Сердце Дракона. Книга 8

© Клеванский Кирилл

© ИДДК

Глава 633

В темной лаборатории, посреди множества котлов, колбочек, склянок и безумного количества свитков стоял Повелитель Макин, один из наставников лучшей школы боевых искусств столицы Дарнаса – Даанатана.

Школа Святого Неба уже давно стала для Макина вторым домом. Если не первым… а как положено жильцу дома, Макин знал обо всем, что происходит в школе. И в том числе за ее пределами.

– И вновь неудача? – спросил он, казалось бы, пустоту.

Макин подошел к нефритовой печати. Изысканная, украшенная сложными узорами, она лежала на небольшом треножном алтаре.

Подойдя поближе, Макин провел над ней рукой и что-то прошептал. В ту же секунду в центре печати зажегся маленький зеленый огонек. Из него одновременно со всполохом вылетел туманный иероглиф.

Макин встретил его широкой, жадной улыбкой. Его нисколько не беспокоил тот факт, что при движении в сторону котла этот иероглиф издавал низкий, протяжный гул. Будто кричал что-то.

Кричал совсем как человек.

– Он вернулся обратно, – донесся из тьмы голос.

Макин усилием воли подхватил иероглиф и твердой рукой направил его в котел. Символ будто сопротивлялся. Звук, который он издавал, становился все громче и громче.

Иероглиф порывался вырваться из хватки Макина, но не мог. Он дергался, рвался запертой в клетке вольной птицей, но лишь сильнее путался в нитях воли Повелителя.

Спустя несколько мгновений он затих внутри небольшого котла, под которым горело разноцветное пламя. Накрыв котел крышкой, Макин отошел к столу, где лежало огромное количество разнообразных свитков.

Взяв один из них, он что-то вписал, потом посмотрел на сложный часовый механизм и сделал еще несколько записей.

– Обратно, – фыркнул Макин. – Ты хочешь сказать – обратно под надзор Оруна? Этот варвар, носящийся всюду со своим треклятым мечом, и так в последнее время не сводит с меня взгляда.

Некоторое время в лаборатории было тихо. Только скрип пера о пергамент нарушал звенящую тишину.

– Мы договаривались о возвращении объекта в город, – наконец произнес голос. – Он вернулся. На этом мы…

– Не играй со мной!

По лаборатории пронеслась сокрушающая волна силы. Голос, издав несколько стонущих звуков, затих. Макин же даже не обернулся.

Он продолжил что-то записывать в свитки и совершать таинственные манипуляции над многочисленными колбочками и котлами.

– Когда цель достигнет ступени Рыцаря духа, ты приведешь его ко мне.

– Но…

– Никаких но! – И очередная волна силы ударила по тени, спрятавшейся во мраке лаборатории. – Если не сделаешь этого, то можешь забыть обо всех наших договоренностях.

Макин ждал, что голос заявит о том, как многое из планов наставника ему известно, но тому хватило ума промолчать.

– Хорошо, наставник Макин, я приведу его к вам, но пообещайте, что…

– Извлечение Имени не смертельно, – перебил Макин. – С объектом, помимо утраты бесполезного дара, ничего дурного не произойдет.

Через пару секунд ощущение того, что во мраке есть кто-то еще, полностью исчезло. Макин, нисколько не обратив на это внимания, продолжил заниматься своими исследованиями.

Все, на что были направлены его усилия в последние века, – это создание пилюли Ста Голосов. Именно благодаря ей он будет способен на миг узреть просторы владения, находящиеся за “Королевством оружия и стихий”. Те мифические мистерии, власть над которыми доступна лишь не менее мифическим бессмертным.

Что такое на фоне подобной силы и мудрости какие-то ложь своему слуге и смерть одного простолюдина? Лишь пыль на дороге Макина. Макина Давлосского, перед которым однажды склонит голову даже император и поплатится за все то горе, что по его вине пришлось испытать родине Макина…

– Не время, – прошипел Макин самому себе. – Не время тешить себя мечтами о мести. Лишь когда сила будет в моих руках, только тогда я смогу перейти к делу.

С удвоенным рвением Повелитель вернулся к своим многочисленным записям и столь же большому количеству котлов и колбочек.

* * *

Хаджар стоял у подножья высокой скалы. Находящаяся прямо в центре города, она буквально подняла в небо огромный пласт земли площадью во многие десятки и сотни квадратных километров.

Именно там, наверху, за высокими стенами, украшенными золотыми и нефритовыми барельефами, находилась школа Святого Неба. Одна из трех лучших школ боевых искусств Даанатана и всей империи Дарнас. Наряду с ней за это звание могли посостязаться лишь школы Талой Воды и Быстрой Мечты.

Хаджар не был здесь всего полтора месяца, но, глядя на учеников, толпящихся на широкой железной платформе, служившей лифтом в школу, он чувствовал, будто странствовал не меньше нескольких лет.

Взойдя на платформу, Хаджар окинул взглядом присутствующих и отдал мысленную команду нейросети: “Сканирование”.

Имя: Парлакс. Уровень развития: Рыцарь духа, начальная стадия. Сила: 11; Ловкость: 7,5; Телосложение: 13; Очки энергии: 98,5.

Откуда нейросеть смогла выяснить имя здоровенного детины, который держал на плече окованную железом дубину, Хаджар не знал. Но, скорее всего, вычислительный модуль имел доступ к подсознанию Хаджара.

Почему тот пришел к такому выводу?

Просто детина метров двух ростом и полутора в плечах стоял не один, а в компании друзей.

– Парлакс, а как ты…

Дальше Хаджар не вслушивался. Как он и подозревал, все те годы, что сеть находилась в перезагрузке, вычислительным модулем для нее выступало сознание Хаджара. И именно поэтому она была способна устанавливать “обновления”, которые на деле являлись не чем иным, как эволюцией самого Хаджара.

– Статус, – отдал приказ он.

Имя: Хаджар. Уровень развития: Небесный солдат, развитая стадия. Сила: 15,5; Ловкость: 16,5; Телосложение: 20,7; Очки энергии: 147.

Хаджар, уже несколько раз вызывавший собственный “статус”, не был удивлен появившимся у него перед лицом цифрам.

Более того, в любой момент он мог отдать нейросети приказ – и та пересчитала бы показания из “драконьих мер” обратно в человеческие.

Тогда, в Море Песка, что только подтверждало догадку Хаджара об истинной сущности вычислительного модуля, он потратил некоторое время для исследования трупа Хозяина Небес, павшего от руки бессмертного Харлима. И судя по всему, этого хватило, чтобы нейросеть смогла перенастроить свои показания под новую систему мер.

По краям платформы вспыхнули таинственные знаки и руны. Теперь, после путешествия, Хаджар знал, что внутри платформы, между листами ее стали были спрятаны кристаллы-накопители, которые и давали силу иероглифам и рунам.

Что же до такой внушительной разницы в характеристиках, то подобное легко объяснялось волчьим отваром, обладанием Хаджаром укрепленных и удлиненных меридианов, а также влиянием сердца дракона.

Иными словами, в данный момент Хаджар, будучи Небесным солдатом начальной стадии, обладал силой как минимум Рыцаря средней. Что почти на ступень выше.

Поднявшись на платформе, Хаджар выстроился в очередь из учеников. Здесь, как и прежде, в основном стояли обладатели серебряных медальонов.

Ученики внешнего круга возвращались с мешками, полными разнообразных трав, горной породы, древесины и кореньев. Кроме как собирательством этим бедолагам сложно было добыть себе очки славы, необходимые для учебы в школе Святого Неба.

Изредка попадались обладатели такого же, как и у Хаджара, золотого медальона. Полноправные ученики в основной своей массе тоже стояли с мешками. Но в них лежали совсем не травы, а различные ядра монстров. Куда реже – артефакты, взятые в бою у учеников других школ.

