Даяна I. Шаг во Тьму. Том 8

Пролог

Больше двух – шайка идиотов.

(Бернар Вербер, «Тайна Богов»).

Когда что-то может пойти не так, как правило – это происходит. Происходит в самый неудобный для вас момент и с самыми неприятными последствиями.

«Что может пойти не так? – в десятый раз задавал себе вопрос Змеелов, с момента входа на Старое Кладбище Ордена. – Я в составе мощного рейда "Милитари", которые на прохождении подобных "инстансов" давно собаку съели».

«Всё должно быть хорошо. У тебя просто разыгралась паранойя».

Но противное сосущее чувство до конца не давало расслабиться, и кобольд подспудно ожидал любой гадости.

В то, что этот щенок со своими дружками попытается им помешать, как он это благополучно сделал в Цитадели Клана Стали, непостижимым образом умудрившись где-то раскопать высокоуровневого «драколича», Змеелов даже не сомневался.

Но вот на каком именно этапе?

Да уж… Маркович даже после смерти умудряется подбрасывать Змеелову дерьмово пахнущие «сюрпризы», которые приходится разгребать ценой неимоверных усилий, каждый раз проходя по грани и рискуя показать свою заинтересованность, тем, кому демонстрировать этого никак было нельзя.

Сейчас Нойман уже не был так уверен в том, что никто лишний не знает, кто именно скрывается за персонажем Змеелов.

А ведь всё было под контролем. После обновления кобольду оставалось только попасть в известные закрытые зоны, чтобы возродить всех трёх богов Хаоса, но и здесь всё пошло наперекосяк. И снова из-за этого засранца!

Сообщение о том, что Белевский попал в Гарконскую пустошь до релиза – было только первым звоночком, где мелкие случайности начали перерастать в закономерности. Совершенно ясно – ему помогли. И это уже было оглушительным набатом, поскольку означало – о их планах знают, но обозначать себя неизвестные, почему-то, не спешили, пока действуя исподволь.

Ну кто же знал, что этому чёртову «дроу» удастся привести в мир Тиамат, тем самым нарушив игровой баланс, образовав Фракцию Хаоса до официального релиза обновления? Да он даже до Старой Цитадели с Астором не должен был добраться с его абсолютно идиотским стилем игры.

«Баран безмозглый!».

Не успокоившись на этом, Белевский умудрился раскопать пристанище второго Забытого! Змеелову и его команде просто фантастически повезло, когда этого темнокожего идиота «кинула» его же соратница, моментально сообразившая, чем это грозит и что с этого можно поиметь, в отличии от этого недалёкого.

Кобольду и его друзьям фантастически повезло и во второй раз, когда девица додумалась прийти с Искрой к ним, дабы получить защиту.

«Все бы проблемы решались так легко, как с этой Чакрой, которую удалось банально купить».

Сейчас у них не было права на ошибку.

Они или пройдут этот чёртов «инстанс», завладев Искрой Ариэла, или все его многомесячные усилия просто пойдут прахом. О том, что произойдёт после этого, Нойман старался не думать. Слишком многое было поставлено на карту. Повторять судьбу Марковича он не собирался.

Проклятый Белевский даже после релиза умудрился выкрутиться, победив кобольда в схватке за титул Первожреца. И это с его порезанными «статами»!

Отныне доступа к изменению характеристик «дроу» у его персонала не было и решение нужно уже искать, используя только игровые методы. Вздумай он снова провернуть подобное – их бы моментально вычислили, а к самому Нойману закономерно возникли вопросы, что на данном этапе означало бы полнейший провал.

Хоть кобольд и был включён в состав «рейда», вперёд он предпочитал не высовываться, понимая, что с его уровнем в авангарде он будет только обузой. Его задача состояла в другом: добраться до кристалла, забрать Искру и телепортироваться в безопасное место, пока «Милитари» прикрывают его отход.

Всё произошло в одну секунду. Рухнуло в одно мгновение.

Растянувшись в походный порядок, игроки уверенно отвоёвывали метр за метром, методично выбивая кладбищенских тварей, которые лезли на них, словно оголодавшая саранча. Потери были, но всё пока укладывалось в допустимые рамки.

Когда впереди полыхнуло стеной огня, кобольд находился достаточно далеко от эпицентра. Грозный рейд «Милитари» больше таковым не являлся, в один момент потеряв две трети своего состава.

На том месте, где располагался основной ударный кулак, сейчас зияла огромная воронка со спёкшимися краями и беспорядочно валяющимся выпавшим «лутом» из погибших игроков.

Самого же кобольда отбросило на добрый десяток метров, оглушив и сняв больше половины жизней, несмотря на «Каменную кожу», которую он чудом успел активировать в самый последний момент.

– Когда я до тебя доберусь, ты у меня кровавыми слезами будешь рыдать, падла, – прошипел Змеелов, со стоном поднимаясь на ноги. – Тварь!

Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться, чьих рук это дело.

Затрещавшие сзади кусты заставили его обернуться. Выбравшийся на поляну «Могильщик» семьдесят третьего уровня, ошалело трясущий уродливой рожей, медленно сфокусировал взгляд на кобольде.

Глухо зарычав, поджарая тварь стремительно бросилась в атаку.

Глава 1

– Господа и товарищи! – оглушительно, на всю деревню, воззвал ничего не понимающий хозяин. – Все внимательно посмотрели по сторонам! Где-то остались видны следы сегодняшнего побоища! Я ничего не вижу, но гости уже начинают падать в обморок! Посмотрите хорошенько, что мы забыли?

(Оксана Панкеева, «Песня на двоих»).

Вампир всё-таки сумел разыскать Ньютона на огромном Кладбище и даже приволочь его взъерошенную тушку к Оплоту.

Ракшас был в относительном порядке, не считая нескольких подпалин, возбуждённого состояния и слегка безумного взгляда.

– А теперь рассказывай, что ты там устроил? – Кастету пришлось слегка встряхнуть его, чтобы глаза приняли относительно осмысленное выражение. – Это что там взорвалось?

– Да вы не понимаете! Это же просто… Да это «чит», понимаете? Это…

– Говорю, что ты там взорвал, блохастый? – гаркнул дядя Женя, слегка приподняв ракшаса за загривок, словно нашкодившего котёнка.

– Печать, – обречённо произнёс Ньютон, переведя дух. – Я это… с маной просто переборщил. И оно слегка того… Не рассчитал я чуть-чуть.

– Переборщил? – ехидно поинтересовался Утрамбовщик. – Да здесь зарево было на полнеба, будто атомная электростанция рванула. Это ты называешь «слегка того»? Я боюсь представить, что же означает простое «просчитался». Взорванная локация?

– Здесь интересно другое, – прищурился Хассараг, многозначительно взглянув на притихшего ракшаса. – А где же ты, дитя неразумное, смог взять столько «маны»? Неужто у тебя было столько «фиалов»?

– Ну да, «фиалами» наполнял, и оно так рвануло, – кивнул Ньютон. – Да поставь ты уже меня на землю! – рванулся он из рук Кастета. – Что ты меня трясёшь, как грушу?

– Чтобы достигнуть такого эффекта, тебе нужно было сбегать на «аукцион» несколько десятков раз, – продолжил Хассараг. – Ты уверен, что ничего не хочешь им рассказать?

– Серьёзно? – присвистнул Яхиль. – Это ж какая прорва должна быть?

