История вора

Глава 1

Этот июнь выдался жарким, но похороны выпали на единственный пасмурный день за весь месяц.

На кладбище собралось немного народу – человек двадцать, или около того. В основном это были друзья погибшего и несколько дальних родственников. Именно последние устраивали похороны – фактически, взамен на доставшуюся им комнату в крошечной коммуналке, которую Кирилл унаследовал от родителей. Они тоже разбились на трассе – год назад.

В тот день судьба-злодейка не захватила с собой молодого человека – он отмечал удачное поступление в университет. Не самый престижный столице, но и не «шарага», как говорили в его школе. Казалось бы – всё ещё впереди, и жизнь вот-вот наладится. Однако…

У провидения были свои взгляды на то, что случится дальше.

После и без того сильного удара по молодому парню произошла ещё одна авария. И теперь Кириллу не удалось избежать смерти. Ну… почти не удалось.

– Он был хорошим другом, – утирая платочком глаза, говорила красивая фигуристая брюнетка, – Всегда готов помочь, всегда выслушает, утешит… Киря знал столько песен!

Не выдержав, она разрыдалась, и её спутник – высокий молодой человек в элегантном костюме от Бриони – взяв девушку за локоть, отвёл её за других людей. Он был единственным человеком, один элемент гардероба которого перебивал цену вещей всех присутствующих.

В этот момент на кладбище воцарилась тишина, и в ней все услышали раскат грома. Вздрогнув, люди посмотрели на небо. Тёмно-серые, почти чёрные, тучи нависли над кладбищем. В их глубине мелькали отсветы молний, и народ, понимая, что сейчас польёт как из ведра, засобирался уходить.

Упитанный священник с неопрятной бородой, стоявший у изголовья могилы, угрюмо обвёл взглядом собравшихся. Его настроение было вполне понятным – мало того, что погода не задалась, так ещё и эта служба была единственным сегодняшним делом, за которое ему не заплатят. Приход требовал, чтобы даже на похоронах таких нищебродов присутствовал представитель церкви, и отвертеться от исполнения своих обязанностей отцу Иннокентию не удалось.

– Кто-нибудь ещё хочет высказаться? – устало уточнил он.

Сразу после этих слов снова загрохотал гром. Буквально через пару секунд низкие небеса пронзила ослепительная вспышка света.

А затем в гроб, уже опущенный в могильную яму, ударила молния.

Собравшиеся отшатнулись. Кто-то закричал от страха и неожиданности, кто-то рухнул на влажную землю. Священник, нелепо взмахнув руками, запутался в своей рясе и тоже упал. Поднявшись, он по привычке осенил себя крёстным знамением (хотя в Бога, если честно, уже давным-давно не верил) и, почувствовав запах обожжённой древесины, осторожно заглянул в яму.

Крышка гроба оказалась расколота. А покойник, ещё недавно мирно лежавший в нём, пытался выбраться наружу…

* * *

– Что последнее вы помните?

Женщина-врач внимательно изучала мои зрачки, попеременно светя в них небольшим фонариком.

– Ничего.

– Вообще?

– Вообще.

Она нахмурилась, и отложила фонарик. Затем надела на мою руку манжет, взяла тонометр и проверила давление. Затем – измерила температуру. После – заставила раздеться до пояса и осмотрела каждый сантиметр верхней части тела на предмет омертвевших тканей. Затем тоже произошло и с ногами.

Всё это повторялось уже в третий раз, с новым врачом. Сначала такой фигнёй меня заставили страдать прямо там, на кладбище, когда провожающие в последний путь товарищи, наконец, убедились, что я не зомби, и помогли выбраться из могилы. Через довольно короткое для столицы время туда же приехала реанимация, полиция, и меня увезли в ближайшую больницу.

– Ничего не понимаю, – честно призналась женщина, – По всем внешним признака вы совершенно здоровы.

– Но? – уточнил я.

– Не стройте из себя идиота, Кирилл, – врач нахмурилась, – Вы лежали в могиле. Ни на какие мысли не наталкивает?

– Видимо, я был мёртв?

– Очень проницательно. Мы кое-как разговорили священника, который… Вёл вашу… церемонию, – она сбилась, по-видимому, не зная – насколько этично рассказывать покойнику о том, как его хоронили.

– Продолжайте.

– Он сказал, что вы насмерть разбились вместе со своим другом. Пять дней назад, – врач выразительно посмотрела на меня, – И у вас были повреждения, совсем не совместимые с жизнью.

Я тоже с интересом разглядывал собственное тело.

Ни одного шрама. Никаких следов переломов, никаких ссадин и кровоподтёков. Вообще ничего – словно я никогда не получал никаких травм, не говоря уже об аварии со смертельным исходом.

– Извините, – я пожал плечами, – Наверное, я ничем не смогу вам помочь.

– Да я уж поняла, – женщина рассеянно изучала на планшете мою историю болезней, – Но то, что произошло – невероятный феномен, вы это понимаете, Кирилл?

– Не особо, если честно. Я уже говорил – ничего…

– Не помните, да. Но это не значит, что не помнит ваше тело.

– В каком смысле?

– Мы оставим вас тут на какое-то время. Возьмём разные анализы, проведём более глубокое обследование. МРТ, КТ, и прочее. Вероятно, где-то в вас есть ответ – почему вы воскресли спустя пять дней после своей смерти?

– А моего мнения вы спросить не хотите?

– А ваше мнение, дорогой Кирилл Андреевич, теперь уже не учитывается, – раздалось от двери.

Там стоял широкоплечий мужчина. Лет тридцати пяти, примерно, коротко стриженный, с тёмными карими глазами, узким подбородком и в форме полиции.

– Меня в чём-то обвиняют?

Он весело хохотнул, и вошёл в палату. Сказав что-то врачу, открыл ей дверь и, выпустив в коридор, уселся рядом с моей койкой.

– Чувство юмора – это хорошо. Нет, Кирилл, тебя, конечно же, ни в чём не обвиняют. Меня зовут Смирнов Дмитрий, и я здесь для того, чтобы… Эмм… Попытаться урегулировать некие правовые вопросы.

– Это какие, например?

– Ты почти целую неделю был мёртв, – без обиняков заявил мужчина, – И твоя смерть была документально зафиксирована во всех соответствующих инстанциях. Паспорт, медицинский и страховой полисы аннулированы, как и права, ИНН, и всё прочее. Комната в доме на улице Текстильщиков, которая досталась тебе после смерти родителей, теперь по закону принадлежит твоим родственникам. Я, кстати, говорил с ними пару часов назад. Если честно, не скажу, что они рады твоему… «возвращению».

– И что мне теперь делать?

– Трудно сказать. Для начала – дождаться пройти обследование и получить результаты анализов. Когда будет подтверждено, что ты действительно… жив, тогда…

– Вы что серьёзно, – удивление даже изображать не пришлось, – Мне придётся доказывать, что я – не мертвец?!

