Далида. Через Адову пропасть только один путь

Глава 1

Далида отпустила лошадь, скинула верхнее мужское платье и, оставшись в длинной нижней рубашке, осторожно, на цыпочках, в предвкушении прохлады чистой воды, спустилась к неспешно струящемуся потоку.

Как только река коснулась ее ног, по телу побежали мурашки от сладкого удовольствия. Далида ступала медленно и чинно, словно соблюдала таинственный ритуал, наслаждаясь, как вода с каждым шагом поднимается все выше и выше. Река постепенно скрывала ее щиколотки… Колени… Бедра… Белая рубашка быстро намокла, прильнув к ее телу, словно обнимая девушку.

За этой живописной картиной из своего небольшого укрытия, сдерживая дыхание и пытаясь хоть немного унять безудержное сердцебиение, наблюдал приятного вида молодой человек. Он был одет неброско, но дорогие ткани его одежды, все же ясно говорили о том, что юноша принадлежит весьма высокому сословию. Непослушные, цвета каштана волосы, то и дело спадали на его выразительные темные глаза, словно стараясь скрыть от взгляда парня юную красавицу. Молодой человек с раздражением, небрежным движением головы, отправлял их обратно, продолжая, с восторгом влюбленного, созерцать это столь волнительное зрелище.

Будто ожившие от присутствия сказочной девы, солнечные огоньки, играли вокруг Далиды и ласкали ее длинные, темной меди, вьющиеся волосы. Она была похожа на юную нимфу, которая спряталась от своих подружек, и теперь колдует в прозрачных водах тихой реки.

– Амон! Ты что здесь делаешь? – раздался голос за спиной, сосредоточенно наблюдавшего, юноши.

Второй молодой человек, появившийся внезапно и неведомо откуда, бросил взгляд в сторону реки и сам на мгновение застыл, очарованный увиденным. Но тут же спохватился и, пригнувшись, спрятался за лохматый камыш, чтобы Далида, не дай бог, не увидела его.

Это был высокий, стройный, светловолосый юноша. Его высокий лоб и открытый взгляд сияющих голубоватых глаз, выдавали в нем достаточно рассудительного человека, а мягкая улыбка чуть пухлых губ, говорила о живом и даже пылком характере.

– Аргир! Ты чуть не напугал меня! Уходи! – прошептал раздосадованный, застигнутый врасплох, Амон.

– Амон! Ты что здесь? Пялишься на неё? – шёпотом спросил Аргир.

– А где мне, по-твоему, пялиться? На бережок что ли сесть? Она же потом на мне живого места не оставит!

– Амон! – хватая брата за шиворот, зашипел Аргир. – Негоже принцам за юными девицами подглядывать!

И, выволакивая его из камышей, продолжал нравоучения.

– О чем ты думаешь вообще? Разве совесть и здравомыслие ни разу не упрекнули тебя? А если она вдруг заметит, что ты подсматриваешь?

– Пусть! А ты мне не отец, чтобы воспитывать! – стараясь освободиться от крепкой руки брата, прошипел в ответ Амон.

– Зато я брат! Старший! А ты принц! Не уподобляйся глупым распущенным юнцам! Пойдем отсюда!

Далиде показалось, что она услышала какие-то звуки. Девушка обернулась и, обведя глазами берег, задержала свой взгляд на лошади. Лошадь тревожно водила ушами и втягивала широкими ноздрями воздух. Она была напряжена, но не напугана, а вскоре и вовсе опустила голову и продолжила свою мирную трапезу.

Далида еще раз оглядела берег, и не заметив ничего необычного, глубоко вдохнула и нырнула в воду.

– Как ты меня нашел? – сердито спросил Амон, когда они отошли подальше от берега.

– Мимо проезжал… Увидел твою лошадь…

– Ага, хоть бы врать научился!

– Ну, уж прости… Отец послал за тобой. Я искал тебя.

– Отец хочет видеть меня? Что-то случилось?

– Да. Отец отправляет нас в Орлиный замок, чтобы мы продолжили свое обучение среди самых лучших рыцарей.

– А Далида едет с нами? – с волнением спросил Амон.

– Я не знаю, вряд ли генерал отпустит ее. У Ли есть свой прекрасный учитель.

Принцы подошли к своим лошадям и, запрыгнув в седла, не спеша двинулись в сторону королевского замка.

– Разве это не хорошая возможность для Ли приобрести новый опыт и навыки? Пусть возьмет Бая с собой. И мы, как всегда, будем втроем: ты, я и Ли.

Амон приостановил лошадь и вопросительно посмотрел на брата.

– Слушай, в последнее время ты странный какой-то. Без конца о Далиде говоришь. Спрашиваешь, интересуешься. Вон, даже подглядывать начал! Что происходит? Ты влюбился, что ли? – с подозрением спросил Аргир.

Амон нахмурился:

– Это так сильно бросается в глаза?

Аргир разразился смехом.

– Ну, ты даешь! – хлопнув Амона по плечу, воскликнул принц. – И как это тебя угораздило? Мы ведь всегда были как семья. Как братья для нее. Все детство вместе. Я и подумать не мог, что может что-то измениться!

– Как видишь, может! – буркнул Амон.

– И давно это с тобой?

Легкий топот копыт прервал беседу братьев. Они обернулись, желая рассмотреть всадника.

Из-за поворота появилась лошадь, на которой, как заправский наездник, гордо восседала темноволосая девушка.

Братья переглянулись. Они уже и забыли, что объект их обсуждения находился неподалеку.

Далида, приблизившись, осадила лошадь и приветливо улыбнулась. Капельки воды, поблескивая, свисали с ее мокрых локонов и игриво падали на лицо и одежду.

– Не ожидала вас здесь увидеть, – сказала она. – Что вы здесь делаете?

– Мы тут… Гм-м… Выясняли, чья лошадь быстрее… – сказал Аргир первое, что пришло в голову.

– Наперегонки гоняли? Правда? А почему лошади свежие? – искренне удивилась Ли.

Амон кинул в сторону брата многозначительный взгляд, одновременно пытаясь придумать хоть какое-то правдоподобное оправдание.

– А что вы оба красные, как раки? Съели что-то? – не унималась Далида, задирая братьев.

Она искренне веселилась, наблюдая за их замешательством, ни секунды не подозревая, что минуту назад была основной темой их беседы.

– Мы уезжаем завтра, – сказал Аргир, решив, что смена разговора будет самым лучшим выходом.

– Что? Уезжаете?

– Да, Его Величество отправляет нас в Орлиный замок.

– А мне? Мне можно с вами? – взволнованно спросила девушка.

Аргир пожал плечами.

– Отец ничего не сказал о тебе. Думаю, вряд ли генерал тебя отпустит.

– Чушь! Отец всегда был добр и разрешал мне участвовать в любой учебе и тренировках. Я прямо сейчас поеду к нему и спрошу разрешения! Увидимся! – бросила Далида и, пустив лошадь в галоп, скрылась из вида.

Братья вновь переглянулись.

– «Остается только надеяться…», – подумал Амон, провожая девушку долгим взглядом.

Глава 2

Путь девушки лежал через живописные зеленые холмы, мимо небольшой деревушки, принадлежавшей их замку. Местные жители уже давно привыкли видеть туда-сюда снующую Далиду и, порой, в сопровождении юных принцев. Поэтому на ее стремительные скачки уже давно никто не обращал внимания.

Родовой замок семейства Майён, которому принадлежала Далида, стоял недалеко от столицы королевства Мадары, прекрасного города Сирт, который раскинул свои высокие стены от скалы Тан-Ри до реки Мады.

Само же королевство занимало обширные просторы, пролегая вдоль горной гряды, до самых песчаных дюн с одной стороны, и от Верхних озер до Великих холмов – с другой.

