В 1922 году, пока ещё не всемирно известный писатель Франц Кафка, закончил двадцать пятую главу, тогда ещё не всемирно известного романа "Замок" и более к нему не возвращался.Но почти через сто лет книга была продолжена – двадцать шестая глава, двадцать седьмая и так до пятидесятой – до самого эпилога. И теперь вы можете узнать всю историю землемера К…
Этот рассказ про мои школьные будни. Я буду скучать по своей школе, по своим одноклассникам.
Гараж у меня хороший, большой. Помимо транспортных средств есть также в нем склад старых семейных вещей. Время от времени я провожу строгие ревизии этих артефактов, стараясь сделать быструю выборку предметов для утилизации. Задумываться нельзя! Иначе нахлынут воспоминания, которые будут мешать процессу уничтожения старья. В прошлый раз я нашел свои школьные предметы (тетрадки, книжки, самодельные кастеты и прочий хлам). Перед тем как их уничтожить пришлось написать роман воспоминание "Гузель, или Двойное слово пацана". Иначе что-то мне мешало провести процесс очистки. На этот раз я отрыл старинный сундук столетней давности, в котором с изумлением обнаружил вещи своего прадеда и тезки Константина Оборотова, включая его личные дневники. Оказывается, мой предок дружил с самим Сергеем Есениным. Кое-что из записей мне удалось разобрать, я сделал литературную обработку и кое-какие отрывки предлагаю вашему вниманию. Я не ручаюсь за правдивость этих материалов. Мой прадед был тот еще фантазер!
Фильмы Сергея Эйзенштейна «Броненосец „Потемкин“» и «Иван Грозный», которым посвящены два первых раздела этой книги, вошли в сокровищницу мирового кино – о них написано множество книг и статей на разных языках. О романе Александра Сергеевича Пушкина «Евгений Онегин» – его автор анализирует в третьей главе – существует целая библиотека исследований и комментариев. Киновед Наум Клейман работал над собранными в издании аналитическими этюдами на протяжении пяти десятилетий. Учась у предшествующих и современных исследователей, он в то же время старался обращаться напрямую к текстам классических произведений – не только к завершенным, но и к черновым вариантам, а также к окружающим их документам и свидетельствам. Внимательное, непредубежденное и доверительное отношение к самим классикам – вместе с нашим историческим опытом – может, по убеждению автора, обеспечить новое, иногда непривычное прочтение пророческих смыслов и эстетических открытий в, казалось бы, знакомых творениях
Читайте книгу в новом переводе Ловец на хлебном поле
Писатель-классик, писатель-загадка, на пике своей карьеры объявивший об уходе из литературы и поселившийся вдали от мирских соблазнов в глухой американской провинции. Единственный роман Сэлинджера, "Над пропастью во ржи" стал переломной вехой в истории мировой литературы. И название романа, и имя его главного героя Холдена Колфилда сделались кодовыми для многих поколений молодых бунтарей – от битников и хиппи до современных радикальных молодежных движений.
Роман представлен в блестящем переводе Риты Райт-Ковалевой, ставшем классикой переводческого искусства.
Оливе тридцать, у нее нет стабильной работы и определенных планов на будущее. Она живет с родителями, а еще страдает бессонницей и временами чувствует непреодолимую пустоту. Все переворачивается с ног на голову, когда Олива неожиданно получает письмо от своей эксцентричной тети Вивьен, исчезнувшей шестнадцать лет назад, с приглашением в Париж. Так она оказывается в одном из старейших книжных на левом берегу Сены в компании местной богемы, вот только Вивьен не является на встречу… Скоро Оливе придется решить: продолжить ли поиски неуловимой тети или вернуться домой, но прежде всего – делать ли ей то, чего ожидают от нее другие, или последовать за собственной мечтой.
Тот, кто до службы научился управлять техникой, тот во время службы будет напрягать технику. А кто развивал силу, ловкость и боковое зрение, вместо того, чтобы получить водительские «права» или «корку экскаваторщика», тот будет проявлять силу, ловкость, выносливость и боковое зрение с несложным устройством в руках. С лопатой, например, или с ручным пулемётом.
События, происходившие когда-то в глубокой древности, иногда удивительным образом перекликаются с днём нынешним, а люди, жившие тогда, были, в сущности, такими же, как мы, и ничто человеческое им так же не было чуждо…Исторической основой поэмы является исследование французских историков Жана-Анри Руа и Жана Девиосса «Битва при Пуатье» (1966). Все упомянутые в поэме имена принадлежали реальным историческим персонажам..
