Скачать книги Литературная критика без регистрации

Русская литература для всех. От Толстого до Бродского
Русская литература для всех. От Толстого до Бродского
+2 10
0
0

Игорь Николаевич Сухих – литературовед, доктор филологических наук, профессор Санкт-Петербургского университета, писатель, критик. Автор многочисленных исследований по истории русской литературы XIX-XX веков, в том числе книг «Проблемы поэтики Чехова», «Чехов в жизни: сюжеты для небольшого романа», «От… и до… Этюды о русской словесности», «Сергей Довлатов: время, место, судьба», «Структура и смысл: Теория литературы для всех», «Книги XX века. Русский канон» и других, а также полюбившихся школьникам и учителям учебников по литературе.

Двухтомник «Русская литература для всех» (первое издание – 2013, в трех томах) – это путеводитель по отечественной классике, адресованный самой широкой читательской аудитории. Он дает представление о национальном литературном каноне – от «Слова о полку Игореве» до авторов конца XX века. Настоящее издание дополнено новыми главами – «Фольклор: от былины до частушки», «Повести Смутного времени: счастье-злочастие», «А. Д. Кантемир», «А. Н. Радищев», «Н. С. Лесков», расширены главы о Салтыкове-Щедрине и Горьком, а также включен большой раздел «Язык русских писателей».

«Русская литература для всех» – из тех редких книг, которые со временем не устаревают. Она еще раз доказывает то, что филология – не унылая наука и серьезный разговор о литературе может быть не только познавательным, но и увлекательным.


В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Дайте шанс «Войне и миру»: Лев Толстой о том, как жить сейчас
Дайте шанс «Войне и миру»: Лев Толстой о том, как жить сейчас
+2 10
0
0

Почему «Война и мир» не пыльная классика, а роман, актуальный сегодня едва ли не больше, чем в годы написания? Какие вопросы Лев Толстой ставит в романе? Как у него получается ухватить саму ткань жизни? Эндрю Д. Кауфман – известный славист, американский специалист по творчеству Толстого, преподаватель русского языка и литературы с докторской степенью Стэнфордского университета – отвечает на эти и другие вопросы, помогая глубже понять немеркнущую популярность книги во всем мире.

На сегодняшний день мы со Львом Толстым уже почти 25 лет вместе. Я знаю его дольше, чем многих друзей и коллег, а наши отношения, как недавно заметила моя жена Корин, с некоторым беспокойством наблюдая за тем, как нежно я поглаживаю потрепанную обложку старого университетского издания «Войны и мира», куда глубже. У нас были взлеты и падения, случались и разногласия, мы даже несколько раз расставались.

Автор рассказывает о жизни и пути гениального писателя, делится личным опытом понимания, проживания и прочтения величайшего русского романа. Книга будет интересна абсолютно всем: тем, кто читал роман несколько раз, тем, кто делал это только в школе, и тем, кто читал лишь краткий пересказ, готовясь к сочинению по литературе.

Величайший русский писатель умер более века назад, однако мудрость, содержащаяся в его самом известном сочинении, сегодня актуальна как никогда. Книга, которую большинство критиков считают самым выдающимся романом всех времен и народов, принадлежит и к числу тех, которых больше всего боятся читатели. Ничего удивительного: в ней около 1500 страниц, 361 глава, 566 000 слов. Тем не менее она вновь и вновь переиздается. Регулярно «Война и мир» входит на Amazon в число 50 главных бестселлеров в категории «Мировая литература» и занимает третью строку в списке самых продаваемых книг о войне.

Литературоведение для школьников. Часть 2
Литературоведение для школьников. Часть 2
+2 10
0
0

Во второй части пособия "Литературоведение для школьников" представлены термины и культурологические категории, такие как тип героя, философема, мифологема, коллективный субъект, заголовок, полифония, анафора и др., рассматриваются поэтика верлибра и проблема построения сюжета.

Пособие демонстрирует актуальность классических тем в современном культурном поле, подтверждая, что каждый термин продолжает трансформироваться, выходя из прокрустова ложа старых концепций и отражая новые социальные реалии и экзистенциальные вызов.

Помимо классики, автор исследует произведения современных авторов: Олеси Николаевой, Дмитрия Данилова, Тамары Крюковой, Александра Вепрева, Ники Батхен и др.

