Собиратель теней. Неспокойное время
Глава 1
Новый дом
Интерлюдия…
Борину седьмой день держали в четырех стенах. Девушка совершенно не представляла, куда ее могли отвезти похитители. Из единственного окна было видно только деревья, которые шелестом листвы под порывами ураганного ветра заглушали все звуки за окном.
Первые двое суток про нее словно забыли. Какие-то мрачные мужики дважды в день молча приносили еду, а потом забирали посуду и так же молча осматривали блокираторы, проверяя их заполненность магической энергией.
Массивный стол, три стула, грубо сколоченный шкаф и кровать составляли всю мебель крохотного помещения с бревенчатыми стенами. В соседней каморке с трудом умещалась уборная с рукомойником. Что находилось за дверью ее тюрьмы, пленница не знала.
Очнувшись после нападения, девушка проплакала весь первый день. Она пришла в ужас, вспомнив убийство Данкеса, и не могла себе простить, что пошла с ним через парк.
Самое удивительное – утирал пленнице слезы невесть откуда появившийся Мар, которому ничуть не мешали надетые на девушку блокираторы магии. Мало того, он ловко вытягивал из них энергию, используя слезы хозяйки как необходимый расходный материал. Впитывая живительную для себя влагу, Мар преобразовывал собственную структуру. Борина замечала это каждый раз, когда водный шарик зависал перед лицом.
На второй день заточения явился мерзкий громила, чем-то похожий на мясника, и сходу принялся запугивать пленницу. Сначала велел ей сесть на стул посередине комнаты, а сам расположился на другом, напротив. Потом долго изучал девушку похотливым взглядом и, наконец, заговорил:
– У тебя, девка, два пути: будешь со мной ласкова и на все согласная, глядишь – и останешься жива. Ежели начнешь строить из себя недотрогу, тебе будет очень больно и неприятно.
Борина с самого начала не верила, что ее выпустят отсюда. Она даже удивлялась, почему до сих пор еще жива. Сейчас угрозы мордоворота оказали прямо противоположное действие, не на шутку разозлив пленницу. Глядя прямо в глаза визитеру, она жестко ответила, четко выговаривая каждое слово:
– Тот, кто делает мне больно и неприятно, долго не живет.
– Да что ты говоришь? – Всплеснул руками «мясник». – Неужто сюда на белых кобылах уже спешат графы с виконтами? Мне начинать пужаться?
– Да многие вельможи и за себя-то постоять не в состоянии. Помощи от них не дождешься, – пренебрежительно заметила девушка.
– Согласен с тобой, девка. Так на кого тогда у тебя надежа?
– Только на себя. Слышал о смертельных проклятиях? – теперь взять врага на испуг решила студентка.
– Сказки для малых детей, – с насмешкой отмахнулся мужик, скалясь во все свои тридцать два.
– Те двое, что ворвались в мой дом, тоже так говорили. И где они сейчас?
– Им просто не повезло, девка, – выговорил громила, но ухмылка слегка потухла. – С блокираторами не особо поколдуешь.
– Уверен, что тебе повезет?
– Сейчас и проверим, – он резко поднялся и с размаху влепил пощечину пленнице, свалив ее со стула. – Ну, и где твое проклятие? Меня сейчас должно разразить молнией?
Боли от удара Борина почему-то не ощутила, только какое-то странное жжение. Сначала решила, что негодяй ударил ее кастетом с шипами. Присмотревшись, разглядела на его пальце массивное зубчатое кольцо – гад намеренно решил пустить ей кровь. А под кольцом – неизвестно откуда появившееся черное пятно.
«Этой черноты раньше точно не было, я видела его руки!» И тут пленница разглядела появившегося за спиной ее мучителя Мара. Питомец, похоже, принялся тянуть энергию из обидчика своей хозяйки.
– Сейчас – нет. А женщин бьют только трусы и слабаки, – ответила она, дотронувшись до щеки, которую «мясник» процарапал до крови. – Тебе не стоило распускать руки – так ведь и без них легко остаться.
Девушка решительно встала на ноги, а уже занесший для второго удара руку «мясник» вдруг почувствовал внутри себя странные изменения – словно из него разом вытекла вся жизненная сила. Взглянув на собственную ладонь, он обомлел: пятно, которого раньше не было, увеличивалось прямо на глазах.
– Ты что наделала ***?! Да я тебя ***!
– А ты попробуй, – совсем осмелела пленница. – Или мне стоит перейти к «ласкам»?
Она сделала всего один шаг вперед, однако мужик тут же позорно сбежал, матерясь и обещая вернуться. В последующие дни данного слова не сдержал.
Потом с вопросами стали приходить более вежливые господа, которые студентке не угрожали и ее не запугивали, их интересовал исключительно профессор. О выставке и картине разговор ни разу даже не заходил. Тем не менее, Борина находилась в постоянном напряжении, в любой момент ожидая, что в комнату войдут садисты, наподобие первого, и возьмутся за нее всерьез.
«Неужели Этман до сих пор не может меня найти? Он ведь снабжал меня какими-то амулетами, которые наверняка уже отправили сигнал, но декан пока так и не появился. Эх, был бы на его месте Платон, наверняка бы нашел меня и спас. – Девушка вызвала в памяти образ «горца». – Где же ты, когда так нужен?»
Все амулеты с нее сняли сразу, поэтому другой защиты, кроме питомца, у пленницы сейчас не было.
Переживания хозяйки стимулировали Мара наращивать мощь. После того, как магический питомец смыл кровь с ее щеки и залечил шрам, он словно получил новый толчок в развитии. Шарик мог теперь становиться едва заметным, укрепил общую защиту девушки, и научился раздваиваться по типу ядро-оболочка. Теперь одна его половина была способна обволакивать тело Борины, обеспечивая защиту, а вторая, находящаяся в шарообразном состоянии, становиться ядром для атаки.
Погрузившись в размышления, пленница не заметила, как наступил полдень. А ведь завтрак ей так и не принесли.
«Может, про меня вообще забыли? Было бы неплохо. Жаль, Мар не способен удаляться от меня на большие расстояния. Добрался бы до города, нашел профессора и сообщил обо мне. Ага, сообщил бы он… А как?»
Девушка мысленно обратилась к той части питомца, который являлся водный шариком и отвечал за атакующие действия. Обычно он прятался в волосах:
«Мар, где ты там?»
Защитник сразу возник перед хозяйкой.
«Ты слова написать сумеешь?» – задала она вопрос.
Безмолвный шарик принялся совершать круги в воздухе.
Они с Маром выучили три ответа: «да» – движение вверх-вниз, «нет» – из стороны в сторону, «не знаю» – по кругу. Такие же ответы могла давать и оболочковая часть питомца, точечно нажимая на тело девушки один, два или три раза.
«А сможешь изобразить такое?» – Борина на запотевшем стекле написала: «помоги» и свое имя.
Водный шарик спустился на пол и повторил надпись.
– Какой же ты умный! – произнесла вслух пленница. – Увидел бы это профессор, сразу бы за тобой отправился. Или Платон. Но ты – не птичка, далеко от меня не улетишь, – она тяжело вздохнула.
В этот момент дверь резко распахнулась, в комнату ворвался незнакомец и моментально выстрелил по Мару заклинанием. Вокруг водного шарика образовалась полупрозрачная сеть, притянувшая добычу к ворвавшемуся.
