Лисовский. Всевидящий барон
Глава 1
Для глубоких морщин на лице и седых, как иней, волос, отец имел довольно крупное и, я бы даже сказал, накаченное тело. Тот ещё здоровяк. И не скажешь, что ему уже три тысячи лет.
И несмотря на то, что слухи о моей мощи доходят до самых дальних галактик, и я перебил ни одну тысячу врагов, тем не менее, отца – побаивался.
Ещё бы, ведь если он захочет, то сможет убить меня, не моргнув и глазом. Отец единственный, кому это реально под силу. Поэтому, злить его не стоит.
– Ублюдок! – громоподобно кричит отец со своего трона.
Чёрт…
– Что случилось? – спрашиваю я и уже начинаю искать пути отхода. Лучше всего будет выпрыгнуть через окно слева. Да, я полечу прямиком с высоченной горы прямо в бурлящую лаву, но это всяко лучше, чем испытывать на себе отцовский гнев.
Я ещё никогда не видел его в таком настроении. Глаза пылали кровавым огнём, желваки ходили ходуном, на шее от напряжения вырастали бугристые мышцы.
– Ты ещё смеешь спрашивать, что случилось?!
Еле сдержался, чтобы не прикрыть руками уши. Голос отца раздавался по залу и эхом отскакивал от стен с такой силой, что становилось не по себе.
– Я правда не понимаю.
– Сейчас ты всё поймёшь…
Да что это с ним сегодня? Как с цепи сорвался. В таком бешенстве отец не был уже под тысячу лет. Даже в битве с Мировым Змеем он вёл себя на порядок спокойнее.
Нашим отношениям все завидовали. Мы понимали друг друга с полуслова, отец относился ко мне, как к достойному наследнику и редко даже голос повышал. Он очень уважал меня и ценил. Я отвечал ему тем же.
Так что его теперешняя реакция мне совершенно не ясна…
Нет, я понимаю, чтобы подобным тоном он общался с моим братцем. Ибо тот действительно этого заслуживал. Завистливый, алчный, самовлюбленный, хитрый, как двенадцатихвостый лис. Они с отцом ругались чуть ли не каждый день.
Но со мной такого никогда не происходило.
– Давай спокойно поговорим, – я выставил перед собой ладони, а отец оторвался от трона и, гулко топая, начал ко мне приближаться. – Должно быть, произошла какая-то ошибка. И если ты всё мне объяснишь, я попытаюсь помочь. Хорошо?
Вот дерьмо. Лепечу, как испуганное дитя. Впрочем, а что ещё остаётся? Был бы передо мной кто-то ещё, да хоть целая армия самых опасных ублюдков во Вселенной, вёл бы себя иначе. Но отец – другое дело. Я бессилен перед его мощью и его авторитетом. Это закон мироздания.
– Тварь! – раздался свист и в это же мгновение отец оказался возле меня. Схватил за шею и поднял над полом.
– К…х… о…тец…что ты…
– Ага! Попался, сука! – вместо отца появляется маленький, тощий, и горбатый уродец. Длинные грязные патлы небрежно спадают на лицо, закрывая добрую его половину.
Твою же…
– Локхуд… – вырывается изо рта, и брат кидает меня в стену. Но не успеваю я до неё долететь, как из ниоткуда появляется тёмно-красный портал. Мощный поток энергии, гудя, начинает засасывать меня внутрь, но я успеваю схватиться за небольшой выступ в полу.
Держусь за него из последних сил.
– Чё ты творишь?! Локхуд! Мразь!
– Хе-хе-хе… – мерзотно смеётся брат и на его лбу пульсирует извилистая вена. – Вот ты и попался, Фенрис! – он дёргает головой, и волосы спадают назад, открывая лицо. – Вот ты и попался, мой старший придурошный братец!
– Где отец?!
– Он сдох. Я убил его, – самодовольно улыбаясь, произносит Локхуд.
– Что ты с ним… ай! – выступ отрывается, и я чуть не улетаю в портал. В последний момент успеваю замахнуться рукой и вонзить её в трещину между плитами.
Всё ещё держусь… но теперь я почти у самого портала.
Чёрт.
– Наверное, хочешь узнать, как я это сделал? Хе-хе-хе… – Локхуд подходит ближе, но портал его не притягивает. Брат выпучивает на меня глаза. Они загораются красным, пылают инфернальным огнём. – Глаза Хроноса.
– Не может быть…
– Может. Ещё как может, Фенрис. Да, я потратил несколько сотен лет на их поиски, но мне удалось! Удалось! – брат безумно скалится и вскидывает руку. – Теперь я заполучил силу, о которой ты и мечтать не мог! О которой никто не мог мечтать!
Вот же ублюдок…
Глаза Хроноса. Это плохо.
Это очень плохо.
– И теперь я! Я! А не ты, самый могущественный в восьмиста мирах! Я! Больше никто не помешает мне творить то, что захочу.
– Это не так. Ты всё ещё не самый могущественный.
– Что-что? – поднимает заросшую бровь. – Не так? Но ты ведь знаешь, что именно так оно и есть.
– Не-а.
Локхуд вздыхает.
– Даже перед смертью не хочешь казаться слабее меня? Заносчивый болван…
– Может, ты и заполучил глаза Хроноса, но ты всё тот же маленький и бесполезный засранец. Я сильнее, – стараюсь говорить ровно и уверенно, хотя болтающиеся в воздухе ноги несколько этому мешают.
– Хе-хе-хе… – смеётся брат, но уже не так весело. Я задел его. Задел его самолюбие. Это было несложно. – Ну-ка повтори…
– Говорю, ты кусок бесполезного дерьма, Локхуд. И я надеру тебе задницу даже в таком положении.
– Думаешь, я куплюсь на твои уловки, Фенрис? – нервно улыбается Локхуд. – Не пытайся обвести меня в такой момент. Не выйдет. Через мгновение тебя засосёт в Бездну Хаоса, в которой ты и секунды не продержишься. Сгоришь, как лист бумаги, брошенный в камин.
– Кстати, ты всё ещё девственник? Или какая-нибудь блаженная таки сжалилась над твоей уродливой харей и отдалась за сундук с драгоценностями.? Хотя… нет, с тобой ни за какие деньги не захотят трах…
– Заткнись! – рявкает Локхуд и вена на его лбу начинает пульсировать ещё сильнее. Он сжимает свои корявые кулаки и глубоко вздыхает, прикрыв глаза. Чуть заметно трясётся.
– Хотя, даже у уродов есть девушки. Наверное, всё-таки, дело в другом. Хм… а, ну точно. Я понял. Дело в твоём маленьком, как джарахский червяк, ч…
– Ах ты гнида! – Локхуд не выдерживает. Он срывается с места и летит в мою сторону, заносит ногу для удара.
Попался, мудила…
Активирую все ресурсы своего организма, и на секунду ускоряюсь до световой скорости. Это последний шанс.
– Идиот… – шепчу я и подтягиваюсь вперёд. Вцепляюсь пальцами в правый глаз Локхуда. Сжимаю его изо всех сил и тяну на себя. – На!
– А-А-А! – по-девчачьи вопит братец и Глаза Хроноса разгораются с новой силой. Ощущаю, как мощь портала за спиной многократно усиливается.
– Дерьмо! – успеваю произнести я, и улетаю в портал.
***
– Марин, он проснулся! – послышался приятный женский голос на русском языке.
– В смысле? Как проснулся? – удивилась вторая девушка, что стояла где-то подальше.
– Ну вот же. Глаза пытается открыть!
Я и правда пытался их открыть. В целом, чувствовал себя более менее, но вот в глазах ощущался дискомфорт. Особенно в правом. Создавалось впечатление, что он горит, и что маленькие иголочки тычут в него со всех сторон.
