Вопросы юридического образования. Том 1

Вступление

В первый раздел сборника научных трудов включены работы основоположников научной школы коллектива кафедры конституционного и муниципального права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) «Школа Российского конституционализма», посвящённые задачам, традициям и ценностям высшего юридического образования; основным подходам к преподаванию государственно правовых наук: конституционного и муниципального права конституционного права зарубежных стран, спецкурсов.

Основоположники научной школы в своих работах исследуют и анализируют методики различных форм воспитательной работы со студентами в условиях очного и заочного вуза, методики преподавания государственно правовых наук в изменяющихся общественно-правовой действительности, методики различных форм образовательного процесса. Обозначаются проблемы обновления содержания государственно правовых дисциплин и предлагаются пути их решения.

В юридическом образовании нам следует сохранять свои традиции¹

Кутафин О. Е., Требков А. А.

академик РАН, ректор Московской государственной юридической академии, вице-президент Союза юристов России О. Е. КУТАФИН и председатель Международного союза юристов, президент Союза юристов России А. А. ТРЕБКОВ размышляют о значении самоорганизации юристов для развития гражданского общества в России и укрепления взаимосвязей России и государств – членов СНГ

Вот уже 15 лет Россия переживает бум юридического образования. Специальность «юриспруденция» стала одной из самых востребованных на рынке образовательных услуг. Достаточно сказать, что если наши вузы при советской власти готовили столько юристов, что в целом по стране их было меньше, чем в одном Мадриде, то сегодня картина резко изменилась. Это объясняется не только спросом на юристов, но и спецификой нашей профессии, потому что многие связывают ее, в частности, с достаточно высокой зарплатой и престижностью.

Как-то ко мне обратился ректор одного московского технического института с просьбой помочь организовать юридический факультет. Я спросил: «Зачем?». «Я хочу готовить инспекторов ГАИ», – ответил он. Интересно, как бы медики посмотрели на то, если б на юридическом факультете МГУ готовили стоматологов. Наверное, это вызвало бы недоумение. Так же и у нас, у тех, кто работает в государственных юридических вузах, подобные вещи вызывают недоумение.

Казалось бы, мы, юристы, и те, кто занимается подготовкой кадров, должны были бы радоваться возникшему буму. Но должен сказать, что на самом деле мы весьма огорчены и испытываем опасение, что скоро в нашей стране настоящих юристов не останется, так как они растворятся в бесконечном потоке готовящихся юристов, которые никому не нужны из-за профессиональной непригодности.

Впрочем, для нашей страны это явление не новое. Когда Александр II провел реформы, в России тоже начался бум подготовки юридических кадров. Дело доходило до того, что половина всех студентов России учились на юристов. Произошел такой наплыв выпускников, что тех должностей, на которые они могли рассчитывать, не хватило. Выпускники стали постепенно делиться на тех, кто способен работать, и тех, кто не способен. В то время бум проходил в рамках вузов состоявшихся – Московского, Санкт-Петербургского, Казанского университетов. Понятно, что и тогда речь шла о перепроизводстве юристов. Сейчас проблема несколько в другом.

Вузы, которые готовят юристов, в принципе не вызывали бы никакой критики, будь уверенность, что они когда-нибудь и куда-нибудь «пристроят» своих выпускников, и если эти вузы отвечали бы своему назначению – располагали необходимым кадровым составом, помещениями, библиотеками и так далее. Поскольку же у большинства «новоиспеченных» вузов всего этого нет, то возникает первый вопрос: какое они имеют право на существование? Но дело даже не только в этом.

Зачастую у нас бытует неправильное представление о том, что такое вуз. Некоторые считают, что достаточно пригласить академиков, прочитать курсы по нашим 55 юридическим предметам (кстати говоря, раньше их было всего 13) и все – выпускник, так сказать, состоялся. На самом деле вуз – это совсем другое. Это не просто лекторий. Это своя атмосфера, это определенный дух, содружество преподавателей и студентов, что приносит те плоды, которые, студент должен получить в результате учебы. Студент смотрит на преподавателя со всех точек зрения: как и что он говорит как он одет и многое другое.

В Москве существуют около 90 юридических вузов и факультетов, которые могут обслужить преподователи всего нескольких учебных заведений: МГУ, РУДН, МГЮА, ГП РАН, ИСЗиП. И это все, т. к. других квалифицированных кадров нет. Поделите этих людей на 90 вузов, и вы поймете, кто там преподает.

Есть проблемы и более узкого характера. Юридические вузы, которые существуют уже много лет, испытывают целый ряд собственных трудностей. Первая трудность – то, что мы имеем дело со слабо подготовленными абитуриентами. Все вузы страны обвиняются в том, что они занимаются репетиторством, создают курсы по подготовке к поступлению. На самом деле, редкий выпускник школы, который не готовится дополнительно, может поступить в юридический вуз обычным путем. Поэтому если мы хотим что-то изменить в лучшую сторону, нужно менять положение в школе, которая, к сожалению, деградирует с каждым годом.