– Магический питомец? – злорадно произнес волшебник. – Хочешь, чтобы он выжил?
Некоторое время Борина пребывала в замешательстве, но все-таки сумела взять себя в руки.
– Не стоит его убивать, – произнесла девушка почти спокойно.
– Назови хоть одну причину, – упиваясь собственным превосходством, предложил похититель.
– Думаю, вы и сами знаете. Он слишком ценен.
– И очень опасен, пока подчиняется тебе. Хочешь сохранить игрушку – отдай его привязку мне.
– Ничего не получится, он подчиняется только мне. – Девушка действительно не слышала о возможности передачи.
– Однако ты в силах приказать питомцу подчиняться другим. Правда, приказ действует всего десять дней, но что нам помешает повторить эту процедуру, не правда ли?
Пленница настороженно осмотрела волшебника. Высокий стройный брюнет с тонкими аристократическими чертами лица. Борина старалась не глядеть ему в глаза – колючий взгляд незнакомца пугал.
– А если я откажусь? – после довольно длительной паузы произнесла девушка.
– Сначала умрет он, а потом и ты, оставшись без защиты.
– Вы за мной подсматривали?
– А как сама думаешь?
– Это подло! – в сердцах выпалила девушка. Почему-то сейчас ее больше всего задело, что за ней могли подсматривать везде, даже в умывальне.
– Борина, не усугубляй свое положение. Отдать привязку – лучший для тебя выход.
– Чтобы потом вы меня убили?
– Дура, что ли? – покачал головой волшебник. – Магический питомец жив, пока цела ты.
Борина знала об этом из книг, найденных в библиотеке, но не желала показывать свою осведомленность.
– И зачем он вам?
– Не задавай глупых вопросов, – раздраженно отмахнулся от нее волшебник.
Маг не планировал использовать круглый мячик лично, но круглый мячик мог решить большую проблему его отпрыска.
– Отдать своего питомца… – убитым голосом произнесла она, и вдруг почувствовала легкое давление в груди, словно её кто-то ткнул пальцем. В следующее мгновение пришло осознание – вторая половина Мара осталась с ней!
– И чем скорее, тем лучше, Борина.
– Допустим, я это сделаю. И что взамен? – уже другим тоном ответила она.
– Считаешь, что можешь торговаться в твоем положении?
– Конечно, – заявила пленница. – Разумеется, в определенных рамках. Например, еда. Люди едят минимум три раза в день. Это только собак кормят дважды, и даже у них еда получше той, что приносят мне. А еще каждой женщине нужна теплая вода утром и вечером.
– А если я откажусь? – один в один повторил он ее же вопрос.
– В таком случае через десять дней я вряд ли смогу повторить перепривязку питомца.
Брюнет усмехнулся.
– Договорились, Борина. А Этман, оказывается, умеет выбирать учениц. Я тоже предпочитаю работать с умными людьми. Тогда не будем тратить мое время. Сейчас сниму с тебя блокираторы и приступим…
Комнату волшебник покидал вместе с Маром. Точнее – той частью, которая была в форме водного шарика.
«Ты здесь?» – мысленно спросила пленница.
Однократное нажатие подтвердило её предположение.
«Этот гад ничего тебе не сделает?» – задала она второй вопрос.
Двойное нажатие стало ей ответом.
* * *
Столица неприятно удивила грязными улицами, на которых было непривычно многолюдно. Последний раз такое скопище людей я видел в прежнем мире во время новогодних гуляний. Кроме того, поразила плотность застройки – не помню в других городах Миригии настолько тесного расположения домов и узких улиц со множеством углов.
По пути дважды проходили через охраняемые стражей пропускные пункты, на которых у подозрительных лиц проверяли документы. Нас пропустили по бумаге, предъявленной учителем.
После второго кордона начались дома посолиднее, с ухоженной территорией вокруг, поэтому зданий стало меньше, а сами улицы более просторными.
– Вот мы и в столице, – сообщил учитель. – Юго-восточный округ, самая отдаленная окраина города.
– А до него что было? – спросил я, оглянувшись назад.
– Так называемое предместье. С этой стороны оно разрослось особенно. Зато наши документы никто не стал смотреть.
Ургас во время визита к волшебнику, купившему школу, попросил помочь с приглашением в столицу, чтобы без волокиты попасть в город. Бумага пригодилась именно в юго-восточном округе, в других районах, кроме приглашения, могли попросить и документы.
Кортис выехал раньше остальных на три дня, чтобы успеть к нашему прибытию приобрести новое жилье. Он собирался осмотреть с десяток предложенных вариантов и внести аванс за понравившийся, затем нанять слуг и подготовить дом для проживания. Адрес мы получили вчера утром.
Как сказал учитель, Кортис, как баронет, с покупкой жилья справится быстрее, нежели любой из нас, поскольку и сам он – человек довольно ушлый, да еще и титул имеет, пусть даже самый нижний.
Насколько я успел понять за неполный год проживания в Миригии, титулованные особы здесь имели ряд привилегий, которые выделяли их среди прочих дворян, не говоря уже о неродовитых согражданах. Впрочем, и среди последних встречались весьма почитаемые люди.
К ним относились, прежде всего, высокоуровневые маги. Например, достигший седьмого ранга волшебник приравнивался к дворянину без титула. Если маг поднимался еще на две ступеньки, он уже мог претендовать на титул баронета, не передаваемый, впрочем, по наследству. После двенадцатого ранга, волшебник получал право основать собственный род. Однако волшебников рангом даже выше десятого в Миригии можно было сосчитать по пальцам. Опять же, успехи в магии не всегда являлись достаточным условием получения дворянства. Учитель говорил, требовались еще рекомендательные письма от высшей знати и подтверждение из канцелярии Его Величества о получении щедрого пожертвования в казну королевства.
«Даже если будут звать в бароны – не пойду, пусть и не уговаривают. А то начнется: оскорбил «светлость», назвав «сиятельством», на одного не так посмотрел, другому не кивнул, этого послал не по тому адресу, тому неправильно по морде врезал…»
Мы подъехали к высокому сплошному забору, за которым виднелось большое четырехэтажное здание.
– Если не ошибаюсь, это здесь. – Ургас спешился и подошел к воротам.
Массивные створки начали расходиться по сторонам. За ними нас встречал Кортис.
– Господа, рад приветствовать всех в новом доме! – чопорно произнес он, затем усмехнулся и продолжил: – Так, ученики, пока мы с мастером будем заняты, распрячь лошадей и определить их в стойла – конюшня слева. Потом душ, – он кивнул в сторону душевых кабин с большими бочками наверху, – сменить одежду и – в трапезную. Через час чтоб все были готовы получить задания на сегодня. Если имеются вопросы, зададите во время завтрака. Действуйте.
Позавтракав, мы разместились по комнатам четвертого этажа. Когда поднимались туда, заметил, что входы на второй и третий были забиты досками, покрашенными серебристой краской. Это было более чем странно. Поскольку разгадывать загадки сейчас было некогда, поспешил спуститься вниз на обещанный осмотр подворья.
Экскурсию для нас на правах хозяина поместья проводил Кортис. Сделка купли-продажи была оформлена на него, как на титулованного дворянина, так что теперь баронет перестал быть безземельным.
