Интриги Тёмного двора. Книга 3

За окном лился дождь. Тёмная королева стояла, прислонившись плечом к стене, и смотрела в мокрую осеннюю хмарь. В тронном зале было сумрачно и тихо – лишь шум дождя за окном. Одетая в чёрное, по-мужски, с убранными в причёску волосами, она сливалась с этим местом, как будто была неживой.

Впрочем, в каком-то смысле так оно и было. Мары права называться живыми не имели.

– Ох, госпожа демоница, не заметил тебя! – раздался голос Ульфара от входа. – Стоишь, как тень.

– И тебе доброго вечера, Ульфар, – она даже не повернулась в его сторону.

– Эээ, госпожа демоница, плохо твоё дело. Уже на низложенного похожа стала, – он подошёл ближе. – Тот тоже – то на троне сидел, как статуя, то у окна.

– Так он умом и тронулся – от одиночества. Я теперь его понимаю. И с каждым днём – всё больше и больше, – она, наконец, взглянула на степняка, вставшего с другой стороны от оконного проёма. – Мне легче – я всё-таки не одна. А он лишил себя… Многого…

– Дак и он не один был. Советник был. Ты. Алхор. Хэлгар. Ну и мы – по мелочи.

Мара покачала головой.

– Это другое.

– Ну если другое, так чего ж ты страдаешь?

– Тревожусь, – туман слегка взвился в серых глазах. – Наше предательство… Орин, Светлые, Камни… И это молчание. Нет вестей. Мне чудится подвох.

Шаман покачал головой.

– Не предательство это было, госпожа демоница. А борьба. И победа. Низложенный с тобой чего только не творил – и что ж теперь, не отплатить ему? Ему, выходит, можно глумиться, а тебе защитить себя – нет? Что за игра такая странная?

– Можно было иначе… Договориться…

– С Лордом?! – изумился степняк. – Это как?! Он равных не терпит, сама знаешь. Вы могли с милордом демоном удрать – и только.

– Вас бросить?!

Шаман усмехнулся.

– Вот потому мы его приказ и не выполнили. Знали, что вы не уйдёте. А если и уйдёте – то вернётесь, – он хитро улыбнулся. – Мы вас с Алхором в бою видели. С вами можно в любое пекло. Вы в спину не бьёте.

– Сэахор ведь мог и вас уничтожить, и тех, кто вам дорог, – Хэлдэрэ пытливо взглянула в глаза шамана. – Вы рисковали ими.

Ульфар смотрел насмешливо.

– А мы тебя, госпожа демоница, что, первый день знали? И Алхора тоже? Думаешь, никто не понял, зачем вы вернулись? Да и демон вёл себя необычно. Все понимали, что быть стычке. Думаешь, мы с командиром не успели перемолвиться до Совета?

Глаза Хэлдэрэ расширились. Шаман расхохотался.

– Видела б ты себя сейчас, госпожа демоница, – он продолжал смеяться. – Конечно перебросились парой фраз. И никем мы не рисковали – Аэлинн со слепой этой, да с Хонадовой девочкой уже за границей Камней были. Да, мы быстро сработали, – с ноткой самодовольства заявил он. – Как поняли, что дело жареным пахнет, так и отправили их. Ещё когда демон восстал из мёртвых. Вы ж в Илир отправились, а я Хэлгару весточку отправил, – шаман ухмылялся. – И драконоводу нашему. Вот мы тихонько девочек наших собрали и отправили – с охраной, разумеется, из наших, из надёжных – в приграничный городишко. С тем, что заберём их, как всё уляжется. А ты думала, – он расплылся в кошачьей ухмылке. – Мы своими не рискуем и не жертвуем. Собой – да, бывает. И то, стараемся без этого. Опять же, ради них, – он кивнул головой куда-то в сторону. – Но, знаешь, не верилось, что вы сбежите. Мы-то тоже не собирались на собственную казнь идти – вырваться бы постарались от Лорда. А там – в глухую оборону.

– Ульфар… – Хэлдэрэ с восхищением покачала головой.

Тот довольно усмехнулся.

– Вот так-то, госпожа демоница. А ты думала… Да и присягу тебе принесли не просто так. Абы кому не стали бы. Ты заслужила. Вот и не кори себя. Всё ты правильно сделала.

Хэлдэрэ улыбнулась со смесью печали и благодарности.

– Спасибо, Ульфар. Мне… Мне намного легче.

– То-то же… Демон-то чего, не вернулся ещё?

– Алхор? – усмехнулась Мара. – Нет.

– Ничего, скоро вернётся…

– Безусловно, – она улыбнулась уголками губ.

Степняк, прищурившись, посмотрел на неё.

– Скучаешь?

– Нет.

– Хм, и не врёшь же… – с ноткой удивления произнёс он. – А чего тогда?

– Ничего, Ульфар. Заставляю себя привыкнуть, – она остро посмотрела ему в глаза. – Я большую часть жизни была под заклятием Сэахора. Теперь я под его, похоже, проклятием, – она махнула рукой в сторону трона. – В принципе, разница невелика. Разве что под проклятием властью чуть более обидно.

– А на что обижаться-то? Никто голову не морочит. Никто не спорит. Делаешь, что считаешь нужным… И неплохо делаешь, доложу я тебе. Порядок наводишь. Справляешься. Попривыкнуть просто надо. Тебе ж низложенный не давал свободы. А ты на многое способна. Вот и занимайся.

– Мне кажется, что этого мало. Светлые… Камни… Я думаю, думаю, думаю… Как началось в этом самом зале, когда на керах чары переписывали, так и идёт. Не могу ни забыться, ни отвлечься. Всегда что-то тревожит. Неспокойно. И дело не в обязанностях – это как раз легко. Легче, чем Левой рукой быть и не знать, в чём на этот раз обвинят. Но… – она странно посмотрела на Ульфара. – А, забудь, – она махнула рукой, увидев непонимание на лице шамана. – Опять ною. Ничего нового.

Тот посмотрел на неё с подозрением.

– Пугаешь ты меня, госпожа демоница.

– Я себя, и то пугаю…

– Хм… Ты, это посмотри… Я тут принёс… Перепись закончили… – он протянул Маре несколько свитков.

– Давай… Про Хэруола нет вестей?

Степняк покачал головой.

– Как сквозь землю…

Мара вздохнула.

– Плохо, если сквозь землю… Зря отпустили… Боюсь я за него.

– Он хороший маг. Выживет. Почитай лучше перепись, госпожа демоница. Всё лучше, чем думать о том, до чего не дотянуться.

Хэлдэрэ пытливо на него посмотрела.

– Может, ты и прав…

– А то… – усмехнулся Ульфар. – Я очень часто оказываюсь прав. Не побрезгуй советом, госпожа демоница, – он хитро подмигнул. – Плохого не предложу. Тебе, во всяком случае.

– Я считала тебя злым и жестоким, – она, улыбнувшись, взглянула в узкие раскосые глаза.

– И правильно считала. Есть свои – есть чужие. Всё просто.

– Спасибо, – она отвела глаза, став, как будто, ещё грустнее. – Давай почитаем… Что там у нас? Люди, эльфы, полукровки… Так, этих… Сколько-сколько?.. Откуда… А эти… Так мало?..

***

Морской ветер резко ударил в лицо. Несколько жёлтых листьев, чудом оставшихся на деревьях, сорвавшись, упали к его ногам.

– Я рад, что ты откликнулся на мой зов, – он склонил седую голову. – Впрочем, я на это и рассчитывал. Ты разумен…

Синие глаза его собеседника сощурились.

– Ближе к делу, Орин.

Тот усмехнулся.

– Разве мы куда-то спешим? – голос Мара был вкрадчив.

Ответом ему был красноречивый взгляд.

– Что ж, раз ты так настаиваешь… Прошу… – он сделал приглашающий жест.

Алхор запрокинул голову, оглядев развалины старой крепости. Той самой, где он умер несколько месяцев назад. Той самой, где он распрощался с вечной керской службой. И той самой, где он пошёл на ещё одну сделку…

С совестью.

Переворот. Свержение Сэахора. Переписанные чары на керах. И его правление – пусть даже на троне не он. Все, кто имеет хоть каплю разума, понимают, кто истинный правитель Тёмной стороны.

Место Мара занял демон. Демон, рождённый в этом мире, а не вызванный из мира другого. Неведомое создание с умом человека, но нечеловеческой сутью.

…Орин терпеливо ждал, обернувшись к гостю. Алхор, помедлив, последовал за ним.

