Где-то там…

Пролог

– Как прошла смена, стажёр? – бодро спросил начальник отдела обеспечения операций по заброске агентов, влетевший в кабинет и заставший заспанное лицо своего нового подопечного.

– Никаких происшествий, начальник Рафт, – отрапортовал паренёк, только вчера прибывший на свою первую практику.

Это была действительно первая практика курсанта Флика за всё время его недолгой, но плодотворной учёбы. И сразу боевое дежурство. Гордость и ответственность за хорошо отработанную смену читалась сейчас на его хоть и немного сонном, но счастливом лице.

Этот поток в училище внешней разведки был набран для обучения по ускоренной и значительно укороченной программе. Поэтому на практику студентов отправляли уже после трёх месяцев обучения.

Такие меры мобилизации человеческих ресурсов потребовались в связи с ожесточённой войной, развязанной с расой терхов, внезапно объявившейся на задворках Звёздного Содружества.

Пока начальник вспоминал причину появления здесь этого не к месту упомянутого казуса, то ли курсанта, то ли напавшего на Содружество врага, стажёр продолжал свой доклад, хотя, по идее, он должен был закончиться уже на первых словах.

– Все работы проводились в порядке графика, утверждённого вами вчера и переданного мне по смене, – закончил он и стал, подражая бывалым военным, тянуться в струнку и поедать своего начальника глазами, правда, выглядело это настолько комично и неестественно, что начальник усмехнулся.

Но, вникнув в смысл сказанного, ему несколько поплохело.

«Какой к тарку график?» – подумал он.

В это время у Рафта непроизвольно начался нервный тик с лёгким подергиванием правого глаза.

Заметив такую неоднозначную реакцию руководителя на свой небольшой и, как ему казалось, удовлетворительный и даже, можно сказать, хороший доклад, стажёр непроизвольно плюхнулся на стул.

– Какое распоряжение и какой график? – повторил начальник уже свою мысль вслух, желая разобраться в произошедшем и понять, что вообще здесь происходит.

Нехорошее предчувствие незаметно подкралось к многоопытному комбинатору и кольнуло в сердце старого и ответственного вояки маленькой иголочкой больших неприятностей. Он никогда бы по собственной воле не оставил этому мальчишке, не знающему, с какой стороны настраивается инвариантный телепорт или как выглядит ментопрограмматор, никакого ответственного задания. Тем более он бы не привлёк его для работ с контролем графика переброски агентов из одной точки в другую.

«А тут нате, получите и распишитесь, работы в порядке графика», – проворчал про себя Рафт и повернулся к пареньку, чтобы получить от него более полный ответ и уточнить несколько деталей.

– Ну, давай рассказывай, что за работы в порядке графика я тебе оставил? Как они прошли, и что ты вообще проделал, и как?

Поняв, что первая волна неприятностей миновала, Флик начал свой неторопливый, захватывающий и увлекательный рассказ о перипетиях, казалось бы, спокойной работы обычного ночного сторожа, которым он и должен был пробыть всё время своей практики, по хитроумной задумке начальника Рафта.

Но как бы не так.

* * *

Смена Флика началась с дружеской встречи с его новыми сослуживцами, Смешем и Триком. Хорошие, весёлые ребята. Предложили отметить вступление в должность и первое ночное дежурство стажёра. Даже согласились рассказать, что здесь и как, помочь ему немного на первый раз и посидеть с ним пару часиков, если он, так сказать, проставится за встречу.

Флик, наслушавшись баек, которые травили ещё в училище старшекурсники, смекнул, что ему представился хороший способ влиться в коллектив, и решил не упустить такой возможности и не терять времени даром.

Быстренько сбегав за едой в круглосуточный буфет и притащив из своей комнаты на станции тайком пронесённую на этот секретный объект бутылку убойного пойла, он организовал небольшой стол для себя и своих новых знакомых.

Флик старался не налегать на спиртное, помня, что ему ещё выполнять свой долг перед Содружеством и нести бдительную вахту по охране его рубежей. Однако его более крепкие товарищи смогли даже тем малым количеством выпивки, что досталась стажёру, ввести его в состояние нирваны и не сильно большого опьянения, которое тем не менее сыграло большую роль в его дальнейших действиях.

– Совсем забыл, – вдруг воскликнул Смеш, – Трик, ты не помнишь, куда я положил распоряжение начальника Рафта на проведение ночных работ?

– Ох, точно, как это мы?.. – отозвался дружок. – Вон оно на столе лежит. – И указал рукой в направлении планшета головизора.

О нём Флик только знал. Это была последняя разработка, которая строит трёхмерные модели и позволяет проводить с ними всевозможные операции, управляя ею как на тактильном уровне, так и мысленными усилиями. До этого он работал только с моделями, которые были у них в училище, но это был гораздо более навороченный экземпляр виртуального эмулятора.

Боязливо подойдя к столу, Флик аккуратно взял в руки это произведение инженерного и менто-магического гения Содружества и империи Аграф. Его мечта. Он часто рассматривал рекламу этого планшета перед сном. Как многое мог бы он сделать, имея такой аппарат для работы телепортоператора[1] ещё во время учёбы! Какие шутки и приколы смог бы он устроить!

От мечтаний его отвлёк голос Трика.

– Просмотри расписание. Там в полночь должен состояться перенос агента с кодовым именем Ржач?

– Да, нашёл, – сказал Флик, быстро просмотрев список заданий на сегодня.

– Тогда ознакомься с сопроводительной документацией и комплектом метапрограмм, которые нужно ему загрузить во время переноса.

– Хорошо, сделаю, – довольно ответил Флик.

«Вот оно, моё первое задание, и уже отработка заброски полевого агента в боевых условиях. Будет чем похвастаться, когда вернусь. А то старшекурсники все говорили: мол, дальше мытья толчков нас не пустят. Это их не пускали. А нам оказывают больше доверия, чем им. Знают, что мы лучше подготовлены», – радостно думал Флик.

В полупьяном сознании паренька не закрадывалось даже мысли, что по уставу, который он должен был вызубрить перед вступлением на вахту, он как минимум должен доложить о начале проведения операции своему непосредственному руководителю.

Между тем Смеш подошёл к сейфу, находящемуся у стены в кабинете, и извлёк оттуда инфокристалл.

– На, возьми, – протянул он его Флику, – здесь координаты точки приёма и места отправки полевого агента.

Стажёр осторожно взял в руки инфокристалл и высветил на экран нужные координаты. Посмотрев на них, он спросил:

– Ребята, может, вы останетесь и поможете мне? – Флик только сейчас понял, что это не розыгрыш, а настоящее боевое дежурство и ему самостоятельно придётся выполнять переброску агента.

Такой опыт у него был только теоретический, как бы ни бахвалились курсанты перед собой. Единственный раз, когда он выполнял данную операцию и то в тренировочном режиме, он её провалил. Благо она проводилась на виртуальном тренажёре.

И вот теперь от его действий зависела жизнь человека. Неудивительно, что он струхнул.

Но винные пары и увещевания товарищей сделали своё дело.

Трик начал ему объяснять:

– Нет, нам нельзя тебе помогать. Это твой пропуск в привилегированную касту телепортеров. Это твоё первое самостоятельное задание покажет, насколько ты готов к дальнейшему прохождению службы в нашем ведомстве. И именно на основании его результатов строится основная характеристика стажёра.

Масла в огонь подлил ещё и Смеш.

– Но главным является то, что от того, как ты проведёшь своё первое дежурство, будет зависеть отношение к тебе нашего начальника.