Замок Ён, где жила девушка, не был огромен, но в нем находилось все, что нужно для спокойного проживания хозяев и домочадцев. Здесь всегда и все было стабильно, чуть однообразно и предсказуемо.

Вернувшись домой, Далида вихрем ворвалась в кабинет отца.

– Отец! Принцы завтра уезжают в Орлиный замок! – пылко заговорила она.

– Я знаю, Ли.

– Разреши мне ехать с ними!

– Ли, девочка моя, ты останешься здесь, – мягко ответил генерал, вставая из-за рабочего стола. Он направился навстречу дочери, жестом приглашая ее сесть на мягкую кушетку.

Генерал Маир Майён был высоким, статным мужчиной сорока семи лет. Его внешность сочетала в себе аристократическое достоинство и элегантность с воинской выправкой и собранностью. Все это отражалось и в его удивительном, невероятно выдержанном характере.

Своим интеллектом и образованностью генерал мог блистать в любом обществе, но предпочел аскетичную жизнь военного, всем сердцем преданного своему королю и делу.

Мать Далиды умерла, когда девочке было около двух лет. Непонятная болезнь убила ее буквально за считанные недели, и даже самые именитые целители разводили руками, не в состоянии помочь.

Майён, хоть и скорбел о любимой супруге, но не позволил горю его сломить. Он перенес всю свою любовь и нежность на единственную дочь, так больше никогда и не женившись.

Далида была центром вселенной всего дома. Ей было разрешено и позволено все, что только возможно. Генерал не скупился для дочери ни на что. Наряды, украшения, развлечения и прочее баловство были предоставлены девочке в полном объеме.

Но Далида, обожающая своего отца и безмерно восхищающаяся его мужеством и твердым характером, пристрастилась к оружию, верховой езде и рыцарским поединкам. Она презирала роскошь и светский этикет, предпочитая нарядам и украшениям мечи и доспехи.

Когда девочка была еще маленькой, случилось генералу отбить у кочевников несколько измученных рабов. Подлечившись, бывшие пленники разошлись по своим вотчинам, и лишь один отказался покидать приграничную крепость, где тогда служил будущий генерал Майён.

Маир, как человек проницательный, оставил Бая – так звали бывшего раба, – у себя. Бай был родом из самых дальних около океанских земель. Судьба его была трагична и тяжела. Земли, в которых он жил, были завоеваны и разорены, а семья зверски убита на его глазах; сам же он был продан в рабство и много лет не видел нормального человеческого отношения ни к себе, ни к другим собратьям по несчастью. Получив свободу, он долго не раздумывал. Ни дома, ни семьи у него теперь не было, поэтому Бай, в знак благодарности за спасение, решил остаться с Майёном и служить ему, пока не иссякнут силы.

Как оказалось впоследствии, Бай был прекрасным воином, владеющим удивительным искусством борьбы и поединков, которые восхищали даже знатоков.

А Далида стала примерной его ученицей, проводя с наставником столько времени, сколько это возможно для юной леди. Бай же, в свою очередь, полюбил ее, как родную дочь, став для девочки и учителем, и наставником, и личной охраной.

Далида любила общество отца и Бая, но еще больше она любила общество братьев-принцев, с которыми дружила почти с пеленок.

Дружба эта перешла, можно сказать, по наследству. Аристократ Маир Майён был не только генералом, но и верным соратником и другом короля.

Родители никогда не препятствовали дружбе детей, разрешая им дни напролет играть, веселиться, а после и тренироваться вместе. Бедной королевской прислуге приходилось терпеть озорство троих непосед, которым все и почти всегда сходило с рук.

А повзрослев, друзья и не заметили, как некоторые их чувства приобрели совсем иной оттенок.

И вот теперь, когда Далида обратилась к отцу с просьбой, а Маир, не с того не с сего вдруг, отказал, Ли оторопев, непонимающе смотрела на него, пытаясь угадать истинную причину отцовской немилости.

– Отец, но ведь там учатся лучшие рыцари! – попыталась убедить она его, усаживаясь рядом на кушетку. – Я думаю, что это могло бы пойти мне на пользу. К тому же Бай поедет со мной, он будет мне помогать. И если что уж случится, то защитит… – и, немного помолчав, добавила самым нежнейшим голоском: – Я буду очень внимательна, буду беречь себя.

– Нет, Ли, ты останешься здесь.

– Но почему, пап? Почему ты запрещаешь мне? Неужели я в чем-то провинилась перед тобой? – вскрикнула Ли, еще сильнее недоумевая.

– Девочка моя, наверно, нам пришло время поговорить по-взрослому. Пожалуйста, пойми, что принцы уже выросли, им пора брать ответственность и приобщаться к государственным делам. Его величество желает, чтобы у королевства были крепкие основы власти. Чтобы Аргир и Амон больше сблизились, стали поддержкой друг для друга. Ведь у каждого из них свое будущее. И между братьями должно быть полное доверие, чтобы в будущем у них даже мысли не возникло делить власть между собой или восстать друг против друга.

– Отец, но чем я могу этому помешать?

– Ли, время игр на мечах действительно закончилось. Пора взрослеть, и каждому из вас следовать за своей судьбой. Ты девушка, тебе нужно думать о замужестве, а принцам о государстве.

– Отец, я не хочу думать о замужестве! – пылко воскликнула Далида.

– Ну да, ну да… Обычно с этого все и начинается, – генерал нежно взял дочь за подбородок и, приподняв ее лицо, посмотрел девушке в глаза.

– Ли, неужели ты влюблена?

Далида покраснела от неожиданного вопроса отца и отвернулась, опустив глаза.

– Послушай, доченька, – как можно мягче продолжил Майён, – твои чувства, я не сомневаюсь, они искренны и прекрасны. Но, похоже, они совсем оторваны от жизни. Принц Амон – замечательный парень, но немного застенчив и нерешителен. Сомневаюсь, что ты будешь с ним счастлива. А Аргир… Он ближайший наследник престола, будущий король, понимаешь? Ты ему совсем не ровня. Он никогда не свяжет свою жизнь с тобой. Ты всегда будешь для него сестрой, товарищем по оружию, соратником, но не более того…

– Отец… Что ты такое говоришь?.. – голос Далиды дрогнул, и глаза заблестели от слез, так и норовивших вырваться наружу.

– Я говорю, что жизнь очень сложная штука и, порой, преподносит нам непростые испытания, – продолжил с теплотой отец. – И наш выбор состоит в том, разочароваться и озлобиться, или проявить разум и терпение… Ли, это Аргир? Ты в него влюблена?

Девушка кивнула, и слезы сверкающими капельками упали на ее прелестные щечки. Что и говорить, Далиде никогда не приходило в голову задуматься о подобных аспектах жизни. Ее мир был полон романтических грез, розовых надежд и фантазий. Зачем ей думать о государстве или престоле, когда сердце почти останавливается рядом с ним… С Аргиром. Когда только и хочется, что смотреть в его глаза, слушать его голос или просто, сидеть молча рядышком. Слова отца, словно хрупкую вазу, разбили ее надежды и разрушили все воздушные замки, что она так искренне и беззаботно строила. Впервые Далида подумала о том, что ее надежды и трепетные мечты могут навсегда остаться только лишь мечтами.

Генерал обнял дочь за плечи и прижал ее к груди.

– Ли, теперь, понимая твои чувства, я бы и провожать принцев тебе запретил…

– Отец! – всхлипнула Далида, подняв глаза на отца.

– Но я знаю, что ты все равно ослушаешься, – с улыбкой добавил он.

Глава 3

После отъезда принцев Далида с головой окунулась в обучение и тренировки с Баем. Среди гор, в тайном укромном местечке, Майён устроил для дочери импровизированный полевой лагерь, где в охотничьем домике девушка и проживала большую часть времени, оттачивая свое мастерство в поединках с Баем, верховой езде и прочих рыцарских затеях.