Шли молча. Крепость пустовала. Только следы в пыли… Старые следы…

– Воспоминания гложут? – лукаво прищурился Орин.

– Кто ж им даст? – усмехнулся Алхор.

– Время, мой дорогой друг, время… Время сделает своё дело…

– Судить по себе – дурная привычка, – он был безмятежен.

– Спорить с данностью – привычка едва ли не хуже.

Алхор молча взглянул на собеседника. Тот улыбнулся и пошёл дальше.

Они вошли под крышу – развалины остались позади. Там же остались пожелтевшие деревья и ветер. Вокруг был лишь камень стен.

– Где Мхэлен?

– Здесь его нет. Ты ведь это хотел узнать? – Орин тонко улыбнулся.

– Безусловно.

– Нет, он здесь лишний. Слишком взрывной нрав. Он не понимает всей прелести долгих переговоров, магии слов и изящности смыслов… Нам сюда…

Он распахнул дверь перед Алхором. Бывший кер вошёл. Мар зашёл следом.

– Ты не боишься, – он не спрашивал, он утверждал.

– Я вижу. Многое вижу, и тебе это известно, – Алхор оглядел комнату, в которой стояли пара кресел и овальный стол с бутылкой вина и двумя кубками. – Нашёл остатки прежней роскоши этого места? – усмехнулся он, окинув рукой убранство.

– Я умею пользоваться тем, что под рукой. Присядем, – Орин сделал приглашающий жест.

Алхор не заставил себя долго ждать.

– Зачем ты вернулся на Тёмные земли? И где Сэахор?

– Ооо, как много вопросов… – Орин с улыбкой разлил по кубкам вино.

– Как ты понимаешь, я имею право их задавать.

– Безусловно, – Мар протянул кубок гостю. – А я имею право на них не отвечать.

– Равно как и я – на твои.

Мар снова улыбнулся. Нечеловечески-яркие голубые глаза насмешливо сверкнули.

– Кто сказал, что я стану задавать тебе вопросы?

Алхор усмехнулся, покручивая кубок в руках, и выжидательно взглянул на Орина.

– Значит, снова сделка. О чём хоть торгуемся, просвети?

– О будущем твоей страны.

Алхор фыркнул.

– Она не моя. У страны есть королева. Тебе – к ней. Я тут не при чём.

– Оооо, ну зачем же играть в такие игры? Тебе это не к лицу… – Орин покачал головой. – Мы же оба понимаем, о чём речь. Хэлдэрэ – твоя пешка. И, думаю, даже она сама это понимает…

– Женская душа – загадочна… – Алхор пригубил вино.

– Не так уж и сильно, – усмехнулся Мар. – Когда же ты начнёшь обвинять меня в том, что я не выполнил свою часть договора? – Орин откинулся на спинку кресла.

– А разве мы куда-то торопимся? – бывший кер вернул Мару его недавние слова. – Думаю, ты сам мне расскажешь об этом. Почему до сих пор ничего не изменилось…

– Потому что я тебе ничего не должен, – улыбка Орина стала торжествующей.

– Ожидаемо, – Алхор поставил кубок на стол. – Ты понял, что продешевил?

– Королева вашей страны, – Мар усмехнулся, – помнится, подтвердила, что обязательства исполнены. В тот день, когда мы с Мхэленом уходили отсюда с пленником. Собственно, она сама прекратила действие сделки.

Алхор насмешливо посмотрел ему в глаза.

– Орин, Хэлдэрэ здесь нет. Это её ты мог испугать такими мелочами.

– И всё же, – он продолжал улыбаться. – Те договорённости больше недействительны. Хэлдэрэ опрометчиво подтвердила завершение клятвы. И я теперь имею полное право рассказать на Светлом Совете совершееенно другую историю, – невозможно-яркие голубые глаза сверкнули торжеством. – Скажи мне, Алхор, твоя страна готова к новой войне? А ведь она придёт, как только Светлые узнают, что кое-кто из Маров остался в живых…

Алхор, склонив голову к плечу, внимательно смотрел на собеседника.

– Хм, я ожидал чего-то подобного…

Орин усмехнулся.

– Сомневаюсь. Ты не слишком опытен в магии и магических договорах. А твоя Хэлдэрэ – слишком эмоциональна и неустойчива. Я предупреждал тебя. Она опасна своей шаткостью. Она подвела тебя. Обязательств перед Тёмной стороной на мне больше нет. И это сделала она. Весь ваш тяжкий труд, весь надрыв, предательство Лорда, переворот – всё зря, дорогой друг. Твоя женщина накликала новую войну. Но теперь вы без ещё одного Мара – без Сэахора. И без одного кера-мага. Да-да, не удивляйся. Этот глупый мальчишка, Хэруол, кажется, пытался освободить господина, – Орин хмыкнул. – Вижу вопрос в твоих глазах. Но вынужден разочаровать. Вернуть его вы не сможете. Пепел не удержит душу, – он недобро усмехнулся. – Бедный Сэахор, ему было непросто смотреть на смерть, точнее, на процесс умирания любимого ученика.

– Замучили? Как меня?

– О, нет, гораздо проще, – отмахнулся Орин. – Малец оказался слабоват. Выдержал куда меньше. Но я отвлёкся. Сил у вас сейчас поубавилось – в тысячу раз. Готов ты к войне на уничтожение, Алхор?

– Думаю, ты можешь перейти к основной части нашей встречи, – Алхор светски улыбнулся.

– Я не ошибся в тебе, – усмехнулся Мар. – Что ж… Ты ведь хочешь мирные договоры с соседями… Торговлю… Богатеющую страну… Но ты этого не получишь, – улыбка сошла с лица Орина. – Понимаешь, Алхор, я мог бы обелить, хм, Тёмную сторону… – он пронзительно взглянул на него. – Но для этого мне нужно кое-что… Сущая малость…

Алхор скучающе приподнял бровь.

– Королева.

На лице бывшего кера не дрогнул ни один мускул.

– Предсказуемо, – процедил он.

Орин усмехнулся.

– Я не договорил. Королева должна исчезнуть с трона. С Тёмной стороны. Её имя должно быть забыто. А её жизнь… – он равнодушно пожал плечами. – Мне не нужна. Она может остаться в живых, но под другим именем и в другом облике. Тогда и только тогда я внушу Светлым Владыкам, что ваша страна имеет право – полное, безоговорочное право – на жизнь и на мир.

– Зачем тебе это?

– Это не важно, – улыбка змеилась на его губах. – Я так хочу – этого должно быть достаточно.

– Заклятие, я так понимаю? Ты намерен упечь её под него? Для гарантии выполнения обязательств?

Орин медленно поаплодировал.

– Гениален. Поистине гениален. Наконец-то есть тот, кто понимает всю суть моих замыслов.

– Какой тонкий комплимент самому себе, Орин, – сверкнул синими глазами Алхор. – Но какой мне резон в этом Заклятии? Она очень быстро состарится и умрёт.

Мар усмехнулся.

– Если до наложения заклятия она будет бессмертной эльфийкой – то всё будет иначе.

– Разумеется, если ты не лжёшь, – прищурился Алхор.

– Увы, тебе придётся поверить мне на слово, – голубые глаза Мара смеялись.

– Не слишком радостная перспектива… Но продолжай, Орин. Мне очень интересно, каким же образом ты видишь это?

– От тебя достаточно согласия на, хм, процедуру. Остальное мы с Мхэленом сделаем сами… И тогда ты получишь всё, что желаешь… Торговлю, мир, богатую страну. Неплохой размен. Да и твоя женщина будет куда более управляемой, чем сейчас. Она будет слабее тебя. Будет послушной. Разве это не приятно? – он прищурился. – Я уважаю тебя, Алхор. Я не пытаюсь забрать у тебя ту, которой ты дорожишь. Напротив, я хочу подарить её тебе…

– Подарить? – на этот раз изумление Алхора было искренним. – Она и так моя.

– Это иллюзия, – тень улыбки скользнула по губам Мара. – Скоро она поднимет голову. Хэлдэрэ – Мара. Демона нельзя подавить. Рано или поздно он восстанет. А тебе это не нужно. Слишком большая власть в её руках, Алхор. Зачем тебе такая женщина? Ваше счастье не будет долгим. Чувства остынут. А вы слишком разные, чтобы вас соединяло что-то кроме обычной неразумной страсти. Скоро вы увидите друг друга иными глазами. И, боюсь, будете разочарованы… – он покачал головой с сожалением. – Я же хочу предложить тебе способ, который принесёт и свободу твоей стране, и полную власть – тебе. Что над страной, что над Хэлдэрэ. О, не начинай говорить, что эта власть у тебя есть. Её нет. Подумай о будущем, Алхор…

Взгляд синих глаз был нечитаем.