– Я понял, – сказал, несколько успокоившись, Флик.

А приняв на дорожку и за удачную смену последний, роковой стаканчик пойла, вообще поверил в свои силы и счастливую звезду и в нетерпении стал дожидаться нужного времени.

Когда его товарищи ушли, ему хватило силы воли и капелек оставшегося ума не завалиться спать, а начать изучать выданную ему документацию.

Первым делом Флик просмотрел полученные бинокулярные тетрайдные коды места привязки. Когда он вывел картинку с трёхмерной матрицей, то задумчиво посмотрел на неё и пробормотал:

– А нам говорили, что анализом координат занимается автономный искин и в программатор заносит их самостоятельно, а мы должны осуществлять только контроль выполнения операций. А тут смотри-ка, всё приходится делать вручную.

Но тут его озарила гениальная идея: «Ведь это испытание и проверка моих знаний! Поэтому мне и выдали только этот мощнейший планшет и координаты. Все расчёты и действия я должен проводить самостоятельно».

И, окрылённый пониманием сути происходящего, он резво приступил к выполнению поставленной перед ним задачи.

После беглого просмотра матрицы координат Флик понял, что они составлены в соответствии со стандартной системой исчислений и поэтому обработать и ввести заранее их в программатор телепорта для него не составит труда. Только не нужно торопиться. Нельзя ошибиться даже в мелочах.

Сообразив, что ему выдали не слишком сложный расчёт, он обрадованно ввёл нужные данные и, довольно потерев руки, решил приступить к изучению сопроводительной документации.

«Так вот в чём засада…» – подумал Флик, вчитываясь в переданное ему задание и проверяя коды доступа к необходимым ему ментообучающим программам.

Ментопрограммы, которые следовало внедрить агенту, теоретически были совершенно несовместимы.

«Но если мне дали такое поручение, значит, это возможно», – решил молодой стажёр и принялся изучать структурное строение каждого внедряемого агенту модуля.

Флику повезло, его отец как раз был разработчиком и создателем ряда ментомодулей гражданской направленности, а сын, наблюдая за ним, и сам втянулся в это занятие, которое постепенно переросло в серьёзное увлечение. Но сейчас весь накопленный опыт, его и отца, которому он позвонил, чтобы проконсультироваться по некоторым вопросам, бился о непробиваемую стену абсолютно нестыкуемых модулей.

Флик взглянул на время и понял, что не успевает, переброска должна была начаться через несколько минут. Он быстренько скинул все модули в программатор и начал поспешно укладывать их хоть в какое-то подобие последовательной структуры. Кое-как разместив большую часть из них, он получил хоть и не стройную, но целостную картину. Но три ментопрограммы никак не вписывались в то нагромождение связанных структур, что создал стажёр. Оно больше напоминало кучу мусора, чем структурированный объём информации, который рано или поздно достанется какому-то человеку.

Резко повернувшись в сторону таймера отсчёта времени, Флик увидел, что до открытия портала осталось меньше двух минут, тогда он в состоянии бурлящего коктейля, состоящего из отчаяния, аффекта или гениального озарения, просто впихнул упирающиеся структуры в свою конструкцию и каким-то беспорядочным набором команд закрепил их в ней.

И у него получилось. Буквально в последнее мгновение он понял, что та ментоконструкция, которую он должен был собрать, приобрела свою целостность и законченность. Резко надавив на кнопку записи процесса, он успел засечь момент стабилизации портала и вплетение в него запрограммированного ментомодуля.

Но счастье длилось недолго. Точка привязки портала оказалась в нестабильной зоне ментоактивного и магического полей.

«Этого ещё не хватало». Этот эффект был очень редок, и срабатывание портала в таком месте было практически невозможно, так как якорь телепорта не мог зацепиться за местность и создать фиксированную точку привязки.

Но Флик не растерялся. Выведя на свой планшет виртуальную модель образующегося портала (нужно же использовать всю ту мощь, что попала тебе в руки), он вручную стал производить корректировку точки привязки, ориентируясь на показания, передаваемые портальным зеркалом с той стороны канала.

Флик уже устал. У него путались мысли, и руки не успевали за глазами. Но агента всё не было. В который раз за сегодня кляня такой неудачный день, он наконец засёк перемещение в пределах видимости портала живого объекта, по параметрам подходящего под представителя доминирующей расы Звёздного Содружества.

Агент, видимо, был ранен, ментосигнал его разума был еле уловим датчиками оборудования, и Флику буквально на лету приходилось производить корректировки по управлению портальным контуром на той стороне.

«Тяжело приходится ему там», – подумал стажёр и для надёжности влил в контур телепорта максимум энергии, если у агента не хватит внутреннего запаса, чтобы выполнить перемещение.

Вот на очередном смещении объекта слежения произошло его совмещение с аркой межмирового телепорта. Флик уже хотел расслабиться, посчитав своё дело выполненным, как вдруг портальный канал стал прокачивать через себя такую уйму энергии, что через пару мгновений её потребление перешло в красную зону. Стажёр уже потянул руку к подключению резервного источника питания, когда потребление энергии неожиданно прекратилось. Но телепортационный канал всё ещё продолжал прокладывать себе путь к назначенной точке выхода.

«Ну и далеко же тебя забросили, парень», – подумал Флик, он почему-то был уверен, что портальной аркой воспользовался его сверстник, может, даже на год-другой младше. Интуиция, вероятно, сработала.

А через несколько минут пришло сообщение о корректно сработавшем портале.

– Ну вот, когда я удостоверился, что телепортация проведена успешно, я ещё раз проверил начальную и конечную точки портального канала, время прохождения переноса, потребление энергии на построение канала, прикрепил к отчёту финальный снимок созданной ментоструктуры и внёс зафиксированные текущие параметры объекта переноса. После этого завизировал время ведения протокола и посчитал работу согласно выданным инструкциям успешно выполненной.

После своего рассказа стажёр увидел, как расслабилось лицо начальника.

– Понятно, – сказал Рафт. – Задержись на полчасика, кое-что выясним, и пойдёшь отдыхать, – уже вполне спокойно закончил он.

Рафт действительно понял, в чём тут дело. Известные шутники и местные баламуты Смеш и Трик, как только узнали о появлении в их ведомстве новичка, решили не упускать такой случай и разыграть его и даже провели ряд подготовительных работ. «Смеш даже свой любимый планшет не пожалел, – подумал начальник Флика, смотря на удерживаемый стажёром навороченный виртуальный эмулятор, – лишь бы устроить очередную шуточку».

Рафт, успокоившись, стал ожидать появления на рабочих местах этих двух олухов. Их бы давно вытурили с работы и дали волчий билет, но их одержимость плохими шутками уступала только их профессионализму и усердию в работе.

– Явились не запылились, – сказал начальник, едва заметив ввалившуюся в кабинет парочку.

– Начальник Рафт, доброе утро. Как отдыхалось, спалось? Как у вас настроение? Что думаете о вчерашнем сообщении, в котором говорилось, что знаменитая певица Рукена опять вышла замуж? Уже в сто второй раз? – Но, видя молчаливого Рафта, Смеш сказал: – Видимо, светские сплетни вас не очень интересуют.

– Верно замечено, не интересуют. – И, постояв несколько мгновений молча, продолжил: – А вызывает мой жгучий интерес, какое же это распоряжение я оставил стажёру Флику в его первую рабочую смену. Давайте рассказывайте, что это за агент? Кого вы ещё привлекли к своей авантюре и куда его отправили за государственный счёт?

Искреннее удивление поселилось на лицах обоих шутников.