– А ведь правда, – задумался я. – Где ты, наш интеллектуальный друг, откопал столько «маны», если учесть, что «аук» в этой «локе» не пашет? Мне бы самому не помешал подобный талант.

– Скажи им, – ехидно оскалился Хассараг, а у меня возникло твёрдое убеждение, что вампир как раз-то прекрасно знает ответ. – Я хочу на это посмотреть.

Затравленно оглянувшись, Ньютон несмело кивнул и сделал пасс лапой, что в его исполнении смотрелось так, как будто он сейчас собирается плясать нам «Цыганочку с выходом». Платочка в руке только не хватает.

– Привет, – неожиданно раздался детский голос из-за спин, заставив сердце ухнуть вниз. Этот голос я запомнил прекрасно. – Меня зовут Фатима.

Быстрее всех среагировал поперхнувшийся пивом Утрамбовщик.

– Да ну нахер! – неверяще взревел он. Крутнувшись на месте, гном чётким движением, будто всю жизнь играл в бейсбол, запустил артефактную кружку с пивом, которую до этого спокойно держал в руках, в сторону раздавшегося приветствия.

Коротко свистнув, кружка угодила точно в лоб улыбающейся маленькой девочке в белом платьице. Я успел увидеть только мелькнувшие тонкие босые ножки.

От страшного удара столовой ёмкостью, коротко пискнув что-то протестующее, девочка в белом платье совершила потрясающее сальто назад, глухо хлопнувшись пятой точкой на каменные плиты внутреннего двора Оплота, растерянно хлопая слегка окосевшими глазами.

Весело подпрыгивая, кружка откатилась куда-то в сторону.

– Твою ж мать, – взревел Утрамбовщик, материализовав в руках свой монструозный молот. – Не дай Бог, моя кружка разбилась! Гасите эту мелкую падлу! – бросившись в сторону Фатимы с ошалевшими глазами, он попытался прихлопнуть её сверху молодецким ударом.

– Ты что творишь, идиот!? – вереща, как стадо спятивших свиней, Ньютон совершил длинный прыжок и повис на гноме. Учитывая разницу в росте, смотрелось это в высшей степени нелепо.

Крепко обхватив его ногами, ракшас закрыл гному глаза одной лапой, а второй попытался запрокинуть его голову назад, мёртвой хваткой уцепившись за фиолетовую бороду, чтобы сбить воинственный пыл коротышки. – Не трогай её! Не смей!

Я только от удивления открыл рот, глядя на этот идиотизм, начиная что-то понимать. Но Утрамбовщика было уже не остановить!

Взревев что-то типа: «Отсовокупись, пожалуйста, от меня, неумный человек. Да пройди ты, будь так любезен, в сторону фаллистического символа, умственно отсталый индивидуум. Ньютон, отсовокупись от меня, повторяю последний раз, иначе я сейчас как ударю тебя, будешь очень удивлён, неумный человек, ставший жертвой насильственного совокупления».

«Повторяется, – отстранённо подумал я, продолжая смотреть на этот безумный кордебалет. – Раньше за ним такого не водилось».

Полностью оправдывая свой «ник», подгорный бульдозер матерился, катаясь по земле, пытаясь стряхнуть с себя орущего фальцетом ракшаса, но выходило слабо. Вцепившись в Утрамбовщика, словно утопающий в неосторожного спасателя, Ньютон отчаянно не желал разжимать конечностей.

– Не трогай её, придурок! Она же девочка!

– Какая нахрен девочка, дебила кусок!? Отцепись от меня, дай мне размазать эту тварь! Пусти, я сказал!

Олес со Свэйном и Пандорра, стояли замерев от изумления, растерянно переводя глаза с дерущихся на Фатиму, при этом не предпринимая никаких попыток разнять лохмато-фиолетовый клубок с прикрученным сбоку молотом, катающийся с максимально хаотичной траекторией.

Димон уже стоял с наложенной на тетиву стрелой, готовый всадить её в Фатиму, но почему-то мешкал, видя, что девочка-нежить не предпринимала никаких попыток подняться с задницы, и тоже с изумлением наблюдала за своим заступником.

От созерцания нас отвлёк дикий хохот Хассарага, который, прижав руки к животу, согнувшись в три погибели, ржал, аки племенной жеребец, не в силах вымолвить ни слова.

– Она…, – всхлипнул он. – А он… убью. Ха-ха-ха. Отпустите…

– А ну прекратить! – рявкнул Кастет, увидевший, что равная схватка представителя подгорного народа и племени кошачьих-прямоходящих и не думает заканчиваться, переходя в вакханалию мата и кабацкой драки. – Прекратить, я сказал! – схватив визжащий клубок, он с силой его встряхнул.

В одной могучей лапе оказался нахохлившийся Утрамбовщик, так и не выпустивший из рук молот, а в другой – отчаянно царапавшийся Ньютон, который уже запустил когти в запястье Кастета.

– Ещё раз поцарапаешь – я тебя в лотке с какашками удавлю, – мрачно пообещал дядя Женя раздухарившемуся Ньютону. – Успокоились? – учтиво поинтересовался он через десяток секунд, когда два драчуна обвисли в его руках, поняв бесперспективность трепыхания. – Отлично! А теперь – я тебя слушаю! – он приподнял гнома. – Какого хрена ты взъелся на бедную девочку? Что это только что было?

– Да это «нежить», – начал заводиться гном по второму кругу. – Какая к чёрту девочка, Ньютон? Это «моб», башка твоя тупая!

– Приемлемо! – кивнул Кастет, не обращая внимания на хохочущего Хассарага, продолжая сохранять на морде невозмутимое выражение. Было заметно, что давалось ему это с трудом. – Теперь ты! – обратился он к ракшасу. – Какого хрена ты бросился защищать «нежить»?

– Да потому, что это мой «питомец»! – рыкнул Ньютон. – Что она ему сделала, что он её убивать собрался? Вообще мозги пропил?

– Чего? – вытянулось лицо у гнома. – Она твой «пет»? Ты вообще кукушкой поехал? Вдумайся, что ты несёшь? Это «моб»!!! «Моб»!

– Сам ты «моб»! – надулся ракшас. – Разуй глаза и посмотри её описание, если мозгов не хватило. Если она, конечно, тебе голову не открутит после твоей кружки. Придурок! – высказавшись, Ньютон попытался повернуть голову, чтобы посмотреть, что там с Фатимой.

– Офигенно познакомились, – покивала головой Пандорра. – Душевно. Начинаю понимать, что меня приняли в клан более, чем вежливо и радушно!

– Ситуация… – вздохнул Яхиль, осторожно огибая Кастета, он подошёл к Фатиме и осторожно протянул ей руку. – Тебе помочь?

Зло взглянув на нашего «хила», Фатима демонстративно поднялась с земли, игнорируя протянутую руку. Отряхнув платье, будто грязно-белому тряпью это могло хоть как-то помочь, она отошла на несколько шагов, продолжая прожигать нас взглядом.

Через несколько минут, когда все, наконец, успокоились и отошли от этого представления, Ньютон смог внятно объяснить, что, собственно, произошло. Рассказав про уникальный навык Фатимы, он пошагово поведал, каким образом смог наполнить Печать таким колоссальным количеством «маны», что и привело к виденному взрыву.

Новость о том, что из рейда «Милитари» осталась едва ли треть, и то – изрядно потрёпанная, вызвала недоверчивые восклицания, а потом – воодушевление.