Странно.
От этого гудит голова, и в мыслях полный штиль. Я не помню, что происходило до, и как я сюда попал.
– Надо убавить свет, – произнесла девушка и куда-то пошагала.
Щёлк!
Да. С приглушёнными лампами и вправду стало легче. И хотя правый глаз всё ещё горел, я, всё-таки, разлепил веки. И что же я увидел…
То, как лежу на небольшой кровати, под лёгкой белой простынёй. Рядом с нею стоит капельница, по другую сторону – белый монитор, мелькающий зелёными полосками и издающий раздражающие звуки.
Я в больничной палате. Это очевидно. Но самое интересное – не это. Самое интересное – сексапильные девушки, похожие на стриптизёрш, которые играют роль молоденьких медсестёр.
Ибо по другому я их идентифицировать не могу…
Белые халатики что у одной, что у другой, даже не достигали коленей. Верхние пуговицы были расстёгнуты из-за того, что объёмная грудь не помещалась в тесной одежде. Девушки имели высокий рост и стройную фигуру. Длинные ноги обтягивали тонкие колготки.
Но что самое необычное – медсестрички были одинаковы. Похожи одна на другую, как две капли воды. Близняшки, чтоб их…
Фигуристые блондинки смотрели на меня со снисходительной полуулыбкой, а я на них с вожделением. Ещё бы, когда по пробуждении видишь такое, инстинкты взвинчиваются на максимум.
– Ой… какой необычный… – удивлённо произнесла та, которую звали Мариной. Она всматривалась в мои глаза и прикусывала нижнюю губу.
Мм?..
А куда я вообще, собственно, попал? Я что, в раю?
Так, стоп…
Перед глазами вдруг всплыло безумное лицо брата. Его отвратительные патлы и… Локхуд, сука! Меня обуял гнев. Я сорвал с себя проводки, откинул простынь и встал на ноги. Стал крутиться по сторонам.
Времени терять нельзя. Локхуд заполучил себе Глаза Хроноса, и уже убил отца. А если я его не остановлю, он точно наделает глупостей.
– На каком мы этаже? – спросил у медсестёр.
– На последнем… – испуганно произнесла Марина. – Вы чего? Лягте, пожалуйста, обрат…
– Последний? Это хорошо. Всего лишь крышу продырявлю.
– Чего…
Чуть присаживаюсь, чтобы получше оттолкнуться и прыгаю вверх для полёта. Р-раз!
Отрываюсь от пола максимум сантиметров на десять и приземляюсь обратно. Колени подкашиваются и меня уводит в сторону. Сажусь на кровать и хватаюсь за голову. В глазах потемнело…
Я что, разучился летать?..
– Что вы здесь устроили?! – к койке подходит Марина номер два и бросает на меня недовольный взгляд. – Вам нужен отдых. А не вот это вот…
Смотрю наверх, но взгляд мой встречает преграду, и больше не может двигаться дальше. Я остановился на пышной груди. Она буквально приковала меня. Большая, упругая, ей очень тесно во врачебном халатике…
Так!
О чём я вообще думаю? Что со мной?
Мразь Локхуд убил отца. И сейчас это моя самая главная проблема. Я должен разобраться с ним, а иначе…
Чёрт, какая же слабость…
– Да, согласен, – отвечаю я. – Мне нужен отдых.
Он мне и правда нужен. Судя по всему, я лишился всех своих сил. И тело моё – ужасно слабое. Пока я вертелся по сторонам, мельком успел заметить отражение в зеркале. Сначала не поверил, но теперь явственно осознал, что я – не я.
Вот же… дерьмо.
Но, почему так?
Есть объяснение. Но, чтобы разобраться, нужно вернуться немного назад. К тому моменту, когда Локхуд убил меня, отправив в Бездну Хаоса. Да, именно убил, потому что в Бездне Хаоса выжить невозможно. Даже такому, как я. Там вообще жизни по определению быть не может. Так что вот.
Но я не умер. И это очевидно. Как?
Я ведь не идиот. И всегда понимал, что несмотря на свою гигантскую силу, нужно иметь запасной план. Как бы ты ни был хорош, случиться может всякое. И я обезопасил себя от случайной смерти. Способом не самым простым и очевидным, но, как оказалось, действенным.
По всей вселенной, в разных галактиках, на разных планетах, я оставлял в случайных живых существах частичку своей души. Совсем небольшую, да, но которая спасла бы меня после смерти основного тела, подарив жизнь в новом.
Таких существ, запасных сосудов для моей души я наплодил, может, с тысячу. И то, в какое именно тело я попал теперь – чистая случайность.
Случайность привела меня на планету Земля, в Российскую Империю. Я понял это по тому, на каком языке говорят девушки. На русском. А этот язык используют только в Российской Империи. Я ведь уже бывал здесь, лет так двадцать тому назад.
После того, как тело моё во мгновение сгорело в Бездне Хаоса, душа со скоростью света устремилась в самый ближайший сосуд. В тот, который был готов к заселению, ибо его прежний владелец – вот-вот умер.
К счастью, душа успела до того, как закрылся портал. Я ощущал, что был на волоске. Но успел!
Правда вот, дела теперь плохи. Да, я выжил, но… нахожусь в теле немощного человека. И это отныне – моя единственная возможность жить. Прежнее тело мертво, и я навсегда стал другим.
Придётся как-то к этому привыкать.
– Ваша светлость, – Марина держала в руках синюю папку и подобострастно смотрела на меня. – Вы – Барон Глеб Лисовский?
– Да, – ответил я и снова посмотрел на грудь девушки. На этот раз она, к сожалению, была запахнута, но всё ещё заметно выделялась на фоне остальной тоненькой фигуры.
Барон Глеб Лисовский. Да. Это теперь я. Помню, как выбирал себе подходящий вариант. Отыскал младенца, наследника одного из самых влиятельных родов империи, и добавил в него кусочек своей души. Хотел, чтобы в случае чего жизнь моя была самой лучшей.
Только вот…
Что-то здесь не так.
Больничная палата, в которой я лежал, хоть и выигрывала за счёт двух сексуальных медсестёр, в остальном же выглядела… дёшево. Небольшие размеры, окрашенные облупившейся голубой краской стены, устаревшее оборудование.
Так теперь лечат наследников влиятельных родов? Или я чего-то не понимаю?
К Марине номер один подошла Марина номер два и что-то прошептала ей на ухо. Я мельком услышал свою фамилию.
Марина номер один прикрыла рот от удивления. Поглядела на меня. Подобострастие как рукой сняло. Теперь она смотрела на меня как… не знаю. Как на человека, которого одновременно и уважают, и презирают. Что за нахер?
– Что-то не так? – спросил я.
– Вы сын того самого… Александра Лисовского? – скривила губы девушка.
– Ну да. Какие-то проблемы?
– Нет-нет. Всё нормально… – ответила она и отвернулась. Взяла под руку свою сестру и они вышли из палаты.
Ну охренеть теперь.
И что это было?
Видимо, я пропустил что-то довольно важное, что произошло с семейством Лисовских. Эта… грудастая богиня посмотрела на меня с таким презрением. Что сделал Александр Лисовский?
Вряд ли что-то настолько ужасное, как Локхуд. Тогда за что же его так не любить?..
Загадка.
***
Двое людей в белых халатах пробирались по коридору. Очень крепкие и высокие. Медицинские маски скрывали лица, на головах сидели синие шапочки. Невооружённым взглядом видно – врачи. Холодное спокойствие в глазах, размеренные движения.
Хирурги, должно быть. Или кардиологи. Специалисты, знающие себе цену и умеющие выполнять свою работу на отлично.
Правда, есть одно но.
В этой больнице их ещё никогда не видели. И если бы хоть кто-то получше заглянул в хладнокровные лица, то возникли бы подозрения. Но остальным было не до этого.
