с Роковой горой даже в разговорах по душам со мной, насколько бы мало их не случилось.
Просто даже не представляют сами по себе, что нужно было сделать, чтобы вулкан взорвался. Кроме того, они сами время от времени извергаются, и как понять, что это именно не такой случай.
Да я тоже, честно говоря, немного узнав местную магию, однозначно решил, что претензии к Магам предъявляют только потому, что на сам вулкан обижаться выжившим жителям Черноземья нет никакого смысла.
Не та тут совсем магия, чтобы подобное делать, создание пустотелого пещерного тролля – самый высший максимум для элиты Магов.
И тот десяток-два заряженных маной камней никак не мог спровоцировать такой силы извержение.
«Ну, просто еще не очень хочу я в такое прошлое возвращаться, честно говоря. Не нравятся мне сами Маги, именно, как люди, очень почему-то не нравятся, да ведь не люди они уже совсем», – откровенно говорю себе.
Не остается в них ничего человеческого после поднятия на высокие уровни, только хитрость, подлость, злоба и непреодолимая зависть к умеющим немного больше.
И особенно к обладающим высоким магическим потенциалом, уже совсем не встречающееся в те времена явление.
Там ведь тоже, как на платных экспресс-курсах, тебя никто учить не станет, какой бы ты не оказался богатый внутри маной. Однозначно пойдешь в многолетнее услужение, пусть даже к самому сильному Магу, но также безропотно станешь его приказы и любые прихоти выполнять. Они сами именно так обучались и тебе такого неприятного и долгого процесса никак избежать не удастся.
Примерно так получается, как дедовщина в армии, кто ее прошел духом, тот с нетерпением ждет, когда сам станет дедом.
Можно, конечно, тем же Палантиром предложить рассчитаться за ускоренное обучение, но подобную штуку вообще нельзя никому в магическом мире показывать – я такое знание уже очень-очень хорошо себе на носу зарубил.
Учитель твой тебя же и прибьет мгновенно, как только поймет что-то про Источник и его потенциал.
Насмотревшись на Фатиха, Торма и Штольца, сразу же на месте пришибленных, кто несколькими часами владения шаром, а кто просто одним прикосновением и обещанием владения в будущем, я в подобном развитии событий абсолютно убежден.
Ведь нельзя просто так показать Палантир издалека и сказать – «руками не трогать», такой фокус не получится никак. Нужно же дать обязательно убедиться, что в таком красивом шаре спрятан безбрежный океан силы.
А что за этим последует?
Правильно, ничего хорошего, тут же произойдет первая попытка убийства откровенно жалкого в магических умениях слабака. Каким-то неположенным образом завладевшего нужной всем позарез штуковиной!
«Это даже к бабке не ходи, так что только одни розовые мечты все подобное дело с переходом в прошлое до наступления Беды. И обязательное спасение всего Черноземья от извержения вулкана», – понимаю я.
Тем более ставить какие-то условия и сроки сильным Магам в моем положении пришедшего откуда-то новичка – тоже из области фантастики, совсем ненаучной, кстати.
«Готов ли я потратить минимум восемь-десять лет своей все же конечной жизни для такого дела?» – всплывает данный вопрос.
Как обычно растягивается обучение примерно с восемнадцати лет до тридцати? Чтобы стать когда-то самым сильным Магом Черноземья? И всех обитаемых миров?
Только даже самый сильный Маг не устоит от согласованной атаки двух-трех противников из своих потенциальных врагов, а таких, наверняка, окажется подавляющее большинство местных Магов.
«Три-четыре удара с разных сторон по защитному куполу даже при наличии Палантира, примерно таких, как бросил тогда Фатих, скорее еще более сильных, и я неминуемо отправляюсь на респаунд в Храм, а первый Палантир заставляет воевать насмерть за обладание собой выживших победителей», – такое развитие сюжета мне тоже хорошо понятно.