Это была отличная новость, означавшая, что ракшас непостижимым образом сумел выиграть нам ещё два-три часа времени, до подхода следующей группы, которые я намеревался использовать с пользой, полностью посвятив «прокачке» на «иерархах».

В том, что остатки рейда не двинутся в нашу сторону, не дождавшись подкрепления – я был полностью уверен.

– Подожди-ка, – спустя мгновение мою голову посетила страшная догадка. – А какую именно Печать ты использовал?

– Печать Сторожевого Заслона.

– А скажи мне мой юный друг… А есть ли такая Печать в сторожевом контуре Сердца Хаоса, где ты рисовал свои каракули?

– Ну… – замялся ракшас. – Она абсолютно безвредна, там просто соблюсти несколько условий для её активации.

– Короче, Склифосовский! – рявкнул я. – Значит есть, верно?

– Да, – подтвердил ракшас мои догадки. – Но ты можешь не беспоко…

– Стоп, – оборвал его я. – Значит так. Слушай меня сейчас внимательно! Если. Не дай Боги. Эта твоя наскальная живопись. Взорвётся. В моей. Крепости. Я лично попрошу Кастета оторвать тебе башку! Ты меня понял, Ньютон?

– Понял, но говорю же…

– Я сказал – ты услышал! И ещё… После того как мы вернёмся в Сердце Хаоса, ты лично сотрёшь всю эту херню во внутреннем дворе. Усёк?

Дождавшись кивка угрюмого ракшаса, я повернулся к Фатиме.

– Теперь ты, красавица. Так как ты разумна, то и разговаривать я с тобой буду, как со здравой. Предупреждаю всего один раз… Вздумаешь кошмарить кого-то из нас – крепко пожалеешь!

Фатима продолжала хранить молчание, удостоив меня коротким кивком. Поджав губы, она подошла к Ньютону и взяла его за руку. Беспокойно осмотрев Фатиму на наличие дырок в голове, ракшас окончательно успокоился.

– Боги, какой же дурдом, – вполголоса проворчал я, покачав головой. – Дайте же мне терпения.

Решено было не терять ни единой секунды из выигранного нами времени. Ракшас было порывался объяснить, что за это время он может создать ещё парочку печатей, но Кастет так зыркнул на него, что Ньютон сразу понял: никто ему ничего здесь чертить не даст.

И я здесь был с ним согласен.

Не нужно считать врага дураком. Второй раз на те же грабли они не наступят. На их месте, я бы после подобного происшествия просто посылал вперёд самого слабого игрока, чтобы он проверял путь на наличие подобных сюрпризов.

Мы почти подошли к дверям Оплота, когда послышался тихий шёпот Фатимы, обращающейся к Ньютону:

– А это точно твои друзья?

Когда у Хассарага снова случилась истерика, мне оставалось только тяжело вздохнуть и опять попросить у Богов терпения.

Глава 2

Виртуальный мир непредсказуем и коварен. Он исполняет всё, что не сбылось в действительности. Но разве он не есть – та же действительность, только в ином варианте? И разве исполнение желаний гарантирует счастье?..

(Наталья Солнцева, «Дьявольский поезд»).

Опустошив «фиал» в два глотка, я небрежно отбросил его в сторону, отстранённо наблюдая, как он несколько раз подпрыгнув на каменной плитке, растворился в воздухе, не долетев до земли.

Игровые условности, чтоб их.

Примечательно, что с остальными предметами такого не происходило. Где ты обронил тот или иной предмет экипировки или оружия, там ты его и подберёшь, если кто-то ушлый не сделает этого раньше.

Очередной заход по организации геноцида «иерархов», слава Богам, завершился, и нам оставалось спокойно перевести дух, перед тем, как вторая группа «Милитари» достигнет Старого Кладбища Ордена. Думаю, они придут сюда очень злые и решительно настроенные на наше лютое убийство за все их тяготы. Ньютон со своей Печатью ясно дал понять, чьи именно уши торчат из этого грандиозного «фэйла» наших противников.

Они точно знают, что «Мастера Мглы» находятся здесь, и, соответственно, будут готовы к этому. А если учесть то, как мы их «отбрили» в Цитадели Клана Стали – несерьёзного отношения можно не ждать. За нас возьмутся, как следует, со всеми вытекающими.

Меланхолично ковыряя ногтем трещину на плите ступени, поймал себя на мысли, что эта игровая реальность потихоньку начала вытеснять ту, другую…

Которую я считал более реальной.

За всё игровое время последнего входа в «Даяну I», у меня не возникло даже мысли вжать «логаут» и, хотя бы, принять душ, не говоря уже о «поесть» или поинтересоваться тем, что произошло в мире в моё вынужденное отсутствие.

Странно всё это, если начать копаться.

И как только об этом задумался, в голову стали лезть совершенно противоположные мысли. Мысли о том, что нужно бы выйти в «реал» хотя бы на полчаса, чтобы убедиться: там всё нормально. Невесело усмехнувшись, я с горечью вздохнул и покачал головой.

«Вова, ты себя накручиваешь! Сейчас не об этом нужно думать!».

Взглянув на Ньютона, который расположившись в отдалении от основной группы, сейчас о чём-то увлечённо беседовал со своим питомцем, пришлось признать, что со всеми нашими претензиями мы немного переборщили.

Вернее, я, пообещав устроить этой парочке проблемы, если что-то пойдёт не так.

Если разобраться, он оказал нам поистине неоценимую услугу, на пару с этой Фатимой распылив в пыль практически весь первый рейд «Милитари». Этот демонов гений, сам не зная того, изобрёл самую настоящую «ульту». Только за это одно, ему следовало воздвигнуть памятник, но, понятно, что делать этого никто не собирался. Перебьётся, а то нос ещё задерёт.

Плохо было только то, что эта «ульта» могла работать только на Старом Кладбище Ордена, поскольку более крупного произрастания Призрачных Орхидей, чем здесь, ракшас нигде не видел. Опять же – исходя из его слов.

Как он нам пояснил, данный цветок, хоть и относится к классу редких, но места, где его можно отыскать в «Даяне I», можно пересчитать по пальцам. Вот и получалось, что полностью реализовать свои возможности Фатима могла именно здесь. Это – минус.

И я сейчас сидел и усиленно размышлял, как этим можно воспользоваться.

Передачу «маны» кому-то из игроков пришлось отмести сразу: Фатима этого не умела делать. Соврать она не могла, по заверениям Ньютона, который являлся её полноправным владельцем.

А вот запитывать «маной» неодушевлённые предметы или Печати – это пожалуйста.

Вот только у всех нас, кроме этого сумасшедшего профессора, в арсенале не было подобных умений. Так что с этим выходил тоже облом.

«Ну и ладно, – пришлось признать мне. – Не было и не надо. Мы же изначально собирались как-то помешать вторжению? Вот и будем использовать свои куцые наработки, вкупе с солидной долей импровизации».

У меня имелся неограниченный призыв Стража в качестве боевого друга. Имелся в загашнике, на самый крайний случай, призыв истинной ипостаси Тиамат.

Как-нибудь отобьёмся. Мы просто обязаны отбиться! Других вариантов быть не может!

Хотелось бы, конечно, призыв дракона придержать и вообще не использовать, но тут уже – как пойдёт. Если будет туго – раздумывать не буду. Сейчас не допустить никого к алтарю Ариэла – едва ли не важнейшая задача.