– Шеф, какой агент, кого привлекли? Вы о чём? – удивлённо спросил Трик.

– Верно, кого мы и куда отправили? Вы вообще про что? – вторил за дружком Смеш.

Совершенно ничего не понимая, Рафт оглянулся на Флика и, видя его не менее растерянную физиономию, уже с нажимом и нотками угрозы в голосе повторил:

– Поясняю для тугодумов: назовите мне имя того человека, которого отправил стажёр по выданным вами координатам. И куда он в конце концов его заслал.

Тут что-то стало доходить и до вошедших в комнату молодых людей.

– Шеф, вы видели координаты, которые мы выдали Флику для отправки, – почувствовав, что запахло жареным, уже вполне серьёзно заговорил Смеш.

– Да, посмотрите координаты и список ментопрограмм, – добавил Трик.

Взглянув на замершего на стуле в углу кабинета новенького, Рафт махнул ему рукой и сказал:

– Неси-ка сюда планшет и все записи да отчёты, что ты сделал. Будем разбираться в произошедшем, – и, уже обратившись к неудавшимся шутникам, отдал им приказ: – Комнату изолировать, включить глушилки. – Заметив, как подобрались парни, рыкнул: – Выполнять.

Трик резво подскочил к консоли управления и запустил разработанную им же самим систему – постановщик помех, не позволяющую вести прослушку из локально взятого объёма пространства, оставляя при этом все типы жучков в их полной работоспособности. Главным же преимуществом этого устройства было то, что, основываясь на свойствах одного редкого биологического материала, это устройство создавало и менто-магические помехи, спасая одновременно и от ментального прослушивания.

Смеш занялся дверями и окнами, превратив их небольшую комнатку в такой маленький бункер, с автономным существованием, рассчитанным лет эдак на двести.

Флик же просто остался сидеть на месте, его ума хватило на то, чтобы не отсвечивать и не путаться под ногами. Как он понимал, ему и так достанется всё основное внимание в этом разборе ситуации, чего он всеми силами хотел бы избежать.

– Ну, давайте начнём, – сказал Рафт, строгим и серьёзным взглядом окинув всех присутствующих в кабинете. – Вы говорите, первыми нужно посмотреть координаты? Сейчас посмотрим.

– Верно, – подтвердил Смеш, он был лучшим навигатором-наводчиком в управлении, и выбранные координаты скорее всего его рук дело.

Просматривая переданные Флику координаты, начальник этих молодых траков всё больше хмурился и мрачнел.

– Так я и думал, – сказал он. – Вы хоть перепроверили выданные этому недорослю данные?

– Обижаешь, начальник. Естественно. Мы проверили обе точки. Там ничего не должно было быть. Я подключался и туда, и туда визором.

– Странно, действительно пустота. Нет даже пересечения с орбитами каких-либо планет и крупных космических объектов, – согласился Рафт, перепроверив слова навигатора со своей рабочей консоли и отстраняясь от устройства контроля и визора пространственного и подпространственного видеонаблюдения.

Он взял в руки планшет и ещё раз сверился с введёнными координатами. В месте отправной точки была пустота.

– Флик, подойди сюда и покажи, где ты здесь нашёл хоть какую-то планету?

Паренёк подошёл к своему начальнику и тупо уставился в пустоту отображаемого пространства.

– Но ночью она тут была, я в этом уверен, – ответил он. – Не могло же мне всё это присниться. У меня и запись переноса есть.

– Верно, если бы не она, я тебе и не поверил бы. Жаль, конечно, что ты не догадался запустить её с самого начала.

– Простите, в первые мгновения я просто об этом забыл, – покаялся стажёр.

И вдруг его взгляд зацепился за что-то на экране визора, и он радостно вскричал:

– Это же не те координаты!!!

– Как не те? – удивились все присутствующие в комнате.

– Ну, не те, и всё тут. Мне ночью показывал другие.

– Как тебе мог показывать другие, если начальник только что ввёл то, что записано в файле? – постарался не срываться на крик Смеш. Он выхватил из рук начальника планшет и сунул его под нос стажёру. – Как не те, а это что?

– Координаты, но у меня были совершенно другие, – попытался убедить его Флик.

Закрыв файл, Смеш спросил:

– Ты открывал этот файл и вводил эти значения?

– Да, – ответил Флик, – файл этот, но значения были другими, – продолжал настаивать он.

– Ну покажи, покажи, как такое возможно! – потребовал Смеш, сунув ему в руки планшет.

Тот, с опаской косясь на всех, взял планшет поудобнее, провёл рукой и открыл файл.

На экране горели совершенно другие координаты.

– Это они! – радостно воскликнул Флик.

Смеш с непониманием смотрел на планшет и ничего не мог сказать: стажёр при нём открыл именно нужный файл, но тот показывал совершенно другие координаты.

Пока Рафт следил за стажёром, какая-то мысль всё время крутилась у него в голове, но он никак не мог ухватить её.

– Флик, закрой и открой файл снова, – попросил он.

Тот послушно закрыл файл, потом что-то поделал левой рукой в планшете и ею же ткнул иконку для открытия файла.

«Левой, левой рукой», – вдруг подумал Рафт, и, как озарение, в голове всё-таки сформировалась та ускользающая от него мысль.

– Флик, ты левша? – спросил начальник у стажёра.

– Да, а что.

– Я, кажется, нашёл причину. Смеш, открой файл левой рукой, – попросил он молодого человека.

Тот непонимающе посмотрел на него, но, пожав плечами, выполнил его просьбу.

На экране горели координаты, о которых говорил Флик.

– Я не понимаю, – сказал Смеш.

– Посмотри на координаты внимательнее, – ответил ему Трик, он лучше разбирался в математике, чем его друг, – они получены на основе инвертированных значений матрицы координат. Вот в результате и получается такая последовательность значений.

– Но почему? – спросил Смеш.

– Никогда особо не доверял планшетам этой фирмы, – ответил ему Трик. – Я и тебя от покупки отговаривал.

Первые модели у них всегда особенно сырые и собирают наибольшее число глюков. Это, как я понимаю, один из них. Другого сказать сейчас не сможет никто. – Немного помолчав, Трик уточнил: – Ты посмотрел матрицу координат? Помощь в понимании нужна?

Взглянув на полученные цифры с такой немного извращённой точки зрения, Смеш убедился в правильности выводов своего друга.

– Нет, спасибо. Принцип мне понятен, – ответил тому навигатор.

Прослушав этот разговор двух друзей, в него вклинился их начальник:

– Тогда садись за приборы и смотри, что за место является точкой начала координат. После того как проверишь место отправки, по тому же принципу получи координаты места назначения и проверь, куда же мы отправили нашего случайного переселенца. Надеюсь, теперь никто не сомневается, что переход состоялся? – под конец спросил Рафт у всей разношёрстной компании.

– Нет, – за всех ответил Смеш.

– Ладно, с этим более-менее понятно, а теперь поясни мне свою фразу о списке ментопрограмм, – обратился он к их штатному аналитику Трику.

– Да вы сами посмотрите, и все вопросы отпадут сами собой. – Трик протянул Рафту свой планшет, не такой навороченный, как у друга, но, что вероятно, значительно более надёжный.