Порой Хаджару становилось не по себе от осознания того, с каким рвением ученики школ Святого Неба, Талой Воды и Быстрой Мечты резали друг другу глотки. А император и чиновники смотрели на это не просто сквозь пальцы, а с явным поощрением.

Сегодня в очереди не обнаружилось ни обладателей нефритовых медальонов (учеников внутреннего круга, с которого начиналось истинное обучение в школе), ни тем более деревянных медальонов, кои носили только личные ученики наставников – элита среди элит.

– Стой, – прозвенел над Хаджаром знакомый голос.

Глава 634

Над Хаджаром навис огромный пятиметровый воин-голем. Полностью закованный в артефактные латы, излучавшие силу Императорской брони, он держал в руках гигантское семиметровое копье. Также – Императорский артефакт.

Рядом с ним стоял гигантский голем-тигр, один рык которого, как однажды видел Хаджар, взорвал голову ласканскому шпиону. Целый день об этом говорила вся школа. Собственно, произошло это накануне диверсии, в которой погибли сотни дворян и десятки аристократов Дарнаса.

Именно после этого две империи перешли к такому накалу отношений, что войны уже не просто ждали, а готовились к ней. Причем, вспоминая разговор со стариком, даже смертные.

– Хаджар Дархан, – Хаджар протянул золотой медальон, – полноправный ученик школы Святого Неба. Возвращаюсь с задания.

Голем-тигр подошел к Хаджару. Один только его глаз оказался размером с ладонь. Понюхав медальон, он отодвинулся в сторону, а голем убрал свое копье, преграждавшее все это время путь в школу.

Хаджар прошел на широкую, мощеную камнем дорогу. Частенько они с Эйненом называли ее центральным проспектом. От нее шло несколько ответвлений. Одно – в сторону леса, где обитали ученики внешнего круга.

Там же в первые недели жили и Эйнен с Хаджаром. Они поставили на холме ладную избу, в которой, по сути, переночевали всего несколько раз.

Чуть дальше, с противоположной от Зала Славы стороны, находились общежития полноправных учеников. Старенькие, но все еще справные здания. Потом – общежития учеников внутреннего круга. Вот они напоминали гостиницы для дипломатов или очень богатые таверны.

Ну и у самой Башни Сокровищ, огромного семиэтажного здания, в котором хранились все сокровища и знания школы, обособленно стояли собственные дома личных учеников.

Проходя мимо группы учеников внешнего круга, Хаджар решил их окликнуть.

– Старший ученик, – немедленно склонили головы молодые. Кого-то из них Хаджар даже смутно помнил в лицо.

– Младшие ученики, – поздоровался он так, как было принято в школе. – Я некоторое время отсутствовал в школе. Не скажете мне, почему так строго с досмотром?

Группа учеников, несших за плечами огромные холщовые мешки, переглянулась.

– Наверное, старший ученик был на задании больше месяца, – догадалась одна из девушек. Как и большинство адептов, в мире смертных она прослыла бы писаной красавицей. – Несколько недель назад на школу совершили нападение.

– Нападение? На школу? – Сказать, что Хаджар удивился, – не сказать ничего.

– Да, – кивнула девушка. – Ученики внутреннего круга Талой Воды напали на лифт и убили около сотни наших. После чего поднялись к вратам, где их всех положили несколько наших учеников внутреннего круга.

– Кажется, Диносы, Марнил и островитянин с копьем, – подал голос юноша с длинным ростовым луком. – Эйнен или как-то так. Недавно он тоже стал учеником внутреннего круга.

Хаджар, услышав эти новости, сначала был шокирован, а затем обрадован. Эти полтора месяца Эйнен явно без дела не сидел и успел заполучить нефритовый медальон!

– Ты выглядишь удивленным, старший ученик, – продолжила девушка.

– Не каждый день ученики других школ нападают на чужие территории.

– Тебя действительно давно не было… Так было раньше. А теперь мы почти каждый день сталкиваемся с кем-то на Имперском тракте.

Хаджар нахмурился. Он и сам однажды бился на тракте с учениками соперничающей школы. Именно в этой битве он познакомился с Прайсом Гераном, человеком, который мог бы стать ему другом, но погиб как достойнейший из врагов.

– Император объявил о скором начале военных игр, – продолжила девушка. – Все связывают их с приближающейся войной с Дарнасом.

– Военные игры? – переспросил Хаджар.

Девушка кивнула, а вместо нее продолжил уже юноша с луком.

– Через полгода в полях Гаревена начнутся военные игры между нашей школой, Быстрой Мечтой и Талой Водой. Та школа, которая победит, получит награду лично из рук самого императора. И все полагают, что победа в этих играх станет залогом победы и в Турнире Двенадцати.

Хаджар присвистнул. Он действительно многое пропустил за то время, что провел в своих странствиях.

– Прости, старший ученик, – поклонились юноши и девушка, – но нам нужно спешить в Зал Славы.

– Да, разумеется, удачи вам, младшие ученики.

На том они и разошлись. Сам же Хаджар, решив немного перевести дух и успокоить бешеный бег мыслей, уселся на ближайшую скамейку.

Если император решил устроить военные игры, которые издавна проводились исключительно между армиями – и то исключительно в качестве учений, то вопрос о войне действительно не стоял.

Скорее всего, она начнется вскоре после Турнира Двенадцати, которой позволит ученикам стать несколько сильнее.

А уж учитывая то, что ученики школ – это не военные, то на играх не обойдется без кровопролития, что тоже сделает выживших сильнее.

Иными словами, огромное количество адептов Святого Неба, Талой Воды и Быстрой Мечты решили проредить для того, чтобы избавиться от лишних ртов и взрастить будущих военных офицеров.

– Проклятье, – выдохнул Хаджар.

За это время он действительно многое упустил.

– Совершенно с тобой согласен, мой будущий ученик.

Хаджар вздрогнул и повернулся. Рядом с ним сидел наставник Орун. Он выглядел точно так же, как и в прошлую их встречу. Статный, широкоплечий, покрытый именной татуировкой, смысла которой никто, кроме него самого, не знал.

В простых холщовых штанах, босоногий и с ожерельем из клыков, которое, без сомнения, являлось на деле пространственным артефактом.

Удивительно, но Повелитель средней стадии, сидя рядом с Хаджаром, совсем не вызывал любопытства со стороны учеников. Они проходили мимо, казалось, и вовсе не замечая одного из величайших мечников империи. А может – величайшего.

– Наставник. – Хаджар, абсолютно не задумываясь, коснулся двумя пальцами сердца, затем лба, а потом неба. Сделал он это одновременно с поклоном. Не столько из-за необходимости или лизоблюдства, сколько из глубокого уважения. – Простите, что задержался. В пути произошли непредвиденные обстоятельства. И эта задержка – полностью моя вина. Я готов понести люб…

Орун перебил Хаджара. Причем способ он выбрал самый неожиданный из тех, что можно было себе представить. Мечник, хлопая себя по коленям, заливисто засмеялся. Он хохотал так громко и так радостно, что его легко можно было спутать с сумасшедшим.

– Мой будущий ученик, – наконец произнес Орун, утирая выступившие от смеха слезы, – скажи мне, ты вернулся сильнее, чем уезжал?

– Намного, – кивнул Хаджар.

– Тогда ты бы мог задержаться хоть еще на полгода, если бы они принесли тебе такую же пользу, как эти полтора месяца.

Орун откинулся на спинку скамьи и скрестил руки на могучей груди.

– А теперь ответь мне на один вопрос, – взгляд наставника стал суровым и серьезным, – ты задержался потому, что решил поближе познакомиться с орками, или что-то попрепятствовало твоему путешествию?

Хаджар нисколько не удивился тому, что Орун в двух перьях в волосах “будущего ученика” смог опознать знаки отличия орков.