– Ты никогда не победишь мужчину. Запомни это, – наставлял Бай изо дня в день Далиду. – Даже самый слабый из них, будет сильнее тебя. В силе ты всегда будешь уступать. Не рассчитывай на свои силы! Никогда! Запомни! Но ты сможешь превзойти любого в ловкости, стремительности, изворотливости и, самое главное, в интуиции. Вот твои сильные стороны. Вот на что полагайся в любых схватках или поединках.

Далида слушала учителя, вникала в его наставления и глубже погружалась в обучение. Девушка изо всех сил старалась не думать о принце, не строить планы, не мечтать напрасно. Но, чем больше и усерднее она это делала, тем сильнее ее одолевала тоска…

***

Прошло два года.

Наконец-то до возвращения принцев остались считанные дни. Королевский замок, словно гигантский улей, гудел от беготни и суеты слуг, возгласов распорядителей и криков царедворцев. Все жили ожиданием возвращения братьев.

Далида волновалась не меньше других, уже не в силах находиться вдали от столицы, проводила дни, расхаживая по замку Ён.

В очередной день, спустившись по лестнице, Ли увидела отца, торопливо набрасывающего плащ и отдающего быстрые распоряжения дворецкому.

– Что-то случилось, пап? – встревоженно спросила она отца.

– Его величество прислал посыльного, я должен срочно к нему прибыть.

– Что-то с принцами? – Далиде вдруг показалось, что ее сердце схватили стальные тиски, и она не может вздохнуть от внезапно охватившего ее неприятного предчувствия.

– Нет, с ними все в порядке.

– Можно с тобой?

– Нет, Ли, жди меня дома.

***

Король Мадары – Радаст, – был примерно одного возраста с генералом. Их объединяли общие взгляды, ценности и отношение к жизни. Каждый из них, и король, и генерал Майён, ценил дружеские узы, которые связывали мужчин годами, не давая интригам и сплетням разрушить доверие и открытость друг другу.

Король приветствовал Маира в своем огромном кабинете, совершенно искренними и теплыми объятиями. Затем пригласил генерала расположиться поудобнее в кресле, а сам сел напротив.

– Как поживает мой друг? – участливо спросил король.

– Все хорошо, ваше величество, все хорошо.

– Рад, что у тебя все хорошо! Надеюсь, что дальше будет так же! – по-товарищески тепло ответил Радаст. – Не просто так я тебя сегодня позвал, не просто так… Есть одна новость, и я хочу ее с тобой обсудить.

– Новость? Какая новость? Что-то серьезное?

– Серьезное, мой друг. Очень серьезное и весьма необычное, – король не скрывал своего довольного вида.

Генерал в ожидании смотрел на Радаста.

– Что ж, так уж и быть! Не буду ходить вокруг да около, перейду сразу к делу. Вчера я получил письмо от Амона, – король замолчал и посмотрел на Майёна, но тот учтиво продолжал молчать.

– Я был очень удивлен. Ты знаешь, что он просит?

– Нет.

– Руки твоей дочери!

– Руки Далиды?

– Ну, конечно! Разве у тебя есть еще одна дочь? Так что ты об этом скажешь? – король радостно хлопнул себя по коленке.

Маир опустил голову, обдумывая ответ.

– Это невозможно, ваше величество, – после недолгой паузы ответил он.

– Вот как? Невозможно? – Радаст был не то, чтобы удивлен, он был можно сказать ошарашен. Отказать Его величеству мог только его собственный друг, – Маир, сын пишет, что давно любит Далиду. И это прекрасная возможность нашим семьям объединиться!

– Я знаю, ваше величество. Ты прекрасный отец и печешься не только о государственных делах, но и о счастье наших детей, – сказал, вставая, генерал, глядя в глаза королю. – Но Амон и Далида не смогут быть счастливы, соединившись узами брака.

– Что? Почему это?! Мой сын настолько плох, что не подарит счастливую жизнь твоей дочери? – с нескрываемой досадой и даже раздражением произнес Радаст.

– Что вы! Ваше величество, речь не об Амоне. Дело в том… – генерал вновь подбирал слова, – Дело в том, что Ли… Она влюблена…

– Малышка Ли? Влюблена? Да, когда ж успела-то? Ты столько лет прятал ее от посторонних глаз! И вдруг такая новость! Она собирается замуж? И кто этот счастливчик?

– Нет, ваше величество, замуж она не собирается…

Король удивленно поднял бровь.

– Я ничего не понимаю, Маир! Ты отвергаешь предложение Амона, говоря, что она влюблена и при этом, не собираешься отдавать ее замуж? Ты можешь объяснить, что происходит в конце концов?

– Ваше величество, все не так просто… Дело в том, что… Ее чувства… Они… В общем… Она влюблена в принца Аргира… – насилу закончил генерал.

– Вот как! В Аргира? – удивленный Радаст откинулся на мягкую спинку своего кресла, осмысливая неожиданную новость.

– Я думал это пройдет… – продолжал Маир, – Думал, со временем, она забудет его. Надеялся, что это всего лишь юношеская блажь… Но я ошибся.

– Маир… Что ж мы наделали, друг?.. – с нескрываемым огорчением прошептал король, понимая, в сколь отчаянном положении могут оказаться их дети, если сейчас их отцы примут неправильное решение. – Что ж мы наделали? И как же быть нам теперь?..

– Я думаю, ваше величество, – после очередной паузы проговорил генерал, – нужно сделать все возможное, чтобы они не увиделись. Все трое. Чтобы совсем не виделись в ближайшее время. Возможно, время все же, излечит их влюбленность…

– Но дети возненавидят нас, Маир! – с горечью воскликнул король.

– На то мы и родители, ваше величество, чтобы нести на себе бремя их негодования. Но, надеюсь, придет время, и они нас все же поймут…

– Что ж… Не могу сказать, что я с тобой согласен, но, предполагаю, иных вариантов у нас нет… Так тому и быть… Давай решать теперь, как поступим и чем оправдаемся перед детьми.

Глава 4

Генерал, вернувшись домой, в еще большей спешке, чем перед отъездом к королю, стал раздавать указания слугам. Далида, заслышав голос отца и воцарившуюся суматоху, быстро спустилась к ним.

– Что-то случилось?

– Да. Срочная ротация. Мы завтра выезжаем в крепость на реке Зур, к дальним западным границам.

– Как завтра? Отец! Но ведь через несколько дней возвращаются принцы! Мы два года не виделись!

– Я знаю, Ли, – спокойно ответил Майён. – Но с границы приходят тревожные вести, и это не терпит отлагательств.

– Тогда позволь мне остаться! Я только поприветствую братьев и поеду за тобой!

– Нет! Ты и Бай едете вместе со мной.

– Отец! Это несправедливо! И даже жестоко! Разве можно быть таким черствым? Ты совсем не желаешь понять меня! Разве я прошу так много? Только увидеть Аргира, и все! – в отчаянии вскричала Далида.

– Ли, я знаю, ты огорчена, – все также спокойно отвечал генерал. – Даже раздосадована. Но этот вопрос уже решен. Мы едем завтра! А если ты ослушаешься, я сошлю тебя в нашу дальнюю резиденцию, где ты в одиночестве просидишь всю оставшуюся жизнь! – голос отца теперь был так строг, что Далида невольно перестала всхлипывать.

Она в негодовании поджала губы, спорить с отцом было совершенно бесполезно. К тому же, он всегда держал свое слово. Гневно фыркнув и демонстративно отвернувшись от генерала, девушка пошла готовиться к отъезду.

***

В день возвращения Аргира и Амона в столице был объявлен большой праздник. Городской люд и гости столицы радостными возгласами встречали принцев, и ловили летящие из их рук золотые и серебряные монеты.

На центральной площади, восседая на царском кресле, ожидал своих сыновей король Радаст.