– Странное предложение.

– Думаю, она будет даже рада, – задумчиво прищурился Орин. – Власть ей тяжела… Освободи её от этого. Отвези в свой особняк на Светлой стороне – или пусть живёт на Тёмной как твоя новая подруга. Дай ей возможность просто жить. Управляй страной, а к ней приезжай от случая к случаю – это сбережёт ваши чувства, сделает её благодарной, а ваши встречи – радостными. Иначе… – он покачал головой. – Всё закончится, и закончится быстро.

– Как всё складно, – усмехнулся Алхор.

Орин вдруг встал.

– Это единственный вариант, который у тебя есть. Сохраняя на троне королеву, ты закрываешь своей стране дорогу к свободной изобильной жизни и открываешь путь к войне, – его черты стали резче, улыбка сошла с лица. – Выбор за тобой, Алхор. В твоих руках судьба твоей земли. И твоей женщины. Я мог не предлагать это, а просто сделать. Я мог сам прийти сюда и вместе с Мхэленом, выманив её, проделать это – а потом сдать её и Сэахора на Светлый суд. Но я слишком уважаю тебя, – он наметил поклон. – Поэтому не играю втёмную. Я предлагаю в качестве оплаты своей ценнейшей услуги то, что мог бы получить просто так. Я говорю открыто, хотя это обычно мне несвойственно, – голубые глаза смотрели прямо. – Тебе лучше оценить мою щедрость. И подумать о будущем. Времени у тебя – неделя. Потому что ровно через семь дней собирается большой Совет. Я буду там. Доложу об окончании войны. И мне нужно знать, что сказать Светлым Владыкам, – он остро взглянул на Алхора. – Кого назвать Правителем. И что сказать про Маров. А это – зависит от тебя.

– Я должен решить за неделю, кого предать на этот раз – страну или Хэлдэрэ? – приподнял бровь Алхор.

Орин усмехнулся.

– Нет, дорогой друг. За семь дней тебе предстоит решить, верен ли ты, как и прежде, самому себе и своим интересам. Чувства преходящи. А вот войны разрушительны и противоположны богатству, торговле и благоденствию. Тем более, что, пока я жив, войны на Тёмной стороне будут бесконечны. А уничтожить меня вряд ли получится, – он тонко улыбнулся. – Так что думай, дорогой друг. Чего хочешь ты для себя? Выбирай. А что станет средством… Разве это когда-то волновало тебя? Да и никакого душегубства я и не предлагаю. Всё бережно. Без вреда. Думай, Алхор. У тебя семь дней.

Алхор с усмешкой рассматривал Мара.

– А вот со мной враждовать тебе незачем, – голос Орина снова стал мягким. – Ты интересен мне. А я опытен. Я могу во многом помочь тебе – в отличие от Сэахора или Хэлдэрэ. Я могу сказать то, что ты чувствуешь, но отрицаешь… Хэлдэрэ слишком много в твоей жизни. Она тебе уже почти надоела. А я дарю тебе способ сохранить её любовь на долгие годы. Ей всего лишь надо забыть старое имя, изменить облик на эльфийский – и жить, хоть бесконечно. Без тревог и забот. Радуясь встречам с тобой. Отдыхая. Она заслужила это, – в его голосе послышалось сострадание. – Это не предательство, это щедрость. И спасение вашей страны. И всё это сейчас – в твоих руках. Подумай хорошо, Алхор. Не спеши. Взвесь. Я не давлю. Ты разумен, ты и сам всё видишь…

– Вижу, – Алхор резко встал, так, что Орин едва заметно вздрогнул. – Я сообщу тебе о своём решении. А теперь тебе пора. Кстати, не советую появляться в Кайрит-Дижой. Уже завтра здесь будут люди. Крепость будет отстроена, – синие глаза сверкнули.

– Отстроена? – Орин приподнял бровь. – Хм… А зачем? Неужто для морской торговли? Но с кем, если вы пока вне закона? Или… – он прищурился, пристально вглядевшись в глаза Алхора.

Бывший кер усмехнулся.

– Значит ли это… – медленно, как будто не веря самому себе, начал Орин.

– Не торопись, Орин, – усмехнулся Алхор, проходя мимо Мара. – Подумай. Да и ты разумен, – насмешка была откровенной. – Сам всё видишь…

***

Орин прав. Я поражена тем же недугом – смертельным недугом – что и Сэахор. Имя ему – малодушие.

Я боюсь. Опять боюсь. Делаю, что могу, и, вроде не врёт Ульфар, удаётся, но я всё равно боюсь. Что-то не то. Что-то не так.

Не стало Сэахора – и не на кого оглядываться. Радоваться бы – а я не могу. Тревожусь снова. Самой противно. Противна эта слабость. Прав был Орин, тысячу раз прав.

У меня есть всё. Я свободна, я королева. Керы уважают. Алхор…

Алхор. Да. Это из-за него.

Я не умею быть с мужчиной. Не знаю, что делать. Чувствую себя… Глупо чувствую. Я тяжёлая. Я проигрываю ему в уме. И даже магия… Кто бы мог подумать… Он – демон. И магия стала для него куда естественнее, чем для меня. Заклятия на керах… До сих пор мне стыдно за тот вечер. До сих пор не могу забыть своё фиаско.

Я опозорена. И, увы, я – пустышка. Прав был Сэахор. Я – никто. Тарис – и та – личность. Странная, конечно. Но в ней больше силы и достоинства, чем во мне.

Надо взяться за себя и взрастить это… Но как?!

Тошно.

А Алхор… Триумф проходит, приходит рутина. Пока между нами были преграды – он стремился их преодолеть. Когда преград нет… Я скучна. Ничем не примечательна. Слаба. За моей спиной – море ошибок. Гордиться нечем.

Со мной нехорошо. Никому не хорошо.

Даже мне самой.

А ещё… Он – демон. Он больше не кер. Он другой. Он меняется. Демоническая сущность меняет его сознание, хочет он того или нет. И я не знаю, есть ли у нас с ним шанс…

Он стал злее. Резче. Чуть грубее. Нет, не ко мне. В целом, вообще. Решения – более прямые. Раньше он действовал тоньше. Он говорит, это от того, что приходилось морочить Сэахора. Но… Мне не нравится. Что-то не то. Боюсь, это демон занимает в нём всё больше и больше места. Магия, новая сила – теснит прежнюю силу. Силу тонкого ума.

Хотя, наверное, я снова преувеличиваю.

…Скорее бы Орин сделал, что обещал. Скорее бы Алхор вышел на свободу. Пусть будет меньше встреч, реже. Тогда, может, я надоем не так быстро – у него появится новое развлечение. Поездки, переговоры, новые города, новые женщины…

Он будет брать новые вершины. Будет где-то там. Будет блистать, договариваться, заключать союзы…

А я буду здесь. На троне. Буду делать то, что делаю – вот только кому это нужно? Ничего значимого. Порядок навожу? И что? При Сэахоре и без этого жили, и ничего.

Наверное, надо просто смириться. И со своей ролью «просто женщины» – тоже. Запал прошёл, я вернулась в себя. В эту слабую никчёмную себя. Что там говорил Сэахор? «Счастье женщины измеримо тем, кому она досталась»? Что, если он прав? Что, если мне достаточно просто быть женщиной Алхора? Пока тому это не надоест…

Унизительно. А на большее я не способна.

Я боялась потерять уважение керов. Что ж, не зря. Увидев, насколько я пуста, они не то, чтобы уважать перестанут. Они презирать начнут.

И Алхор – один из первых. И это больнее всего.

А я – в ловушке своей памяти, своего разума, своей слабой души.

***

Яркие голубые глаза насмешливо смотрели на пленника.

– Что скажешь? Как тебе представление?

Сэахор зло усмехнулся.

– Как всегда – примитивно.

– Примитивно? Я не согласен… – Орин подошёл к окну. – Игра очень даже любопытна. И я хочу, чтобы ты наблюдал её вместе со мной. Чем не отмщение? – он повернулся к врагу.

– Отмщение? – переспросил тот.

Он был одет привычно, в чёрное. Бывший Мар сидел спокойно, как будто даже расслаблено. На его руках не было пут, он был свободен.

Просто бежать было некуда, а бороться было бессмысленно.