– На бриг, на котором я летел в Даригон, напали пираты.

– Пираты, говоришь… – протянул Орун. Сцепив пальцы в замок, он смотрел куда-то перед собой. Причем таким взглядом, что даже не замечавшие мечника ученики старались пройти этот участок дороги как можно быстрее. – Скажу тебе так, Хаджар Дархан: будь осторожен и никому не доверяй.

– Вы что-то знаете, наставник Орун?

– Чтобы точно – нет. Но у меня есть несколько подозрений. И я не хочу, чтобы они подтвердились самым неприятным для меня и смертельным для тебя образом.

Хаджар несколько заторможенно кивнул. Он и сам прекрасно понимал, что кто-то заказал его пиратам. Иначе их появление объяснить было невозможно.

– Но все это мелочи, – хлопнул по коленям Орун, разом принявший свой привычный удалой, непосредственный вид. – Давай сюда письмо, а сам отправляйся-ка к седьмой тренировочной площадке. Думаю, там тебя уже заждались.

Хаджар достал из пространственного кольца древний свиток. Как он и подозревал, тот мгновенно исчез с его ладони, одновременно с чем слегка вспыхнули клыки в ожерелье Оруна.

– До встречи, мой будущий ученик. Мы увидимся, когда твой медальон станет нефритовым.

С этими словами Орун буквально истаял в воздухе, а на счету Хаджара оказалось еще восемьдесят тысяч очков славы.

Баснословная сумма для ученика внешнего круга, но в рамках внутреннего и тем более личных учеников – практически ничтожное количество.

Хаджар, еще некоторое время посидев на скамейке, поднялся и отправился в сторону седьмой тренировочной площадки.

Глава 635

Подойдя к тренировочной площадке, Хаджар прислонился боком к дереву. Там, на песке, сражались знакомые ему люди. Том Динос, закованный в броню, вооруженный все тем же Императорским клинком. Позади Диноса в воздухе витал меч, окутанный сверкающей молнией.

Сам же Динос использовал уже хорошо знакомую Хаджару технику.

– Кровавый бег!

Вот только когда они бились на арене, то Динос попросту исчез и появился рядом с ним. Теперь же, учитывая, что за полтора месяца Динос смог пробиться на уровень Рыцаря духа и заполучить дух – громовой меч, то его движения не просто стали быстрыми, а молниеносными.

Причем – в самом прямом смысле этого слова.

Алая молния окутала Тома, и он быстрее, чем можно было себе представить, переместился к своему противнику.

– Меч грома!

Теперь уже не только Динос, но и его Императорский клинок окутались алой молнией. Выглядело это одновременно красиво, но и столь же смертельно.

Полоска кровавой молнии, которой обернулся клинок младшего наследника клана Хищных Клинков, обладала воистину пугающей силой. И любая цель, по которой в полную силу был бы нанесен подобный удар, рисковала обернуться в прах.

Вот только противник Диноса явно не собирался так просто сдаваться.

За эти полтора месяца Эйнен почти никак не изменился. Все те же одежды, все те же закрытые глаза и спокойное, не выражающее ровным счетом никаких эмоций лицо.

Позади островитянина в воздухе висело посох-копье. Но не обычное, а будто созданное из чешуи водяного монстра. Если приглядеться, то оно даже больше походило не на простое посох-копье, а скорее, на клык огромного речного змея.

Вокруг Эйнена мгновенно вспыхнула тень. Приняв очертания обезьяны, она тут же закуталась в полную латную броню из радужных чешуек. При этом рыкнув, обезьяна протянула лапу, и в нее приземлился тот самый дух – посох-копье.

Именно им, двигаясь в такт движениям Эйнена, обезьяна и отбила удар Диноса. От столкновения по площадке разошлась столь мощная волна энергии, что, не находись по углам специальные поглощающие артефакты, она, буквально испаряя землю, накрыла бы площадь в сотни метров.

Динос, которого так и не сдвинувшийся с места Эйнен, отбросил на пять шагов назад, выдохнул и, к небывалому удивлению Хаджара, развеял и дух, и технику “Бога грома”. Одновременно с этим заносчивый мальчишка убрал оружие обратно в ножны.

Эйнен, также развеявший зов и техники, отсалютовал на школьный манер.

– Спасибо за тренировку, Том.

– Я был тебе должен, островитянин. – А нет, судя по высокомерной манере разговора, ничего фундаментального в личности Диноса не изменилось. – Теперь нас ничего не связывает. В следующий раз, когда мы с тобой встретимся на песке, я тебя убью.

С этими словами Том сошел с песка площадки и, грозно зыркнув на стайку учеников внешнего круга, отправился в сторону общежитий. За ним последовала и Анис.

При виде сестры Тома сердце Хаджара пропустило удар. Она была одета так же, как и всегда. Длинная широкая черная юбка и узкий топ, оголяющий плечи и живот, но скрывающий крепкую грудь. У пояса она, как и всегда, носила длинные узкие коричневые ножны, в которых покоился меч, лишенный гарды.

От Анис теперь веяло силой Рыцаря развитой стадии, почти пиковой.

Интересно, что же с ними произошло за эти полтора месяца?

– Ты действительно справился, Эйнен. – Со стороны зрительской трибуны на площадку вышла Дора Марнил, старшая наследница клана Марнил – эльфийского племени Дарнаса.

Красивое круглое лицо, миндалевидные голубые глаза и неестественно длинные уши. Она была одета в простые, но явно очень дорогие одежды, а за спиной несла тяжелый боевой молот.

Так же как и от Анис, от нее исходила аура Рыцаря развитой стадии.

Эйнен встретил ее легким дрожанием губ, что в переводе с его скудного языка мимики означало самую широкую из улыбок.

– Ты еще долго будешь там стоять, варвар? – спросил он, “глядя” прямо в лицо Доре.

Девушка вздрогнула, а затем заозиралась по сторонам. В отличие от островитянина, сведущего в искусстве теней, она не смогла обнаружить скрывающегося под плащом Зова Хаджара.

– Смотрю, ты не терял времени даром, узкоглазый.

Хаджар, развеивая Зов, вышел из тени. Он, игнорируя шокированных его появлением зрителей тренировки, вступил на песок и подошел к другу.

Тот, приподняв веки, обнажил свои странные, фиолетовые, нечеловеческие глаза. Какое-то время друзья смотрели друга на друга, а затем крепко обнялись.

– Где ты пропадал, варвар? – спросил Эйнен, когда они разомкнули объятья. – Мы потеряли твой след в небесном порту Даанатана. Я хотел отправиться вдогонку за “Крыльями Рух”, но наставник Орун сказал не делать этого.

В принципе, другого Хаджар от товарища и не ожидал. Более того, Оруну явно пришлось постараться, чтобы удержать Эйнена от попытки рвануть следом за бригом.

– Это он постарался так, чтобы вы стали настолько сильнее?

– И да и нет, – уклончиво, в своей фирменной манере ответил Эйнен. – Мы с Диносами отправились по его заданию в одну из древних усыпальниц в Пустошах. Вернулись только недавно и…

– Сразу успели отправить к праотцам нескольких учеников внутреннего круга Талой Воды.

Марнил и Эйнен переглянулись. Причем от Хаджара не скрылся тот факт, что Дора была не очень-то рада его возвращению. Что ж, у них с самого начала сложились весьма странные отношения.

Хаджар был уверен, что если бы не Эйнен, эльфийка и вовсе с ним никак бы не контактировала.

– Тебе это рассказали другие ученики? – несколько напряженно спросил Эйнен.

– Да, – ответил начавший что-то подозревать Хаджар, – и, судя по твоему тону, пока я отсутствовал, что-то произошло.