Еще один вопрос, связанный опять же с абитуриентами. Стало модой устанавливать льготы для разных категорий граждан. На Сахалине наводнение или в Краснодаре что-то случилось – давайте создадим возможность поступить в вуз, ты сирота – то же самое. Начнем с того, что это противоречит Конституции. Люди, которые так решают вопросы в правительстве, не учитывают одной вещи. Дело в том, что при советской власти не было статьи, где было бы сказано, что в вуз на бюджетной основе можно поступить только в результате конкурса. Тогда этого не было, а сейчас это закреплено в Конституции. В те времена Совет Министров мог принять положение о порядке приема и там записать многое: льготы военнослужащим, еще кому-то, и это не противоречило ничему, кроме здравого смысла. Нынешняя же Конституция это запрещает. Так что может существовать только одна льгота – необходимый образовательный уровень.

Другая трудность нашей работы состоит в том, что мы постепенно утрачиваем преподавательский корпус. Это связано со многими обстоятельствами, но первое из них – это, конечно, низкая оплата труда и полное отсутствие престижности преподавательской профессии. Когда-то М. В. Ломоносов просил Екатерину II дать профессору оклад, равный окладу капитана русской армии. Сегодня профессор получает в два раза меньше, чем лейтенант российской армии. Скажите, пожалуйста, где мы возьмем преподавателей, если сегодня уборщица в вузе в материальном отношении чувствует себя гораздо лучше, чем профессор?

Этот процесс кажется незаметным, но лучшие кадры постепенно уходят, а замены им мы практически не даем. Почему? Во-первых, потому что это, как я уже сказал, не престижно. Во-вторых, потому что нас захлестнули разного рода негативные явления. Например, кандидатские диссертации кто-то пишет за кандидатов, докторские кто-то пишет за докторов. И все это нередко продается и покупается. Бороться с подобными вещами практически не то, что невозможно, но, по крайней мере, не принято.

Я с уважением отношусь к губернаторам, но скоро, по-моему, ни одного губернатора не останется без ученой степени. Почти все они доктора – доктора юридических, экономических и иных наук. У меня возникает вопрос: как человек, который занят серьезным делом, может написать сначала кандидатскую, а спустя шесть месяцев – докторскую диссертацию? Это не шутка, это трагедия, потому что сейчас очень многие идут по такому пути.

Еще одна проблема – учебники. У нас в стране существует свобода слова, печати, митингов, демонстраций и прочего. Вследствие этого есть возможность выступить и высказаться практически по любому вопросу, и люди начали писать: и те, кто умеет, и те, кто не очень умеет, а потому учебников сейчас стало больше, чем преподавателей по предмету.

В МГЮА дело с учебниками обстоит следующим образом. Не можешь писать – мы не заставляем, посвяти себя полностью преподаванию, а если можешь – пиши. Сегодня – я не знаю, с чем это связано – каждая кафедра, каждый институт считают своим долгом иметь свой учебник. Причем качество этих учебников не то, что вызывает сомнения, но часто – возмущение. Я уже не говорю о том, что авторы таких «учебников» друг у друга их переписывают. А как студенту во всем этом разобраться?! Большинство ведущих преподавателей не знают авторов этих учебников. По конституционному праву России, например, существует больше 70 учебников. Я занимаюсь всю жизнь этим предметом и могу сказать, что только половину учебников прочитал. Взялся за вторую половину и убедился, что там все то же самое: где-то переписано, где-то очень знакомо.

Я думаю, что человек имеет право писать что угодно, но мы не имеем права разрешать ему пускать подобную книгу в массовый оборот, называя ее учебником. Пожалуйста, творите, что хотите, но на право издания учебной литературы должен быть конкурс. А в зависимости от результатов конкурса министерство рекомендовало бы тот или иной учебник.

Много и других проблем. Скажем, проблема, связанная с возросшим потоком информации. Конечно, в каждом уважающем себя юридическом вузе есть компьютерные классы и соответствующие кафедры: студент обязан уметь пользоваться компьютером. Однако уметь пользоваться компьютером далеко не достаточно. У нас не хватает юристов, которые могут разрабатывать компьютерные программы, и это обстоятельство практически уже завтра поставит нас в совершенно недопустимое, с точки зрения практики, положение.

Еще одна проблема. Мы традиционно, со времен Российской империи, имеем несколько видов практики: ознакомительная, производственная и преддипломная. Я не думаю, что эта важнейшая образовательная форма используется эффективно. Полагаю, что здесь (если говорить о наших резервах совершенствования учебного процесса) большой ресурс.

Хотел бы заострить внимание еще на двух вопросах: введение единого государственного экзамена и так называемый «Болонский процесс».