Аргир был величественен и спокоен. В этот день, солнце, словно сделав особый подарок к его возвращению, отдавало все свое сияние будущему королю. Его доспехи отливали золотом, и весь он был совершенно ослепительный, будто божество, посетившее своих последователей. Светлые волосы игриво трепал ветер, снисходительно-милая улыбка застыла на лице, а спокойным взглядом он обводил лица встречающих людей, не забывая при этом, подкидывать в воздух горсти золотых и серебряных монет. Возвращаясь домой, Аргир был полон новых планов и больших надежд.

Амон же, то и дело, вглядывался в толпу, оборачивался или приподнимался в стременах, чтобы кого-то разглядеть. Он был напряжен и почти раздражен. Хмурясь, постоянно смахивал со лба падающие пряди волос и шепотом выражал свое бесконечное недовольство неведомо кому.

– Что ты все время дергаешься? – не выдержал в конце концов Аргир. – Кого ищешь?

– Я не вижу генерала и Ли.

– Хм, – Аргир пробежал глазами по толпе и встречающей знати, – ты прав… Я тоже их не вижу… Может, что случилось? Заболел кто-то? Давай исполним сейчас все церемонии, а потом разберемся.

– Ты прав, сначала все церемонии, – с досадой ответил Амон.

Ему очень хотелось побыстрее закончить бесполезные приветственные речи и торжества, чтобы поскорее поговорить с отцом.

Сердце Амона пылало от нетерпения, но здравый смысл все же останавливал его от опрометчивых поступков.

Наконец, когда страсти поутихли, Амон дернул брата за рукав.

– Поехали в замок Ён, к генералу!

– Подожди, – схватив за руку, остановил его Аргир. – Я тут узнал кое-что…

– Что?

– Их нет в столице. Пять дней назад они выехали к западным границам, на реку Зур.

– Как выехали? Не может быть! Что за срочность? Почему отец так поступил? Почему отправил их именно сейчас? Ведь он знал, как я жду этой встречи!

– Наверно, это было необходимо. Ты знаешь, без причины отец не отправил бы их туда.

– Тогда мне нужно поговорить с отцом. В конце концов, он даже не ответил на мое письмо! – с обидой и недовольством произнес Амон.

А вот разговор между Амоном и королем не заладился с самого начала. Все слова Радаста о том, что сейчас время принимать государственные дела и не время для свадьбы, что крепость на реке Зур требует личного присутствия генерала, и что он, Амон, не может ехать туда, потому что государственные дела не ждут, казались принцу пустыми и совершенно глупыми отговорками, только непонятно ради какой цели.

Амон был в бешенстве от того, что сейчас отец не только не поддержал его, но чинил всяческие препятствия его счастью. Окончательно разругавшись с Радастом, Амон заперся у себя в покоях и гневно вышагивал по зале, отмеряя расстояние от стены до стены и расшвыривая все, что попадалось под руку.

– Ничего, ничего, – повторял принц, – я все равно дождусь. Рано или поздно, но я все равно дождусь!

Аргир лишь сочувствовал брату, сожалея, что не в состоянии ничем ему помочь.

У Амона же не было иного выхода, как только подчиниться воле отца.

Глава 5

Крепость на реке Зур была одной из самых старых укреплений Мадары. Приехав на место и заменив отслуживших солдат новоприбывшими, Майён занялся укреплением валов и стен крепости. Работы было много, и хватало ее всем.

Далиде, хоть и не без труда, но со временем все же удалось вписаться в круг командиров.

В крепости поначалу не воспринимали всерьез эту восемнадцатилетнюю девчонку. Но, видя ее напористый характер и простое, без надменности и напыщенности, отношение к солдатам, слугам и прочему люду, населявшему крепость, даже видавшие виды командиры прониклись к девушке уважением.

И больше всего их удивляла невероятная способность Далиды к боевым схваткам. Казалось бы, юная девица, без силы, мускулов и опыта, однако она могла выиграть поединок с самым крепким рыцарем. Спарринги с ней, прежде казавшиеся забавой, после стали для мужчин настоящим испытанием.

Со временем генерал доверил дочери небольшой отряд, с которым она успешно патрулировала приграничную зону. Бай не отходил от Далиды ни на шаг, продолжая обучать и наставлять ее, буквально став тенью девушки.

Далида же с удовольствием впитывала в себя все новое, что могла здесь получить, и без оглядки отдавалась изучению тактики и стратегии, которым обучали ее и всех командиров, отец и Бай.

– Ли, – как-то обратился генерал к дочери, – из-за разгильдяйства нашего лекаря, у нас закончились запасы некоторых трав и снадобий. Знаю, что в городе Сус, что прямо за холмом, живет отличный аптекарь. Возьми Бая и отправляйтесь туда уже сегодня. Купи все, что необходимо. На все про все у вас не больше трех дней.

– Хорошо, отец, – согласилась девушка.

Времени на сборы много не понадобилось: закинув кое-что из провизии в небольшие походные мешки, Далида и Бай отправились в дорогу.

Словно стекавший с высокого холма в небольшую долину, город Сус встретил путников совершенно пустыми и тихими улицами. Двери домов были наглухо заперты, а окна плотно задернуты занавесками. Ни голоса, ни звука, ни даже собачьего лая слышно не было. Вокруг стояла абсолютно гробовая тишина.

– Ты видел когда-нибудь такое мрачное зрелище? – недоумевая, спросила девушка у Бая.

– Нет, – ответил тот, мотнув головой.

Они ехали медленно, всматриваясь в каждый дом, в каждую улочку, пытаясь найти объяснение этой тишине.

– Прежде всего, нужно найти дом аптекаря. Надеюсь, нам повезет, и он расскажет, что здесь произошло, – проговорила Ли. Бай, по своему обыкновению, только молча кивнул в ответ.

После недолгих поисков Далида и Бай свернули на широкую центральную улицу, где и обнаружили нужный дом. Он выделялся среди прочих городских строений своей особенной опрятностью и ухоженностью, а резная вывеска над дверью подтверждала, что именно этот дом принадлежит аптекарю.

Спешившись и все еще продолжая оглядываться по сторонам в поисках людей, путники постучали в массивную дверь.

– Да-да, входите, – еле слышно раздался старческий голос.

Бай вошел первым, лишь потом позволил переступить порог и Далиде.

Ли быстрым взглядом окинула комнату. Все здесь было чисто и аккуратно. Снадобья, порошки, травы, эликсиры и прочее аптекарское хозяйство стояло строго по полочкам, занимая каждое свое определенное место.

За высоким столом сидел старик, помешивая что-то в глиняной ступке.

– Добро пожаловать, добрые люди, – не отрывая глаз от своей работы, поприветствовал гостей старик. – Чем могу послужить вам?

– Нам нужны лекарственные порошки и снадобья, уважаемый господин, – вежливо ответила Далида. – Но прежде позвольте спросить кое-что…

– Спрашивай, если смогу – отвечу.

– А что произошло в городе, вы можете сказать? Где все люди? У вас эпидемия?.. Почему он покинут?

– Да-да… Ты права, молодая леди. Кто-то покинул город, кто-то прячется, а кого-то уже и в живых нет… Город совсем опустел… Ужасный дух поселился здесь… Дух страха. Это он убивает горожан.

– Дух страха? Это что еще за странность такая? Разве страх может убить?

– Всяко бывает… Но ведь это вовсе не тот страх, что внутри всякого живого существа живет. Это дух… Не хороший дух… Демон, если хотите…

– И как же этот демон выглядит?

– Не знаю, госпожа. Я сам никогда не встречался с ним. Слышал только, что люди говорят, – все так же не поднимая головы, отвечал старик.

– И что же люди говорят?

– Говорят, что приходит этот дух и в дом бедняка, и в дом богача, и к малому, и к старому. И кто увидит его, умирает от собственного страха, отдавая всю силу жизни этому демону… Вот так-то… И остаются после только кости, обтянутые кожей…

Далида в изумлении посмотрела на Бая.