– Конечно. Алхор и Хэлдэрэ предали тебя. Подставили. Почему бы не отомстить им?

Сэахор нахмурился.

– С чего бы тебе…

Орин мягко улыбнулся.

– А почему бы и нет? Предавать нехорошо. Некрасиво. Недостойно. Предательство должно быть наказуемо.

– Это говорит тот, кто предложил им сделку сам? – фыркнул бывший Лорд.

– Они могли отказаться.

– Да ну? И умереть? Сомневаюсь, что моя персона была хоть для кого-то настолько значима, чтобы умирать за меня.

– Очень самокритично, – отметил Орин, подходя ближе и садясь в кресло, где только что сидел Алхор. – И всё же. Это была проверка… Проверка на честь. Они её провалили. Это нехорошо. Алхор умён и живуч, я восхищаюсь им… Но ему необходимо усвоить этот урок.

– Какой? – процедил Сэахор, откидывая черноволосую голову на спинку кресла и устало закрывая глаза.

– Свои дела надо решать своими силами. И не заключать необдуманные сделки, – голубые глаза смотрели ровно. – Особенно когда не понимаешь, куда лезешь.

– И что он мог сделать? – фыркнул Сэахор. – С тобой.

– Навязать бой, – как само собой разумеющееся, проговорил Мар. – Он был с Хэлдэрэ. Двое на двое. У них были отличные шансы. Как минимум на ничью. Но его слабость подвела его.

– Какая слабость? – Сэахор закатил глаза. – Она?

– Нет, что ты, – фыркнул Орин. – Хэлдэрэ для него так, игрушка. Наиграется и выбросит. Вот увидишь. Слабость у него другая. Он любит себя. Свой ум. Свою хитрость. Он любит быть уникальным, непревзойдённым. Он любит решать задачи не как все. Это – его слабость. То, что проще было сделать грубой силой, он решил достичь хитростью. Но я – хитрее, – он усмехнулся.

– Самонадеянно.

– Это опыт, – улыбка Орина был холодной. – Я умею работать тонко, умею и грубо. Алхор же давно хотел проявить себя на своём поприще… Слишком хотел. Это опасно, слишком хотеть. Можно попасться в расставленные сети… Тем более сейчас, когда он опьянён своей новой силой. Быть демоном не так-то просто. Освободиться от пут, стать свободным, да ещё и получить могущественную магию – испытание не для слабых. Алхор провалит его, вот увидишь.

– А я ему говорил, что с тобой бесполезно разговаривать. И договориться с тобой не получится, – Сэахор скривился, как от зубной боли.

– Ты знаешь меня давно, – улыбнулся Орин. – Но твоя ошибка была в том, что ты не объяснил ему этого. Э, нет, – он не дал собеседнику возразить. – Приказ – это не объяснение. Алхор – мыслящий. Ты должен был привести доводы и примеры. Должен был рассказать обо мне побольше, – он слегка усмехнулся. – Ты же своим запретом лишь разжёг в нём любопытство. Что в итоге стоило тебе трона. Силы. И, в конечном счёте, будет стоить тебе жизни.

Бывший Мар возвёл глаза к потолку.

– А Алхору дорого обойдётся его ошибка. Зря он заключил со мной договор. Он мог разобраться с тобой своими силами. А лучше – пойти на союз. Он же красноречив, он мог убедить тебя, – Орин тонко улыбнулся. – Но ему не следовало достигать своих целей силами заёмными. Цена… Цена таких сделок бывает непомерна. И он это скоро поймёт.

Сэахор передёрнул плечами.

– И зачем?

– А почему бы и нет? – Орин посмотрел на Сэахора, как будто тот сказал глупость.

Бывший Мар неопределённо скривился.

– Бессмысленно.

– Не бессмысленней твоей жизни.

– Кто бы говорил, – ухмыльнулся Сэахор.

Орин не ответил. Только пленник вдруг выгнулся дугой от боли.

– К счастью, право говорить у меня не отберёт никто…

Ветер трепал чёрные пряди длинных волос. Серые глаза смотрели пристально и пытливо.

– Далеко ездил, – полуутвердительно проговорила Хэлдэрэ.

– Неблизко, – усмехнулся бывший кер, спрыгнув с дракона. – Негоже королеве встречать путников прямо с седла, – он подошёл к ней.

– Так то путников… – она слегка улыбнулась.

Улыбка Мары была мягкой, слегка грустной – но как раз это было привычно. Грусть всегда была в глубине её зрачков, намертво въевшись в них за все столетия недо-жизни. И даже тогда, когда самое страшное осталось позади, эта печаль не исчезла. Она была столь же естественной для облика Хэлдэрэ, как и усмешка – для Алхора.

Бывший кер приобнял её.

– Расскажешь?

– Что?

Мара усмехнулась.

– Как съездил. Ты же не погулять ходил. Донесения? Лазутчики, шпионы? Хоть что-то? – в её голосе послышалась досада. – Почему ничего не изменилось? Почему Орин бездействует?

Алхор медленно кивнул.

– Да. Донесения. Через неделю в Лазисе состоится Большой Совет. Орин будет там.

Мара настороженно посмотрела на него.

– И я тоже буду, – губы Алхора чуть сжались.

– Ты?!

– Да. Я не доверяю Орину. Он что-то замышляет, и мне это не нравится. Слишком много времени прошло… – он нахмурился.

– Но он ведь дал клятву…

Алхор усмехнулся.

– Ты же знаешь Орина. Боюсь, он сумел найти какую-то лазейку…

Хэлдэрэ вопросительно на него посмотрела.

– Но…

– Не знаю, Хэлдэрэ, – покачал головой бывший кер. – Но готовлюсь к наихудшему.

– Тогда стоит ли ехать к Светлым? – глаза Мары стали тревожнее серого неба. – Вдруг он этого и хочет? Заманивает…

Алхор слегка запрокинул голову. Порывы ветра трепали его чёрные волосы, скрывая глаза.

– Я, кажется, начинаю понимать его природу. Он – нечто изощрённое. Бесчеловечно-изысканный монстр. И то, что он делает, – синие глаза сощурились, – отличается непревзойдённой жестокостью и абсурдностью… Он лишён логики в нашем понимании этого смысла, – он взглянул на Мару. – У нас с тобой – да и у всех живых существ, кто в своём рассудке – есть цель. Есть что-то, что движет. Мотивы. Идеи желаемого. А у Орина… Похоже, этот Мар безумен, – усмехнулся Алхор. – Он играет… Играет миром. Просто так. Потехи ради. В этом и сложность. Если есть цель – её можно изменить. Переубедить. А вот если это просто развлечение…

– Но его тоже можно сменить… – взгляд Хэлдэрэ стал ещё тревожнее, хотя, казалось, это невозможно. – Предложить другое…

Алхор улыбнулся с ноткой горечи.

– Вряд ли. Тому, кто играет жизнями, другая игра покажется скучной.

– Узнаёшь себя в нём? – вдруг произнесла Хэлдэрэ, как будто поймав озарение. – Ты ведь тоже… Играл…

– Увы… Неприятная аналогия. Но… – он вздохнул. – Похоже на правду. Меня ведь тоже не могло остановить ничто. Ни деньги, ни слава, ни достигнутая цель, – он указал рукой на Мару. – Ни-че-го. Я был в бешенстве и не собирался останавливаться. Это страшное состояние, – он посмотрел ей в глаза. – Там всё равно, что происходит с самим собой, там не дорожишь ничем. А просто уничтожаешь жизнь за жизнью. И странным образом оказываешься цел и невредим, – ветер снова порывом переворошил его волосы. – Не бережёшь себя, но почему-то выходишь сухим из воды…. И если это так – то всё очень плохо.

Хэлдэрэ тяжело вздохнула.

– Зачем тогда ехать туда?

Демон усмехнулся.

– Если Орин игрок – его надо втянуть в новую игру. В свою.

– Опасно.

– Сидеть здесь – опаснее. И, понимаешь… – он прищурился. – Если он и правда игрок, если я не ошибся в этом, то есть один способ…

Хэлдэрэ молча склонила голову к плечу, слушая его.

– Я – как любитель «поиграть», – он выделил это слово насмешливо-горько, – презирал тех, кто шёл в мою игру, как пешка. Но если кто-то вдруг начинал играть со мной… Противостоять… Если кто-то удивлял меня своим поступком… Это было интересно. Я мог даже поменять правила игры. Отложить расправу… – его синие глаза были похожи на драгоценные камни. – Предоставить этой игрушке, возомнившей себя игроком, немного больше прав…

– Как со мной? – у неё отчего-то пересохло в горле.