– Много чего произошло, – “кивнул” Эйнен. – Орун отправил нас за артефактом. Не буду описывать всех приключений, но благодаря им, как ты заметил, мы стали сильнее. Артефакт, разумеется, добыли, но на обратном пути нас поджидали ученики всех школ.

– Талой Воды и Быстрой Мечты?

– Нет, Хаджар, – впервые подала голос Дора. – Всех – это значит всех. Нам пришлось биться с учениками двадцати школ боевых искусств.

– Мне казалось, что в Даанатане их всего пять, причем две последних – военные.

– Именно. – Дора заправила выбившуюся прядь, а Хаджар успел заметить длинный шрам над ее ухом. Когда он уезжал, то шрама еще не было… – Мы пробивались с боем сквозь сотни учеников, приехавших со всех концов империи. Все они ждали нас на тракте, и им…

– Был нужен артефакт, за которым вас послал Орун, – догадался Хаджар.

– По большей части нам повезло, – продолжил уже Эйнен. – Вернее – подоспела сестра Доры и эскортировала нас до столицы. И уже здесь целая сотня учеников внутреннего круга Талой Воды рискнула напасть на нас у самых ворот, лишь бы заполучить артефакт.

Теперь хотя бы становилось понятно, где Эйнен набрал такое количество очков славы, чтобы пройти экзамен на ученика внутреннего круга. А еще – каким именно образом они стали сильнее. Ничто так не закаляет адепта, как суровые битвы на грани жизни и смерти.

Даже потренируйся в пещере несколько веков, а смысла без катализатора не будет. А катализатором выступали именно такие ситуации, которые преодолели Эйнен с Марнил и Диносами.

– Интересно, что такого в этом арт…

Хаджар не успел договорить. В небе над школой сверкнула молния, следом за которой прокатились волны грома. Грома, в котором звучал голос самого ректора школы. Одного из сильнейших адептов империи.

– Объявление для всех учеников школы Святого Неба! Благодаря усилиям наших учеников в школу были доставлены карта к усыпальнице императора Декатера, а также ключ к его покоям! По воле императора на следующие полгода Пустоши будут открыты для всех учеников школ боевых искусств империи. Вход в них будет ограничен только для Небесных солдат и Рыцарей духа. Поскольку карту и ключ нашли именно наши ученики, то для школы Святого Неба существует фора в две недели. Найдите карту, найдите ключ, которые спрятаны в Пустошах. Отыщите гробницу и поборитесь за Наследие Декатера. Завоюйте его сокровища! Станьте сильнее во славу нашей родины! Удачи вам, ученики лучшей школы боевых искусств!

Хаджар, Эйнен и Дора переглянулись. Кажется, не успел Хаджар вернуться в школу, как пришло время собираться в новое приключение.

Глава 636

Эйнен с Хаджаром сидели на лавке и смотрели на то, как суетится вокруг них мир. Ученики школы Святого Неба (без разницы, какие амулеты висели на их шеях) носились по территории. Как ужаленные, они бегали от общежитий до Зала Славы, потом к Башне Сокровищ, затем снова в общежития и так по кругу.

Среди этих “ужаленных”, как их про себя прозвали Хаджар с Эйненом, были и Марнил с Диносами. Многие запасались различными алхимическими препаратами, другие – артефактами и картами, кто-то просто наживался на ажиотаже и торговал недавно купленным в Башне Сокровищ.

А Хаджар с Эйненом продолжали сидеть и смотреть на происходящее. Хаджар курил, а Эйнен крутил в руках свой новый пространственный артефакт. Цепочку, некогда принадлежавшую Эону Мраксу.

– Спасибо, – поблагодарил Эйнен.

Кому-то бы этого показалось мало, но не Хаджару. Он отдал другу столь дорогой артефакт вовсе не ради ответного подарка или благодарности, а просто потому, что это был его друг.

Мысленно Хаджар отдал приказ об анализе островитянина.

Имя: Эйнен. Уровень развития: Рыцарь духа, начальная стадия. Сила: 12,3; Ловкость: 13,2; Телосложение: 16; Очки энергии: 189.

– Как это произошло? – все же решил спросить Хаджар.

Эйнен слегка дернул бровью. Кто-то бы этого даже не заметил, но после стольких лет тесного общения Хаджар научился понимать скудную мимику своего товарища.

– Ты понимаешь, о чем я, – вздохнул Хаджар. – Полтора месяца, когда я уехал, Диносы и Марнил, да и ты в том числе, были намного ниже по лестнице развития, чем сейчас.

Эйнен “посмотрел” на друга, а затем вновь вернулся к созерцанию шумящей толпы.

– Все, кто находились в этом время в пределах столицы, стали сильнее, – пояснил Эйнен. – Если зайдешь в Башню Сокровищ, увидишь, насколько снизили цены. В особенности на разного рода алхимию и техники медитации. А Марнилы и Диносы наследников просто завалили реагентами.

Хаджар выдохнул колечко дыма. Оно провисело в воздухе всего несколько мгновений, а затем исчезло легкой дымкой.

– Война, – прошептал Хаджар. – Не удивлюсь, если большая часть реагентов, которые появились в Башне Сокровищ, лежит там с легкой руки Магистрата и лично его императорского величества.

– Война, – кивнул Эйнен.

Хаджар внезапно широко улыбнулся. Он посмотрел на друга и, не скрываясь, подмигнул.

– А у тебя реагенты от…

– В пустошах я нашел несколько бесполезных для меня и тебя артефактов, – довольно жестко перебил Эйнен. – Я продал их, а на вырученные очки славы скупил все ресурсы, которые были мне нужны для медитаций. Хватило и на лекции о духе. Так я и прорвался в ранг Рыцаря духа.

Хаджар осекся, а из его взгляда пропал всякий намек на смех.

– Прости, – в легком кивке склонил голову Хаджар.

Какое-то время Эйнену удавалось сохранить строгое выражение лица, но вскоре уголки его губ слегка дрогнули. Хаджар прищурился, а затем, засмеявшись, хлопнул друга по плечу.

Эйнен всегда обладал удивительной способностью подшучивать с абсолютно серьезным выражением лица. Хотя, возможно, это было как-то связано с тем, что он все делал с таким выражением.

Вот и сейчас, когда Хаджар уже было подумал, что своим намеком задел чувства друга, оказалось, что тот лишь смеялся.

– Как-нибудь ты расскажешь мне о своих приключениях, – произнес Эйнен.

Островитянин, приоткрыв свои фиолетовые глаза, внимательно осмотрел два разноцветных пера в волосах Хаджара.

– А ты – о твоих. – В свою очередь от взгляда Хаджара не укрылось то, что предпочитающий короткие рукава Эйнен теперь носил исключительно длинные.

Еще некоторое время они молча разглядывали суетящихся учеников. Порой поворачивались в сторону неба. Там среди облаков взмывали в лазурную высь летающие лодки и даже небольшие бриги. Видимо, ученики, понимая всю серьезность предприятия, начинали объединяться в группы.

Все же усыпальница одного из императоров – это уже совсем не шутки. Помимо артефактов и алхимии, в таких можно было найти нечто, что сложно оценить в очках славы или имперских монетах.

И имя этому неоценимому сокровищу – Наследие. Не только императора (хоть он и обучал только своего прямого наследника, однако по древней традиции оставлял в усыпальнице и Наследие), но и те, что он решил оставить для потомков.

И именно поэтому вход в гробницу ограничивали могущественные чары, запрещающие проход любому, кто не подходил под установленные рамки. А рамки в таких гробницах (за редким исключением, с которым однажды столкнулся Хаджар) всегда были примерно одинаковыми.

Входящий не должен находиться ниже ранга Небесного солдата и выше Рыцаря духа. Что касалось усыпальницы с тенью бессмертного, то там все было намного сложнее и далеко за пределами понимания Хаджара.

Ну и, разумеется, чтобы пресечь попытки разграбления или обнаружения гробницы ласканскими шпионами, императоров, знать и просто известных личностей традиционно хоронили в Пустошах.