– Запоминайте, ученики, – вводил нас в курс дела новоявленный владелец особняка. – Вдоль забора проложена беговая дорожка. При должном темпе преодолеете ее за десять минут. Вон та лужайка вскоре станет полигоном. Конечно, не таким шикарным, как в Руданах, но на первых порах сойдет. Сад нам достался ухоженный, поэтому я взял на работу прежнего садовника и нанял парочку привратников приглядывать за контуром предместья. Еще в доме будут работать уборщики, прачка и повариха, с ними познакомлю позже. В дальнем углу расположен пруд. Он немного запущен, но садовник обещал почистить, так что вскоре там появится рыба.
Окружавший здание участок земли оказался почти вдвое меньше территории вокруг школы в Руданах, и все же он впечатлял: сад, пруд, лужайка, клумбы, беседки для отдыха… Мне казалось, все это должно стоить немалых денег. Однако спросил о другом:
– Кортис, а почему двери на второй и третий этажи забиты досками, да еще покрашены в серебристый цвет?
– О доме расскажу чуть позже. Что еще желаете узнать о поместье?
– А сколько оно стоит? – опередил меня Ишид. Нашего целителя всегда волновали денежные вопросы.
Кортис ответил не сразу. Сначала внимательно осмотрел каждого, словно решал, рассказать или нет. Затем все-таки смилостивился:
– Гораздо меньше, чем я думал – всего пять тысяч золотом, хотя самые скромные домики по соседству с меньшими земельными наделами стоят вдвое дороже.
– В чем тогда подвох? – Ишид встревожила неправдоподобно выгодная сделка.
– А вот теперь вернемся к вопросу Алтона о забитых досками дверях на двух этажах. Это сделано, чтобы не пускать туда людей и не выпускать оттуда привидения. Раньше «соседи» занимали только второй этаж, но, когда прежние хозяева попытались изгнать нежелательных жильцов, погибли два волшебника, а привидения заняли еще один этаж. Жаль, конечно, отнятой территории, но зато мы сэкономили прорву денег.
– А разве не опасно жить по соседству с привидениями? – спросил Игун. – Они-то – вовсе не безобидные призраки.
– Мы не трогаем их – они не трогают нас. Свободных комнат хватает, участок земли подходит. Пока меня все устраивает. На этом, господа ученики, осмотр территории окончен. Топайте к мастеру Ургасу, получайте задания и начинайте работать. Отдых во время прогулки до столицы окончен.
Ничего себе, «отдых»! Наши тренировки продолжались всю дорогу к новому месту жительства. Конечно, не в прежнем режиме, но прокачка каналов происходила даже во время движения. Учитель снабдил всех пустыми накопителями, которые мы заряжали до полного истощения собственных магических источников. Кроме того, атаковали друг друга легкими тренировочными заклинаниями, и отражали их без помощи защитных амулетов. После нескольких таких боев понял, что ментальные атаки на меня практически не действуют. Учитель предположил, что теневые образы могли выработать некоторые пассивные навыки, один из которых способен блокировать воздействие на мозг. И сказал пару слов о тенях, которые назвались щитовиком и опасником: первый был силен в создании оборонных заклятий, а второй позволял ощущать опасность. Больше Ургасу добавить было нечего.
Помимо прокачки каналов, мы при любом удобном случае еще занимались медитациями, чаще всего – перед сном и по утрам. После входа в транс я постоянно посещал жизненный источник, пытаясь изучить пустотный камень, но особыми успехами похвастаться не мог. Поговорить с теневыми образами тоже не получалось – дверь к магическому источнику постоянно была заперта.
Учитель на сегодня выдал задания исключительно на физические упражнения. Они с Кортисом покинули особняк, а мы отправились на пробежку с утяжелителями. Потом подтягивались на турнике, сражались деревянными мечами, соревновались в метании ножей … Так и не заметили, как время подошло к обеду.
После трапезы у меня возникла настойчивая потребность отправиться в комнату – очень захотелось проверить пришедшую за столом мысль. Поднявшись на четвертый этаж, вошел к себе и сразу сел на пол в позе лотоса. Как и предполагал, в состояние отрешенности вошел сразу. Однако на этот раз оказался совсем не там, где хотел.
«Что это за комната? Почему вокруг, как фильме ужасов – запустение, толстый слой пыли на всех предметах, паутина, да еще и жуткий холод?»
Глава 2
Почти забытый враг
Обладая огромным, как оказалось, магическим потенциалом, я все еще не имел представления, как им пользоваться, и ощущал себя обезьяной с автоматом, которая стрелковое оружие применяла вместо палки для отпугивания врагов. Правда, иногда мой потенциал проявлялся без моего участия, выстреливая в минуты смертельной опасности, но ведь и обезьяна могла случайно зацепить спусковой крючок. Главное, чтобы ствол в этот момент не был направлен на себя.
Сейчас складывалась примерно такая ситуация – мое сознание слишком легко выскочило из тела, но где оно оказалось и почему не могло сдвинуться с места? Да еще пробирающий до костей мороз… Я же не должен его ощущать, пребывая в бестелесном состоянии. Наверное…
«Куда я вляпался? Какую «не ту кнопку» нажал? Что делать? Как выбираться отсюда?» – раздумывая, ощущал дальнейшее усиление мороза.
«Не убивать!» – раздался властный мужской голос, и холод почти отступил.
«Он может быть опасен, граф», – возразили женским голосом.
«Думаешь, я не вижу?!» – угрожающе произнес граф.
«Прошу прощения, ваша светлость».
После этих слов женщины мороз исчез окончательно, и я смог переместится в угол заброшенной комнаты.
«Веди себя спокойно, пустотник, тогда не пострадаешь», – предупредил невидимый вельможа.
И снова меня изобличили как пустотника – это уже начинало раздражать. Прямо хотелось отыскать на своем сознании эту яркую надпись и замазать ее черной краской. Хорошо еще, что мою принадлежность к пустоте видели лишь избранные.
«Прошу прощения, если вдруг влез, куда не следует. Случайно получилось», – предпринял попытку договориться с невидимками.
«Все так говорят, а потом стараются обокрасть», – проворчала невидимая дама.
«Миледи, угомонись! – приструнил ее граф, и вдруг стал видимым, почти как живой. – Представьтесь, молодой человек».
«Алтон. Явился в здешний мир из другого. Пытаюсь по мере сил осваивать азы магии. Как вы верно заметили – пустотник, но пользоваться своей пустотой не умею», – постарался быть кратким.
«Хочешь сказать, что простолюдин?» – с нескрываемой иронией спросил граф. Это был широкоплечий брюнет лет пятидесяти, ростом чуть выше меня. Черный наряд и волосы резко контрастировали с белым лицом.
«Других сведений о себе не имею», – сообщил я.
Облик графа меня нимало удивил.
«Ни намека на принадлежность к привидениям. Это из-за необычного восприятия моего нынешнего состояния, или особенности конкретного вельможи?» – размышлял, вглядываясь в незнакомца.
«Ладно, поверю на слово, – произнес он. – Я – граф Имлат Керлинский. Прежние хозяева этого дома зачем-то сдуру притащили алтарь из нашего родового склепа, и теперь мы с семейством обитаем здесь».