Взглянув в предоставленный список, Рафт понял, о чём говорил Трик. Список ментомодулей и программ представлял собой безобразную неструктурированную систему, куда друзья умудрились запихать всё, до чего смогли дотянуться их загребущие руки и больная фантазия. А так как она у них была буйная и хорошо развита, то в списке попадались совершенно несовместимые по своей направленности базы, которые никоим образом не могли уложиться в единую конструкцию. Шутники перемешали все доступные им базы, а дотянуться они могли до многого, ведь работали друзья в центре подготовки полевых агентов, и различных новых и старых, надёжных и не очень, проверенных и только созданных ментопрограмм и ментомодулей здесь было в избытке. Они взяли обычные бытовые базы, такие как, например, вполне мирная ментопрограмма по ускоренному изучению любых языков, имеющих хоть какую-то смысловую нагрузку, основанная на её интуитивном понимании и использующая для своей адаптации и возможности работы как менто-магические способности человека, так и его психо-физические составляющие. Примешали к ним всевозможные боевые ментопрограммы и ментомодули по тренировкам, выживанию в различных условиях, ускоренному перестроению своего тела под оптимальные нагрузки и условия, а также многое-многое другое. Но главным было то, что в список они накидали такое большое количество ментопрограмм по развитию и изучению неимоверного количества ментальных и магических дисциплин и школ, что Рафта удивило такое их число в местном доступе. Он не знал, что их в принципе существует такое большое количество. Тут встречались ментомодули, которые проводят как простейшие преобразования ментального поля человека, чтобы, например, поставить постоянный блок от прослушивания его мыслей, до сложнейших комбинационных модулей, позволяющих, например, развить своё менто-магическое поле до уровня какого-нибудь пресловутого мага высшей категории (он не сильно хорошо разбирался в их иерархии, закрытая каста, белая кость, что с них возьмёшь, одно слово – маги), или необходимое каждому агенту ускорение времени, или его замедление, которое встраивалось на уровень свойства самого объекта воздействия. Были здесь и простые базы по развитию тех или иных способностей или по изучению и работе с той или иной техникой и направлением магии или ментала. Много чего запихнули туда эти два олуха.

«Умудрились даже ментопрограммы из сферы некроса впихнуть», – заметил Рафт запрещённые к распространению ментомодули и гипнопрограммы.

Внимательно просмотрев весь список баз, Рафт мог сказать только одно: при установке всего этого одному человеку, если найдётся такой сумасшедший, шансов выжить у него будет один ну, например, к… «никогда», скорее всего.

Ведь если структура нестабильная и неоднородная, она просто не сможет адаптироваться под сознание и разум человека, что обязательно приведёт к его гибели. А из той каши, что намешала эта парочка клоунов, стабильную конструкцию ментомодулей собрать невозможно.

Было невозможно.

Но вон в углу сейчас сидит паренёк, который, судя по всему, смог это сделать. И справился на удивление неплохо. А та довольно красивая и целостная структура, которую он собрал, позволяла этому гипотетическому сумасшедшему повысить его шанс на выживание с «никогда» на… ну, к примеру, «не в этой жизни».

«Нужно к нему присмотреться повнимательнее, – подумал Рафт. – Такими кадрами разбрасываться нельзя».

И сказал Трику:

– К моему глубокому сожалению, должен тебя разочаровать. Из той мешанины можно было кое-что собрать. И вон сидит автор этого творения. – И, уже обращаясь к стажёру, попросил: – Покажи Трику снимок получившейся ментоструктуры.

Флик встал с кресла и передал планшет с открытым в отчёте, составленном ночью, снимком.

Трик несколько минут рассматривал полученную картинку, но потом, так и не сумев понять, в чём же её разгадка, обратился к стажёру:

– Ты сможешь повторить последовательность правильного составления этой конструкции?

– Вряд ли. Я уже сейчас не помню даже, как её начинал собирать, но попробовать могу.

– Идеально сдублировать её не получится, – начал говорить уже Трик, – часть ментопрограмм существовала только в единственном экземпляре. Но даже из того, что есть, если мы сможем скомпоновать несколько рабочих комбинаций, опираясь на полученную тобой схему, то на этом можно неплохо заработать. Ведь это верно, господин Рафт? – решил уточнить у своего руководителя пришедшую ему в голову вполне очевидную идею их математический гений.

– Верно, но поговорим мы об этом позже. А сейчас меня интересует анализ воздействия полученной ментоструктуры на сознание и здоровье получившего её человека.

– А что тут думать. Очень сложное построение всей конструкции требует такой же сложной настройки её размещения в контуре телепорта и не менее простого процесса настройки её внедрения в реципиента, чего, как я понимаю, Флик просто не успевал сделать. Я даже не знаю, кто бы справился с такой задачей. Лично я за неё не взялся бы ни в коем случае. Отсюда простой вывод: человек скорее всего или уже умер, или сошёл с ума.

– Но я точно видел, что первые мгновения после перехода, пока закрывался портал, человек ещё был жив, – возразил Флик.

– Это точно? Может, он в конвульсии замер на месте или его мозг медленно превращался в своеобразную кашу, а тело ещё не успело отреагировать на это? Как тебе такой вариант? – спросил стажёра Трик.

– Не знаю, – удручённо ответил тот.

– Понятно. Шансов у него практически нет, я прав? – откликнулся уже у самого аналитика Рафт.

– Нет, – сказал тот, но, немного подумав, добавил: – Вернее, теоретически есть один вариант, когда такая структура сможет прижиться в человеке без постороннего вмешательства.

– И когда же?

– Человек должен быть неинициированным магом с полностью пустым резервом, но такое физически невозможно. Если человек – маг, даже неинициированный, то пополняет свой резерв на интуитивном уровне. И хоть капля ментоэнергии в его запасе всегда есть. Я не знаю способа оставить мага без внутреннего запаса энергии.

– Я тоже, – согласился Рафт, – видимо, придётся писать докладную. Это уже серьёзно.

– Подождите, – вдруг раздалось со стороны пульта, за которым сидел навигатор.

Все с недоумением и с тайной надеждой посмотрели в его сторону.

– Кажется, я только что узнал один из таких способов, – сказал Смеш, уставившись в визор. – Идите сюда. Посмотрите.

Будто перед ними бомба, сотрудники небольшого отдела Рафта медленно подошли к головизору и посмотрели в него. Потом переглянулись и ещё раз взглянули на пустой экран.

Нервы Рафта не выдержали, и он, уже не сдерживаясь, наорал на Смеша:

– Что за шуточки, ты нам хотел показать пустоту?! Идиот! – И, развернувшись, собирался уйти и сесть за свой стол.

– Нет, вы не поняли, это реальные координаты того места, откуда производилась переброска, – постарался пояснить увиденное Смеш.

– Но там же опять ничего нет, – с обидой в голосе сказал Флик, – там точно была планета. Я ничего не понимаю.

– Не расстраивайся, стажёр, – поддержал его Рафт, – не один ты ничего не понимаешь. – И обратился к Смешу: – Рассказывай, что ты там понял.

Тот не заставил себя упрашивать, дело и так из обычной шутки переросло в почти прямое нарушение устава и уголовное правонарушение. Поэтому на сегодня различные приколы были закончены.

– Полученные координаты указывают именно на эту точку пространства, но с небольшой погрешностью. Однако если учесть эту погрешность, образуется какой-то странный неустойчивый канал. – И он ввёл с пульта управления необходимые значения.

– Флику, видимо, просто повезло, когда он случайно учёл это небольшое упреждение. В итоге смог установить портал на какой-то неизвестной планете. – И он начал корректировать значения параметров, чтобы удержать стабильность узла привязки.

– Точно, это она! – радостно воскликнул Флик. – Я проводил те же манипуляции для удержания портальной арки в стабильном состоянии.

– Вижу. Но я не понял главного: что это за планета и что в ней такого необычного? – сказал Рафт.