– Слушай, ну подобных прецедентов случалось немного. Я вообще, если честно, не припомню ничего подобного. По «жёлтым» сайтам такие новости, конечно, ходят регулярно, но чтоб всё случилось по-настоящему, да ещё и при таком количестве свидетелей… Да, и кстати – советую не торопиться выходить отсюда – снаружи тебя наверняка уже ждут журналисты. Ты для них – горячий инфоповод, Кирилл.

– Сейчас мне кажется, что это наименьшая из проблем, – проворчал я, – И что будет после того, как врачи признают меня… «живым»?

– Полагаю, восстановят документы. Точнее, выдадут новые – старые уже были уничтожены. Потом, наверное, придётся вернуть право на комнату.

– Всё это какой-то бред.

– Понимаю, – кивнул Смирнов, – Но повторюсь – с таким ещё никто не сталкивался. Если не возражаешь, я задам тебе несколько вопросов для протокола?

– Валяйте.

– Ты – Кирилл Андреевич Снегирёв?

– Не знаю.

– Ты помнишь своих родителей?

– Нет.

– Помнишь аварию, в которой погиб?

– Нет.

– Что ты слышал об Истоке?

– Ничего.

– Посмотри, пожалуйста, сюда.

Я повернул голову, оторвавшись от созерцания мрачного вида за окном. Полицейский держал в руках странное устройство. Какой-то прямоугольный девайс, который он потянул в разные стороны. Разложившись, тот открыл прозрачный экран, по которому бегали разнообразные символы и фигуры.

– Что это?

– Просто лэптоп. Смотри в центр экрана, пожалуйста.

Через несколько секунд экран начал моргать. Раз, другой, третий. Амплитуда моргания ускорилась, и я совершенно перестал реагировать на происходящее вокруг. А ещё через мгновение проекция символов, выстроившись в кольцо, появилась прямо в воздухе, приблизилась ко мне, и…

ПРишла темнота.

* * *

Очнулся, судя по яркому солнцу за окном, только наутро следующего дня.

Голова невыносимо раскалывалась, а вокруг, как назло, никого не было. Правда, моё одиночество длилось недолго – вскоре после пробуждения в палату вошла та самая женщина-врач, обследовавшая меня накануне.

– Доброе утро, Кирилл. Как вы себя чувствуете?

– Голова болит, – честно признался я.

Женщина кивнула, достала из кармана пузырёк с таблетками, налила в стоящий на прикроватном столике стан воды из графина, а затем протянула всё это мне. Я молча выпил таблетку и благодарно кивнул.

– Почему я отключился?

– Переутомление, вероятно. После разговора с офицером Смирновым.

Я попытался вспомнить, что же такое он у меня спрашивал? Но перед глазами всплыло лишь то странное устройство. На портативный компьютер оно совсем не походило… Интересно, что это была за штука?

– А у меня для вас хорошие новости, кстати, – между тем продолжила врач, – Пока вы спали, мы взяли анализ крови и слизистой. Они тоже в пределах нормы – как у обычного, здорового человека.

– Здорово.

– Не очень-то вы и радуетесь, судя по вашему виду.

– Нет, что вы, всё в порядке. Просто усталость, и… я же ничего не помню. Это тоже влияет, честно говоря. Вообще не представляю, кто я такой, и что теперь делать.

– Не расстраивайтесь, – женщина улыбнулась, – Память часто возвращается. Хотя в вашем случае, кхм…Отдыхайте, позже я отправлю за вами санитаров, и продолжим обследование.

Надо ли говорить, что ничего эти обследования не дали? Магнитно резонансная томография, снимки мозга, лёгких, УЗИ, всякие шланги в желудок и… другие места. Почти две недели меня изучали, словно подопытную крысу. И моментами это было совсем неприятно.

Бесконечные процедуры перемежались визитами полиции, юристов, и каких-то представителей городской администрации. Мне задавали кучу вопросов, даже проверяли на детекторе лжи – но всё это было на редкость бестолковым и бессмысленным.

Для всех окружающих я был медицинским феноменом. Человеком, решившим воскреснуть, спустя пять дней после своей смерти. Врачи говорили, что в подобном случае нечего удивляться амнезии – клетки мозга на момент моего воскрешения некоторое количество времени были уже мертвы, так что существовала вероятность, что я могу никогда не вспомнить всё, что произошло за прошедшие восемнадцать лет.

Опять же – почему удар молнии «излечил» всё те травмы, которые я получил во время аварии и из-за которых скончался, никто не знал, и не понимал. Также как и то, почему электрический заряд немалой мощности оживил уже несколько суток как мёртвое тело.

Офицер Смирнов приезжал ещё пару раз, в сопровождении людей, по всей видимости, из других ведомств. Также как и он, эти субъекты использовали какие-то свои устройства – для проверки моей психики, как они говорили. Однако, судя по тому, что за этим ничего не последовало – никаких определённых результатов эти девайсы им не показали.

Впрочем, вряд ли бы эти ребята поделились со мной, даже если бы узнали что-нибудь интересное.

Когда же, наконец, все эти окружающие люди убедились, что я – это просто я, меня… Отпустили. Правда, перед этим повозили по разным учреждениям, чтобы восстановить документы – паспорт, ИНН, страховое свидетельство, банковский счёт (на котором даже остались какие-то деньги) доступ к серверу госуслуг, ещё кое-что по мелочи. Права в ГИБДД выдавать отказались, мотивируя это тем, что я должен снова сдавать экзамен.

Меня это, признаюсь честно, волновало чуть меньше, чем никак.

Больше всего хотелось избавиться от назойливого внимания властей и медиков, хотя было понятно – после случившегося раз и навсегда отделаться от них не получится.

В этом я не ошибся – после того, как все формальности утрясли, в моё владение вернулась комната в коммуналке (чему двоюродная тётка и её великовозрастный сыночек не очень-то и обрадовались), а на руках оказались все документы, меня выпустили из больницы. Вот только назначили персонального куратора и велели созваниваться с ним дважды в неделю, а по воскресеньям – приходить на консультации.

Для чего это было нужно, лично для меня оставалось загадкой, однако я не спорил. Всё лучше, чем постоянно находиться под наблюдением.

* * *

По просьбе полиции, те люди, которые присутствовали на моих похоронах, не спешили трепать о случившемся в СМИ. Хотя, конечно, в самом начале некоторые из них настрочили в сеть несколько сообщений и постов о произошедшем, чем спровоцировали всплеск интереса у представителей «жёлтой» прессы.

Пока меня возили полицейские, никаких проблем не возникало – я просто усаживался на заднее сиденье автомобиля на закрытых парковках, а потом не высовывался, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Но вот когда меня выпустили из больницы, и я оказался предоставлен сам себе, прямо на входе меня сцапали несколько представителей древнейшей профессии.

Журналисты, само собой.

– Кирилл! Кирилл! – на нижних ступеньках учреждения ко мне подлетела вихрастая девчонка в сарафанчике весёлой расцветки. За ней бежал полноватый оператор в жилетке, джинсах и с огромной камерой на плече, – Меня зовут Таисия, я репортёр телеканала ТВ…

– Простите, – я протиснулся мимо неё, – У меня много дел.

