Что, если смерть — всего лишь пауза в контракте? А бессмертие — товар для элиты, который можно купить, но не гарантировать?
Что, если смерть — всего лишь пауза в контракте? А бессмертие — товар для элиты, который можно купить, но не гарантировать?
Антон приехал в родные края на день — подписать бумаги и забыть. Но прошлое приготовило для него ловушку. И это даже не встреча выпускников, куда не хочется идти. А старая школьная библиотека, неожиданная находка в которой вернула Антона в мир, где он был молод, клялся в вечной дружбе и ещё умел мечтать.
Во-первых, фрилансер – это свободное копьё, вольный копейщик и только после этого свободный художник. Такая расстановка акцентов более соответствует профессии и точнее расставляет приоритеты.
Во-вторых, фриланс в моей судьбе – порождение расовых проблем и национальной политики государства, в нашем случае СССР. Тут нет ничего удивительного, это естественные процессы, которые были и всегда будут там, где обитает не имеющая идентичности, а потому не вполне развитая часть человечества
В-третьих, фриланс, видимо, был в моих генах, а потому, естественно, стал моей судьбой почти много лет тому назад. Мне кажется, что я всю жизнь был свободным художником, ибо всякое подчинение становилось для меня удавкой. А свобода – это неделимый и неограниченный воздух. Дышать по нормам и порциями не могу…
Книга наполнена невероятным жанровым разнообразием: рассказами о реальной нереальности и обычной жизни, пьесами с трогательными сюжетами и ностальгическими мемуарами, зарисовками окружающей жизни и просто мудростями автора, коротенькими по изложению, но глубоко философскими по сути. Вместе они создают целостную и удивительную картину бытия. Книга предназначена для всех, кто способен неординарно мыслить, выходить за пределы стандартного понимания жизни, и для тех, кто ищет просто добра.
Человек, чей разум затуманен горем иногда приносит неудобства, но это не повод для его изоляции.
Роман Ивана Сергеевича Тургенева “Отцы и дети”, безусловно, мировая классика и для середины 19-го века написан хорошо. Но с развитием лингвистики и художественной литературы, тем более если отбросить высокий титул мирового классика, читается довольно скромно, а именно: написано умным, образованным, наблюдательным человеком, но не более. Стилистика, синтаксис и фразеология весьма слабые. Возможно, знакомство с Флобером и его учеником Мопассаном, двумя великими писателями и стилистами, могло бы положительно повлиять на развитие Тургенева как писателя, но оно произошло уже после публикации "Отцов и детей". Данная работа представляет собой литературно-художественную и лингвистическую попытку переработатьсюжет, семантику, стилистику, синтаксис, фразеологию, лексику и пунктуацию романа.
В книгу вошли разделы «Подстрочник», «По кругу», «Города и веси», «Сонеты по псалмам Давида» и «Заметки на обочине. Эссе» и др. Тонким лирико-философским штрихом Елизавета Дейк создает свой – загадочный и неповторимый – художественный мир.
Литературный критик Лев Аннинский в статье о творчестве Елизаветы Дейк цитируя, в частности, ее строки:
Резкий холодный ветер.
Дерево с одним листом.
Кто за кого держится? –
задается вопросами, на которые дает свой личный ответ:
За что держаться? – За то, на что хватит сил.
Еще цитата:
Муравьишка испуганный
В банке падает, падает…
Отпустила травинку.
Выбрался, побежал радостно
Не пожалей, Господи, и для меня соломинки!
И снова вопросы и свой ответ:
Как распознать спасительную соломинку? Как понять, где твое счастье?
«Счастье – кленовый листок на ладони в бурю» (Е. Дейк)
Спасение – в готовности выдержать неизбежное. Понять, ТВОЯ ли это дорога.
Современные объединения людей, которые стараются отстаивать чьи-то права часто борются с ветряными мельницами. Участники таких объединений стремясь к каким-то надуманным идеалам, многие из которых навязаны им третьей стороной, часто забывают о судьбах людей, которые живут в реальности, а не выдуманном мирке.
Максим Островский — успешный московский девелопер, который запускает проект своей жизни: элитный жилой комплекс "Горизонт Высоты". Когда при закладке фундамента строители обнаруживают массовое захоронение жертв сталинских репрессий, Максим пытается скрыть находку ради сохранения проекта. Но прошлое не желает оставаться погребенным.
На стройплощадке начинают происходить необъяснимые события: странные аварии, пугающие видения, необъяснимые сбои в технике. Максим с ужасом узнаёт, что среди захороненных на участке был его собственный прадед. Постепенно грань между реальностью и кошмаром стирается, а сам девелопер оказывается на перепутье между деловым успехом и моральным выбором, между памятью и забвением, между прошлым, которое требует признания, и будущим, которое невозможно построить на костях невинных жертв.
Сборник социальных рассказов о семейных отношениях.
Прочитав книгу, каждый узнает себя в героях и изменит своё отношение к семье.
В этой книге автор впервые выводит формулу Дневника Элли.Заметки филолога.
ТРИэФье - Фэнтези. Филология. Философия.
Все герои вымышлены, как и города и села. Все совпадения случайны. Такие поселки, такие города и такие люди есть в каждом уголке нашей страны, были и будут. Они не великие ученые, не знаменитые артисты и спортсмены. Они просто люди, которых вы каждый день видите на улице, проходя мимо них и не замечая. У каждого из них есть своя история жизни, любви и ненависти. Каждому просто хочется жить, пока внутри горят звезды.
Рассказ про голубя и хлам на балконе.
Беспорядок в мыслях и нежелание вспоминать что-то.
Истории о людях, оказавшихся в заложниках у прошлого и настоящего и вынужденных искать выход. Возвращённые домой, зажатые между начальниками и коллегами, столкнувшиеся с равнодушием тех, на кого надеялись, они бьются, но окажутся ли победителями?
Вот ведь печалька! Всё на мази у бизнесмена Романа: собственный магазин сантехники с передовыми белорусскими унитазами, смышлёная лапочка-дочка, развесёлые дружбаны-кавказцы и чувство тотального превосходства над пролетариями-муравьедами. Всё на мази, а жена завела роман с электриком... Как разрубить это экзистенциальное противоречие?