– Вы не понимаете? – спросил Смеш, обернувшись, и, увидев отрицательное покачивание головы, попробовал объяснить: – Её нет. На том месте, куда указывают координаты в нашем пространстве, ничего нет. Там абсолютная пустота, до ближайшей планеты как минимум несколько секторов, и та окажется необитаемой.

– Ты хочешь сказать… – начал что-то понимать его товарищ.

– Да, если её нет в нашем пространстве, но по тем координатам она есть, значит, планета находится в каком-то другом измерении, где по тем координатам она есть. И учёт тех погрешностей позволяет провести локальный прокол как в самом пространстве, так и между измерениями.

– И стабильность канала нарушают не какие-то помехи в менто-магических полях, а их полное отсутствие в месте привязки. Вот почему точку не удаётся удерживать на одном месте. Её просто растворяет поле планеты и размазывает по всей своей площади.

– Если бы ты рассказал нам сейчас что-то более правдоподобное, я бы тебе не поверил, – ответил на слова навигатора Рафт, – но именно этот невероятный бред, который не придёт даже в голову сумасшедшего, имеет право на жизнь, и именно ему я готов поверить. Нет, представьте себе, существует планета, где отсутствует менто-магическое поле. Конечно, откуда там взяться инициированным магам, если их резерву даже нечем и неоткуда заполниться.

– Правильно. А кроме того, это идеальное место для внедрения любого типа ментоструктур. Ведь никаких внешних наведённых помех не будет, и конструкции лягут и проведут адаптацию с наибольшей возможной точностью. Тем более не придумаешь лучших условий для внедрения полученной Фликом ментоструктуры, – поделился своими размышлениями Трик. – Правда, пользоваться большей частью из того, что встроили в структуру, там не получится. Только используя свои жизненные силы и жизненную энергию. А этого не хватит даже на активацию многих простейших ментопрограмм.

– Ты прав. Но это и хорошо, значит, мы своим поступком не повредили человеку. Ну дали мы ему лишку знаний и умений, которые ему не предназначались, но воспользоваться-то ими он не сможет, – с облегчением сказал Смеш, отворачиваясь от консоли управления телепортом.

– Не совсем так, – возразил Рафт. – Ты смотрел вторые координаты? Есть у меня чувство, что с ними будет ещё менее понятно, чем с предыдущими.

– Забыл, – отозвался Смеш, – отвлёкся на первые и совсем забыл о вторых. – И на несколько минут погрузился в вычисления и настройки.

Когда прошло некоторое время и навигатор получил первые результаты, то нахмурился и с ещё большей ожесточённостью стал вводить какие-то новые данные. Промучившись уже больше получаса, он наконец сдался и повернулся к остальным, с нетерпением ожидающих его решения.

– Ну что? – спросил Рафт, хотя было заметно, что ответ, который может дать Смеш, он предвидит.

– Как вы догадались, шеф? – обратился к начальнику, вместо ответа, навигатор. – После инвертирования они приняли невозможную к реализации форму, и я не могу определить точное место назначения.

– Практически сразу, после того как увидел в координатах точки приёмника значение бесконечности по одной из осей.

– Точно, как я сам не обратил на это внимания? Тогда получается, что мы отправили кого-то по одной из координат в направлении вечности. Канал не мог установиться без второй точки привязки. Но как я понял, всё прошло успешно?

– Да, – подтвердил мысли навигатора Флик. – Правда, для его стабилизации мне пришлось значительно повысить потребление энергии на поддержание канала телепортации. Но в конце концов произошла стабилизация, потребление энергии телепортационным контуром прекратилось. А ещё через несколько минут пришло сообщение об успешно законченной процедуре переноса.

– Что? – удивлённо спросил Рафт. – В отчёте о повышении уровня энергии не было ни строчки.

– Как и о том, что стабилизация канала и процесс телепортации завершились в разное время, – добавил Смеш.

– Точно. – И оба уставились на Флика.

– Я, честно говоря, просто забыл, – признался стажёр.

– О’кей, будем считать это первым уроком, а теперь поподробнее расскажи об энергии и времени срабатывания портала, – велел начальник.

– Ну, если вообще говорить про использование энергии, то я её ещё для усиления и более лучшего удержания приёмной арки влил немного. Кроме того, ментосигнал человека был настолько плохо уловим, что я подумал: этот человек, возможно, ранен и лишняя помощь ему при переходе через портал не помешает, – начал рассказывать Флик, поёжившись под слишком уж «ласковым» взглядом Рафта.

– Естественно, – перебил того Трик, – что плохо уловим. Удивительно, что вообще хоть что-то смогли засечь на планете без менто-магического поля. Как они там живут?

– Да вот умудряются. Человек вообще тварь живучая, сколько уже тому примеров и подтверждений, – сказал Рафт, а потом спросил у стажёра: – Но и про это мы тоже первый раз слышим. Вас разве правильному составлению отчёта по проведению работ не обучали?

– Нет. Я только тут узнал о необходимости его составления, поискал примеры и ничего не нашёл, пришлось использовать тот шаблон, что был прикреплён к должностным обязанностям. И в соответствии с ним я всё и заполнил.

– Странно, нужно будет с этим разобраться, как с тем, почему присылают курсантов, которые даже отчёт написать не могут, так и с тем, кто теперь составит нам все виды отчётов под каждый из типов работ. – И Рафт посмотрел на Смеша.

– А что, это не я. Шаблон создал Трик, – сдал своего товарища с потрохами навигатор.

– Я знаю, – ответил начальник, – но главным был назначен ты, значит, и спрос с тебя. – Ещё раз, хмуро посмотрев на навигатора, покачал головой и обратился к стажёру: – Продолжай, Флик.

– Ну… после того, как теперь я понимаю, портал сам затянул того человека, я запустил процесс переноса по заданным координатам. Сначала всё было замечательно, но потом уровень потребления стал резко расти, почти дойдя до середины уровня красной зоны. – Увидев большие и круглые глаза окружающих, он поспешно продолжил: – Я готов был переключиться на резервный ввод, если того потребуют обстоятельства. Я даже снял с него пломбу и приготовился к его запуску.

Однако большие и круглые глаза смотрели на всё большего идиота-везунчика.

– Работа в красной зоне запрещена, каналы не успевают переработать такой огромный объём энергии, происходит её накопление в портальном устройстве, и как финал – взрыв через несколько секунд, – сказал Рафт.

– А то, с чего ты снял пломбу, – это устройство самоуничтожения телепортационного контура на случай захвата базы, а подключение резервного контура осуществляется вот с этой консоли. – И Смеш показал на пульт управления стоящий около стены.

Тут и до Флика дошло, что он прошёл по краю бездны и умудрился не свалиться туда.

– Но накопления энергии в канале телепортации не происходило, – как оправдание сказал он, – я знаю, что нужно следить за этим, на лекциях нам это объясняли, и поэтому я контролировал этот параметр.

– Тебе повезло, – ответил ему Трик, – нельзя наполнить бесконечность, а так и случилось с одной из направляющих координат.

– Да, но непонятно другое. Энергия поступать прекратила, и перенос состоялся. Правда, опять же странно: прекращение поступления энергии совпадает с моментом телепортации. А тут она, по словам Флика, закончилась несколько раньше, чем произошёл перенос, – сказал Рафт, – но, думаю, ответить мы вряд ли сможем, что же произошло в этом случае.