Понимая, что привидениям под силу меня уничтожить, попробовал выяснить, насколько им это нужно.
«Могу я быть чем-то вам полезен, ваша светлость?»
«Хороший вопрос, Алтон. Когда ты сказал, что влез, куда не надо, ты сильно ошибся. Мы давно ждем волшебника с твоими способностями».
Он сделал паузу, явно ожидая моей реакции.
«Почему именно меня?» – задал следующий вопрос, стараясь не обмануть ожиданий графа.
«Алтарь требует правильной энергии, Алтон. При ее нехватке мои слуги потихоньку сходят с ума, а безумные привидения всегда начинают убивать».
«Правильной? Вы имеете в виду магию пустоты?»
«Да, Алтон. Тебе нужно вернуться в собственное тело и прийти на второй этаж».
Как-то не хотелось без гарантий собственной безопасности выполнять подобное поручение, но и ставить сейчас условия опасался. Попробовал начать с намеков.
«Хм… Слышал, что на втором этаже уже погибли два волшебника».
«Они пытались уничтожить алтарь, за что и были наказаны. Правда, их смерть вызвала еще большее загрязнение алтаря. Мне уже с трудом удается сдерживать слуг».
«Ваша светлость, в этом мире меня часто обманывали, в том числе – и титулованные особы, так что не сочтите за дерзость мой следующий вопрос».
«Он еще смеет сомневаться в ваших словах?!» – звучный женский голос как кувалда ударил по моему восприятию.
«Миледи, не вмешивайся! Сомневается, значит не дурак. Это даже к лучшему – с идиотами вообще не стоит связываться! – несколько секунд граф раздумывал, затем продолжил: – Алтон, я готов поклясться собственным духом, что ничего не замышляю против тебя, но взамен и ты пообещай, что придешь и выполнишь мою просьбу».
«Я согласен, только должен быть уверен, что действительно в состоянии вам помочь. Опасаюсь не сдержать обещания, если это все же не в моих силах».
«Правильный подход к делу, Алтон! – Имлат Керлинский едва заметно кивнул. – Ты умеешь создавать удар пустоты?»
«Нет, ваша светлость».
«Он еще и неуч!» – возмущенно фыркнула невидимая миледи.
«Да хватит уже перебивать! – граф махнул рукой и рядом проявилась молодая черноволосая девушка. – Знакомься, Алтон: моя дочь Юргина».
Она была восхитительна, и я едва сдержался, чтобы не сказать об этом, но наткнувшись на враждебный взгляд миледи, выдал я совсем другое.
«Она похожа на вас внешне. Но не характером».
«Тебе не по душе мой нрав, простолюдин? Да ты вообще – букашка, грязь под ногами…»
«А разве вам не начхать на мое мнение? Или вы прислушиваетесь к разговорам каждой букашки?»
«Если бы не отец, я бы тебя просто раздавила».
«К словам мудрого человека всегда стоит прислушиваться. Тем более, его светлость делает все, чтобы спасти свой род».
«Раньше надо…»
«Юргина, ты бранишься, как рыночная торговка, тебя это недостойно! – прервал дочь граф и снова обратился ко мне: – Удар пустоты – самое первое заклинание, которое изучает адепт пустоты еще в детстве».
«В мире, где я вырос, магии нет вообще. А в здешнем я не встречал ни одного учителя, хоть что-то знающего о пустоте».
После этих слов дочь графа посмотрела на меня несколько иным взглядом. Злости и высокомерия в нем поубавилось.
«Мой внук тоже пустотник. Прежде, чем его убили, он все же успел изучить это заклинание. Юргина, позови сына».
«Хорошо, отец», – на этот раз строптивица возражать не стала.
Через пару минут она привела мальчика лет десяти.
«Ваша светлость, звали?» – по-взрослому спросил он.
«Ялгус, это Алтон, который может нам помочь, но для этого ты должен рассказать ему об ударе пустоты».
Мальчик совсем недетским взглядом очень внимательно посмотрел на меня, словно просвечивал рентгеном, а затем произнес:
«Предлагаю меняться. Ты мне – туманный луч, я – удар пустоты».
«Я бы и рад, но не умею его создавать. Всего один раз случайно получилось», – прекрасно помнил, как луч из тумана расправился с медузами в степи, но как привидение ребенка сумело это увидеть?
«Мне нужны воспоминания о создании этого заклятия».
«Рассказать?»
«Подробно мысленно повторить», – уточнил он.
Постарался воспроизвести в голове картинку боя с медузами, и вдруг меня здорово тряхануло. Потом с удивлением увидел, как от меня отделился туманный сгусток и направился к голове Ялгуса, а от него почти такой же прилетел ко мне.
«Спасибо, это был выгодный обмен, – снова по-взрослому произнес мальчик. – Теперь мне доступны два заклинания».
В тот же миг я осознал, что смогу создать удар пустоты.
«Благодарю, Ялгус, – кивнул ребенку. – Ваша светлость, я готов дать обещание».
Мы обменялись клятвами, и через несколько секунд сознание вернулось обратно в тело. Так и хотелось воскликнуть: «Здравствуй дом, милый дом», однако решил смолчать. За мной теперь числился должок, рассчитаться с которым хотелось как можно скорее.
В надежде, что мне никто не помешает, спустился на второй этаж. Ухватился за первую доску, но тут же выпустил ее – серебристая краска обжигала руки. Пришлось спуститься вниз, чтобы поискать какой-нибудь ломик.
Во дворе столкнулся с садовником.
– Добрый день, уважаемый!
– Здравствуйте, господин. Чем могу быть полезен? – спросил он, освобождая дорогу.
– Мне нужен небольшой металлический ломик. Такой имеется?
– Найду. Прошу пройти со мной.
Мне показалось, что для садовника этот человек был слишком вышколен, больше напоминая церемониймейстера королевского дворца. Может столичные слуги заканчивают специальные учебные заведения? Мы зашли в сарайчик с инвентарем. Нужный инструмент я увидел сразу. Слуга пропустил меня вперед, но стоило взять фомку, как дурным голосом завопило мое чувство опасности. Столь сильно, что я в один момент оказался на берегу пруда. Однако и там оказались враждебно настроенные незнакомцы.
Мои щиты заработали на полную мощь, отражая арбалетные болты. Бросился в сторону, подпрыгнул вверх, принялся двигаться зигзагом, выискивая на ходу путь к спасению.
Телепортировавшись обратно ко входу в здание, врезал ломиком бойцу, возле которого оказался. Ринулся вверх по лестнице, спешно оторвал доски на входе во второй этаж и распахнул двери.
– Привет тебе от Хидрака, – бросили мне в спину. Раздалось сразу три щелчка, однако болты воткнулись в косяк двери возле правого уха.
«Смерть дрегам!» – тут же прозвучало в голове и приведения выскочили наружу.
Стоявший за спиной «садовник» выпучил глаза и рухнул на пол.
«Алтон, быстрее к алтарю, иначе будет поздно!» – произнес граф, который за порог не вышел.
Побежал за ним. Несколько секунд – и мы оказались в небольшой комнате. Там возле стены стоял зеленый восьмиугольный камень. Верхняя грань имела множество выбоин и рытвин, а еще кровавые пятна. И постепенно их становилось все больше и больше.