Размышляя над создавшейся ситуацией, я пришёл к выводу, что все мои приключения – результат взаимосвязанных событий. Именно тех событий, в которые я влез, как случайно упавшая ржавая гайка в отлаженный механизм.

Тиамат – богиня Хаоса! Ариэл – бог кровавого Хаоса. Заявленный в обновлении третий бог – тоже представитель этой же Фракции. Если предположить, что кто-то пытается овладеть Искрами всех трёх Божеств, вырисовывается довольно таки дерьмовая картина.

Дурно пахнущая картина, в которую меня засосало помимо моей воли!

Это объясняет и отчаянное желание Змеелова прибрать к рукам статус Первожреца Тиамат, объясняет его палки в колёса, объясняет движущийся сюда рейд. Даже объясняет то, что очередь в дуэльном списке расписана на два года вперёд. Преимущественно, это были представители «Милитари», редко разбавленные отдельными искателями удачи. Хотя не факт, что это были не их люди. Слишком уж всё гладко складывалось.

Это уже не странность – это пугающая закономерность.

Очередная эксплуатация Оплота прибавила нашему отряду еще по двенадцать уровней, учитывая то, что во вторую «сессию» мы смогли сделать почти вдвое больше заходов. Распределять очки я сейчас не стал, решив в боевых условиях протестировать собственные возможности, а потом уже решить, что и куда бросать.

С моим, сейчас, семидесятым уровнем да возросшим уровнем «маны», я смогу с уверенностью противостоять какой-нибудь «сотке». И это без призыва Стража.

Расту, однако…

Поначалу я считал, что Ньютон будет обузой в самом Оплоте, но после первой схватки был вынужден признать: этот ракшас со своим питомцем работал не хуже Яхиля, который просто фонтанировал проклятьями, ослабляя высшую нежить и давая нам необходимую передышку. Мы их держали в «коробке», не позволяя «иерархам» добраться до тушек его и Яхиля, на которых древние вампиры «агрились» в первую очередь, почему-то полностью игнорируя наших «танков». Видимо, понимали, что со своими ослаблениями, эта парочка представляла едва не большую угрозу, чем все остальные.

Фатима, несмотря на своё «неживое» происхождение, тоже довольно успешно дополняла нашего «хила», «станя» и урезая характеристики «иерархам», только при этом переходила в бесплотное состояние, словно какая-нибудь «баньши», продолжая вносить хаос в ряды наступающих, совершенно безнаказанно порхая по огромному залу.

Именно в «ряды наступающих», я не оговорился, поскольку в наш первый заход с Ньютоном, они уже активизировались по четыре особи. Видимо, «система» сопоставила индекс угрозы нашей команды и начала выставлять против нас уже укреплённый отряд.

«Что не говори, а Ньютон нормального питомца себе заимел», – подумалось мне.

Я пытался задаваться вопросом, какой бы питомец устроил меня, но чётких характеристик даже для себя озвучить не смог.

Да что там характеристики – даже внешний вид будущего виртуального друга я не мог визуализировать. У меня никогда не было ни одного домашнего животного, и как именно нужно ухаживать за теми, кого пришлось бы приручить, я представления не имел. Наверное, поэтому, вопрос «пета» меня не беспокоил, в отличии от остальных игроков.

Вспоминая, как в детстве я просил у бабушки оставить собаку, подобранную мной на улице, хорошо запомнил, как она ответила категоричным отказом, мотивируя это аллергией на шерсть любых животных.

На всю жизнь запомнил.

Много позже я понял, что это было обыкновенной уловкой. Понял, когда бабушки уже не стало. Понял, почему она так отвечала на мои просьбы. Поздно понял… но завести кого-то я так и не решился по сей день…

Только из-за того, что Хассараг вместе с «птенцами» не были включены в состав нашего отряда, я сначала и не сообразил, что происходит.

Вскочивший вампир в одно мгновение принял боевую ипостась, заставив шарахнуться почти всех от появившейся зверюги с оскаленной пастью.

– Метки пропали! – зарычал он, принюхиваясь, с трудом выталкивая членораздельные слова сквозь зубы.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы «въехать» в то, что произошло.

В то время, когда мы отчаянно пытались «хапнуть» от системы как можно больше уровней, Хассараг дал команду на патрулирование подступов к Оплоту своим «птенцам». И кровная связь старого вампира, подозреваю, работала намного лучше, чем встроенный в наш стандартный интерфейс радар.

По крайней мере, он всегда точно мог определить не только в какой стороне находится каждый из них, но и точное расстояние, буквально до метра, к каждому из его учеников.

Сейчас метки оказались стёрты.

И если Хассараг сейчас всполошился, объявив, что меток нет, это означало только одно – «птенцы» уже мертвы.

Враг у ворот!

Смазанная тень промелькнула мимо нас, без единого звука исчезнув за воротами. И я сейчас не позавидую тем, кто окажется на его пути. При всей его напускной чёрствости, мне всё-таки кажется, что Хассараг за тысячи лет так и не смог растерять некоторых человеческих качеств, не присущих представителям «нежити»: юмор, человечность и понятие: «свои».

Я не хочу задумываться: растерял или заново приобрёл этот яркий образчик вампирского племени сии черты, но вот то, что за своих «птенцов», как бы он над ними не издевался в процессе обучения, он будет рвать. Рвать всех, кто как-то причастен к их упокоению.

– К бою! – скомандовал я, поднимаясь на ноги. – «Танки» впереди! Димон держишь оборону со ступеней! Пандорра, Свэйн – левый фланг. Как поняли?

– Принял! – хором отозвалась моя «банда», отвечая каждый сам за себя, при этом оставаясь сработанной командой.

Нашему отряду потребовалось несколько секунд, чтобы, ощетинившись оружием, принять боевой порядок, благо практики с «иерархами» было предостаточно. Каждый знал своё место. Но бой с «мобами» не равен бою с такими же игроками, как мы, поэтому меня закономерно терзали сомнения.

Земля под ногами слабо дрогнула, а вдали мелькнули несколько тёмных теней, одновременно с противным хрустом ломающихся деревьев. Выгнув опоры кованных ворот, которые здесь стояли вечность, во внутренний двор выметнулись три смазанных тени, противно проскрежетав конечностями по каменной плитке Оплота.

Я только успел заметить кусок отлетающих в сторону ворот, сгребающих декоративную клумбу и безжалостно выдирая всю кладбищенскую растительность с корнем, как моментально метнулся в сторону, материализуя в руках Жало с Шилом.

И вовремя, так как одна из монструозных тварей была нацелена именно на моё умерщвление, выбрав самую дальнюю и неудобную цель, коей являлся я, игнорируя остальной отряд.

Не было ни малейших сомнений – это по мою душу.

Вцепившееся когтями в каменные плиты двора, существо развернуло на месте, предоставляя мне шанс рассмотреть его вблизи.

Если бы не ужасная пасть со впалыми щеками, сверкающая частоколом белоснежных и острых зубов, я бы с уверенностью мог спутать эту тварь с классическим грифоном.

Но, глаз успел отметить ещё несколько существенных отличий, пока существо пыталось сгруппироваться для последующей атаки.

Вместо орлиной головы, которую любят пририсовывать этим существам дизайнеры, красовалась отвратительная рожа, поразительно смахивающая на морду ящерицы. Тело, несомненно, принадлежавшее одному из племени кошачьих, характерные лапы и выбивающийся из общего плана гладкий гибкий хвост, размерами вдвое превосходящий длину этого существа.