– Ты уверена, что это тот самый Лисовский? Может, просто фамилия похожа? – спрашивала белокурая медсестра. Она стояла возле окна, держа в руке синюю папку. Рядом с ней находилась точно такая же девушка, облачённая во врачебную одежду. Близняшки. С ярко выраженными вторичными половыми признаками.
– Я в интернете посмотрела, это точно он! На фотографии – один в один.
– А мальчик-то красивый… – тоскливо улыбнулась девушка. – Странный только, видимо, сильно болеет. Глаза у него разного цвета. Заметила?
– Гетерохромией называется. Между прочим – безобидная вещь… Ты как в институте училась, Марин?
– Ой всё…
Пока девушки продолжали беседовать у окна, двое крепких незнакомцев спокойно зашли в палату. В ту самую, где лежал старший наследник рода Лисовских.
– О, покушать принесли? – усталым голосом спросил парень, лежавший на койке. – Наконец-то. А то я жуть как проголодался. Стоп, а где…
Из рукавов мужчин синхронно выпадают небольшие пистолеты, и она направляют их на парня. Начинают стрелять.
Глава 2
Медсестрички обещали принести мне еды. Но их нет уже подозрительно долго. Надеюсь, это никак не связано с тем, что я Лисовский?..
Возле двери с той стороны доносятся шаги, и я радостно отрываю голову от подушки. Ну, наконец-то. Сейчас поем, а то совершенно не осталось сил… Вместо близняшек внутрь заходят крепкие мужики во врачебной одежде и безэмоционально смотрят на меня. Я смотрю на них.
И тут вместо еды они достают пистолеты и начинают стрелять в меня.
Пространство искажается красным, начинает рябить. Всё вокруг замедляется, а правый глаз пылает. Пули одна за одной влетают в моё туловище, и оно начинает неметь. Режущая боль растекается по телу, и я падаю с кровати. Задыхаюсь. Белая рубашка прилипает к телу, из меня ручьями вытекает кровь. Хлещет она и из носа, а изо рта вырывается жёлто-красная желчь.
Сука…
А потом всё меняется. Мужики в халатах пропадают, моё тело в порядке и нет никакой крови. Я снова лежу на кровати, в палате – тишина. Единственное, что осталось по прежнему – это пылающий глаз.
Всё случившееся кажется лишь видением, хотя и очень реальным.
Что это было?..
С коридора вдруг доносятся шаги. Точно такие же, как несколько секунд назад в моём воображении.
Чёрт! Это они. Те самые мужики в халатах!
Дверь не успевает открыться, как я спрыгиваю с кровати. Подбегаю к ещё давно замеченному столику и хватаю с него два скальпеля, что лежат на железном подносе. Прячусь за ширму и поджидаю мужиков. Они заходят в кабинет и тут же начинают стрелять в сторону кровати. Я специально оставил простынку в таком положении, будто под ней кто-то лежит.
Попались, ублюдки.
Когда стрельба прекращается, я резко вылетаю из-за ширмы и точным ударом всаживаю скальпели в шеи мужиков. Проворачиваю. Пистолеты с лязгом ударяются об пол, незнакомцы хватаются за раны и начинают кряхтеть. Пятятся назад и вываливаются в коридор. Оттуда раздаётся женский крик и звук удаляющихся шагов.
Я выхожу в коридор и вижу истекающих кровью мужиков. Оба скрюченные и уже почти не дышат, под ними растекаются две красные лужицы, что совсем скоро соединятся, образуя одну большую лужу.
В конце коридора, сверкая пятками, бегут медсестры-близняшки. Одна из них потеряла туфлю и поэтому двигается чуть неуклюже. Обе забавно виляют бёдрами и визжат.
Из соседних палат, опасливо озираясь, выглядывают люди. Охают, видя окровавленные тела, и прячутся обратно.
Я же, тяжело вздохнув и ещё раз окинув взглядом незнакомцев, возвращаюсь в палату. Подхожу к нашпигованной свинцом кушетке и сажусь на неё. Откидываюсь на подушку, закидывая руки за голову.
Так…
И что сейчас, вашу мать, было?
Пылающий, хотя уже намного меньше, правый глаз даёт подсказку. Чёрт побери…
Ко мне приходит осознание. Теперь я в полном объёме вспоминаю всё то, что случилось со мной и Локхудом, сопоставляю факты и прихожу к выводу, что у меня – Глаз Хроноса.
Ведь перед тем, как меня засосало в Бездну Хаоса, я сумел подобраться к брату и вырвать у него глаз. Судя по всему, он улетел в портал вместе со мной. И при перемещении души оказался вживлён в новое тело.
Ох…
Забавно.
И немного непонятно. Нет, вырвать глаз у Локхуда было совсем несложно. Ведь этот мудак, как я и говорил ему прямо в лицо, довольно слабый. Хоть он и заполучил такой сильный артефакт, но в достаточной мере управляться с ним так и не научился. Поэтому мне не составило особого труда, чтобы со своей мощью и своим опытом совершить всё это.
Не ясно другое – как этот глаз прижился в новом, и намного более слабом теле, чем тело Локхуда?
Скорее всего глаз должен был уничтожить его, или просто сгореть в Бездне Хаоса, не перемещаясь вместе со мной.
Но, получилось то, что получилось. И хотя пока что не понятно как, но я это обязательно выясню. Сейчас же очевидно одно – Глаз Хроноса у меня. И хотя я совершенно точно не могу обладать всей полнотой его возможностей, но кое что у меня уже получается.
Например, видеть будущее на некоторое время вперёд. Если быть точнее – ровно на две секунды. Я довольно неплохо ориентируюсь во времени, и подсчитал, сколько прошло от момента шагов, до момента появления незнакомцев в палате.
Это время и составило две секунды.
Хотя, сказать то, что я вижу будущее – будет небольшим преувеличением. Нет, я не вижу будущее. Но в критические моменты я вижу то, что произойдёт со мной через две секунды. Это немного другое.
Пространство в моём видении окрасилось в красный цвет, и всё воспринималось чуть иначе. Иными словами, когда появляется какая-то опасность, я тут же смогу об этом понять.
Это что-то типа животного чутья… только более совершенное.
– Что здесь случилось?.. – в палату заглядывает мужик в чёрной форме. Очевидно – охранник. Он ошарашенно глядит на меня и на мёртвых незнакомцев в коридоре.
– А не видно? Какие-то ублюдки пытались убить меня. Но… у них немного не получилось.
– Но… как… – мямлил охранник. Его толстоватое лицо покраснело от шока и он не мог сдвинуться с места.
– Давай полицию вызывай. Чего встал?
– П… полицию. Да… точно…
***
Меня перевели в другую палату. Ту же, где случился инцидент с незнакомцами, оцепила полиция. Допрашивали меня недолго. Так как я ещё болен, да и ситуация выглядела однозначно.
Сотрудники изъяли пистолеты, а трупы мужиков унесли, запечатав в специальные пакеты.
Общались со мной… мягко скажем, не так, как следовало бы. Когда люди в форме посмотрели мои документы и узнали, как меня зовут, тут же изменили своё отношение. Взгляды их сменились на презрительные точно так же, как это произошло и с медсёстрами.
Мне задали всего несколько глупых вопросов, которые уж точно никак не помогут следствию, и отпустили на все четыре стороны. Я настоял на том, чтобы мне хотя бы оставили номер телефона, по которому я смогу позвонить и выяснить, как продвигается следствие.
Не густо. Но, радует хотя бы то, что меня не загребли за убийство мужиков для разбирательств. Видимо, подпорченная репутация сыграла теперь, как надо.