На территории, которая отходила только лучшей школе боевых искусств в империи. Именно поэтому огромное количество учеников Святого Неба буквально не вылезали из Пустошей.

Они надеялись отыскать гробницу какого-нибудь великого героя и стать сильнее за его счет.

Что же касается гробницы Декатера, то он был славен сразу несколькими вещами. Первой и основной его силой являлся тот факт, что, по легендам, Декатер, являясь великим мечником, смог ухватить несколько мистерий всеобъемлющего закона духа меча.

Что это означало – никто не знал. Кто-то был уверен, что “Королевство меча” – не единственная ступень во владении, хотя все, кто достигал этого глубочайшего уровня владения, утверждали обратное.

Другие утверждали, что император Декатер имел в виду именно “закон” как некое глубинное понимание сути.

Вторым же секретом, что император не рискнул (причина такой осторожности также до сих пор является загадкой) передать потомкам, была техника медитации, которая может помочь пробиться сквозь преграду, ограждающую уровень Безымянного от следующего, названия которого никто не знал. Ну или так говорили народу…

Третья тайна, которая и манила такое количество искателей сокровищ, – это тот факт, что Декатер обладал воистину пугающим количеством последователей. И к моменту смерти императора все его друзья, ученики, последователи и прочие, кто просто знал лично императора, в дань уважения также оставили в его гробнице свои Наследия.

Иными словами, в течение сотен веков усыпальница одного из первых императоров считалась мифом и легендой. Эдакое место, найдя которое, любой адепт вне зависимости от способностей и пути, которым он следует, обречен стать сильнейшим в своем поколении.

– Уф. – Рядом с друзьями остановилась Дора Марнил. На этот раз свой привычный наряд она сменила кожаным походным костюмом. Тот как нельзя лучше подчеркивал каждый изгиб ее тела. Ученики, юноши и девушки, проходящие мимо, считали своим долгом мазнуть по эльфийке оценивающим, завистливым, а то и вовсе – похотливым взглядом. – Не очень долго ждали?

Друзья переглянулись.

Хаджар вытряхнул пепел на камни дорожки, вившейся вдоль многочисленных, но ныне пустующих скамеек. Школа стремительно пустела. Все мчали навстречу несметным сокровищам, богатству, славе и силе.

– Не очень, – дипломатично ответил Эйнен.

На самом же деле они с Хаджаром сидели здесь уже почти четвертый час. Благо оба они знали, что ругать женщину за опоздание, каким бы сильным адептом она ни была, – дело максимально неблагодарное.

– Тогда отправляемся, – улыбнулась Дора и пошла впереди.

Хаджар не смог отказать себе в удовольствии и отдал нейросети мысленный приказ.

Имя: Дора Марнил. Уровень развития: Рыцарь духа, средняя стадия. Сила: 17; Ловкость: 14,3; Телосложение: 18,6; Очки энергии: 229.

Глава 637

Что удивительно, несмотря на огромный ажиотаж, очереди на выход почти не было. Наверное, это оказалось как-то связано с тем, что големы стражи, гигант и тигр, отошли в сторону и спокойно взирали на вереницу учеников, покидающих пределы школы.

Лифтовая площадка работала с такой скоростью и активностью, что каждый раз, когда она спускалась или поднималась, то создавала потоки ветра, которые буквально сдували с ног более слабых адептов.

Хаджар, Дора и Эйнен довольно быстро дождались своей очереди. Несмотря на то что двое из них носили нефритовые амулеты, без очереди пролезть не то что не получалось, а не было ровным счетом никакого желания.

Чего, разумеется, нельзя сказать о Диносах. Том, отдавший предпочтение не походному костюму, а богатым белым одеждам, чинно прошествовал мимо.

Его аура Рыцаря духа начальной стадии, пропитанной к тому же силой “Оружия в сердце”, буквально рассекала людские волны.

Пройдя мимо троицы, он окинул их взглядом, пропитанным надменностью и презрением. Затем, осмотрев с ног до головы Эйнена, нарочито громко даже не произнес, а продекламировал:

– Надеюсь, оборванец, мы встретимся с тобой в Пустошах и я смогу закончить начатое.

Эйнен, обычно тихий и пропускающий оскорбления сквозь себя, неожиданно для Хаджара ответил:

– Мы уже там встречались, достопочтенный младший наследник Дома Хищных Клинков.

Том побагровел, затем несколько раз поиграл желваками и, гордо вздернув подбородок, пошел дальше. Народ отпрыгивал от него с резвостью, завидной для испуганных антилоп.

– Кстати, – так же громко, чтобы слова догнали уходящего аристократа, решил поинтересоваться Хаджар, – а как закончилась дуэль Диноса и Тарез, которую я пропустил?

Том едва не сбился с шага, а Эйнен был рад ответить:

– Тарез победил. Удивительно, не находишь, старый друг? Купец в бою на мечах одолел старшего наследника клана мечников.

Том развернулся было на каблуках, но его локоть поймала Анис. Она отрицательно покачала головой, потом указала на платформу и буквально потащила туда младшего брата. На ходу она обернулась, поймала взгляд Хаджара, а затем резко отвернулась.

Хаджар вздрогнул. Взгляд, который он увидел, не предвещал ему ничего хорошего. К тому же даже без анализа нейросети он чувствовал, что в данный момент Анис была сильнее, чем он.

– Ты видел их бой? – шепотом на языке островов спросил у друга Хаджар.

Эйнен не стал удивляться подобной секретности. В конце концов, он знал о сделке товарища с демоном Хельмером, повелителем ночных кошмаров.

– Видел, – кивнул островитянин, – и более странной битвы я не припоминаю.

Хаджар мысленно выругался. Он жалел, что лично не смог застать бой двух личных учеников и старших наследников.

– Повелители?

– Уже да, – второй раз кивнул Эйнен. – Оба – начальной стадии. Как и большинство личных учеников.

Хаджар не удивится, если через несколько лет, к окончанию Турнира Двенадцати, все личные ученики достигнут средней стадии Повелителей. Империя через школу приложит к этому максимум усилий.

И тот, кому удастся доказать свою ценность, тоже получит максимальное количество поддержки и ресурсов. Все то, что Дарнас аккумулировал в течение многих тысяч лет, теперь решил инвестировать не просто в будущее, но и в попытку банально сохранить свое существование.

– А в чем странность?

Эйнен, казалось бы, ответил сразу же, но не для Хаджара. Он заметил, что перед тем, как ответить, островитянин несколько раз “осмотрел” окружение, убедившись, что их не слушают, в том числе и Дора.

– Тарез использовал технику Императорского уровня.

– Ну, он личный ученик. А скоро война. Может, уже и Императорские техники больше не привилегия для избранных.

– Возможно, – не стал отрицать Эйнен, – только энергия, которой он воспользовался в решающий момент… такого я никогда не видел.

Хаджар, начиная подозревать худшее, попросил описать увиденное.

– Алая, как кровь, и какая-то… неправильная. Не такая, как другие, исходящие из Реки Мира. Она будто… не знаю, как описать… вне ее. Вне мира. И все, на что она была направлена, – исключительно разрушение.

– Пропитанная негативными эмоциями. Страхом, отчаянием, злобой, завистью.

Эйнен повернулся к Хаджару.

– Ты уже сталкивался с таким, – даже не спрашивал, а утверждал островитянин.

– Да, – не стал отрицать Хаджар, – очень давно. Когда только начинал служить в армии родного королевства.

– В простом варварском королевстве кто-то мог использовать такую энергию? – “удивился” Эйнен.

– Не веришь мне?

– Я верю в то, что ты думаешь, будто мы говорим об одних и тех же вещах. Но глаза, друг мой, часто показывают нам то, что мы хотим видеть, а не то, что есть на самом деле.