Деменция. История ненависти и любви. Как выжить рядом с деменцией и не сойти с ума
Деменция. История ненависти и любви. Как выжить рядом с деменцией и не сойти с ума
+2 10
0
0

Мы можем строить свою жизнь, планировать будущее, но наступает момент, когда все меняется — мы становимся марионетками в руках близких людей, заложниками их деменции, болезни и старости. А наш дом превращается в наш персональный ад. И только мы сами можем себе помочь и найти выход.Я искала ответы на свои вопросы у психологов и психиатров, и не получала их. Я вела эти записки, чтобы не потерять себя и не сойти с ума. Мне казалось, что, если я буду писать, я смогу найти выход.И я нашла его.

Четверо из Ковчега. Стихи и проза: Выпуск 3
Четверо из Ковчега. Стихи и проза: Выпуск 3
+2 10
0
0

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.В межгалактическом Ковчеге — последний код Человека. ИИ отменил школы, книги, стёр генетическую память людей, уничтожил все носители и самоуничтожился. Заточены четверо: библиотекарь, психолог, художник и учёный. Им нужно заново написать Грааль души. Библиотекарь начинает с Одиссеи Гомера. Психолог уничтожает мышиные хвосты душ. Художник красит хрусталь душ маслеными красками. Учёный просто любит женщину. Как думаешь, читатель, — получится у них? Я думаю — да! Потому что все они — ПОЭТЫ!

Оправдание черновиков
Оправдание черновиков
+2 10
0
0

Георгий Адамович (1892–1972) – поэт, литературный критик, переводчик. В книге «Оправдание черновиков» собраны его воспоминания, публицистика и избранная поэзия.

«Если в начале Георгий Адамович – стихотворец не без своеобразия, но один из многих, то к концу 1920-х он, в первую очередь, литературный критик, и уже – один из немногих.

Его дар мемуариста неоспорим. Гумилев, Ахматова, Бунин – все, о ком он писал, – выходят из-под его пера как живые. Но Адамович не ограничивает свои воспоминания “портретами”. За ними сквозит его видение литературы, которому он был верен всю парижскую жизнь и которое полнее всего выразилось в его книге “Комментарии”. Это шаг от “бесстыдного” розановского “Уединенного” к “стыдливым” паскалевским “Мыслям” – назад, к эссе». (Сергей Федякин)


В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Чёт-нечет. Раздел старинного имения, или Пособие по новейшей литературе
Чёт-нечет. Раздел старинного имения, или Пособие по новейшей литературе
+2 10
0
0

В «Книгочёте» о литературе «нулевых» рассматривалась проза, поэзия и публицистика 1999–2012 гг. Спустя 13 лет, оглядываясь, вижу: я пришёл в литературу преисполненным счастья, желающим всем добра. Это была юность.

Потом пришла зрелость. В 2014 году внутри русской литературы случилась большая ссора – причиной стали киевские, крымские, донбасские события; в 2022 году ссора обратилась в настоящий раскол. Сегодня у меня пропало прежнее литературное всеприятие – и в «Чёт-нечет» я даже имитировать благостность взгляда не стану.

…Но я ещё умею взахлёб читать книги – и в силах восхищаться чужим талантом.

И в начале XIX века, и в начале XX века – на фоне огромных исторических событий – литература могла казаться делом вторичным, нишевым. Но миновало сто, двести лет – и мы поняли: ключевые для национального сознания вещи происходили именно в литературе. Русская поэзия и проза 1812-го и 1825 года, 1914-го и 1920 года – что может быть важнее?

В тех текстах закладывался наш национальный характер.

Мы созданы той литературой.

Достигла ли современная словесность явленной тогда, в прошлом и позапрошлом веке, глубины? Соразмерна ли она русской судьбе? Предвидела ли она текущие события? Разгадала ли их смысл?

О том и пойдёт разговор.

Ключи от Хогвартса. Культурные коды вселенной Гарри Поттера
Ключи от Хогвартса. Культурные коды вселенной Гарри Поттера
+2 10
0
0

Как и все великие книги, «Гарри Поттер» полон загадок. Где в поттериане скрывается Средневековье? На каком языке говорят волшебники? Как мальчик, который выжил, стал явлением не только культурной, но и экономической жизни множества стран? И как он изменил мировую культуру и целое поколение читателей из разных уголков планеты?

