Новинки

Я вернулась в город, боясь, что прошлое настигнет меня внезапно — так, будто этих пяти лет бегства не было вовсе. Но оказалось, я страшилась не того.

Майкл сумел разрушить то, что, как мне когда-то казалось, спас. Он прошёлся по моей гордости, стёр последние следы веры — не только в людей, но и в меня саму.

Учиться жить заново после того, как тебя растоптали, мне не впервой. Но сейчас всё иначе. Я устала. Я жажду покоя, а тьма, как всегда, настойчиво тянет вниз, вынуждая судорожно хватать остатки света и надеяться, что смогу удержаться на поверхности. Хотя бы ради Джорджи.

– Сегодня тебя могли продать с аукциона, как восточную девственницу, – низкий голос черноглазого кавказца завораживал, заставлял меня замирать на каждом слове.

– А ты, выходит, меня спас? – я кое-как проглотила комок, который встал в горле.

– Я тебя выбрал. Ты станешь моей женщиной. Спасение ли это?

– Почему я?!

Он подцепил мой подбородок пальцем и заставил посмотреть себе в глаза:

– Ты мне зашла. И тебя никто не будет уже искать. А значит, ты идеальный вариант для моих планов.

---------

Я очнулась в машине незнакомца и ничего не помню. За окном не родной аул, а Питер. И этот черноглазый хам заявляет, что я буду ему принадлежать. Хах! А я против! Но он, похоже, действительно меня уже выбрал. Бедняга.

Похоть, жалость, забота — странное комбо!

Трёх мужчин объединила одна общая цель — найти ту, что сбежала под покровом ночи, оставив в своём доме двух убитых. Могла ли совершить преступление та, что овладела их сердцами?

Смогут ли они найти общий язык, чтобы расследовать это преступление и разыскать пропавшую?

Я гуляю по улицам вечно погружённого в ночь города. Моя червоточина в груди грохочет от голода, причиняя мне жуткую боль. Пустые глаза бегают по сторонам в надежде утолить твой нескончаемый жор, чтобы ты не сожрала мою плоть. Я боюсь увидеть будущее, в которое ты меня заведёшь.

Девочки и женщины Позолоченного века находили и теряли себя в книгах. Чтение было учебой и игрой, дисциплиной и освобождением, интеллектуальным удовольствием и вдохновением для творчества, эскапизмом и способом провести время с семьей. Как чтение стало культурным образом жизни, а роман «Маленькие женщины» – обрядом взросления для целого поколения девочек-подростков? Почему библиотеки воспринимались как символ свободы? Как любовь к литературе пробуждала амбиции и воображение? Филолог-классик Эдит Гамильтон и врач Элис Гамильтон выросли, окруженные книгами. Религия семьи Марты Кэри Томас запрещала чтение, однако книги стали ее главной страстью – ее главным удовольствием и искушением. Афроамериканка Ида Белл Уэллс родилась в рабстве, и умение обращаться со словами стало ее пропуском в мир в качестве педагога и журналистки.

Историк и специалист в области гендерных исследований Барбара Зихерман предлагает новый взгляд на книжную и интеллектуальную культуру Позолоченного века и на удивительных женщин, которые ее творили. В своей работе Зихерман глубоко исследует роль литературы в судьбах женщин конца XIX – начала XX века – их образование, досуг, круг чтения. Они ходили в читальные залы для женщин и открывали их, организовывали литературные кружки и благодаря книгам обретали себя – как интеллектуалки и педагоги, исследовательницы и социальные реформаторы, меняющие мир.

В книгу "Другая жизнь" вошли рассказы, созданные по впечатлениям от киноэкспедиции, участником которой был автор.Задачей экспедиции было снять материал для документального фильма "Оазис в Ледовитом океане", режиссёром которого был известный режиссёр Леонид Волков. Фильм вышел в 1976 году. Удивительная красота севера, дикие скалы, множество птиц, незамерзающее море (оазисом и называют незамерзающее пространство арктических морей) описаны Н.И. Тропниковым ярко, зримо; поражённый красотой незаходящего солнца, бескрайностью моря, чистотой омытых штормами каменистых берегов, автор сумел облечь свои чувства в слова и передать их читателю.Название книги "Другая жизнь" должно восприниматься как символ величия, могущества, первозданности северной природы.

Последнее, что я помню — боль и безысходность. Всё стёрто, вычеркнуто, будто никогда и не существовало. Я не знаю даже своего настоящего имени. Теперь я — Кост, скелет в древнем некрополе, где реальность подчиняется законам какой-то безумной игры.

Мой единственный спутник и помощник — загадочный ИИ Сирена, которая знает о мире больше, чем готова рассказать. Чтобы выжить, мне приходится сражаться с ожившими мертвецами и поглощать их энергию, что позволяет мне восстанавливать обрывки воспоминаний.

Встреча с молодой некроманткой становится поворотным моментом. Она называет меня Владыкой и знает обо мне то, что я сам не помню. Теперь мне предстоит разгадать тайны этого мира, восстановить утраченные воспоминания и понять, кем я был до того, как стал Костом. Возможно, это поможет мне найти путь назад или обрести новую судьбу в этом странном месте, где граница между жизнью и смертью окончательно размыта.