Хаджара кто-то толкнул в бок. Этот мужчина средних лет уже хотел накричать на человека, так не вовремя попавшегося ему на пути, но, увидев золотой амулет, осекся. Сам обладая лишь серебряным, он расплылся в извинениях и исчез где-то в очереди.

– Спасибо за мудрость, – несколько заторможенно отреагировал Хаджар, – только я знаю, что видел. И, учитывая присутствие в этой истории Хельмера, что-то мне подсказывает, что в ближайшее время Дома Тарез стоит сторониться.

Эйнен весьма сдержанно, даже по его меркам, “кивнул”. И дураку было ясно, что островитянина если и не напугала, то насторожила увиденная им энергия.

– С такой силой, как у наследника Тарез, – Эйнен едва не вздрогнул, – с ней можно завоевать мир.

– Скорее, сжечь его.

Больше они ни о чем не говорили. Дора же, все это время стоявшая рядом, никак не показывала, что разговор на незнакомом ей языке мог как-то обидеть или задеть.

В мире боевых искусств, полном вечной борьбе за силу, секреты считались неотъемлемой частью жизни. И не всеми из них было не только можно, но и нужно делиться.

Спустившись на забитой до отказа платформе, Хаджар машинально повернулся в сторону стойбищ, но вдруг понял, что идет туда один.

– А мы…

– Отец подарил мне лодку, – счастливо заулыбалась Дора.

– Подарил? Лодку? – Хаджар не сразу вспомнил, что Марнил, при всей ее скромности, является старшей наследницей одного из семи крупнейших кланов. А это означало, что эльфийский король, отец Доры, мог позволить себе несколько военных галеонов дочери купить. – А повод…

Хаджар многозначительно посмотрел на Эйнена, но тот делал вид, что не замечает взгляда друга. Дора же, совершенно комично покраснев, пробурчала:

– У меня день рождения две недели назад прошел. Семнадцать весен.

– Ох. – Хаджар, хоть и не питал к эльфийке особых дружеских чувств, все же пытался поддерживать с ней хорошие отношения. По той же самой причине, по которой это, со своей стороны, делала и сама Дора. – Тогда прошу принять мои запоздавшие поздравления и небольшой подарок.

Хаджар достал из пространственного кольца два кристалла накопителя. После путешествия и сражения во дворце Да’Кхасси у Хаджара осталось всего пять. И вот теперь, с легким сердцем и свободной рукой, он расставался с двумя из них.

Каждый стоил примерно по три тысячи монет, что для любого человека вне зависимости от знатности (ну разве кроме верхушки семи кланов) сумма весьма солидная.

– Это то, о чем я думаю? – В данный момент Дора выглядела не как воительница, а как подросток, получивший неожиданный и желанный подарок. – Спасибо.

Марнил крепко обняла Хаджара, а затем, будто вспомнив о чем-то, резко отстранилась. Кристаллы исчезли в его собственном пространственном артефакте, и троица отправилась в сторону порта.

Глава 638

Оказавшись в порту Даанатана, Хаджар невольно остановился. Перед внутренним взором невольно всплыли воспоминания о том, как именно в этом самом месте он взошел по трапу “Крыльев Рух”.

Правда, уже спустя мгновение наваждение исчезло. В порту в данный момент царил абсолютный хаос. Сотни лодок, от небольших до палубных, взмывали в воздух и уносились на юго-восток, к сердцу империи.

Центром страны, как могло показаться, являлась вовсе не столица, а именно Пустоши. Не прошло и десяти часов с момента объявления, которое, кажется, слышала вся столица, как в сторону одних из самых запретных и опаснейших территорий направились тысячи и тысячи адептов.

Лодка, которую эльфийский король подарил своей дочери, стояла на выделенном причале. Помимо нее, небольшого однопарусного судна, в котором не поместилось бы больше десяти человек, стояло еще несколько кораблей.

Их всех, вне зависимости от размеров и количества порохового и парусного вооружения, объединял один и тот же флаг – большой императорский герб, а внизу – чуть меньшего размера герб клана Марнил.

– И оно действительно может взлететь?

Эйнен, задрав голову, смотрел на пятипалубный линкор. Семь мачт держали на себе двадцать один огромный парус. По количеству бойниц только на одном из бортов выходило, что пушек у линкора было не меньше полутысячи.

– В детстве отец брал меня на учения флота, – подошла к островитянину Дора. – От грома залпа орудий этого гиганта у смертного может сердце остановиться.

– Проклятье. – Для Эйнена подобное ругательство было верхом бранного искусства. – На моей родине даже у государева флота не было линкоров. Фрегаты на сто двадцать пушек, но такие монстры… и чтобы летали. Хаджар! Сколько бы тебе месяцев понадобилось, чтобы завоевать с таким соседние с твоим королевства?

– Месяцев? – хмыкнул Хаджар. – Чтобы захватить, мне нужно было бы только показаться в небе. А вот чтобы сжечь дотла – неделя… может, две.

– Проклятье, – еще раз выругался Эйнен. Неоценимая степень шока. – Будь у меня такой, я бы стал королем морей.

Не стоило забывать, что в груди островитянина билось сердце не простого моряка, а сына пиратов, работорговцев и контрабандистов.

– Так, хватит глазеть, время теряем. – Дора прошла по трапу.

Хаджар последовал за ней. Лодку, несмотря на швартовы, ощутимо качало в воздухе. Волшебный иероглиф, благодаря которому она держалась в небе, и вовсе размерами не превышал длину мужской ладони.

Более того – он даже не был спрятан. Витал в воздухе недалеко от руля. А кристаллы, подпитывающие его, помещались в специальных пазах внутри мачты.

Пока Эйнен не без труда пытался оторваться от созерцания корабля, Дора успела заменить небольшие кристаллы лодки на внушительные с разбившегося в горах Да’Кхасси линкора.

Те, настолько крупные, что не помещались полностью в пазы, острыми пиками выглядывали из мачты, превращая ее в нечто сюрреалистическое.

Когда Эйнен поднялся по трапу, то Хаджар с удивлением понял, что его друг преобразился. Пропал тот задумчивый, хмурый островитянин, которого он привык видеть рядом с собой.

Тяжелая походка сменилась плывущим, легким шагом. Более того – Эйнен распахнул свои фиолетовые глаза и начал улыбаться белозубой улыбкой.

С той скоростью, с которой он отдал швартовы, не смогли бы сравняться те моряки, с которыми Хаджар путешествовал на “Крыльях Рух” и торговом бриге.

Затем Эйнен, видимо, уже зная, как управляться с этой лодкой, подошел к штурвалу. Он перевел рычаг в вертикальное положение, а затем надавил на педаль подачи энергии.

Накопители за их спинами вспыхнули ярким синим светом. Лодка, не рассчитанная на такое количество энергии, завибрировала. Хаджар, знакомый с опасностями “небесноплавания”, тут же схватился за борт. Опустившись на скамью, он потянул за собой и Дору.

Эльфийка, несмотря на браваду о том, что в детстве уже ходила под парусами, побледнела и села рядом с Хаджаром. Каждый из них, несмотря на все свои различия, в данный момент думал об одном.

О том, что до Пустошей, в принципе, можно было добраться и на наземном транспорте. Как это, собственно, и делало подавляющее большинство учеников.

– А она…

– Выдержит! – едва ли не смеялся Эйнен. – Выдержит!

А затем дернул за снасти и, подняв парус, отправил лодку в резкий взлет. Дора от неожиданности завалилась внутрь лодки. Правда, уже спустя несколько секунд она радостно верещала, глядя на то, как стремительно под ними исчезают сверкающие крыши и купола дворцов Даанатана.

Лодка с ходу набрала такую скорость, что позади нее по облакам тянулся белый шлейф рассеченного воздуха. Защитная пелена мерцала так ярко, что походила на сверкающий шар молний.