Алхор кивнул.

– Да. Ты упиралась дольше всех. Бунтовала, не доламывалась. Вела себя неадекватно, но почему-то оставалась на плаву. И мне было интересно. Я наблюдал за тобой.

– И продолжал издеваться.

– Да. Именно так, – кивнул Алхор, не отводя взгляда. – Но те, кто успевали сломаться, чаще всего просто расставались с жизнью. Да, я жесток, я не спорю и не скрываю, Хэлдэ.

– Скука? – Мара слегка улыбнулась. – Тебе было просто скучно. Или, скорее, одиноко.

Кер понимающе улыбнулся.

– Возможно. Не думал об этом. Точнее – скука – да. Но одиночество… Думаешь, Орин страдает от одиночества?

Хэлдэрэ передёрнула плечами и тут же зябко поёжилась от нового порыва ветра.

– Ты что-то знаешь о нём? Что-то важное? – Алхор серьёзно посмотрел на Мару. – Что с ним было? Что он пережил? Что сделало его таким?

Но она лишь отрицательно покачала головой.

– Он появился внезапно. Никто его не знал. И как он стал Маром – тоже никому неизвестно.

– Плохо.

Хэлдэрэ вздохнула.

– Что ж… Попробуем поиграть в закрытую… – он жестом предложил ей следовать вниз, в замок. – Я поеду на этот Совет. Удивлю Орина. Я хочу своими ушами услышать, что он там про нас наплетёт. На Совете будет наша делегация как от нового королевства, – он дерзко улыбнулся. – И нужные мирные договоры мы заключим прямо там.

– Он с Мхэленом. Тебе нельзя туда одному, – Мара, идя рядом, нашла его руку и сжала пальцы. – Для наложения заклятия нужны двое. Он будет с подельником, значит, и ты должен быть не один. Я тоже еду, – она твёрдо посмотрела ему в глаза.

Алхор с толикой сомнения взглянул на Мару.

– Тебя опасно показывать. Разбегутся. Их надо подготовить к тому, что ты жива, и при этом – на стороне Светлых.

– Сменю облик. Притворюсь человеком. Или эльфийкой – чтобы магии побольше оставить при себе.

– Опасно.

– Без меня будет ещё опаснее. На тебе – жизни керов. Тобой точно нельзя рисковать.

Алхор скривился. Факелы на стенах бросали тревожный багровый отсвет на его лицо.

– Хэлдэрэ, за меня не переживай. Не тебе меня закрывать собой. Я не Сэахор.

– И всё же, – её взгляд был пронзительным.

– Да, это разумно, – проговорил он как будто нехотя. – Тебе стоит ехать со мной. В ином облике. Хэлдэрэ?..

Мара вдруг стала крайне задумчива. Алхор же уже снимал заклятие с дверей своих покоев.

– Алхор… – она вошла в комнату. – Мы с тобой наложим заклятие на Орина? Когда он выполнит свои обязательства перед Светлыми?.. Или… Или до того? Упечём его под заклятие, чтобы он исполнил свои обязательства…

Взгляд бывшего кера стал непроницаем. Он закрыл дверь. Странным красноватым светом засияли свечи, зажжённые им магически.

– Хм, так и не получается нормальный огонь… А Орин… Что ж, думаю, ты права. Придётся именно этим и заняться. Если мы не успеем до Совета – то как минимум сразу после его начала нам придётся это сделать. И тебе действительно стоит быть в изменённом облике. Чтобы он не догадался. Только давай договоримся – держимся вместе. Если придётся быть по отдельности, то при виде Орина или Мхэлена тут же идёшь ко мне. Хорошо? Я тобой тоже рисковать не собираюсь.

Хэлдэрэ кивнула. Она стала сосредоточена, бледна, черты её заострились. Она подошла к окну. Ветер становился сильнее, деревья качались от сильных порывов. Воздух пах зябкостью и приближающимся снегом.

– Не зря я чувствовала дурное. Всё не так просто. Орин ещё попьёт нашей крови…

– Это было предсказуемо, – Алхор подошёл к ней, взглянул в осеннее недоброе небо. – Но ты и сейчас чувствуешь дурное, не так ли?

– Это даже не дурное… – она нахмурилась, как будто пытаясь понять, что испытывает. – Это гораздо хуже…

Она прижалась к нему спиной. Демон обнял её.

– Хм… Вот как? Надо этого избежать. В расставленные сети я не люблю ходить.

– У нас есть немного времени на то, чтобы придумать…

– И собрать несколько человек и эльфов в делегацию.

– Может, не надо?.. Их жизни…

– Они будут знать, куда идут. Дай другим право тоже, наравне с тобой, добиваться свободы для нашей земли, – Алхор смотрел вдаль. – Многим надоело сидеть, как дети малые, за стенами. Ты недооцениваешь людей. Да и некоторых эльфов – хоть я и недолюбливаю их расу.

– Возможно… А керы? Кто-то пойдёт?.. – она вопросительно на него посмотрела, извернувшись в объятиях.

Алхор задумался.

– Нас и осталось-то… Хэлгар, Ульфар, Хонад, Тенна. Хэлгар останется присматривать за Рамгаром, Хонад – с драконами. Тенну брать на серьёзное дело… – Алхор покачал головой. – Да и с такими шрамами поперёк горла – не живут. Незачем вызывать лишние вопросы. Остаётся Ульфар.

– Но оставлять Рамгар без мага?.. Был бы Хэруол… Ульфару надо остаться.

Алхор кивнул, тень скользнула по его лицу.

– Может, всё-таки Тенну?..

– Он аттанец. Будет подозрительно. Я отправлю его в Кайрит-Дижой. Займётся крепостью. Скоро она будет важным опорным пунктом. И порт восстановим. Морская торговля будет возобновлена.

– Это прекрасно, но не первоочередно, – она упрямо сжала губы. – Что до подозрительности… Мы, как ни крути, подозрительны… Но… – Мара вздохнула, – я доверяю твоему выбору тех, кто пойдёт на это…

Бывший кер вдруг развернул её лицом к себе. Мара вскинула глаза.

– Я обещал свидание на Светлой стороне, помнишь? Будем считать, что мы едем именно для этого. А Совет – лишь щекочущее нервы дополнение. Ммм? Нравится? – он лукаво улыбался.

Хэлдэрэ выглядела слегка растерянной.

– Но это же серьёзно…

Алхор отмахнулся.

– Не более, чем всегда. Кстати, а в каком облике ты будешь? Я хочу участвовать в выборе, – его глаза игриво сверкнули. – Как мне повезло – у других женщины меняют платья, а моя может сменить даже цвет волос и формы тела…

– Твои пожелания? – улыбнулась Мара, понемногу вовлекаясь в его игру.

Демон прищурился.

– Хм… Пожалуй, давай-ка необычный для меня вариант. Эльфийку… – он придирчиво осмотрел Мару. – Волосы прямые, светлые… Оооо… – с восхищением протянул он.

Очертания тела Хэлдэрэ изменились. А на бывшего кера знакомыми серыми глазами смотрела незнакомая белокурая эльфийка.

– Таэль, – проговорила она.

– Неплохо… Хм, кажется, я был несправедлив к эльфийкам… – его взгляд стал заинтересованным. – Тебе, хм, идёт… Но в естественном виде ты, безусловно, роскошнее, – тут же проговорил он, так как облик эльфийки рассеялся, и перед ним снова стояла Хэлдэрэ.

– Надеюсь, – усмехнулась она.

– Ты взревновала к самой себе? – он лукаво приподнял бровь.

– Задумалась, стоит ли доверять такому, как ты, – ответила на его усмешку Мара.

– О, я готов тебе прямо сейчас ответить на этот вопрос, – Алхор страстно притиснул её к себе.

– Удиви меня, – усмехнулась Мара, запрокинув голову.

Алхор, ухмыльнувшись, склонился к ней.

– Никогда… Никогда не стоит доверять такому, как я…

– Алхор? – она вдруг вздрогнула. – Что… Что ты сделал?

Кер усмехнулся.

– Я? Продемонстрировал, что не стоит мне доверять… – его руки скользили по её телу, а Мара как будто не могла сдвинуться с места. – Как тебе моё заклятие?

– Восхитительно, – выдохнула она со смесью недовольства и волнения. – Зачем ты меня обездвижил?! И как?!

– Это кусочек из заклятия Орина… – Алхор, как будто смакуя, касался её, освобождая от одежды. – Я решил найти ему иное применение… Не боевое…

Мара вздохнула невпопад. Её рубашка уже была расстёгнута, воздух приятно холодил обнажённую кожу.