Что касается единого государственного экзамена, то лично я не против этой идеи, хотя не знаю, откуда она взялась. Считаю, что полезность этого нововведения стоит сначала проверить в школе. Не секрет, что там бывает круговая порука, и учителя школьникам и друг другу «помогают». Тогда почему бы не назначить независимую экспертизу и проверить, какие знания на самом деле школьники получают. Но оставьте в покое вузы! Не знаю, как в другие, но в юридические вузы поступление только по анкете – явное недоразумение. Я уже не говорю о том, что, скажем, качество анкеты из Якутска будет заведомо отличаться от качества анкеты из любого района Москвы или других крупных городов. Думаю, что к этой проблеме, по крайней мере, некоторым вузам нужно вернуться. Сейчас, насколько я понимаю, МГУ, МГЮА, Медицинская академия продолжают «держать оборону» и предлагают продолжить эксперимент. Если единый государственный экзамен – это эксперимент, то почему бы не сделать экспериментом отсутствие единого государственного экзамена и посмотреть, что лучше.

Теперь что касается «Болонского процесса». Считаю, что мы, конечно, должны быть его участниками. Следует знать и изучать европейское право, что, собственно, у нас в МГЮА и делается. Мы должны наших студентов готовить таким образом, чтобы где бы они ни появились, в Москве или Нью-Йорке, чувствовали себя уверенно. Тем более, что наши студенты для этого имеют все основания, поскольку подготовка юриста широкого профиля дает возможность быть на высоте в любой ситуации. Тем более, в условиях нашей кадровой неразберихи, постоянных изменений в законодательстве, в которых сегодня нормальному человеку невозможно разобраться. Требуются юристы, которые могли бы легко ориентироваться в любых нюансах, чего, кстати говоря, многие зарубежные вузы обеспечить не могут. Точнее говоря, не то, что не могут, просто у них иная система.

С другой стороны, нужно ли нам из солидарности с Европой отказаться от нашей системы и традиций? Думаю, что нет. Возьмем переход на бакалавриат. Я как-то спросил у химика: «Что вы будете делать с бакалавром-химиком?» Он ответил: «Возьму на работу лаборантом, выше мы просто не можем его поставить». Боюсь, что с юристами-бакалаврами будет аналогичная ситуация.

Давайте взглянем шире. Нам нужны юристы со знанием иностранных языков, юристы должны знать и это, и то. Но как, например, за четыре года можно изучить иностранные языки после школы, которая чаще всего ничего или почти ничего не дает?! В МГЮА введено пятилетнее изучение иностранных языков, на некоторых направлениях изучаются два иностранных языка. Времени на все это нам, естественно, не хватает. Мы хотели просить министерство, чтобы нам еще полгода прибавили только ради изучения иностранных языков, но сейчас это желание становится бессмысленным, так как четырехлетнее обучение (на бакалавра) – это совершенно иной уровень требований.

Я за вхождение в европейское сообщество. Я за то, чтобы мы использовали международный опыт, чтобы мы были на уровне и наших, и европейских ведущих вузов. Но не следует бездумно ломать собственные национальные традиции.

До сих пор все в мире, начиная от американцев и кончая африканцами, ссылались на нас как на страну, которая умеет готовить кадры. Так почему мы все это хотим отбросить и присоединиться к тем, кто, как показывает опыт, не всегда умеет делать это лучше нас?

Немцы в 2003 году решили у себя провести реформу именно юридического образования, потому что у них оно было рассчитано на двенадцать лет. Это, наверное, перебор, но это факт. Сейчас в Германии переходят на четырехлетнее образование, но с оговорками, что только для определенных категорий юристов. Тот, кто хочет быть, к примеру, адвокатом, должен после окончания обучения сдать дополнительный экзамен. Они, с одной стороны, вроде бы уступают Европе, а с другой – сохраняют свои традиции. Руководство Кембриджского университета также заявило, что очень любит Европу, но от своей системы отступать не собирается.

В целом переход на “Болонскую систему» образования – дело непростое и очень ответственное. Об этом свидетельствуют, в частности, широкие дискуссии в рамках Европейской ассоциации юридических факультетов, членом которой является МГЮА. Мы в Академии также ведем работу в этом направлении, однако на практике намерены действовать крайне осмотрительно, руководствуясь принципом «не навреди». Полагаю, что этот принцип будет положен и в основу деятельности Учебно-методического объединения по юридическому образованию вузов Российской Федерации.

Союз юристов России и вопросы единства юридического сообщества²

Кутафин О. Е.

Гражданское общество, по общепринятому мнению, является основой правового государства. Между тем юридические характеристики институтов гражданского общества отсутствуют, не проводится анализ их взаимосвязи с действующей правовой системой. Роль гражданского общества в проведении судебно-правовой реформы должна быть существенной, а может быть, и решающей. Не последнее значение имеет и деятельность общественных организаций юридического сообщества.