Телефон я, к слову, обнаружил у себя в кармане. Довольно старенькая, потрёпанная модель. Такие я встречал ещё тогда, когда в прошлый раз заглядывал на Землю. С помощью глаза Хроноса мне удалось подобрать пароль. Для этого стоило сосредоточенно посмотреть на экран, и я увидел еле заметные красные точки. Сразу догадался, что это те области экрана, по которым чаще всего нажимал предыдущий владелец тела.
Пока я отдыхал в новой палате, то успел немного пошариться в интернете. Это такая вещь, что изобрели люди. В интернет я вышел прямо с телефона.
Первое, что стал там искать – информацию о своём теперешнем роде. О роде Лисовских.
И выяснилось, мягко скажем, не особо приятное… зато отлично объясняющее то положение, в котором я оказался. Всё дело в том, что раньше Лисовские были очень крупным, богатым родом. Лисовские славились тем, что владели десятками компаний, занимающихся высокотехнологичными исследованиями.
Глава рода – Александр Лисовский, по совместительству мой теперешний отец, был самым влиятельным учёным Российской Империи. Он создал целую кучу полезных вещей, которыми пользуются миллионы людей по всей Земле.
Только вот… стоило ему допустить одну ошибку, как все против него обернулись. Впрочем, ошибка это была довольно серьёзная. Дело в том, что Александр работал над созданием некоего устройства, которое должно было позволить перемещение в другие миры.
Но случилась какая-то авария, всё пошло не по плану, и теперь по всему миру бесконтрольно появляются Червоточины. Они образуются в совершенно случайных местах, и из этих Червоточин вылезают странные существа, пожирающие людей.
Несложно было догадаться, что Земля после этого сильно изменилась. И всю ответственность за случившееся понёс Александр. В конце концов суд вынес приговор, и его казнили. Казнили, оставив без средств к существованию весь остальной род Лисовских.
Вот всё, что мне пока что удалось выяснить.
– Глеб?.. – в палату, моргая большими глазками, заглянула девушка. Она смотрела на меня, остановившись в проходе, и, казалось, что сейчас заплачет. – Мне сказали, что… – заплакала.
Память реципиента тут же ожила при виде девушки и напомнила мне, кем она является. Это моя сестра. Младшенькая. Зовут – Ксюша.
– Мне сказали, что тебя хотели убить… – хныкала Ксюша. – Но… но…
– Эй, ты чего? Не плачь, – выдал я дежурную фразу. Ибо не знал, как правильно нужно общаться с младшими сёстрами. Всю жизнь у меня были лишь братья, и, как уже показала жизнь – не самые приятные.
Ксюша шагнула вперёд и я смог получше разглядеть её внешность. Невысокая девочка ростом не выше ста шестидесяти сантиметров. Пепельные волосы до плеч. Огромные, выразительные голубые глаза. Налитые слезами, они сверкали яркими огоньками. В них отражалось утреннее солнце, проникающее в палату сквозь приоткрытые шторы.
– Это правда? – спросила Ксюша и вытерла лицо.
– Ну да. Было такое. Приходили тут какие-то… но я их обезвредил. И теперь мне ничего не угрожает. Так что не переживай.
– Обезвредил… – удивлённо повторила за мной сестра.
Память реципиента вываливала на меня информацию нескончаемым потоком. Но я мог выхватывать лишь какие-то обрывки. Всё, что я сейчас мог вспомнить о сестре, это её возраст – восемнадцать лет, беспокойный характер и то, что она учится в каком-то училище.
Дверь в палату приоткрылась и внутрь вошёл мальчик. Как две капли воды похожий на Ксюшу. Я сразу понял, что это мой брат.
Ох, нихрена ж себе. У меня ещё и брат есть…
Тоже, кстати, младший. Ему, вроде бы, семнадцать. И он учится в школе. А зовут его…
– Рома, ты где так долго ходишь? – спросила сестра.
– В туалет заходил, – нахмурился Рома. Отчего-то парнишка сжимал кулаки и смотрел на меня с некоторой злобой.
Ну да. Память подкинула мне ещё немного информации о нём. Характер – взрывной. Тот ещё лютый парнишка. Постоянно приходил домой побитый, встревал в разные неприятности.
Брат дёрнул головой, чтобы серые волосы сдвинулись с глаз. Хмыкнул, и прошёл до небольшого железного стула, что стоял у окна. Сел.
Вот так кино…
Стоило мне испытать предательство от родного брата, потерять отца, как тут же я обрёл себе новую семью. Сестрёнку и братика. Интересно. И, как бы я не пытался отрыть в воспоминаниях информацию о ещё хоть ком-то из близких, но этого не получалось.
Рома с Ксюшей – единственные, кто у меня остался.
Насколько я понимаю, ещё до того, как казнили нашего отца, матери уже не было. А все прочие тёти и дяди разбежались после того, как на Лисовских обрушился весь тот ужас. Отреклись от рода.
Мы остались совершенно одни. Втроём.
Впрочем… а на кой хрен нужен кто-то ещё? Три человека для семьи – уже неплохо. Значит, будет намного больше времени на общение между нами. Без распыления на других.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила сестра, вытаращив на меня свои обеспокоенные глазища.
– Уже намного лучше. Врачи сказали, что сегодня вечером я уже могу возвращаться домой.
– Ура! – мило улыбнулась сестрёнка. – Наконец-то… а то мы очень без тебя скучали.
– Говори за себя… – прорычал Рома. Я покосился на него, и поймал на себе взгляд его таких же больших и синих, как у Ксюши, глаз, но намеренно суженных и наполненных гневом.
Чёрт, да что я ему сделал? Мелкий чертёнок…
Похоже, придётся воспитывать. Ибо это не дело, когда младший брат не уважает старшего. Такого быть не должно. В нашей с Локхудом семье это привело к тому, к чему привело…
– Сегодня снова приходили, чтобы забрать у нас что-нибудь за долги… – разочарованно произнесла Ксюша. – Но мы не открыли дверь.
– Да-да. Пошли они в задницу. Ублюдки. И так ничего не осталось, так они последнее хотят забрать. В следующий раз переломаю им шеи, если заявятся! – заявил Рома.
Дерьмо. Видимо, дела у семьи чересчур плохи. Денег нет, а кредиторы хотят отобрать последнее. Нужно что-то с этим делать. Причём срочно. Да ещё и… убить меня кто-то хочет, до кучи. Кто были эти люди, что приходили меня застрелить? Что я им сделал?
Не ясно…
Со всем придётся разбираться, и хорошо, что меня выписывают из больницы. Ибо лёжа в четырёх белых стенах разбираться с проблемами не так уж и просто.
Кстати… что насчёт больницы. Память реципиента подкинула мне воспоминания о последних часах его жизни. Он оказался в больнице после того, как подрался с каким-то аристократом. С его сверстником.
Случилось это прямо в центре города. Некий парень узнал реципиента и докапался к нему из-за того, что тот – Лисовский. Ага. Опять же он пострадал из-за подпорченной репутации своего рода. Случилась драка и реципиента отделали как беззащитного пса. У него случилось внутреннее кровотечение и тот отправился в больницу.
Но так как денег на нормальных врачей у него не было, пришлось добираться до этого места. Больница для бедняков. Подобное лечение оплачивает государство и грамотным подходом здесь и не пахнет.
Реципиента не сумели спасти, и он умер. Как раз в этот момент в его тело и подселился я. Взамен на его душу я сумел завладеть телом и вылечился от смертельных ран. Подобная схема была продумана заранее, и поэтому сработала идеально.
И вот теперь я здесь.
Дожидаться вечера я не стал. Попросил брата с сестрой подождать меня в коридоре, быстренько переоделся в то, что было. А это – потрёпанный синий костюмчик с такой же потрёпанной белой рубашкой. Видимо, последнее, что осталось от богатой жизни.