«Действуй, парень!» – торопил граф.
Сделав глубокий вдох, я создал удар пустоты.
Алтарь вместе с привидением на миг исчез, а затем медленно проявился. Гладкая, как зеркало, грань сияла зеленым светом. Ни зазубринки, ни пятнышка… Рядом с алтарем возникла и фигура Имлата Керлинского, затем по очереди еще восемь привидений. Последним появился Ялгус. На этот раз свет сквозь их тела проникал.
«Благодарю, Алтон! Ты спас моих близких от сумасшествия, убийство дрегов точно бы их доконало. В благодарность за твою помощь мы освобождаем третий этаж и обязуемся охранять поместье. А здесь ты всегда желанный гость. Правда, Юргина?» – он повернулся к дочери.
«Всегда рада видеть человека, который помог покарать убийц нашего рода. Я бы поблагодарила тебя, парень, и более приятным способом, но у нас, увы, ничего не получится», – подмигнула она.
«Юргина, не смущай живого человека», – погрозил пальцем граф.
«И вам спасибо, что спасли от дрегов», – произнес я, размышляя в это время о своих друзьях.
«Твои приятели в конюшне, – Ялгус словно прочитал мои мысли. – Их усыпили и собирались увезти к порталу, а потом переправить на остров. Живых дрегов в поместье не осталось», – добавил он.
«С сегодняшнего дня ни один островитянин не посмеет даже приблизиться к поместью. Я обещаю», – заверила Юргина, потрепав сына по голове.
Я откланялся и быстро побежал будить друзей.
Интерлюдия…
Декану при нападении удалось выбраться из кабинета лишь благодаря портальному свитку, врученному графом Нимским. Профессор в той стычке получил серьезные ранения. Единственное, что он успел сделать перед исчезновением – активировал взрывные артефакты.
В роскошные апартаменты тайной канцелярии Этман попал в бессознательном состоянии. О новом постояльце сразу стало известно смотрителю, который и вызвал целителя и графа. Пару дней волшебника буквально вытаскивали с того света, еще пять суток он провел в коме, а когда его наконец-то привели в сознание, декана сразу попросил прийти Нимского.
– Что с Бориной? – первым делом спросил Этман, увидев графа.
– И я рад видеть тебя, профессор. Как самочувствие?
– Терпимо, – поморщился декан. – Извините, не поздоровался. Приветствую, вас граф. Не будете ли вы любезны рассказать о судьбе моей студентки?
– Ее похитили, – не стал «ходить вокруг да около» Нимский, – но вряд ли убили.
– Откуда узнали?
– Работа у меня такая, – ответил тот снисходительно, но все же пояснил: – Неожиданно появилось слишком много интересующихся вашим нынешним местонахождением. Я под это дело даже в собственном департаменте двух засланных обнаружил.
– Интересно, сколько же их в академии? – вымолвил Этман.
Вставать ему пока не разрешили, поэтому графа декан встречал лежа.
– Немало, господин Этман. Особенно – на воздушном факультете.
– А у меня?
– Пока только одного нашли.
– И все работают на маркиза? – удивился декан.
– Заинтересованные лица есть и кроме него, – туманно ответил граф, и начал сам задавать вопросы. – Вспомни, сколько человек на тебя напали, Этман?
– Минимум двое. Один маскировался под майора жандармерии.
– Иллюзия? – решил уточнить Нимский.
– Нет. Скорее – театральный макияж. Мою защиту он пробил за раз. Скорее всего, маг – не ниже седьмого ранга.
– А второй?
– Его заметить не успел, за что и поплатился. Спасибо вашему свитку, граф, иначе там бы и кончился.
– После взрыва в кабинете нашли лишь одно тело, опознать которое не удалось. Второй, похоже, сумел уйти при помощи портального свитка. Был ли третий – непонятно, но если и был, то кто-то из ваших.
– Как похитили Борину? – Этмана очень волновала судьба девушки.
– В академии спровоцировали драку среди студентов четвертого курса. Охрана вызвала туда жандармов, однако раньше настоящих заявились ряженые. Зачинщиков вывели из академии, некоторых пострадавших даже пришлось выносить. Думаю, среди них была и Борина.
– Сволочи!
– Согласен с тобой, Этман.
– И что, никаких следов?
– Не о том ты сейчас думаешь, господин декан.
– А о чем нужно? – искренне удивился профессор.
– Как и когда ты успел «наступить на мозоль» маркизу Зеонскому?
– Я???
– Думаешь, он случайно позвал осматривать картины именно тебя?
– Я об этом вообще не думаю. Меня часто просят проконсультировать по разным вопросам. К тому же, были представлены рекомендации от моего знакомого.
– Графа Зуркона Гураского? – предположил Нимский.
– Вы уже выяснили?
Гураского профессор хорошо знал. И тот действительно порекомендовал маркизу воспользоваться услугами декана водного факультета.
– Накануне первого нападения на Борину его спешно отправили к северным границам по важным делам. И вернется твой знакомый еще не скоро.
– А его-то за что?
– Чтобы не сболтнул лишнего, я полагаю. Знать Миригии все-таки старается не устранять себе подобных, даже если среди них вдруг встречаются честные люди. И все же, профессор, припомните – когда вы встречались с маркизом или его приближенными, может, вы повздорили?
– Да я вообще стараюсь никогда не ссориться с вельможами. По молодости еще были случаи, но с тех пор уже больше двадцати пяти лет прошло.
– У знати память долгая. И что же произошло в те далекие годы?
– Да… вспоминать не хочется, – попытался отмахнуться профессор.
– И – тем не менее, – настаивал Нимский.
– Я случайно стал свидетелем, как трое подонков в масках напали на девушку. Пришлось вмешаться. Раскидал их магией и увел бедняжку. А потом… она стала моей женой. Так вот, двое из негодяев были явно дворянского сословия.
– И как ты это понял, по одежде?
– Нет, одеты все были как раз безлико. Их выдало характерное движение выхватывать меч. Но самого оружия при себе ни у кого не было.
– И никто не стал тебя преследовать? – удивился граф.
– Я был в Ширгуиде проездом. Два дня провел в их академической гостинице и как раз направлялся в столицу. Вряд ли один из насильников мог оказаться маркизом. Тем более, меня запомнить. Да и времени сколько прошло…
– Двадцать пять лет? – задумчиво произнес Нимский, явно что-то прикидывая в уме. – А ведь нынешний маркиз Зеонский окончил как раз Ширгуидскую магическую академию, и двадцать пять лет назад учился на третьем курсе.
– Да не бывает таких совпадений, граф. Чего же он тогда так долго ждал?!
– Видимо, раньше ему никто не рекомендовал человека по имени Этман.
– Но я же с теми вообще негодяями не разговаривал и визитных карточек не раздавал! Или у нас студенты третьего курса сходу определили, в какой гостинице я жил и не поленились там расспросить?
– Не хочу строить предположений, профессор. Скажу лишь, что в те годы Ертег Зеонский был всего лишь виконтом. Сейчас – маркиз. Амбициозного дворянина заметил наш король, а тут и подвернулся случай отомстить за прошлые обиды.
Они помолчали минут пять, каждый размышляя о своем. Первым нарушил тишину профессор:
– Как в академии объясняют мое отсутствие?