Именно в этом свете нам хотелось бы поделиться размышлениями, подводя итоги почти пятилетней деятельности Союза юристов России. Союз создан 24 февраля 2000 г. для решения следующих задач:

– содействие созданию условий для активной профессиональной и общественной деятельности своих членов;

– содействие укреплению правовой основы деятельности юристов, их социально-правовой защищенности;

– повышение престижа профессии юриста, воспитание юристов в духе неукоснительного соблюдения положений закона, норм профессиональной этики;

– содействие объединению усилий юристов Российской Федерации в деле формирования правового и социального государства, обеспечения индивидуальных и коллективных прав и свобод граждан;

– привлечение широкой юридической общественности к участию в правовых, гуманитарных и иных проектах и программах;

– содействие реализации гуманных и миролюбивых инициатив общественных и государственных организаций, проектов и программ международного и национального развития;

– развитие всестороннего сотрудничества между юристами, содействие укреплению связи между юридической наукой, образованием и практикой;

– содействие укреплению мира, дружбы, доверия и взаимопонимания между народами, консолидации с национальными, региональными и международными организациями юридической общественности³.

В Послании Федеральному Собранию Российской Федерации от 26 мая 2004 г. В. В. Путин отметил: «Без зрелого гражданского общества невозможно эффективное решение насущных проблем людей. Качество их повседневной жизни прямо зависит от качества общественно-политической системы. И здесь у нас, конечно, есть еще немало вопросов.

Несколько слов о роли неполитических общественных организаций. В нашей стране существуют и конструктивно работают тысячи гражданских объединений и союзов. Но далеко не все они ориентированы на отстаивание реальных интересов людей. Для части этих организаций приоритетной задачей стало получение финансирования от влиятельных зарубежных фондов, для других – обслуживание сомнительных групповых и коммерческих интересов, при этом острейшие проблемы страны и ее граждан остаются незамеченными.

Должен сказать, что когда речь идет о нарушениях фундаментальных и основополагающих прав человека, об ущемлении реальных интересов людей, голос подобных организаций подчас даже не слышен».

Высказанное Президентом критическое замечание не относится к Союзу юристов России, который проводит серьезную работу по укреплению юридического сообщества, по совершенствованию правосознания населения. Хотелось бы обратить внимание на направление общественной деятельности, которое не слишком популярно в нашей стране. Речь идет о сохранении связей и контактов между Россией и государствами Содружества Независимых Государств.

Союз юристов России создавался той частью юридического сообщества, которая активно содействовала продолжению и даже активизации работы Международного союза юристов – правопреемника Союза юристов СССР.

При активном участии нашей организации была выдвинута концепция единого правового пространства Европы и СНГ, в рамках реализации которой Россия и страны Содружества не только остановили бы нарастающий процесс расхождения правовых систем, но, наоборот, скрепили свои отношения единством правовых подходов, особенно в сфере экономического законодательства. В течение пяти лет Союз юристов России в тесной координации с Международным союзом юристов проводит напряженную работу, направленную на объединение усилий юристов стран Содружества Независимых Государств в решении представляющих общий интерес проблем, в первую очередь – по формированию гражданского общества и сближению экономик.

Проводя мероприятия, связанные с обсуждением и разработкой проблем судебно-правовой реформы, Союз юристов России всегда старался провести сравнительно-правовой анализ ситуации в различных странах СНГ.

На Международном юридическом форуме в январе 2003 года была единодушно поддержана Концепция единого правового пространства Содружества Независимых Государств и Европы. В октябре того же года в Москве был проведен двухдневный семинар с казахскими коллегами по вопросам судебно-правовой реформы в России и Казахстане. Союз юристов России регулярно проводит совместные конференции, семинары, рабочие встречи с представителями организаций юридического сообщества стран СНГ и регионов России. Эти мероприятия ориентированы на поиски решений самых насущных проблем в различных областях правоприменительной практики. Нет ни одной отрасли российского права, по проблематике которой наш Союз не провел бы за прошедшее время конференции или семинара, не выступил бы с публикациями, включая солидные монографии.

Тем не менее при объединении наших усилий со всеми общественными организациями всё юридическое сообщество нашей страны, а также гражданское общество, ради становления и укрепления которого мы и работаем, только выиграли бы.

Еще раз процитируем Президента России:

«Без действительно партнерских отношений между государством и обществом не может быть ни сильного государства, ни процветающего, благополучного общества. Здесь нужен диалог на равных. И мы осознаем, что эффективность этого диалога в значительной степени зависит от нас, от представителей власти, от власти в целом. В этой связи мы готовы пойти на необходимые и организационные и, если потребуется, законодательные меры; готовы обеспечить эффективную «обратную связь» общества с госаппаратом, во всяком случае, мы потребуем это сделать. Мы готовы внимательно слушать и слышать то, что вы предлагаете. И полагаю, что именно сейчас, когда для России и ее граждан наступило время действительно больших возможностей, такое сотрудничество может стать очень продуктивным, оно нужно нашему государству»⁴.