– Так не честно…

– Зато приятно… – бывший кер касался её тела то едва-едва, то плотно и властно. – Если заранее всё знать и действовать исключительно в открытую – можно лишить себя множества приятных моментов… Ммм, Хэлдэрэ? – он с удовольствием рассмеялся, видя, как она прикрыла глаза.

– Ты невыносим…

– Ты так упорно хочешь меня куда-то вынести?.. Мне кажется, без меня тебе будет одиноко… Ну или, во всяком случае, не так приятно, как со мной…

Хэлдэрэ не ответила. Руки кера скользили по её телу, дыхание Мары сбивалось, слабели ноги, и сладостная истома разливалась по каждой клетке. Мысли отступали. Ощущения наполняли всё её существо, вытесняя на время тревогу, страх, сомнения, стеснение. Ей ничего не надо было решать – всё было решено за неё. И она не противилась этому, отдавая власть тому, кто сейчас касался её. Касался бесстыдно, неторопливо, растягивая мучительное наслаждение. А обездвиживающее заклятие только усиливало ощущения.

Алхор говорил что-то, но Хэлдэрэ почти ничего не слышала. Она – чувствовала…

***

– Вот скажи мне, Ульфар, – начал Алхор, не здороваясь. – Как проверить, жив ли один из керов?

– Ты про Хэруола? – сощурился шаман.

– Естественно. Да и… Что за дичь с этой завязкой на тело? А если его сожгут, допустим? Сэахор не придумал ничего вразумительного?

Ульфар хмыкнул.

– Думаешь, он мне всё рассказывал? Я знаю только, как душу в тело запихать имеющееся. Причём в родное. И только. И душу знаю, как приманить именно к телу. А не просто так. Не проверим мы, жив ли мальчишка. Никак.

– Плохо, – Алхор сжал губы.

– Что, доходит, что наворотил, милорд демон? – усмехнулся шаман.

Тот вскинул на него глаза.

– Лорд, конечно, дрянь редкостная был, но в магических вещах силён. И керов он создал. Вся правда – у него.

– Он уже её никому не расскажет.

– Ой ли, – фыркнул шаман. – Орину, поди, уже многое рассказал. Нехорошую вы сделку заключили с ним, ой нехорошую, – он покачал головой. – Сэахор заслужил многое, но вот не станет ли хуже, что мы его этим двоим отдали? Не выдаст ли им чего полезного? Не поможет ли им своих собственных керов сварганить? Не расскажет ли о наших слабых местах, которых мы сами, может, и не знаем-не ведаем?

– Очень своевременные размышления, Ульфар, – взгляд Алхора стал неприязненным.

Тот развёл руками.

– Вас с госпожой демоницей в тот момент остановить было невозможно. Да и Камни погасить надобно было. А для этого сделка пригодилась. Ну а последствия… Потом подумал. Когда тех двоих увидел. Не убьют они его, помяни моё слово, – узкие глаза вперились в лицо бывшего кера. – Используют. Против нас.

– До меня дошли слухи, что Хэруол пытался Сэахора выручить и попался, – произнёс Алхор сумрачно. – И был замучен насмерть.

– О, на нашего брата охота открыта? – усмехнулся Ульфар. – Неплохо.

Алхор прищурился.

– Что удивляешься, милорд демон? Вполне на Мара-болтуна похоже. Он такие игры любит. Предупредил бы ты остальных – кто по крепостям. Чтоб поосторожнее были…

– Крепости надо привести в нормальный зачарованный вид – тогда и предупреждать не придётся, – Алхор сжал губы. – Займись-ка.

– У госпожи демоницы разрешения испрошу и займусь, – шаман был невозмутим.

– Она скажет тебе то же самое.

– Вот скажет – и пойду.

– Ульфар.

– Ты от трона отказался, милорд демон, – узкие глаза были насмешливы. – Ты – фаворит, и только. А королева – она. Ей и решать.

***

Королева приветственно улыбнулась вошедшим. Хэлгар прикрыл за собой дверь, не отпуская руки Ириэль. Та была спокойна и мягка – в движениях, в мимике, в обращённом на кера взгляде слепых глаз.

– Моя королева, прибыли по твоему приказанию, – склонил голову Хэлгар.

– Спасибо, Хэлгар. Ла… Ириэль, я хочу поговорить с тобой.

– Я буду у входа, – Хэлгар снова слегка поклонился.

Мара повернулась на эльфийку.

– Ириэль, как ты себя чувствуешь?

– Всё хорошо, моя Королева… – улыбнулась та. – В Мирас-Антоле прекрасный воздух… Да и в Рамгаре мне нравится.

– Люди Мирас-Антола тепло отзываются о тебе. Говорят, ты умеешь поддержать любого и вселить желание жить.

– О, я так рада это слышать, – она прижала руки к груди. – Это такая мелочь, что я делаю…

– Ты хочешь сделать больше? – серо-призрачные глаза смотрели пристально.

– Конечно! – воскликнула она.

– Я позволю вам с Хэлгаром вернуться в Мирас-Антол. Крепость останется во владении Хэлгара. Но в те дни, когда он будет присутствовать в Рамгаре, ты будешь приезжать с ним. И тогда люди и эльфы Рамгара смогут тоже приходить к тебе за поддержкой. Ты хочешь этого?

– Конечно, госпожа! Ой, моя Королева, – поспешно исправилась эльфийка. – Конечно, я буду рада. Я могу – если Королева разрешит и Хэлгар… Я могу и в другие крепости приезжать…

– Это было бы прекрасно, – улыбнулась Хэлдэрэ. – Помощь нужна всем. Доброе слово… Да, и… Ириэль… Я могу попытаться исцелить твои глаза.

Эльфийка мягко улыбнулась.

– Позвольте отказаться, моя Королева. Я не вижу – но я чувствую. Очень много. Я вижу Души людей. Так проще.

Хэлдэрэ вдруг криво усмехнулась.

– А мою Душу видишь?

– Конечно, – новая мягкая улыбка коснулась её губ. – У вас добрая душа, моя Королева. Но много боли и сомнений. Вы корите себя. Неспокойны. И… спешите… Как будто боитесь не успеть что-то…

Хэлдэрэ вздохнула.

– Да. Боюсь… Но это привычно. Я всегда чего-то боюсь, – усмехнулась она невесело. – Впрочем… Не важно. Тебе я дам право и возможность помогать Душам. У тебя будет должность… Жалованье… Всё, как полагается.

– Ой…

– Ириэль…

– Я могу просто… От сердца…

– Вот и будешь. От сердца и с жалованьем. Одно другому не мешает. Подумай ещё немного. Пару дней. И мы всё сделаем. Люди будут знать о тебе – я представлю. Неприкосновенность, защита короны – всё будет. Подумай.

– Спасибо, моя Королева… – Ириэль задохнулась от накативших чувств. – Я… Я буду счастлива…

– Подумай, – Хэлдэрэ встала. – А пока ступай. Хэлгар! – крикнула она.

Дверь отворилась. Кер стоял на пороге.

– Мы с Ириэль закончили. Вы свободны.

– Благодарю, моя Королева, – поклонился он, бережно взяв эльфийку за руку.

– Благодарю… – прошептала та.

Хэлдэрэ кивнула и вышла из тронного зала. Хэлгар взглянул на спутницу.

– Всё благополучно?

– Всё чудесно, – расцвела та. – Я расскажу сейчас! Королева мне благоволит. И… Мы сможем вернуться в Мирас-Антол! – она сияла.

– Вот как? Это добрые вести.

– И это не всё!

– Пойдём, расскажешь по дороге…

– Да, конечно! Оказывается, люди Мирас-Антола…

…Дверь тронного зала захлопнулась за ними, шаги и голоса стихли. Шумел только поднявшийся за окном ветер. Тревожный, резкий, срывающий с деревьев листву…

Обрывки записей Алхора

Хэлдэрэ, ну как же так?! Так ошибиться, так попасться… Досадно и глупо… Бесит. А ты, Орин… Обыграл, ничего не скажешь. Сыграл на её слабостях. Тонко обвёл вокруг пальца. Что ж, признаю, та партия осталась за тобой…

Я неосмотрительно поверил твоему слову тогда, в Кайрит-Дижой. Упустил время. Но чего же ты хочешь, Орин? Зачем тебе заклятие на Хэлдэрэ? Ослабить нас и затем напасть? Примитивно. Что тебе нужно?