– Ты слышал о чем-то подобном?

Бай кивнул.

– Да. Еще ребенком слышал я истории о полулюдях, полудухах, что питаются человеческими страхами. Живут они, будто, в Забытых Лесах и, порой, выходят к людям, чтобы страхом вызвать в них самый низкий, животный ужас. Им, этим ужасом, и питаются. Но никогда не слышал я, чтобы они убивали… Возможно, – подумав, добавил Бай, – этот дух был изгнан из своих земель и, оставшись один, деградировал до самого дна, уподобившись безумцу.

– Безумный убийца… – протянула Далида, размышляя.

Ей было известно немало историй о злых и добрых духах, о странных жителях далеких земель, имеющих вид полулюдей-полуживотных, о легендах, рассказывающих про Великих Богов Мироздания. В какие-то из этих историй она верила, в какие-то не очень, и вот теперь одна из таких историй вдруг стала разворачиваться прямо у нее на глазах.

– Уважаемый, – снова обращаясь к аптекарю, продолжила девушка, – а к тебе он, этот дух, приходил?

– Кто знает, может, и приходил.

– Но ведь ты не умер? Значит…

– Так чтобы умереть, нужно увидеть. А я, госпожа, этого не могу: незрячий я с самого рождения.

Старик поднял светлые пустые глаза на Далиду.

– Вот оно что… – распахнув от изумления глаза, удивленно проговорила она. – Но ты же аптекарь и целитель, наверное?

– Чтобы чувствовать запах трав, глаза не нужны. И болезнь узнать тоже можно без разглядывания. Жизнь не дала мне зрение, это правда, но дала многое другое. Главное, я в силах помочь, если это нужно.

– Помочь, если нужно… – задумчиво повторила Далида. Одна назойливая мысль не давала ей покоя. – Бай, ты говоришь, это получеловек?

Бай кивнул.

– Значит, его можно поймать?

– Да.

– Как думаешь, мы сможем?

– Если он один, то сможем.

– Уважаемый, – снова обратилась Ли к старику, – а не подскажешь нам, где в городе мы можем ненадолго остановиться?

– Да вот, хоть напротив. Дом брошен. Хозяева давно уже уехали.

– Спасибо… Я оставлю список лекарств, которые нам нужны. Позаботься, пожалуйста, приготовить их. А мы, когда будем уезжать, заедем к тебе и заберем потом…

Старик, кланяясь, взял у девушки внушительный список снадобий.

– Тебе прочитать, что там написано? – спросила Далида.

– Нет, юная леди, у меня есть помощница. Она совсем скоро придет и поможет мне.

Старик, встав со своего места, направился вдоль полок и ящиков, выбирая то, что ему еще может понадобиться.

Далида некоторое время наблюдала за стариком.

– Нам пора, – наконец сказала она, обращаясь к Баю.

Аптекарь в очередной раз поклонился, и Далида с уважением поклонилась в ответ.

«Глупо, наверное, раскланиваться, ведь он все равно не видит», – подумала девушка и вышла.

Глава 6

Дом, в котором решили остаться Далида и Бай, был пуст, так же как и весь город. И то, что хозяева уезжали в большой спешке, не заботясь о судьбе своего имущества, было понятно, едва они открыли двери. Вещи и утварь, раскиданные по комнатам, перевернутая мебель – все это вызывало странные, неприятные ощущения тревоги.

Далида подняла лавку и, усевшись, стала раскладывать на ней свое оружие.

– Неизвестно, сколько нам ждать, – проговорила она. – Найдет ли этот полудух нас? Как думаешь, Бай?

– Скорее всего, да. Мы привезли с собой новый запах.

– Полагаешь, он по запахам ориентируется? – усмехнулась Ли.

– Кто его знает… Но если страх имеет запах, значит, и его отсутствие тоже должно быть ощущаемым.

Бай пытался прохаживаться по комнате, но разбросанные вещи то и дело перекрывали ему дорогу: он откидывал их ногой и делал еще шаг – и тут же сталкивался с очередной преградой. А Далида вернулась к мыслям об аптекаре.

– Удивительный старик, правда? – высказала она вслух. – Слепой лекарь! Это ж надо! Где это видано подобное чудо?! Я так удивилась, когда…

Стук в дверь оборвал фразу Далиды, но она, увлеченная своими размышлениями о старике, машинально ответила:

– Войдите!

Дверь распахнулась. На пороге стояла симпатичная женщина. Ее темные волосы спадали на плечи ровными, поблескивающими каскадами. В руках она держала чем-то доверху набитую корзинку. Острый взгляд женщины скользнул по комнате и остановился на Далиде.

– Кажется, я очень вовремя пришла, – не скрывая удовольствия, проговорила она, довольно приятным тоном.

Далида, в свою очередь, встав с лавки, с любопытством рассматривала гостью, ожидая от нее объяснений своего прихода.

Неожиданно чувство нарастающей тревоги и даже паники стало охватывать девушку. Ли тряхнула головой, чтобы сбросить с себя подступающую оторопь. Но страх лишь усиливался, переходя в панический ужас. Далида отвела глаза от женщины и окинула взглядом комнату, ища Бая. Но, к собственному удивлению, обнаружила, что его рядом нет.

Вместе с возрастающим страхом комната на глазах стала так же быстро меняться. Мебель и прочие вещи приобретали уродливые, омерзительные формы, и все это начинало двигаться, шипеть и рычать в попытках напасть на Далиду. Страх холодными объятиями сковал девушку, и она, в поисках выхода из западни, скользила взглядом по вещам, что теперь стали безобразными уродцами.

Далида хотела было потянуться за мечом, но вместо меча на нее угрожающе зашипела огромная змея, она в испуге отдернула руку и отступила назад.

Ли уже не видела даже женщину, что заявилась так внезапно. Комнату затуманила серая дымка, и мерзкие создания все больше наполняли ее.

Неожиданная мысль промелькнула в голове Далиды: «Страх, который я сейчас ощущаю, совсем не похож на то предчувствие опасности, которое мне знакомо! Это что-то совершенно чужеродное… Навязанное извне… Это словно, когда во сне невидимые руки сжимают горло, и ты не можешь закричать, но при этом полон злости и решимости… Это отвратительное, навеянное кем-то чувство… И этот страх… Он парализует меня, но происходящее вокруг скорее вызывает отвращение, чем ужас…»

– Не дай ей захватить тебя изнутри! – услышала Ли крик Бая, словно в ответ на свои собственные мысли. – Не дай страху овладеть тобой!

Далида, чуть пятясь назад от наступающих на нее неведомых существ, вновь оглянулась, стараясь совладать с чувствами.

Валявшийся неподалеку табурет, став зубастым страшилищем, с пронзительным ни то лаем, ни то ревом, бросился на девушку.

Ли ловко, со всей силы ударила мерзкое создание ногой. Уродец взвизгнул, перевернулся в воздухе и упал на пол, снова став табуретом.

– Это иллюзия! – воскликнула Ли. – Это просто мираж! Это все мираж! – закричала она радостно.

И, вдохновленная своим открытием, схватила лежащий на скамье меч, тут же вернувший себе прежний вид.

Туман быстро рассеялся, и Далида увидела стоящую в дверях полуженщину. Ее лицо исказилось от презрения и злобы, а из тела во все стороны вырастали длинные, безобразные щупальца.

Девушка взглянула на Бая, который стоял, как и прежде, на том же самом месте. Вены на его шее вздулись, по вискам стекали крупные капли пота; он втягивал воздух, широко раздувая ноздри и приходя в себя.

«Что она рисовала перед Баем? Пожалуй, даже страшно представить, раз он так потрясен», – подумала Ли.