– Тебя похитили, тайная канцелярия вышла на след и делает все возможное, чтобы вернуть учебному заведению ценнейшего чиновника и преподавателя.
– А что по поводу Борины?
– Ее похищение решили не предавать огласке. Официальная версия: девушке дали отпуск из-за волнений, связанных с нападением на нее в поселке, и отправили позагорать на озеро Рахна за счет академии.
– Даже представить боюсь, как она сейчас «отдыхает». – Этман покачал головой.
Глава 3
Как они нас нашли?
До конюшни добраться не успел. Наткнулся на вернувшихся учителя с помощником. Наставник сразу занялся уснувшими учениками, а мы с Кортисом сбором трупов.
Впервые я столкнулся с Хидраком, когда добирался к перевалу через степь. Тогда ради свободы своих друзей мне пришлось войти в круг, чтобы сразится в поединке с дрегом. Условие его поражения обязывало их с Кадургом, соплеменником островитянина, не причинять вреда жизни и здоровью моих друзей, тогдашних его пленников. В итоге их аккуратно усыпили и оставили в конюшне под присмотром. А вот собственную жизнь в условия договора я включить не догадался. Если бы не самопроизвольная активация портальной магии, для меня все могло бы закончиться плачевно еще в сарайчике.
Теперь же не давал покоя главный вопрос: как дреги меня нашли? И почему именно сейчас, ведь прошло более трех сезонов? Хотя бы часть ответов я надеялся получить от учителя после того, как тела вторженцев предали магическому пламени.
К происшествию в особняке было решено не привлекать стороннего внимания. Школе пока лишняя огласка ни к чему, а если заявим о появлении дрегов, вся жандармерия восточного округа «встанет на уши», и нас затаскают по кабинетам дознавателей. Единственное, что собирался предпринять Кортис после того, как ученики придут в себя – отправиться в дом настоящего садовника и прояснить его причастность к нападению. Ургас хотел составить ему компанию, но баронет что-то произнес одними губами, и мастер не стал настаивать.
Вдвоем с учителем мы поднялись в его кабинет, под который уже переоборудовали одну из комнат четвертого этажа. Наставник не скрывал своего удивления.
– Алтон, объясни: зачем тебе понадобилось ломиться к привидениям? Ты же не ребенок, который обязательно полезет туда, куда вход воспрещен? Думаешь, его случайно досками забили, да еще непростыми? Привидения в любую минуту могли расправиться с тобой и остальными обитателями дома. Ты хоть понимаешь, что поставил под угрозу безопасность всех нас?
– Это не совсем так, мастер. Дреги неожиданно появились в тот момент, когда я искал, чем бы сбить доски с дверей, поскольку накануне договорился с привидениями. Мы заключили взаимовыгодную сделку, поэтому мне нужно было попасть на второй этаж, чтобы ее выполнить.
Ургас расслабленно сидел в кресле, но услышав мой ответ, подался вперед и обхватил пальцами свой лоб.
– И как это я сам не догадался? – с грустной усмешкой произнес он, нахмурился, тяжело вздохнул, и произнес: – Ну, рассказывай, во что ты опять вляпался?
Я сидел на стуле неподалеку от мастера. Почему-то пришла мысль, что привидения наверняка слышат наш разговор, да и вообще знают обо всем, что происходит в этом доме, однако решил пока не заморачиваться на эту тему.
– После обеда отправился к себе в комнату, чтобы заняться медитацией … – начал я рассказ. Старался излагать кратко, при этом не упуская важных моментов состоявшейся встречи с обитателями второго этажа. Уложился за пятнадцать минут. – … у алтаря граф поблагодарил за помощь и пообещал охранять периметр нашего поместья, если не станем изолировать их в доме.
Закончив рассказ, ждал вполне естественных в таком случае вопросов, но учитель не проронил ни слова. Он будто смотрел сквозь меня и мыслями был где-то очень далеко.
– Сколько лет живу, – наконец заговорил он, – однако не слышал ни о чем подобном. Определенно, твое появление здесь… Во-первых, не дало угаснуть моей жизни, во-вторых, внесло в нее множество невероятных поправок. – Ургас снова поудобнее устроился в кресле. – Значит, старшим у обитателей второго этажа граф? И он запросто разговаривает с обычным человеком? Хотя, назвать тебя «обычным» язык не поворачивается. Скажем так – с не дворянином. Он сразу определяет в тебе пустотника, хотя это как раз объяснимо, поскольку его внук тоже пустотник. Но почему тогда внук сам не очистил алтарь?
– Граф сказал, что привидения лишь на треть находятся в этой реальности, поэтому здесь их заклятия действуют по иным законам. Например, алтарь вообще не реагирует на их магию.
– Невероятно! Привидения рассказали тебе, как работают их заклинания?! В Миригии вряд ли кто-то хоть раз общался с потусторонними созданиями. А с тобой они не только мирно разговаривали, так еще и заклятию пустоты обучили!
– Да ведь без него я бы просто не смог им помочь.
– Знаешь, Алтон, вообще-то привидения отличаются злобным нравом и коварством, а тебе повезло наткнуться на удивительно благородных. И не по титулу, а по состоянию души.
– Мне тоже так показалось, мастер.
– При случае спроси у графа, смогу ли я с ним переговорить? Вопросов уже сейчас много, а будет еще больше. В том числе – и по твоему обучению, Алтон.
– Я обязательно переговорю с ним.
– Замечательно! Ты сказал, что после удара пустоты алтарь исчез, а потом появился без единого пятнышка? – Получив мое подтверждение, он продолжил: – Странное явление, которое я пока объяснить не могу. Хорошо бы, если б кто-то из людей графа знал ответ.
– К сожалению, учителей магии среди наших приведений нет.
– Наших? – улыбнулся Ургас.
– А как иначе? Мы ведь живем в одном доме.
– Согласен, – кивнул наставник. – Значит, говоришь, можно занимать третий этаж? Еще немалая прибыль от тебя, ученик: и дополнительную площадь раздобыл, и охрану поместья обеспечил.
– Так ведь это случайно получилось, мастер.
– Твои «случайности» когда-нибудь меня доконают. Хорошо еще, что теневые образы пока справляются с проблемами, но плохо, что без твоего участия. – Ургас задумался. – Значит, в сарае ты сначала почувствовал опасность, а потом внезапно оказался вдали от сарая? И сам ничего для этого не делал?
– Ну, почему? Делал. Сильно испугался, – уточнил я.
– Какое полезное чувство – страх, – кивнул учитель. – Трофеев на какую сумму удалось собрать?
– Сотни три золотом.
Перед сожжением мы с Ургасом обыскали незваных гостей. В прежнем мире представить себя за подобным занятием в принципе не мог, но как там у классика – «бытие определяет сознание»? А за сознанием следуют соответствующие ему действия.
– Значит, финансовые проблемы в ближайшее время нам не грозят, – констатировал учитель. – Зато других, похоже, будет в избытке. И первая, с которой следует разобраться – как дреги на нас вышли?
Пришлось максимально подробно рассказать о произошедшем в степи поединке, когда несколько дрегов повязали Алгая, Игуна и Ленкура. Тогда им ничего не стоило сделать то же самое со мной и Ишидом, однако вместо этого меня вызвали в круг на поединок. Сначала – с Хидраком, затем – с Кадургом. А на кону была свобода друзей или добровольное рабство. Причем, насколько я тогда понял, ключевым являлось слово «добровольное».