Книга Александры Воробьевой «Искусство театра кукол Беларуси: теория, спектакли, мастерство и сложности» основана на масштабном исследовании, изначально задуманном как кандидатская диссертация по искусствоведению. Автор детально изучает расцвет белорусского театра кукол в 2000-2009 гг., опираясь на уникальный полевой материал: анализ архивов, интервью с режиссёрами и актёрами, наблюдение за спектаклями в региональных театрах. Работа прослеживает исторические истоки видов кукол, их эволюцию и развитие. Переработанная для открытой публикации, эта работа представляет собой глубокий профессиональный взгляд на ключевое явление национальной культуры, сохраняя научную ценность при доступном изложении. Издание будет интересно искусствоведам, театральным практикам и культурологам.

Книга о приключениях девочки Маши и говорящей бабочки по имени Горошек.

Каждая школьная экскурсия — это лотерея. Либо скука смертная, либо... Вовчик Дармоедов. В этот раз нам выпал джекпот — поездка в древний Полоцк. Это история не о фресках и старинных книгах. Это хроника одного тотального «пипца», устроенного самым «скромным» мальчиком в мире, после которого Полоцк, вероятно, до сих пор вздрагивает при слове «школьники»...

Я думала, боль осталась в прошлом. Построила карьеру врача и тихую жизнь вдвоём с сыном. Мой мир был прочным, пока в новогоднюю ночь во время дежурства к нам в больницу не поступил мальчик с переломом.

Его отец влиятельный владелец сети клиник Александр Шатров. Человек, разбивший мне сердце. Он требует ответы: «Где мой сын?», и я не знаю о ком из сыновей он спрашивает. Шатров настроен решительно, но стоит ли давать шанс тому, кто однажды уже предал?

Короткий Новогодний рассказ :*)

Осторожно: книга вызывает зависимость и острое желание продолжения!

Это детектив, который иронично смотрит на вас из тени, улыбается и ведёт за собой. Юмор здесь соседствует с мраком, логика ломается с ощущением, что так ей и надо, а каждый поворот сюжета - неожиданней предыдущего.

Рита - девушка, привыкшая задавать опасные вопросы. Расследуя происхождение смертельного вируса, она проникает в иной слой реальности, где правда стоит слишком дорого, а обратной дороги нет.

Нуар, тёмная романтика и расследование, зашедшее слишком далеко. История о выборе, который меняет всё. И о девушке, которая может стать чудовищем - и не боится этого.

«С.И.Д.О. в поисках исходного кода» — приключенческая повесть о роботе, который падает из космоса и приземляется прямо на картофельное поле в калужской деревне. Вместо секретной космической лаборатории его встречают ворчливый колхозник, петух в кедах, любопытная девочка Мия и школьный учитель, а мир людей оказывается куда сложнее любой инструкции.​

Сидо учится дружить, делать выбор без приказа, ошибаться и задавать неудобные вопросы: кто я, зачем меня создали и где мой дом. Постепенно он раскрывает свой «исходный код» — внутренний компас, который ведёт его от деревенского огорода до далёкого острова и новых открытий.

Каждая кофейня — это маленький мир, где кипят судьбы, растворяются надежды и рождается то, что люди называют любовью. Автор бродит из города в город, из кафе в кафе, записывая истории, которые случаются на его глазах: кто-то ждёт того, кто не вернётся; кто-то впервые осмеливается взглянуть в глаза; кто-то отпускает, чтобы сохранить. Эти рассказы — как разные сорта кофе: одни горчат, другие сладки, но в каждом остаётся послевкусие — тепло, которое невозможно забыть. «Любовь на дне чашки» — это книга о тех, кто ещё верит, что даже самый холодный кофе может согреть, если пить его не в одиночестве.

«Я и ты: Сепарация как ключ к гармонии» — глубокое и вдохновляющее путешествие в мир личной свободы и зрелости. Эта книга раскрывает, как сепарация — осознанный процесс отделения от зависимостей и установок — становится фундаментом для обретения внутренней гармонии и построения здоровых отношений. Через призму психологии, самосознания и эмоциональной зрелости автор раскрывает пути формирования устойчивой индивидуальности, умения устанавливать личные границы и находить баланс между близостью и автономией. Каждая глава предлагает практические советы и глубокие инсайты для тех, кто стремится к осознанной жизни, свободной от страхов одиночества и зависимостей. Откройте секреты настоящего взаимодействия, научитесь ценить себя и строить успешные отношения — в любви, дружбе и профессиональной сфере. Эта книга — ключ к вашему внутреннему росту и гармонии с миром вокруг.

Обложка: Midjourney - Лицензия

В Миннеаполисе орудует серийный убийца, и страх сковывает город. Когда одной из жертв становится дочь влиятельного политика, дело приобретает широкий общественный резонанс. Полиция спешно находит подозреваемого, но опытный адвокат по уголовным делам Марк Каделла уверен: перед судом может оказаться невиновный человек.

Неохотно берясь за защиту, Каделла рискует своей карьерой и репутацией. Вместе с частным детективом он шаг за шагом погружается в опасное расследование, где за внешне очевидными фактами скрываются ложь, давление власти и тщательно выстроенная подстава. Чем глубже он продвигается к истине, тем яснее становится: цена справедливости может оказаться слишком высокой.

«Ключ к справедливости» — напряжённый юридический триллер о выборе между удобной правдой и настоящим правосудием, где закон, политика и человеческая совесть вступают в беспощадное противостояние.