Интересная игра. Щекочет нервы.

Войну я не хочу. Бессмысленно. Орин уже не отступится от своего ультиматума. А победить его… Наложить на него им же созданное заклятие? Хм, сомневаюсь, что это возможно. Более чем уверен, что он знает, как этого избежать. А вот наша попытка это провернуть обернётся разрушительными последствиями.

Возможно, он как раз и провоцирует нас. Чтобы развязать себе руки. Хотя, зная его, они у него и не бывают связаны. Но он игрок – а значит, у игры есть какие-то правила. Вполне возможно, что он ждёт, что мы нападём. Потому что идея Хэлдэрэ уж слишком на поверхности.

Нельзя. Так делать нельзя.

Надо ехать в Лазис. На родину… Город, где я рос. Город, в котором вся моя жизнь раз за разом шла под откос… Но ничего. Это город переломных моментов. Переломим ход событий – на этот раз в другую сторону.

Я намерен победить. И действовать я буду один. Больше ошибок быть не должно. А потому Хэлдэрэ не должна знать лишнего. Да она и не особо стремится к этому – углублена в себя, закрыта. Значит, займусь этим сам.

И, да, Орин. От своих интересов я не отступлю. Твоё напоминание было излишним. Ты сведущ в магии, а я – в интригах. Зря ты со мной так…

– Зачаровать крепости?.. От Маров… – она задумчиво взглянула на Ульфара. – Сомневаюсь, что это возможно. В смене облика демон почти неощутим. Охранные чары могут не заметить его.

– Ну хотя бы что-то. Вряд ли они в слабом обличье полезут.

– А зачем им вообще к нам лезть? Алхор чуть ли не подружился с ними, – она передёрнула плечами.

– Знаешь, госпожа демоница, с такими, как Мар-болтун, дружить невозможно. Всегда надо быть начеку. Не доверять. И побеспокоиться о себе самим. Так что давай-ка поработаем.

– Хорошо… Только слегка иначе. Нам нужны маги, – она посмотрела ему в глаза. – Нужно собрать их, натренировать, научить. Сделать из них несколько отрядов. Чтобы в крепостях были и патрулировали. Чтобы у них были и амулеты – отслеживающие демоническую энергию и просто магическую. Следящие амулеты… И чёткие инструкции, что делать, если фон магии амулеты покажут высокий. Сэахор не любил магов воспитывать, боялся, думаю, бунта. Нам бояться надо не своих, а чужих. И лучше уделить время взращиванию своих, чем вкладываться в крепости. Тут нужные живые души и живые умы.

Ульфар задумчиво смотрел на неё.

– Хм, госпожа демоница… А мне нравится… Что, на меня взвалишь это, да?

– Больше не на кого. В другие времена Хэруол мог бы заняться… Но, увы…

– Да уж… Хорошо, госпожа демоница. Пойду я. Займусь малолетними оболтусами…

– Совсем уж молодых зачем?

Шаман рассмеялся.

– По мне так они все молодые – когда у самого за спиной лет эдак за триста…

Хэлдэрэ улыбнулась – впервые за разговор.

– И то правда.

– А ты, госпожа демоница? Не желаешь присоединиться?

Она покачала головой.

– Нам с Алхором нужно в Лазис. На Светлый Совет.

Глаза шамана расширились.

– В самое пекло?! Вдвоём? С ума сошли, никак?! Вам вместе нельзя. Хоть кто-то должен здесь остаться. А то прихлопнут одним ударом вас обоих – и что тогда?!

– А поодиночке тем более нельзя. Если он один туда сунется – может и не вернуться. Вдвоём больше шансов.

Шаман покачал головой.

– Не нравится мне это, госпожа демоница. Пахнет дурно эта идея.

– Выбора нет, Ульфар. Или же я его не вижу, – Хэлдэрэ вздохнула. – Ехать надо. Мы должны добиться свободы для страны.

Ульфар недоверчиво на неё посмотрел.

– Плохая идея. Очень плохая идея.

Мара развела руками. Шаман поцокал языком.

– Не нравится мне всё это. Думай, госпожа демоница, думай. Соваться к Светлым – это вам не шутки.

– Никто и не шутит… Всё даже слишком серьёзно…

***

– Хэлдэрэ…

Мара вскинула на него тревожно-серые глаза, оторвавшись от сборов.

– Алхор?

– Хэлдэрэ, а как тебя угораздило с Сэахором связаться? – кер, задумчиво прищурившись, смотрел на неё.

Она неопределённо повела плечом.

– А это важно?

– Любопытно.

Мара странно усмехнулась.

– По глупости – как же ещё… – она положила что-то из вещей в сумку.

Алхор выжидательно молчал. Хэлдэрэ бросила на него недовольный косой взгляд.

– Ну вот представь. Глушь. Деревня. Лес с болотами. Я со своей магией, с попытками её освоить. И куча дураков – жителей этой деревни. Меня не трогали – чревато… Но и поговорить не с кем было… – она смотрела в невидимые Алхору дали.

– И тут появился Сэахор? – усмехнулся кер.

Мара покачала головой.

– Мхэлен.

– Мхэлен?!

– Да. Оказалось, они пришли в деревню. Ты же знаешь, тогда был этот Магический катаклизм. Демоны полезли… А маги были вынуждены прятаться, путешествовать – так демонам было сложнее нас выискивать. На одном месте нельзя было находиться…

– А ты? Ты же жила в этой деревне всегда? – Алхор устроился в кресле поудобнее.

– Да… – Мара стала сумрачнее. – Я была в сомнениях… Магия рвалась из меня наружу, а я… Я боялась, – рассмеялась она. – Боялась, что, позволив ей раскрыться, я стану лёгкой добычей для демонов. Так и жила – ни туда и ни сюда. Зависла. Меня раздирало изнутри этой магией… Но в то время быть магом – это подписать себе смертный приговор…

– Хм, похоже, нелюбовь к занятиям магическим искусством у тебя с тех времён и осталась… – догадался Алхор.

Хэлдэрэ бросила на него острый взгляд.

– Считаешь меня недоучкой? – рвано спросила она.

– Нет, – спокойно ответил бывший кер. – Просто анализирую. Так что было дальше? Откуда взялся Мхэлен? Почему один? А Сэахор где был?

– Сэахор задержался в деревне, а Мхэлен нашёл меня на болотах… Я там жила, подальше ото всех… – она погрустнела, взгляд остановился. – Я удивилась, когда его увидела. И всё же мы разговорились. Он подсказал, как можно защититься – если что… Потом показал несколько заклинаний… Мы с ним разные – очень… Он мастер Камня, а я – Туманов… Но некоторые вещи похожи… Мы общались долго. Много дней. Пока Сэахор что-то искал в нашей деревне…

– А потом он тоже пришёл к тебе?

– Нет. Потом я пришла в деревню, – Хэлдэрэ смяла рубашку, которую держала в руках, явно собираясь положить в сумку. – А там – он…

Алхор усмехнулся.

– Очаровал? Он привлекательнее Мхэлена. Да и, наверно, не грубил…

Мара грустно улыбнулась.

– Дурочка я была… Повелась. Была польщена… Никогда на меня так не смотрели – с восхищением, как на богиню. Да ещё такой мужчина – не чета нашим деревенским. Красивый, взрослый – он же старше меня лет так на десять был. Ну а то, что он – маг… Просто идеал девичьих грёз, – она горько усмехнулась. – Какая же я была наивная…

– Немудрено. Тебе лет двадцать было?

– Восемнадцать.

– Оооо… – протянул Алхор. – И что дальше?

– А то тебе непонятно, – фыркнула Мара, подняв на него взгляд. – Можно подумать, ты не представляешь себе его дальнейшие действия.

– Я бы на его месте тебя бы очаровал, окружил вниманием, говорил бы много красивого… Не подпускал бы Мхэлена к тебе и понемногу допускал бы про него какие-то нелицеприятные замечания. Ну и, следственно, соблазнил бы тебя.

Мара отвернулась.

– Так и было, – её голос стал глуше, она принялась расправлять помятую рубашку. – Ну а потом… Демоны… Слишком долго Сэахор и Мхэлен были в нашей деревне. Их выследили. Они поняли это и собрались уходить…

– И Сэахор позвал тебя с собой. Наверняка сказал, что, если ты останешься, тебя точно убьют.

– Да.

– А Мхэлен? Проглотил обиду?