Лодка быстро покидала воздушное пространство столицы. Встреченные суда, которые быстро исчезали черными точками где-то позади, приветствовали их громкими криками и даже холостыми выстрелами.

Все же среди всех прочих великих кланов империи Марнил пользовались не только уважением, но и любовью. Клан целителей и воздухоплавателей.

Их ценили как один из оплотов государства и любили за помощь раненым и нуждающимся.

Путешествие на лодке в скором времени из чего-то необычного и захватывающего дух превратилось в рутину. Эйнен, стоя у штурвала, оставался единственным, кто наслаждался процессом. Он твердым взглядом смотрел в сторону горизонта, стремительно сгорающего в жарких объятиях заката.

Когда на черный бархат ночного неба высыпали сверкающие звезды, то Эйнен, и без того преобразившийся, буквально духом воспрянул. Он, безошибочно выбирая пути среди облаков, легко ориентировался по ночным светилам.

– Можно с тобой поговорить, Хаджар?

Хаджар открыл глаза. Выйдя из медитации, он обнаружил рядом с собой Дору. Эльфийка, обычно старающаяся к нему не приближаться, неожиданно подсела поближе.

– Я так понимаю, разговор будет не о пустых вещах.

Девушка сдержанно кивнула. Хаджар посмотрел на Эйнена, но тот, кажется, был полностью поглощен процессом управления судном.

Хаджар прекрасно понимал своего друга. Он сам себе не хотел признаваться, но порой тосковал по простому и понятному быту военного. Когда ты точно знаешь, что тебя ждет завтра, и когда уверен: чтобы увидеть следующий восход, нужно лишь пережить один день.

– Давай поговорим, – согласился Хаджар.

Дора какое-то время молчала. Было видно, что ей тяжело дается даже не разговор, а попытка его завести.

– Тетя мне все рассказала. Втайне от отца, – с места в карьер бросилась Марнил. Видимо, дипломатия не являлась ее сильной стороной. – И я… я хотела спросить… спросить, как ты с…

– Нормально, – перебил Хаджар, – нормально я с этим живу.

Дора отвернулась. Хаджар буквально всем своим “я” ощущал, как девушке тяжело рядом с ним находиться. И так было всегда. С самого первого дня их знакомства.

Единственная причина, по которой Марнил боролась со своими чувствами, в данный момент стояла за штурвалом ее же лодки.

– Но это ведь… осколок… самого Врага. Самого страшного из всех монстров. О нем же до сих пор рассказывают страшные сказки!

– Как и о Хельмере, и о Последнем Короле, и о монстре глубин, сером человеке, могильнике, пяти щупальцах порока, горном…

– Не продолжай, – Дора передернула плечами, – я знаю все эти истории… все знают.

– Вот так и живем, – улыбнулся Хаджар.

– Но это другое! Хельмер и прочие, они все нереальны. Выдумки! А Враг – он здесь, всегда был и будет, и он внутри тебя! И ты погибнешь, если не…

Хаджар сверкнул глазами, и Дора осеклась. Она посмотрела в сторону Эйнена. Благо тот все еще был слишком занят управлением и ностальгией, чтобы обращать внимание не происходящее.

– Почему мы говорим об этом? – решил перейти к сути Хаджар.

Дора снова промолчала.

– Он твой друг, – с теплотой эльфийка смотрела на широкую спину островитянина, – ему будет больно, когда ты умрешь. И еще больней, если ему придется тебя убить, когда тобой овладеет осколок души Врага.

Хаджар улыбнулся. Что же, его другу можно было только позавидовать…

– Не переживай, – прошептал Хаджар. – Когда придет время… если я не справлюсь… то отправлюсь в далекое путешествие, в которое, увы, у Эйнена не получится поехать вместе со мной.

Дора повернулась к Хаджару. Она посмотрела на него как-то по-новому. Будто увидела впервые.

– Спа…

Последние звуки слова заглушил громоподобный звук. Из ближайших облаков вынырнул фрегат с черным пиратским флагом.

– Да сколько можно?! – в сердцах воскликнул Хаджар.

Глава 639

Пушечное ядро, ударившись о мерцающий барьер, исчезло сверкающей, разноцветной пылью.

– Бритые, мерзкие материлюбы!

Хаджар сначала подумал, что он сам не удержал грязного ругательства, а потом с удивлением понял, что это произнес вовсе не его голос.

Эйнен, сияя фиолетовыми глазами, резко крутанул штурвал.

Дора, хватаясь за все, за что можно было ухватиться, закричала от страха. Уже второй за день она выглядела не воительницей и Рыцарем духа, а испуганной девчонкой.

– Хаджар! – выкрикнул островитянин. – Готовься!

– К чему?! – перекрикивая шум встречного ветра, заорал Хаджар.

– Будем брать на абордаж! Тебе должно быть это знакомо!

Эйнен заложил широкий вираж. Лодка, будто оживая свободной пташкой, крутанулась веретеном. Дора, продолжая визжать, лозой обвила мачту. Хаджар прекрасно ее понимал. Если бы сам не летал на бригах, то, возможно, тоже бы сейчас визжал. Ну или как Дерек…

Отмахнувшись от внезапных воспоминаний, Хаджар призвал внутреннего дракона и Черный Клинок.

Эйнен же, постоянно меняя местами космос со звездами и облака, поднырнул под пиратский бриг. Вынырнув с другой стороны, но не поднимаясь выше “аэрлинии”, Эйнен, обнажая посох-копье и призывая радужную обезьяну, оттолкнулся от лодки.

Взмыв в небо, он, пробив копьем защитную сферу на корабле, вонзил его в корму и начал постепенно забираться на палубу.

– Что ж в тебя вселилось-то, – причитал Хаджар. Одновременно с этим, так же пробив щит и вонзив меч в борт, начал подниматься наверх. – А ведь был тихим таким махинатором… а тут…

– Где твой дух морей, варвар?! – Хаджар, хоть и не видел лица Эйнена, но подозревал, что тот улыбается до самых ушей.

– Дух морей… дух морей… – кряхтел Хаджар. – В доме праотцев я видел ваши корабли, лошадей и прочие богомерзкие транспортные средства.

В ответ на это Эйнен только рассмеялся. Когда на палубе, перебежав на второй борт, не увидели лодки, то прошло всего несколько секунд, как прозвучала зычная команда.

Пираты, свесившись вниз, начали по очереди разряжать ручные арбалеты. Болты, окруженные плотной энергией, свистели мимо.

– Этот фрегат будет моим! – Радужная обезьяна, окутавшая Эйнена, ударила бронированным кулаком. Пробив корму, она рывком отправила Эйнена в короткий полет, закончившийся яростной схваткой на верхней палубе.

– Чтобы хоть еще раз я с ним на корабль поднялся, – процедил Хаджар.

Разжав руки, он повторил тот же трюк, что и во дворце Да’Кхасси. Плащ Хаджара, взметнувшись черной лентой, обвил рукоять исчезающего меча, а затем рванул Хаджара вверх. Тот, приземлившись на палубу, мгновенно обнажил Черный Клинок.

Хаджар тут же поднырнул под острую короткую саблю. Отскочив назад, второй удар он принял на плоскость клинка. Перед ним стоял низкорослый, разудалый юноша в каких-то цветастых одеждах.

Излучая ауру Небесного солдата средней стадии, он держал в руках изогнутый кинжал и широкую саблю. Таких, как он, на палубу высыпало под полсотни. Хаджар с Эйненом, который уже успел положить на палубу двух пиратов, стояли спина к спине.

– Мне кажется, или это была не самая светлая из твоих идей? – прошептал Хаджар, поудобнее перехватывающий клинок.