Я даже не могу сразу сказать, кто в фауне «реала» может иметь подобную конечность, лоснящуюся от непонятной жидкости и стекающей каплями на землю, но выглядело это в высшей степени мерзко.

Сбоку полыхнул выставленный защитный щит Утрамбовщика, который по характерным завиткам Мглы, я не перепутаю ни с каким другим, а следом раздался недовольный клёкот одного из этих непонятных существ, с размаху впечатавшегося в защитный контур.

Моя персональная тварь, наконец, обрела устойчивое положение и не теряя ни секунды ринулась в атаку.

«Руна Удачи Соул».

«Вспышка».

«Завеса Боли».

«Аура Паники».

«Понеслась звезда по буеракам», – успел подумать я, прежде чем встретить бросок оскаленной пасти своими клинками.

Глава 3

– Позвольте спросить, почему вы пристрелили маленькую Тиффани?

-Она единственная кто выглядел подозрительно.

-Почему вы так решили?

-Сперва я взял на мушку чудище на фонарном столбе, а потом понял, оно делает гимнастику. Мне бы не понравилось, если бы меня укокошили на велотренажере. Пригляделся к этой зверюге. Заметил в лапе платок и понял, что она не скалится, а чихает, а это – не запрещено. И тут увидел Тиффани и подумал: «Что делает милая девочка ночью, в гетто, среди толпы монстров с учебниками по квантовой физике?» Она явно замыслила недоброе. Ей на вид лет восемь, не по возрасту предмет. Я решил – она не та, кем кажется.

(Агент Зед, «Люди в черном»).

Выскочившие на нас игроки оказались передовым отрядом врага.

Я оказался прав: «Милитари» предусмотрительно выслали дозорных, чтобы второй раз не угодить в ещё какую-нибудь пакость. Было бы странным, если бы они не учли предыдущие ошибки.

Милые зверюшки, одна из которых чуть не откусила мне башку, оказались боевыми «петами» дозорных, которые выскочили во внутренний двор Оплота через несколько десятков секунд и сходу вступили в бой.

«Дхар» – именно так обзывалась эта тварь, обладала поистине феноменальной ловкостью, предпочитая атаковать преимущественно хвостом, совершая ложные выпады лапами и зубастой пастью.

Тварь чрезвычайно пакостная, обожающая вешать «дот» отравления при каждом касании. Понимаю, что игровые условности не предусматривают урон их владельцам, но, демоны побери, как вы на них ездите? Оно же насквозь ядовитое!

Утрамбовщик, было, чуть не попался, закрывшись ростовым щитом от змеиного броска жуткой морды, но совершенно упустил из виду хвост. Только реакция Пандорры спасла нашего гнома от удушения.

Моментально среагировав, эльфийка нанесла несколько болезненных, но точных, ударов, заставивших тварь отвлечься от Утрамбовшика, чем тот и воспользовался в полной мере, шарахнув молотом по хаотично бьющемуся хвосту.

К этому времени Олес со Свэйном в лёгкую «размотали» одного из «дхаров», как всегда виртуозно сработав в тандеме, и переключились на появившихся игроков, предоставив нам самостоятельно отправить в небытие их питомцев.

Мне же пришлось изворачиваться, потому как, мой противник был уровня «сто-плюс», и лёгкой эту схватку я бы при всём моём желании назвать не мог, даже с учётом моих умений.

Всё началось с того, что я лишился правой кисти…

Нет, я не зазевался и не воспринял «дхара» слишком легкомысленно. Наоборот, видя перед собой эту юркую тварь, я старался изо всех сил не попасть под его атаку, но, в конечном итоге, всё же допустил ошибку, чуть не стоившую мне путёвки на Круг Возрождения.

Зашипев, «дхар» взметнулся в воздух, а я, уклоняясь от его броска, попытался вспороть ему бочину, за что в тот же миг и поплатился. Кто же знал, что эти существа умеют отталкиваться от воздуха, маневрируя под такими причудливыми углами, что впору заподозрить в их родословной элементалей воздуха?

Торжествующе взревев, тварь непостижимым образом оказалась сзади. Только моя природная паранойя в тот момент шепнула мне, чтобы я врубил «Ускорение», но сообразил я только тогда, когда «дхар» сомкнул зубы на моей кисти, рванул её вбок и снова оказался передо мной.

Стопроцентная чувствительность, болевой шок и минутное отупение могли бы привести меня к проигрышу в этой схватке, если бы не Димон. Именно он, подгадав момент, пустил свою «коронку», всадив в рожу твари стрелу, напитанную Мглой.

Дальнейшее развитие событий я пропустил, всё-таки использовав «Ускорение», но только для того, чтобы отступить к дверям Оплота.

Меня трясло.

Рука, лишившаяся пятой части своей длины и восьмидесяти процентов функционала, пульсировала, отдавая в плечо, а боль только продолжала нарастать. Было противно и жутко наблюдать на месте кисти открытую рану с белеющими обломками костей.

На периферии взгляда интерфейс отчаянно сигнализировал о том, что мне требуется срочная помощь квалифицированного лекаря, но от боли, которая только-только меня стала захлёстывать по серьёзному, я не мог сообразить, что именно сейчас нужно делать. Сейчас мне хотелось, чтобы весь этот ад прекратился.

В голове набатом билась единственная мысль: «Моя рука!».

Я видел, как бессмысленно погибла Олес, приняв неравный бой с выскочившей на неё пятёркой «хайлевелов». Пытаясь оказать достойное сопротивление, она каким-то образом успела забрать с собой на Круг Возрождения одного из них, прежде чем рассыпаться золотыми искрами, не оставив ни одного предмета экипировки назло врагам.

Успел заметить, как Свэйн, заревев, словно настоящий медведь, бросился на обидчиков Олес и даже смог существенно просадить бар «хитов» одного из «дамагеров», но…

Четверо на одного – это четверо на одного. Без шансов.

Когда «подловили» Пандорру, вступившую в неравный бой с двумя «рогами», я, прижавшись спиной к дверям Оплота, пытался разобраться в интерфейсе, чтобы понять: кто у нас остался и какие действия нужно предпринимать.

Яхиль, Утрамбовщик, Кастет, несмотря на внушительные габариты… Все они были погребены под выкатившейся во внутренний двор волной игроков. «Милитари» своего, всё-таки добились.

Я, Димон, и как ни странно – Ньютон с Фатимой, оставались единственными выжившими в этой резне. Прижавшись спинами к дверям Оплота, мы смотрели, как внутренний двор наполняется игроками.

– Белый, это – жопа, – прохрипел Димон, которому досталось чуть меньше, чем мне. – Мы не вывезем.

Я это прекрасно понимал, но что-то в душе категорически орало, протестуя против «лёгкого» полёта на Круг Возрождения. Если враг возьмёт Оплот – все усилия напрасны.

– Сюрприз, детки! – выдохнул я и облегчённо расхохотался, увидев, что призыв сработал, как надо.

«Призыв Стража».

Умному псу не требовалось объяснять, где здесь враги, а где друзья. Едва материализовавшись, он, не раздумывая, бросился в атаку, что стало полнейшей неожиданностью для штурмующих.

Рывок, и массивная туша размазывается в воздухе клочьями Мглы, чтобы через долю секунды возникнуть посреди нападающих и начать сеять кровавый хаос.