– Ах ты… Мерзкая девчонка! Думаешь, так просто избавиться от меня? Я все же заставлю тебя умереть от страха! – завопила уродливая женщина.

– А вот кто из нас мерзкий, мы можем прямо сейчас и обсудить! – парировала Далида, занося меч для атаки.

Она кивнула Баю, и они вместе ринулись на монстра.

Щупальца заполонили всю комнату. Они метались вверх и вниз, вправо и влево, пытаясь ухватить людей за ноги или руки. Но Далида и Бай, ловко уворачиваясь и прикрывая друг друга, отсекали их один за другим.

Слизь от сочащихся щупалец и отвратительный запах заполнили все пространство. Далиде казалось, еще немного – и она задохнется от этого зловония.

Наконец, монстр дрогнул и, подхватив одним щупальцем свою корзинку, а другими зацепившись за двери и выступы, вскарабкался на крышу и бросился бежать.

Далида, так же ловко вскочив на конек крыши, бросилась в погоню. Прыгая с одного дома на другой, она старалась не отставать и не терять существо из вида.

Бай бежал тут же, внизу по улице, не спуская глаз с Далиды.

– Ах ты, нечисть такая! Убежать вздумала! – ругалась Далида, видя, что расстояние между ними начинает увеличиваться. – Уходит! Бай! Она уходит! – заорала Ли во все горло.

Бай все силы вложил в рывок, чтобы обогнать бегущих по крыше. Подпрыгнул, схватился за выступ. Еще, еще… Он возвысился над крышей в тот самый момент, когда женщина была готова прыгнуть на следующий конек.

Мощный удар! И та отлетела назад и упала на крышу. Женщина хотела было зацепиться за что-нибудь, но ее щупальца и руки все время соскальзывали, и она покатилась вниз и со всей силы рухнула на острые колья забора.

Тяжело дыша, Бай и Далида спустились к умирающему чудовищу. Женщина задыхалась, билась в конвульсиях, истекая слизью и издавая зловоние.

Далида с сожалением наблюдала за этой картиной, размышляя о том, что же заставило этого полудуха и получеловека стать таким отвратительным монстром.

Бай поднял корзинку, которую так бережно пыталась сохранить женщина. Корзинка была полна разного вида флакончиков. Все они, как ни удивительно, остались в целостности.

– Как думаешь, что это? – спросила Далида.

– Возможно, что-то ценное, раз она не выпускала ее из… – Бай хотел сказать «рук», но осекся.

– Может, старик-аптекарь знает? Давай отнесем ему.

Бай в знак согласия кивнул, и они, не спеша и все еще тяжело дыша, направились к дому аптекаря.

Город теперь мог снова вернуться к жизни: мучившая его женщина-монстр была мертва.

Вернувшись в дом аптекаря, Далида поставила корзинку на высокий стол.

– Как думаешь, что это? – спросила она у слепого хозяина.

– Хех… Давайте-ка посмотрим… Посмотрим… – усмехнулся старик, вероятно, довольный своей шуткой.

Он стал аккуратно вынимать содержимое, внюхиваясь в каждый флакончик, внимательно ощупывая и вслушиваясь в бульканье жидкости.

– Очень напоминает запах людей, что недавно умерли от этого бедствия, – через некоторое время ответил старик. – Могу предположить, что это последние капли их жизни. Вероятно, она могла жить дальше, питаясь ими.

– И что с этими каплями теперь делать?

– Думаю, можно вернуть жизнь тем, в ком она еще, возможно, теплится, – отвечал старик, тряся над ухом очередным флакончиком.

– Ты думаешь, они снова оживут?

– Кто знает… Но попробовать, думаю, стоит…

– Что ж, тогда это твоя работа, мы тут не помощники, – облегченно вздохнула Далида, понимая, что все, что могли, они с Баем уже сделали.

В дверь тихонько постучали.

– Входи, малец, входи, – заскрипел своим голосом старик.

На пороге появился худенький чумазый мальчуган.

– Ты чего пришел? – спросил аптекарь.

– Я слышал грохот бегающих по крыше… И крики… И вылез тихонечко… Посмотреть.

– Ах, ты непоседа этакий! – пожурил его старик. – Ведь сказали тебе сидеть тихо и не высовываться.

– Ага-а-а-а… – протянул мальчик. – А злой тети больше нет?

– Нет, нет! – подойдя к ребенку, потрепал его по макушке Бай. – Иди, скажи, пусть люди выходят.

Мальчик с недоверием посмотрел на Бая, а потом в сторону старика, ожидая подтверждения из его уст.

– Да, беги, малыш, скажи, пусть люди не боятся больше. И позови мне сестру свою, пусть придет. У нас сейчас много работы будет…

Мальчик круто развернулся и выбежал из дома.

– Монстр убит! Монстр убит! Выходите! – донесся с улицы его звонкий голосок.

Глава 7

Время на границе шло неспешно. История с духом страха добавила Далиде опыта и уважения от солдат и командиров, а по округе поползли невероятные слухи о чудесных способностях девушки, над которыми она и ее друзья весело посмеивались.

В один из дней, когда Маир обсуждал с дочерью некоторые дела, в дверь кабинета генерала постучали.

– К вам с прошением крестьяне из деревни Тасир, что на том берегу реки, – отчеканил вошедший солдат.

– Крестьяне? – удивился Маир. – Хорошо, пусть войдут.

Далида встала, чтобы выйти из кабинета, но отец остановил ее.

– Не уходи, – обратился он к дочери, – не думаю, что речь пойдет о том, что тебе слушать непозволительно.

Тогда девушка села в уголок потемнее, чтобы не мешать ни отцу, ни просителям, и стала внимательно рассматривать вошедшую делегацию.

Крестьяне были разного возраста, но большая их часть – уже престарелые мужчины. Они были чуть растеряны и напуганы от присутствия столь важного человека, как генерал, и никто не решался начать говорить.

– Что вас ко мне привело? – видя их замешательство, спросил Майён.

Самый старший из просителей, кланяясь, осмелился ответить:

– Мы крестьяне из деревни Тасир… По ту сторону Зура… Деревня наша небольшая, все знают друг друга… Живем мы просто, и с соседями не ссоримся… Наше дело какое? – чуть осмелев, продолжил старик: – Поле пахать, урожай вовремя собирать, скот, птицу выращивать… А как их растить, коли каждый день воруют? И поля топчут! Урожай губят! Чем семьи кормить будем? И скот скоро весь изведут! Что делать нам? Куда податься? Дом здесь наш…

– Погоди, погоди, – остановил его Маир. – Я ничего не понял. Кто ворует? Кто изводит? Толком скажи, что произошло у вас? И что от меня хотите?

– Вот я и говорю, господин: одолела нас напасть. Кто-то ночами воровать повадился, урожай вытаптывает… А следы к реке ведут, не человечьи они… Люди бояться стали. А кто случайно увидел ночью вора того, те совсем из дома не выходят. Говорят, это злой дух реки бесчинствует… – стоящие рядом мужчины загудели, поддерживая старшего.

– А от меня вы что хотите? – спросил Маир.

– Вот я и говорю… – продолжил старик. – Говорят, дочь ваша злого духа из Суса выгнала. Так, может, и нам поможет? Избавит нас от напасти этой…

«До чего ж странная картина», – подумал генерал, бросив украдкой взгляд в угол, где сидела Далида. – «Взрослые мужики пришли девчонку о помощи просить…»

– Ну, а сами-то что сделали? Вора пытались найти? Может, не дух это, а человек?

– Мы крестьяне, господин. Наше дело какое? Поле пахать, урожай вовремя собирать…

– Да-да, я это уже слышал. Почему мужчин не организуете? Дозоры ночные не поставите? Почему вора сами не изловите?

– Мы крестьяне, господин. Военному делу не обучены. Чем мы вора напугаем? Мотыгой или лопатой какой?