– Знаете, а у меня есть одна идея. Если мы предположили, что коли в том месте, где в нашем пространстве нет планеты, в другом измерении она есть, то почему не предположить, что в каком-то из измерений эта координата не является бесконечностью? – спросил Флик.

– Тогда куда же мы его отправили? – удивлённо спросил Трик.

– Если предположить, что где-то существует реальность с планетой, находящейся по этим самым координатам и что её менто-магическое поле обладает просто чудовищным потенциалом, для того чтобы канал смог самостоятельно зафиксировать точку привязки, то гипотеза Флика имеет право на существование. И тогда получается, как сказал Флик, мы выдернули этого человека из одного измерения, протащили сквозь наше пространство и заслали в неизвестные дали, где канал всё-таки смог найти какую-то точку привязки, – сказал Смеш.

Рафт быстро смекнул, о чём говорил сейчас Смеш, и обратился уже ко всем:

– Вы понимаете, что о том, что тут произошло, никто никогда не должен узнать. Если станет известно хоть о гипотетической, нереальной, но единожды проделанной возможности ходить в другие измерения, нас всех запрут глубоко и надолго, – жёстко уставился на своих подопечных Рафт.

– А как же ментоструктура? – вдруг вспомнил о созданной Фликом конструкции Трик.

– Забудь. По крайней мере на время, и скорее всего долгое, – сказал он аналитику и, повернувшись к уже бывшему стажёру, продолжил: – Ну а ты, стажёр, понимаешь, что досрочно прошёл практику и принят в наш небольшой коллектив с его маленькими тайнами?

– Да, – ответил тот и кивком подтвердил понимание ситуации.

Все на время замолчали, думая каждый о своём, как вдруг Флик встрепенулся и спросил:

– И где же он сейчас?

Никому не потребовалось объяснять, о ком говорит их новый сотрудник.

– Где-то там, – ответил Рафт, неопределённо махнув рукой.

– Где-то там, – повторил бывший стажёр, остекленевшим взглядом проследив за указанным направлением своего, теперь уже постоянного начальника.

А где-то там, в глубинах мироздания, на тёмном каменном алтаре, в разрушенном храме давно уже вымершей планеты на чашу весов упала небольшая и практически невесомая былинка, принесённая неизвестно откуда пронесшимся порывом ветра.

И весы, которые до этого миллиарды лет стояли в равновесии, стали клониться в одну из сторон.

И от этого, казалось бы, незначительного движения начала меняться физическая составляющая мира вокруг, менялась сама его суть. Сдвигались пласты реальностей. Перемешивались измерения. Волнами эти изменения растекались в окружающее пространство. Они происходили с фантастической скоростью. Но вот неожиданно наступило затишье, и тайфун нахлынувших изменений, корёживших реальность, прекратился. А наступило это, когда очередная волна искажений внезапно наткнулась на мчащийся в бесконечность сгусток энергии.

Именно в это мгновение в другом времени и пространстве прекратился поток энергии, который вливался в созданный нерадивым стажёром канал телепортации.

Глава 1

«И куда это я, интересно, попал?» – подумал я, оглядываясь вокруг.

А то, что я куда-то попал, не вызывало никаких сомнений. Вот представьте, идёт человек хорошо знакомой дорогой от своей любимой работы (не удивляйтесь, бывает и такое) до не менее милого и любимого дома. Смотрит вокруг, рассматривает симпатичных девушек, проходящих мимо него и спешащих куда-то по своим женским и не понятным мужикам делам. Поворачивает к виднеющемуся в сорока метрах впереди родному и такому знакомому подъезду, делает очередной шаг и…

…и его нога опускается в какую-то чавкающую жижу. Человек смотрит себе под ноги, а там грязь.

«Откуда такая лужа этой булькающей слизи посреди сухого асфальта?» – думает он. И оглядывается вокруг.

Но в том-то и дело, что никакого сухого асфальта там нет и в помине. А окружает этого беднягу какое-то коричнево-зелёное месиво, очень смахивающее на грязное и не слишком приятное болото.

И тянется это болото до тех пор, пока взгляд не упирается в деревья, стоящие на разных его участках.

Нет, не так. В Деревья. Именно с большой буквы.

Я даже представить не могу, где растут такие гиганты.

«Хотя почему не могу, тут и растут, вот они, перед глазами стоят», – подумал я.

Но больше почему-то поразило не это.

Угнетающе давила какая-то мёртвая тишина и зелёный сумрак, что стелется вокруг.

«На любом болоте есть хоть какая-то жизнь, мошкара, насекомые, слышатся постоянные скрипы и шорохи, непрерывные шелест и шебуршание. Царевны в образе лягушек ищут своих принцев по кочкам. Крокодилы выглядывают из-под поверхности и прочее… – думал я. – Но тут ничего этого не было!»

Серая хмарь в зелёном сумраке с нечёткими силуэтами деревьев вокруг. И всё.

Я поднимаю глаза к небу, чтобы хоть там увидеть солнце, которое даёт такой странный свет, а его нет. Ни солнца, ни неба. Сверху надо мной видится только сплошное переплетение ветвей, лиан и листьев.

«Где это я? Что за странный лес кругом?» – ещё раз попытался я задать себе вопросы, на которые у меня не было ответа.

Но он пришёл, вернее, я его уже знал, будто он всегда был в моей голове.

«Гигантский реликтовый лесной массив. Тип особого древнего девственного леса, сохраняющегося на протяжении длительного периода времени и незатронутого деятельностью цивилизации. Характеризуется наличием крупных как живых, так и отмерших деревьев, повышенной затенённостью, несколькими возрастными уровнями растительности и несколькими горизонтальными уровнями вегетации. Возможна частичная или полная заболоченность местности произрастания ареала деревьев. Такой тип лесного массива характерен для малоисследованных или неисследованных планет. Крайне опасен для неподготовленного путешественника. Следует остерегаться хищных и неизвестных форм жизни».

«Вот это да!.. – удивлённо подумал я. – Какие-то планеты, хищные, а главное, неизвестные формы жизни…»

Я немного растерянно огляделся вокруг, пытаясь разглядеть упомянутые «формы жизни».

Но вообще-то да, даже по смыслу среди таких гигантов должен бродить кто-то не менее большой. И не факт, что он питается травкой и листиками, которых у основания стволов этих исполинских деревьев в принципе видно не было.

А вот под сомнение ставить то, что здесь кто-то есть, крайне глупо и неразумно, а значит, они как раз и питаются такими не слишком удачливыми личностями, которые имеют глупость тут разгуливать.

Верно сказано: «Крайне опасен для путешественников».

Я снова осмотрелся, мой взгляд немного адаптировался к царящему здесь царству сумрака, и я разглядел какие-то более тёмные, чем обычная поверхность, проплешины, виднеющиеся на глади болота. А через несколько мгновений, пока я осмысливал то определение, что родилось у меня в голове, и рассматривал местные достопримечательности, мне пришло понимание ещё кое-каких интересных фактов.

«Для уменьшения степени опасности нужно провести ряд обязательных мероприятий:

1. Необходимо переместиться на нижний или средний ярус деревьев.

2. Необходимо провести экстренную активацию чувства интуиции и запуск развития интуитивных способностей.

3. Необходимо провести активацию чувства интуитивной реакции на опасность.

4. Необходимо провести активацию способности вероятностно-интуитивного прогнозирования событий.

5. Необходимо провести активацию точного чувства ориентации и направления.

6. Необходимо подключить чувство ментального поиска, для определения наличия ближайшего излучения мозговой активности.

7. Необходимо изготовить простейшее оружие».