Понятное дело, пираты решили не давать возможности своим предполагаемым жертвам составить план. Окружив их тесным кругом, они попытались засыпать друзей градом арбалетных болтов, но те отлетали от радужной брони теневой обезьяны.

Та, внезапно увеличившись в размерах, накрыла собой еще и Хаджара. Тот, впервые оказавшись внутри, внезапно ощутил себя будто бы в живой крепости.

– Я прорываюсь к пороховым трюмам. – Эйнен сделал выпад оружием. В ту же секунду за его спиной появился дух – посох-копье. Обезьяна, схватив его, повторила движение островитянина. Силы в нем было столько, что одного из пиратов не просто пронзило, а буквально разорвало на мелкие кусочки. Внутренние органы и кровь дождем и градом пролились на головы джентльменов удачи. – А ты свяжи боем офицеров и капитана корабля.

Хаджар сделал широкий взмах мечом. Длинный яркий разрез, сорвавшийся с лезвия его клинка, полосой смерти пролетел сквозь ряды пиратов. Десяток из них мгновенно отправился к праотцам, а остальные, которым посчастливилось попасть лишь на край удара и кто успел возвести защиту, отделались легкими ранениями.

Буквально выкосив себе тропу для обзора, Хаджар посмотрел на капитанский мостик.

– Да сколько же вас?! – выкрикнул Хаджар.

На мостике, вальяжно положив руку на борт, сидела адептка весьма отталкивающей внешности. С первого же взгляда Хаджар понял, что в ней было что-то такое, что роднило ее с двумя другими пиратками, с которыми он уже сталкивался ранее.

Вот только силы она была куда как большей, нежели ее сестры… ну или дочери. Она находилась на уровне Рыцаря духа последней, пиковой стадии. При этом ее, казалось, вообще не заботило сражение. Она подбрасывала золотую монету какого-то южного королевства.

Ниже, около мостика, стоял с десяток офицеров. Все как один – бывалые вояки с кучей шрамов и уровнями развития от начальной стадии Рыцаря духа до развитой.

– И почему именно я должен биться с этими бугаями? – Не то чтобы Хаджар боялся или был против, просто решил повозмущаться для проформы.

– А ты знаешь, как правильно взрывать пороховые трюмы?

Хаджар задумался. Из-за этого он едва не обзавелся не предусмотренным природой арбалетным болтом прямо между глаз.

В последний раз, когда он пытался разобраться с пиратским кораблем, то попросту превратил его в груду щепок, парусины и плавленого металла.

– Справедливо. – Хаджар поднял в воздух кулак.

Эйнен ударил по нему своим и бросился в сторону трюма. Орудуя копьем на манер лопастей ветряной мельницы, он в буквальном смысле прорубал себе дорогу к трюмам.

– Ну ладно. – Хаджар взял меч обратным хватом. – Одним пиратским судном больше, одним меньше, но вы мне расскажете, кто именно вас нанял!

Крутанувшись на пятках, Хаджар, выходя из движения, использовал стойку “Крепчающего ветра”. Сорвавшийся с лезвия меча поток ветра мгновенно обернулся высоким смерчем, который моментально вырос до размеров центральной мачты.

Пираты, Небесные солдаты, попадающие под его бритвенно-острые стенки, исчезали в кровавом серпантине. В месте, где стоял Хаджар, внезапно появилась дыра вплоть до первой палубы. Сам же Хаджар, оборачиваясь шлейфом черного тумана, танцующим драконом взвился между пиратами.

Каждый удар его меча тянул за собой непроглядную тьму, в которой находили свою смерть Небесные солдаты. Причем в данном случае это название звучало как дешевый каламбур.

Разрезы, которые с каждым новым взмахом клинка разлетались по округе, буквально выкашивали адептов. Те, кто раньше казался чем-то мифическим и всесильным, теперь десятками гибли под неудержимым натиском Хаджара.

Ярость бурлила в нем, а сила клокотала в руках и в мече.

Увернувшись от секущего удара, Хаджар поднырнул под руку врага. Крутанув мечом, он пронзил им живот противника. Черный Клинок с радостью принял те крохи духа, что смог развить в себе простой пират.

Мгновенно превращенный в мумию, он полетел под ноги бегущим. Те, падая друг на друга, отправлялись к праотцам еще в полете.

Хаджар, пригибаясь, наотмашь ударил клинком. Тот прошелся сквозь шею каждого из падающих. Таких быстрых, легких касаний хватало, чтобы забирать дух из тел противников.

– Не так быстро!

Прямо на ходу троих из офицеров окутали артефактные доспехи. Причем каждый из них излучал силу не ниже уровня Императорского.

У двоих в руках были короткие секиры, а вот последний держал тяжелый меч. Пусть не Императорского, а Небесного уровня, он весил по меньшей мере целую тонну.

Хаджар внезапно обнаружил себя посреди островка, освобожденного пиратами. Те, выстроившись в круг, потрясали оружием и подбадривали своих офицеров.

– Достопочтенный Ральф, достопочтенный Геремен, – все так же играясь с монеткой, отдавала команды капитан пиратов, – проследите, чтобы наш второй гость не заблудился в трюмах.

– Да, капитан.

Глава 640

Два офицера, которых также окутывала разномастная броня, сделанная явно не на заказ, а добытая в бою, расталкивая простых пиратов, направились к лестнице, ведущей на нижние палубы и в трюмы корабля.

Еще двое самых сильных – Рыцарей развитой стадии – остались стоять поодаль от капитана. Та, поймав на лету монету, убрала ногу со стола и посмотрела в глаза Хаджару.

– Ты уже, наверное, знаешь, что нас наняли отыскать тебя и привезти к заказчику.

– Знаю, – кивнул Хаджар, – и если ты скажешь мне, кто ваш заказчик, то…

– Что, отпустишь меня? – засмеялась капитан пиратов.

– Нет, – покачал головой Хаджар, – в этом мире уже есть человек, который жаждет моей смерти. Двух таких мне не нужно.

– Тогда, боюсь, тебе нечего мне предложить.

На деле Хаджар и не собирался ничего предлагать капитану врагов. Он лишь надеялся потянуть времени столько, чтобы Эйнен успел разобраться с пороховыми бочками и пиратами.

Но капитану знать об этом не требовалось.

– Но могу подарить тебе более легкую смерть, чем ожидала их, – Хаджар указал себе за спину. Туда, где на палубе лежала прорубленная среди пиратов тропинка, укрытая трупами в виде высушенных мумий.

– Заманчиво, – протянула капитан пиратов. Она, запрокидывая за плечо косу толстых серых волос, даже сделала вид, что задумалась. А затем, резко выхватив воткнутый в стол кинжал, указала им на Хаджара. – Вот что я тебе скажу, мальчик. У меня действительно есть на тебя заказ, и моя репутация мне дорога.

– Значит, не выдашь заказчика.

– Не выдам… но и ты его лицо, даже перед своей смертью, не увидишь.

Хаджар внимательно вгляделся в глаза капитана пиратов. Все же не сестра…

– Ты убил моих дочерей, мерзавец, – она сжала кинжал так крепко, что тот начал слегка скрипеть, – двух моих единственных дочерей… Так что сегодня ты не умрешь… Нет-нет. Когда мои ребята схватят тебя, то этим самым кинжалом я отрежу твое мужское естество и вставлю тебе же в задницу. Затем вырежу зуб за зубом и ноготь за ногтем. А после этого медленно спущу с тебя кожу. И пока ты будешь все еще жив, привяжу к мачте, чтобы птицы склевали тебя до костей.

Хаджар, поняв, что переговоры зашли в тупик, не стал размениваться на лишние слова и угрозы. Он сделал легкий рубящий удар, каким обычно смертные мальчишки развивают мышцы, необходимые для фехтования.

Вот только в этом, казалось бы, простом ударе содержалось столько воинствующей ярости, что пираты в первых рядах круга отшатнулись.

В небе �