– Да зачем оно мне вообще нужно? Гробить столько лет на учебу в изначально неприятном для меня обществе! – бормочу я негромко, нагнувшись за борт шхуны и рассматривая рыбок.
Я и так сейчас самый сильный Маг в здешнем мире. На двух континентах так точно, про такое стопроцентно знаю.
Поэтому вообще не готов откровенно к подобным многолетним подвигам.
Для немагических миров моей маны и умений хватает с избытком, даже здесь я просто переехал танком всех истинных Магов, пусть только за счет своего продвинутого оружия и украденных у них же Палантиров.
«Так что заныривать на тридцать лет назад и становиться полноценным Магом я точно не собираюсь…»
Ничего особо радикально не поменялось в моем откорректированном умении, только одно из них немного поправил в сторону большей эффективности. Теперь моя невидимость при ее использовании становится более полезной, не только с одной стороны из четырех скрывает меня, а все делается гораздо нагляднее и проще.
С одной стороны видно, с другой не видно. Сто восемьдесят или еще сколько-то градусов против тех же девяносто градусов с чем-то ранее.
«Почему Фатих вообще выдал мне такую ущербную версию умения, почти ничем не отличающуюся от правильной», – откровенно не могу понять.
Разница в создании умения почти неразличима, а эффект весьма разный.
Наверно, только из зависти, что по доступной внутренней мане я довольно быстро стал сильнее его самого. Подобного ущемления своего повышенного самомнения Учитель не смог перенести без понятного ущерба для меня и моего обучения.
«Ну, самомнение у Фатиха оказалось сильно завышенное, хотя он точно оказался самым сильным и продуманным Магом во всем кворуме Севера!» – вспоминаю я былое.
– Ну и хрен с ним! Его сильно раскиданное по площадям тело давно уже сожрали волки, а я продолжаю жить и творить всякие полезные людям чудеса. И, вообще, сильно радоваться своим многочисленным новым жизням, – говорю себе.
– А, нет, я же приказал все тела сложить в подвал Башни, чтобы не возиться с ними моей тогда совсем уже немногочисленной команде, – бормочу я, когда понимаю, что вспоминаю совсем прошлую жизнь.
Реально уже эпизоды из прошлых жизней в голове все время мешаются, нужно про такое все время помнить.
Сейчас пока особо насчет вторжения орды на земли Астора не запариваюсь. Что случилось – то случилось, вины во всем таком моей никак не просматривается. И теперь именно мне придется решать проблему, но сильно лезть вперед всех Капитанов Астора я пока не собираюсь.
Уже нормально так научен горьким опытом прежних побед. Жалко только, что наше триумфальное возвращение в город пройдет почти незаметно в сложных исторических условиях, раз тотальная война со степью на носу.
Теперь Север полностью освобожден от негативного влияния Магов, хотя до него могут степняки тоже добраться.
«Впрочем, – я уверенно думаю, – их вождей гораздо больше интересует очень богатый город Астор, а не бедный, теперь полностью разоренный Север».
Мне просто нужно не лезть вперед со своими услугами, чтобы дать сначала как следует получить по сусалам местному командованию Гвардии. Чтобы мое обоснованное требование абсолютной военной власти уже смотрелось, как фантастическое спасение от неминуемого захвата города через осаду. После постоянных поражений под руководством бесталанных командиров.
Самому интересно, что придумает и устроит Совет Капитанов, командование Гвардии и Гильдии из хоть немного умного?
Всего-то нужно, используя солидную водную преграду, так разместить имеющиеся войска, чтобы не дать здорово непривычному к форсированию водных рубежей врагу переправиться на нашу сторону в большом количестве.
В слишком большом количестве, когда их уже не получится скинуть обратно в реку без больших потерь. Имеющиеся в городе тысяча мощных арбалетов и пять тысяч ополчения реально могут помочь Гвардии удержать наш берег Протвы.