Когда Ньютон рванул меня за ворот охотничьей куртки, подтаскивая ближе к двери Оплота и крича что-то в ухо, я отмахнулся, находясь в прострации и одуревая от боли в конечности. Но ракшас на этом не успокоился.

– Да послушай же ты… – встряхнув меня второй раз, он, наконец, привлёк моё внимание.

Сказанное им звучало дико.

Настолько дико, что могло сработать при определённых условиях. Настолько дико, что ставило под сомнение всю мою стратегию игры, но… находило отклик, резонируя с моими домыслами. Считая так же, как Ньютон, в то же время, я отказывался в это верить.

– Давай! Не тормози! – Димон, который прекрасно слышал доводы ракшаса, хлопнул меня по плечу, а после молниеносным движением натянул тетиву и выстрелил в скопление игроков, которые уже волной ломились сквозь разломанный проём ворот.

Когда Страж издал жалобный скулёж, погребённый под групповым заклинанием всего «рейда», я понял, что медлить больше нельзя. Решение принимать нужно именно сейчас, иначе всё то, что мы сделали, окажется напрасным.

С силой толкнув створки дверей Оплота, я ввалился в зал. Спустя секунду здесь появились Ньютон с Фатимой. Крышки саркофагов дрогнули, вот-вот готовые рассыпаться и выпустить своих обитателей.

Возбуждённые голоса игроков только приближались, когда я активировал «Прокол».

«Прокол Мглы».

Вынырнув в аккурат возле переливающегося Мглой кристалла, я сомневался всего несколько секунд. Когда в мою сторону полетело несколько заклятий, пущенных кем-то из «Милитари», я, сцепив зубы, ткнул своей окровавленной культей прямо в переливающееся марево.

«Внимание!

Вы хотите принять Искру Ариэла?

Да/ Нет?»

* * *

Тихие шаги гулко отдавались по пустой огромной галерее.

Эти стены когда-то были для неё родными. Сколько стенаний они слышали, сколько проклятий, вкупе с мольбами во времена её ученичества. Горько усмехнувшись, она провела кончиками пальцев по шершавой стене, будто хотела извиниться, за столь долгое отсутствие.

Небрежным жестом она сформировала магический конструкт и, отпустив его в сторону массивных дверей, небрежным движением поправила упавшую на лицо прядь.

Сегодня она впервые вернулась после вынужденного бегства.

С оглушительным треском створки натянулись, а затем выгнулись, чтобы осыпаться в мелкую щепу, открыв проход в святая святых: Заклинательный зал Ковена Ведьм, являющийся одновременно жилищем и личными апартаментами Верховной.

– Ты-ы-ы-ы? – прошипела та, во власти которой была сосредоточена власть половины Аиталской Империи. – Как ты посмела сюда явиться?

Вихрь взметнувшихся бумаг со стола, за которым она сидела до этого, бессильно опал, в одно мгновение наведя бардак там, где до этого царила идеальная чистота. Вскочив со своего рабочего места, женщина раскинула руки, потоком «силы» сгребая всю мебель, находившуюся в зале, расплескав её по стенам, превращая в мелкую труху ни в чём не повинные предметы богатого интерьера.

Воздух зазвенел от выплеснувшейся ярости магии, искажая само пространство, но гостья только покачала головой:

– Не стоит. Ты уже ничего не сможешь сделать! Твоё время вышло.

Два неуловимых движения и из разрезанных вен Верховной взметнулись две гибкие лозы, окрашенные в багровый.

«Кровавые плети».

Ринувшись в сторону визитёрши, они описали крутую дугу, чтобы схлестнувшись, словно ножницы, располовинить дерзнувшую, но лишь бессильно опали, только коснувшись расслабленной фигуры гостьи.

Магия Крови сейчас помочь не могла.

– Я тоже рада тебя видеть, – усмехнулась вошедшая женщина, нарочито медленно стряхнув капли чужой крови со своего балахона. – Смотрю, ты не очень рада гостям.

– Гостям? – буквально прорычала Верховная. – Да ты, шлюха паршивая, ещё смеешь раскрывать рот в моей обители? Дрянь!!!

Если бы здесь, кроме них, были наблюдатели, они бы почувствовали, как громадная волна сырой силы, сотканная в форму линзы, ударила в одиноко стоящую фигуру, но, как и в первый раз, не нанесла ни малейшего вреда.

Остатки сырой «маны» вспыхнули искрами, испарившись в воздухе, словно угасающие искры бенгальских огней. Гостья непостижимым образом оставалась невредимой.

– Я пришла говорить с Ней, – твёрдым голосом произнесла визитёрша. – И спрашиваю слова Её! И ты не вправе мне препятствовать!

Ритуальная фраза повисла в воздухе, но Верховная будто её не слышала. Конструкт за конструктом в гостью летели мощнейшие заклятья, по влитой энергии сопоставимые с почти божественными, но лишь бессильно растекались о появившийся «энергощит», сияющий багровым заревом.

– Успокоилась? – усмехнулась визитёрша. – Или прямой источник нашей Богини тебя настолько опьянил? Всегда знала, что власть тебя испортит. Это, в своё время, признал даже Рамон.

Заклинательный зал, ещё минуту назад находившийся в относительном покое, взорвался мелкими фрагментами.

Деревянные декоративные плиты, коими были облицованы стены, дорогие ковры работы лучших мастеров Суаньской империи, кованные массивные канделябры искусников Подгорного трона…

Всё в один миг сорвалось со своих мест, повисло в воздухе, будто раздумывая, а затем ринулось в сторону усмехающейся женщины, посмевшей явиться спустя столько лет в самое сердце Ковена Ведьм.

– Ты так ничему и не научилась, – констатировала гостья, встряхнув кистями рук, небрежно отметая весь мусор, летевший в неё. – Что же, придётся тебе кое-что напомнить…

Глава 4

– Не думаю, что это разрешено – жечь людей, – сказал Адам, – иначе все вокруг только этим и занимались бы.

– Если ты верующий – то можно, уверенно произнес Брайан.

(Терри Пратчетт, Нил Гейман, «Благие знамения»).

Я с недоумением переводил взгляд то на Димона, застывшего, словно изваяние с натянутым до упора луком, то на Фатиму, которая, раскинув руки, пыталась закрыть Ньютона от вражеской магии своим телом. А всё-таки, она заботится о нём…

Отстранённый взгляд подмечал мельчайшие детали: бисеринки пота над верхней губой Димона превратившиеся в кристаллики, мелкая взвесь битого камня в воздухе от расколотой на неровные куски крышки саркофага, раскрывшийся в отчаянном вопле рот Ньютона…

– Наконец-то! Как же вы, смертные, иногда глупы, – раздался сбоку громовой надменный голос. И я этот голос уже единожды слышал, вот только в тот раз он был с шипящими недовольными нотками. Голос, обещающий всевозможные кары, если мы его не освободим из заточения.

– Я так понимаю, ты Ариэл? – прищурился я, глядя на то, как от возмущения у Бога перехватывает дух. – Ну, значит, приятно познакомиться. Меня зовут Мегавайт. Друзья предпочитают звать Белым. Можешь хоть так, хоть так называть.

Одетый во что-то, смахивающее на мой охотничий костюм, только белого цвета, на первый взгляд, Ариэл был совсем не похож на того грозного бога, которого всегда рисовало моё воображение. И если бы не его глаза, внутри которых клубилась непроглядная тьма, Ариэла можно было бы принять за обыкновенную «непись».