Отсутствие обратной связи зачастую не дает юридическому сообществу возможности корректировать или развивать инициативы, в частности, в сфере экономического законодательства. Это наглядно проявляется, например, в организации преподавания правовых дисциплин в средней школе и вузах страны. Изданы качественные учебники и пособия (в том числе по конституционной экономике – отдельно для школ и для вузов). И хотя эти учебные пособия используются в тысячах средних школ по всей стране, мы не чувствуем поддержки наших инициатив со стороны соответствующих государственных органов. Еще более важным может быть изучение в школах основ конституционного права. Без активизации позиции государства невозможно решить проблему формирования демократического правосознания всего населения, но в первую очередь молодежи. Здесь Союз юристов как бы восполняет определенное бездействие государственных органов по направлению развития стратегии долгосрочных отношений России и СНГ.

Сила Союза юристов России заключается в творческом диалоге представителей разных юридических профессий между собой. В развитых правовых системах взаимное общение судей, прокуроров, ученых, адвокатов, нотариусов в рамках общих общественных ассоциаций юристов содействует росту профессионализма внутри юридического сообщества и его более активной «внешней» позиции, прежде всего в отношениях гражданского общества и государства.

В последнее время стал налаживаться диалог с Международным союзом (содружеством) адвокатов, на последнем съезде которого в мае 2004 года единодушно поддержана концепция единого правового пространства. Результатом этого диалога стало совместное постановление, текст которого приводится в завершение этой статьи.

Через 5 лет высшее образование в России может стать фикцией⁵

Кутафин О. Е.

Вступительные экзамены в российские высшие учебные заведения в очередной раз обострили проблему, о которой, как ни странно, очень мало говорят в контексте проводимой в стране реформы образования. Речь идет об уровне зарплат профессорско-преподавательского состава в вузах России.

В Советском Союзе, например, профессор высшего учебного заведения имел зарплату 450 руб. Это значило, что он получал на 50 руб. меньше министра; на 100 руб. больше, чем секретарь районного комитета партии в Москве; всего на 100 руб. меньше, чем первый секретарь Московского городского комитета партии. Доцент получал столько же, сколько первый секретарь райкома партии. Естественно, что молодые люди стремились поступить в аспирантуру, защитить диссертацию, работать в высшей школе.

В Китае преподаватели получают 1000 долларов США как минимум. У нас сейчас даже близко этого нет. Нет ни одной страны в мире, которая по уровню оплаты труда профессорско-преподавательского состава не могла бы с нами конкурировать! Это позорно.

В свое время министр, генеральный прокурор порой меньше получали, чем я – ректор юридического вуза. Был период, когда у меня была зарплата 550 руб., а у министра образования Геннадия Алексеевича Ягодина – 500 руб.; у генерального прокурора – и того меньше. А сегодня генеральный прокурор получает в десятки раз больше, чем ректор!

Что меня особенно удивляет – в выступлениях руководящих работников министерства образования и науки, ректоров вузов никогда не говорится о зарплате. Такое впечатление, что у нас такой проблемы нет. Президент России, выступая на съезде ректоров, сказал, что у вас, мол, с зарплатой все более или менее нормально: только в течение последнего года она выросла в пять раз. Но зарплата выросла не в пять раз, а на 50 %!

У меня складывается впечатление, что люди, которые должны ставить эти вопросы, либо чего-то боятся, либо находятся в таком положении, когда лично их не интересуют эти вопросы.

Мы сегодня перенимаем у Запада очень многое: ЕГЭ, двухуровневую систему подготовки бакалавр-магистр… Не берем только уровень зарплат преподавателей, А между тем это единственное, что по большому счету нам нужно было бы скопировать у Запада. Да и не только у Запада.

Скажу про близкую мне сферу юридического высшего образования. В связи с недофинансированием зарплат падает качество этого образования. А это вещь далеко не безобидная. Да, в коммерческих вузах могут платить преподавателям более высокую зарплату. Но только за счет сокращения учебных часов. Скажем, на курс «Гражданское право» положено 600 часов; а в коммерческих вузах его дают за 60. За счет этого и происходит экономия средств, но качества нет никакого. Выпускники этих вузов никому не нужны, без блата они просто не смогут устроиться на работу.

Во Франции эта проблема решена так: каждый преподаватель является государственным служащим. Он получает такую же зарплату, как государственный служащий соответствующего ранга. У нас за последние годы зарплата чиновников возросла в десятки, если не в сотни раз. Но вот преподавательского корпуса эта тенденция практически не коснулась. Мы не считаемся государственными служащими: мы на службе, но не государственные служащие. В этом хитрость!

Несомненно, правильно, что судьи и прокурорские работники получают по 60 и более тысяч рублей зарплаты. Но почему людей, которые готовят квалифицированные кадры прокурорских работников и судей, забыли? Мы теряем профессорско-преподавательский корпус, умирают научные школы. Если у нас, в системе высшего юридического образования, такое творится, то что уж говорить о технических вузах.