– Ишиду в то недоброе утро удалось заручиться поддержкой степи, ставшей гарантом условий сделки. – Я старался вспомнить каждую мелочь. – Молнии среди ясного неба ошеломили всех.
– А где в это время находились пленники? – спросил Ургас.
– Их охраняли подельники Хидрака. Когда мне хитростью удалось одержать победу, он с охранниками исчез, остался только Кадург.
Учитель задумался.
– Дреги всегда умели ставить незаметные метки на рабов, чтобы их не украли соплеменники. Если Хидрак поставил на пленников нечто подобное, во время буйного сезона такие клейма могли активироваться.
– Почему?
– На острове дрегов всегда повышенный магический фон – примерно такой, как у нас в буйный сезон.
– Неужели дреги могут уловить этот сигнал, находясь у себя на острове? – поразился я.
– Вряд ли. А вот если задаться целью отыскать помеченного человека, можно создать уловители сигнала. Например, на главных дорогах Миригии, – мрачно пояснил Ургас. Складывавшаяся ситуация его явно тревожила.
– И что это даст?
– Допустим, уловители стояли на нашем пути в столицу. Метка, попадая в зону его действия, выдает сигнал, затем по пути следования срабатывает второй уловитель, и сразу становится понятным, что цель движется по конкретной дороге в определенном направлении. Возле третьего или четвертого уловителя уже будет стоять дозорный, который лично убедится в том, что цель реальна, и сможет за ней проследить.
– Но как дреги попали в столицу? Мне казалось, они появляются только неподалеку от живой степи.
– В буйный сезон возможности островитян возрастают. Наверняка соорудили портальную точку где-то поблизости.
– Значит, они могут еще раз сюда наведаться?
– Теперь вряд ли. Сам же говорил – твои знакомые привидения на дух не переносят дрегов.
– Точно! Особенно дочь графа. Она в схватке до последнего защищала своего сына, но силы были неравными.
– Дрегам тогда был нужен пустотник?! – заволновался наставник.
– Похоже, что так. Нападавшие пытались его похитить, но во время сражения мальчик погиб.
– Не дай Вард, чтобы дреги поняли, кем ты являешься! Теперь тем более нужно как можно скорее пристроить вас в академию. Правда, и там нынче неспокойно. Говорят, на декана одного из факультетов было совершено нападение в собственном кабинете.
– Ого!
– Вот тебе и «ого»! Но пока нам все равно на территорию академии путь заказан, сначала следует показать себя на столичном полигоне. Ты на какой ранг сдавать собираешься?
– На какой скажете, учитель.
– Тогда на второй. Знаю, тебе и третий по силам, но высовываться не стоит. Потом еще всем предстоит в турнире участвовать.
По дороге в столицу Ургас ознакомил студентов с их дальнейшими планами. Первый пункт – приобретение жилья. Второй – получение ранга. Третий – участие в академическом турнире, призеры которых могли стать студентами и впоследствии получить диплом волшебника.
– И когда намечена сдача на ранг? – спросил я, поднимаясь со стула.
– Мы записали вас на завтра.
– Отлично! Раньше начнем – раньше закончим.
– Главное – не расслабляйся, Алтон. А теперь позови ко мне Игуна и Алгая. Попробую отыскать на них метку дрегов. Вроде бы седьмой ранг позволяет это сделать.
Интерлюдия…
Когда Хидраку донесли, что считавшийся учителем волшебник покинул подворье, то в особняк, куда прибыл ненавистный ему человек, он отправил своих подельников. Сам остался, опасаясь, что его могут узнать.
После поражения в степи дрег никак не мог успокоиться, и с началом буйного сезона перебрался в Миригию. Он не стал ограничиваться землями, прилегавшими к живой степи, как делали остальные. Сразу отправился ближе к столице, где и расставил сети.
Островитяне исстари были сильны в портальной магии. Они могли создавать временные точки переходов в местах силы, где происходили выбросы сырой магической энергии.
Далеко не все дреги умели ощущать подобные «фонтаны», но тот, кто обладал этим чутьем, имел возможность неплохо заработать либо на продаже информации соплеменникам, либо на добыче рабов. Если создать портал в городе или неподалеку от него, появлялась возможность захватить и доставить гораздо больше пленников.
Обычно дреги старались промышлять поближе к живой степи, где всплески сырой магии проявлялись особенно мощно. Однако в нынешнюю вылазку Хидрак плевать хотел на добычу, жажда мести гнала его все дальше и дальше. Раскидывая сеть сигнальных заклятий, он добрался до столицы Миригии. Там ему неожиданно улыбнулась удача: овальная проплешина в одном из городских скверов обладала повышенным магическим фоном. Дрег сразу соорудил там портальную точку, четвертую в Миригии, о которой знал лишь он сам и несколько приближенных соплеменников. Подготовив этот плацдарм, он приступил к охоте в других местах. Сначала – вдали от столицы, оставив «доходное место» на завершающие дни буйного сезона.
Впрочем, в главный город Миригии дрег спешно отправился гораздо раньше: сработали сигнальные заклинания, когда неподалеку прошли люди с его метками. А потом Хидрак увидел и Алтона, направлявшегося в столицу вместе с двумя носителями меток и довольно опасным волшебником.
Дрег сразу вызвал своих соплеменников, с которыми прибыл на охоту, и поставил им новую задачу: выследить, схватить и доставить к нему негодяя. Не получится поймать – убить.
Оскорблённый островитянин считал, что им несказанно повезло проследить за помощником мага, который приехал в столицу чуть раньше купить дом и нанять слуг. С помощью ментальной магии дреги допросили садовника, принятого на работу неким Кортисом, и под его видом решили проникнуть в дом, когда Ургас отлучится. Как только тот вместе с помощником отправился в город, Хидрак дал команду на проведение операции.
И почти тут же получил сигнал об одновременной гибели всех, кто проник за забор поместья.
Подчинив магией садовника, дреги расположились в его домике. У мужика не было семьи, и гости к нему практически не заходили. Теперь оставаться в этом жилище стало небезопасно.
«Не могли они все вместе сразу отдать концы! – мысленно возмущался Хидрак. – Пять опытных бойцов, по меркам местных – владеющих магией на уровне пятого ранга. И не справились с учениками? Да быть такого не может!»
После полученного сигнала о гибели своих людей, вспомнился недавний разговор с Кадургом, который являлся виновником его поединка с Алтоном в степи. Соплеменник настоятельно отговаривал решать проблемы с этим одаренным силовыми методами. Дескать, у того всегда под рукой оказывается нужный козырь, разбивающий любые усилия врага.
Поскольку с Кадургом у Хидрака сложились довольно натянутые отношения, а после проигрыша в поединке с обычным одаренным они «натянулись» еще сильнее, разозлившийся дрег не стал прислушиваться к словам «заклятого» друга. Желание наказать обидчика только усилилось. Хотелось либо притащить Алтона на остров и предъявить советчику, доказав тем самым свое превосходство, либо, в худшем случае, принести голову негодяя.