– Это правда, что вы воскресли прямо в гробу? – девчонка и не думала отставать, – Правда, что вас на собственных похоронах оживила молния? Что вы об этом думаете? Мы говорили с отцом Иннокентием…

– Думаю, что не понимаю, о чём вы, – я включил режим «дурака» и ускорился, заметив рядом с тротуаром автомобиль с жёлтыми шашечками, – Извините.

– Скажите, а вы…

Дожидаться, пока коллеги Таисии, тоже заметившие моё появление, присоединятся к ней, я не стал. Ускорив шаг, уже почти добежал до такси, распахнул заднюю дверь и ввалился внутрь.

– Едем, шеф, и побыстрее, если можно! Добрый день.

Водитель лениво нажал на кнопку стартера и тронулся вперёд.

– Фанаты? – спросил он спустя пару минут, зыркая на меня в зеркало заднего вида, – Блогер какой-нибудь?

– Какой там, – скривился я, – Журналисты с кем-то перепутали.

– А-а-а. Бывает. Меня один раз за Лепса приняли в ресторане, так там такое было! Короче говоря…

Остаток дороги пришлось провести под запутанную историю таксиста. Хотя, если честно, я его почти не слушал. Лишь изредка кивал и бросал короткие слова, междометия и отдельные звуки типа «А-а», «Ясно», «Да ладно?», «Нифига», «М-м-м», «Бывает».

Оказавшись возле нужного дома, расплатился с водителем наличными, выданными мне в банке ещё пару дней назад (телефона, чтобы привязать к нему карту и забыть об этих бумажках, у меня всё это время не было), поблагодарил его и вышел из машины.

Дом, милый дом. Такой ли он милый, как утверждает поговорка? Высоченная обшарпанная двадцатиэтажка в не самом благополучном районе. Явно не предел мечтаний, но хоть что-то… Направившись к подъезду, я поймал на себе заинтересованные взгляды двух старушек, греющих косточки на лавочке.

Одна из них, разглядев меня, побледнела и перекрестилась.

– Свят, свят, свят! – прошептала она.

– Добрый день, дамы, – улыбнулся я, проходя мимо.

– Кирюша, правда ты?! – распахнула глаза вторая, – А мы… А нам… Сказали, что ты того… Разбился, насмерть! Уже и похороны были!

– Враньё. Авария была, да. В больницу попал, там и лежал. И память, как вы говорите – «того». Пропала, начисто. Полиция мне только рассказала, кто я есть такой. Уж простите, что вас не узнал.

– Ну как, я баба Маша, Мария Олеговна, а это тётя Катя Веснова. Что, правда, память отшибло? Прям всю?

– Прям всю, – подтвердил я, – Хорошо хоть жив остался. А то мне и про родителей рассказали… Судьба, видимо, решила, что слишком уж злая это шутка получится.

Бабки переглянулись.

– Свезло, получается тебе, Кирюша. Ты сходи в церковь, помолись, поблагодари Бога, свечку поставь. Он тебя спас.

– Схожу. Простите, баба Маша, пойду я к себе. Устал, да и надо… Начинать как-то заново всё, получается.

– Иди, с Богом иди! – «отпустила» меня собеседница, – Ты, если вдруг что вспомнить надо будет – заходи ко мне. Под вами прям квартира.

– Хорошо. Доброго вам дня.

Отвязавшись от внимания старушек, я пешком поднялся на шестой этаж (лифт, как оказалось, не работал), отпёр дверь квартиры и, вытерев ноги о потрёпанный половик, вошёл внутрь. В нос сразу ударил запах алкоголя. Длинный и грязный коридор терялся в полутьме. Пол тут явно не мыли уже несколько недель – то тут, то там виднелись пятна и разводы, чьи-то следы.

Из-за ближайшей двери доносились звуки ссоры, на кухне кто-то сидел – там громко работал телевизор. Решив никого не беспокоить я, не рискнув разуваться в этом свинарнике, тихонько прошёл по коридору до своей комнаты и, отперев её ключом, оказался… дома.

Так вот, значит, где жил Кирилл Снегирёв? Да уж, не позавидуешь парню… Метров двадцать квадратных, не больше. Двухъярусная кровать, шкаф и диван. На стене висел небольшой телевизор, у завешенного окна – стол с цветам, стаканом воды, накрытым хлебом, и стареньким ноутбуком. Рядом с ним валялся смартфон.

Убрав всё со стола, я взял в руки сенсорный телефон. Сбоку оказалась кнопка включения. Нажав её, я уставился на экран.

«Введите пароль».

Семь, четыре, семь, один. Отлично!

Так, список сообщений, мессенджеры, социальные сети, почта… Список контактов… Ага, вот, выход в сеть!

Вбив своё имя я, к вящей радости, не обнаружил на новостных порталах кричащих заголовков, и лишь на третьей странице поисковика обнаружил сайт с небольшой заметкой о том, что случилось на кладбище. Интересно, кто же это оказался таким болтливым?

Ладно, это сейчас не самое главное. Гораздо важнее другое – почти никто не будет обращать на меня внимания, если я сам этого не захочу. Конечно, кроме полиции и других ведомств. Но и их, как я уже убедился, обмануть – раз плюнуть.

– Ну что ж, Кальн, поздравляю, – прошептал я сам себе, – Вот ты и в новом мире. Теперь всё только в твоих руках.

Глава 2

Из сна меня выдернул какой-то грохот. Разлепив глаза, я потянулся на кровати и, сев на ней, огляделся.

Кто-то ломился в комнату.

– Скоты, чего не спится в такую рань? – пробормотал я, бросая взгляд на настенные часы. Они показывали семь-тридцать утра.

Натянув джинсы, подошёл к двери.

– Кто?

– Отворяй ворота, Кирюха! – раздался громогласный клич, – Отмечать возвращение будем!

Глубоко вдохнув, я щелкнул двумя замками, снял цепочку, а затем отворил дверь. Внутрь, обдавая всё окружающее спиртовыми парами, попытался ввалиться мужчина в тельняшке, но я предусмотрительно упёр ладонь в его грудь, не давая пройти.

– Куда? – задал риторический вопрос.

«Матрос» на такое действие изумлённо уставился на меня.

– Ты чо, @#$%, Киря, попутал? Отмечать, говорю, возвращение твоё будем!

Вторая попытка протиснуться в комнату – с точно таким результатом.

– Рановато отмечать, – заявил я, не пуская непрошенного гостя, – Я спал.

– На том свете ото… – начал было алкаш, но глянув на меня, проглотил окончание фразы, – Сорян, братка, я чёт не подумал. Не пустишь друга что ль?

– Тебя как зовут, друг? У меня память отшибло. Начисто.

– Да ладно?

– Прохладно. Как зовут, спрашиваю? Какого @#$ ты ломишься ко мне в такую рань? Тебя что, в детстве не учили хорошим манерам?

От такого приветствия у морячка аж челюсть отпала. Он так и стоял с открытым ртом, пока я пристально его разглядывал.