На мой взгляд, просто необходимо, чтобы преподаватели высшей школы были официально введены в ранг государственных служащих и приравнены к ним по уровню оплаты труда. Это единственный выход из создавшегося положения. Нужно понять: речь идет о том, чтобы государство воспроизводило кадры специалистов, без которых оно просто не сможет существовать. Надеяться на повышение зарплаты так, как это делается, – по 10 % в год – смешно. Если мы срочно не примем эти меры, то я вас уверяю, что к концу 2012 преподавание станет – фикцией: малограмотные люди будут готовить абсолютно малограмотных специалистов. Вот этот – процесс, уж точно, самовоспроизводится.

Формы воспитательной работы со студентами в условиях заочного вуза⁶

Кутафин О. Е.

Коммунистическая партия и Советское правительство поставили перед высшей школой задачу подготовки специалистов, у которых безукоризненное знание дела сочеталось бы с глубокой идейной убежденностью. Современный специалист не может считаться полноценным, если он не видит ничего дальше своей специальности. И наша высшая школа стремится к тому, чтобы все ее воспитанники входили в жизнь убежденными марксистами-ленинцами, живо интересующимися судьбой своей страны, знакомыми с законами общественного развития, умеющими пользоваться этими законами н стремящимися быть активными участниками коммунистического строительства. Именно поэтому подготовка специалистов в любом советском вузе, независимо от того, какая форма обучения в нем используется – очная, вечерняя или заочная, неотделима от воспитания студентов.

Однако если задачи всех советских вузов, связанные с воспитанием студентов, едины, то способы их реализации, формы воспитательной работы со студентами в вузах с различной формой обучения имеют свою специфику.

В условиях заочного вуза главную роль в воспитании студентов играет учебная работа. Установочные лекции, семинарские и практические занятия в сессионный и в межсессионный период, индивидуальные и групповые консультации, учебная и учебно-методическая литература – все это призвано не только помочь студентам-заочникам получить прочные теоретические знания н определенные практические навыки по специальности, но и способствовать привитию им навыков классового подхода к оценке явлений современности, формированию у них высокого морального облика строителя коммунизма.

Особенно важную роль в воспитании студентов-заочников играют общественные дисциплины. Они дают студентам знание марксистско-ленинского учения, без которого при современном уровне развития науки невозможно по-настоящему глубоко овладеть необходимыми специальными знаниями, сформировать действительно научное мировоззрение. Роль учебной работы в воспитании студентов-заочников предопределяет и формы воспитательной работы в условиях заочного вуза. Они могут быть самыми разнообразными. Однако цель их одна – способствовать успешному выполнению студентами-заочниками учебного плана.

Во Всесоюзном юридическом заочном институте такими формами воспитательной работы являются: работа преподавателей – кураторов студенческих групп н преподавателей, прикрепленных к этим группам по предметам, общественных деканов курсов, итоговые собрания студентов по курсам п группам, приглашения на заседания кафедр и предметно-цикловых комиссий отстающих студентов и оказание им конкретной помощи, а также ознакомление их с опытом работы хорошо успевающих студентов, деятельность студенческих советов и др.

В рамках студенческой группы главную ответственность за воспитательную работу со студентами несут кураторы групп и преподаватели, прикрепленные к группам по предметам.

Куратор группы является помощником декана факультета (зав. УКП) в деле воспитания студентов группы н выполнения ими в срок учебных планов.

Куратор утверждается деканом факультета (зав. УКП) по рекомендации общественных организаций на весь срок обучения группы студентов в институте. Он осуществляет воспитательную работу среди студентов своей группы, принимает меры к укреплению учебной дисциплины, осуществляет контроль за выполнением ими учебного плана, направляет работу старосты группы. Куратор систематически анализирует данные о ходе выполнения учебного плана группы и принимает меры к ликвидации студентами академической задолженности, не менее двух раз в семестр (для студентов, проживающих в месте нахождения факультета или УКП) или не менее одного раза в семестр (для всех остальных студентов) проводит собрания группы по итогам выполнения учебного плана, на обсуждение которых выносятся все случаи систематического невыполнения учебного плана и нарушения дисциплины отдельными студентами.

Куратор обязан знать каждого студента своей группы. Для этого он знакомится с личным делом каждого студента, проводит с ними регулярные беседы, устанавливает контакты с руководством учреждения (предприятия) и представителями общественных организаций по месту работы студентов группы.

Он поддерживает постоянную связь с преподавателями, прикрепленными к группе по предметам, помогая им в активизации работы студентов по выполнению письменных работ и участию в других формах учебного процесса.

Куратор группы во всей своей деятельности отчитывается перед руководством факультета (УКП) и общественными организациями.

Прикрепление преподавателей по предмету к учебной группе производится деканатом факультета (зав. УКП) по рекомендации кафедры (ПЦК).

Прикрепленный преподаватель ведет в своей группе все виды учебной работы, оказывая студентам необходимую помощь в изучении соответствующего курса, проводит тематические консультации и практические занятия в межсессионный период, в вечернее время, в субботние или воскресные дни. По окончании учебно-экзаменационной сессии он анализирует итоги сессии, выясняет причины неявки на сессию отдельных студентов и сообщает их кафедре (ПЦК).