«Ну, или нанести степняками большие потери, в размере пары тысяч примерно, чтобы у них поуменьшилось самомнение после захвата Астрии, – прикидываю я. – Построить ограждения и просто плетни в местах, удобных для форсирования реки нужно было уже давно на самом деле. Леса на берегах изрядно имеется, рабочих рук в городе хватает, руби да забивай в топкий берег по колено в воде. Не требуется делать совсем непроходимое ограждение, нужно только задержать степняков с их лошадьми в воде, где беспрепятственно расстреливать их укрытий».
«Да, укрытия требуются серьезные, чтобы защищали от тяжелых степных стрел, этакие бревенчатые доты из сырых бревен. Правда, возможность маневра у конной орды все равно высокая остается, они могут и до Скалистых нагорий доскакать!»
Наверняка, степные лошади тоже не слишком готовы, хотя бы морально, плыть через солидный водоем, но в принципе учить их подобному делу не нужно. Если сурово заставить, то они вполне справятся с переправой, только мест, где такое может случиться – не так много.
В верховьях реки течение довольно быстрое, берега слишком обрывистые и высокие, да еще завалены кучей разных коряг и гниющих стволов деревьев. Там же, где Протва впадает в море, она уже хорошо разливается и по ширине имеет три сотни метров, тоже довольно трудно форсируемое место.
Остается примерно пятьдесят-шестьдесят километров вдоль по берегу, где и ширина в пределах сотни метров, и берега более-менее пологие. Выставить дозорных из числа многочисленных простых мужиков, которые будут истово защищать свои наделы и семьи, неустанно следить за противоположным берегом, чтобы быстро перебрасывать войска к местам переправы.
Настоящих воинов на все не хватит, но ополченцы, целых пять тысяч, могут расстреливать переправившихся лошадей даже из охотничьих луков, стараясь хотя бы ранить скотину, когда она выбирается на берег из реки.
Гвардейцам встречать арбалетным боем выбирающихся из воды степняков, но самим к берегу не приближаться, чтобы с той стороны не попадать под обстрел из луков.
Да еще организовать переправу в таком огромном количестве, чтобы сотни и тысячи лошадей с всадниками переправить – реально долгий и очень трудный процесс.
Главное – не пускать сами тысячи на наш берег, потому что потом остановить их уже не получится.
В Гвардии в наличии вообще не так немного, всего несколько сотен, воинов, а Охотники, Стража и ополчение – тут явно не помощники, чтобы в чистом поле устоять против туч стрел и копейным ударом со степной конницей разбираться.
«Но, что-то я сомневаюсь в умении командования Гвардии наладить постоянное дежурство и реагирование на попытки степняков захватить удобный плацдарм на нашем берегу Протвы. Пока где-то на Севере вяленько велись боевые действия, личная дурь молодого гвардейского начальства не была так никому особенно видна. А вот сейчас настает такой опасный для города момент, что ошибаться совсем нельзя…»
Приплыли мы в Астор в середине дня, хорошо еще, что успели перед начинающимся штормом заскочить в гавань и начать выгрузку.
Сильный ливень с порывами ветра быстренько разогнал всех встречающих, несколько мешков с трофеями я лично проводил к дому, где препоручил их хранение охранникам. И еще посоветовал Торку с Кросом приставить половину осьмицы своих гвардейцев и гильдейских для охраны двора и постоянного патрулирования под окнами квартиры Клои.
– Я сейчас уйду, да и так у меня дел очень много в городе и в самом Совете, чтобы следить за нашим общим золотом. Выдачу тогда вечером начну, нужно найти такое место под крышей, чтобы все семьдесят гвардейцев и Охотников получили монету, не привлекая лишнего внимания. А то уже присматриваются к квартире Клои жулики, обидно будет, если семь сотен нашего золота уведут.
Такие быстрые обещания раздачи трофейного золота сразу всем воинам греют душу, поэтому мои приятели пообещали прислать вооруженное усиление к дому.