«Это что, интересно, такое? Откуда это во мне?» – удивлённо почесал я затылок, хотя советы были вполне дельные, по крайней мере те из них, которые не касались непонятных активаций и подключений, однако и их общий смысл был мне примерно понятен.

Правда, после того, как я оказался неизвестно где и неизвестно как, а сомневаться в том, что это не бред, не имеет смысла, так как в противном случае я бессилен, то я склонен воспринимать всё происходящее как должное. Тем более это даже теоретически должно помочь мне разобраться в текущей ситуации или, по крайней мере, протянуть до того момента, когда я смогу это сделать сам или с помощью кого-либо.

Сложно рассуждать адекватно, оказавшись в такой ситуации, поэтому я был удивлён той логичности рекомендаций, прозвучавших у меня в голове. Это были явно не мои мысли.

«Но чьи они?» – задался я вопросом.

А потом подумал, что и сейчас я достаточно спокойно рассуждаю над этой ситуацией, хотя это для меня было не слишком типично. По жизни я суетливый холерик и только в спокойной обстановке могу родить что-то гениальное. Но текущая ситуация, по идее, никак не должна была содействовать моему душевному спокойствию. Однако в голове ощущается непонятная кристальность, чёткость и ясность мысли.

«А мне это нравится…» – понял я.

Поэтому, доверившись первому дельному совету, полученному сегодня, я, так размышляя, одновременно стал осматриваться, подыскивая дерево, на которое было бы удобнее забираться, и увидел очень подходящее, кряжистое. Правда, мне хотелось, чтобы оно было несколько выше рядом стоящих и чтобы ветви начинались пониже и были потолще, но что-то меня привлекло именно в этом лесном гиганте.

Подойдя к нему поближе, я понял, что расстояние до дерева от того места, где я стоял, сгладило некоторые не очень приятные подробности. Задрав голову, я только сейчас смог увидеть и оценить, что первые его ветки начинали простираться как минимум в пятидесяти – шестидесяти метрах надо мной. Однако при этом ствол, кроме того, что был необъятным и вполне мог спрятать внутри себя десяток-другой автобусов, обладал такими морщинами и трещинами, что их спокойно можно было использовать как ступени лестницы.

«Главное, чтобы кора этого гиганта не начала крошиться или скользить у меня в руках», – подумал я, осторожно подходя к нему и аккуратно огибая замеченные мной ранее подозрительные, изредка булькающие тёмные проплешины.

Почти подойдя к основанию дерева, я услышал какой-то странный шелестящий звук. Если бы это был я прежний, тот, который ещё не слышал странного голоса у себя в голове, то я остановился бы и обернулся посмотреть, что там такое шелестит позади. Но сейчас голос, уже как команда, прозвучал внутри меня:

«Повышенная степень опасности.

Ускорить движение».

И я, почему-то поверив ему, ломанулся вперёд и как сумасшедший на одном дыхании взлетел метров на пять вверх по стволу. Только тогда остановился и посмотрел вниз.

Та же вода, те же стволы деревьев кругом. Но вдруг в одну из проплешин, практически мгновенно преодолев расстояние от дерева до неё, ушла какая-то длинная лента. Очень длинная. И широкая. «Видимо, это что-то или кто-то, похожий на змею, правда, плоский. По крайней мере, мне так показалось сверху. Но как она двигается, это что-то уму непостижимое, – поражённо подумал я. – Если бы я не находился уже так близко от дерева, то далеко не факт, что успел бы до него добраться и влезть, – решил я, рассматривая то множество потенциально опасных участков с проплешинами, которые гораздо лучше виделись мне теперь сверху. – А ведь это какие-то колодцы или норы, заполненные то ли водой, то ли грязью, и в каждом таком месте может притаиться такой вот подарочек», – сделал я простой вывод, карабкаясь выше по дереву, желая побыстрее добраться до ветвей, но при этом стараясь не спешить, соблюдая осторожность.

Как оказалось, в складках коры дерева рос какой-то непонятный мох, который при нажиме выделял очень много резко пахнущей скользкой жидкости, которая и не давала мне расслабиться, всё время напоминая о возможности соскользнуть, сорваться и ухнуть вниз.

Кроме того, через некоторое время у меня начался нестерпимый зуд в руках, который вызывал сильное чувство дискомфорта и очень сильное раздражение из-за моей невозможности пока что-то сделать с ним. Я старался отстраниться от жжения, которое не давало сосредоточиться на подъёме, и уделял всё своё внимание только выбору нового места хвата. Здоровье дороже, но падать с такой высоты как-то меня не прельщало.

К тому же, хотя я и чувствовал, что там, куда я старался добраться, должно быть более безопасно, чем внизу, но более безопасно не означало, что там можно будет разгуливать как у себя дома, просто степень опасности, грозящей мне в этом случае, гораздо понизится.

Так что я лез очень аккуратно, высматривая удобные зацепы. «Торопиться мне некуда», – решил я.

По дороге как-то незаметно я переключился на обдумывание той ситуации, в которой оказался, и событий, которые происходили вокруг меня. И тут до меня дошло. А как я вообще смог услышать какое-то шуршание? И так быстро отреагировать? Только сейчас я посмотрел на то расстояние, что преодолел за несколько мгновений, когда получил приказ голоса в голове, и оно оказалось не таким уж и маленьким, как я оценил в первые мгновения.

Да и что-то больно спокойно и рационально я сейчас смотрю на вещи, произошедшие со мной. «Хотя нет, этот вопрос уже возникал у меня в голове. Но всё равно мне непонятно, почему я так предельно собран, несуетлив, расчётлив и до безобразия осторожен. Всё это на меня не похоже. Но, видимо, именно таким должен быть или стать человек, чтобы выжить в такой среде. Первобытный охотник, хищник».

На этом я немного отключился и на автомате продолжал лезть выше. Никогда не думал, что взбираться вверх по лестнице так тяжело. «Жаль, я никогда альпинизмом не занимался», – подумал я на очередном хвате, и в этот момент у меня сорвалась, соскользнула мокрая от пота и от раздавленного и перетёртого, как оказалось, какого-то особенно скользкого мха, растущего на коре дерева, рука.

Я даже испугаться не успел, как заскользил вдоль ствола этого исполина вниз. Вернее, никакого испуга я в принципе не испытывал. В момент падения я занимался тем, что высматривал удобную складку коры дерева, за которую могу прочно зацепиться.

Резкий рывок – и я вишу на одной руке, ощущая в ней нестерпимую боль, которая маленьким взрывом родилась в моём плече и начала растекаться по телу.

«Растяжение связок и небольшой вывих плеча. Опасности не представляет. Полное восстановление через пять часов»,

– прозвучала новая мысль у меня в голове.

Преодолев боль, я покрепче обосновался на стволе дерева и посмотрел, сколько пролетел. Оказалось, не так и много, метра три-четыре, не больше. «Ловко у меня получилось», – удивлённо оценив это расстояние, подумал я.

Однако потом вспомнил, что, пока падал, я успел рассмотреть очень большое количество трещин и морщин в коре на дереве, и из них мне приходилось выбирать наиболее удобные и ухватистые, отсеивая те, что, как я теперь понимал, при их хвате дадут наибольшую нагрузку на мою руку, для выбора оставляя все более-менее подходящие. В конце концов я выбрал одну из самых удобных и дающих наименьшую нагрузку при рывке трещин, схватился именно за неё и под строго выверенным углом и в наиболее оптимальный для этого момент.