– Ну, не скажи: и мотыгой, и лопатой можно имущество свое защитить, если нужно.

– Мы крестьяне, господин…

– Да, слышал я, слышал, – оборвал его генерал. – Давайте так сделаем. Вы идите сейчас отдохнуть с дороги, а я решу, как вам помочь.

– Спасибо, господин, спасибо, – кланяясь, забубнили мужчины, выходя из кабинета.

– Позови Бая, – сказал Маир, стоящему у дверей солдату.

Когда просители вышли и дверь за ними закрылась, генерал обратился к дочери:

– Ну, и что ты обо всем этом думаешь?

– Что они принимают меня за изгнательницу духов, – смеясь ответила Далида.

– Да, забавная ситуация.

– Не знаю, что за воришка у них завелся, но напугал он их сильно, – продолжала размышлять Далида.

Вошел Бай, и генерал коротко описал ему просьбу жителей деревни.

– Думаю, мы можем поехать, – сказала Ли. – Нужно хотя бы посмотреть, что там вообще происходит.

– Возьмете с собой солдат? – спросил Маир.

Далида и Бай переглянулись.

– Нет, отец, пожалуй, нет. Мы оглядимся, все выясним, а потом решим, что делать. Если нужна будет помощь, пошлем кого-нибудь из деревни.

– Что ж, хорошо. Отправляйтесь, как соберетесь, – сказал генерал и тепло добавил: – Будь осторожна, Ли. Я буду ждать от вас вестей.

– Да, отец, не беспокойся.

Собравшись, Далида и Бай, в сопровождении крестьян, отправились в Тасир.

Перейдя по мелководью Зур, путники не спеша шагали по пыльной, неширокой дороге. Крестьяне, видимо, не торопились вернуться домой, и Далиде с Баем приходилось плестись за ними следом, то и дело придерживая лошадей.

Со скучающим видом Ли осматривала окрестности, иногда спрашивая – скоро ли деревня. Бай, как обычно, помалкивал, лишь изредка, если нужно, отвечал на вопросы девушки.

– Ты знаешь, – обратилась Далида к Баю, – мне уже которую ночь снится один и тот же сон. Но как только я открываю глаза, то напрочь все забываю! Совершенно забываю! С тобой такое бывало?

Бай отрицательно покачал головой.

– Говорят, – начал он, – если снится один и тот же сон, значит, провидение хочет сказать человеку о чем-то очень важном.

– О важном? Может, провидение хотело рассказать, как поймать вора? Но я все равно ничего не помню! Совершенно ничего! – с легким огорчением сказала Далида.

Бай улыбнулся. Его всегда забавляла простая болтовня Далиды. Девушка никогда не была чванливой или заносчивой и в беседе, как правило, проявляла искренность и непосредственность.

– Вор приходит ночью. Как нам узнать, в какой дом он залезет? – продолжала свои рассуждения Ли. – Хорошо хоть в эти дни полная луна, не придется наощупь его ловить.

Добравшись до деревни, Далида и Бай замучили жителей своими расспросами.

Как оказалось, ущерб от вора был не такой уж и большой. Воровал он в основном мелкую домашнюю птицу, поля притоптал немного. Но больше всего люди были напуганы собственными небылицами, фантазиями и суевериями.

Те, кто видел воришку, боялись даже его описать. Кто-то говорил, что он огромного роста, кто-то – что малого. Одни говорили, что глаза его огромны, другие – что он имеет один глаз во все лицо. Говорили, что он черен, как ночь, – другие, что он сверкает, словно молния.

Но в одном сходились все: приходил и уходил вор по реке.

Обсуждая поимку вредителя, Бай предложил единственный способ:

– У нас есть только один вариант – ждать вора у реки.

– И я об этом подумала, – согласилась Ли. – Нужно поискать подходящее место, откуда будет хорошо просматриваться берег. Не думаю, что нам понадобится помощь. Этот шкодливый разбойник не так уж и опасен, каким его пытаются представить люди.

Бай согласно кивнул, и они направились к реке.

Приметив неплохое местечко, где можно было укрыться самим, спрятать лошадей и при этом просматривать большую часть берега, Далида и Бай расположились подождать вора.

Уже стемнело, и редкие ночные птахи да стрекочущие насекомые разбавляли тишину своими песнями. Луна освещала бледным светом гладь реки, а звезды время от времени подмигивали своему отражению в воде, притягивая романтический взгляд Далиды то к темному небу, то к спокойному течению реки.

Созерцая эту небесную красоту, девушка утонула в своих мечтаниях и надеждах. Уже скоро год, как она с отцом живет на границе. Она чувствовала себя повзрослевшей, и даже отец признавал это. Тем не менее, мысли об Аргире время от времени все еще терзали ее, и, к своему удивлению, она совсем не хотела с ними бороться…

Внезапно лошади заволновались, прервав размышления девушки. Они, громко фыркая и нервно переступая с ноги на ногу, вдруг стали рваться с привязи.

Далида и Бай обернулись, вскочив на ноги, и тут же замерли.

Неожиданный гость смотрел на них сверху вниз огромными желтыми глазами. Его любопытная морда с небольшими острыми ушками чуть напоминала лисью. Длинная шея, словно лебединая, изгибалась изящной дугой. Короткое, но достаточно большое тело, держали невысокие толстые ножки, которые ходили так тихо, что даже лошади не сразу услышали пришельца. Длинный хвост чуть подергивался то ли от тревоги, то ли от нетерпения. От самого лба до кончика хвоста, через всю спину, тянулся зубчатый гребень, украшенный выступающими капельками фосфора: они рисовали непонятные и чуть мистические узоры на темном силуэте.

– Это же болотный дракон! – с удивлением чуть слышно сказал Бай, подняв голову на гостя. – Да он еще совсем малыш!..

– Откуда он здесь взялся? – так же тихо спросила Ли.

– Кто ж его знает?.. Хотя, возможно, кочевники поймали его на болотах, но не смогли прокормить или продать. Да так и бросили его здесь, на реке.

– Как он умудрился пройти, что мы его даже не заметили?

– Охотник он получше, чем мы с тобой, – с тихой усмешкой ответил Бай. – Ходит тихо, видит далеко… У тебя есть что-нибудь съестное?

– Медовая лепешка подойдет?

– Давай.

– Хочешь проверить, понравятся ли ему сладости?

Далида медленными движениями, чтобы не напугать животное, полезла в свою небольшую дорожную сумку, пристегнутую к ремню. Достав лепешку, передала Баю.

Дракон, будто любопытный щенок, поглядывал на людей, иногда прижимая острые ушки и курлыча что-то себе под нос.

Бай отломил кусочек и протянул его малышу. Дракон насторожился, но, втянув ноздрями приятный запах лепешки, выхватил его из рук Бая. Следующий кусочек лепешки исчез в пасти дракона так же быстро, как и первый.

– Ему понравилось! – смеясь, сказала Далида, видя, с каким удовольствием животное уплетает угощение. – Давай я его тоже покормлю.

Далида достала из сумки еще одну лепешку и, отломив, протянула лакомке. Тот, с удовольствием стрекоча и курлыкая, продолжил свою ночную трапезу.

– Значит, это ты разбойничал в деревенских курятниках? – спросила Ли у дракона, подавая ему очередной кусочек.

– Уверен, что он, – ответил Бай за гостя. – Болотные драконы почти всеядны, но мы для него слишком большая добыча. Он нас немного даже побаивается.

Дракон доел лепешку и ткнул Далиду носом так, что она еле устояла на ногах.

– Не задирайся! – строго сказал Бай, слегка шлепнув того ладонью по морде.

Дракон отвернул голову и обидчиво застрекотал.

– И что нам теперь с ним делать? – спросила Ли, посмеиваясь над животным.

– Нужно вернуть его на болота. На реке он долго не протянет.

– Тогда нужно отвести его в крепость, а оттуда уже как-то перевезти на болота.