Учитель еще не приехал в Астор, ну, им там, минимум, две осьмицы пути со своим солидным караваном. Да еще, наверняка, возьмутся подзаработать на доставке и тоже завалят подводы обогащенной рудой.
Вполне понятный вариант, подвод для перевозки постоянно не хватает. Нужно будет еще организовать перегрузку руды в укромном месте около города, чтобы трофейные лошади с такими же подводами вообще в Астор не заезжали и на глаза приметливой до чужого добра Страже не попадались.
Ну и гвардейскому начальству тем более, уж оно-то точно своих подчиненных при подобном богатстве мимо не пропустит. В таком случае сказано все валить на меня, что здесь личные трофеи Мастера Ольга.
Быстренько обнял Клою и Гриту, пообещал молодой женщине выдать хорошее материальное вспоможение вечером с трофеев, обнял Трона и узнал от него последние новости.
Которые весьма нехороши, так как хутора на том берегу уже захвачены, правда, трактир Сохатого грабить и жечь кочевники не стали почему-то.
«Ну, то есть дыма от пожара никто с нашей стороны так и не увидел, а что там с Сохатым и его людьми стало – никому пока не известно», – рассказывает мне муж Клои.
Что-то мне подсказывает – старый прохвост и с такими гостями как-то договорится о совместном проживании.
Кров и хорошая еда всем нужны, особенно новым Беям степняков, поэтому разорять хорошо устроенное место около самой реки, в одном дневном переходе от города, новые Беи не станут, еще могут даже прямо запретить своим диким воинам.
Да, Беи теперь у степняков почти все новые, молодые и жадные до чужого добра.
Зато уже передовые отряды орды вступили в бой за мост, который развели и подожгли гвардейцы, умудрились сильно издалека перестрелять почти весь усиленный состав отряда охраны.
Да, плотный огонь из луков с той стороны и никак не спасающие от тяжелых стрел доспехи оставили лежать почти две осьмицы гвардейцев прямо около самого пылающего моста.
Никто не заморочился хотя бы досками от сторожки прикрыться, все красиво остались стоять в чистом поле и полегли так же. Не догадались почему-то младшие командиры, что стрелы степняков могут на треть лиги дальше бить и поражать даже одоспешенных воинов.
«Вот и первые серьезные потери города», – как я чувствую, еще далеко не последние.
Кто-то явно облажался из командования с правильным приказом и затянул с поджогом моста, кочевники быстрым маневром отрезали кучу телег с жителями хуторов и выскочили к мосту внезапно.
То обстоятельство, что жители дальнего берега с явной неохотой бросали свое хозяйство – вполне мне понятно, поэтому они теперь попали в руки кочевников и очень может быть, что уже бредут на веревке в степи.
«Хотя, – все же я думаю, – столько народа кормить в степях кочевники не собираются, ведь еще несколько десятков тысяч крестьян из Астрии у них в руках довольно давно оказались. По слухам, доходившим до Астора, угнали в степь только небольшую часть пленников, в основном молодых девок и еще мастеров типа Водера.
Остальным сказали оставаться на своих местах, много трудиться и готовиться платить оброк. Ну, такое экономическое порабощение захваченных территорий, чтобы жить богаче в самой степи, без лишнего уничтожения сел и деревень.
Только расстояние от степных районов не так велико в Черноземье, как от той же Золотой Орды до Рязани, так что местные сборщики дани, типа посредники-князья, вряд ли степнякам вообще для подобного дела понадобятся.
Сами с удовольствием прокатятся пару раз в год в большой город, соберут дань, немного пощиплют побежденных насчет самых сочных девок и зарубят пару мужиков для острастки.
«Астором тоже сами станут управлять, поэтому именно Совет Капитанов никуда степнякам не сдался, просто лишний посредник, так что договориться с горожанами у степняков не получится, война будет жестокой», – понимаю я.