– Ты как со мной разговариваешь, ничтожество!? – главный зал Оплота Иерархов основательно тряхнуло, да так, что, если бы я не был готов к чему-то подобному, точно не удержался бы на ногах. – На колени, червь!!!

Видимо, что-то в моём выражении лица было неправильным, поскольку Ариэл после этой пафосной фразы с немалым удивлением уставился на меня, видя, что я не спешу выполнять его требование.

– Перетопчешься, любезный, – фыркнул я, доставая из инвентаря фиал с «Зельем восстановления». Не торопясь, влив в себя содержимое пузырька, следом достал «Свиток полного исцеления», абсолютно игнорируя этого «нарцисса».

Было жалко кругленькой суммы, выложенной за «лечилку», но в этот раз случай располагал. Без кисти оказалось довольно хреново себя чувствовать.

Активированный свиток вспыхнул ярко-голубым пламенем и рассыпался в невесомую пыль, а на моих глазах отрубленная кисть начала регенерировать бешенными темпами. Несколько секунд, и о ранении напоминал лишь отголосок фантомной боли. Действенно, но всё-таки чертовски дорого.

– Да как ты смеешь!? – взревел Ариэл. Я буквально ощутил, как всё внутренне пространство Оплота наполнилось родственной Силой.

Силой, могущей в один момент стереть эту локацию из списков существующих. Воздух завибрировал от мощи негодования Забытого.

– Давай с тобой так, товарищ Бог, – вздохнул я. – Если ты за столько лет не потерял способности мыслить, то должен понимать, что я сейчас твой единственный шанс. Шанс на то, что ты возродишься, а не останешься всеми забытый в своём занюханном кристалле. И, забегая немного вперёд, хочу по секрету тебе сказать, что общаться со мной в подобном тоне, это… ну как бы не очень правильно! Ферштейн?

Если бы я не знал, что игровые сущности, именующиеся богами способны на более гибкие решения, нежели мы, «пришлые», мог бы подумать, что Ариэла хватил «кондратий» от моих слов, уж слишком было ошарашенным его лицо.

Неведомая сила совсем неласково подхватила меня, чтобы отшвырнуть в сторону потолка этого циклопического строения. Тело с размаха впечатало в каменный свод, сняв почти треть жизней. Сила магического воздействия нарастала, грозя превратить грудную клетку в мясной фарш, а в ушах уже начали стучать тревожные молоточки.

Ещё немного, и на этом потолке может появиться довольно неряшливая кровавая клякса. Задолбаются смывать!

«Ну нет, этого я терпеть не буду, – с внезапной злостью подумал я, активируя умение. – Чучело божественное! Сейчас посмотрим, как ты заговоришь!».

Как и в прошлые разы, собственное сознание отодвинулось на задний план, милостиво уступив своё место ярости древнейшего из драконов. Зрение обрело необычайную чёткость настолько, что мне без труда удалось разглядеть внезапно побледневшее лицо Ариэла, который, видимо, совсем не ожидал увидеть подобного.

Яростный рёв пяти драконьих глоток заставил Бога отшатнуться.

– Ты-ы-ы? – неверяще вскричал он, моментально окутываясь жгутами магической защиты, больше похожими в магическом зрении на щупальца огромного кальмара.

«А вот сейчас посмотрим, урод, какой ты смелый!».

Всё то раздражение, копившееся во мне, всё недовольство этим чванливым божком, который посмел что-то мне возразить, начало формироваться одновременно в пяти драконьих глотках, готовясь выплеснуться шквалом пламени Хаоса на дерзнувшего.

Он! Посмел! Мне! Возразить!

Да я этому чучелу сейчас башку отгрызу!

Каменные плиты с хрустом треснули под весом исполина, взорвавшись крошкой, а я-дракон только раскрывал крылья, чтобы обрушить всю мощь пламени и ветра на зарвавшегося Ариэла.

Он сумел атаковать волной Первозданного Хаоса.

Мощь клубящейся Мглы ринулась во все стороны от стоящей фигуры, превратив саркофаги с их обитателями в пыль.

Я-дракон почувствовал лишь лёгкое дуновение дружественной стихии, с удовольствием впитывая каждой чешуйкой отголоски силы, которую так неразумно использовал Ариэл.

Выдохнув излишки сырой стихии Хаоса, я-дракон метнулся к Богу, стараясь загнать его в угол. На каком-то подсознательном уровне я чётко знал: он намного слабее. Мне достаточно лишь надавить заёмной мощью, и этот божок «посыплется».

Разорву в клочья!

Выдох, и мглистое пламя расплескалось на добрую половину зала, раскаляя каменный пол. Ариэл только поморщился, выставляя вокруг себя заслон за заслоном.

«Недолго тебе осталось, тварь!», – с ненавистью подумал я-дракон. Скрежетнув по полу, крепкие когти оставили глубокие борозды, а я ринулся вперед, чтобы смять, растоптать и растерзать…

– Довольно! – громыхнул властный голос, в этот момент показавшийся мне самой божественной, простите за каламбур, музыкой. – Ты не в том положении, чтобы безнаказанно обижать моего Первожреца!

Мягко подхватив моё тело, уплотнённая Мгла бережно поставила его на каменные плиты Оплота.

Поставила уже в теле дроу.

Момент, когда в наш «приватный» разговор вмешалась Тиамат, я ощутил скорее духовно, нежели физически. Не знаю, как объяснить чувство, когда каждая клеточка твоего игрового тела наполняется родной Мглой, но в какой-то момент тебе становится спокойно.

А ещё возникло стойкое ощущение, что больше мне ничего не угрожает.

Снова почувствовав своё тело, я лишь смог обессиленно присесть на корточки. Эта внезапная вспышка ярости вытянула из меня все моральные и физические силы. По привычке смахнув пот со лба, я не сразу осознал бесперспективность этого действия, продолжая действовать скорее на инстинктах, нежели руководствуясь надобностью.

– Приветствую, богиня, – склонился я в полупоклоне, поднимаясь.

– Не стоит тратить на него то, что ты можешь использовать с пользой большей, – тепло улыбнулась мне Богиня, нежно коснувшись пальцами моей щеки. – Знаю, Хаос изменчив, а ярости поддаться легко, но ты должен научиться контролировать себя и свои эмоции. Не победив себя, сложно сражаться с другими.

«Внимание!

Умение "Ярость Богини" обновлено».

«Ярость Богини.

Класс: фракционный.

Раз в седмицу вы можете призвать из Мглы Тень Тиамат.

Расход: 1 игровой уровень, 6000 МР.

Откат: 7 дней.

Умение не развивается. От умения невозможно отказаться».

«Внимание!

Вы заслужили безоговорочное доверие Богини.

Отныне ипостась Тиамат доступна вам на неограниченное время.

Впускающий Бога в себя, обязан ставить себя ниже Цели, которой он служит. И пока враг не сокрушён, покоя не будет».

Вид Ариэла, если, на минуточку, отмести, что перед нами Бог, можно было назвать пришибленным. Столько бессильной злобы и всепоглощающей ярости в глазах я не видел даже у самого последнего упыря на этом кладбище. И я не спешил с ним заговаривать, понимая, что Тиамат появилась здесь неспроста.

Не ошибся.