Брюки были испачканы в грязи и стёрты об асфальт. На рукаве рубашки зияла дыра. Всё это – последствия недавней драки.
Но, так как другого не было, пришлось одеваться в то, что есть. Не идти же голым?
– Подождите меня снаружи, – сказал я, когда мы проходили мимо стойки регистрации. Брат с сестрой потопали к двери, а я остановился возле Марины.
Марина – одна из сексуальных сестёр близняшек. Я уже успел заметить, как несмотря на одинаковую внешность, две этих девушки сильно различаются характером. Марина была слегка наивной и доброй девушкой. Её сестра же – хладнокровной девкой. Стервой.
Сейчас здесь стояла одна лишь Марина, а сестра – отсутствовала. И я решил этим воспользоваться.
Она, несмотря на то, что я Лисовский, всё-таки, положила на меня глаз. Я такие вещи сразу чувствую. А значит был неплохой шанс того, что получится с Мариной поразвлечься. Ну, или хотя бы на свидание сходить, что ли. Отчего-то в новом, молодом теле в этом чувствовалась огромная потребность.
– Хотел напоследок выразить вам огромную благодарность, Марина. Благодаря вашей заботе и профессиональному подходу я полностью вылечился. Теперь чувствую себя просто превосходно, и всё это благодаря вам.
Девушка приоткрыла рот от удивления.
– Я… профессиональный подход…
Я прекрасно чувствовал переживания, на раз выявлял чужие комплексы и мог умело ими пользоваться. Марина переживает из-за того, что не такая умная, как сестра. Готов поспорить, ей никогда не говорят, какой она профессионал и как хорошо справляется с работой. Подобные комплименты получает лишь её сестра.
И поэтому, стоит лишь надавить на болевую точку, и…
– Да. Вы действительно прекрасно справляетесь со своей работой. Именно из-за ваших умелых рук я так быстро и встал на ноги. Могу ли я вас как-то за это отблагодарить?
– Ой, да перестаньте… – покраснела Марина. – Не нужно никаких благодарностей, это же моя работа… – опустила глазки в пол.
– Давайте сходим с вами в ресторан. Я оплачу чудесный ужин в качестве подарка за своё спасение.
Марина часто заморгала. Её не накрашенные, но очень длинные и естестественные ресницы неловко дёргались, и девушка смотрела на меня исподлобья. Не решалась ничего ответить.
– Молчание – знак согласия, – улыбнулся я. – Тогда, Марина, мы с вами договорились. Давайте мне свой номер, и я на днях вам позвоню.
Всё так же ничего не отвечая, девушка взяла свой телефон, что-то на нём нажала и протянула вперёд. Я достал из кармана свой и приложил к телефону Марины. Её номер автоматически сохранился.
– До встречи, Марина, – подмигнул девушке и двинулся к дверям.
– До встречи… – промяукала она.
Добираться до дома, естественно, пришлось на метро. Ибо денег у нас было катастрофически мало. Мы с сестрой и братом двинулись вперёд по улице.
Солнце своим жаром пощипывало лицо, день сейчас – в самом разгаре. Мы шли между низеньких обшарпанных домов, но из-за их крыш то и дело показывались пики голубых небоскрёбов. Ужасно хотелось посмотреть, чего в плане архитектуры добились на Земле за время моего отсутствия. Но пока что мы не могли выйти из бедняцкого района, и приходилось довольствоваться зданиями столетней давности.
– Вон там, за поворотом будет метро, – сказала Ксюша.
– Хоро… чего? Вы это слышали? – я оглянулся назад. Со стороны двора колодца донёсся непонятный звук.
– Кажется, кто-то кричал, – ответил Рома.
– Ждите меня здесь. Никуда не уходите, я сейчас вернусь.
– Эй, мы пойдём с тобой… – сказала сестра.
– Ты охренел? Тебя же там изобьют как обычно… никуда ты без нас не…
Я покрепче сжал челюсть и напряг голосовые связки. Положил руку на плечо брата и посмотрел ему в глаза своим самым пронзительным взглядом.
– Слушай, пацан. Тебе ещё восемнадцати нет, и ты должен во всём меня слушаться. Понял? И если я сказал, что пойду один, значит, так оно и будет. Уяснил?
По лицу брата пробежала волна страха с удивлением. Он моргнул три раза подряд и отступил на шаг назад.
– То то же.
Ксюша испуганно поглядела на меня, но тоже ничего не ответила.
– Скоро вернусь, – сказал я и пошёл в сторону двора.
Ничего, я этого чертёнка научу, как нужно общаться со старшим братом. Воспитаю из него нормального человека. И первый для этого шаг уже сделан.
Солнце почти не проникало во двор, – обходило его стороной, и потому весь он был покрыт сплошной серой тенью. Покосившиеся подъезды и окна смотрела друг на друга, располагались полукругом.
В центре двора стояла компания из четырёх парней. Один из них держал за руку молодую девушку с коричневыми вьющимися волосами и каждую секунду обрушивал на неё удары. Бил прямо кулаком.
Девушка уже не кричала, отчаявшись найти помощь, молча закрывалась от атак, болезненно всхлипывая. С её носа капала кровь, стекая по голубому платью и пачкая его.
Остальные стояли и, хищно улыбаясь, наблюдали.
– Если шлюха не отдаётся Магомеду, то Магомед сам возьмёт шлюху, – произнёс избивающий.
– Нас тут четыре Магомеда, не жадничай, – гнусаво произнёс один из парней.
– Эй, Магомеды! – крикнул я и побежал к ним.
Глава 3
Разумеется, меня охватила ярость. Не переношу, когда обижают слабых. Женщин, детей, стариков. Все те, кто при мне занимался подобным – в итоге очень об этом жалели.
А те четверо ублюдков, обижающих беззащитную девушку, ещё и выглядели максимально мерзко. Одетые в спортивное трико, поверх носили кожаные рваные безрукавки.
Что за безвкусица?
Все руки и прочие открытые места сплошь покрывали татуировки. Даже не татуировки, – партаки. Выцветшая, неестественно растянутая, синяя мазня.
С помощью Глаза Хроноса я уловил идентичные у всех четырёх парней изображения. Рожа какой-то обезьяны, или что-то типа того. Должно быть, все они из одной банды.
Услышав мой голос, незнакомцы насторожились. Но когда обернулись и увидели, с кем придётся иметь дело, тут же расслабились. Потрёпанные, покрытые безобразными шрамами лица исказились в презрительных ухмылках.
Тот, кто избивал девушку, отпустил её. Бедняжка упала наземь, не в силах устоять на ногах.
– Отдохни пока, – бросил парень. Он выглядел крупнее остальных, увереннее остальных, и, судя по увеличенному, по сравнению с другими членами банды, изображению обезьяны, являлся главарём.
Он почесал свою рыжую квадратную голову и смерил меня взглядом. Я обратил внимание на странного вида приспособление, закреплённое на его запястье. Часы, должно быть. Правда вот, выглядели они не совсем типично для часов. Металлически-синего цвета, с очень плотным ремешком, что вдавливался в кожу. С погасшим циферблатом, – очень тонким и безукоризненно гладким. Наверное, самая новая модель.
У всех остальных таких часов не имелось.
К слову, ещё пока я лежал в больнице, то заметил странный след на своём правом запястье. Небольшая вмятина, а по бокам от неё – две маленьких дырочки. Подозреваю, что подобные, как и у Рыжего, часы, я тоже не так давно носил. Но, по какой-то причине от них избавился.
Скорее всего, дабы выручить денег.
– Ну и что тебе надо, щенок? – Рыжий, сжимая и разжимая кулаки, начал идти ко мне навстречу. Я тоже продолжал приближаться. – Заблудился?