– Город укрепляют срочно, стену кладут все время на всей длине, – рассказывает мне Трон, шагая со мной до Ратуши. – Все каменные мастерские рубят блоки для стен днем и ночью.
– И чего ждали вообще? Как только степняки переломили ход войны с Астрией в свою пользу, уже тогда требовалось все силы на укрепление стен Астора бросать. Раньше их нужно было до двенадцати метров их поднимать, хотя восьми уже более-менее хватит, – отвечаю я ему, обдумывая складывающуюся ситуацию.
Меня посыльный тут же пригласил в Ратушу, как только я дошел до дома Клои. Сейчас в городе своих проблем много, но отчет о нашем победном походе все Капитаны готовы послушать.
Около Ратуши заметно усиление Гвардии, военные патрули вообще часто попадаются в городе. Заметив меня, многие гвардейцы отдают мне честь по-местному, значит, уже служили под моим руководством. Некоторые лица я узнаю, некоторые нет, но почти в каждом патруле есть знакомые. Популярность моя в Гвардии все растет, а скоро станет абсолютной.
Когда я смогу договориться со степью и уладить имеющиеся разногласия. Что-то мне подсказывает, раз уж я когда-то поговорил без особых проблем с совсем нелюдями ургами, с позиции своей великой силы, то и с местными степняками быстро найду общий язык.
Главное для меня в перспективе – как потом обратить мои возможности переговорщика и массового уничтожителя живой силы противника в гораздо более серьезную власть в самом Асторе и его Совете.
Пообщавшись с Кромом и правильно оценив его, как самого главного человека в Совета, и еще, как вполне нормального в принципе мужа для Клеи, насчет него самого планы у меня кардинально поменялись.
«Если останется главой, так тому и быть, но вот большую часть Совета желательно бы вычистить и отправить на передовую в окопы», – понимаю я.
В Ратуше меня ждут с большим нетерпением. Как видно, теперь все время заседают, решая, как наиболее эффективно противостоять накатывающейся волне степных воинов.
Тут же около комнаты для совещаний имеется Торк, я сразу понимаю, что общие итоги нашего похода всем Капитанам более-менее известны. Поэтому меня только благодарят за службу и обещают увековечить наш подвиг в наградах Совета и прочих премиях.
«Вообще, не положено такое – докладывать Совету через голову командира похода, как поступил сейчас Торк», – но я решил не обращать на подобный некрасивый момент особого внимания.
Пусть бывший приятель немного прикоснется к моим невероятным достижениям, а от меня не убудет.
«Да, в отличии от Генса, с Торком у меня пока никаких договоренностей нет, он явно сделал ставку не на меня».
– Но сейчас у нас трудная ситуация. Степняки парой залпов перебили почти две осьмицы гвардейцев, – рассказывает мне сам Кром, объясняя тяжелую ситуацию на берегу Протвы.
Ну, залпом пары сотен степняков достать даже на излете полтора десятка гвардейцев не так сложно.
– Да, потери серьезные, – признаю я, однако пока не стал искать виноватых в таких потерях и кричать, чтобы их тут же разжаловали и поставили в первую шеренгу строя.
Хорошо понимаю, настоящие виновники как раз сидят здесь, и они – пока реальная военная власть в городе.
А я, раз Второй Великий Северный поход закончен со славой, теперь командую только собой, своим хамамом и своими охранниками. Да и вообще – снова самый обычный член Совета, далеко не самый авторитетный и уважаемый!
Поэтому провел два часа, вникая в меры, предпринятые в связи с появлением на том берегу Протвы первых отрядов степняков и тут же со всеми отправился на ужин.
Только все Капитаны в «Лису и журавля» пошли, а я сначала в хамам отправился, там проверил работу парилок, заглянул в буфет, где новый повар выдает такие же новые блюда. Попробовал их и решил, что все весьма вкусно у него получается, именно поэтому выручка буфета увеличилась уже процентов на двадцать.
– На сегодня хлопот хватит, – сказал сам себе.
