«Жалобная книга» Антона Павловича Чехова – это один из самых коротких и остроумных рассказов писателя, представляющий собой череду записей, оставленных случайными проезжими в книге отзывов на железнодорожной станции.
«Жалобная книга» Антона Павловича Чехова – это один из самых коротких и остроумных рассказов писателя, представляющий собой череду записей, оставленных случайными проезжими в книге отзывов на железнодорожной станции.
Вдавив кнопку так, что та всхлипнула, Дмитрий Юрьевич доехал до седьмого этажа, поправил галстук и огляделся, ища взглядом двадцать шестую квартиру. Где здесь самая обшарпанная дверь?
Но дверь оказалась обычной: опрятной, обитой коричневым дерматином. С кнопками-гвоздиками и симпатичными ромбами посередине. И главное – она была чуть приоткрыта, мол, заходи добрый человек, тебя здесь ждут…
«Был прекрасный июльский день, один из тех дней, которые случаются только тогда, когда погода установилась надолго. С самого раннего утра небо ясно; утренняя заря не пылает пожаром: она разливается кротким румянцем. Солнце – не огнистое, не раскаленное, как во время знойной засухи, не тускло-багровое, как перед бурей, но светлое и приветно лучезарное – мирно всплывает под узкой и длинной тучкой, свежо просияет и погрузится в лиловый ее туман. Верхний, тонкий край растянутого облачка засверкает змейками; блеск их подобен блеску кованого серебра… Но вот опять хлынули играющие лучи, – и весело, величаво, словно взлетая, поднимается могучее светило. Около полудня обыкновенно появляется множество круглых высоких облаков, золотисто-серых, с нежными белыми краями. Подобно островам, разбросанным по бесконечно разлившейся реке, обтекающей их глубоко прозрачными рукавами ровной синевы, они почти не трогаются с места…»
Что, если в новогоднюю ночь
«Вороны» не воюют, а просто живут?
Этот бонусный рассказ — праздник, рассказанный от лица всех героев.
Без войн и крови, без выстрелов и мести. Только ночь, наполненная огнями, тихие разговоры, семейное тепло и те самые моменты, которые остаются за кадром основной истории.
Здесь герои не сражаются. Они живут.
Любят, смеются, вспоминают прошлое и осторожно смотрят в будущее.
Новогодний бонус к циклу «Вороны» Яны Дин — нежная история о семье, близости и редком покое, который они заслужили.
На старости лет Екатерина Серафимовна вынуждена в одиночку тянуть внука, параллельно пытаться "вправить" мозги дочери-алкоголичке, решать постоянно возникающие скандалы и проблемы внутри семьи и снаружи: с соседями, участковым, собутыльниками дочери, иногда кажется, что со всем миром, а в тихие минуты спокойствия вспоминать светлые и добрые времена, разглядывая давно выцветшие фото и еле читаемую надпись "будем жить".
Как гром среди ясного неба становится известно о случайной беременности дочери. Новость, которая в начале выглядела как просвет солнца на пасмурном небе, на самом деле привела к новой лавине проблем и необходимости принятия старушкой самого страшного в ее жизни решения.
Как завоевать сердце женщины, которая холодна к тебе много лет? Предложить ей сыграть в одну увлекательную игру с использованием древнего-предревнего артефакта.
История владыки пещерных фейри Тил-Линга из романа «Весь твой, только твой эльф». Можно читать отдельно.
Суббота начиналась обычно: муж уехал на рыбалку, Ева осталась одна. За восемнадцать лет брака она привыкла к таким дням.
Но случайное желание пересчитать накопления превращает привычную субботу в точку невозврата. Денег в тайнике оказывается в разы меньше, чем должно быть.
Кто взял? Муж? Но зачем?
И главное — куда ушли почти два миллиона, которые они копили годами?
От автора: История о том, как одна находка меняет всё. И о женщине, которая решает не быть жертвой.
Эгоистичный муж, неспособный на искреннюю любовь, властная свекровь Только после свадьбы я поняла, что моя жизнь превратилась в ад. Хуже того, я стала свидетельницей измены любимого, после чего погибла. Но судьба дала мне второй шанс — я возродилась в прошлом и готова пойти на всё, чтобы исправить свои ошибки и ошибки своего клана! И даже наглый дракон меня не остановит!
Рассказ «Муму» был написан И.С.Тургеневым (1818–1883) весной 1852 г. В его основу были положены реальные события. Похожий случай произошел с крепостным матери Тургенева Варвары Петровны, немым Андреем. Правда, Андрей, в отличие от Герасима, не ушел в деревню, а продолжал служить своей барыне до конца ее дней.
— Тимур, нам нужно поговорить. Это касается нашей дочери, — слышу женский голос из трубки.
Я смотрю в телефон мужа. Ему звонит какая-то «Инесса».
— Какой еще… дочери? — спрашиваю я вместо него.
На том конце повисает пауза.
— Вы, наверное, Аня?
Ее знание моего имени как нож по коже.
— У нас с вашим мужем был роман, — поясняет незнакомка. — Извините, вы не должны были узнать. Передайте Тимуру, что мне стало хуже. Я попала в больницу. Пусть он заберет нашу дочку и позаботится о ней.
Я смотрю на мужа и спрашиваю прямо:
— У тебя что, есть дочь?..
Лицо Тимура резко меняется, и он проводит ладонью по лицу.
— Да.
Я почти шепчу:
— И… сколько ей?
— Аня… так получилось. Ей пять лет.
Я киваю. Все бы ничего, но мы в браке десять.
Как так получилось?
Любовькак мозаика: сотни оттенков, миллионы сочетаний и у каждогосвой неповторимый узор. В этом сборникеистории о любви во всех её проявлениях: робкой и страстной, первой и последней, счастливой и трагической. Герои встречаются и расстаются, сомневаются и решаются, теряют и находят.
Эльвира, Марина и Арина, три коллеги и подруги, отправились в путешествие по Таиланду в рамках софинансирования от работодателя. Девушки давно ждали, когда их заявку удовлетворят, и вот, наконец дождавшись, они вылетели из родного города в страну, где можно насладиться теплом и экзотикой.
Он привык проходить мимо.
Мимо упавших, мимо просящих, мимо тех, кому тяжело.
Пока однажды не встретил того, кто не прошёл мимо него.
История о том, как трудно увидеть другого, когда сам давно не видишь себя.
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Новелла Бывайпопытка показать два противоположных мира и заглянуть за ту черту, вдоль которой мы ходим, но никогда не переступаем. Здесь нет осуждения, нет прощения. Только ранняя весна, больничная палата, два человека. И выбор