Остальные с интересом наблюдали за нами. Ждали развязки. Предвкушали ещё одну жертву.
Девушка, напротив, никакого интереса ко мне не проявляла. Она харкала кровью, лёжа ничком, и ей было не до этого.
– Да, – отвечаю я. – Заблудился. – когда до Рыжего остаётся идти метров пять, я начинаю ускоряться. Бегу на него, сжимая кулаки.
Рыжий, явно недооценивая силы противника, лениво щурится на меня. Думает, что я – лёгкая мишень.
Ошибается.
Со всей силы сжав кулак, налетаю на него. Пытаюсь попасть по челюсти, но Рыжий уворачивается. Удар приходится по касательной, лишь частично задевая лицо.
– Ух… – вздыхает ублюдок, и тут же пытается контратаковать. Его левая рука устремляется мне в живот, но не успевает достигнуть цели, как я спокойно отступаю в сторону. – А? – удивлённо таращится Рыжий и пинает меня ногой. Особенно не торопясь, приседаю вниз, атака пролетает над головой. – Чё за… – далее следует левый хук, но снова мимо. Правый хук – и он в молоко.
Главарь банды, часто дыша, смотрит на меня исподлобья. Рыжие волосы спали ему на лицо, в глазах читается непонимание и злость.
Остальные же не вмешиваются. Опешив, все трое вылупились на меня. Девушка откашлялась, и тоже глядит. В её глазах проскальзывает слабая надежда.
– Ах ты сука! – Рыжий окончательно выходит из равновесия и налетает на меня, аки бешеный зверь. Беспорядочно выбрасывает вперёд удары, но ни один из них не попадает по цели. Я, словно в танце, кружусь вокруг Рыжего, спокойно уходя от любых атак.
Джебы, хуки, подсечки. Рыжий бьёт довольно грамотно – видно, что он неплохо дерётся для человека. Но, все его умения и опыт разбиваются об одно непреодолимое препятствие. Глаз Хроноса.
С помощью него я вижу в будущее на целых две секунды. И этого времени вполне достаточно, чтобы прочитать все предполагаемые атаки. В драке две секунды, по сути, целая вечность. За это время спокойно можно провести целую кучу ударов, и все их – я смогу увидеть в красном свете, и предупредить заранее.
Поэтому Рыжий для меня – лишь букашка. Совершенно не представляющая опасности.
Когда надоедает уклоняться, я ухожу от последнего удара Рыжего, приседая под его руку, и выныриваю рядом с ним. Бью основанием ладони прямо в нос. Это дезориентирует Рыжего, и он пятится. Два точных удара в квадратную челюсть завершают нашу драку, и он падает на спину.
Здесь, наконец, в движение приходят и остальные. С перепуганными глазами, трое набрасываются на меня с разных сторон.
Но, так как я уже наигрался с Рыжим, по полной программе испробовав силу Глаза Хроноса, то сюсюкаться с ними не стал. Оказавшись в центре между тремя противниками, сначала я точным ударом локтя вырубил одного, находившегося прямо за спиной. Потом перебил кадык второму, что стоял спереди. Уклонился от атаки в челюсть, и пнул между ног третьему, приправив это нокаутирующим правым хуком.
Друг за другом ублюдки свалились наземь. Двое вырубились окончательно, и лишь один продолжал беспомощно кряхтеть, хватаясь за шею.
Я подошёл к девушке и протянул ей руку, помогая встать. Обессиленная, она, всё-таки, поднялась. Оказавшись к ней так близко, почувствовал приятный пряный запах. Необычных, но очень вкусных духов.
Девушка оказалась неприлично симпатичной. Коричневые вьющиеся волосы, несмотря на случившееся, выглядели превосходно. Они, как у какой-то принцессы, ложились на плечи и мерно покачивались из стороны в сторону, в такт движениям девушки.
Она с благодарностью глядела на меня выразительными карими глазами, забавно улыбалась, будто ничего не произошло, и вокруг её рта образовывались еле заметные ямочки.
С фигурой тоже полный порядок. Голубое платье, облегающее её силуэт, подчёркивало всё, что нужно. Грудь, что чуть меньше третьего размера по нынешним меркам, впалые бока, широкие бёдра.
Почти идеал!
– Спасибо… – застенчиво произносит она.
– Да не за ч… – отвечаю я, но меня перебивает голос рыжего.
– Ублюдок… зря я тебя пожалел… – произносит он откуда-то сзади. Я оборачиваюсь и вижу, как из его часов разрастается идеально ровный голубой диск и, достигнув в диаметре сантиметров двадцати, начинает подниматься вверх. Он плывёт по руке причудливом обручем и рябит. В какой-то момент диск сужается и пропадает, и по телу Рыжего пробегает энергетическая волна. От него доносится странный треск.
Ох, чёрт.
В этом мире есть магия?
Странно. Очень странно. В прошлый раз, когда я посещал Землю, ничего подобного и близко не было. А теперь…
Рыжий поднимается на ноги, сплёвывает кровью и хрустит шеей. После активации энергии он выглядит совершенно по другому. Глазом Хроноса замечаю, как вокруг него искрится пространство. Его наэлектризованные волосы чуть шевелятся, а глаза сверкают.
Рыжий, и это явственно ощущается, стал сильнее. Я вижу это в его глазах. Чувствую, как от него исходит опасность.
– Это я тебя пожалел, – отвечаю я и поднимаю с земли средних размеров камень. Кидаю его в Рыжего. С огромной скоростью он впечатывается ровно в его лоб, и Рыжий, выпрямившись в струну, медленно падает на спину.
Бух!
В яблочко.
С помощью Глаза Хроноса я увидел, в какую именно сторону уклонится Рыжий и скорректировал свой бросок для идеального попадания.
У меня получилось.
Но этого всё ещё мало. Дабы не рисковать, подбегаю к Рыжему, и начинаю безостановочно обрушивать на него удары. Я вдалбливаю голову Рыжего в асфальт. И лишь когда под ним начинает растекаться кровь, останавливаюсь.
Ну, теперь-то он точно не встанет. Активированная энергия улетучилась, в глазах погас огонь. Да и жизнь его погасла, скорее всего.
Только закончив с дракой, я понимаю, насколько же устал. Это тело совсем не подготовлено к таким скоростям и потому, когда в организме снизился уровень адреналина, я ощутил свою уязвимость по полной программе.
Костяшки мои были содраны в кровь. Кулаки, казалось, налились свинцом, – настолько тяжёлыми ощущались. Да и сам я отяжелел, и двигался теперь медленно.
Даже несмотря на то, что по мне ни разу не попали, я ужасно устал. Вот что значит – слабое тело… надо это обязательно исправлять. Впрочем, из всех присутствующих во дворе я всё равно выглядел лучше всех.
Я направился к девушке. По пути заметил, как один из банды пытается подняться, и зарядил ему носком кроссовка по голове. Он лёг обратно.
– Как тебя зовут? – спрашиваю у незнакомки.
– Алина, – отвечает она, отряхивая платье.
– Ну что, Алина. Рассказывай, чего они от тебя хотели.
– Изнасиловать хотели, – спокойно отвечает девушка.
– Прямо здесь?
– Ну да. Я ведь, идиотка, когда убегала от них, то совсем заблудилась. Забежала в заброшенный двор, тут то и попалась…
– Вот чёрт. А ты их впервые видишь?
– Не-а, – Мотает головой Алина. – Ну, конкретно этих – да. Но людей с татуировкой обезьяны – видела ни раз.
– А кто они? И почему пристали именно к тебе?
– Долгая история… – отвечает девушка и смахивает с лица кровяную каплю.
– А мы никуда не торопимся. Рассказывай.