Ненавижу алкашей. За всю мою долгую (очень долгую) жизнь ни в одном из миров я не повстречал ни одного, который был бы хотя бы не… Неприятным. А этот, судя по виду и запаху, уже накрепко застолбил за собой звание «омерзительного».

Рваная и засаленная одежда, грязные обломанные ногти, опухшее и помятое лицо, потная лысина в окружении остатков волос, хамство, наглость – каждый из этих элементов и по отдельности раздражал меня, а уж вместе…

– Я Колян, @#$. Из комнаты напротив, муж Маринки.

– Будем знакомы, Колян, – кивнул я, игнорируя протянутую руку, – Но у меня дел полно, так что сегодня никаких отмечаний. И завтра тоже. И вообще – ещё раз в такую рань попробуешь меня разбудить – я тебе руку сломаю, усёк?

«Морячок» мигом подобрался.

– Слыш, малой, ты хоть и без памяти, а за такой базар я тебе…

Что он там мне сделает, слушать было совершенно неинтересно. Коротко ударив в солнечное сплетение, пришлось выбить весь воздух из незадачливого «друга». Он, как подкошенный, рухнул на пол, мигом свернувшись в позу эмбриона.

– Это предупреждение. В следующий раз реально сломаю руку, – пояснил я, и закрыл дверь.

Спать расхотелось, зато проснулось чувство голода. Пользоваться местной кухней, явно не претендующей на звание самой чистой комнаты района, не хотелось совершенно. Да и продуктов, если подумать, никаких не было. Я оделся, пересчитал наличку Кирилла, доставшуюся мне, и задумался.

Денег было катастрофически мало. Несколько дней протянуть как-нибудь удастся, но вот дальше… Нужно было думать о том, как обустраиваться.

Обведя взглядом стены со старыми обоями, потрескавшийся потолок и истёртый пол, я быстро понял – оставаться здесь нет никакого смысла.

К счастью, после переноса мне досталась память паренька, тело которого удалось занять. Разумеется, чтобы не вызывать лишних вопросов, я просто корчил из себя идиота с амнезией – так проще, да и если у Кирилла оказались какие-то враги, это усыпило бы их бдительность.

Впрочем, уже через несколько дней после пробуждения на кладбище я понял, что этот парнишка никому не нужен. Он не представлял собой совершенно ничего сверхъестественного. Школа со средними оценками, средняя физическая подготовка, средние успехи у девушек. На языке так и крутилось слово «середнячок». Идеальное прикрытие.

Тем не менее, его память была не полной – довольно большой кусок личных воспоминаний Кирилла ушёл вместе с душой, но вот та часть, которая никуда не исчезла, была для меня гораздо полезнее. Устройство мира, технологии, язык, различные науки – всё это осталось в доставшейся мне черепушке. Именно потому я без проблем ориентировался в этом мире и мог спокойно общаться с людьми, не боясь привлечь к себе внимания несуразными вопросами. Ну а придуманная амнезия отлично дополняла общую картину.

Хотя, надо заметить – познания Кирилла о его мире были слишком скудными. Прискорбно скудными. С высоты прожитых столетий было понятно, что за восемнадцать лет невозможно узнать столько, сколько знаю я – однако и то, что имелось, откровенно говоря, не впечатляло.

Судя по тому, что я успел узнать (и осознать) – такое в этом мире было в порядке вещей. Целенаправленное саморазвитие интересовало едва ли пару процентов населения всей планеты, а остальным было нормально «и так». Тёплая постель, каждодневный обед, собственное жильё, семья, стабильная зарплата, автомобиль и пара поездок в год в другие страны – этого хватало основной массе населения. А некоторым нужно было и того меньше – взять хотя бы Коляна, сейчас валяющегося за моей дверью.

Вероятно, всему виной довольно мягкие условия жизни? Климат отличный, гравитация стабильная, никаких регулярных катаклизмов. То, что жители планеты за них считали, вызвало бы у меня один лишь смех, расскажи кто раньше о подобном. Цунами, ну надо же! Никаких длительных войн вот уже долгое время, довольно развитая медицина, на большинстве территорий нет проблем с продовольствием, а в Сети – масса развлечений на самый разный вкус. Что ещё нужно, чтобы жить и особо задумываться о завтрашнем дне?

Я уже видел такие миры. Как ни странно, они слыли самыми стабильными, но интереса ни у кого, как правило, не вызывали. Именно за счёт того, что взять от них было, по большому счёту, и нечего.

А неплохое место я выбрал, чтобы спрятать Сердце, очень неплохое…

Теперь бы только сообразить – как его найти?

Итак, что мы имеем? Немного денег, небольшой актив в виде этой крохотной комнатушки и… Всё. Друзья Кирилла? Часть воспоминаний о них отсутствовала, да и как они могли мне помочь? Никак, сто процентов. Так что и звонить им не было никакого смысла.

Родственники? Хм… Та тётка и её сын, кажется, рассчитывали на эту халупу… Помощи, судя по кислым рожам, от таких не дождёшься, а вот договориться можно попробовать…

Взяв смартфон, я вызвал список контактов и вызвал нужного абонента.

– Да?

– Тетя Люда, доброе утро. Надеюсь, не слишком рано вас побеспокоил?

Обычное, на первый взгляд, приветствие, поставило собеседницу в тупик.

– Алло? – на всякий случай произнёс я.

– Кирилл, это ты?

– Я. Извините, что так рано, но у меня есть к вам предложение. Вы ещё в Москве? Можем встретиться?

По памяти Кирилла я знал, что его тётка живёт за пределами столицы, но где именно – не помнил, так что на всякий случай решил уточнить.

– Предложение?

– Ага. По поводу комнаты.

Женщина фыркнула.

– Насчёт комнаты, ага. Небось спи@#$ли твои алкаши-соседушки чё-нить, а ты на нас решил это повесить?

Я тихо вздохнул. Она что, не знает значения слова «предложение»? Или путает его с «обвинением»?

– Да нет, что вы. Я просто… Так всё вышло странно, вы же понимаете? Я не хочу ссориться, поэтому предлагаю вам купить комнату. Дешевле рыночной стоимости. Гораздо, – я выделил это слово, – дешевле.

– На сколько? – тут же подобралась «тётка».

– Давайте встретимся, я вам всё расскажу. Приезжайте к полудню, ладно?

– Ладно, – озадаченно ответила женщина и, не прощаясь, повесила трубку.

– Старая кошёлка, – улыбнулся я, и открыл ноутбук.

Поиск агентств недвижимости и нескольких сервисов не занял много времени. Переговорив с несколькими людьми и сравнив цены на комнаты в этом районе, я прикинул примерную стоимость имеющейся жилплощади. Судя по местным меркам – стоила она немало, почти два миллиона. И если в провинции за такие деньги можно было купить настоящее, собственное жильё, то тут… А, да что там, мне же всё равно.

Желудок вновь подал сигнал, и я поспешил удовлетворить его запрос. Натянув на себя футболку, взяв телефон, ключи и кошелёк, покинул мрачноватую коммуналку. Колян, лежавший под дверью, видимо, неслышно уполз к себе в нору.