Ответы на все эти вопросы вы узнаете из этой книги. Это увлекательное путешествие сквозь литературу, историю, религию и философию – для тех, кто хочет понять, как «Гарри Поттер» стал зеркалом эпохи и почему он продолжает будоражить наши умы до сих пор.

Ивáнова бегство (тропою одичавших зубров)
Ивáнова бегство (тропою одичавших зубров)
+2 10
0
0

Михаила Хлебников, автор книг «Союз и Довлатов (подробно и приблизительно)», «Довлатов и третья волна. Приливы и отмели», а также сборников литературно-критических статей «Большая чи(с)тка» и «Строгий отчет», лауреат премий журналов «Вопросы литературы», «Урал» и «Сибирские огни», в своей новой книге исследует эмигрантский периоде жизни Георгия Иванова – большого русского поэта с драматической судьбой. Автор оценивает исторические, социально-бытовые и психологические условия, в которых оказались русские литераторы первой волны эмиграции во Франции. Портрет Иванова Хлебников прорисовывает необычным способом – через череду его конфликтов с коллегами-писателями, издателями, покровителями. При этом автор демонстрирует тонкое понимание природы поэзии Иванова, представая перед читателем не только наблюдательным биографом, но и тонким литературным критиком.


В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Философские беседы
Философские беседы
+2 10
0
0

Эта книга собрана из коротких текстов — размышлений, наблюдений, афоризмов и фрагментов, в которых автор иногда ищет, иногда утверждает, иногда спорит или признаётся.

Здесь нет единой формы: рядом стоят анализ и ирония, исповедь и стимулирование мысли.

Темы — сознание, одиночество, ошибки, внимание, внутренние движения и человеческие ситуации, которые трудно назвать напрямую.

Это не попытка убедить, но и не попытка спрятаться. Скорее — способ говорить о том, что обычно остаётся в тени, и дать читателю возможность продолжить этот разговор по-своему.

Время, не пойманное на часы
Время, не пойманное на часы
+2 10
0
0

Книга Татьяны Пискаревой, эссеиста и поэта, лауреата Международной премии им. Фазиля Искандера, обещает читателю массу интересных открытий. Пятнадцать имен, пятнадцать творческих судеб: Николай Гумилев, Анна Ахматова, Николай Заболоцкий, Константин Паустовский, Борис Рыжий, Новелла Матвеева, Афанасий Фет, Федор Тютчев, Михаил Салтыков-Щедрин, Рэй Брэдбери, Джованни Боккаччо… Каждая биография – яркий сюжет, с тщательно подобранными, порой малоизвестными фактами из жизни этих замечательных личностей.

Автор, изучив огромное количество документов, помогает читателю в поисках литературных и мировоззренческих смыслов, а также напоминает, что значительное в искусстве – это не только творческий импульс и вдохновение, но и отчаяние, дерзкая храбрость, заблуждение и твердая вера в свои силы.

Алексей Колмогоров. Сахар. Рецензия
Алексей Колмогоров. Сахар. Рецензия
+2 10
0
0

О чем же эта книга? Быть может о бремени взаимности. То есть, когда взаимность вдруг исчерпана или, о ужас, забыта, а принять это невыносимо. И тогда попытки заставить вспомнить оборачиваются настоящим насилием. О предательствах разного толка. О том, что человеку никогда не сравниться с богом, да и так ли это нужно, если бог не в состоянии одержать верх над обычным человеком в соревновании, в котором правила, казалось бы, устанавливает сам бог. Но она – Она – из раза в раз выбирает человека. О том, сможет ли отец убить сына. А сын отца? Пусть, даже он его видит впервые в жизни.

Впечатления от прочтения романа Алексея Колмогорова "Сахар", которые традиционно пишутся непосредственно в процессе чтения. Пишутся и меняются по мере того, как изменяется представление о книге.

Ася Демишкевич. Под рекой. Рецензия
Ася Демишкевич. Под рекой. Рецензия
+2 10
0
0

Не знаю, читала ли Ася Демишкевич «Зону затопления» Романа Сенчина. Но продолжение вышло, вне всякого сомнения, замечательное. Замечательно оно уже за одно за то, что в конце произведения автор оставляет герою (и читателю) эту самую надежду и путь к чему-то светлому. У Сенчина, как мы помним, с этим все было довольно грустно.