Сорвавшаяся попытка захвата показала, что Кадург был прав, и это еще сильнее разозлило. Сейчас Хидрак был почти в бешенстве, руки чесались что-нибудь сломать. Он даже подумывал растолкать находящегося под сонным зельем садовника и прикончить изощренным способом.
«Что в этом Алтоне не так? В степи он вытолкнул меня из круга почти случайно. Ладно, сам виноват, надо было не расслабляться. Но сейчас-то я подготовился. Кем нужно быть, чтобы уничтожить сразу пятерых боевых магов?! Или гаденыш выдает себя за другого? Но зачем? Кто он на самом деле и чего добивается?!»
Хидрак вдруг почувствовал, что во дворик дома садовника кто-то вошел. Он уже никого не ждал, поэтому сразу бросился к выходу на задний двор. Возле двери остановился, выпустив разведывательное заклинание, однако отклик получить не успел – дверь сотряс мощный удар. Раздался звон битого стекла слева, вместе с рамой окна справа внутрь влетел человек. Прямо в полете он метнул три клинка, от которых дрегу с трудом удалось увернуться.
Хидрак слыл опытным воином и магом на уровне седьмого ранга по меркам Миригии. Он выпустил несколько быстрых заклятий, рассчитывая разом покончить с вторженцем. Молнии, огненные шарики и сосульки, как ни странно, вреда незнакомцу не причинили. Похоже, ему достался очень подготовленный враг. Особо впечатлил бросок множества утыканных шипами шариков, размером с вишню. Они плотно облепили одежду дрега, почти заблокировав его способность создавать заклятия.
«Что это за дрянь?! – мысленно возмутился Хидрак. – Пять минут – и я останусь без чар!»
Дрег осознавал степень угрозы. Металл шариков поглощал магию сильнее, чем блокираторы. Островитянин наплевал на волшебство и бросился в атаку, вооружившись двумя кинжалами.
Натиск показал, что холодным оружием незнакомец владеет чуть хуже дрега, его удалось оттеснить от выбитого окна. Однако когда воин, зацепившись ногой за порог между комнатами, упал, Хидрак не стал добивать противника, заподозрив ловушку. Он выпрыгнул в проем окна и кинулся через задний двор, на ходу избавляясь от куртки. Сбросив облепленную шариками одежду на землю, Хидрак воспользовался портальной магией. Арбалетный болт не успел на какой-то миг, пронзив пустоту, откуда исчез островитянин.
Кортис, досадуя на себя, покачал головой и выбрался через тот же оконный проем, словно дверей в этом доме не существовало.
«Ушел, гад! Эх, теряю былую хватку. Впрочем, этот запросто мог и прикончить. Наверняка учился не только заклинаниям, но и воинскому искусству».
Баронет поднял брошенную куртку и принялся аккуратно отцеплять шарики, которые приобрел четыре года назад в Ширгуиде у заезжего купца за весьма солидные деньги – по золотой монете за штуку. Сегодня он первый раз использовал их в деле, опасаясь, что противник сбежит с помощью портальной магии.
«Ладно, все могло закончиться гораздо хуже», – решил Кортис и вернулся в дом.
Баронет сорвался к садовнику сразу, как привел в чувства учеников. Уже по дороге он подумал, что там его могут ждать несколько дрегов, но не вернулся за помощью. Сегодня из-за его оплошности едва не погибли все ученики. Значит, ошибки надо было исправлять как можно быстрее. Уходя от мастера, он, чтобы пресечь попытки оказать помощь, шепнул тому «личный долг».
«Столичная жизнь плохо на меня влияет, – пришел к выводу Кортис. – С первых же дней столько глупейших ошибок! Хорошо хоть успел на себя амулеты защитные нацепить».
Помня, что в главном городе Миригии волшебники встречаются на каждом шагу, сразу по прибытии баронет приобрел с десяток самых дорогих амулетов для защиты от магии и быстролетящих колюще-режущих предметов, поскольку здесь для оплаты недвижимости приходилось носить с собой немалую сумму в векселях.
Осмотрев домик, Кортис обнаружил в чулане спящего садовника. Перетащил его в гостиную, усадил на диванчик и привел в чувства.
– Что-то помнишь? – спросил баронет.
Очнувшийся работник был перепуган до полусмерти. Он не сразу сумел взять себя в руки, и смог начать говорить только после того, как хозяин принес ему стакан воды.
– Я это… вернулся вчерась домой, а тут это… в общем, следом и лиходеи пожаловали. Как их увидел, это… подумал – хана мне. А эти… пытали про вас много. Рассказал все, что знал, уж простите, у них магия.
– Понимаю. Сколько их было?
– Шестерых видел. Это… дреги? – спросил мужчина, крепко сжимая опустевший стакан.
– Угадал. Сегодня пятеро напали на особняк, да там и полегли. Шестой оставался здесь. Он сумел уйти. Что можешь о них рассказать?
– Ничего, господин, они лопотали на своем языке. Слышал только часто повторяющееся слово – Хидрак. Мне показалось, это имя их главного.
Кортис описал внешность своего сбежавшего противника.
– Да, он, – подтвердил садовник. – Больше ничего не знаю. Мне стукнули по голове, влили что-то в рот, а очнулся только сейчас.
Глава 4
Мяч в поле – игра началась!
Столичный полигон напоминал футбольный стадион, только поле было вдвое больше и поделено на восемь равных секторов. Правда здесь проводились не спортивные соревнования, а дуэльные поединки и четыре ежегодных магических турнира, на которые съезжались волшебники и воины со всей Миригии.
– Вчера тут новички подтверждали первый ранг, – сообщил наставник. – Из сотни претендентов испытание прошла половина.
– И что, даже прошедшие еще не считаются волшебниками? – решил уточнить я.
– Не считаются, однако запретов на магию для них уже меньше, а возможностей получить работу на государственной службе больше.
Меня еще раньше предупреждали, что нанесенный магией ущерб для человека, не имевшего ранга, оценивался в разы больше. Срабатывала вездесущая истина: «без бумажки ты – букашка, а с бумажкой – человек». Подтверждало ее незыблемость и другое условие: на тестовое испытание нельзя было попасть без официальной протекции. В нашем случае – рекомендательного письма учителя, либо письма титулованных особ, владевших магией.
– Кстати, я тут узнал о нововведении в правилах этого года, – решил ввести нас в курс дела наставник, когда мы встали в очередь для прохода на полигон. – Теперь, если претендент на ранг намерен проходить испытания, минуя одну ступеньку, он должен продержаться не три, а четыре минуты.
– А если через две? – не удержался от вопроса, поскольку иногда посещали мысли сдать сразу на третий уровень.
– Тогда тест будет продолжаться шесть минут, – ответил Ургас. – При этом обратите особое внимание: претендент должен простоять на поле боя весь назначенный срок, даже если вдруг справился с соперниками за минуту. Уйдет раньше – тест не пройден.
Мы заполнили бумаги и вышли на полигон. Всем достались разные сектора, поэтому каждый направился в свой. Учитель остался наблюдать за нами на трибуне.
Сегодня испытания проходили претенденты на второй и третий ранги. Таких, как мы с приятелями, по словам учителя, набралось более трех десятков, а на более высокий ранг пытали счастье вдвое меньше соискателей.
Дожидаясь своей очереди, успел осмотреться. Сначала следил за боем в сво