В округе оказалось немало различных заведений, а так как время только-только подобралось к их открытию – внутри почти никого не было. Я наугад выбрал одно из них и заказал себе целую пиццу и огромный стакан кофе. Судя по воспоминаниям Кирилла, это была не слишком полезная еда, но соотношение «цена\насыщение» меня устраивало. А о здоровье буду заботиться после того, как скину комнату «своей» тётке и разживусь деньгами.

Я был во множестве миров, это правда. И пробовал блюда самых разных культур, видов и национальностей, так что местные кулинары удивить меня не смогли. Впрочем, заказанный завтрак вполне устроил – было даже немного вкусно, если бы не такое обилие теста, но тут я сам виноват – надо было выбирать что-нибудь другое. А кофе так вообще оказался весьма и весьма приятным напитком, который стоило взять на заметку. Обжигающе горячий, терпкий, слегка горький, он прекрасно бодрил, так что, выпив один стакан, захотелось тут же взять второй, присоединив к нему ещё и небольшой десерт. Который тоже оказался совсем не плох.

Особенно учитывая, какой дрянью меня кормили в больнице.

Закончив завтракать, я отправился в ближайший магазин одежды. Вещей Кирилла, как ни странно, найти не удалось, а в больницу меня доставили в его похоронном костюме. Он был не слишком удобен, да и носить его каждый день было бы весьма… странно. Шмотки, что удалось найти в квартире, были довольно старыми и затасканными.

Я не стал откладывать это дело в долгий ящик. Выбрал себе удобные брюки, футболку и кроссовки, купил к ним мягкую куртку, а всё, в чём пришёл – выкинул в ближайший мусорный бак.

После этого прогулялся по району, но не потому, что мне было нечем заняться. Нет, отнюдь. Просто хотелось убедиться, что за мной никто не следит. Судя по тому, что «воскрешения» в этом мире не практиковались, я должен был стать объектом самого пристального наблюдения.

В чём и пришлось убедиться спустя какое-то время.

Неприметный мужчина в кепке и солнцезащитных очках появлялся везде, куда бы я ни пошёл. Парк, торговый центр, улицы, скверы. Слежку он вёл достаточно профессионально, но поставить такого профана наблюдать за лучшим вором десяти тысяч миров? Едва ли он смог бы меня «вести», если бы я собрался слинять от него.

Но я не стал этого делать. Незачем показывать, что наблюдение обнаружено, и незачем демонстрировать свои навыки. Всё равно не делаю ничего такого, что могло бы вызвать подозрение, а лишнее внимание только навредит.

Интересно, это полиция, или кто-то другой? Впрочем, опять же – сейчас это не так уж и важно.

Послонявшись по округе ещё какое-то время и поразмышляв о дальнейших планах, я понял, что скоро наступит полдень, так что направился в сторону дома. Подходя к подъезду, поздоровался со вчерашними старушками и поднялся на свой этаж. В квартире напротив снова ругались люди. Видимо этот Колян и его жена. Что ж, это не моё дело, а вскоре, вероятно, я и вовсе о них не вспомню.

«Родственница» прибыла ровно в назначенный час, минута в минуту. Тётя Люда позвонила на телефон, попросив открыть подъезд, и поднялась в квартиру.

– Извините, ничего съестного нет, сам сегодня в забегаловку с утра ходил, – повинился я, предлагая ей сесть за стол.

– Мог бы и купить что-нибудь.

«Стерва».

– Мог конечно, но что-то не подумал даже. Да и сами знаете, после случившегося с головой у меня… не всё в порядке.

Она подозрительно посмотрела на меня, словно опасаясь, что я вот-вот на неё наброшусь.

– Ты хотел поговорить о продаже комнаты.

– Вам она нужна, правда? – в лоб спросил я.

Женщина помялась, но всё же ответила:

– Нужна.

– Отлично. Я сегодня всё утро говорил с риэлторами и изучал цены. Стоит она примерно два миллиона, плюс-минус. Думаю, вы и сами это знаете. Я предлагаю вам забрать её за один.

– За один миллион?

– Ага, – кивнул я, – Жить я тут точно не останусь, так что в любом случае избавился бы от неё. А раз вам она так нужна, я подумал – почему бы не сделать родственникам подарок?

Тётя смерила меня презрительным взглядом.

– Подарок, который и так уже был нашим!

– Тетя Люда, – спокойно сказал я, – Я умер. Умер, понимаете? И вернулся не для того, чтобы обломать все ваши планы. У меня амнезия, это так, но по вашему лицу и словам понятно, как вы ко мне относитесь. Комната мне не нужна. Но и отдавать её за просто так – глупо. А деньги не помешают как можно быстрее. Так что давайте вернёмся к тому, с чего начали, и без всяких фырканий и прочих малоприятных вещей. Один миллион рублей – и комната ваша. Хоть сегодня, хоть прямо сейчас. Будете сдавать – отобьете года за три. А хотите навариться – перепродайте и миллион получите как с куста.

– Что-то всё это подозрительно гладко звучит.

– Надо думать, с такой щедростью вы ни разу не сталкивались? – я усмехнулся, – Но сейчас я с вами предельно честен. Хотите комнату – платите. Можете приводить кого угодно – нотариусов, юристов, риэлторов, оценщиков, полицию – мне всё равно. Я хочу избавиться от этой жилплощади как можно скорее. У вас один день на раздумья, а потом я выставлю её на продажу или аренду.

– Я приеду завтра, с нотариусом и риэлтором. Сегодня проверим, и если ты не успел её заложить – составим контракт.

– Отлично! – я расплылся в улыбке, – В таком случае – не смею больше задерживать. Жду вас завтра в то же время!

* * *

Посреди ночи я проснулся. Сначала подумал, что это кто-то из соседей снова шумит, и первой мыслью было пойти и накостылять уродам как следует. Однако полежав несколько секунд в кровати, понял – очнулся не потому, что что-то услышал. Ощущение было другим – давно забытым чувством опасности, которое не раз спасало мою шкуру.

И это вызывало опасения. Все мои способности и таланты, которые я так долго тренировал в прошлой жизни, в этом мире оказались недоступны. Вместе с прошлым телом пришлось потерять и все накопленные силы, так что подобное ощущение… Настораживало.

Чуть повернув голову на подушке, я попытался осмотреться. Светлело в это время года рано, так что комнату удалось отлично разглядеть. На первый взгляд – всё было в порядке. Но это только на первый взгляд.

На столе сидело… Нечто. Размером с большой компьютерный монитор. Только мониторы, как правило, не имеют перепончатых крыльев, лап с острыми когтями, вытянутой морды с приоткрытой челюстью, усеянной острыми клыками, и кроваво-красных глаз, светящихся в темноте.

Я смотрел на эту тварь, а она смотрела на меня. Не двигаясь, не моргая. Так продолжалось довольно долго. Однако стоило пошевелиться – как всё изменилось.

Распахнув крылья, тварь прыгнула вперёд. Резко перевернувшись на кровати, я перекатился к её другой стороне. Как раз в этот момент длинные когти впились в то место, где мгновение назад покоилось моё тело.