С целью ликвидации задолженности прикрепленный преподаватель после сессии по мере необходимости организует и проводит индивидуальные и групповые консультации, тематические и иные занятия.

Студенты, проживающие в месте нахождения или вблизи факультета (УКП), вызываются прикрепленным преподавателем с целью выяснения причин образования задолженности по данному предмету и оказания необходимой помощи. Остальным студентам он направляет письма аналогичного содержания. Преподаватель ведет учет выполнения учебного плана каждым студентом.

В рамках курса вся воспитательная работа преподавателей со студентами координируется и направляется общественным деканом курса. Общественный декан является помощником декана факультета (УКП) в деле воспитания студентов курса и успешного выполнения ими учебного плана. Он утверждается деканом факультета или заведующим УКП по рекомендации общественных организаций на срок до окончания института студентами закрепленного за ним курса. Общественный декан курса руководит работой кураторов групп и координирует деятельность преподавателей, прикрепленных к группам по предметам, помогает декану (зав. УКП) в осуществлении контроля за выполнением учебного плана студентами курса, принимает меры к укреплению учебной дисциплины среди студентов, к ликвидации ими академической задолженности.

Он имеет право требовать от кураторов групп и прикрепленных по изучаемым дисциплинам преподавателей представления характеристики успеваемости студентов, вызывать студентов для беседы о выполнении учебного плана, о соблюдении дисциплины и по всем другим вопросам учебного и воспитательного характера, представлять декану (зав. УКП) материалы о поощрении студентов, а также о наложении на них взысканий за нарушение учебной дисциплины.

О своей деятельности общественный декан регулярно отчитывается перед деканом факультета (зав. УКП), а также перед общественными организациями факультета (УРП).

Во всей своей работе общественный декан опирается на студенческий совет курса.

Студенческий совет – это орган студенческой самодеятельности, призванный содействовать своевременному выполнению студентами учебного плана, повышению академической успеваемости, укреплению учебной дисциплины, расширению участия студентов в проводимых деканатом (зав. УКП) н общественными организациями факультетов и УКП политико-воспитательных и культурно-массовых мероприятиях.

Студенческий совет является выборным органом. Он избирается для работы в течение всего учебного года на общем собрании студентов курса из числа наиболее активных н успевающих студентов учебных групп (по одному-два представителя or группы) и действует под руководством общественного декана курса.

Студенческий совет регулярно созывается на заседания, в которых принимают участие общественный декан курса, кураторы групп, преподаватели, прикрепленные к учебным группам по предмету, а также вызываемые на его заседания студенты. О всех своих решениях, принятых на заседаниях, совет информирует руководство факультета (УКП).

По окончании срока своих полномочий студенческий совет созывает общее собрание студентов курса, на котором отчитывается о своей работе и проводит выборы нового состава совета.

Студенческий совет систематически рассматривает данные о ходе выполнения студентами курса учебного плана и разрабатывает мероприятия по улучшению успеваемости студентов, оказанию помощи отстающим студентам, содействует своевременному прохождению студентами производственной практики.

Совет представляет в деканат (зав. УКП) предложения по улучшению порядка проведения различных учебных мероприятий в межсессионный период и в ходе учебно-экзаменационной сессии (предложения по улучшению порядка проведения учебных занятий, зачетов, экзаменов и т п.), оказывает помощь в распределении дефицитных учебников и учебных пособий между студентами, представляет декану (зав. УКП) предложения о поощрении лучших студентов.

Важной задачей совета является улучшение учебной дисциплины на курсе. Он принимает меры общественного воздействия к ее нарушителям, а в необходимых случаях ставит перед деканатом факультета (зав. УКП) вопрос о применении дисциплинарных мер к студентам, нарушающим учебную дисциплину.

Студенческий совет по мере необходимости может обращаться к общественным организациям и администрации предприятий и учреждений по месту работы студентов по вопросам посещаемости занятий и выполнения ими учебного плана.

Важной формой учебно-воспитательной работы служат итоговые собрания студентов по курсам и академическим группам.

Итоговые курсовые собрания студентов созываются деканатом (зав. УКП) совместно с общественными деканами курсов после окончания каждой экзаменационной сессии. Их главная цель – привлечь внимание студентов к наиболее существенным недостаткам в их подготовке по отдельным дисциплинам, обнаружившимся в процессе экзаменационной сессии, ознакомить их с опытом работы лучших, наиболее успевающих студентов, а также заслушать объяснения студентов, получивших на экзаменах неудовлетворительные оценки.

На таких собраниях с анализом работы студенческих групп и отдельных студентов по соответствующим дисциплинам, вынесенным на прошедшую экзаменационную сессию, выступают заведующие кафедрами и ведущие профессора и преподаватели.