Забрал общую выручку за две осьмицы почти в три сотни золота у своих охранников. Потом объявил, что выдача платы за отработанное время состоится завтра перед обедом.
– Теперь буду выдавать монету каждую осьмицу! – порадовал народ, еще не понимающий, что надвигается неминуемая осада Астора степняками, очень-очень скоро продовольствие в городе подорожает в разы.
Отнес деньги в квартиру, спрятал в своем тайнике, посмотрел на патрулирующих двор и подходы к нему гвардейцев и снова прихватил с собой Трона. Мы отправились в трактир Мортенса, где сегодня выступает мою подруга со своим необыкновенным голосом.
Посижу, попью пивка, прикину возможные варианты, вспомню все, что слышал на Совете и приму кое-какие решения.
– И еще очень хочу понять, что такое там сегодня странное случилось?
Меня, Великого Мастера Ольга Прота, победителя и усмирителя Магического Севера, самого успешного военного командира Астора, не только не позвали командовать всеми вооруженными силами!
Но вообще не дали под мое руководство никакого отряда и даже не назначили чем-то командовать! Даже какой-нибудь полуразрушенной башней на стене!
Вот выпью пивка с Троном и подтяну обратно свою упавшую от изумления челюсть.
Глава 3
«Да уж, – думаю я, прихлебывая горячую мясную похлебку, которой славится трактир Мортенса. – Кажется мне, что система Совета Капитанов уже настолько расстроилась и сбилась с пути истинного, что нет смысла ее как-то пробовать чинить. Она же прямо к саморазрушению прет на полной скорости. Ладно, сами-то они не сдохнут, сами выживут, а народа в Асторе куча погибнет, не говоря уже о бедолагах-гвардейцах под таким великолепным командованием».
Ну, саморазрушение тогда только закончится, когда степняки возьмут вымерший от голода город и, накинув веревки на все равно упитанные шеи членов Совета, поведут их самым назидательным образом в свои степи.
«Уж эти-то твари будут голодать в последнюю очередь. Плавали, знаем!» – откровенно злюсь я.
Трон рядом радостно рвет зубами мясо с ребер, сегодня мы сидим красиво, прямо напротив сцены и вкушаем праздничный ужин. Приятель мой очень любит сходить в трактир, чтобы порадоваться мясу, пиву и новым людям вокруг, но только вместе со своим соседом, а иначе требовательная Клоя его никуда не пускает.
Меня уже хорошо знают в трактире, как настоящего Капитана, а когда мои охранники твердо и с внушаемым убеждением завернули всех досаждающих приличной публике уркаганов. Да еще не по одному разу завернули прямо рожами в утоптанную хорошо землю, вплоть до нанесения серьезных увечий, теперь уже вообще здесь я самый почетный гость.
– А то лезут с уголовными рожами, еще что-то пытаются настаивать с ножами в руках, – говорят мне охранники Гриты.
– Бейте, как нужно. И еще немного больше. Со Стражей я договорюсь.
Еще бы, авторитетный член Совета Капитанов, которому никто и слова не скажет против. В лицо точно не скажет, только пошипят за спиной. Особенно после поразительно героического конца советника Пулинса, к которому он точно не стремился никоим образом.
Не стремился, а все же беспощадно защитил меня своим телом!
Кроме тех же самых Капитанов в Совете не скажет, которые все же пытаются мне постоянно гадить. Приближая тем самым свой закономерный конец.
Страже, конечно, мазу с получением ежемесячных проплат от трактира за охрану и спокойствие я перебил, но по такому поводу вообще не переживаю. И за сильно побитых бандитов ничего предъявлять моим парням не стали, как только они доложили прибежавшим тут же стражникам, на какого важного члена Совета изволят работать.
Тем более все они сами из служивых, поэтому даже сильно зажравшаяся Стража не рискует доставлять проблем бывшим гвардейцам, раненым на службе городу. Шипит и плюется исподтишка, но открыто не выступает пока.