Свалившись на пол, я вскочил с четверенек и рванул вперёд, к выходу из комнаты. Тварь, впрочем, уже сориентировалась. Гибкое, мускулистое тело плавно перескочило меня под самым потолком, преграждая путь к отступлению.

Я запаниковал. Оружия у меня не было. Сил, чтобы справиться с неизвестным ночным гостем – тоже. А существо, между тем, вообще никуда не торопилось. Облизнув морду длинным, раздвоенным языком, вывалившимся из пасти, она переступила с лапы на лапу и выпустила из них длинные когти, больше похожие на кинжалы.

Кажется, меня сейчас на куски порежут…

Маленький шаг влево, взмах руки – и мне навстречу несутся эти чёртовы огненные глаза. Тупая тварь.

Конечно, я не собирался подставляться под её зубы. Качнувшись в одну сторону, в последний момент поменял вектор движения и, чуть ли не порвав жилы давно не тренированного тела, бросился в противоположную, чудом не попав под удар.

Я выскочил в коридор, едва успев распахнуть дверь. Когда сунулся в дверной проем, в паре сантиметров от головы что-то свистнуло, так что пришлось мешком повалиться на пол – совсем также, как рухнул забулдыга Колян, приходивший ко мне утром. Кажется, и второй удар существа ушёл в «молоко». Вот только внутри меня почему-то поселилась уверенность, что в третий раз она не промахнётся… И какого хрена никто не выходит из комнат?!

Снова оказавшись на четвереньках, я нырнул за стену, вскочил, и рванул по коридору к выходу. Не выдержав давно забытого напряжения погони – обернулся. Тварь, работая лапами, выскочила следом. Зашипев, она бросилась вперёд. Уже понимая, что не успеваю добраться до двери, я в очередной раз рухнул на пол, надеясь только на чудо.

В следующий миг что-то оглушительно грохнуло. А затем послышался пронзительный визг, звон стекла – и всё закончилось. Я, не веря, что ещё жив, перевалился на спину.

– Кирилл, с вами все в порядке? – невозмутимо спросил офицер Смирнов, протягивая руку.

Глава 3

– Спасибо, – взявшись за протянутую руку, я поднялся.

– Вижу, выбрал удачный момент, чтобы заглянуть.

– Не то слово.

Я огляделся. В конце коридора, на кухне, окно оказалось разбито. Порванные занавески колыхал лёгкий сквозняк. На стене рядом со входом в мою комнату виднелись следы огромных когтей. Но тела твари, к сожалению, нигде не наблюдалось.

Ушла, сука!

И несмотря на всё случившееся – соседи до сих пор мирно спали!

– Что это было? – наконец спросил я. Молчание затягивалось.

– Нетопырь.

– Что?

Смирнов смерил меня недоверчивым взглядом.

– Судя по тому, что эта тварь пришла к тебе – должен и сам знать.

– Эмм… – мне даже не пришлось изображать удивление, – Понятия не имею, о чём вы.

– Забавно, – Смирнов прищурился, – И сканирование ничего не показало. Неужели ты и правда столько лет умудрялся не знать, что у тебя есть способности?

– Так, – в голове крутилась сотня вопросов, – Я действительно не представляю, о чём вы. Давайте хотя бы в комнату зайдём, пока соседи не проснулись. Хотя, если их вся эта возня не разбудила…

Дмитрий расхохотался, ничуть не опасаясь, что его услышат.

– Ты реально новичок? В таком возрасте? Впервые такое вижу, ха! Никто не проснётся, Кирилл. Эта тварь распылила сонное зелье. Твои соседи проспят до полудня, и ничего не услышат. Хотя ты прав, – он брезгливо огляделся, – оставаться в этом клоповнике нет никакого желания. Идём, прокатимся. Чувствую, нам всё же есть, о чём поговорить.

– Оденусь сначала.

Через несколько минут мы спустились во двор и подошли к машине Смирнова. Это была новенькая «Шкода».

– Куда едем? – спросил я, усаживаясь на пассажирское сиденье.

– К одному человеку, – туманно ответил Смирнов, – А по дороге поболтаем.

Взвизгнув шинами, авто стремительно тронулось с места, выскочило из двора и пулей понеслось по широкой улице.

– Итак, Кирилл Андреевич… Ничего не хотите рассказать?

– Я вообще-то надеялся, что вы мне всё поясните. Что это за тварь? О каких способностях вы говорили? Как вообще оказались в квартире?

– Во-первых – давай на «ты». Во-вторых – ты что, реально ничего не понимаешь? Мы думали, что какой-то самоучка решил поводить нас за нос.

– Мы?

– Блин, ты и правда не в курсе, – вздохнул майор, – Ладно, давай начну издалека. Люди, как ты наверное понимаешь, сами по себе не воскресают?

– Да уж это не тайна.

– Ну в каком-то смысле, да. Но зато некоторые из нас имеют … Некоторые особенности.

– Мутации что-ли?

– Можно сказать и так. Научно это тяжело подтвердить или опровергнуть. Да и без Истока никакие особенности не проявляются, так что…

– Стоп, стоп, – пришлось перебить его, – Я совсем запутался.

– Короче! – отрезал Смирнов, – Есть люди обычные, а есть – со способностями. Простаки их называют магами, колдунами, волшебниками, чародеями. Кто-то умеет управлять огнём, кто-то – копаться в мозгах, да так, что потом не отличишь реальность от вымысла. Телекинетики, ледяные ходоки, морфы. А самом деле, талантов и умений много, я даже и не все знаю, если честно.

– Так, – мне в который раз пришлось удивиться, – Значит, я – один из таких?

– Видимо да. Мы проверили тебя почти сразу, если помнишь, но не обнаружили особого отклика на Исток. Но сейчас, – он отвлёкся от дороги и, прищурившись, посмотрел на меня, – я вижу, что он есть. Видимо, дару потребовалось какое-то время, чтобы проявиться после «воскрешения».

– Ты всё время говоришь «мы». «Мы» – это кто?

Смирнов, снова на несколько секунд отвлёкшись от дороги, внимательно посмотрел на меня.

– А вот это, Кирилл, я тебе пока сказать не могу.

– Почему?

– Потому что ты можешь просто прикидываться дурачком, и на самом деле быть… Не знаю, шпионом.

– Да чьим шпионом?!

– Брось, – Дмитрий засмеялся, – Я работаю в полиции, нежели думаешь, что меня можно так легко обвести вокруг пальца? На подобные уловки я даже в школе не повёлся бы.

– Ладно, – я пожал плечами, – Тогда расскажи о той твари. Кто она? Почему пришла ко мне?

– Тут всё просто. Этот нетопырь – подвид одного из младших фамилиаров.

– Кого?

– Ведьмины прихвостни. Выполняют для них всякую мелкую работу, проворачивают не слишком сложные делишки. Убить кого-нибудь, например, или стащить нечто ценное.

– Но меня-то зачем убивать?!