– Гм… ну если вкратце, то звучит всё чересчур банально. Денег я задолжала их… организации. Хотя и не только им. Вот меня и хотели во что-то типа рабства забрать.
– Рабство? – удивился я.
Я уж думал, что на Земле с этим давно покончили. Ведь у людей даже есть такое словосочетание, как “права человека”.
– Ну да. По факту, это так. Я ведь не из аристократов, поэтому никто не бросится меня искать. И эти люди, если бы поймали, могли делать со мной всё, что угодно. Тысяча таких историей есть… когда девушек похищают, и держат у себя в качестве секс-игрушек.
– Так себе перспектива, конечно.
– Но вы спасли меня, и поэтому… я очень вам благодарна, – Алина вдруг шагнула ко мне и обняла. По носу снова ударил пряный аромат и я почувствовал, как её упругая грудь упирается в меня.
Хм…
Она ещё секунд десять сжимала меня до хруста в костях, а потом отступила назад.
– Кстати, а как вас зовут? – спросила она.
– Я Глеб. Из рода Лисовских, – спокойно ответил я.
Девушка распахнула глаза и смерила меня удивлённым взглядом.
– Чего… серьёзно? Лисовский? Тот сам…
– Да, – перебил я. – Тот самый. Теперь будешь презирать меня, как и все остальные?
– Нет-нет-нет! – завертела головой. – Это же полный идиотизм. Я всегда была противником судить кого-то по поступкам его родителей. Так делают либо кретины, либо мудаки. То, что делал ваш отец, никак не относится к вам. Тем более, что вы спасли меня от сексуального рабства. Да я вам теперь по гроб жизни обязана! – произнесла Алина.
– Гм… а ты мне нравишься. Будем жить вместе?
– Ч…чего? – покраснела девушка.
– Хех, – улыбался я. – Ну ты сама посуди. За тобой будут продолжать охотиться эти обезьяны, а защитить некому. Так ведь?
Алина кивнула.
– Ну вот. Будет лучше, если… я найму тебя к себе на работу.
– На работу? Хм…
– Будешь убираться у нас в поместье, кушать готовить. С зарплатой, правда, могут возникнуть проблемы. Но это только в первое время. Очень скоро я налажу наши дела, и тогда…
– Вы сейчас не шутите? – заморгала Алина.
– В плане? – не понял я.
– Сначала вы спасаете мою жизнь, потом предлагаете работу, жильё… хотя ни работы, ни места, где можно переночевать, у меня теперь нет. Вы мать Тереза?
– Я Глеб Лисовский. И да, всё именно так. Так ты согласна?
– Ну конечно! – на радостях вскрикивает девушка и голос её пролетает по всему двору, эхом отражаясь от обшарпанных стен. – Я буду дурой, если откажусь от такого предложения.
– Вот и прекрасно. Кстати… – я поглядел на Рыжего, что с открытым ртом лежал неподалёку. – Эти часы… их как-то можно с него снять?
Если рыжий ублюдок смог активировать с помощью них магию, может, и я смогу?
Алина усмехнулась.
– Сын человека, который и создал Пробудитель, не знает, можно ли его снять?
Пробудитель, значит.
Так называется эта штука. И… её создал Александр Лисовский? Занятно. А что он ещё успел создать?
– Ты не обращай внимания на мои вопросы, если что. Я тут недавно головой стукнулся. В больнице неделю лежал. Чуть не помер, к слову. Теперь с памятью небольшие проблемы.
– Ой… – помрачнела девушка. – А что с вами…
– Не важно. Ну так что с часами?
– Да, конечно, сейчас.
Алина подошла к почившему главарю и склонилась над ним. Что-то нажала на Пробудителе и приложила к нему палец Рыжего. Раздался мелодичный щелчок, и ремешок начал втягиваться в часы. Когда он задвинулся до конца, девушка дёрнула часы на себя. Теперь на запястье Рыжего красовались лишь две небольшие дырочки.
– Держите, – Алина протянула Пробудитель мне.
– Спасибо.
Хм…
Я протёр круглое устройство о рукав пиджака и приложил его к своему запястью. На маленьком экранчике появилась надпись – “Начать синхронизацию?”
После нажатия кнопки “да”, почувствовал, как в меня втыкаются иголки. После этого с боков вылезли ремешки и крепко обтянули руку.
Вот и всё. Пробудитель теперь мой. Это отлично. Но протестирую я его чуть позже.
– Ну как? Мне идут? – я покрутил рукой.
– Просто огонь!
– Меня там уже брат с сестрой заждались. Давай поторопимся. Тебе помочь? – подступил к девушке и коснулся её локтя.
– Нет, не стоит. Я сама дойду.
– А как вообще себя чувствуешь? – смерил Алину взглядом.
– Да в целом-то нормально, – девушка харкнула кровью и улыбнулась бело-красными зубами. – Правда, с таким лицом ещё месяц не смогу на свидания ходить.
Да, лицо и правда выглядело помятым. Уже начинал проявляться синяк на щеке, и левый глаз чутка заплыл. Но даже так Алина выглядела ужасно красивой.
– Ничего, ты мне и такой нравишься, – подмигнул.
С Ромой и Ксюшей столкнулись уже в арке. Непослушные детишки, всё-таки, не выдержали, и ослушались меня. Рванули в злосчастный двор. Впрочем, это ничего. Ведь никакой опасности больше нет.
– Ну что там?! Тебя так долго не было, Глеб! А кто…
– Всё улажено. А это – Алина, знакомьтесь. Её хотели избить, утащить в рабство, и… – я поглядел в невинные глаза сестры. – Ну и вот. Этого, слава Богу, не случилось. Но теперь она будет жить с нами в качестве домработницы.
– Я Ксюша! – заявила сестра. – Ой… – она сглотнула, увидев побитое лицо Алины. – С вами всё в порядке? Давайте отведём вас в больницу?
– Не стоит, золотце. Я хорошо себя чувствую, – она окинула взглядом Ксюшу с Ромой. – Ваш брат избил этих уродов и не дал меня в обиду.
Братец Рома и так смотрел на меня с бурей эмоций в глазах, а услышав о том, что я кого-то там избил, обомлел окончательно. Приоткрыл от удивления рот.
– Это правда?.. – спросил он. – Мой брат избил бандитов и спас вас?
– Ну не буду же я врать, – усмехнулась Алина. – Это правда. А что, такое случается в первый раз?
– Да! – воскликнул Рома. – Да! В первый! Я…я…в шоке… – он почесал голову, а потом поглядел на меня. В глазах его я заметил уважение, которое совершенно отсутствовало каких-то пять минут назад.
– Ладно, закрыли тему. Пойдёмте уже к метро.
***
В большом помещении с белыми стенами было светло до боли в глазах. Гудящие вытянутые лампы работали на полную мощность. По центру, на стеклянных столах располагались прозрачные мониторы. Тут и там стояли гигантские колбы с жидкостями всех цветов радуги.
– Идиоты долбаные, сука! – визгливым голосом кричал человек маленького роста.
Он едва достигал полутора метров, а потому всегда заставлял своих подчинённых сидеть. Вот и в этот раз два высоких и крепких мужчины ёрзали на стульях, виновато поглядывая на разъяренного босса, что стоял перед ними.
– Как можно было не справиться с девятнадцатилетним сопляком?! Вы мне скажите – как, мать вашу!
Те, кто сидели на стульях – выглядели потрёпанными. Одетые в белые халаты, сплошь заляпанные кровью. На шеях мужчин зияли глубокие порезы. Они кивали на каждое слово маленького человека, и изредка переглядывались друг с другом.
– Бесполезные вы куски дерьма!
– Извините, босс, – синхронно произнесли они. Голоса звучали механически, будто принадлежали компьютеру.
– В жопу себе запихайте свои извинения. Мне результат нужен, результат!