Кто они – герои и защитники Астора и, кто вообще эта подлая шваль, от их рук пострадавшая, да еще из Астрии набежавшая?
Теперь в Страже все знают, кто я такой, хорошо помнят, как погибли два могучих сына знаменитого Капитана Кройнца, а с ними вместе очень неожиданно представился сильно хитроумный заместитель начальника Стражи Пулинс.
Очень такая выразительная картина на все начальство подействовала, особенно с разваленным почти напополам телом незаменимого заместителя. Все начальники быстро осознали, что под чистым небом ходим, а с него кирпичи очень метко падают, да все по темечку тем, кто лично Капитану Совета господину Проту дорогу переходит.
Который могучий колдун, принес городу победу на Севере, поэтому к нему у властей нет никаких вопросов насчет его колдунства.
«Однако после сегодняшнего заседания множество вопросов имеется уже именно у меня лично к самому Совету», – напоминаю я себе.
Решив военным путем долгожданную проблему с Севером, я был сильно уверен, что по возвращении в Астор тут же получу нижайшую просьбу возглавить общее сопротивление степной орде.
Всего полного городского воинства, раз настолько хороший командир оказался и потерь у меня почти нет.
Ну, вот очень был в такой просьбе уверен и уже прикидывал, как начну чистить город и сам Совет.
Конечно, только я хорошо знаю, как с достойными сынами степи разговаривать и жестко договариваться на паритетных началах. Как уже провернул такой фокус на соседнем материке. Совет Капитанов про мое незаурядное умение ничего не знает, поэтому пока не называет меня божественным спасителем, и не целует мне руки почему-то всем своим составом.
Но то обстоятельство, что меня вообще пока не включили в военную структуру города, даже просто никак не задействовали?
Подобное пренебрежение к моим достижениям я могу объяснить только тем, что против меня объединились почти все серьезные члены Совета и его военная верхушка. И даже хорошо понимаю, почему именно.
Военным я нестерпимо мозолю глаза своими победами почти без потери личного состава, которых они не могли добиться много лет. И еще очень явно задеваю самолюбие начальства Гвардии, раздавая в виде трофеев огромные деньги ее личному составу.
На что они никак повлиять не могут и поэтому очень злятся, как докладывают мне знакомые с темой охранники. Потому что приобретаю так называемую дешевую популярность.
«Не такую уж и дешевую на самом деле!» – усмехаюсь я.
Страже тоже дорогу сильно перешел, и только Гильдия, которая снова не имеет представителей в Совете, так же не имеет ко мне никаких претензий. Совсем наоборот, готова поддерживать меня полностью во всех начинаниях.
Но голоса она пока снова не имеет никакого, отношение к Охотникам опять установилось, как к лесным дурачкам. Все то влияние, которого добились Альс с Турином, давно ушло в небытие, когда поставили Старшими таких простаков по сравнению с ними, как Крос с Драгером.
Съели все же основные воинские подразделения Астора выскочек и наглецов, как я и предполагал, пользуясь своей постоянной приближенностью к власти.
«Но, чтобы сам Совет Капитанов настолько пошел в поводу у явных в военном плане ничтожеств и интриганов?» – вот такого я никак не могу понять.
Да, думаю, нынешние хозяева моей будущей мастерской тоже очень сильно руку к такому отстраненному в моем отношении поведению Совета приложили. Безо всякого сомнения, они хорошо понимают, что скоро количество моего влияния и совершенных дел во славу города перейдет в реальное качество, тогда их самих неминуемо ждет судьба сыновей Капитана Кройнца.
«Или даже детей славного лейтенанта Шмидта!» – усмехаюсь я.
Будут пинками выгнаны из мастерских и хорошо, если просто переживут такой момент живыми, на полную невредимость я бы не стал рассчитывать. Есть большое желание переломать им ноги и засунуть туда, куда Макар телят не гонял. Как раз после того случая они приготовились и за время моего отсутствия договорились со всеми остальными членами Совета. На каких-то взаимовыгодных условиях, как давно и хорошо знакомые люди при власти.