Но такая работа по анализу поверхности дерева ну никак не могла уложиться в те доли секунды, что я летел вдоль его ствола. «Что-то не то с моим то ли восприятием, то ли организмом в целом, – понял я, – ведь и от той змеи я ускользнул необычайно быстро. Значит, тут не только восприятие, но и тело. Точно, то, как я схватился за небольшой выступ в коре во время падения, – это что-то за гранью фантастики. – Поняв всё это, я сделал вполне логичный вывод: – Я стал несколько быстрее, реакция у меня изменилась, скорее всего улучшилась и ловкость в целом. – Обдумав это, я ещё немного постоял, отдохнул. – Ну, всё это неплохо и делает меня только сильнее, а значит, и шансов разобраться в обстановке и выжить здесь у меня становится больше, – всё-таки решил я. – Но сверхчеловеком я, судя по всему, так и не стал», – подумал я, рассматривая свои зудящие и покрасневшие ладони.

И полез дальше.

На этот раз я очень осторожно прокладывал себе маршрут дальнейшего движения. Я всегда хорошо учился на ошибках, особенно своих, и поэтому сейчас прощупывал, просматривал и проверял каждый выступ, за который хотел ухватиться или куда собирался поставить ногу.

Вероятно, поэтому второй заход у меня прошёл более удачно, и уже через двадцать минут я добрался до самой нижней ветви дерева. Она по своей толщине ничем не уступала немаленькой дороге, была такой же кряжистой и морщинистой, как и сам ствол дерева, поросшей мхом даже ещё больше, но абсолютно никакой листвы видно не было.

«По крайней мере под ногами перестала хлюпать жидкая грязь, что простиралась у подножия дерева», – решил я.

Осмотревшись и сделав несколько шагов вдоль ветки дерева и едва не поскользнувшись пару раз, задумался: «И что делать? Лезть дальше или обосноваться пока здесь?» Хотя оставаться в царстве скользкого и полувлажного мха, куда попал я сейчас, мне не очень хотелось.

Но голос внутри меня опять дал небольшую подсказку:

«Нижний уровень крон гигантских деревьев с большой долей вероятности является ареалом обитания наиболее опасных хищников, живущих здесь».

«Видимо, придётся лезть выше. Интересно, какова действительная высота этих гигантов?» – подумал я и начал подъём дальше.

Я решил не останавливаться на нескольких первых ветках и, когда всё же залез выше тринадцатой или четырнадцатой по счёту, окончательно выбился из сил и подумал сделать привал и отдохнуть.

Я вышел из монотонного транса, в котором карабкался вверх, и осмотрелся. Здесь оказалось уже значительно светлее, не тот сумрак, что стоял внизу. Кроме того, сейчас вокруг меня не было той гнетущей тишины, которая сопровождала меня во время подъёма, и единственным посторонним звуком, услышанным до этого, было то странное шуршание. Теперь окружающий мир полнился какофонией звуков. Кругом раздавались какие-то щебет, скрипы, шуршание, шелест. Сновали большие и маленькие насекомые, мошкара. На подступах к кроне и в её листве угадывались какие-то небольшие птички, возможно, прятались и перебегали с места на место мелкие животные или кто-то очень похожий на них.

Но услышал это движение жизни я почему-то только сейчас, или обратил внимание на него.

И ещё здесь всюду чувствовалась какая-то непонятная энергия, я кожей ощущал её присутствие и движение её токов. Правда, никак не мог понять, что же это такое. Но это точно было.

Я нашёл какое-то подобие небольшого дупла в стволе дерева у основания ветки и, расслабившись от этого ощущения жизни и энергии вокруг, устроился в нём. Встать в полный рост у меня там не получилось, но сесть или лечь, не особенно выставляя ноги, я мог вполне спокойно. Немного поворочавшись, я хотел уже закрыть глаза и отдохнуть, так как усталость давила непомерным грузом, но в голове практически мгновенно прозвучал знакомый и, можно сказать, уже привычный голос:

«Необходимо завершение начатого ряда обязательных мероприятий для снижения общей степени риска».

Смотри-ка, а я как-то и забыл о том, что у меня был хоть какой-то примерный план действий, а вот мой внутренний голос этого, похоже, не забыл.

– И что мне делать? – пробормотал я себе под нос.

«В соответствии с выставленными приоритетами необходимо провести последовательную активацию взаимосвязанных способностей. Проведение части из них обязательно в сознательном состоянии оператора. Выполнение остальных возможно в бессознательном».

«Что от меня требуется?» – мысленно спросил я у себя, как-то сидеть и бормотать себе под нос вопросы – это уже тянет на явный признак сумасшествия. А лежать и спокойно узнавать, что мне надо делать для активации кучи способностей, стало даже интересно. Ведь из всего списка я знал примерно, как выполнить первый пункт, то есть залезть на дерево, и понимал, что нужно будет раздобыть какое-то оружие, палку там, дубинку или копье соорудить, но как выполнять другие пункты, мог только догадываться, фантазировать, но точно – не знать.

И вообще, странное какое-то у меня состояние, некая апатия и одновременная заинтересованность. Решив всё-таки разобраться, что порекомендует мне сделать этот непонятный голос у меня в голове, я с нетерпением ожидал ответ на свой вопрос.

«Во-первых, интересно же, – прокомментировал я своё же желание, – а во-вторых, хотя я и далёк от разной фантастики и прочего, но понимаю, что то, что должно произойти, явно отдаёт каким-то непонятным фэнтези, магией и прочим».

Поэтому ответ, который я услышал, меня вполне устраивал.

«Для активации способностей необходим запуск гипнопрограмм. Произвести?»

– Да, – просто отозвался я, ожидая всего, чего угодно.

Но никаких необычных ощущений я не почувствовал, как к себе не прислушивался. Поэтому следующая фраза несколько озадачила меня.

«Оператор обладает повышенными уровнями пси– и ментопотенциалов. Рекомендуется провести активацию развития этих способностей. Запустить?»

– Да, – уже более заинтересованно пробормотал я.

Точно помню, в списке было что-то про интуицию, но вот ни про какие пси– и ментоспособности речи не шло, хотя нет, что-то о ментальном поиске прозвучало, но мне кажется, это вещи в принципе разного порядка.

«А я, однако, маг». Я впервые улыбнулся в этой ситуации, если я, конечно, верно уловил суть проводимого действия.

Но состояние веселья длилось недолго, явно до того момента, как программа, видимо, всерьёз взялась за мой разум, до этого она, похоже, просто разогревалась. Следующие два часа двенадцать минут, а время я почему-то стал ощущать чётко и точно, правда, непонятно, относительно чего идёт отсчёт, мне запомнились как непрерывный, нескончаемый марафон боли, безумной и нереальной. В последние мгновения я даже стал отдыхать при переключении одного типа раскалённых игл, жгущих мой организм, на не менее обжигающие лезвия, как будто разрубающие меня на множество мизерных частиц.

«Ещё бы удовольствие от этого получать, – подумал я с усмешкой (я ещё могу шутить, не всё потеряно для меня, оказывается). – Так и рождаются мазохисты».

Как раз на этом моём замечании адская боль схлынула, и наступило нереальное состояние эйфории. Как ни странно, но за всё время проведения экзекуции я ни разу не потерял сознания или не отключился и всё время ощущал те переливы ломки моего разума и организма, что переделывали меня.

«Процесс активации пси-, меню– и интуитивно-вероятностных способностей проведён успешно. Получены текущие и максимально возможные параметры оператора. Запущено ускоренное развитие способностей и интуиции в соответствии с оптимальными алгоритмами, вычисленными на их основе. Активировано интуитивное чувство реа�

Продолжить чтение