– Он знал, что мы придём. И хорошо подготовился. Мы не…
– Рот закрой! Знал он, говорит… да как он знать-то мог? Чёрт тебя подери!
– Пока не понятно, но мы обязательно это выясним.
– Ещё бы вы это не выяснили! – коротышка снял роговые очки и потёр глаза. Тяжело вздохнул. – Всё, валите отсюда на хрен. Не мешайте мне работать.
Мужчины поднялись на ноги и зашагали к выходу.
– И чтобы в следующий раз пришли ко мне с хорошими новостями, ясно?
– Да, босс…
– И сосуды сменить не забудьте! – рявкнул коротышка напоследок. – А то эти теперь только на помойку…
Глава 4
Здания, построенные ещё в восемнадцатом, девятнадцатом веках остались позади. Мы вышли на главную дорогу, и будто попали в другой мир. Вернее, я попал, потому что остальные уже видели подобное ни раз.
В метре от меня, по идеально ровному, глянцевому асфальту промчался трёхэтажный голубой автобус. Длинный и высокий, как настоящий дом на колёсах. Почти всё пространство с боков, вместо стен, занимали окна. Я обратил внимание на водительское кресло, вернее… на его отсутствие.
Его просто напросто не было. Автобус управлялся автопилотом.
Впрочем, он был таким не единственным. Абсолютно любой транспорт, на который падал мой взгляд, управлялся без водителя. Все машины – легковые и внедорожники, все грузовики, все мотоциклы.
Удивительно.
Как узнал чуть позже, в Российской Империи несколько лет назад появился закон, запрещающий человеку управлять транспортным средством. Аварии при искусственном интеллекте случились в пятнадцать раз реже, чем когда рулили обыкновенные люди. И подобный запрет был лишь делом времени.
Впрочем, очень многие остались недовольны. Особенно заядлые водители. Спустя некоторое время после принятия закона для него сделали поправку. Людям разрешалось самостоятельно управлять транспортом, но в специально отведённом месте. Там, где нет других машин и людей.
Не успел я удивиться состоянию на дорогах, как меня чуть не сбил огромный летающий дрон. Чёрная махина с четырьмя пропеллерами доставляла какой-то груз, упакованный в коробку, и эта коробка чуть не снесла мне голову.
– Вот мудак! – рявкнул Рома. – Сказано же, что грузоподъёмность не более десяти килограмм… а этот нагрузил!
Я озирался по сторонам, как турист, приехавший из глухой провинции. Всё-таки, технологии на Земле достигли какого-то невообразимого масштаба. Технологии, не использующие в своей сути магической энергии. И вот это по-настоящему удивляет.
Всё-таки, эти люди – ужасно умные существа.
Хотя, наверное, чересчур привыкшие к комфорту и безделью. Вот кто ещё, кроме людей, может соорудить робота, что вместо них станет убирать улицы? Пока мы шли по тротуару, я заметил не меньше пяти таких.
Металлические коробки ездили по округе, приближались ко всему, что неправильно лежит, и засасывали в себя. По пути подметали грязь, сгребали слетевшие с деревьев листья.
Кстати, по поводу листьев и прочей зелени…
Как я понял, в какой-то момент на Земле чересчур помешались на экологии. Поэтому теперь чуть ли не каждое строение было покрыто вертикальными садами. Большинство стен украшала свежая растительность, располагалась она и возле зданий. Теперь при постройке нового дома существовало обязательное к выполнению правило: обеспечить стены и прилегающую территорию минимальным объёмом зелени.
К слову, всё это прекрасно очищало воздух. В прошлый раз, когда я бывал в Санкт-Петербурге, столице Российской Империи, то своим чутким обонянием ощущал несвежесть кислорода. Выхлопные газы от машин, испарения с заводов – всё это делало дыхательный процесс невероятно затруднительным. Теперь же эта проблема была решена.
Россия преобразилась…
Когда мы прошли через турникет в метро, на секунду я решил, что проезд теперь бесплатный, ибо никаких денег платить не пришлось. И никаких карточек прикладывать тоже.
Но потом выяснилась жестокая правда… оказывается, когда ты приближаешься к турникету, камеры отправляют твоё изображение в специальную систему, что мгновенно определяет твою личность. И твой виртуальный кошелёк, а теперь в ходу были почти что только они, опустошается на сумму поездки. Такая система действовала и в большинстве магазинов – стоило лишь взять продукт с полки и положить его в корзину.
Всё-таки, Россия преобразилась не окончательно…
На этом инновации не закончились. Кое-что интересное поджидало уже в самом метро. То, что поезда управлялись искусственным интеллектом – не новость. Этого я ожидал. Но не ожидал того, с какой скоростью они будут ездить.
А максимальная скорость подобного поезда – две с половиной тысячи километров в час. То есть, два маха. Скорость, превышающая звуковую в два раза.
Такая гигантская скорость обеспечивалась благодаря так называемым – вакуумным поездам. Теперь вместо обычных громоздких вагонов, что двигались по рельсам, использовались похожие на увеличенный патрон калибра 7,62 – вытянутые поезда.
Поезда эти мчались по прозрачным трубам, из которых почти полностью выкачивали воздух.
– Что с тобой? – удивлённо спросила сестра. – Увидел что-то странное?
– Не, задумался просто.
Да, всё же, стоит поменьше выказывать своё изумление. Я лупил по сторонам с широко открытыми глазами, и не мог налюбоваться.
До чего дошёл прогресс…
Думаю, не надо объяснять, что до своей станции добрались довольно быстро. И минут пяти не прошло. Большинство времени занимали остановки, на которых в поезд загружались люди. А от станции до станции доезжали за считанные секунды.
Вообще, в Петербурге (не знаю, как в других городах), из-за всех появившихся технологий и запрета на вождение, популярность общественного транспорта выросла многократно. Девяносто пять процентов людей пользовались только им, и лишь самые богатые имели собственные автомобили.
Мы поднялись на поверхность, и двинулись к нашему дому. Братцу, видимо, очень понравилась Алина, и поэтому он присел ей на уши. Они ушли чуть вперёд и без конца о чём-то разговаривали. Мы с Ксюшей шли позади них.
– Я всё спросить хотела, – обратилась ко мне сестра. – Что с твоими глазами?
– С глазами? – я зачем-то потёр свой правый. – Это последствие травмы. Врачи сказали, что на здоровье это никак не повлияет, так что не беспокойся.
– Ой, ну это хорошо!
– А по поводу вида… теперь я всегда буду таким.
– Да тебе даже идёт, – улыбнулась Ксюша. – Придаёт… некоторой загадочности.
Ага, загадочности-то мне как раз и не хватало.
Когда мы проходили мимо огромного особняка, я и подумать не мог, что он принадлежит нам.
– Ты куда? – окликнул меня брат. – Мы уже пришли.
Я развернулся и сделал задумчивое лицо.
– О, и правда. Снова задумался.
– Смотри, если будешь так много думать, голова заболит, – улыбнулся Рома.
– Верно подмечено, – подмигнул я.
Огромные каменные стены, казалось, огораживают целую небольшую деревню. Высотой они были не меньше пяти метров. А там, где стены заканчивались, поблескивали на солнце короткие и длинные железные шипы. Ни один долбаный ворюга не сможет перелезть их, даже если сильно того захочет.
Ворота же, через которые можно пройти/проехать, выполнены из кованого железа с замысловатыми завитками и филигранными узорами, которые извиваются вокруг прутьев. Сделаны они в форме арки, на вершине которой сияет золотой фамильный герб.
Красиво, со вкусом.
Ксюша подставила к домофонной установке своё лицо, небольшая камера распознала её внешность и железная дверь отворилась. Мы зашли на территорию.
Главный особняк занимал чуть ли не половину всего ме