Что я легко почувствовал по негативному отношению прежде нейтральных членов Совета и неприкрытому злорадству откровенных недоброжелателей. Достигли они какого-то консенсуса между собой и даже Крома убедили не вмешиваться, судя по его совсем отстраненному отношению.
Даже не меня, ответственного за поход на Север, опросили про его итоги, а всего-навсего Торка, моего подчиненного, и тут же сделали вид, что оно так и надо. Прямо оскорбили подобным поведением сильно заслуженного командира!
Когда над городом нависла реальная угроза захвата и полного разорения?
Само Черноземье уже, считай, захвачено и разорено, насчет чего у меня никаких иллюзий нет. Если только не я буду командовать обороной. Но пока точно не я занимаю данный пост, до тех пор, когда разбитые остатки Гвардии не прибегут в город, спасаясь от беспощадной погони.
Подобного отношения даже я не ожидал вообще. И куда Кром смотрит?
Как-то и его продавили все подельники и друзья детства, упросили не вмешиваться и не привлекать меня к военным делам? Подошли сплоченной группой и попросили отвернуться на время.
Даже не представляют, насколько здесь все запущено, если прежняя жизнь летит под откос, а они только о своих мутных делах и грязных делишках думают. И еще о том, как бы не дать новичку в Совете больше прославиться.
«Они же откровенные дебилы, если рассчитывают как-то договориться со степняками!»
Ну, сам город даже одно ополчение может очень долго оборонять. Если припасов хватит. Только их на эту сотню тысяч старых и новых жителей точно на длительный срок не хватит, начнет народ умирать в домах и на улицах.
И эти придурки всерьез рассчитывают дать бой тысячам степной конницы в чистом поле? Чтобы поразить их обученностью своих гвардейцев в сомкнутом строю и добиться решительной победы после одного выигранного сражения?
Сам бы не поверил, но ведь услышал своими ушами важные обещания командира Гвардии и его глуповатых сторонников. Что Гвардия Совета всех победит однозначно, что не зря ее хорошо кормили и снаряжали городские власти, что победа неизбежна.
«Это шестью сотнями против многих тысяч? Когда уже все поняли, что никакие доспехи не спасают от тяжелых стрел?» – чуть не заржал я в тот момент.
Эти дебилы собираются дать одно генеральное сражение, когда для победы каждому гвардейцу придется убить не меньше пары десятков умелых врагов. Судя по тому соотношению сил, как мне известно.
Да их всех расстреляют прямо на подходе, когда еще не погибнет ни один степняк! Но командование Гвардии твердо обещает, а остальные члены Совета радостно так кивают головами в знак полного согласия.
«Да они просто безнадежные идиоты! И с таким я ничего поделать не могу. Пока не могу однозначно», – решаю я.
Пока не пройдет череда постоянных поражений, а огромная орда не осадит город со всех сторон.
Правда, со стороны моря осадить не получится, подвоз продовольствия через ту же гавань Контрабандистов вполне возможен. Только для такого дела огромные запасы еще нужно создать. Ну и народ вывозить куда-то из города тоже будет можно, когда совсем еда для бесполезных гражданских пропадет.
Хоть в ту же мной освобожденную Гардию.
В общем, послушал я одно отделение выступление Гриты и пошел домой, где у меня назначена выдача трофейных денег. В этот раз я выкладываю перед каждым Охотником и гвардейцем одинаковые суммы по четыре золотых и обещаю еще примерно столько же после продажи подвод и лошадей.
Остальные деньги забираю себе, как командир похода, это моя доля.
«Почему я так жадничаю? Потому что собираюсь на всю трофейную монету закупить продовольствия и приготовиться к осаде города. Теперь даже жалею, что те два мешка с золотом оставил в тайнике под охраной каменного тролл