Их выступления помогают студентам учесть наиболее существенные недостатки в их самостоятельной работе, содействуют ее лучшей организации в будущем.

Аналогичную цель преследуют и групповые итоговые собрания студентов, созываемые кураторами групп. В отличие от курсовых собраний на них анализируются итоги работы каждого студента группы, обсуждаются нарушения студентами учебной дисциплины (опоздания на занятия и экзамены, случаи пользования «шпаргалками» и т. п.).

Большая роль в деле улучшения успеваемости студентов принадлежит кафедрам и ПЦК. Их задача – не только надлежащим образом организовать учебный процесс по своим дисциплинам, но и держать в поле своего зрения каждого неуспевающего студента вплоть до ликвидации им академической задолженности по дисциплинам кафедры или ПЦК.

Важной формой воспитательной работы кафедры и ПЦК ВЮЗИ с отстающими студентами служит вызов этих студентов на заседания кафедр (ПЦК) и на консультации к преподавателям, прикрепленным к соответствующим студенческим группам по предмету Эти вызовы преследуют цель выявить причины плохой успеваемости студентов по предметам кафедры (ПЦК) и наметить меры помощи этим студентам в освоении соответствующих дисциплин, а также сроки ликвидации ими задолженности

Опыт показывает, что такая индивидуальная работа кафедр со студентами приносит хорошие результаты не только в смысле быстрейшей ликвидации ими академической задолженности, но и в смысле весьма существенного повышения уровня их знаний по данным дисциплинам

Повышению уровня знаний студентов способствуют также широко практикуемые в институте конкурсы на лучшую студенческую группу, на лучшую курсовую и контрольную работы, социалистическое соревнование между студенческими труппами, работа студентов в научных кружках, организуемых преподавателями кафедр, и т п.

В решениях Коммунистической партии неоднократно подчеркивалось, что задачей большой партийной и государственной важности работников высших учебных заведений является решительная наступательная борьба с идеологическими диверсиями империалистических сил, которые пытаются принизить классовое сознание, ослабить идейно-политическое единство народов социалистических стран, разобщить трудящихся, делая ставку главным образом на ревизионистские, правооппортунистические и националистические элементы Это значит, что рассмотренная ранее учебно-воспитательнaя работа со студентами-заочниками может иметь действительный успех и принести желаемые результаты только в том случае, если она будет сочетаться с широким применением разнообразных форм и методов идейно-политического воспитания студентов, помогающего студентам правильно с марксистско-ленинских позиций разобраться в любых событиях нашей внутренней, а также международной жизни, воспитывать у них классовый подход к анализу всех событий, всех явлений, с которыми они сталкиваются в жизни.

Разумеется, воспитанием студента-заочника занимается не только высшая школа. Его воспитывают партийная и другие общественные организации по месту его работы. Однако нельзя забывать и о том, что у вуза, располагающего квалифицированными, политически высокообразованными кадрами педагогов, преподавателей кафедр общественных дисциплин, порой несравненно больше возможностей для идейно-политического воспитания студентов, изучения их настроений и запросов и своевременного ответа на них. И эти возможности необходимо широко использовать.

Во Всесоюзном юридическом заочном институте используются такие формы идейно-политического воспитания студентов, как студенческие теоретические конференции, тематические лекции, посвященные важнейшим событиям в жизни нашей страны и ее истории, вечера вопросов и ответов, доклады о международном положении, о внутренней и внешней политике Советского государства, экскурсии в историко-революционные музеи и по историческим местам, встречи с ветеранами революции, участниками гражданской и Великой Отечественной войн, выставки, посвященные историческим датам нашей страны, и иного рода наглядная агитация.

Большой положительный опыт в проведении подобных мероприятий дала подготовка к празднованию 50-летия Советского государства и дает в настоящее время подготовка к 100-летию со дня рождения В. И. Ленина.

Этот опыт, в частности, показал, что применявшиеся до сих пор формы и методы учебно-воспитательной и идейно-политической работы со студентами дают наилучшие результаты, если они носят целенаправленный характер, используются систематически, с учетом специфики каждого студенческого курса.

С этой точки зрения исключительно важное значение имеет рекомендация Всесоюзного совещания заведующих кафедрами общественных наук высших учебных заведений страны о необходимости проведения идейно-воспитательной работы в каждом вузе по перспективному плану, предусматривающему основные направления и формы коммунистического воспитания студентов на протяжении всего срока их обучения в вузе

Руководствуясь этой рекомендацией, ректорат и общественные организации ВЮЗИ разработали такой план. Он предусматривает объединение и направление усилий всех организаций и подразделений института, всех его преподавателей н сотрудников на достижение одной цели – всестороннего подъема в институте уровня воспитательной работы со студентами.

Единый перспективный план воспитательной работы со студентами ВЮЗИ предусматривает проведение по курсам целого ряда мероприятий воспитательного характера. Среди них массовые мероприятия (торжественное посвящение в студенты, курсовые собрания