– Это ещё проще. Ты, как маг, имеешь определённую ценность. Энергетическую, в основном. Те из нас, кто послабее – отличная жертва для ведьм и колдунов-ренегатов. Нетопырь пришёл с сонным зельем, распылила его в квартире и должен был выпить у тебя всю силу, а затем – вернуться к хозяйке и отдать её. Но на тебя, по какой-то причине, зелье не подействовало. Что лишний раз подтверждает, что ты не так прост, как кажется на первый взгляд.

– Бред какой-то! – выпалил я, ничуть не покривив душой.

Произошедшее удивило меня ничуть не меньше, чем если бы это произошло с предыдущим владельцем тела. Кирилл ничего не знал – ни о магах, ни о колдунах, ни о подобных тварях, ни о людях, имеющих какие-либо магические таланты.

Точнее, знал – но лишь из массовой культуры. Всё это для него являлось выдумкой, обычным развлечением на вечер. Но о том, что нечто подобное существует в реальности парень никогда не верил. Да и я, за то время, которое провёл на Земле, успел привыкнуть к тому, что это полностью техногенный мир, без всего того, что местные жители считают магией или колдовством.

– Понимаю твоё настроение, – кивнул Смирнов, выруливая на кольцевую дорогу, – Сам обалдел, когда всё это узнал. Правда, мне тогда всего шесть лет было, но всё равно…

– Значит ты – маг?

– Типа того.

– И служишь в полиции?

– Тебя это удивляет?

– Немного. Зачем… хм… работать, если у тебя есть такие силы?

– Силы разные бывают, ты что, не слышал, что я три минуты назад говорил? Я, например, не могу каждый день колдовать на стол изысканные итальянские блюда, как не могу из воздуха делать деньги. У меня другой талант, и его лучше всего применять, работая в полиции.

– И что т умеешь?

– Узнаешь, если выпадет случай, – отрезал Смирнов.

– Ладно, вопрос, как ты попал ко мне в квартиру, отпадает, – согласился я, – Но куда мы едем? Надеюсь, я не нарушил никаких ваших правил, и на самом деле ты не везёшь меня в лес, чтобы грохнуть?

– Нет конечно, ты чего! – Дмитрий расхохотался, – Мы против того, чтобы раскидываться потенциально ценными кадрами. Да и нарушить ты, по большому счёту, ничего не успел.

– Опять «мы», – вздохнул я.

– Не парься, узнаешь, если всё сложится удачно. Тем более, что мы уже недалеко.

Я не стал спрашивать, недалеко от чего – всё равно не скажет, так проще подождать, и самому увидеть. Тем более, что было над чем поразмыслить. Впрочем, много времени мне на это не дали – свернув с кольцевого шоссе на прилегающую автостраду, мы довольно быстро покинули пределы столицы, а ещё через полчаса Смирнов привёз нас в какой-то загородный посёлок.

Покружив по узким улочкам он, наконец, остановил машину у довольно старого особняка. Путь к нему преграждали массивные кованые ворота и высоченный кирпичный забор. На улице, кроме нас, никого больше не было.

– Приехали, – сообщил майор, – Идём.

Дмитрий подошёл к воротам и нажал кнопку вызова домофона. Я послушно выбрался из машины следом за ним и невзначай заметил:

– Поздновато для визитов.

– Ничего, примут, – откликнулся мой спутник, и нажал кнопку ещё раз.

В колонке раздался треск, а затем – малоприятный скрипучий голос:

– Кого там черти принесли?! Совсем охренели!? Сейчас собак спущу, вы…

– Баба Марфа, это я, Дима, – вклинился майор, – Есть дело. Срочное.

Поток брани, изрыгаемый колонкой, оказался прерван.

– До утра никак не мог подождать? – проскрипели на том конце провода, – Заходи. Ты не один что-ли?

– Потому и приехал.

– Сейчас выйду. Собак не бойтесь, не тронут.

Щелкнул замок, и Смирнов дёрнул на себя дверь небольшой калитки, жестом предлагая проследовать за ним.

Двор оказался большой. Сразу за воротами расположилась вместительная парковка на три автомобиля. Её накрывал навес. Справа – огромная лужайка с высоченной яблоней, растущей прямо посреди газона. Чуть дальше виднелся небольшой домик, а прямо перед нами возвышался особняк.

Трёхэтажный, с двумя террасами на первом и втором этажах, кирпичный дом, судя по внешнему виду, был построен довольно давно. Однако кондиционеры, пластиковые окна, новенькая отмостка и современное освещение намекали, что строение содержат в образцовом порядке.

Справа что-то зашуршало и я, повернув голову, покрылся мурашками. В паре метров стояла огромная собака. Огромная – это как минимум раза в два больше овчарки. Лохматая и мускулистая, она больше напоминала призрачного пса, или щенка Цербера – древнегреческого чудовища. Глядя на меня своими оранжевыми глазами, она не выказывала никаких признаков агрессии, однако я прекрасно понимал – если ей что-то не понравится, можно попрощаться с жизнью.

Охренеть, и куда меня только занесло?!

Из-за внедорожника, стоявшего ближе всего к нам, вышла ещё одна псина – точно такая же. Обнюхав руку Смирнова, она вильнула хвостом, и прошла мимо, улёгшись прямо под яблоней. Товарка через секунду тоже присоединилась к ней. Я шумно выдохнул.

– Ну и чудища.

– При хозяйке такое не скажи.

Через парковку мы прошли до крыльца, где нас уже ждали.

Низкорослая, сгорбленная старушенция, закутанная в юбки и шали, с красным платком на голове и кучей разнообразных монет, которые усеивали её одежду, побрякивая при каждом движении. Сморщенное лицо, покрытое морщинами, одновременно выражало любопытство и раздражение.

Но больше всего меня поразили глаза пожилой женщины – льдисто синие, и такие яркие, что казалось, будто они светятся в темноте.

– Ну и чего ты припёрся на ночь глядя? Да ещё и студентика с собой приволок?

– Помощь нужна, баба Марфа.

– Ну конечно, а как иначе? – заворчала она, приглашая нас в дом следом за собой, – Помощь ему нужна… Как ставку делать – помощь. Наговор снять – помощь. Хоть бы раз приехал просто так, проведать бабку…

– Ну да, – рассмеялся Дмитрий, – А кто тебе навес устанавливал? А газон кто постригать приезжает? Баню ни в жисть бы не построила, без меня.

– Фу ты ну ты! – старушка отмахнулась, – Ещё и попрекать вздумал?! Совсем стыд потерял!

Через широкий коридор мы прошли в светлую гостиную. Жестом предложив сесть, хозяйка дома отошла шкафчикам и достала оттуда три чашки, попутно щёлкнув тумблером чайника.

– Мёд будете?

– Будем, – кивнул Смирнов, – А булочек нет?

– Тебе лишь бы пожрать. Пятый час утра, какие булочки? Завтрака жди! Эй, парень, как там тебя? – крикнула она мне.

– Кирилл.

– Помоги старухе.