– Ну здравствуй, брат!

Только приложив титанические усилия, я смог не заржать в этот момент, не смотря на усталость. Вот это было бы эпично: давиться глупым хохотом в то время, когда два Бога Хаоса введут диалог, перемеживая диалог фразами со старого культового фильма, которого у нас не смотрели только самые маленькие.

Тиамат одарила меня взглядом, с лёгкостью прочитав все мысли, а затем только усмехнулась, поняв причину моего замешательства.

– И что теперь? – с подозрением поинтересовался Ариэл, моментально прокачав ситуацию, что добавило ему очков в моих глазах. – Будут условия?

Бог Кровавого Хаоса представлялся мне эдаким типом, для которого не существует понятий нормальности, лишь кровь, кишки, «хардкор» и полное игнорирование всех общепринятых правил, по которым живут разумные. Но вот то, что он с лёгкостью пошёл на диалог – это обнадёживало. С ним, если она договорится, можно будет «работать».

– Обязательно будут, – пророкотала Тиамат, перевоплощаясь в уже виденного мною варвара. – И сейчас мы всё с тобой обсудим.

Я заметил эту её особенность: менять личины в момент сильного волнения или раздражения. Решать, какое чувство ею овладело сейчас, не представлялось возможным. Это могло быть как одно, так и другое, а уж в психологии Богов я точно не разбирался.

В данный момент я чувствовал себя чужим на этом «празднике жизни». Два Божества с улыбками и смехом обсуждали ничего не значащие вещи, а я всё больше убеждался, что этот абсурд был устроен исключительно, для меня.

Судьбоносный разговор шёл совсем на другом плане. Именно там, где я не мог услышать, сейчас строился новый союз. Союз новых Богов Хаоса, который должен перевернуть существующий миропорядок.

Закончив разговор и обменявшись кивками с Ней, Ариэл подошёл ко мне, но улыбка, блуждающая на его губах, мне совершенно не понравилась. Сейчас я только мог бессильно наблюдать за его действиями, не имея возможности воспрепятствовать.

Они меня просто «застанили».

– Отныне, частичка моей силы будет жить в тебе, – произнёс Бог, коснувшись моего лба кончиками пальцев. – Будь достоин!

Когда сквозь меня прошла всепоглощающая боль, я смог только раскрыть рот в немом крике, но из горла было не протолкнуть ни звука, словно оно перестало быть моим.

По мышцам прошёл огненный смерч, одновременно заново наполнив меня энергией, но, в то же время принеся чудовищные судороги, сделав меня похожим на жуткую изломанную опустошённую куклу. Малейшая попытка пошевелиться вызывала нестерпимые муки.

Мозг пронзил электрический разряд, подарив россыпь жгучих искр, прожигающих роговицу. Непослушное тело конвульсивно с хрустом выгнулось, а после этого последовало спасительное забытье.

Мелькавшие перед глазами «системки» стали колыбельной, а потом меня просто «выключили».

Глава 5

Главное правило реальности – не запутаться в своих иллюзиях.

(к/ф «Начало», Доминик «Дом» Кобб).

Конечно, после того, что когда-то происходило со мной в «Даяне I», я был готов к очередной порции самых неприятных ощущений, которыми, обычно, виртуальная реальность щедро одаривала в подобных случаях. Причём, чем весомее намечающиеся «плюшки», тем, соответственно, шире спектр болевых ощущений. Понятно, что игрок должен иногда страдать, но в некоторых случаях это бывает чрезмерным.

Вот только я никак не ожидал, что меня попросту выбросит в «реал». Не на Круг Возрождения, ни на Божественный план, а просто вышвырнет из игры.

Не знаю, это очередной «глюк», или просто таким образом мою тушку решили пощадить, но при попытке войти в игру, я продолжал упираться в лаконичное:

«Уважаемый игрок!

Просим прощение за временные неудобства.

В данный момент происходит перенастройка вашего игрового аватара.

Примерное время ожидания: 2:59:15 часа».

«Три часа? – мысленно ахнул я. – Они что, мне там операцию по пересадке всех внутренних органов затеяли?».

Самым неприятным было то, что я не знал, чем всё это закончилось. По идее, Искра Ариэла теперь у меня, так что главной цели мы добились: сделали поход «Милитари» абсолютно бесполезным. В очередной раз прищемили им хвост.

«Чувствую, что после этого на меня откроется настоящая охота, на фоне которой мои "траблы" с "Красотками" покажутся играми в песочнице. Если бы мне два раза подряд сорвали рейд, на который угроена «туева хуча» ресурсов и денег, я бы что-то с этим делал. Такое не прощается».

Также я не знал, где сейчас находился мой игровой персонаж. Остался ли он в игре, или растворился с вынужденным выходом? Хотелось надеяться, что два Бога смогут о нём позаботится, но все мы хорошо знаем фразу: «На Богов надейся, а сам не плошай».

От тягостных размышлений меня оторвала пронзительная трель смартфона, прозвучавшая, как гром в тишине квартиры, заставив меня непроизвольно вздрогнуть.

Со вздохом я выполз из «саркофага» и потопал к журнальному столику, где и находилась оставленная там злосчастная трубка.

– Да, – устало ответил я, как только увидел знакомые цифры. – Да откуда? Меня выбросило оттуда… Что? Ты серьёзно? Хорошо, сейчас посмотрю… Сейчас? Ну если есть возможность – подгребай, конечно. Димон, и это… мы не обидимся, если ты по пути зацепишь что-нибудь пожрать. У нас в холодильнике пусто. Ага, хорошо. Давай, жду.

Сбросив вызов, я взглянул на часы. Почти полдень. Получается, что со всеми этими приключениями мы проторчали в «Даяне I» всю ночь, ухватив еще половину следующего дня.

Нехило так поиграли.

Дядя Женя ещё продолжал находиться в капсуле, следовательно, после его первой смерти прошло пятнадцать минут, и он зашёл туда повторно.

«Ну, значит, и не буду ему мешать, – решил я, направляясь в ванную. До приезда Димона оставалось около часа, так что я решил потратить это время с пользой. Да и что-то мне подсказывает, что дядя Женя долго не продержится в той мясорубке, которую там устроили "Милитари"».

Обшарив несколько раз жилище, мне к своей досаде, не удалось найти ни одной сигареты. Курить хотелось жутко, что со мной бывает нечасто. А здесь, прямо, полцарства за сигарету готов отдать. Даже проверил карманы дядиной куртки, но – безрезультатно. Табака в доме не было.

«Ладно, придётся сходить, – пожал плечами я. Благо табачный магазин располагался в соседнем доме. – Раз дядя Женя сказал, что опасаться нечего, почему бы и не пройтись. А то скоро такими темпами я рискую превратиться в бледную моль, не видевшую солнечного света».

На приведение себя в порядок ушло около десяти минут. Ещё десять я потратил на то, чтобы найти в вещах наименее мятую, но при этом чистую футболку, и впрыгнуть в джинсы.

Смахнув со стола смартфон, ключи от квартиры и картхолдер, я вышел из квартиры. Если за время моего отсутствия дядя Женя выйдет в «реал» – догадается набрать.

Толкнув подъездную дверь, я оказался на улице.

Погодка сегодня стояла просто изумительная. Именно в такую погоду хорошо оказываться на каком-нибудь водоёме, где разрешено купание. День подобного качественного «релакса» с водой, песком и минимальным наличием шумных людей во