– Нет. Они стали ругаться – куда больше, чем раньше. А потом Мхэлен ушёл. Сэахор сказал, что это – чтобы запутать след, но… Но это неправда. Мхэлен просто уходил. Он… Он позвал меня с собой. Говорил мне, что Сэахор просто пользуется мною… Но я… – Хэлдэрэ опустила глаза. – Я не верила. Я резко отказала ему. Обидела его…

Алхор внимательно смотрел на задумчиво-расстроенную Мару.

– Так вот с чего Мхэлен так на тебя взъелся… А почему ты не ушла от Сэахора, когда он на тебя демона натравил? Думаю, Мхэлен был бы рад…

– Слишком рад, – она улыбнулась уголками губ. – Понимаешь, Алхор, – Мара взглянула в синие глаза, – Мхэлен мог бы быть моим другом. А он хотел… Большего. Он мне, как Тенна когда-то – как друг, брат… Уйти от Сэахора к нему – это дать ему повод подумать, что я согласна… Согласна быть с ним, понимаешь? А я не согласна. Он же, как и Сэахор – настойчивый. Я сглупила дважды, – она закусила губу. – С обоими братьями повела себя неосмотрительно. Дурочка была… Не понимала, что нельзя так с мужчинами общаться. Не знала, как они это расценят… А уйти от Сэахора в никуда я не могла, – она вскинула глаза, как будто защищаясь. – Не знала жизни. Боялась, что не смогу… Да и стать Марой – это оказаться для демонов ещё более заметной, чем раньше… – она покачала головой. – Сэахор прекрасно привязал меня к себе. Я не могла уйти. Испугалась. Смерти, – улыбка Мары стала горче. – Не знала тогда, что бояться надо жизни. И своей трусости.

– Сэахор знал, что делает. Ломал тебя. Как по нотам.

– От этого не легче.

Алхор пожал плечами.

– Заметь, он собрал вокруг себя самых лучших – в его понимании. Все мы проиграли ему. Всем он надавил на слабое место. Я так вообще глупо попался. На тебя как на наживку, – он усмехнулся. – Он сыграл на моей самонадеянности и на жажде мести тем, кто отправил мой род в опалу. Хэлгару он уничтожил семью и свалил вину на его королей. Всё на поверхности – может, потому мы все и проиграли ему. Ждали более хитрых ходов. А он действовал очень просто. И всё же мне непонятно – откуда у Мхэлена столько ненависти к тебе?

– Он встретил Орина.

– Хмммм?

– Я не знаю, что там произошло. Что Орин пообещал, что сказал. Голубых искр никто из нас не видел, – она грустно улыбнулась. – Может, он так же заговорил его. Внушил лютую ненависть. Или, скорее, растравил её. Помог разгореться. Вылепил нам врага. Можно подумать, нам демонов было мало… – она бросила многострадальную рубашку на сумку и села на край кровати.

– А с Орином что Сэахор не поделил?

– Я не знаю. Он не рассказывал никогда.

– Почему же Сэахор считал всегда своим врагом Мхэлена, а не Орина? По мне так Мхэлен просто пешка…

Мара пожала плечами.

– Орин оказался хитрее… Мы думали, что он способен заговорить только не-Маров. Поэтому казалось, что это он присоединился к Мхэлену, а не Мхэлен к нему. Сэахор говорил, что, если уничтожить Мхэлена, Орин исчезнет сам. Не станет враждовать.

Алхор фыркнул.

– Очень странное умозаключение.

– Знаешь, – Мара остро на него посмотрела, – Сэахор и нас всех заполучил себе странным образом. Какими-то глупыми ходами. Которые взяли и сработали. Он ничего не говорил мне про Орина – про причину их вражды. Он может знать про него что-то, чего не знаем мы. А мы сами, своими руками отдали его ему… – она вздохнула. – Хорошо, что Орин с нами в Магическом договоре. Потому что иначе… Боюсь, только Сэахор знает, что за сила у Орина. И как с ним справиться. А теперь этого никто не узнает.

Алхор, прищурившись, слушал её.

– Мне он тоже ничего не говорил про него. Хотя я ни раз спрашивал.

Мара кивнула.

– Сэахор, думаю, хранил много секретов. Которые унёс с собой в могилу.

– Зря он это, конечно… – процедил Алхор, упруго встав. – Но ничего. Разберёмся…

– Алхор… – вдруг задумчиво протянула она. – Так, может, нам надо охотиться не за Орином? А за Мхэленом? Наложить заклятие на него? Ослабить Орина таким образом?

Бывший кер посмотрел на неё с интересом.

– А это интересная мысль. Я обдумаю… Что ж, Хэлдэрэ, снова вдвоём на передовую? – усмехнулся он. – Как в старые добрые?

Мара невесело рассмеялась. Алхор хитро прищурил синие глаза. Впереди была неизвестность. Впереди была опасность.

Как и всегда.

***

Она крепко спала, а он смотрел на неё. Смотрел долгим, сумрачным взглядом. Тёмные волосы разметались по подушке, веки были плотно смежены, чёрные ресницы запутались. Мара спала без сновидений…

А он не мог забыться сном. Одна ошибка – всего одна дорогая, безумно дорогая ошибка… Цена вопроса велика, как никогда. И сделка с совестью…

Но это привычно.

Мозг просчитывал варианты. Искал. И снова считал. Выход должен был быть. Простой, изящный. И потому он не спал – просто не мог уснуть. А в огне камина догорали листы пергамента, исписанные его почерком – как и всегда. Он сжигал всё, что писал. Так надо. Давняя полезная привычка. Иначе – ему – нельзя.

Слишком страшно попадание его записок в чужие руки и особенно – в чужие головы. То, что там написано, обычно недалеко от приговора… Особенно сейчас.

Это с теми, кто не дорог – легко. Потому у него никогда никого не было.

«Это смертельная болезнь» – считал Сэахор. Вот только для кого смертельная, он не уточнил…

***

– Зачем мы здесь? – Хэлдэрэ внимательно посмотрела на Алхора, кутаясь в тёплый шерстяной плащ.

Мара наблюдала за ним. День ото дня Алхор становился всё задумчивее и задумчивее. В его взгляде загорались и гасли странные огоньки. Он обдумывал что-то. Что-то очень важное, занимающее все его мысли.

А погода портилась всё больше – как и настроение демона. Он становился мрачнее – как будто придумать ничего не удавалось. Складки у плотно сжатых губ были всё ярче, а взгляд – всё жёстче. И молчание. Тишина. Тишина наедине. Страшная, убивающая тишина. Хэлдэрэ незаметно вздохнула. Зима, казалось, приходила не только в мир. Она приходила в её жизнь.

Остатки листьев на деревьях превратились в бурые мокрые ошмётки. Такое же месиво неприятного цвета чавкало под ногами. С грязно-серого неба падали редкие снежинки.

– Здесь есть несколько эльфов, которых надо взять с собой, – Алхор придирчиво оглядел стены Илир-Гэна. – Заодно переночуем. В полях, знаешь ли, ночлег будет менее приятным, чем в эльфийской крепости. Кстати, – он взглянул на Мару, – твоему мороку придётся в ночи полететь обратно в Рамгар. А со мной в составе делегации поедет Таэль.

– Значит, мне уже надо менять обличье? – она нахмурилась.

– Тебе придётся временно поиграть две роли, – Алхор снова смотрел на крепость, а позади них спешивались с драконов трое людей из Рамгара. – Ты мне нужна в своём естественном облике для одного небольшого дела. А морок в виде Таэль вот-вот появится, – он подмигнул. – Прилетит на драконе, я полагаю. Возможно, из Мирас-Антола. Мои люди есть везде. Никто не удивится…

Хэлдэрэ молча кивнула.

– Хорошо.

Кер внимательно на неё посмотрел.

– Это будет незабываемая вылазка, – усмехнулся он. – Тебе понравится.

Мара с сомнением взглянула на него.

– Мои чувства говорят обратное… Но… Наверное, я как всегда, драматизирую…

– Просто и легко не будет, тут твои чувства правы. В остальном же… – он прищурился, взглянув в мутное небо. – Поиграем…

***

– Ты сбрендил?! – Тарис в ярости смотрела на бывшего кера, а ныне – негласного Владыку Тёмной стороны. – Нет! Я уже всё сказала! Я не собираюсь становиться Марой, пока… Не важно… В общем, нет! – её золотые глаза сверкали, как у рассерженной кошки.

Алхор раздражённо вздохнул.

– Интересно, и кто же тогда защитит Илир-Гэн, если мои переговоры вдруг провалятся? Эльфы с луками? – он фыркнул. – �