В небольшом селе живёт самая обычная семья: мама, папа и трое детей. Но однажды судьба им улыбается и дарит большой выигрыш по лотерейному билету. И что тут начинается!
Комедия режиссера Л. И. Гайдая "Иван Васильевич меняет профессию" была снята по пьесе "Иван Васильевич" М. А. Булгакова. Между фильмом и пьесой есть значительное сходство, но существуют и различия - в частности, Гайдай "актуализировал" пьесу и перенес ее действие в современную ему эпоху, 70-е годы 20-го века.Герои пьесы и, соответственно, фильма — управдом Иван Васильевич Бунша и квартирный вор Милославский волею судеб оказываются в квартире инженера Тимофеева (Шурика) и благодаря созданной тем машине времени попадают в эпоху Ивана Грозного, сам же царь переносится в 20-й век.Самым любопытным в фильме (и пьесе) является то, как ведут себя "попаданцы"-люди, оказавшиеся в другой эпохе. Нельзя не отметить,что исторические описанияБулгакова намного более точны, чем у большинства авторов. Два талантливых (и не побоимся этого слова — гениальных) творца - писатель и кинорежиссер - встретились, и этот дуэт, пусть и разделенный во времени, дал импульс рождению киношедевра.
На три ночи Самайна распахиваются двери между мирами, и их жители могут заключать друг с другом сделки. Живые и мертвые встречаются на Великой Ярмарке, где нет правил. Рыжий лис знает туда дорогу, но остерегайся шествия душ и вернись вовремя!Сюжет строится вокруг сердечных клятв, данных мирозданию мощными существами междумирья. В поисках счастья или стремлении избежать страданий они становятся пленниками своих обещаний. Удивительно, что помочь им решается молодая девушка, которая, сама того не осознавая, постепенно становится колдуньей в ходе своих приключений. Сопровождает её огненный демон, раздающий ключи к дверям между мирами. Он имеет свои интересы в любой игре!Эта яркая и насквозь волшебная история идеально подошла бы для экранизации в стиле Миядзаки, с его необычными сказочными мирами и глубокой философской концепцией добра и зла. В ней встречаются как элементы южноевропейского фольклора, так и авторский бестиарий. Настоятельно рекомендуется читать осенью под треск камина.
Все мысли здесь вам не случайныОни из жизни, коль чегоЯ говорю, пишу стихамиИ содержание моёВключает творчества началоВсю философию бытияГде поиск смысла я искалаИ даже смерти и концаКонечно есть и о природеИ о земле родной строкаНо больше где сама копалаЯ в человеке том, творца....
Короткая проза жизни, что заставит посмеяться, а потом задуматься. Нет, ну чистый Шнобель! С перерывами на слезы.
Повесть рассказывающаяи напоминающиеся о том, что жизнь полна неожиданностей, и никто не застрахован от перемен.
Роман «Ave Maria» заключает цикл романов Вацлава Михальского о судьбах дочерей адмирала Российского Императорского флота Марии и Александры, начатый романом «Весна в Карфагене», за который писатель Указом Президента РФ от 5 июня 2003 года был удостоен Государственной премии России.
Место действия цикла романов («Весна в Карфагене», «Одинокому везде пустыня», «Для радости нужны двое», «Храм Согласия», «Прощеное воскресенье», «Ave Maria») – Россия, СССР, Тунис, Франция, Чехия, Португалия.
Время действия – XX век.
Как достичь просветления благодаря лишь одному слову? А благодаря молчанию? Для озарения мудростью не надо сложных методик – достаточно лишь успокоить свое сердце, очистить сознание и… оказаться рядом с достойным наставником. Именно в этом суть знаменитого восточного учения Дзэн (Чань). Книга представляет собой сборник лучших средневековых притч и рассказов о китайских мастерах Чань-буддизма, вошедших во многие классические произведения: «Застава без врат», «Записи о передаче светильника», «Речения с Лазурного утеса», «Престольная сутра Шестого патриарха». Издание также включает в себя справку об истории становления жанра чаньских речений «юйлу» и «парадоксальных диалогов» – коанов (гунъаней), о способах тренировки сознания буддийских монахов.