Бай согласно кивнул в ответ.

– Лепешки закончились. Интересно, он пойдет за нами без подкупа? – задумалась Ли.

– Давай проверим. Иди вперед к дороге, если он пойдет за тобой, я отвяжу лошадей и пойду за вами следом.

Так и сделали. Дракон поплелся за девушкой, то и дело тычась мордой то в ее спину, то в плечо.

До самого утра Далида, Бай и маленький воришка добирались до крепости. Они бесконечно останавливались: то уговаривая дракона, то ругая его, то лаская, то прикрикивая. Несколько раз малыш пытался удрать, но Бай настигал его и возвращал на дорогу. В конце концов, миссия по доставке дракона в крепость увенчалась успехом.

Животному определили место проживания в лошадином загоне до тех пор, пока не будет готова повозка для его переезда домой, на болота.

Далида еще несколько дней баловала малыша медовыми лепешками, а когда пришло время отправлять его домой, даже немного затосковала.

– Хочешь проводить своего питомца до Старых болот? – спросил генерал у дочери.

– Нет, пап. Ты же знаешь, от одной мысли о болоте у меня сердце останавливается. Бай его проводит. А я здесь распрощаюсь, хоть и жаль с ним расставаться…

– Ну, дело твое, – ответил Маир и отдал распоряжение доставить дракона обратно на болота.

Глава 8

Так подошел к своему концу год жизни на границе. Военная рутина стала настолько привычна для Далиды, что она уже и не представляла себя в других условиях.

Понимая, что для дочери это время пошло на пользу, Майён принял решение возвращаться в столицу.

Он обсуждал с командирами дальнейшие действия после прибытия свежего отряда.

В дверной проем вошел высокий, плечистый молодой командир и с военной четкостью отрапортовал генералу:

– Господин генерал, отряд для ротации прибыл в ваше распоряжение!

– Хорошо, – ответил Майён. – Солдат накормить и разместить. Добрались без происшествий?

– Так точно! Видели несколько отрядов кочевников, но они не приближались.

Генерал кивнул и дал знак командиру, что он может быть свободен.

– Ли, – обратился он к дочери, – иди, проследи, чтобы отряд приняли и разместили.

– Хорошо, – ответила Далида и вышла из кабинета.

Каждое поручение отца она старалась выполнять тщательно и дотошно. А сейчас, когда каждая минута приближала ее к той прекрасной встрече с Аргиром, она каждый раз торопилась поскорее закончить все дела и погрузиться в мир сладостных грез.

Наконец, настал день отъезда. Люди находились в легком волнении и ожидании встреч с семьями, ведь все они уже достаточно долго не были дома.

Громкая команда генерала пронеслась над головами всадников, и военный обоз двинулся в столицу.

Плавно покачиваясь в седле, Далида снова погрузилась в свои мечтания. Она рисовала в голове романтические картины, полные взаимной любви и нежности. Все еще помня слова отца о том, что она не ровня Аргиру, девушка, тем не менее, лелеяла светлую надежду на будущее.

Неожиданно что-то просвистело у нее над ухом, и ехавший впереди солдат, вскрикнув, упал с лошади.

– Засада! – во все горло закричал Бай.

Со всех сторон в отряд полетели тучи стрел. От неожиданности людей охватила паника. Лошади метались и ржали, взвиваясь на дыбы, слышались крики раненых и предсмертные возгласы сраженных солдат.

– Отставить панику! Обнажить оружие! – как труба, раздался громкий голос генерала.

Сверкнули клинки, и, под градом стрел, отряд бросился атаковать нападавших.

– Кочевники! – крикнул Бай Далиде. – Будь осторожна!

Ли кивнула и ринулась навстречу несущемуся к ней, улюлюкающему всаднику.

Как правило, кочевники промышляли грабежом и разбоем. На военные отряды они нападали крайне редко, только объединившись из нескольких племен. И, вероятно, сейчас это был именно тот случай.

Звон металла, крики, ржание, ругательства и предсмертные стоны – все смешалось в едином звуке.

Далида разделывалась то с одним противником, то с другим. Лезвие беспощадно впивалось в человеческую плоть, окрашивая одежду, лошадиные бока и саму землю цветом крови.

Противник дрогнул, видя превосходящую силу военных. Еще немного, и кочевники обратились в бегство.

– Госпожа Ли, – взволнованно обратился к Далиде подъехавший солдат, – там генерал!

– Что? Что с отцом?

– Он ранен!

Ли и Бай сорвались с места и за считанные секунды оказались возле Маира. Тот лежал на земле, среди окруживших его солдат. Стрела пронзила грудь генерала, и он, прерывисто дыша, еле сдерживал стон. Подбежав к нему, Далида упала рядом с ним на колени.

– Отец! Отец!

Бай присел подле и осмотрел рану.

– Я вытащу стрелу, помогите мне, – быстро проговорил он, обращаясь к солдатам.

Ли держала отца за руку, с надеждой заглядывая ему в лицо. Мертвенно-бледный Майён, попытался улыбнуться дочери, но вместо улыбки лицо его исказилось гримасой боли.

Далида, сдерживая слезы, поглаживала его по руке и плечу, что-то бессвязно шептала. Впервые ее охватил ледяной ужас от мысли, что сейчас самый дорогой в ее жизни человек, может покинуть этот мир навсегда.

Бай сделал все, что нужно, и перевязанного генерала аккуратно уложили на повозку.

– Он не доедет до столицы, – тихо проговорил Бай, обращаясь к Далиде. – Нам нужно возвращаться…

– Да, конечно. Я отдам распоряжение, – тихо ответила она.

Сделав знак старшему командиру, чтобы тот подошел, Далида, едва осознавая реальность, проговорила:

– Мы возвращаемся в крепость… Оставьте людей, чтобы захоронить тела, и пусть потом следуют за нами. Отправьте донесение его величеству о происшедшем…

***

Генерал умирал долго и мучительно. Далида дни и ночи напролет просиживала около постели отца, совершенно измотанная переживаниями. Бай старался чаще подменять ее, но девушка устраивалась здесь же, рядом, в кресле или на полу, не желая оставлять Маира даже на минуту.

– Не покидай меня! Прошу! Только не покидай меня!.. – шептала она то и дело.

Все слезы, казалось, уже были выплаканы, и только невыносимая боль в сердце разрывала Далиду на части.

Отец был для нее всем, что заполняло ее жизнь: папой, другом, исповедником, с которым можно разделить радость и печаль, жилеткой, в которую можно было поплакать, или собеседником, с которым можно было поспорить. И ради нее, Далиды, он должен был жить! Жить вечно! Радоваться ее счастью, ее победам! Он не имел права умирать! Ни сегодня, ни через тысячу лет! Он не имел права оставлять ее одну! Никогда!

Ведь, лишь рядом с ним, с отцом, она всегда могла быть самой собой. Ей никогда не приходилось притворяться или надевать придуманные маски, изображать несуществующие чувства или прятать свои переживания. Она не боялась ни его гнева, ни осуждения, потому что ни то, ни другое никогда не было присуще Маиру.

Но смерть не спрашивает ни у кого разрешения или нужного времени… Через несколько дней генерал умер.

Ли, потрясенная его смертью, осунулась и озлобилась. Она никого не хотела видеть и слышать, а любое сочувствие сейчас казалось ей абсолютно фальшивым и поддельным. И только один Бай мог быть рядом, продолжая опекать девушку. Единственный близкий для нее человек, он, как мог, поддерживал Далиду.

Через месяц старый отряд все же отправили в столицу, но Ли решила остаться в крепости, одержимая жаждой мести.

Отобрав в свой отряд самых отчаянных и безбашенных парней, она день за днем устраивала охоту на кочевников.

Гонимая гневом и ненавистью, не давала покоя ни себе, ни другим до тех пор, пока �