Не споря, я перенёс кружки с ароматным чаем на стол, и уселся напротив Смирнова, по-прежнему ничего не понимая. Однако, судя по всему, никто не спешил переходить к делам. Почти в полном молчании мы выпили горячий напиток, и уставились друг на друга.

– Ну? – наконец, спросила Марфа, – Чего ты меня поднял посреди ночи? Долго сидеть будем? Или ты решил дождаться, пока я копыта отброшу, а товарищ тебе нужен, чтобы мой труп спрятать?

– Не, – Смирнов тряхнул головой, – Мы по делу.

– Ну излагай тогда, не тяни!

– Кирилл – маг. Только безо всяких сил. Ещё он… умер в начале месяца. И воскрес спустя пять дней. И ничего не помнит о своём прошлом, вообще ничего. У нас он не был зарегистрирован, да и лет ему уже куда больше, чем когда впервые проявляются способности. После того, как он… вернулся с того света, мы проверили его, но ничего подозрительного не обнаружили. Он – обычный человек. Вот только сегодня ночью к нему наведался чей-то фамильяр. И пока мы ехали, я увидел проявление колебаний энергии в ауре парня. Их не было несколько дней назад.

– Ага, и вместо того, чтобы выполнять свою работу – проследить за тварью, а затем найти её владельца, ты этого молокососа ко мне приволок?..

– Да за крылатым Гриша проследит, – отмахнулся Смирнов, – А вот с Кириллом нужно разобраться. Судя по последним событиям, он – совсем не обычный человек.

– Зачем ты притащил его ко мне? – повторила вопрос Марфа.

– А куда ещё? Сразу после воскрешения его проверяли целители и менталисты клана, ничего не обнаружили. Ждать до утра… Можно, конечно, вот только официально весь процесс затянется, а я прям чувствую, что тут стоит копнуть. Может получится быстро понять, в чём дело. Да и с Виктором Данилычем договориться всегда можно, он поймёт. Ты уже несколько раз мне помогала с такими случаями. Выручи снова, а за мной не заржавеет, ты же знаешь.

– Знаю, знаю, – прокряхтела бабка, вставая со стула и направляясь ко мне.

Приблизившись, она бесцеремонно взялась за подбородок и подняла его указательным пальцем, внимательно глядя прямо в глаза.

– Не соврал, и правда непростой парень, – пробормотала она, – Идём, Кирилл. Тут одним взглядом не обойдёшься.

Я вопросительно посмотрел на Смирнова, но тот и бровью не повёл, так что пришлось последовал за старухой, вышедшей из комнаты. Пока мы поднимались на третий этаж, у меня в голове билась целая вереница мыслей.

Оказавшись в небольшой комнате, заставленной книжными шкафами, я поднял взгляд. Крыши тут не было. Точнее – присутствовал лишь стеклянный купол, через который было прекрасно видно звёзды.

– Ложись, – бабка Марфа указала мне на кушетку возле одного из стеллажей. Откинув плед, я устроился поудобнее.

– Что вы будете делать?

– Посмотрим сначала на твою ауру, а потом попробуем пробраться в светлую головушку, – не отвлекаясь от поисков чего-то на столе, пояснила старуха.

Её ответ мне не понравился. Корчить из себя ничего не помнящего Кирилла в свете последних событий было куда безопаснее, чем открывать своё истинное лицо.

Если Марфа на самом деле знает, что делать – быстро поймёт, что память у меня никуда не делась. Точнее – частично сохранилась. И своя собственная, и Кирилла. И тогда придётся объясняться с товарищем майором и теми, кто за ним стоит. Вряд ли из этого выйдет что-нибудь хорошее…

Я, конечно, мог сейчас попробовать сбежать. Оглушить старушку, незаметно выбраться из дома, но… Что потом? Вечно скрываться? Если тут есть тайное сообщество тех, кто владеет способностями, недоступным большинству людей – они наверняка имеют довольно серьёзную власть в местном социуме, и с лёгкостью найдут меня. По крайней мере – пока я недостаточно освоился в этом мире…

С другой стороны – Владыка оставил мне лишь часть собственных воспоминаний. Он предложил сделку, это так – но убрал самое важное. То, что на первый взгляд, довольно сильно помогло бы найти Сердце Арна… И мне невероятно – невыносимо! – хотелось вернуть то, что составляло часть той личности, которой я был раньше. Не только по моральным, но и вполне меркантильным причинам, разумеется.

Я уже несколько раз думал над этим, и прекрасно понимал – Владыка неспроста поступил так. Он наверняка знал, что удалять, и однозначно не хотел, чтобы в моём сознании остались вещи, касаемые Сердца. И хотя главной моей задачей было найти артефакт и вернуть его, попав в этот мир, я кое-что для себя решил сразу – торопиться с этим делом не стоит. Ведь чтобы получить свободу, всегда можно отыскать ещё один… Вариант.

А эта старушка, при должном везении, поможет мне восстановить недостающие фрагменты памяти.Если осталось, что восстанавливать, конечно.

Понапрасну рисковать не хотелось, но если у меня получилось провести Смирнова и его друзей-магов с самого начала – может, получится сохранить инкогнито и сейчас? Ставить ментальные блоки меня научили ещё в самом начале воровского пути, так что…

– Надеюсь, мне не придётся пить какую-нибудь дрянь?

– Ты смотри, какой привередливый! – фыркнула Марфа, – Вы, молодёжь, все сейчас такие. Жареной картошечки не хочу, дайте салат Цезарь и рави… рави… Тьфу, как там эту дрянь, называют?

– Не знаю, о чём вы, но картошечку жареную я люблю. С молоком особенно.

Старуха снова усмехнулась, продолжая колдовать над столом. Её руки удивительно легко порхали над какими-то баночками, скляночками, ступками, ящичками и тарелочками. Содержимое более десятка бутылочек смешивалось с порошками, травами, вытяжками и неизвестными мне ингридиентами, пока в руках Марфы не оказался стакан с подозрительно мутной зеленоватой жидкостью.

– На, – она сунула гранёную ёмкость мне в руки, – Пей залпом, и смотри, кушетку не заляпай! Помёт гремлина так просто от кожи не ототрёшь.

Я, уже собираясь приложиться к «угощению», но после этих слов едва не выплеснул содержимое.

Марфа залилась кашляющим смехом. Несколько секунд её тело сотрясалось (от веселья, полагаю), а монетки, нашитые на одежду, зазвенели.

– Ох, ну ты валенок сибирский! Шуткую я, не переживай. Нет там ничего такого.

– Точно?

– Точно. Пей, говорю, уже светать начинает, а у меня с утра клиенты.

Вдохнув поглубже, я поднёс стакан к губам и, стараясь не принюхиваться, залил в себя ведьмовской отвар. Удивительно, но никакого вкуса он не имел.

– Так, и что теперь?

Вместо слов изо рта донёсся только хрип. С удивлением осознав это, я попытался поднять руку, но она оказалась удивительно тяжёлой. Перевести на неё взгляд тоже не получилось – зрачки будто залили смолой.

«Чем это она меня опоила?» – мелькнула мысль, и после этого сознание поглотила темнота.

Глава 4